home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Народ Мозамбика берется за оружие

В Мозамбике первые африканские политические организации появились в 20-х гг. XX в. В 1920 г. группа африканских студентов, учившихся в Лиссабоне, создала «Африканскую лигу». Эта организация ставила своей целью борьбу против португальского колониализма и ратовала за единство народов всех колоний Португалии в борьбе за освобождение. Члены лиги приняли активное участие в проведенной в Лиссабоне в 1923 г. сессии III панафриканского конгресса. Однако «Африканская лига» так и осталась организацией горстки революционеров-эмигрантов, оторванных от своей родины.

К концу 50-х гг. в соседних с Мозамбиком африканских странах начали возникать патриотические организации мозамбикских эмигрантов. В связи с тем, что в сопредельных с Мозамбиком государствах осело большое число беженцев, а также благодаря тому, что эти молодые африканские государства готовы были предоставить всю необходимую помощь организациям, борющимся против португальского колониализма, создались благоприятные условия для возникновения и деятельности эмигрантских организаций.

Особенность раннего этапа освободительного движения в Мозамбике состояла в том, что, в отличие от Анголы, его фрагментарность, наличие большого числа организаций не были связаны с трайбалистскими или регионалистскими различиями. Это обстоятельство позже обленило интеграцию движения в единую организацию ФРЕЛИМО. Один из его лидеров Марселину душ Сантуш отмечал в 1963 г., что объединение не создало больших проблем, так как «разделение мозамбикских сил было результатом не непримиримых политических позиций или племенных различий, как часто случалось в других местах», а окружения Мозамбика странами, где господствовали белые. Эта ситуация была изменена завоеванием независимости Танганьикой в 1961 г.

Незадолго до создания ФРЕЛИМО в городе Муэда (провинция Кабу-Делгаду) имели место события, оказавшие большое влияние на формирование национального сознания мозамбикцев. В 1960 г. несколько местных вождей вели агитацию среди коренного населения, призывали его добиваться либерализации колониального режима и повышения оплаты труда. Некоторые агитаторы были арестованы португальцами. Затем местный администратор пригласил крестьян из окрестных деревень прийти со своими жалобами в Муэду. Когда 16 июня 1960 г. несколько тысяч человек пришло туда послушать, что скажут португальцы, губернатор провинции приказал солдатам арестовать активистов, а затем открыть огонь по толпе. Было убито более 500 человек.

Расправа в Муэде свидетельствовала о том, что португальские власти, с одной стороны, напуганные стремительной деколонизацией африканских стран, а с другой — вдохновленные примером расистов в ЮАР (которые за два месяца до событий в Муэде устроили кровавую резню в Шарпевиле), решили ступить на путь беспощадных полицейских репрессий, считая их единственно эффективным средством против растущего африканского протеста.

События в Муэде, ясно показавшие, каков будет португальский ответ на африканское требование независимости, укрепили убеждение мозамбикских патриотов в необходимости, во-первых, создавать организации не внутри страны, а вне ее, а во-вторых, использовать для завоевания независимости не мирные, а вооруженные средства борьбы.

В октябре 1960 г. в Булавайо (Родезия) был основан Национальный демократический союз Мозамбика (УДЕНАМО). В феврале 1961 г. мозамбикские эмигранты, проживавшие в Танганьике и Кении, создали в Момбасе Африканский национальный союз Мозамбика (МАНУ), а эмигранты из района Тете, жившие в Малави, — Африканский союз независимого Мозамбика (УНАМИ).

Вернувшись после учебы в Южной Африке, Мондлане в 1949 г. принял участие в основании молодежной организации НЕСАМ (Нуклеус африканских мозамбикских студентов), которая отвергала какие-либо расовые и этнические различия.

В 50-х гг. НЕСАМ вел разъяснительную работу среди членов САНМ (Объединенный центр негров Мозамбика), помогая им преодолеть расистские и элитические предрассудки. Он издавал свой журнал «Алвор», распространявший освободительные идеи. Из НЕСАМ вышли многие будущие лидеры ФРЕЛИМО — Арманду Гебуза, Жоакин Чиссано, Мариа-ньо Матсинья, Паскоал Мокумби и др. Все они преподавали в школе, созданной при САНМ. В результате власти, придя к заключению, что школа является источником опасных подрывных «идей», решили ее закрыть.

В 1964 г. НЕСАМ был запрещен, часть его членов арестована, а другая часть вынуждена была эмигрировать.

Несколько антиколониальных организаций были основаны в 50-х гг. представителями демократически настроенной белой интеллигенции. К ним относились: Общество исследований, Нуклеус искусств, Спортивная группа 1 Мая и др. Наибольшей популярностью пользовалось Движение молодых мозамбикских демократов. Внутри движения существовала маленькая группа — Коммунистическая организация Мозамбика, непосредственно связанная с ПКП. В движение принимались все мозамбикцы, независимо от расы, возраста и пола. Предпринимались попытки основать ячейки движения в средних школах и в других организациях.

В конце 50-х гг. центром антиколониального движения белых стала Ассоциация уроженцев Мозамбика (АНМ) — клуб для европейцев мозамбикского происхождения. Во главе АНМ встала группа радикально настроенных интеллигентов. Они открыли двери ассоциации для представителей других рас, и ко времени ее запрещения в 1961 г. в ней насчитывалось 10 000 членов, в том числе индийцев, белых и африканцев, причем последние составляли большинство. А. Гебуза окончил курсы машинописи при ассоциации, а М. Матсинья получил от нее стипендию на учебу в Португалии. Школу этой ассоциации одно время посещал С. Машел.

Свидетельства об этих и других оппозиционных колониальному режиму организациях содержатся и в петициях в ООН и в других документах того времени. По словам Хенриксена, «их эффективность была ничтожной, но некоторые из их членов позже участвовали в создании более значительных групп». Что касается дальнейшей их судьбы, то все они были ликвидированы фашистским режимом, который, в отличие даже от режима апартеида в ЮАР, никогда не разрешал независимо организованных африканских групп или профсоюзов.

Характерной чертой всех этих организаций было отстаивание мирных средств борьбы за независимость. Их манифесты и петиции защищали мирный переход Мозамбика к африканскому правлению.

Наиболее последовательно революционной из этих организаций был УДЕНАМО. Именно из него вышли многие будущие руководители и активисты ФРЕЛИМО. С этой организацией имел тесные связи Э. Мондлане. УДЕНАМО имел программу и устав. Согласно уставу, членом УДЕНАМО мог быть «любой гражданин Мозамбика, независимо от пола, этнического происхождения, вероисповедания и места жительства». Целью организации объявлялась «полная ликвидация португальского господства в Мозамбике». В программе подчеркивалось, что УДЕНАМО выступает за «создание республиканского, демократического правительства, равенство всех перед законом, создание Национальной ассамблеи и правительства народа и для народа».

В социально-экономической сфере программой предусматривались: реконструкция экономики и производства, уничтожение всех форм колониализма и превращение Мозамбика в развитую и сильную страну, введение равной оплаты за равный труд, независимо от пола и расы, передача земли тем, кто ее обрабатывает, развитие образования и культуры.

Как видно из положений устава и программы УДЕНАМО, он представлял собой революционную националистическую организацию с весьма радикальной антиколониалистской программой.

Существенной слабостью национально-освободительного движения в Мозамбике в начале 60-х гг. оставалась организационная разобщенность патриотических сил. Настоятельной необходимостью на этом этапе развития антиколониалистского движения стало их объединение. Эту необходимость осознавали наиболее передовые и революционно настроенные лидеры националистических организаций, прежде всего руководство УДЕНАМО, выступившее в качестве инициатора и наиболее последовательного сторонника объединения.

Состоявшаяся в 1961 г. в Касабланке Конференция национально-освободительного движения португальских колоний (КОНКП), на которой присутствовала делегация УДЕНАМО, призвала к единству сил, борющихся против португальского колониализма. Большую роль в подготовке и практическом осуществлении слияния антиколониалистских организаций Мозамбика сыграли президент Танзании Джулиус Ньерере, а также пользовавшиеся исключительно высоким авторитетом среди мозамбикских националистов Э. Мондлане и М. душ Сантуш.

Ни один из этих двух наиболее выдающихся мозамбикских эмигрантов того времени не идентифицировался ни с одной из трех организаций, и это обстоятельстве помогло им в усилиях, направленных на создание ФРЕЛИМО.

Руководители УДЕНАМО, МАНУ и УНАМИ, встретившись в Дар-эс-Саламе 25 июня 1962 г., приняли решение об объединении их во Фронт освобождения Мозамбика (ФРЕЛИМО).

Во ФРЕЛИМО вошли также молодые революционеры, жившие в самом Мозамбике. Они стали играть ведущую роль в новой организации. По свидетельству М. душ Сантуша, относящемуся к 1973 г., «только четверо из избранных в руководство пришли из эмигрантских групп. Остальные были из Мозамбика. Таким образом, единство было достигнуто в значительной степени благодаря участию активистов в Мозамбике». Это объяснялось тем, что «уровень политического сознания живших вне страны… был ниже, чем у активистов — “инсайдеров”». Фронт возглавили талантливые и образованные лидеры.

