home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



11

Коридор, ведущий к носовому стыковочному узлу – «парадному подъезду» корабля в космосе, как однажды метко охарактеризовал его Глеб – был ярко расцвечен вымпелами с символикой «Альга» и всех трех его подразделений. Стоило первому из игроков сборной – это, разумеется, была Маклеуд, капитан – вступить в него с трапа, как из скрытых в стенах динамиков грянула музыка, призванная, судя по всему, подчеркнуть особую торжественность момента. Насколько знал Иван, мелодию подобрал (а может быть, и создал сам, кто его знает?) корабельный компьютер по одним его электронным мозгам ведомым критериям – вышло нечто среднее между военным маршем и малороссийским народным танцем – этакое «Вступление отрядов батьки Махно в Гуляй-Поле».

Криск-зал, куда лежал их путь, представлял собой огромный парящий в пространстве модуль, к которому с противоположных концов и пристыковались корветы-конкуренты. Специальным приказом его территория была объявлена неотъемлемой частью кораблей (что характерно – обоих сразу!), и это позволяло вахтенным офицерам – Эмме на «Альге» и Збышеку на «Бурке» – принять участие в матче. Здесь же, в отдельном отсеке, находилось просторное помещение для зрителей, для удобства которых были предусмотрены аж четыре демонстрационных стенда. Не пройдет и получаса, как на них появится трехмерное изображение зала, пока же собравшимся болельщикам предстояло довольствоваться зрелищем торжественного выхода игроков обеих команд.

Голицын шел последним – шестым – и означало это, что начинать решающую игру против «Бурка» ему предстоит за воротами – в качестве запасного. К слову, впервые с недоброй памяти матча на первом курсе против «Конкорда», когда уязвленный посягательством на свой статус капитана Хохлов также не включил его в основной состав. Дай Пашке волю – он бы тогда и вовсе вывел Ивана из команды, да вот беда: выходить на игру положено вшестером, а взять на место опального Голицына другого игрока два года назад было просто негде.

С тех пор, однако, во всех матчах, в которых Ивану довелось принять участие, он не только неизменно вступал в игру с самого начала, но даже не был ни разу заменен по ходу встречи. И вот: на тебе!

Впрочем, сейчас, проходя под задорный мотивчик по празднично разукрашенному коридору, Голицын не так чтобы уж слишком сильно переживал по поводу отведенной ему в команде роли. Признаться, он вообще никак не мог заставить себя сосредоточиться на предстоящей игре – хотя и честно пытался – но всякий раз, напоровшись взглядом на короткое черное каре вышагивающей прямо перед ним Рут, вновь уносился мыслями к событиям сегодняшнего утра.


Их первая – и единственная – тренировка состоялась через час после легкого – можно даже сказать символического – завтрака. Ей предшествовало теоретическое занятие: на нем-то Голицын и узнал, что, скорее всего, остается сегодня в резерве. Логика этого, на первый взгляд неожиданного решения Маклеуд заключалась в следующем.

В сборной шесть игроков: сама Эмма, Глеб, Иван, Лера, Рут, и Майкл Мейер. По два человека от каждого подразделения – как того и требуют правила: ведь во внутрикорабельном турнире «Балласт», «Динамо» и «Звездный путь» набрали равное количество очков, и даже разница забитых и пропущенных мячей у них оказалось абсолютно одинаковой. Случись иначе – из команды-победителя в сборную вошли бы трое, из второй – двое, а из занявшей последнее место – один игрок. Гораздо удобнее, кстати: сразу получаем сыгранные тройку нападения и пару защитников, наладить между ними взаимодействие – уже дело техники.

Совсем другое дело – нынешняя ситуация «два плюс два плюс два». Составить единую команду из трех изолированных пар игроков – та еще задача! Нет, если бы в их распоряжении было хотя бы полдюжины тренировок – тогда да, конечно, но вот так вот, за неполный день…

Маклеуд, однако, нашла выход. Андерсон и Мейер начинали сезон в одной команде, неплохо при этом взаимодействуя. Ни одного официального матча они, правда, так вместе и не провели, но Эмма надеялась, что навыки совместной игры у Рут и Майкла все же остались. Итого вырисовывается пара Соколов – Боголюбова и, пусть с некоторой натяжкой, – тройка Маклеуд – Мейер – Андерсон. Ну и Иван, поигравший когда-то со всеми из них, кроме Майкла – этакий универсальный запасной. Ничего личного, просто вопрос тактики…

В первый момент Голицын даже особо не расстроился: ну, запасной так запасной, главное, чтобы команде было хорошо, но потом, уже в криск-зале, вынужденный большую часть времени тупо наблюдать за занятием сборной со стороны, мало-помалу приуныл. Попробовал было, дабы не терять зря времени, потренировать штрафные – в свободные, дальние от «Альга» ворота, защищать которые им предстояло в сегодняшней игре – но любимые броски что-то не пошли: едва ли не каждый второй мяч бесславно улетал в «молоко».

