home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



ГЛАВА 22


Два следующих дня прошли скучно, без каких-либо заметных событий. Сильвия старалась быть любезной с Биллом Честером, но чувствовала себя неловко и не могла это скрыть.

И потом, ей не хватало возбуждения, которое она испытывала в Казино. Билл не приглашал ее туда, а первой затевать этот разговор ей не хотелось.

Если б не Вахнеры, Сильвия бы ужасно скучала в эти дни, но мадам Вахнер не раз сопровождала их с Честером в дальних прогулках, а там, где бывала мадам Вахнер, неизменно царил дух веселья.

Но вот наступил тот вечер, когда намеревался вернуться граф Поль. Мсье Польперро ни слово не обмолвился о его возвращении; тем не менее, оставалась надежда, что он явится позднее, Сильвии не хотелось встретить его в компании Билла Честера или Вахнеров.

У нее вошло в привычку каждый вечер приглашать Вахнеров на обед. Она пригласила их и в этот раз, но только в ресторан.

— Хорошо, но сегодня, дорогая Сильвия, угощать будет ами Фриц! — решительно заявила мадам Вахнер. Немного посопротивлявшись, Сильвия уступила.

Они обедали в ресторане напротив Казино. По окончании поистине приятной трапезы, к которой приложила особые труды приветливая хозяйка, Сильвия с досадой подумала о том, что предстоит провести еще один скучный вечер в гостиной «Виллы дю Лак», поэтому втайне возликовала, когда мадам Вахнер елейным голосом обратилась к Честеру:

— А теперь, мистер Честер, надеюсь, вы не откажетесь остаток вечера посвятить Казино! Я знаю, вы не в восторге от азартных игр, но уверяю вас, больше в Лаквилле совершенно нечего делать. Если бы не Казино, жизнь бы здесь полностью замерла!

Честер улыбнулся.

— Зря вы принимаете меня за ходячую добродетель, — ответил он непринужденно. — Почему бы не сходить, я ничего не имею против. — Биллу не хотелось брать на себя роль зануды, портящего другим удовольствие, — но признаюсь, не могу понять, почему некоторые питают к игре такое пристрастие. К примеру для меня загадка, что в ней находят такие умные люди, как граф де Вирье.

Мадам Вахнер взглянула на него многозначительно.

— Ах! — вздохнула она. — Бедный граф! Он заядлый, я бы сказала, неисправимый игрок. А теперь у него появились новые возможности: я слышала, он получил в наследство состояние!

Сильвия была поражена. Ей было непонятно, как Вахнеры узнали о наследстве.

Сделав нетерпеливый, нервный жест, она встала.

Как нестерпимо долго тянулись последние два дня, проведенные в компании Билла Честера, когда единственным утешением ей служило общество говорливой мадам Вахнер и сурового молчуна Фрица!

Сильвию терзала печаль. Перед отъездом графа, беседуя с ним в саду, она просила его отказаться от игры и провести остаток лета с сестрой. Что, если он решил последовать ее совету и больше не вернется в Лаквилль? Сильвия внушала себе, что в этом случае следует радоваться, поскольку ее друг принял лучшее, наимудрейшее решение.

Таковы были тягостные мысли, сопровождавшие ее в пути от ресторана в Казино. Целых два дня прошло с тех пор, как она была здесь в последний раз, и как нескончаемо долго тянулось это время!

Они миновали холл и стали подниматься лестнице к запретным для посторонних дверь Клуба.

В зале для баккара народу было еще больше, чем обычно, так как из Парижа, чтобы провести вечер в Лаквилле, прибыло несколько веселых и довольно шумных молодых людей. В дальнем конце зала прозвучали хорошо знакомые слова: «Банк выставляется на торги».

После паузы Сильвия услышала бормотание двух голосов. Один принадлежал официальному лицу, представителю владельцев Казино, а второй, низкий и негромкий, дорогой ей голос, от которого каждый раз сжималось ее сердце.

Значит, граф Поль вернулся! Он не последовал ее совету! Вместо того, чтобы, как полагалось бы, огорчиться, она обрадовалась — обрадовалась! Не тому, что он пришел в Казино — это было печально — а тому, что он здесь, рядом. До этого мгновения она не сознавала, что для нее значит его присутствие.

Сильвия не видела Поля де Вирье, скрытого толпой, состоявшей из шумных и чересчур нарядно одетых молодых людей и их спутниц в безвкусных туалетах.

Тут над нею склонилась высокая тонкая фигура мсье Вахнера. Сильвия удивленно подняла голову: ами Фриц очень редко обращался к ней с речью, впрочем, и ко всем остальным тоже.

— Сегодня вы должны играть, мадам, — властно произнес он. — Я предчувствую, что вы принесете нам счастье, как в тот раз, когда играли Первые.

Сильвия ответила нерешительным взглядом. Ее мысли обратились к подруге, которую она редко вспоминала в последние дни.

— Помните, как радовалась тогда бедная Анна? — шепнула она.

