home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



10

– Десятая вахта завершена. Корабль в режиме полета, обстановка стабильная, прогноз нейтральный. Дежурные навигаторы – курсанты Мейер и Шаофань. Дежурные в технических отсеках – курсанты Боголюбова и Фадеев, дежурные на батарейной палубе – курсанты Андерсон и Гальтиери. Од-ин Маклеуд вахту сдала! – уже привычной скороговоркой выдала Эмма.

– Од-ин Голицын вахту принял! – отсалютовал Иван, отметив про себя, что, случайно или нет, компанию ему в первые – наиболее ответственные – часы сегодняшнего дежурства составит пара лучших навигаторов корвета. – Сколько у нас времени? – поинтересовался он, усевшись в командирское кресло и вполуха выслушав стандартные доклады подразделений – пока что они не имели никакого значения.

– До вскрытия конверта с заданием – пятнадцать минут, если ты это имеешь в виду, – ответила Маклеуд.

– Это, конечно, что же еще?!

Сегодня им предстояло пройти последний маршрут в рамках экзаменационной программы. Отставание от «Бурка», за два последних дня немного сократившееся, несмотря даже на заработанные Эммой официальные замечания, тем не менее составляло ни много ни мало – двадцать девять баллов. Отыграть их все за один перелет – это, конечно, уже что-то из области ненаучной фантастики, но потом ведь еще будет криск… В общем, для «Альга», как дружно убеждали себя и друг друга Эмма, Иван и Глеб, потеряно было еще не все. А если считать иначе – какой смысл тогда вообще запускать двигатели?

– Обрати внимание на третий бортовой канал, – проговорила Маклеуд, облокотившись на высокую спинку его кресла.

Ловким движением пальца Голицын вывел соответствующее изображение на основной экран, в центре которого тут же засветилась маленькая, яркая звездочка.

– Что это? – спросил Иван, но тут же сообразил сам. – А, ну конечно же – «Бета»!

– Она самая, – кивнула сзади Эмма.

Для последнего задания экзаменаторы предусмотрели для них очное противостояние. Оба участвующих в соревновании корабля должны были одновременно стартовать из одной – по космическим, конечно, меркам – точки. Дальше уже все будет зависеть от выбранного навигаторами курса. Может быть, так и пойдут по маршруту ноздря в ноздрю, а может – разлетятся в противоположные стороны – чтобы через несколько часов вновь сойтись – на финише.

– Интересно, кто у них там сейчас в рубке? – задумчиво проговорил Голицын.

– Ну, не трудно подсчитать. Одиннадцатая вахта – значит, как и у нас, баллистик. То есть Чан Бяо. В смысле – за пультом. Но Збышек, я думаю, тоже спать не пошел. Да и Чжу наверняка подтянулся.

– То есть всем кагалом, так сказать… Кстати, а Глеб-то наш где?

– Где, где… Где надо! – в рубку почти вбежал Соколов. – Без меня не начинали? Ах да, вижу – еще десять минут… На Юнната, будь он неладен, нарвался! – поспешил пояснить он.

– И что? – спросила Маклеуд.

– Что, что… Сдерживался, как мог – даже без официальных замечаний как-то обошлось… Он вдруг что-то стал меня насчет криска конкретно так грузить. Типа кто войдет в сборную и все такое. Я пытался отбрехаться – мол, не капитан, точно не знаю, но этот пристал, прям как банный лист к… к одному месту! Пришлось сказать, что вроде как мы трое точно играем, а остальные – под вопросом. Думаете, все? Как бы не так! Стал мне про своего любимого Злодея втулять! Типа тот специально приучен к невесомости, и они с ним даже как-то летали вдвоем в криск-зале – и якобы Злодей куда-то там очень ловко снаряд зашвырнул. Аж светился весь. Юннат в смысле – когда про чудо-юдо свое рассказывал. Меня так и подмывало сказать: давайте, мол, Злодея в сборную включим! А что, полноправный член экипажа! Но вовремя язык прикусил: а ну как не поймет юмора – не отвертишься потом!

– С него станется, – представив Злодея в К-комбинезоне, Иван не смог сдержать кислого смешка. – А вообще, классная идея! Психическая атака – двойная катапульта со Злодеем на острие! Противник разбежится от страха!

– Я первая разбегусь, – в свою очередь усмехнулась Эмма.

– Ладно, Злодей Злодеем, ты лучше скажи – по части расследования новости есть? – спросил Глеб у Голицына.

– Были б – ты бы уже знал, – буркнул, резко помрачнев, Иван.