Окончательно раскиснув, Иван едва дождался завершения тренировки и первый проследовал в раздевалку.

Душевая комната здесь была не общей, как в Школе, а состояла из шести отдельных закрытых кабинок (удобно, кстати, почему бы везде так не сделать?). Заняв крайнюю, Голицын пустил воду и подставил ссутуленные плечи под упругие горячие струи. Кабинка быстро заполнялась паром. За матовой стеклянной дверью скользнули размытые силуэты товарищей по команде: сперва в одну сторону, затем, через несколько минут – обратно. Иван выходить не торопился. Пусть сначала все уберутся.

Выждав для верности еще минут десять, Голицын выключил воду и, завернувшись в полотенце, вышел из кабинки. Раздевалка, однако, оказалась не пуста: у самого входа, склонившись над разложенным К-комбинезоном, копошилась Рут. Недовольно зыркнув в ее сторону, Иван молча проследовал за перегородку (кстати, еще одна незаменимая для раздевалки штука!) и принялся одеваться.

Закончив облачение, Голицын комом сунул свой игровой комбинезон в ящик – к матчу так или иначе будет как новенький – с полминуты постоял в задумчивости и, вздохнув, побрел к выходу. К его удивлению, Андерсон все еще не ушла. Она-то что копается?! А впрочем, какая разница?

Рут нагнала его в коридоре – том самом, украшенном аляповатыми пестрыми вымпелами. Голицын чуть посторонился, пропуская ее вперед, но обгонять его Андерсон не стала.

Несколько секунд они шли рядом.

– Это несправедливо, – проговорила внезапно девушка.

– А? – Иван не сразу вырвался из плена своих мрачных мыслей. – Несправедливо? Что несправедливо?

– Несправедливо, что она поставила Майка, а не тебя…

– Майка? – переспросил Голицын. – Да нет, все правильно: Эмма же объяснила, – пробормотал он. – Нужны готовые, сыгранные звенья…

– Сыгранные звенья?! Да они там, в «Звездном Пути», совсем в другом темпе летают! Сегодня мы с Майком все время в противофазе оказывались!

– Да? А мне как раз показалось, что вы неплохо взаимодействовали…

– Неплохо?! Да ужасно просто! Тупит он по-страшному – просто сил никаких нет! Но она упорно сует его во все комбинации!

– Эмма – капитан, – пожал плечами Иван. – Она отвечает за результат, ей виднее…

– Ага, а нам, всем остальным, на результат, разумеется, наплевать! – воскликнула Андерсон.

– Все равно решение принимает капитан. Какими бы спорными или… или даже обидными они не казались… – Голицын не без удивления обнаружил, что пальцы Рут крепко сжимают его ладонь. И, по всей видимости, длится это уже какое-то время.

– Капитаном сборной, кстати, должен был, кажется, стать представитель команды, которая выиграла внутренний турнир, – напомнила Андерсон. – Разве «Звездный Путь» у нас что-нибудь выиграл? – Коридор закончился, и она поставила ногу на первую ступеньку трапа.

– Так никто же не выиграл…

Капитанство Маклеуд ими с Глебом подразумевалось как-то само собой, Иван даже не помнил, было ли по этому поводу какое-то особое обсуждение, или же Эмме просто хватило их молчаливого согласия. Так или иначе, сборную Маклеуд начала формировать еще на Сопроле, и никому и в голову не пришло с этим спорить.

– Я и говорю: несправедливо!

Поднявшись на пару палуб, они сошли с трапа и попали в узкий служебный коридор. Идти здесь было бы удобнее по одному, друг за другом, но Рут руки Ивана не выпустила. В результате в одном, наиболее тесном месте – из стены здесь выступала холодная махина силового щитка – они были просто вынуждены тесно прижаться друг к другу, да так и остались стоять, словно застряв в проходе. В следующее мгновение Голицын ощутил на спине мягкое прикосновение пальцев Рут, и все его тело словно пробило ударом тока. Левая – свободная – рука Ивана скользнула на талию девушки, и почти одновременно с этим его и ее губы нашли друг друга.

Время остановилось.

– Поражен шлюз номер шесть команды «Альг»! Счет пять-два в пользу команды «Бурк»!

