home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 10

Сталь дружелюбна, десятый раз повторила я про себя. Наивно полагать, что все вещества одинаковы, если они различаются даже на взгляд. Серебро похоже на губку, оно впитает любую силу и добрую, и злую, а потом так же легко ее отдаст, железо - равнодушно, к нему не прилипнет ничего, медь - злопамятна, бронза - строга и тепла, золото проявляет суть - усиливает сильного и ослабляет слабого. А сталь, несомненно, дружелюбна. В ней огонь горна и тепло человеческих рук.

В хорошем оружии, особенно, созданном Творцом, несколько месяцев, а то и лет работы, душа мастера. Сталь - честна и я не боюсь ее. Меч Адера, опасно упирающийся в меня, мог стать смертью, а мог - спасением. Он дышал человеческими чувствами. В Запретном Краю не найти и кусочка стали, у них всякие другие металлы: серебро, железо, золото. Но не сталь, пропитанная жаром, потом, трудом и огнем. Она не переносит рядом, и не принимает на клинок никакого колдовства, и спокойна только в человеческих руках. Меч, в любых других обстоятельствах грозное оружие, неожиданно оказался единственной возможностью оправдать себя.

Никто в комнате не произнес ни слова. Я молчала потому, что оправдываться под горящими ненавистью взглядом во-первых бесполезно, во-вторых - глупо. Адер - зная, как нелепо и фальшиво объяснять обреченному, как и за что именно ему предстоит умереть. Остальные же не решались вмешаться в наше молчаливое столкновение, словно боясь подтолкнуть кого-то из нас к действию, а может, и не до конца осознавая происходящее.

Медленно и плавно, стараясь лишний раз не вздохнуть даже, я положила сначала одну, а потом другую ладонь на меч, сжимая ими серебристую полосу и осторожно, очень осторожно стала потихоньку отодвигать ее от собственного горла.

Серый, столько лет воевавший с Тварями и их создателями, не мог не понять, что именно я сейчас демонстрирую ему и всем находящимся в комнате. Холодное бешенство и злость стали уходить из его глаз, подчиняясь голосу разума, по мере того, как мои руки спокойно держали лезвие, не испытывая при этом никакой боли.

Конечно, есть обряды, не требующие ни Дара, ни той грязной силы, которую получают перешагнувшие Грань. Из тех, например, что сегодня проводили девушки, или несколько дней назад сотворила я. Обереги, которые хозяйки поют новому дому, клятвы скрепленные кровью, да мало ли их. И уж во всяком разе сталь не может различить чистоту намерений, отделить доброго человека от дурного. Она лишь сообщала сейчас во всеуслышание, что я не принадлежу к жителям Запретного Края, заявляла, что не чует во мне врага. Хотя я знала, стоит мне порезать руку, и капли моей проклятой крови зашипят на стали, являя миру совсем другой результат.

И Адер поверил своему мечу. Опустил оружие. Я больше не видела перед собой взбешенного воина, лишь усталого человека, на которого в отсутствие Лорда свалилась непомерная ответственность за всех обитателей замка, и он, надрываясь под этой ношей, мечтая вернуться к привычному порядку вещей, пытался сделать все правильно. Я понимала, что ненависть его к любым порожденьям Тьмы оправдана, здесь каждый имеет к ним личные счеты, но все же, хотелось в его глазах не относиться к исчадиям зла. Я даже себе не признавалась до сегодня, насколько важно для меня мнение этого седого, битого жизнью воина. Как-то неуверенно Адер поднял руку ко лбу, провел по нему, откидывая назад волосы, выдав этим жестом свою растерянность, и почти мирно спросил:

- Что здесь происходит?

Еще один вопрос из тех, на которые нельзя ни ответить правду, ни промолчать. Последнее время жизнь богата на них. Сказать, что девушки решили погадать, или что они привораживают женихов? Вряд ли в этих краях, такое развлечение считается невинной детской шалостью.