Мсье Вахнер вытаращил глаза; его длинное грубое лицо исказила гримаса страха, почти что ужаса.

— Не говорите о ней, — произнес он резко. — Это спугнет удачу!

Тут вмешался Честер.

— Сильвия, пожалуйста, играй, если тебе хочется! — нетерпеливо попросил он.

Честера раздражала мысль, что Сильвия в его присутствии сдерживает себя.

И Сильвия вдруг решилась. Банк держал граф Поль. Он рискнул — какой суммой? Восемью сотнями фунтов из своего наследства? Это было безумие, полное безумие с его стороны!

Ну что ж, тогда она тоже будет играть! У нее возникло ощущение, сопряженное со своего рода болезненной радостью: ей казалось, что они оба составляют собой одно целое. Он рискует своими деньгами, а она постарается их выиграть. Если ему посчастливится, она будет рада оттого, что он выиграет ее деньги.

Мсье Вахнер услужливо нашел для Сильвии место за столом, и она села. Граф де Вирье обвел глазами стол, увидел ее, вспыхнул и устремил взгляд прямо перед собой.

А затем, как в ее первый вечер в Казино, Сильвии стало необыкновенно везти.

Снова и снова она вытягивала девятку, даму короля, восьмерку…

И еще раз игроки стали возбужденно повторяя ее ставки, глядя на нее с благодарным, восторженным интересом, поскольку в тот вечер она даровала им преходящее богатство.

Чем больше Сильвия выигрывала и помогала выигрывать другим, тем более несчастной она себя чувствовала. Увидев, что осталось от горки банкнот перед графом Полем, она была просто убита. Восемьсот фунтов? Чудовищно потерять такую сумму за один вечер.

Затем наступил перелом. Удача оставила Сильвию, и она вздохнула свободнее.

Она взглянула в бесстрастное лицо графа Поля. Вид у него был усталый, чего и следовало ожидать после долгого путешествия из Бретани. И вновь, как по волшебству, фортуна поверюсь к Сильвии лицом. Ей шла одна лишь хорошая карта: комбинации все тех же восьмерок и девяток.

Внезапно она встала и отодвинула стул. Со всех сторон раздался протестующий ропот.

— Если мадам уйдет, удача уйдет вслед за ней! — эта фраза прозвучала не один, а, по меньшей мере, два раза.

Честер не сводил с нее изумленного, осуждающего взгляда.

— Ага! — воскликнул он. — Не удивляюсь, Сильвия, что тебе нравится играть! И часто такое бывает? Сколько ты выиграла у этого бедняги?

— Девяносто фунтов, — ответила она машинально.

— Девяносто фунтов! А приходилось ли тебе столько проигрывать — я имею в виду, за один вечер? — Честер задал этот вопрос прежним, не лишенным сарказма тоном. И все же сумма не могла не внушить ему уважение. В счетах провинциальных юристов подобные встречаются не часто. Сильвия апатично посмотрела ему в лицо.

— Нет, — медленно ответила она. — За вечер я никогда не проигрывала больше десяти фунтов. Проиграв десятку, я всегда прерывала игру. В этом состоит преимущество понтера перед банкометом: он имеет право остановиться, потеряв небольшую сумму.

— А! Понятно! — холодно отозвался Честер.

Затем оба смолкли, потому что неподалеку, у стола, разгорелась перепалка между мсье и мадам Вахнерами. В первый раз Сильвии пришлось наблюдать, как эта достойная пара ссорится публично.

— Говорю тебе, никуда я не пойду! — сквозь зубы шипел ами Фриц. — Сегодня мне везет, чертовски везет! Отвяжись, Софи, уйди и оставь меня в покое. Я добыл за вечер тысячу франков и, наконец, могу попробовать свою новую систему. Да, я собираюсь сделать это прямо сейчас! Хватит меня уговаривать. Плевал я на свои обещания. Если я что пообещал, то, значит, соврал!

Немало огорченная, Сильвия обернулась. На побагровевшем лице мадам Вахнер был написан нескрываемый гнев. Однако, заметив своих английских друзей, она с большим усилием взяла себя в руки.

— Ну ладно, — произнесла она. — Ладно, Фриц! Можно подумать, я какое-то злобное чудовище. Я твоя жена, мой долг повиноваться. Но только я не хочу смотреть, как ты спустишь все деньги, которые выиграл благодаря нашей милой приятельнице, мадам Сильвии. Да, я ухожу и оставляю тебе одного, мой бедный Фриц.

Она фамильярно взяла Сильвию под руку, и вместе, в сопровождении Честера, они покинули зал для игры в баккара.

В вестибюле мадам Вахнер, печально улыбаясь, обратилась к Честеру:

— Жаль, что Фриц не ушел с нами! Он выиграл целую тысячу франков. Для нас это большие деньги. Теперь он, наверное, их проиграет; вы, моя дорогая, — она обернулась к Сильвии, — приносите ему удачу, а вот граф — наоборот. В этом я тысячу раз убеждалась. Перед самым тем днем, когда вы с бедной мадам Вольски приехали в Лак вилль, Фриц проигрался в пух и прах, и все оттого, что банк держал граф де Вирье!