Скрючившийся в нише для запасных Голицын в отчаянии двинул сжатым кулаком по ни в чем не повинному экрану. Тот даже не мигнул: видать, повидал на своем веку и не такое.

Они проигрывали. Да что там проигрывали – с треском летели: «два – пять» за считанные минуты до конца первой стадии! И главное, ведь нельзя сказать, что «Альг» был настолько слабее своего соперника по игре! Нет: атакой отвечали на атаку, моменты возникали как у одних, так и у других ворот, да и грубых ошибок никто из игроков в красной форме (родные цвета «Варяга»!), вроде бы, не совершал… Одна беда: «Бурк» забивал, а «Альг» – нет.

Притом что начиналось-то все, казалось бы, более чем обнадеживающе: уже в самом начале игры им удалось открыть счет: с передачи Эммы отличилась удачно подключившаяся к атаке Лера. «Бурк» было восстановил равновесие – Мазовецки мастерски расстрелял кольцо со штрафного (кстати говоря, кроме капитана-поляка в синей форме сегодня на поле вышли Чжу Пэн, Чан Бяо, а также два малознакомых Ивану курсанта-второкурсника: китаец и, кажется, австралиец, в запасе остался еще один китаец – Тан Минь, а вот Смирнов-Маленький, к удивлению Голицына, в состав не попал вовсе) – но тут же Майкл Мейер, воспользовавшись пасом все той же Эммы, вновь вывел свою команду вперед. И тут – как отрезало! Как «красные» ни старались, какие хитроумный комбинации ни крутили – ворота «Бурка» словно злой Хоттабыч заколдовал. Чего, к сожалению, никак нельзя было сказать о противоположных: несмотря на воистину титанические усилия защиты во главе с Глебом, здесь мячи исправно поражали шлюзы, выбивая их один за другим – спасибо хоть не в порядке номеров!

Иван всей душой рвался в игру, однако, несмотря на удручающий результат, с заменой Маклеуд что-то не торопилась. Да и кого прикажете убрать? Мейера? Так он не плох, даже гол, вон, забил. Глеба или Леру? На них вся защита держится, разорвешь связку – все и посыплется. Рут? К ней вроде тоже особых претензий нет… Да что там говорить: каждый по отдельности играет неплохо. А вот все вместе…

Голицын заставил себя поднять глаза на экран: игроки «Бурка» неслись в очередную атаку. Разглядеть лица отсюда было невозможно, но, судя по характерной белой шевелюре, снаряд контролировал Мазовецки. Отыгравшись с кем-то из партнеров, он легко прошел выдвинувшуюся вперед Рут – Иван почему-то был уверен, что это именно она – оттолкнулся от стены и, ловко разминувшись еще с кем-то из игроков в красной форме, устремился к воротам. Мимо плеча поляка просвистел биток, но Збышек его словно и не заметил, а вот за мгновение до того, как второй красно-коричневый мяч ударил ему в грудь, коротким движением переадресовал снаряд налево, куда уже устремился кто-то из его партнеров. Однако и защита «Альга» тоже не дремала. Фигурка в красном метнулась наперерез, столкновение – и мяч отобран!

Тут же пошла ответная атака. В два паса снаряд был доставлен на половину поля «Бурка». Еще одна – диагональная – передача – и почти все игроки в синих К-комбинезонах отрезаны. Выход вроем против одного защитника, короткий перепас… Казалось, черному мячу уже просто некуда деваться, кроме как провалиться в шлюз, но что-то там вдруг произошло – на экране было не понять, что именно – но снаряд ушел куда-то в сторону, а игроки «Альга» как-то неловко закувыркавшись, отлетели к стене.

– Технический перерыв! – раздался из динамика равнодушный голос арбитра. – Игрок команды «Альг» получил травму! Рекомендуется замена!

Замена?! Сердце Голицына екнуло. Наконец-то! Но… Но кто получил травму? Только бы не…

Отдернув пластиковую шторку, Иван выглянул из ниши: к воротам уже подлетали Глеб с Лерой, держащие под руки побледневшего Майкла Мейера. Позади них Эмма что-то сердито выговаривала Рут.

– Что с ним? – с невольным облегчением спросил Голицын, поспешно освобождая место запасного.

– Въехал плечом в дужку шлюза, – ответил Соколов. – Похоже на вывих.

– Как это его угораздило? – удивленно спросил Иван. Серьезные травмы в криске, конечно, случались, но не слишком часто: обычно игроков все же спасали К-комбинезоны.

– Столкнулся с Рут, – пояснила Боголюбова. – Крутанулся, ну и…

– Я не нарочно! – воскликнула, подлетая, Андерсон – не то Ивану, не то отвечая на упреки разгневанной Маклеуд.