Председателем ФРЕЛИМО стал Э. Мондлане. Он родился в 1920 г. и был младшим сыном третьей жены вождя в провинции Газа. Окончив начальную школу, он самостоятельно выучил английский язык и получил стипендию для продолжения учёбы в Южной Африке. Взяв рекомендательные письма своих учителей, Мондлане нелегально перешёл границу Южно-Африканского Союза, выдал там себя за местного жителя и поступил в один из колледжей Северного Трансвааля. Окончив колледж, он наконец завершил своё среднее образование в возрасте 27 лет. После этого Мондлане успешно выдержал вступительные экзамены и поступил учиться в университет Витватерсранда в Йоханнесбурге. Там в 1949 г. он создал организацию мозамбикских студентов, за что был исключён со второго курса и выслан южноафриканскими властями в Мозамбик. С этого времени он привлёк к себе внимание ПИДЕ и находился под его неусыпным наблюдением.

Он учился в Лиссабонском университете, затем в США. Одно время работал в ООН, был преподавателем в Сиракузском университете. Работая в ООН, подружился с Ньерере, который оказал на него огромное влияние.

В сферу его деятельности в ООН входили вопросы, связанные с подготовкой подопечных территорий ООН к самоуправлению. Работая в этой международной организации, Мондлане не только наблюдал за процессом деколонизации и возникновения новых государств, но и содействовал ему. В одном из выступлений в Гарвардском университете он сказал: «В период моей работы в ООН только некоторые государства были самостоятельными. Я считал, что, находясь так далеко, ничего не смогу сделать для своей родины… Когда Танганьика в декабре 1961 г. стала независимым государством, я тотчас же начал готовиться к возвращению в Восточную Африку». В июне 1962 г. Мондлане прибыл в Дар-эс-Салам со своей молодой женой, хорошо образованной американкой Жанет Рае Джонсон.

Вице-председателем ФРЕЛИМО стал поэт М. душ Сантуш. Он родился в 1929 г от смешанного брака в прибрежном городе Лумбо. Окончив школу, продолжал образование в Португалии. Но за участие в революционной деятельности подвергся преследованию фашистских властей и вынужден был продолжать университетское образование во Франции, где учился в Сорбонне под руководством известного африканиста — профессора Ж. Баландье.

В то же время он стал печатать под псевдонимами (Калунгану и др.) проникнутые революционным пафосом и ненавистью к колонизаторам стихи, принесшие ему огромную популярность. Когда в апреле 1961 г. в Касабланке была создана уже упоминавшаяся КОНКП, М. душ Сантуш был избран ее генеральным секретарем. Используя эту организационную базу, он внес выдающийся вклад в создание условий для появления ФРЕЛИМО.

На I съезде ФРЕЛИМО (23—28 сентября 1962 г.) были приняты программа и устав фронта, а также «Обращение к мозамбикскому народу», которое призвало мозамбикцев объединиться вокруг ФРЕЛИМО для борьбы за независимость. Значение I съезда состояло в том, что он выработал платформу, на которой можно было сплотить все социальные силы мозамбикского общества в борьбе против колониализма. Съезд провозгласил главной целью ФРЕЛИМО освобождение страны и выработал стратегию и тактику для достижения этой цели. Президент Мозамбика Самора М. Машел позже следующим образом определил значение съезда: «Выработав обоснованную платформу единства, I съезд правильно определила качестве врага португальский колониализм; разработал программу борьбы всеми средствами, включая вооруженные, против иностранного господства; решительно осудил империализм, надежную опору колониализма, и правильно назвал наших друзей за рубежом — антиколониальные, антиимпериалистические, демократические и миролюбивые силы; продемонстрировал интернационализм нашего народа, выразил нашу солидарность с борьбой всех народов против любых форм угнетения; наделил ФРЕЛИМО органами, позволившими развернуть борьбу за национальное освобождение; принял на вооружение демократический централизм, обеспечив таким образом единство и действенность нашей организации»{88}.

ФРЕЛИМО возник как фронт, представлявший по социальному составу широкий спектр национальных сил. Подавляющее большинство его членов составляли интеллигенты, мелкая буржуазия и крестьяне, унаследовавшие от многолетнего колониального прошлого забитость, неграмотность и всякого рода предрассудки и суеверия. Именно этим объяснялось то, что, хотя в программе ФРЕЛИМО и решениях I съезда содержались элементы революционно-демократической идеологии, в целом они представляли собой идеологический компромисс, который только и мог быть в тот период базой для создания объединенного фронта столь разнородных социальных сил.

Если сравнить устав ФРЕЛИМО с уставом УДЕНАМО, то сходство их первых 18 статей наводит на мысль, что второй послужил моделью для первого. Однако формулировка задач (ст. 4 в обоих уставах) УДЕНАМО отличалась большей радикальностью. Задачами ФРЕЛИМО были объявлены «полная ликвидация португальского колониального гнета в Мозамбике и всех проявлений колониализма и империализма, завоевание немедленной и полной независимости Мозамбика, защита и выполнение требований всех мозамбикцев, угнетаемых и эксплуатируемых колониальным португальским режимом»{89}, УДЕНАМО считал своей обязанностью «служить авангардом в упорной борьбе за свободу африканского народа и независимость Мозамбика. Укреплять дух панафриканизма, чтобы избавить Мозамбик от империалистической экономической эксплуатации, социальной деградации и прочих следов колониализма и империализма. Полная ликвидация португальского господства в Мозамбике. Защищать и осуществлять чаяния всего народа Мозамбика, исходящие от всех социальных слоев, страдающих от гнета и эксплуатации, особенно крестьянских и рабочих масс».

Контраст между двумя этими документами очевиден. Он обнаруживается в обязательстве УДЕНАМО «служить авангардом в упорной борьбе за свободу африканского народа», другими словами, в принятии им на себя политической роли в интернационалистском масштабе. Другое отличие — упоминания об «империалистической экономической эксплуатации», «социальных слоях» и «крестьянских и рабочих массах», отсутствующие в уставе Фронта освобождения Мозамбика. Чем объяснить эти различия?

Некоторые исследователи усматривают в этом поражение радикальных элементов и победу более консервативных мелкобуржуазных националистов на съезде в 1962 г. Другие видят здесь поражение ультралевых и победу радикалов. На самом деле устав ФРЕЛИМО был своего рода компромиссом, обусловленным необходимостью сохранить национальный фронт с широкой социальной базой в течение всего начального этапа борьбы. С этим же было связано отсутствие единой идеологической платформы новой организации. Хотя во ФРЕЛИМО с самого начала была группа лидеров (Э. Мондлане, М. душ Сантуш и др.) — носителей революционно-демократических и социалистических идей, наряду с этим существовали многочисленные буржуазно-националистические и мелкобуржуазные идеологические течения.

М. душ Сантуш свидетельствовал в одном из интервью 1973 г.: «Это верно, что ФРЕЛИМО не имел идеологической линии, кроме изначального национализма. Тот факт, что руководство было разнородным, означал, что в нем с момента создания были представлены различные типы идеологий… Но задачи, стоявшие перед нами в этот ранний период, требовали, чтобы мы создали коллектив, который примирил бы всех, кто был готов работать совместно, чтобы начать основную борьбу. Итак, характер политических, социальных и экономических реалий требовал прагматического подхода. Но борьба росла, и возникали новые ситуации. И в этом процессе росли и развивались политическое сознание и осведомленность…»

С. Машел в 1976 г. на вопрос журналиста П. Петруччи, верно ли, что «на первых фазах освободительной борьбы “идеологический вопрос” может разделять силы вместо того, чтобы их объединять», ответил: «Наш опыт свидетельствует об обратном. Правда, есть начальная фаза, фаза национального единства, когда необходимо прежде всего конституировать первооснову, на которой можно объединить все силы. Но как только они мобилизованы вокруг такой платформы, настоятельно необходимо добиваться их единства на идеологическом уровне. Дать им ясную и общую перспективу».

Широкий и разнородный социальный состав ФРЕЛИМО заключал в себе потенциальную опасность будущих конфликтов и расколов в организации. Эти конфликты не были, однако, результатом борьбы соперничающих элит, как считают некоторые западные историки. Они были, как обоснованно отмечал Е. Элперс, «результатом возникающей классовой борьбы по вопросу о будущей форме независимости Мозамбика».

В организацию входили представители рабочих, крестьян, мелкой буржуазии, интеллигенции и феодализирующейся племенной знати. Столь широкий спектр социальных сил, составляющих базу движения, неизбежно должен был привести к процессу классового размежевания и поляризации революционно-демократических и всех прочих национально-демократических сил в движении.

Как отмечал Мондлане, разнородный состав членов ФРЕЛИМО таил в себе известную опасность. «Мы были уроженцами различных районов Мозамбика, принадлежали к различным социальным слоям и представляли различные языковые и этнические группы, различные расы, различные вероисповедания, различные общественные и политические взгляды. В связи с этим возможности возникновения разногласий были неограниченными…»

Определенную почву для разногласий создавало и то обстоятельство, что руководство фронта включало в себя представителей всех прежних организаций, слившихся во ФРЕЛИМО. Бывшие члены УДЕНАМО заняли несколько ключевых постов: Давид Мабунда стал генеральным секретарем, Паулу Тумане — его заместителем, Уриа Симанго — вице-президентом, из МАНУ пришел Матью Ммоле, занявший должность казначея, и т.п.

Многие из них долго жили за пределами Мозамбика, не имея прямых контактов с населением и не зная действительного положения дел. Свой политический опыт и взгляды они приобрели в постоянном контакте с националистическими организациями Родезии, Малави, Замбии, Танганьики, Кении, которые придерживались преимущественно мирных, ненасильственных методов антиколониальной борьбы. «Эти люди, — писал позже С. Машел, — ставили на одну доску Великобританию — развитую империалистическую, индустриальную колониальную державу и Португалию — отсталую, слаборазвитую страну, находящуюся на положении полуколонии. Эти люди игнорировали разницу между страной буржуазной демократии, где общественное мнение способно оказывать влияние на правящие круги, и фашистской страной, где цензура и полицейские репрессии препятствуют любому проявлению инакомыслия»{90}.