Взять вину на себя? На мне и так ее немало. Я видела, что по мере молчания, ушедшая было из глаз Серого настороженность, снова стала зажигаться недобрым огоньком. Если бы здесь оказалась хоть одна женщина, она бы сразу увидела, что здесь происходило! Все женщины когда-то были юными романтичными дурехами. Женщина. Айнарра! Вот оно - простое решение.

- Я не скрываю, происходящего, и не пытаюсь выкрутиться Адер, просто не знаю, как правильно объяснить словами. Но если это возможно, прошу позвать сюда Айнарру, чтобы госпожа Владеющая подтвердила, что происходящее не несет в себе никакой опасности.

Похоже, ответ оказался правильным. Настороженность снова исчезла, а сам Серый, шумно выдохнув, шагнул в сторону, открывая нашему взгляду Владеющую, которая все это время стояла надежно защищенная от происходящего его широкой спиной. Думаю, именно она почуяла колдовство и всполошила воинов.

Женщина пробежала взглядом по всему помещению, заглянула в мое лицо, подошла к зеркалу и дотронулась до его мокрой глади, поймав на палец каплю. Заметила горку черепков у моих ног. Подняла свои чистые, наполненные доброжелательностью глаза и неожиданно подмигнула. После чего повернулась к воинам и ворчливо, как старая тетушка стала выгонять их из комнаты. Адер, блюдя командирский авторитет, еще пытался остаться на месте, надеясь получить исчерпывающие и понятные объяснения, но решительно подталкиваемый в спину, тут же оказался за порогом. Как только последний Серый был выдворен, Айнарра решительно захлопнула дверь и повернулась к девушкам. От добродушной тетушки не осталось и следа. Теперь перед нами стояла суровая наставница.

- Надеюсь, вы получили хороший урок, и объяснять ничего не нужно.

От ее тона хотелось провалиться со стыда.

Сжала мое плечо:

- Молодец.

Руки у нее были правильные. Сухие, крепкие, теплые, с бугорками мозолей и первыми морщинами, темные от многолетнего загара. От Владеющей пахло травами и чистотой. Так же пахло от мамы. Я вдохнула этот родной, почти позабытый запах. Айнарра понимающе похлопала меня по плечу, и ушла. А я под виноватыми взглядами расходящихся по комнатам девушек, стала собирать с пола черепки.

Глядя на вереницу покидающих спальню невест, я мимолетно порадовалась, что среди них не оказалось Аллии, все же эта девушка очень здравомысляща. Полагаю, именно благодаря ее усилиям, часть невест не стала принимать участие в опасных забавах. Так же мимолетно поймала полный гнева и презрения взгляд Бекки, передернула плечами. Боюсь, что эта барышня доставит всем немало хлопот. Она своенравна и злопамятна. Не то, чтобы я опасалась мести, Бекка не способна на настоящую сильную ненависть, но такие как она, не брезгуют делать гадости исподтишка, так что придется быть осмотрительней. Мне еще нескоро простят кувшин воды, и уж тем более, обидные слова.

Что удивительно, Мелинда, в отличие от остальных, не чувствовала за собой никакой вины. И эта ее черствость резанула меня неожиданной болью. На вопрос, почему она согласилась участвовать в гадании, кузина ответила, что, мол, было интересно попробовать, и что, нет, они ни в чем не виноваты - ведь ничего же не произошло. А если бы не я, так и вовсе никто бы ничего не узнал. Мои попытки объяснить закончились провалом, Мелинда сослалась на усталость и головную боль после таких волнений, и предложила перенести все лекции на следующий день.

А утром вернулся отряд Лорда с новостями, и, озабоченные важностью этого известия, девушки предпочли забыть о ночном переполохе. Я не сомневалась, что Лорду Гварину между прочими делами доложат об этом досадном происшествии, но, полагала, что Айнарра, все исчерпывающее объяснит, и никаких последствий ни для меня, ни для остальных это событие иметь не будет.