Все его усилия на детективном поприще оказались напрасны: алиби Цурра, как, впрочем, и всех остальных, присутствовавших на палубе, было совершенно непрошибаемым – вплоть до того, что временами Голицына даже стали посещать мысли: а может, и правда, на ранольца напал Танака? А значок потом незаметно прицепил к кому-нибудь из курсантов – то ли специально абы как прикрепил, то ли просто так вышло – вот тот и откололся, завалившись за подушку кресла… Мотив, опять же, имеется… Впрочем, стоило Ивану лишь начать думать в этом направлении, как перед его глазами вставал Хирото с его отчаянным: «Командир! Я не виновен!» Не верить в этот момент японцу было решительно невозможно.

Задумавшись над несчастной судьбой Танаки, Голицын едва не потерял счет времени.

– Так, внимание! – вернул Ивана к реальности сухой голос Маклеуд. – Конверт!

Голицын поднял глаза на экран: звездочка корвета-конкурента на нем исчезла, сменившись изображением большого белого квадрата, перечеркнутого крест накрест широкими прямыми линиями, с каждой секундой постепенно меняющими свой цвет с зеленого на красный. Трудно сказать, что подразумевали под этим символом альгерды, но у курсантов была одна ассоциация – конверт с заданием.

– Минутная готовность! – проговорил Голицын, сверившись с хронометром.

Полосы на конверте, утратив последние оттенки зелени, сделались густо-розовыми, а затем и вовсе ярко-алыми – будто кровью налились.

– Сейчас бабахнет! – выдохнул где-то сзади Глеб.

И точно: в следующую секунду «конверт» словно взорвался изнутри, разметав обрывки по экрану, и глазам Ивана предстал аккуратный столбец цифр с полетным заданием.

– Навигаторам приступить к прокладке курса! – почти выкрикнул Голицын – впрочем, пальцы Майкла Мейера и Бо Шаофань уже и так порхали над пультом.

– Простенький маршрутик, – прошептала из-за плеча Ивана Эмма и добавила, – плохо…

– Почему плохо? – тут же поинтересовался Соколов.

– Слишком все очевидно: негде будет оторваться…

Голицын нахмурился: как это она так все сразу видит? Нет, он, конечно, тоже не полный профан: вот она, точка финиша – в такой дремучей глуши космоса, что остается только удивляться наличию там внесенных в базу «ворот». Единственных, кстати. Значит, и финишная прямая тоже одна-единственная – вот этот тоннель… Но вот дальше – дальше уже возможны варианты. Ровно три. И с каждым этапом число их будет расти…

Иван покосился на занятых расчетом навигаторов. Мейер приник к самому пульту, словно стараясь слиться с ним в одно целое, щелканье клавиш под его пальцами сливалось в сплошной, ровный гул. На экран перед собой Майкл не смотрел вообще. Шаофань наоборот сидела прямо, словно ненароком проглотила за завтраком эталон метра из палаты мер и весов. Взгляд китаянки впился в монитор, зато руки работали вслепую, то выбивая сумасшедшую дробь, то замирая в ожидании.

– Курс готов, од-ин! – совершенно неожиданно для Голицына сообщил, резко распрямившись, Мейер.

Иван вздрогнул.

«Что? Уже?» – едва не переспросил он, но, вовремя опомнившись, распорядился:

– Курс на экран!

– Курс на экране, од-ин!

Так, что тут у нас? Пять тоннелей, один – стабильный, четыре заканчиваются мерцающими «воротами». Запас… Запас везде солидный, даже Юннат бы, наверное, не смог придраться. А здесь что? Что-то уж больно длинный перелет в трехмерном пространстве…

– Любой альтернативный вариант сопряжен с использованием одного-двух дополнительных тоннелей, од-ин, – видимо, прочитав что-то на лице Голицына, подал голос Майкл. – Общее время прохождения маршрута увеличится минимум на пять процентов.

– А то и на все десять… – как бы сама себе прошептала за спиной Ивана Эмма.

– Отлично! – кивнул Голицын, восприняв – и справедливо – ее слова как полное одобрение выполненных расчетов. – Курс принят. Поехали! В смысле – старт! – и он решительно стукнул указательным пальцем по шестиугольной стартовой кнопке, превращая результат работы навигаторов в официальный приказ по кораблю.

– Есть старт! – тут же доложил Мейер. – Начинаем разгон! До прохода «ворот»… До прохода «ворот» две тысячи секунд!

– А что там у нас «Бета»? – поинтересовался Глеб.

Иван бросил взгляд на вспомогательный экран, однако навигатор его опередил.

– «Бета» пока стоит на месте, – сообщил Майкл. – Хотя нет, вроде тронулась… Идет параллельным курсом! Отставание от нас – двадцать две секунды!