Под влиянием упомянутой группы, занимавшей ключевые посты в руководстве организацией, ФРЕЛИМО в 1962—1963 гг., действуя в тесной координации с МПЛА, направил португальскому правительству через ООН и ОАЕ ряд петиций и посланий, призывающих к переговорам о предоставлении независимости португальским колониям.

Поскольку президентом ФРЕЛИМО стал Мондлане, это сразу внесло новый, революционный дух в концепцию и политическую практику организации. Он, как и его последователи, выступал против эксплуатации в любой форме, а также против засилья традиционных вождей. В основе революционной философии Мондлане лежало стремление радикально перестроить мозамбикское общество, избавив его не только от колониального гнета, но и от традиционных феодальных и патриархальных институтов. Приход Мондлане к руководству фронтом привел к резкой радикализации его платформы, что в свою очередь обострило и катализировало конфликт между революционно-демократическими и правонационалистическими силами в руководстве движением.

Этот конфликт принял открытую форму и привел к серии расколов уже через несколько месяцев после создания организации. В конце 1962 г. генеральный секретарь ФРЕЛИМО Д. Мабунда и его заместитель П. Тумане заявили о своем несогласии с линией Мондлане и пытались клеветнически обвинить его в том, что он незаконно стал председателем Фронта освобождения Мозамбика. Попытки руководства ФРЕЛИМО избежать раскола оказались безрезультатными. Мабунда и Тумане продолжали свою раскольническую деятельность. ЦК ФРЕЛИМО вынужден был исключить их из организации.

Когда Мондлане вернулся в США для последнего года чтения лекций в Сиракузском университете, он оставил в качестве своего «личного представителя» во ФРЕЛИМО Лео Клингтона Олдриджа (или Лео Миласа), занимавшего пост секретаря ЦК по вопросам обороны и безопасности. Олдридж, хотя и родился в Техасе (США), выдавал себя за мозамбикца зулусского происхождения. Спекулируя на доверии к нему Мондлане, он исключил из ФРЕЛИМО ряд активистов, которые тотчас были арестованы танганьикской полицией. К концу 1962 г. многие члены фронта вышли из него, восстановив старые и создав новые организации. Лишь в августе 1964 г. Олдридж был изобличен как авантюрист, связанный с ЦРУ, и исключен из ФРЕЛИМО.

В числе изгнанных из ФРЕЛИМО был и Гвамбе, основатель УДЕНАМО, претендовавший на руководство в организации. Власти Танганьики выдворили его из страны как португальского агента, а ЦК ФРЕЛИМО исключил его из фронта. Гвамбе основал в Кампале (Уганда) Тайный комитет восстановления УДЕНАМО, в мае 1963 г. реорганизованный в УДЕНАМО — Мономотапа. Тумане и Мабунда создали в Каире Новый УДЕНАМО, а Ммоле создал Новый МАНУ. Встретившись в Кампале в мае 1963 г., Ммоле, Гвамбе и Себастьян Сикауке, лидер Африканского национального конгресса Мозамбика, приняли решение о создании Объединенного антиимпериалистического народного африканского фронта Мозамбика (ФУНИПАМО). Они выступили с клеветническими обвинениями в адрес ФРЕЛИМО и Э. Мондлане и стали проводить раскольническую тактику, направленную на подрыв единства и влияния фронта.

Сколачивание этой организации имело своей целью объединение всех антифрелимовских сил, с тем чтобы создать противовес ФРЕЛИМО и вырвать из его рук руководство процессом национального освобождения Мозамбика.

Вскоре ФУНИПАМО изменил свое название на МОРЕКО (Революционный совет Мозамбика). В начале 1965 г. УДЕНАМО и МОРЕКО объединились в одну организацию.

Выход из ФРЕЛИМО правонационалистических деятелей и образование ими раскольнических организаций нанесли определенный ущерб национально-освободительному движению Мозамбика. Эти события получили неоднозначную оценку правительств независимых африканских государств. Руководство Танзании твердо поддерживало ФРЕЛИМО, отказавшись признать существование других групп. Правительство Замбии настаивало на воссоединении всех националистических групп и взяло на себя инициативу по организации переговоров между ними. Мондлане покинул переговоры после того, как другие участники отказались распустить свои группы и вернуться во ФРЕЛИМО на индивидуальной основе.

Существование множества мелких оппозиционных организаций объективно ослабило и нанесло большой вред освободительному движению, поставив в трудное положение те страны, которые готовы были оказать помощь, но не знали, какая организация действительно пользуется поддержкой в самом Мозамбике.

Несмотря на все эти сложности, в 1962—1964 гг. ФРЕЛИМО сумел окрепнуть в организационном и политическом отношении. Уход из его рядов раскольников и правонационалистических элементов привел к консолидации прогрессивного крыла фронта и к росту руководящей роли в организации группы революционных демократов во главе с Э. Мондлане.

ФРЕЛИМО поставил своей задачей создание по всей стране разветвленной сети партийных ячеек и групп. С этой целью в различные районы страны были посланы члены ФРЕЛИМО, которые вели среди населения широкую агитационную и пропагандистскую работу. В результате их активной деятельности фронту удалось создать свои нелегальные ячейки во многих городах и деревнях страны. Быстро росли численность членов ФРЕЛИМО и их политическое сознание. Были сорваны неоднократные попытки ПИДЕ внедрить своих агентов в организацию.

В этот период ФРЕЛИМО стал еще активнее утверждать себя на международной и африканской арене как законный представитель интересов мозамбикского народа. Огромный вклад в укрепление международных контактов ФРЕЛИМО и в его деятельность в различных международных организациях внес президент фронта Э. Мондлане, который во время своих многочисленных поездок в США и Европу, в своих выступлениях в ООН и в других международных организациях неустанно разъяснял цели и характер ФРЕЛИМО и призывал к осуждению португальского колониализма и к действенной поддержке освободительного движения в Мозамбике.

Революционно-демократическое крыло ФРЕЛИМО, сплотившееся вокруг своего лидера, довольно быстро осознало тщетность надежд на мирное решение вопроса о независимости Мозамбика и стало готовиться к неизбежному вооруженному столкновению с португальским колониализмом. Учитывая эту перспективу, было принято решение создать нелегальную военную организацию и начать подготовку военных кадров. Уже в январе 1963 г. по решению ЦК ФРЕЛИМО в Алжир была направлена группа членов фронта для военного обучения.

Руководство ФРЕЛИМО приложило немало сил, чтобы добиться независимости мирным путем, путем переговоров и соглашения с Португалией. Однако Лиссабон на все предложения такого рода отвечал категорическим отказом и усилением репрессий в колонии. Для народа Мозамбика не оставалось иного выхода, как взяться за оружие. Э. Мондлане вспоминал: «…мы были поставлены перед такой альтернативой: продолжать бесконечно жить под репрессивным имперским правлением или искать средства использовать силу против Португалии, которая была бы достаточно эффективна, чтобы нанести ущерб метрополии и в то же время не позволить ей расправиться с нами. Вот почему лидеры ФРЕЛИМО сочли, что единственным правильным методом может быть вооруженное действие».

На пленуме ЦК ФРЕЛИМО в июне 1964 г. было принято решение о переходе к вооруженной борьбе. Предполагалось начать революционную освободительную войну, в ходе которой, нанося удары по врагу то в одном, то в другом месте, измотать его, создав условия для краха колониального режима. В соответствии с решениями июньского пленума ЦК из Танзании во внутренние районы Мозамбика — в провинции Ньяса, Кабу-Делгаду, Замбезию и Тете — были направлены партизанские группы общей численностью 250 человек. Все они прошли специальную военную подготовку.

25 сентября 1964 г. ФРЕЛИМО в обращении к населению Мозамбика провозгласил всеобщее вооруженное восстание. В тот же день группа из 11 бойцов фронта совершила первую атаку на португальский военный пост в Чаи (провинция Кабу-Делгаду){91}, положив тем самым начало 10-летней освободительной войне за независимость Мозамбика. Командовавший этой группой Алберту Жоакин Чипанде (впоследствии министр обороны Мозамбика) позже вспоминал: «После того как силы ФРЕЛИМО были информированы (о резне в Муэде. — А.Х.), меня послали в Алжир с целью прохождения военной подготовки. В июне 1964 г. я получил приказ непосредственно от президента Мондлане провести военную операцию. Инструкции Э. Мондлане были очень точными: «Вы

были посланы народом. Вы сын народа. Теперь вы должны вернуться к народу, чтобы начать вооруженную борьбу».

Колонизаторы были застигнуты врасплох. Они ожидали отдельных рейдов с территории Танзании, но не предполагали, что силы ФРЕЛИМО находятся в самом Мозамбике.

Выбор руководством организации северных районов страны для начала вооруженной борьбы был не случайным. Туда легче было проникать из Танзании и Замбии, где находились базы ФРЕЛИМО. Кроме того, на Севере португальское присутствие было выражено слабее, чем на Юге. Большинство португальских поселенцев концентрировалось вокруг Лоренсу-Маркиша и в плодородных долинах рек Замбези и Лимпопо. Мало заселенные португальцами северные районы слабо администрировались и были плохо обеспечены дорогами и другой инфраструктурой.

Не последнюю роль играло и то обстоятельство, что в северных районах живет народ маконде, крайне враждебно относившийся к португальцам. Сочувственное отношение маконде к партизанам ФРЕЛИМО дало последним возможность получать продовольствие и информацию о контрмерах португальцев.