Терзаемая по ночам кошмарами, я старалась ложиться как можно позже, а заодно и просыпалась чуть ли не до света, наблюдая за жизнью замка, и постепенно начиная понимать его обитателей.

У Серых оказались чудные порядки. Во-первых, тут воспитывали детей, которые свободно перемещались по всей территории почти без ограничений. Потому что за ними чутко и строго следил каждый глаз, в пределах видимости которого они появлялись. Детишек было немного. Человек десять - двенадцать, самому старшему было немногим больше одиннадцати. Они веселой стайкой появлялись и исчезали в самых неожиданных местах. Впрочем, мальчики, несмотря на юность, приучались к воинскому делу, а девочки наставлялись во всяких женских обязанностях. Как я поняла, как только малыши достигали достаточного возраста, чтобы обходиться без родителей, взрослые отвозили их под защиту надежных стены большого замка, который сами серые называли Главным Домом. Женщины если хотели, могли оставаться тут же. Но значительная часть их предпочитала оставаться рядом со своими мужьями. Такие вот ‘детские гнездышки’ существовали еще в трех или четырех крупных замках расположенных вдоль границы, да в нескольких фортах воспитывалось по двое-трое малышей. Детей как сокровища, берегли от опасностей Границы. Подростков не было совсем. По крайне мере на глаза мне они не попадались. А те, кто уже достигли пятнадцати лет считались взрослыми и разделяли со всеми Серыми их трудные обязанности, не получая никаких поблажек.

Странными в замке оказались не только порядки, но и двери. Любые из них: те, которые вели в жилые комнаты, в кладовые, подвалы, погреба, были сделаны из крепчайшего, толстого и очень дорогого дерева, а нередко еще и дополнительно окованы. Как будто за каждой дверью можно было обороняться от врага, в случае необходимости.

Еще во время отсутствия Лорда я забрела на конюшню проведать мою старую верную подругу. И познакомилась с роскошным диким зверем, сверкающим бешенными глазами и подпускающим к себе только старого конюха.

Я, откровенно говоря, не люблю лошадей. Побаиваюсь. Они для меня слишком норовисты. Мне стоит большого труда справляться с их гордостью и силой. Только старые клячи, вроде моей непонятного окраса Аниты, подчиняются такой трусихе. Мой идеальный зверь - молчаливый и покорный ослик. Но смоляной дикарь в деннике покорил меня с первого удара копытом о стену стойла. Будь этот конь человеком, я бы растеклась счастливой лужицей у его ног, считая за величайшее счастье любой подаренный взгляд. Хитрый зверь это ясно почуял и с царственной небрежностью принимал мое поклонение, снисходительно беря с ладони, приносимые в качестве дани хлеб и морковь. Иногда он позволял коснуться его шелковистой морды и язвительно выслушивал мои восхваления. Конечно, навещая его каждый день, я не забывала и про Каниту, но тянуло меня сюда по утрам, именно желание еще разок взглянуть на прекрасного великана. Теперь утренний поход на конюшню стал частью моей жизни.

Наутро после глупого гадания, поднявшего переполох, когда вернулся с отрядом Ледяной Лорд, я именно там и пребывала. И едва успела выскочить, заслышав стук множества копыт о камень, которым был мощен двор.

Я увидела Коррейна, раскрасневшегося от долгой езды, и улыбнулась ему, приветливо махнув рукой. Он поймал мой взгляд и вернул улыбку.

- Очень похвально, леди Ирга, что вы потрудились проснуться, чтобы встретить вернувшихся из похода мужчин, - прозвучал над ухом знакомый холодный насмешливый голос. И он опять назвал меня ‘леди’.

Лорд уже успел спешиться и теперь наблюдал, стоя рядом, как я меняю цвет лица от бледного к красному и обратно, откровенно забавляясь зрелищем.

- Ну что же вы молчите? Или от страха слова приветствия вылетели из вашей прелестной головки?