– То есть у «ворот» мы будем первыми? – уточнил Соколов.

– Должны быть…

– И тогда эти двадцать две секунды превратятся в полноценные шестьсот, – заметил Глеб. – Сколько это у нас будет в баллах?

– Ты это… Не говори «гоп», пока не перепрыгнул, – покачал головой Иван.

Он понял, что имел в виду его товарищ: корабли не могут проходить «ворота» один за другим, минимальный допустимый интервал составляет около десяти минут. Таким образом, если «Альг» не упустит своего преимущества, «Бурк» будет просто вынужден притормозить. Причем разумнее всего сделать это не в последний момент, а заранее, чтобы войти в тоннель с оптимальным ускорением.

– Все в наших руках, – проговорила Эмма, то ли поддержав Соколова, то ли просто рассуждая. – В трехмерном пространстве, на разгоне, им нас уже не догнать.

– Не догнать, говоришь? – нахмурился Голицын. – Почему тогда они не сбрасывают скорость?

– Сбросят, куда денутся.

Однако минули десять минут, затем еще пять, а «Бурк», как ни в чем не бывало, продолжал очертя голову нестись вперед.

– Что-то я не пойму, что они задумали, – призналась, наконец, Эмма. – Придется же тормозить перед самыми «воротами»! Хорошо если после этого они вообще в тоннель войдут…

Ответ пришел в виде яркой вспышки, озарившей экран.

– Батарейная палуба – рубке! Подвергнуты артиллерийскому обстрелу! – узнал Иван взволнованный голос Рут. – Цель одиночная, скоростная… Да что там говорить – это в нас «Бета» палит!

– «Бета»?! В нас?! – недоверчиво переспросил Голицын.

– Ну, не совсем в нас… Прямо по курсу с опережением где-то в километр-полтора.

– Они там, на «Бете», что, с дуба рухнули?! – пробормотал Глеб.

– Запрос на открытие ответного огня! – почти прокричала Андерсон.

Иван растерянно оглянулся на Эмму.

– Ни в коем случае, – решительно покачала головой Маклеуд – хотя было заметно, что она тоже слегка обескуражена происходящим. – Не хватало нам тут только космической перестрелки!

– Батарейной палубе: огня не открывать! – дисциплинированно распорядился Иван.

– Не, они точно сбрендили, – заметил между тем Соколов. – Опережение в километр на нашей скорости – это на грани критичного!

– На грани, – кивнула Эмма. – Они хотят, чтобы мы сбросили скорость. Берут нас на испуг.

– Не дождутся! – отрезал Голицын.

– Самое смешное, что правилами, это, похоже, не запрещено, – проговорила Маклеуд. – Как там сказано?.. Применять для достижения цели все имеющиеся в распоряжении силы и средства… – по памяти процитировала она. – Точно, ребята даже ничего не нарушают!

– Так они что, могут нас просто сбить? – ахнула Шаофань.

– Ну, до этого, я надеюсь, не дойдет…

– А вот в этом я бы не был столь уверен, – покачал головой Иван. – Может все-таки пальнуть в ответ? Тоже с опережением в километр или даже в два? Так, на всякий случай?

– Нет, – твердо заявила Эмма. – Какой смысл – мы и так будем первыми у «ворот»!

– Смысл – дать им понять, что с нами такие шутки не проходят!

– Лучший способ дать им это понять – нырнуть в тоннель, – отрезала Маклеуд.

– Ну да, конечно, нырнуть в тоннель – это лучше всего, – с сарказмом произнес Голицын. – А они нам вслед – на поражение!

– Да не будет никакого «на поражение»! – воскликнула Эмма. – Ваня, очнись! Это же Збышек, Чжу и Чан! Ты что, правда думаешь, что они станут в нас стрелять?

– Но ведь стреляют же!

– Стреляют мимо!

– Шестьсот секунд до прохода «ворот»! – встрял с докладом Мейер.

– Так, все, работаем! – рявкнула Маклеуд, решительно прекращая спор.

Пожав плечами, Иван повернулся к микрофону.

– Внимание по кораблю! – Голицын и сам удивился тому, насколько спокойно звучит его голос. – Приготовиться к проходу через тоннель! Подразделениям доложить о готовности!

– Силовое подразделение, курсант Андерсон. К проходу через тоннель готовы. Обстановка стабильная, прогноз… Ну, будем считать, что нейтральный! Хотя я лично считаю…

– Батарейная палуба, отставить неуставные разговорчики! – прикрикнул на Рут Иван.

– Слушаюсь, од-ин!