Когда ФРЕЛИМО начал военные действия, он имел, по его собственным оценкам, всего 250 бойцов. Ряд военных успехов на Севере поощрил руководство ФРЕЛИМО на проведение крупномасштабных операций и в других провинциях. С ноября 1964 г. фронт распространил боевые действия еще на три провинции — Ньяса, Замбезию и Тете, и португальские войска были вынуждены перейти к обороне. Открытие фронта боевых действий в провинции Тете было особенно неприятным сюрпризом для португальцев. В этой провинции находятся богатейшие залежи минералов (в том числе уран, золото, медь, титан, бериллий, бокситы, уголь, железная руда, марганец, вольфрам), а также гигантский гидроэнергетический комплекс Кабора-Басса. В Лиссабоне полагали, что Кабора-Басса и вложенные в ее сооружение южноафриканские инвестиции в сочетании с перспективностью еще не эксплуатируемых полезных ископаемых могут быть средством интернационализации войны, если позиции Португалии в Мозамбике окажутся под угрозой. В городе Тете находилась к тому же штаб-квартира Совета планирования Замбезии, которая подчинялась только Лиссабону и занималась разработкой амбициозных проектов развития долины Замбези.

Хотя действия ФРЕЛИМО вплоть до 1968 г. имели характер лишь партизанских рейдов, они нанесли чувствительный удар по португальскому колониализму. Партизанская война способствовала оттягиванию значительных контингентов португальских войск из Анголы и Гвинеи-Бисау в Мозамбик и концентрации их в крупных городах. Этим сумело воспользоваться руководство ФРЕЛИМО, по существу изолировав войска колонизаторов от сельского населения, составлявшего главную социальную базу освободительного движения. ФРЕЛИМО ставил своей первоочередной целью освобождение сельских районов. Эта тактика позволила ему, распространив борьбу на ряд южных и центральных провинций страны, освободить значительную часть Мозамбика. Несмотря на то что португальцы стянули в Мозамбик 70-тысячную армию, к 1974 г. ФРЕЛИМО освободил четверть территории страны (200 000 кв. км), на которой проживало более 1 млн. человек. На освобожденной территории проводились прогрессивные социально-экономические мероприятия, отвечавшие коренным интересам населения, открывались школы и больницы, возникали «народные магазины», принимались меры для обеспечения населения продовольствием, промышленными товарами и т.п.

Еще в 1965 г. были открыты первые начальные школы. Спустя пять лет их стало уже 150, и в них обучалось 20 000 детей. Успешно работали также медицинские центры, больницы и госпитали. Наиболее крупные из них могли принять в течение года 3—4000 больных. Медицинский центр в Тете в 1968—1970 гг. провел вакцинирование против оспы 15 000 человек. Предпринимались серьезные усилия в борьбе с такими опасными заболеваниями, как чесотка, малярия, проказа, сонная болезнь, туберкулез, трахома и др.

На освобожденных территориях велась подготовка резерва для вооруженных сил в форме отрядов самообороны. В 1963 г. ФРЕЛИМО приступил к всеобщему военному обучению как мужчин, так и женщин.

Были организованы сельскохозяйственные кооперативы, что дало возможность обеспечить продовольствием местное население и партизанские отряды ФРЕЛИМО, а также организовать экспорт сельскохозяйственной продукции в Танзанию. Существовали и личные крестьянские хозяйства. Их владельцы обменивали свою продукцию на рынках на промышленные изделия, одежду, предметы обихода. Как сообщил ФРЕЛИМО, к 1968 г. крестьяне в освобожденных зонах начали экспортировать орехи кешью, кунжут, а маконде — резьбу по дереву в Танзанию. В 1973 г. из освобожденных районов было экспортировано 222 т орехов кешью и 500 т семян кунжута.

На освобожденных территориях вводился принцип самоуправления. Органами самоуправления стали провинциальные советы, состоявшие главным образом из выборных представителей населения, и их исполнительные органы — провинциальные комитеты.

Важным аспектом деятельности ФРЕЛИМО в этих районах являлись его мероприятия по формированию нового мировоззрения и новой системы ценностей у населения, которые должны были в своей совокупности способствовать формированию всесторонне развитой личности гражданина будущего независимого Мозамбика. Говоря об этом, президент НРМ С. Машел в беседе с У. Барчеттом отметил: «…опыт освобожденных зон составляет ценное наследие для нас. Это нечто такое, что мы должны защищать и использовать, чтобы осуществить на национальном уровне разрыв со старыми мифами, ценностями и привычками, со структурой социальной жизни, организацией и производством, унаследованными от колониального общества и еще существующими в нашей среде. Практика показала, что мы смогли решить производственные и другие проблемы без огромных ресурсов или ультрасовременной техники, а просто опираясь на нашу собственную силу и организацию. Освобожденные зоны были политической лабораторией, научной лабораторией, лабораторией идей. Там мы смогли испытать то, что должно было быть сделано позже».

К концу 1965 г. вооруженные силы ФРЕЛИМО насчитывали 2000, в 1967 г. — 8000, а в 1969 г. —10 000 хорошо обученных бойцов.

Фронт стал направлять многих своих бойцов для военного обучения в Алжир и ОАР, готовя таким образом для себя военные и политические кадры. Получившие военную подготовку за границей члены ФРЕЛИМО обучали партизан в военных лагерях в Танзании. Первый лагерь был открыт в Багамойо, второй — в Конгва (инструкторами в нем были Самора Машел и Жоакин Чиссано).

Вплоть до окончания освободительной войны на территории Танзании существовали четыре военных лагеря ФРЕЛИМО, на которых мозамбикские патриоты проходили военное обучение. Хотя условия жизни и учебы бойцов в этих лагерях были очень трудными из-за нехватки финансовых и материальных средств, в них царили железная дисциплина и высокое сознание патриотического долга. Последнее было в большой степени связано с огромной политико-воспитательной работой, которую вели среди бойцов активисты ФРЕЛИМО.

В связи с началом вооруженной борьбы на территории Мозамбика возникла необходимость коренной перестройки организационной структуры фронта, создания централизованного механизма по руководству партизанской армией. Пленум ЦК в октябре 1966 г. принял решение о создании единого военно-политического центра при президенте ФРЕЛИМО — Высшего военного совета. В него вошли сам президент, его заместитель и два руководителя отделов ЦК. Отдел ЦК по вопросам обороны и безопасности был разделен на два самостоятельных отдела. Эта организационная перестройка позволила повысить эффективность работы всех звеньев ФРЕЛИМО, активизировать военные действия, улучшить снабжение партизан всем необходимым, усилить дисциплину в их рядах.

«На наш взгляд, — писал С. Машел, — дисциплина вытекает из политического сознания бойца, она основана на принципах и правилах, которыми руководствуемся мы — активисты ФРЕЛИМО, бойцы Народных сил освобождения Мозамбика и слуги народа. Дисциплина подобна часовому, охраняющему политический курс и предупреждающему нас о всякой попытке изменить этот курс или сорвать его»{92}.

Партизанская армия ФРЕЛИМО, насчитывавшая 7000 бойцов, была разбита на отряды численностью 30—50 человек. Каждый отряд действовал в определенном боевом районе — «зоне наступления». Несколько боевых районов составляли оперативную зону. Она имела оперативные базы, служившие местом сосредоточения и снабжения партизанских отрядов в течение определенного времени, пока ее местонахождение не становилось известным противнику. Развертывая партизанскую войну, ФРЕЛИМО умело использовал опыт алжирских и вьетнамских патриотов.

Исключительно большую роль в политико-воспитательной работе и повышении сознательности бойцов ФРЕЛИМО играли политкомиссары, которые были при каждом партизанском отряде. Институт политкомиссаров был введен в 1964 г. Октябрьский пленум ЦК фронта в 1966 г. особо подчеркнул значение деятельности политкомиссаров в деле воспитания бойцов партизанской армии. Они проводили широкую разъяснительную и воспитательную работу и среди населения освобожденных районов и районов, находившихся под португальским господством. Задача политической мобилизации населения в них ставила перед активистами ФРЕЛИМО ряд специфических и сложных проблем. Касаясь этого вопроса, У. Барчетт писал о мозамбикских крестьянах: «Любые изменения в их жизни, предлагавшиеся португальскими властями, всегда были к худшему. Они обнаруживали, что, даже когда им казалось, что они достигли предела безнадежной нищеты, всегда находилась возможность довести их до нищеты еще более ужасающей. Если удавалось принудить их рисковать жизнью, устраивая засады транспортным колоннам, везшим материалы к плотине Кабора-Басса, так это только потому, что кадры ФРЕЛИМО умели объяснить, что один из проектов Совета планирования Замбезии состоял в том, чтобы использовать плотину для ирригации долины Замбези и, выгнав живущих там африканцев, поселить на их месте до 1 млн. португальских крестьян».

Степень восприимчивости различных слоев населения к агитации фронта была неодинакова. Интересно в этом смысле свидетельство члена ФРЕЛИМО М. Матсинге, который отмечал: «Мы… обнаружили, что продолжительность времени, необходимого для мобилизации группы людей, различна в зависимости от интенсивности их колониального опыта. Например, люди, вернувшиеся в города после принудительной работы по контрактам, были наиболее восприимчивы к нашей агитации. К этой категории относились и те, кто работал на строительстве мостов и дорог или выращивал сахарный тростник, чай, рис или кокосовые орехи на плантациях».