- Я приветствую вас, Лорд Гварин, - церемонно склонилась я. Пусть не надеется вывести меня из себя.

- Ну, что же. Долг общения можно считать выполненным. Обычно вы еще молчаливее, северная птичка.

И ушел…


Подходила к концу первая неделя нашего пребывания в замке, и я уже стала привыкать к царящим здесь порядкам. Дни, как мне кажется, похожи на бусины. Когда начинаешь низать новую нить, несколько первых кажутся особенными, различаются одна от одной, но после седьмой или восьмой становятся все на один вид. Разве что какая из них будет отличаться цветом или размером - и привлечет внимание. Вот и мои дни, такие удивительно похожие, спокойно потекли.


Продолжая походы по замку, в одной из открытых комнат я наткнулась на табурет. Совсем простой, с незамысловатой резьбой по бортику и уже не новый. Но от него исходило тепло. Знакомое тепло, такое же, как от заколки. Мне захотелось проверить догадку, и я подошла, желая найти знак мастера. А чтобы не чувствовать себя неловко, если кто застанет меня, вертящей в руках мебель, прикрыла дверь, оставив лишь маленький зазор, из которого тянулся лучик света.

Когда в лучик попала чья-то тень, я стояла с перевернутым табуретом в руках. И пыталась придумать логическое объяснение поступку. Но оправдываться не пришлось, потому что застукал меня Крел. Он был еще слаб и бледен, но вполне уверенно держался на ногах. И голос звучал бодро.

Он улыбнулся, поставил на место табурет, который я от неловкости не сразу выпустила, и неожиданно поцеловал мне руку. С ума сойти. Никто никогда не целовал мне рук.

- Я помню, как вы вели меня по Тропе, - просто сказал Серый. Я промолчала, а он не дождавшись ответа, продолжил:

- Госпожа Ирга. Думаю, нет смысла говорить, что я благодарен вам. Долг жизни неоплатен. Но если есть что либо, что я могу сделать для вас, стоит только сказать.

От его слов, от его жеста я пришла в некоторое смущение. Никто не обращался со мной столь уважительно, как он. Видя мою растерянность, Серый тут же перевел разговор на более спокойную тему:

- Как вы находите замок?

- Он красив. Хотя я еще и не успела его осмотреть до конца.

- Я могу, если пожелаете, устроить вам прогулку.

- Вам еще нельзя долго ходить. Ваше ранение…

Он рассмеялся.

- Беспокоитесь за меня?

Я кивнула. Настроение резко улучшилось. Похоже, я умею наживать не только врагов, но и друзей.

- Не бойтесь. Куда бы вы хотели пойти?

- В библиотеку.

Без книг я скучала. Их запах, тяжесть, шелест страниц. Не чтение даже, а просто присутствие книг рядом восхищало меня. А самостоятельные поиски ее ничего мне не принесли.

Этот Серый разительно отличался от своего брата. Тепло и холод. Если бы не одинаковые носы, я бы никогда не подумала, что между ними есть родство. Крел не делал ничего особенного, но, даже просто идя рядом с ним, я ощущала себя принцессой крови. А Лорд - я почти ненавидела его из-за насмешливости, властности и чего-то, чего сама не могла объяснить. Это не считая того, что была подчинена ему Клятвой.

Библиотека в замке оказалась удивительной. Крел уселся в кресло и наблюдал, как я восторженно замерла между полками, уставленными тяжелыми переплетами - как бы он ни храбрился, путешествие вверх по лестницам отняло у него иного сил . А я уже ни на что не обращала внимания, погрузившись в знакомый мир тепла.

В себя меня привел голос, холодный, очень знакомый, и все такой же насмешливый:

- Брат, не рано ли ты встал?

- Мне стало скучно. И я любезно согласился показать госпоже Ирге библиотеку.