– Техническое подразделение, курсант Боголюбова. К проходу через тоннель готовы. Обстановка стабильная, прогноз нейтральный.

– Принято, – Голицын вновь перевел взгляд на экран. «Бурк» по-прежнему не отставал и огня не прекращал – правда, похоже, скорректировал прицел с учетом возросшей скорости «Альга». Впрочем, недостаточно: корабельная система предупреждения об опасности, до сих пор хранившая молчание, начала вяло попискивать.

Иван многозначительно посмотрел на Эмму. Та взгляда не отвела.

– Предлагаю пари, – криво усмехнувшись, проговорил Голицын. – Ставлю на то, что так просто они нас в «ворота» не отпустят.

– Принимаю, – бесстрастно заявила девушка. – «Бурк» прекратит стрельбу и начнет сбрасывать скорость не позднее, чем за сто секунд до расчетного времени нашего входа в тоннель.

– Идет, – кивнул Иван. – На что спорим?

– А что у тебя есть? – в тон ему ответила Маклеуд.

Голицын демонстративно похлопал руками по карманам комбинезона.

– Где-то тут, кажется, пачка кредитов завалялась… Куда ж делась-то?!

– Ладно, голытьба, – рассмеялась Эмма, – давай так: проигравший отстоит за победителя вахту!

– Договорились! Ну что ж, готовься не спать двое суток подряд!

– Ты хотел сказать: спать двое суток подряд? Да, это, пожалуй, будет нелегко… Ну, ничего, я постараюсь!

Спор Иван проиграл: «Бурк» прекратил преследование даже ранее, чем предсказала Эмма – и все же позднее, чем требовалось, чтобы нормально пройти «ворота». Таким образом на выходе из тоннеля его отставание составляло уже добрых полчаса, что при хорошем раскладе могло дать «Альгу» на финише баллов десять преимущества. Неплохо для начала. Вот если бы еще как-то развить этот успех…

С развитием, однако, пока не больно-то складывалось. Повиснув у них на хвосте, «Бурк» так и болтался там, словно привязанный, не в силах догнать, но и отставать не желая. Так с интервалом в тысячу восемьсот десять секунд они вошли во второй тоннель, с разницей в тысячу семьсот пятьдесят – вывалились вновь в трехмерное пространство, у следующих «ворот» разрыв составил ровно тысячу восемьсот, на выходе из третьего тоннеля вырос на жалкую пару секунд.

– Хорошо идут, – задумчиво проговорил Глеб, глядя на кормовой обзорный экран. – Уверенно.

– Так откуда ж здесь взяться неуверенности? – пожала плечами Эмма. – Маршрут-то элементарный…

– Если так пойдет и дальше, итоговое преимущество «Беты» составит баллов восемнадцать-двадцать, – прикинул Соколов. – Многовато, пожалуй.

– Сам же вроде считал: «шесть – ноль» и победа на второй стадии – и мы первые, – напомнил из командирского кресла Иван.

– Мало ли что я там считал, – буркнул Глеб. – Это ж когда еще было! Я, признаться, надеялся, что к финишу разрывчик все же чуток поменьше будет. Очков в десять хотя бы – тогда в криске нам бы просто надо было выиграть…

– Просто выиграть – девять очков, – поправила Маклеуд. – Десять – это уже по-любому вторая стадия.

– Да, но хоть не «шесть – ноль»…

– Короче, надо что-то делать. У кого есть какие-нибудь идеи? – спросила Эмма. – Пусть даже самые бредовые?

– Бредовые? Пожалуйста! – проговорил Голицын, резко повернувшись к ней вместе с креслом. – Разворачиваемся, сближаемся в «Бетой» и берем их на абордаж. Может, кстати, в суматохе кто Юнната пристрелит…

– Гм… – Маклеуд сглотнула. – Хорошо… А если чуть менее бредовые?

– Ну… – Иван по-быстрому перебирал в уме возможности его подразделения. – Еще можно, скажем, заминировать «ворота»…

– Я сказала менее бредовые!

– Нет, погоди, а собственно, почему нет? – Иван вскочил на ноги. – На самом деле, отличная мысль! По крайней мере, технически это вполне реализуемо. Мы ж первые идем! Сбрасываем на выходе мину – и…

– И разносим «Бету» на молекулы?!

– Нет, зачем на молекулы? – Голицын в возбуждении прошелся по рубке. С каждой секундой собственная идея нравилась ему все больше. – Мы официально объявляем, что такие-то «ворота» нами заминированы. Они же там, на «Бете», не идиоты соваться после этого в тоннель! Полетят в обход, как миленькие!