ФРЕЛИМО придерживался гибкой и осторожной тактики в отношении местных традиционных вождей. Хотя их власть была ослаблена колониальной администрацией, они пользовались еще значительным влиянием среди соплеменников. Как пишет Б. Манслов, «для движения идти одновременно и против колониальных властей и против традиционных вождей… было бы политическим самоубийством. Завоевать поддержку вождя значило обеспечить себе поддержку его народа».

И ФРЕЛИМО повел настойчивую и нелегкую работу за завоевание такой поддержки, добившись в этом значительного успеха. Многие вожди вступили в движение. На ранних стадиях борьбы колониальные административные структуры в освобожденных районах заменялись традиционными. Власть передавалась вождю, которому вменялось в обязанность снабжать пищей и одеждой не только местное население, но и партизан, а также организовать деревенскую милицию.

Развертывая широкую партизанскую войну на территории Мозамбика, ФРЕЛИМО столкнулся с трудностями военного, политического и психологического характера.

Одной из главных трудностей была постоянная нехватка оружия и военного снаряжения. «Освобождение Мозамбика, — отмечал С. Машел, — шло бы более быстрыми темпами, если бы у нас было больше оружия. Мы имеем бойцов, но v нас мало оружия. Обучено уже 10 тыс. бойцов, но это партизаны без оружия».

Серьезные препятствия на пути развертывания национально-освободительной борьбы в Мозамбике создавала раскольническая политика маоистов. Летом 1965 г. они предприняли попытку объединить раскольнические силы и создать широкую оппозицию ФРЕЛИМО. П. Тумане нанес визит в Пекин, где он, видимо, получил инструктаж по созданию «объединенного» фронта{93}.

В июне 1965 г. в результате слияния УДЕНАМО— Мономотапа, Нового УДЕНАМО, МАНУ, МАНКО и УНАМИ была создана новая раскольническая организация КОРЕМО (Революционный комитет Мозамбика). К созданию этой организации имели прямое отношение не только маоисты, но и португальская, американская и израильская разведки. Во время суда над Тумане в 1975 г. он признал, что начиная с 1962 г. получал деньги от ПИДЕ, а также от США и Израиля. По его словам, американский дипломат в Лусаке (Замбия) К. Дж. Тэйлор сказал ему: «Если вы откроете свой офис в Мозамбике, мы готовы помочь деньгами, но только если вы обоснуетесь внутри страны». Президентом КОРЕМО стал Гвамбе (через год. его сменил Тумане), генеральным секретарем — Ж. Читежи. Штаб-квартира КОРЕМО размещалась в Лусаке.

КОРЕМО не получил какого-либо международного признания. Несмотря на свои огромные усилия, предпринятые на X сессии Комитета освобождения Африки ОАЕ в 1967 г., КОРЕМО не смог добиться большего, чем признания де-факто его деятельности. Ему было отказано в материальной и финансовой помощи и даже в разрешении открыть свое отделение в Дар-эс-Саламе, где находилась штаб-квартира комитета.

В августе 1965 г. Тумане открыто заявил о своей ориентации на маоистское руководство КПК. КОРЕМО, видимо, по указанию из Пекина установил тесные связи с рядом прокитайских организаций в Африке, в том числе с ПАК, ГРАЕ, УНИТА и СВАНУ. Хотя Тумане утверждал, что его организация имеет 5000 последователей в Мозамбике, КОРЕМО не вел каких-либо боевых действий против португальцев. Он сосредоточил свою деятельность главным образом на создании тайной сети кадров и их военном обучении, чтобы использовать их в будущем против ФРЕЛИМО, а также осуществлял террористические акции в отношении руководителей ФРЕЛИМО. Видимо, с его деятельностью следует связать серию нераскрытых убийств видных деятелей ФРЕЛИМО (Ф. Магайя, Ж. Сигуаке и др.) в 1966—1968 гг.

К концу освободительной войны КОРЕМО полностью сошел с политической арены, так как его иностранные покровители, разочаровавшись в Тумане, перестали оказывать ему финансовую и другую помощь.

В ходе размежевания классовых и политических сил во ФРЕЛИМО выявились острые противоречия, проявившиеся в серьезных идейно-политических разногласиях по таким вопросам, как стратегия и тактика вооруженной борьбы, социально-экономические преобразования в освобожденных районах, степень демократизации власти в этих районах и т.д.

Идейно-политическая борьба во ФРЕЛИМО резко обострилась в конце 60-х гг. в связи с радикализацией движения. Одним из проявлений этой борьбы явился «студенческий бунт» в Мозамбикском институте. Этот институт был создан ФРЕЛИМО в 1963 г. в Танзании и имел своей задачей подготовку медсестер, учителей, а также кандидатов для обучения в заграничных университетах[13]. Он был как бы высшим звеном образовательной системы ФРЕЛИМО. Однако то обстоятельство, что многие его студенты происходили из привилегированных слоев населения, а ряд преподавателей был приглашен из капиталистических стран, предопределило растущее недовольство студентов политикой руководства ФРЕЛИМО. Особое влияние среди них приобрел молодой мозамбикский католический священник Матеус Гвенжере. Он прибыл в Дар-эс-Салам в конце 1967 г. и без всяких трудностей устроился в Мозамбикский институт. По словам Б. Корнуэлл, в это время «никто не спрашивал новых сотрудников, были ли они правыми, левыми или центристами». Придерживаясь расистских и элитистских идеологических воззрений, Гвенжере выступил с резкими нападками на революционно настроенных белых руководителей института (в том числе на супругу Э. Мондлане — Ж. Мондлане). Он обвинил Э. Мондлане в том, что тот является «изменником», который «двигается слишком медленно и говорит слишком мягко».

Подстрекаемые Гвенжере студенты выступили в марте 1968 г. с требованием отменить контроль ФРЕЛИМО над институтом, отстранить Ж. Мондлане от его руководства и изменить программу обучения.

Провокационная деятельность Гвенжере не могла быть более терпима, и в марте 1968 г. ЦК ФРЕЛИМО, резко осудив ее, потребовал его исключения из штата института. Тогда Гвенжере создал антифре-лимовскую организацию из числа мозамбикцев, живших в Дар-эс-Саламе. В начале мая этой группой были предприняты два нападения на штаб-квартиру ФРЕЛИМО в столице Танзании. Во время второй атаки два активиста фронта были тяжело ранены (один смертельно). После этих инцидентов, сопровождавшихся студенческими беспорядками, правительство Танзании потребовало, чтобы белые, входящие во ФРЕЛИМО, покинули пределы страны.

Критикуя студентов Мозамбикского института, Мондлане писал: «Подчиняться ФРЕЛИМО — значит подчиняться Отечеству, осуществлять цель, являющуюся исторической задачей народа на нынешней фазе национального освобождения… Все должны понимать это. Хотя Отечество нуждается в подготовленных руководителях, сегодня, как и завтра, оно нуждается только в руководителях-революционерах, иначе нам превосходно подошли бы и колониалистские лидеры, поскольку они имеют академические звания и техническую квалификацию… Необходимо понять, что борьба — это важнейшая и лучшая в мире школа обучения».

В результате «студенческого бунта» институт был закрыт. Вместо него была открыта школа в Багамойо, чтобы удалить студентов от «соблазнов городской жизни». Это был не первый конфликт Мондлане со студентами. За год до этого он стал объектом аналогичной критики мозамбикских студентов, обучавшихся в США, некоторые из которых отказались участвовать в антиколониальной войне. Мондлане резко осудил их за то, что они позволили, идя на поводу своих «эгоистических чувств», устроить обструкцию «нашему общему участию в борьбе», отказавшись вернуться в Африку после получения образования, которое было оплачено ФРЕЛИМО.

В мае 1968 г. правонационалистические элементы из числа студентов распространили клеветнический памфлет, в котором называли Мондлане «марионеткой американского капитала».

В это же время против руководства ФРЕЛИМО выступила раскольническая трайбалистская группировка во главе с Лазару Нкавандаме, который был одним из вождей маконде. В 1957 г. он основал крестьянский кооператив по возделыванию хлопка, продаваемого португальской компании, экспортировавшей его за границу. Этот кооператив, названный Добровольным хлопководческим сельским обществом африканцев Мозамбика, к 1958 г. имел 1000, а к июлю 1959 г. — 1500 членов. Напуганные развитием кооперативного движения, португальские власти завербовали некоторых членов кооператива на принудительные работы на сизалевых и хлопковых плантациях, а в 1959 г. арестовали Нкавандаме, сослав в Порту-Амелия. После резни в Муэде они освободили его и сняли запрет на добровольные кооперативы при условии, что в них будет не более 30 членов{94}. Кооперативы были поставлены под португальский контроль, а сам Нкавандаме наживался на сдаче напрокат трактора тем, кто в нем нуждался. С 1962 г. кооперативы Нкавандаме установили связи с ФРЕЛИМО, стремившимся использовать их как средство усиления поддержки крестьян в Кабу-Делгаду.

Нкавандаме и некоторые другие вожди маконде выступали за сохранение родоплеменных институтов, против эмансипации женщин, были сторонниками «черного расизма», призывая убивать всех белых, включая военнопленных. Нкавандаме одобрял нападения крестьян маконде на португальских поселенцев и рассматривал конфликт с колонизаторами в категориях расовой эмансипации. Он пользовался поддержкой так называемого Совета старейшин маконде, пытавшегося убедить ФРЕЛИМО сохранить традиционные племенные структуры. Машел и другие лидеры фронта выступили против таких «феодальных пережитков», считая, что они представляют собой систему эксплуатации, столь же достойную осуждения, как и эксплуатация колонизаторов.