- Уверен, что упомянутая госпожа отлично справится без тебя. А тебя уже ищет Айнарра. И если ты не поторопишься, то боюсь, она еще долго не выпустит тебя на волю.

Крел не стал спорить:

- Ладно, Гварин. Но не думай, что я долго собираюсь отлеживаться

Лорд грузно опустился в опустевшее кресло. Я тоже хотела было покинуть комнату, вслед за Крелом. Вопрос догнал меня у двери.

- Так тебя интересует библиотека или мой брат?

Я спокойна и воздержана, почти равнодушна, но Лорд одни своим присутствием умеет вызывать во мне ярость. Я резко развернулась, оказавшись лицом к Серому, и проглотила свою дерзость, уже готовую сорваться с языка.

Он очень устал. Под глазами пролегли тени. Все-таки, этот человек держал на своих плечах слишком много ответственности. И последние дни едва ли много спал. Мне неожиданно захотелось поддержать его.

- Лорд Гварин, - тихо сказала я. - Вам надо отдохнуть.

- Думаешь, что я смягчусь от твоих слов? Надеешься завоевать доверие?

Усталость сделала его грубым.

- Я не ищу ни вашей благосклонности, ни чьей-либо другой, несмотря на ваши обвинения. Но этим землям нужен живой и сильный Повелитель. А у вас сейчас не хватает сил даже проявить обычную вежливость.

Сказала, и сама испугалась своей дерзости.

А Лорд не обиделся.

- Может, расскажешь, что на самом деле произошло позавчера ночью? Адер мычит нечто маловразумительное, Владеющая раздраженно отмахивается из-за того, что я отвлекаю ее от дел. А юные леди замирают от страха, стоит мне просто глянуть в их сторону. Просветите меня хоть ты, Ирга-тон.

Как я могла подумать, что Лорд решил поговорить со мной без причины? Но с ним я была откровенна, рассказав все без утайки. Почти. Слушая меня, Лорд убрал куда-то свою язвительность, становясь похожим на обычного человека, и, может, именно поэтому я решилась спросить его, зачем он намеренно дразнит меня. В ответ этот невыносимый человек только рассмеялся. Я уже было пожалела, что задала вопрос. Но, Лорд, наконец, снизошел до ответа:

- Ты злишься на мои шутки, маленькая птичка. А когда ты сердита, злость заставляет тебя забывать о страхе. Вы сами отдали нам эти земли - и все же ненавидите нас. Думаешь, мне приятно, каждый день ощущать вокруг себя дрожащих от страха женщин?

Он был до отвращения прав во всем. А мне нечего оказалось возразить.

- Опять молчишь, - по своему истолковал это Лорд. - Я не хотел обидеть тебя. Стоит кому-то не согласиться с тобой, и ты тут же прячешься, как улитка в раковину. Лучше скажи, чем мне занять такую толпу девиц?

- А чем вы занимали их раньше, лорд? - спросила я с любопытством.

- Ничем. Я их отсылал в другие замки. И владетели сами разбирались с ними. Сейчас же слишком неспокойно. И я не могу рисковать их жизнями и жизнями их будущего потомства. Колдуны раньше, чем обычно открыли сезон охоты. И это неспроста.

Я удивилась такой откровенности.

- Зачем вы говорите это мне?

- Ты в силах понять опасность происходящего, Ирга-тон, и удержишь девушек от глупостей, похоже они прислушиваются к словам. И все же чем мне занять толпу девиц?

Приставьте их к работе, вертелось на языке. Но я вздохнула и стала перечислять достойные занятия для юных леди.

Странное впечатление оставил по себе этот разговор. Лорд внимательно слушал мои советы, переспрашивал, пару раз даже улыбнулся. Как будто в этот момент он отложил бремя власти в сторону. Как будто в нем уживались два совершенно разных человека.

А клеймо я, кстати, нашла. На одной из ножек табурета несколькими штрихами была обозначена ирга.


Глава 9 | Сказки должны кончаться свадьбой (СИ) | Глава 11