– Смотреть надо, куда летишь! – процедил сквозь зубы Мейер, скрываясь в нише.

– Кто бы говорил! – огрызнулась ему вслед Рут.

– Так, все: базар прекратили! – поспешила по-капитански вмешаться Эмма. – Рут, с тобой мы еще после матча поговорим! Иван, выходишь направо, на позицию чуть оттянутого форварда. Глеб, смещаешься чуть ближе к центру, Лера – готовишься при первой возможности выдвигаться по флангу, если что – я подстрахую. Играем четвертую – надо дать Ване почувствовать снаряд. Ну что, готовы?

– Технический перерыв завершен! – объявил судья. – Мяч у команды «Альг»!

Заняв место, отведенное ему в комбинации, Голицын выждал положенное время и принялся медленно смещаться вдоль стены зала. Внутри у него все пело. Он снова в игре! Жаль, конечно, бедного Майкла, но что поделаешь: криск – не шахматы, тут думать надо…

Отыскав взглядом Рут, Иван невольно засмотрелся на то, как она расчищает битками дорогу Лере, и едва не проморгал адресованную ему передачу. Черный мяч ударил в стену почти в полуметре впереди, но каким-то чудом Голицыну все же удалось остановить его на отскоке. Оттолкнувшись ногами, Иван ринулся вперед. Рядом пронесся биток, но Голицын и бровью не повел.

Насколько он помнил, четвертая комбинация предполагала, что, вклинившись с мячом в оборонительные ряды и тем самым отвлекши на себя внимание противника, Иван выведет на ударную позицию Эмму. Соперник, однако, похоже, о чем-то подобном догадывался: не спеша очертя голову бросаться навстречу Голицыну, пара защитников «Бурка» слаженно оттягивалась к своим воротам, в то время как третий – кажется, сам Мазовецки – весьма грамотно заблокировал Маклеуд. Передача на ход Эмме потеряла всякий смысл, а никакого альтернативного продолжения схема, увы, не имела…

Слева и чуть сзади от Ивана мелькнуло что-то красное и, действуя скорее по наитию, Голицын швырнул туда снаряд. Выскочившая из-за спин игроков обороны, словно чертик из табакерки, Рут – а это была именно она – на скорости одной рукой обработала мяч и, проскользнув между двух растерянных защитников, со страшной силой вколотила снаряд в кольцо.

– Поражен шлюз номер три команды «Бурк»! Счет пять – три в пользу команды «Бурк»! – торжественно провозгласил судья.

– Отличный пас! – подлетев сзади, Рут звонко шлепнула ладонью по ладони Ивана – так, что, не ухватись он судорожно за петлю на стене, полетел бы кувырком.

– Домой! – донесся с противоположной половины поля призыв Эммы. – Времени мало!

Пропущенный мяч вовсе не вывел игроков «Бурка» из равновесия: их атака была тщательно подготовленной и вышла бы, вероятно, весьма опасной, если бы в какой-то момент Голицын, вместо того чтобы, как того требовала теория, сместиться вслед за Чаном Бяо, перекрывая тому путь к воротам, повинуясь внезапному порыву – поэт, вероятно, назвал бы это вдохновением – не бросил своего подопечного, рванув в центр – и через секунду в руках у него уже был снаряд, казалось бы, обязанный без помех дойти к Мазовецки от Чжу Пэна. Не глядя отправив черный мяч Рут – Иван просто чувствовал, что она должна быть там, куда он направит снаряд – Голицын рванулся к чужим воротам. Ответный пас пришел к нему уже на чужой половине поля. Не задумываясь, Иван вернул снаряд на ход Андерсон – и тут же столкнулся с преградившим им путь защитником. Игрок в синей форме отлетел к стене, Голицын – к центру зала, а Рут с черным мячом наизготовку – к никем не прикрытому кольцу. Короткий замах, и…

– Поражен шлюз номер два команды «Бурк»! Счет пять – четыре в пользу команды «Бурк»! – исчерпывающе подвел итог этой импровизированной комбинации арбитр.

– Круто! – Глеб подхватил слегка потерявшего ориентировку в пространстве Ивана, не дав тому врезаться затылком в стену зала. – Вы это отрабатывали, да?

– Нет, – честно признался Голицын.

– Расставились! – деловито вмешалась Маклеуд. – На флангах внимательнее!