Будучи избран на I съезде ФРЕЛИМО членом ЦК и став секретарем провинции Кабу-Делгаду, Нкавандаме сосредоточил в своих руках практически неограниченную власть в провинции, рассматривая ее как свою феодальную вотчину. Став председателем Провинциального кооперативного комитета, он контролировал с его помощью всю торговлю между Мозамбиком и Танзанией, которая проходила через его провинцию. Хотя программа деятельности кооперативов была выработана ЦК ФРЕЛИМО в сотрудничестве с правительством Танзании, он всячески противился контролю со стороны членов ЦК, а узнав, что ЦК собирается реорганизовать кооперативы, с тем чтобы ликвидировать злоупотребления и коррупцию, начал выступать с обвинениями в адрес руководства ФРЕЛИМО.

К середине 1968 г. революционно-демократическое ядро в ЦК ФРЕЛИМО пришло к следующим выводам: когда в ЦК возникало «различие мнений», против этого ядра всегда выступали одни и те же люди; последние события прояснили характер оппозиции; взгляды оппозиции поддерживал вице-президент У. Симанго.

Стало предельно ясно, что во ФРЕЛИМО существуют два течения — революционно-демократическое, основанное на марксистской идеологии, и контрреволюционное, базирующееся на мелкобуржуазной националистической идеологии. Возникла необходимость в созыве II съезда ФРЕЛИМО. 26 мая 1968 г. Мондлане объявил, что съезд начнет работу 31 июля, но не указал место его проведения. Вопросы, которые должны были решаться на съезде, были определены с предельной четкостью: «Мозамбикский народ имеет право знать, что недавно произошло в Танзании… Именно на съезде этот вопрос будет разъяснен нашему народу».

Делегаты съезда должны были обсудить «проблемы развития политико-социальных структур, в том числе следующие: 1) выработка отношений между военной и гражданской администрацией; 2) средства увеличения производства в сельском хозяйстве, кооперативах, торговле, хлопчатобумажной промышленности и т.д.; 3) создание и улучшение школ, курсов для взрослых, медицинских центров и других социальных служб; 4) совершенствование внешней политики, направленной на дружбу и сотрудничество с прогрессивными силами и враждебной империализму».

Революционно-демократическое крыло ЦК во главе с Мондлане выступило за проведение съезда в одном из освобожденных районов страны, в то время как Нкавандаме и его сторонники потребовали, чтобы он прошел в Южной Танзании. Другим спорным вопросом был состав делегаций от провинций, где шла вооруженная борьба (Кабу-Делгаду, Ньяса, Тете). В конечном счете было решено, что каждая провинция пошлет по 17 делегатов (9 военных и 8 политических работников). Это решение, а также решение провести съезд в Ньяса означали поражение фракции Нкавандаме.

Открытый конфликт между руководством ФРЕЛИМО и группой Нкавандаме произошел на самом съезде, который состоялся в июле 1968 г. Попытка Нкавандаме обеспечить себе большинство голосов на съезде, включив в число делегатов членов Совета старейшин маконде, окончилась провалом. Тогда делегация Кабу-Делгаду во главе с Нкавандаме покинула съезд и организовала свой «съезд» в Мтвара (Танзания) в начале августа.

Попытки руководства ФРЕЛИМО и членов правительства Танзании убедить Нкавандаме и старейшин маконде пересмотреть свои ошибочные позиции с тем, чтобы избежать раскола фронта, ни к чему не привели. На II съезде победила линия руководства ФРЕЛИМО. Были приняты решения об эмансипации женщин, о гуманном обращении с военнопленными, о замене племенных старейшин выборными комитетами самоуправления и др. Съезд высказался за то, что военные задачи ФРЕЛИМО должны быть подчинены политическим целям, главная из которых — создание нового Мозамбика.

Нкавандаме отказался признать решения съезда и провозгласил Кабу-Делгаду независимой республикой. Он приказал закрыть границу между Танзанией и провинцией Кабу-Делгаду и расстреливать всех членов ФРЕЛИМО, которые попытаются нарушить этот приказ. Для этой цели организовали специальные вооруженные отряды, которые должны были патрулировать южную границу Танзании в поисках членов ФРЕЛИМО, осмелившихся ее пересечь без разрешения Нкавандаме. По его распоряжению 22 декабря 1968 г. на границе был убит командующий вооруженными силами ФРЕЛИМО Паулу Канкомба.

Исполком ЦК ФРЕЛИМО, проанализировав обстоятельства убийства Канкомбы и роль, которую сыграли в этом Нкавандаме и старейшины маконде, решительно осудил это преступление и пришел к выводу, что Нкавандаме стал врагом ФРЕЛИМО и мозамбикского народа и ступил на путь борьбы с ними. Исполком освободил Нкавандаме от обязанностей члена ЦК ФРЕЛИМО, провинциального секретаря и председателя Провинциального кооперативного комитета и просил правительство Танзании арестовать этого деятеля и его сподвижников и репатриировать их в Мозамбик.

Будучи исключен из ФРЕЛИМО, Нкавандаме начал открыто сотрудничать с португальскими колонизаторами.

Главной движущей силой антиколониальной революции ФРЕЛИМО считал крестьянство. Это определило и выбор тактики вооруженной борьбы, которая должна была вначале охватить сельские районы и лишь на последнем этапе революции постепенно распространиться на промышленные центры. «Борьба в сельских зонах, где враг слаб, позволяет нам освобождать обширные территории со значительным населением, — писал С. Машел. — Мы все более изолируем противника и уменьшаем возможность для него эксплуатировать наш народ. Численность освобождённого населения растет, что приумножает наши силы… Партизанская война вынуждает врага сражаться в окружении народа, который ему враждебен»{95}.

Исходя из этой тактической линии, ФРЕЛИМО еще за несколько месяцев до начала вооруженной борьбы направил своих агитаторов в сельские районы с целью политической мобилизации крестьян. Такая работа была связана с большими трудностями и не всегда давала результаты из-за неграмотности, низкого классового и национального сознания крестьян, их этнических предрассудков и определенной восприимчивости к вражеской пропаганде, использовавшей этнические противоречия.

Побывавшая в Мозамбике в тот период журналистка Б. Корнуэлл писала: «Поскольку большинство мозамбикцев не умеют ни читать, ни писать, это означало, что агитаторы не могли воздействовать на них с помощью листовок, подпольно издаваемых газет или других подобных каналов. Они не могли влиять на аудиторию и на общественных митингах, так как португальцы быстро прервали бы революционную деятельность. Необходим был личный и устный контакт, осуществляемый агитаторами, шедшими из деревни в деревню, из района в район, и все это тайно и пешком». Как правило, ФРЕЛИМО направлял агитаторов в те районы, где они выросли, были знакомы с языком, обычаями населения и, что было не менее важно, с местностью и лесными тропами. Работа агитаторов была связана с большим риском, так как, по словам Б. Корнуэлл, «реальная опасность исходила от самих черных жителей деревень, которых организовывали агитаторы, поскольку среди этой запуганной массы находились десятки людей, готовых передать их властям за несколько долларов. По местным стандартам это была существенная сумма, которая могла быть равна годовому заработку.

А если агитатор был из другого племени или провинции, он подвергался еще большему риску. Многие из них в те дни были схвачены солдатами, подвешены за ноги и сожжены заживо. Те, кому удавалось избежать патрулей, передвигались только ночью и питались лесными мышами, кореньями — диетой, которая иногда дополнялась миской риса, принесенной в джунгли тайным сочувствующим».

Тем не менее неистребимая вера в победу, смелость и настойчивость этих голодных, оборванных и босоногих политагитаторов постепенно завоевывали сердца и мысли крестьян, поскольку в своих лекциях у лесного костра они говорили о вопросах, волновавших их слушателей: о хроническом голоде, огромной детской смертности, принудительном труде, подводя слушателей к пониманию целей ФРЕЛИМО.

Так же как в Анголе и Гвинее-Бисау, португальские колонизаторы применяли варварские репрессии против мирного населения Мозамбика с целью заставить его отказаться от поддержки повстанцев. При этом в Мозамбике широко использовался опыт войны американских агрессоров во Вьетнаме. В частности, африканцев заставляли селиться в «алдеаментуш», чтобы легче было осуществлять над ними контроль и препятствовать их связям с партизанами. Насильно согнанным в «алдеаментуш» крестьянам строжайшим образом запрещали вернуться в родные места.

Назначенный в 1970 г. главнокомандующим португальской армией в Мозамбике генерал К. де Арриага начал широко применять методы «психологической войны». Как он сам впоследствии вспоминал, «специфические военные операции проводились под девизом: “Убеждать умы и завоевывать сердца”».

Португальцы сбрасывали с самолетов тысячи листовок, призывавших партизан прекратить борьбу и обменять оружие на денежные награды. В то же время колониальные власти стали создавать из африканцев «милицию» и другие полувоенные формирования, чтобы использовать их в войне с ФРЕЛИМО. Мозамбикский миллионер Ж. Жардин, известный тесными связями с правительством Португалии, в своих воспоминаниях пишет, что даже М. Каэтану признавал, что эти формирования «имеют жестокую концепцию войны и сохраняют свои племенные предрассудки». 23 августа 1973 г. был издан закон о призыве на военную службу всех мозамбикцев в возрасте от 20 до 44 лет.

В то же время была развернута кампания террора и насилия против мирного населения. Широкую волну возмущения и протестов во всем мире вызвало сообщение двух испанских миссионеров о кровавом преступлении в деревне Вирияму, где 16 декабря 1972 г. каратели зверски убили 400 мозамбикцев.