— Может быть, граф сегодня не станет больше держать банк, — неуверенно отвечала Сильвия.

— Станет, станет! — раздраженно воскликнула мадам Вахнер. — Я ведь рассказывала вам, Сильвия: наша поденщица узнала от жены мсье Польперро, у которой сестра служит кухаркой в доме герцогини д'Эглемон, что крестная графа де Вирье завещала ему громадное состояние? Ну, так вот, скоро от этих денег останется пшик, — она хихикнула, словно находила эту мысль весьма забавной. — Но не думаю, что в кармане Фрица осядет хоть малая их часть, даже при том везении, которое всем нам сегодня выпало. — Она признательно взглянула на Сильвию.

— Вы тоже, сэр, — мадам Вахнер с широкой улыбкой обернулась к Честеру, — вы тоже, должно быть, довольны тем, что мы все вместе побывали в Казино. Жаль, что вы не решились сделать ставку! Рискнули бы хоть одним фунтом! Вернулись бы потом в Англию с полным карманом денег.

— Скорее всего, я потратил бы их в Швейцарии! — засмеялся Честер. — Я ведь собираюсь в Швейцарию, мадам! Послезавтра уезжаю.

— А на обратном пути к нам заедете? — с нескрываемым интересом спросила мадам Вахнер.

— Может быть, если здесь еще будет миссис Бейли, но вряд ли так получится, потому что в Швейцарии я проведу не меньше двух недель.

Все трое достигли уже ворот «Виллы дю Лак».

— Ну ладно, Сильвия! — произнес Честер. — Полагаю, мне пора попрощаться. Я не завидую твоим неправедным доходам! — он говорил шутливо, но Сильвии послышался в его тоне укор.

— Спокойной ночи! — Голос Сильвии слегка дрожал. Когда она протянула руку, на землю упала сумочка, в которой был ее сегодняшний выигрыш. Мадам Вахнер остановилась и подняла сумочку.

— Боже милостивый! — воскликнула она завистливо. — Целая куча денег!

Сильвия едва ее слышала. Сердце у нее болело. Что за безумие, как мог Поль де Вирье рискнуть гигантской суммой, десятой частью доставшегося ему состояния — немалого состояния?

Она ненавидела себя, чувствуя, что отчасти виновна в его потерях. Она знала, конечно, что это глупо: если бы не ей, те же карты достались бы кому-нибудь другому, и тогда банк сорвал бы он. Однако суеверия, подобно вирусам, сидят у игроков в крови, и Сильвия выиграла большую часть денег, потерянных в тот вечер графом Полем.

— Проводить вас домой, мадам? — спросил Честер мадам Вахнер.

— Нет, мсье, я должна вернуться в Казино и присмотреть за Фрицем! Он как ребенок… самый настоящий ребенок во всем, что касается денег. — Мадам Вахнер тяжело вздохнула. — Нет, нет, отправляйтесь спать в «Пансион Мальфе».

— Ничего подобного, — ответил Честер. — Я вернусь с вами в Казино, и мы вместе уговорим мсье Вахнера пойти домой. У него уже было достаточно времени, чтобы выиграть или проиграть кучу денег,

— Да. в самом деле, — снова вздохнула мадам Вахнер. и Честеру стало искренне ее жаль. Она, Действительно, очень милая пожилая дама, неглупая, веселая и со стойким характером. Какая жалость, что ей достался муж-игрок.

По пути обратно они слышали, как прохожие толкуют о графе де Вирье и о высоких ставках Сегодня в Клубе.

— Нет, теперь он выигрывает, — произнес кто-то и на лице мадам Вахнер возникло озабоченное выражение: если граф Поль выигрывает, значит, ее Фриц проигрывает.

Увы! Ее опасения оправдались. Когда они с Честером вошли в зал для игры в баккара, ами Фриц стоял поодаль от стола, заложив руки в карманы и рассеянно глядя через темное окно на озеро.

— Ну? — резко спросила мадам Вахнер. — Ну Фриц?

— Не повезло! — Он зло тряхнул головой. — Все из-за этой проклятой системы! Мне бы вступить в игру раньше, тогда бы я, скорее всего, выиграл кучу денег, но в тот самый момент ты вмешалась и стала канючить, чтобы я ушел… — Он смотрел на жену волком.

Честер тоже взглянул на мадам Вахнер. Он восхищался ее самообладанием. Румянец на ее лице стал немного гуще — вот и все.

— Ничего не поделаешь, — чуть холодно отвечала она на французском. — Я знала, что это случится, поэтому не огорчаюсь. Что-нибудь уцелело? Остались хотя бы пять луи, которые я дала тебе в начале вечера?

Мсье Вахнер угрюмо покачал головой.

— Ну что же, пора идти. — Она повернулась к выходу, супруг пошел следом,


ГЛАВА 21 | Роковой дом | ГЛАВА 23