На этот раз «Бурк», воспользовавшись некоторой растянутостью обороны «красных», привыкших к широкой, размашистой игре соперника, попытался провести резкий, кинжальный выпад прямо по центру. Оставив не у дел Ивана и Рут, атакующая тройка «синих» вывалилась на Глеба с Лерой, за счет короткого паса легко отыграла первого, оттеснив вторую от завладевшего снарядом Чана Бяо. На помощь своей защите, однако, успела оттянуться Эмма, вынудив китайца развитие атаки притормозить. Последовал пас назад – на притаившегося там австралийца, но пущенный Боголюбовой биток сбил черный мяч с курса, и тот отскочил точно в руки к спешащему вернуться в оборону Голицыну.

Иван же словно только этого и ждал. Резко развернувшись у стены, он пропустил мимо дернувшегося было за потерянным мячом Чана и собирался уже рвануть вперед, когда китаец, отчаявшись, ухватил его рукой за ногу.

– Нарушение правил! – тут же остановил игру судья. – Штрафной удар!

– Пробьешь? – с оттенком легкого сомнения в голосе спросила подлетевшая Маклеуд – заметила, значит, его утренние «успехи» со штрафными. – Или, может…

– Никаких «может»! – Голицын уверенно направился к точке броска.

Четверть минуты – и счет сделался ничейным: «пять – пять».

Последовавшая за этим атака «Бурка» выглядела совершенно неубедительно: пара длинных поперечных передач – и мяч потерян. Правда, и у «Альга» снаряд задержался недолго: Глеб попытался хитрым пасом послать в отрыв Эмму, но немного не рассчитал отскок, и до мяча Маклеуд не дотянулась.

– До конца матча осталась одна минута! – под звук этого объявления судьи снаряд вновь перешел к игрокам в красной форме: Мазовецки неожиданно попытался пробить издали, но Лера была начеку, вовремя ударив битком.

– Построились для семнадцатой! – распорядилась Эмма, то ли забыв, что Иван в этой комбинации не наигрывался, то ли желая провести ее силами четырех игроков.

Однако снаряд к этому моменту уже находился в руках у Голицына, а того в сегодняшней игре словно несла какая-то незримая, но неодолимая сила, противиться воле который он не мог – да, признаться, и не имел никакого желания.

Путь Ивана к воротам «Бурка» включил в себя пять передач – все, разумеется, на Рут, похоже, черпавшую вдохновение из того же самого бездонного источника и предугадывающую ходы Голицына прежде, чем тот сам успевал их толком осознать, четыре отыгрыша о стену и один – о спину кстати подвернувшегося Мазовецки. Завершить комбинацию броском вновь выпало Андерсон, и Рут проделала это с таким изяществом, что, кажется, даже игроки «Бурка» засмотрелись, очарованные.

– Поражен шлюз номер шесть команды «Бурк». Счет шесть – пять в пользу команды «Альг», – единственный, кому удалось сохранить невозмутимость, был бесстрастный электронный арбитр. – Ворота команды «Бурк» открыты. Первая стадия матча завершена.

– Я, конечно, понимаю: победителей не судят и все такое… – выдохнула Эмма, держась рукой за сердце, когда сияющие Иван и Рут возвратились к своим. – Но больше так не делайте, хорошо?

– Команде «Альг» приготовиться к проходу через ворота! – объявление судьи заглушило любые их попытки ответить – оставалось только молча кивнуть.

– Разбираем битки, – уже распоряжалась тем временем Маклеуд. – Первый – Иван, за ним – Рут, дальше… дальше – посмотрим!

Впоследствии Голицын много раз пытался припомнить хоть какие-то подробности этой своей попытки, но память исправно выдавала лишь два момента: вот он берет из рук Рут, на секунду, не больше, касаясь их кончиками своих пальцев, снаряд – и вот уже падает вслед за ним сквозь разверзнутый шестиугольник ворот на мягкие маты. Прошел! Победа!!!

Рывком поднявшись, он что было сил запустил мяч обратно в черноту зала.

Впрочем, не прошло и минуты, как снаряд вновь вывалился назад. А вот Рут, пронесшая его через ворота, упасть не успела: рванувшись, Иван бережно подхватил ее на руки.

– Есть! Мы сделали это! – выдохнула девушка, обвивая руками его шею.

Не помня себя от счастья, Иван наклонился к ее губам…

В этот самый момент из-под потолка раздался жуткий, пронзительный вой.

– Что это? – ахнул Голицын, едва не уронив Рут на маты.

– Сигнал тревоги?! – полувопросительно произнесла Андерсон. – Но с какой стати?

– Срочно на «Альг»! – аккуратно опустив ноги девушки на пол, Иван решительно повлек ее за собой – туда, где за коротким коридором находился «парадный подъезд» их корабля.


предыдущая глава | Третий курс | cледующая глава