Летом 1970 г. К. де Арриага предпринял решительное наступление на освобожденные районы, контролируемые ФРЕЛИМО. В этой операции, имевшей кодовое название «Гордиев узел», участвовало 35 000 до зубов вооруженных солдат. Португальским войскам удалось блокировать ряд дорог, окружить некоторые партизанские базы и захватить склады оружия, которые позже были выставлены для всеобщего обозрения. Арриага объявил о военной победе, которая «нуждалась лишь в дополнении психологическими и социальными операциями, чтобы стать окончательной». Однако генерал выдавал желаемое за действительное. Вспоминая об этом, А.Ж. Чипанде отмечал: «“Гордиев узел” был операцией по принципу “убивай всех, сжигай все, уничтожай все” и имел целью проникновение в освобожденные зоны, чтобы уничтожить не только базы ФРЕЛИМО, наши вооруженные силы, кадры и организации, но и, устроив массовую резню, уничтожить все, что там сделано. Но К. де Арриага опоздал. Если бы “Гордиев узел” был начат в начале нашей борьбы, возможно, мы были бы сокрушены. С профессиональной и военной точки зрения это была хорошо подготовленная и хорошо выполненная операция. Но мы были гораздо сильнее идейно — обстоятельство, значение которого враг никогда не мог понять». Генерал Кошта Гомеш назвал операцию «Гордиев узел» «самым крупным поражением империи».

Результатом действий колонизаторов явился поток беженцев из Мозамбика в соседние страны—Танзанию и Малави. Наряду с массовыми репрессиями колонизаторы применяли и индивидуальный террор в отношении лидеров национально-освободительного движения. 3 февраля 1969 г. в Дар-эс-Саламе был злодейски убит основатель и первый председатель ФРЕЛИМО Э. Мондлане.

После гибели Мондлане Исполком ЦК ФРЕЛИМО «в соответствии с Уставом ФРЕЛИМО до следующего пленума ЦК» 11 февраля 1969 г. возложил «функции президента» на У. Симанго. На состоявшемся в апреле 1969 г. III пленуме ЦК Симанго был подвергнут резкой критике за то, что в 1968 г. защищал и оправдывал действия Гвенжере и Нкавандаме. ЦК осуществил свое уставное право решать, как будет организовано президентство до следующего съезда. Он создал Президентский совет, в котором У. Симанго контролировался С. Машелом и М. душ Сантушем как наиболее испытанными и последовательными членами руководства.

Однако У. Симанго, нарушив существовавшие во ФРЕЛИМО правила, опубликовал в танзанийской прессе в ноябре 1969 г. статью о внутренних делах в организации, назвав ее «Мрачная ситуация во ФРЕЛИМО». В статье он обвинил фронт в том, что он заражен «сектантством, регионализмом и трайбализмом», вызывающими междоусобицы. Он обвинил вдову Мондлане в том, что она является «источником колоссальной коррупции», а Машела и М. душ Сантуша в том, что они «готовят преступные заговоры».

В области идеологии Симанго объявлял себя приверженцем «традиционного национализма» и «элитизма» Гвенжере и Нкавандаме. Он требовал отставки Машела и М. душ Сантуша. Выступление Симанго против руководства организации было проявлением борьбы правонационалистических сил против революционных демократов во ФРЕЛИМО. Однако последние взяли верх в этой борьбе.

За свою раскольническую деятельность и попытки захватить единоличную власть Симанго был выведен решением Исполкома ЦК ФРЕЛИМО в ноябре 1969 г. из Президентского совета, а в мае 1970 г. по решению Исполкома ЦК исключен из организации как «предатель народа Мозамбика».

Симанго выступил с ультралевыми декларациями на сессии Комитета освобождения Африки ОАЕ, а после исключения из ФРЕЛИМО и выдворения его из Танзании упражнялся в злобных выпадах против живых и покойных лидеров ФРЕЛИМО. В конечном счете Симанго присоединился к КОРЕМО.

На чрезвычайном заседании Исполкома ЦК ФРЕЛИМО в мае 1970 г., исключившем Симанго из организации, председателем фронта был избран Самора Машел, а вице-председателем — ветеран движения М. душ Сантуш.

С. Машел родился в 1933 г. на юге Мозамбика в крестьянской семье. Проучившись шесть лет в католической начальной школе, он отказался продолжить учебу в семинарии, хотя это давало право стать католическим священником. Благодаря своему статусу «ассимиладу», упорству и незаурядным способностям он сумел окончить среднюю школу и медицинские курсы, получив относительно привилегированную профессию брата милосердия, что дало ему возможность свободно и много ездить по стране. Все, что он видел, потрясало и возмущало. Очень скоро он понял, что в основе политики португальских властей лежит расовая дискриминация. За одну и ту же работу белые получали в несколько раз больше, чем черные. Расовая дискриминация на всех уровнях, во всех областях вызывала в душе молодого человека не только горькое ощущение несправедливости, но и дух активного протеста.

Позже Машел вспоминал: «Постепенно я осознал, что ничто не может помочь, кроме коллективных действий. Человек, опирающийся лишь на свои силы, не в состоянии чего-либо достичь. На той стадии (это было после 1956 г.) я начал понимать ключевые экономические и политические проблемы и причины, по которым африканцы находятся в столь невыгодном положении. Затем 1960 год — независимость Конго… Я начал всерьез задумываться о возможностях добиться независимости Мозамбика… В это время португальские власти усилили репрессии против всех грамотных африканцев. Было еще нечто, что разжигало наше любопытство: мы старались понять, почему власти не хотят, чтобы мы читали газеты и слушали иностранное радио. Ну а затем пришел 1961 год в Анголе». Вскоре после основания ФРЕЛИМО С. Машел вступает в него и включается в активную борьбу с колонизаторами. В составе группы членов ФРЕЛИМО он отправляется в Алжир для прохождения военной подготовки. С началом вооруженной борьбы С. Машел стал командиром первой военной базы на мозамбикской территории.

В 1964 г. возглавляемая Машелом группа мозамбикских партизан развернула боевые действия против колонизаторов, переросшие вскоре во всенародную национально-освободительную борьбу. Проявив незаурядные военные способности, Машел стал заместителем главнокомандующего вооруженными силами ФРЕЛИМО, а после его гибели — главнокомандующим национально-освободительной армией. В 1968 г. на II съезде был избран членом ЦК ФРЕЛИМО и секретарем департамента обороны ЦК. Он выступал в поддержку линии Мондла-не против националистической платформы Нкавандаме.

После майского 1970 г. заседания Исполкома ЦК ФРЕЛИМО эта организация окончательно превратилась в революционно-демократическую. В тот же период руководство ФРЕЛИМО во главе с С. Машелом приступило к изучению вопроса о целесообразности создания авангардной партии трудящихся. Иначе говоря, в руководстве фронта обдумывалась перспектива перерастания мозамбикской национально-демократической революции в революцию народно-демократическую.

Постепенно выкристаллизовывалась идеологическая доктрина ФРЕЛИМО, вобравшая в себя в синтезированном виде многие положения научного социализма (например, в области партийного и государственного строительства, отрицания капиталистического общества и буржуазной морали, отказа от каких бы то ни было эксплуататорских отношений, идеи о переходе к социализму, минуя капитализм, и т.д.).

О том, что уже тогда руководство фронта взяло курс на создание авангардной партии трудящихся, свидетельствует, например, послание Машела ФРЕЛИМО 25 сентября 1971 г., в котором говорилось: «Седьмой год (1970—1971 гг. — А.Х.) был точкой отсчета сознательного развития характера нашей организации, ее превращения в авангардную партию трудящихся масс в нашей стране, авангардную партию с авангардной идеологией».

В июне 1971 г. делегация ФРЕЛИМО во главе с С. Машелом посетила СССР, Болгарию, Румынию и ГДР. К 1973 г. лидеры фронта открыто говорили о необходимости создать революционную партию и о том, что ФРЕЛИМО идет в этом направлении. В 1970 г. ФРЕЛИМО провел ряд крупных военных операций в провинциях Тете, Ньяса и Кабу-Делгаду. Несмотря на то что португальцы стянули в Мозамбик 50-тысячную армию, они несли значительные потери. Только за год — с июня 1970 по июль 1971 г. — бойцы ФРЕЛИМО уничтожили 1500 солдат и офицеров противника. В начале 1972 г. войска ФРЕЛИМО развернули активные боевые действия южнее Замбези.

Особое значение ФРЕЛИМО придавал военным операциям в Тете. Стремясь сорвать строительство плотины Кабора-Басса, партизаны с сентября 1971 г. стали устраивать завалы на дороге Шангара — Зомба (одном из двух путей, по которым португальцы доставляли стройматериалы) и нападать на сопровождаемые солдатами противника обозы. В феврале 1972 г. отрядам фронта, действовавшим в Тете, удалось также перерезать железную дорогу Блантайр — Солсбери, взорвать мост и таким образом приостановить доставку материалов для строительства плотины. К июлю 1974 г. эта дорога была взорвана в 75 местах.

Минирование и засады, устраиваемые партизанами ФРЕЛИМО на дороге, соединяющей Солсбери и Блантайр, блокировали единственный сухопутный путь между ЮАР и ее государством-сателлитом Малави. Активность партизан в Тете вызвала шок в Лиссабоне. Португальское командование вынуждено было в срочном порядке перебросить войска из Кабу-Делгаду и Ньяса в северо-западный район страны, что дало возможность фронту начать активные наступательные действия на Севере. Лиссабон передал всю полноту гражданской и военной власти в Тете в руки высшего армейского офицера. С. Машел подытожил результаты операций ФРЕЛИМО в Тете в 1972 г., сказав: «Тете подобен горбу верблюда — именно там сосредоточены (португальские. — А.Х.) войска и резервы».