– Они – в обход, а мы – прямиком под трибунал, – произнесла, нахмурившись, Эмма.

– Ничего и не под трибунал! – воскликнул Иван. – Надо только все сделать по уму.

– Постой, – вмешался Глеб. – Я, кажется, чего-то не понимаю. Насколько я помню, есть какая-то Конвенция, запрещающая минировать «ворота», выходящие в нейтральное пространство.

– Конвенция о свободе межзвездного судоходства! – вспомнила Маклеуд.

– Есть, есть такая Конвенция, – кивнул Голицын. – И запрет есть. Но, как в любом правиле, в этом тоже есть свои исключения! Минировать можно, но только при отсутствии в секторе чужих кораблей на срок менее стандартных суток при условии заблаговременного публичного предупреждения и при наличии альтернативных путей, ведущих в сектор. Ну плюс еще тоннель, выход из которого минируется, не должен быть стабильным. Условия, обычно сводящие практическую пользу от минирования к нулю, но только не для нас! Вот, смотрите сюда! – он метнулся к экрану. – Вот здесь мы в следующий раз выходим из тоннеля. Сектор – пустыннее не придумаешь, уверен, что ни одной чужой посудины там не окажется – но это, в конце концов, можно будет уточнить на месте. Помимо нашего, сюда ведут еще два тоннеля, так что условие насчет альтернатив выполнено. Срок? Так нам и не надо надолго! Часик-другой – зачем больше?! – он обвел друзей торжествующим взглядом.

– А что насчет заблаговременного извещения? – все еще недоверчиво спросила Эмма.

– Какие проблемы? Известим заблаговременно!

– Заблаговременно – это за сколько? – уточнил Глеб.

– Там, если мне не изменяет память, два критерия. Во-первых, чтобы предупреждение никого не застало уже в самом тоннеле – но это у нас по-любому получается – мы ж сначала по этому тоннелю сами пойдем. И, во-вторых, предупреждение надо разослать не позднее чем за удвоенное время закрытия тоннеля для судоходства. То есть минируем на сутки – предупреждаем за двое, минируем на час – предупреждаем за два и так далее…

– Ясно, – кивнула Маклеуд. По тону ее, впрочем, было абсолютно неясно, одобряет она неожиданное предложение Ивана или отвергает. – Что у нас, кстати, со временем?

– Полтора часа до входа в тоннель, два десять – до расчетного времени выхода.

– Отлично, – она быстро подошла к свободному терминалу и принялась что-то набирать на клавиатуре.

– Что ты делаешь? – спросил Голицын.

– Хочу сама глянуть эту твою Конвенцию.

– Но время… – попытался возразить Иван.

– Времени достаточно, – отрезала Эмма. – Можешь пока распорядиться, чтобы готовили мину, – добавила она после небольшой паузы.

– Есть готовить мину! – просиял Голицын.

– Ну, Маклеуд, такого я от тебя не ожидал! – бушевал с экрана Мазовецки.

– Да? – с холодной улыбкой откликнулась Эмма. – Ну и напрасно!

– Нет, ну это ж надо было додуматься – мину поставить!

– А кто первый из пушек палить начал? – вмешался в разговор Иван.

– Так мы ж мимо!

– Ну, так и мы предварительно мину разрядили! – усмехнулась Маклеуд.

– Как разрядили? – осекся Збигнев.

– Да вот так вот, – развела руками Эмма.

– Ну… – капитан «Бурка» едва не задохнулся от нахлынувших на него эмоций. – Так вы… Ладно, до встречи в криск-зале… сап-перы!

Поляку было от чего расстроиться: в точку рандеву «Бурк» пришел просто с катастрофическим отставанием: в панике пересчитывая курс, его навигаторы что-то там напутали в четвертом или пятом знаке за запятой, едва не отправив корабль совсем в другой сектор космоса. И превратиться стартовым «минус двадцать девять», по крайней мере, в «плюс десять», если бы не неугомонный Юннат, ворвавшийся в рубку «Альга» с требованием немедленно отозвать предупреждение и убрать мину, а когда ему в пятый раз на пальцах объяснили, что это физически невозможно, да еще, к тому же и бессмысленно – «Бурк» все равно уже должен был свернуть с маршрута – раздавший по официальному предупреждению всем находящимся в рубке и окрестностях, включая стоящего в антизлодеевском карауле Игоря Фролова. Итого – «минус три». По сути – ничья, так как все теперь должно было решиться в криск-зале. Какая команда выиграет матч – уже не важно, с каким счетом – та и одержит общую победу.

До момента, когда победитель будет выявлен, оставалось чуть более стандартных суток.


предыдущая глава | Третий курс | cледующая глава