В июле 1972 г. партизаны начали военные действия в районах Вила-Пери и Бейры. Опасаясь, что будут блокированы экономически важные для него дороги Умтали — Бейра и Солсбери — Блантайр, расистское правительство Родезии направило в Мозамбик войска и ВВС, которые выступили на стороне португальцев уже с апреля 1971 г.

Действуя мелкими партизанскими группами, ФРЕЛИМО наносил большой ущерб живой силе и технике противника. По свидетельству Хенриксена, использование советского оружия «иногда давало партизану превосходство в огневой мощи над португальским солдатом». Обстрел ракетами таких целей, как Эстима (оборонительная база в 20 милях от плотины Кабора-Басса), вызывал панику среди португальских войск. По некоторым данным, к весне 1974 г. фронт имел внутри страны 10 000 вооруженных бойцов и 25 000 членов организации. Только в 1972—1974 гг. число бойцов возросло на 4000 человек.

К 1974 г., хотя португальцы располагали в Мозамбике более чем 70-тысячной армией, ФРЕЛИМО контролировал четверть территории страны (200 000 кв. км), в которой проживало более 1 млн. человек. После победы революции в Португалии начались переговоры между новым португальским правительством и ФРЕЛИМО. Первая встреча состоялась в Лусаке 5 июня 1974 г. Она закончилась неудачей, так как португальский представитель — заместитель командующего Оперативным командованием на континенте (КОПКОН) Сарайва ди Карвалью был уполномочен президентом Спинолой вести переговоры лишь о прекращении огня, в то время как мозамбикцы требовали признания их права на независимость и признания ФРЕЛИМО единственным законным представителем народа Мозамбика.

Последнее условие было принципиально важным, так как Спино-ла, явно взяв курс на неоколониалистское решение проблемы колоний, всячески благоприятствовал появлению в Анголе и Мозамбике проимпериалистических коллаборационистских и сепаратистских группировок. По возвращении в Лиссабон С. ди Карвалью представил Спиноле доклад, в котором говорилось об ухудшении для Португалии военной ситуации в Мозамбике и предлагалось пойти на уступки ФРЕЛИМО. Это вызвало раздражение генерала, обвинившего Карвалью в трусости.

Он назначил губернатором Мозамбика своего верного сторонника Силвину Силверину Маркеша, дав ему широкие политические и военные полномочия. Спинола намеревался создать так называемый «выборочный совет», который обеспечил бы португальское господство в Мозамбике в течение неопределенно долгого переходного периода. Вот как вспоминал Жардин о своей встрече со Спинолой: «Я утверждал, что мы хотим солидных гарантий для всех заинтересованных групп относительно независимости Мозамбика, интегрированного в широкое “Лузитанское сообщество”… Он заметил мне, что убежден, что сможет принять наилучшее решение, и высказал туманные предположения о форме, в коей следует готовить и избрать выборочный совет».

К этому времени ФРЕЛИМО добился военных успехов. 24 июля 1974 г. С. Машел следующим образом охарактеризовал изменения, происшедшие в военно-политической ситуации в Мозамбике после революции в Португалии: «В Замбезии, хотя вооруженная борьба началась там менее месяца назад, она уже охватила более трети территории, в течение нескольких недель более 5 тыс. патриотов вступили добровольцами в наши Народные силы освобождения. Народ Мозамбика с энтузиазмом приветствует более тысячи португальских солдат, отказавшихся воевать в составе колониальной армии».

Португальская армия не хотела продолжать проигранную войну. Военные опередили дипломатов и в июле 1974 г. начали секретные переговоры с руководством ФРЕЛИМО, результатом которых было прекращение огня де-факто. В августе 1974 г. в Дар-эс-Салам для переговоров с ФРЕЛИМО прибыли представители португальского правительства Мариу де Соареш и майор Мелу Антуниш. На этот раз переговоры прошли быстро и успешно. Португальская делегация приняла основные требования фронта. Оставшиеся нерешенными вопросы — о гарантиях интересов Португалии в Мозамбике, о механизме передачи власти, о составе переходного правительства — были согласованы во время новой встречи в Лусаке в сентябре 1974 г. 7 сентября 1974 г. там было подписано соглашение о предоставлении Мозамбику независимости с 25 июня 1975 г. По этому соглашению было создано переходное правительство, возглавленное членом Исполкома ФРЕЛИМО Ж. Чиссано.

Началась последняя, заключительная фаза ликвидации колониального режима в Мозамбике. Вместе с тем наступил первый этап создания новой африканской республики. На этом этапе народу Мозамбика пришлось преодолеть сопротивление сил внутренней и внешней реакции, которые пытались помешать процессу деколонизации и навязать стране неоколониалистские порядки. Опираясь на поддержку империалистических сил и расистских режимов на юге Африки, проколониалистские элементы в Мозамбике начали создавать нелегальные политические организации. Португальские поселенцы вынашивали планы достижения «независимости по родезийскому образцу». Уже упоминавшийся Жардин, близкий друг Салазара, задолго до «революции гвоздик» разработал план создания в Мозамбике «белого сепаратистского государства» — двойника Родезии Яна Смита. Хотя Жардин и считал Каэтану «слабым и нерешительным», он представил ему свой план в феврале 1974 г., но не получил одобрения. Тогда Жардин и его сторонники решили действовать на свой страх и риск. По его собственному свидетельству, он мог рассчитывать на поддержку португальских «командос», других военных и полувоенных формирований, а также контролировавшихся им прессы и радио («Нотисиаш да Бейра», «Вожафрикана», «Экономия ди Мосамбик», радиостанция Аэроклуба Бейры).

В феврале 1974 г. белые поселенцы создали Объединенную группу Мозамбика (ГУМО), выдвинувшую требование автономии при сохранении политических и экономических связей с Португалией. ГУМО насчитывала около 300 членов (главным образом из богатых поселенцев). Во главе ГУМО стояли Максиму Диаш и Жуана Симеан — одна из основательниц КОРЕМО. Эту организацию поддерживал губернатор страны Б. Ребелу де Соуза. Целью Объединенной группы было оказание сопротивления ФРЕЛИМО. После того как митинг ее сторонников в Бейре был разогнан местным населением, ГУМО 11 мая 1974 г. распалась, а Ж. Симеан вместе с исключенными в 1969 г. из ФРЕЛИМО Нкавандаме и У. Симанго создала Общий фронт Мозамбика (ФРЕКОМО).

В мае 1974 г. была создана организация «Фико», что в переводе означает «Я остаюсь». В нее вошли 500 экстремистски настроенных белых поселенцев, решивших объединиться по образцу ОАС в Алжире для вооруженной борьбы за создание режима «белого меньшинства» в Мозамбике. Лидером «Фико» стал богатый владелец гаражей Гомиш душ Сантуш.

Вскоре на свет появилась другая расистская организация — Демократическая конвергенция Мозамбика (ДКМ). Она состояла из нескольких сот белых, а также зажиточных африканцев — высокооплачиваемых служащих крупных компаний и банков, инженеров, адвокатов, врачей и т.д. Члены ДКМ не скрывали, что имеют могущественных покровителей в Лиссабоне из числа лиц, близких к генералу Спиноле.

Они утверждали, что сумеют сделать так, чтобы Спинола изгнал левых офицеров из Мозамбика и вернул войска в Португалию. Имея тесные связи с финансовыми кругами в метрополии и в ЮАР, ДКМ предприняла попытку скупить газеты в Бейре и других городах Мозамбика. Программа ДКМ сводилась к устранению ФРЕЛИМО от власти, отсрочке предоставления независимости, проведению всеобщих выборов и введению «демократической конституции».

В конце августа 1974 г. в Бейре ФРЕКОМО, КОРЕМО и три другие организации объединились в Национальную коалиционную партию Мозамбика (НКПМ), которую возглавил П. Тумане.

Сразу же после революции в Португалии он вместе с агентами США, ЮАР и сторонниками Спинолы стал разрабатывать планы, имевшие целью помешать ФРЕЛИМО прийти к власти. НКПМ поддержала требование Спинолы о проведении референдума и стремилась создать в стране неоколониалистский режим. Она пыталась воспрепятствовать соглашению между Португалией и ФРЕЛИМО, а когда это не удалось, присоединилась 7 сентября 1974 г. к путчу правых поселенцев. Путчисты захватили радиостанцию в Мапуту, провозгласили Мозамбик «независимым» и призвали своих единомышленников в ЮАР и Родезии оказать им помощь.

В конце октября 1974 г. в Лоренсу-Маркише была предпринята новая попытка военного переворота. Португальские «командос» спровоцировали вооруженное столкновение с бойцами ФРЕЛИМО, открыли огонь по безоружной толпе, убив десятки людей. Всего в этих инцидентах было убито более 100 и ранено более 150 человек.

Подразделения португальской армии и войска ФРЕЛИМО приняли энергичные меры для охраны общественного порядка. Организаторы путча были арестованы. ФРЕЛИМО провел массовые митинги в столице, разъясняя свою политику и особо подчеркивая ее нерасистский характер. Переходное правительство Мозамбика приняло закон, карающий тюремным заключением сроком до 8 лет за распространение слухов, нарушающих общественный порядок.

Переходный период сыграл важную роль в поддержании политической стабильности в Мозамбике и подготовил условия для решения задач независимого развития страны. 25 июня 1975 г. в Лоренсу-Маркише (Мапуту) был спущен португальский флаг и провозглашена независимость Мозамбика.


МПЛА поднимает знамя восстания | Португальская колониальная империя. 1415—1974 | Крах фашистского режима в Португалии