home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава-16

Что-то с чем-то, и так далее

Для наблюдателей в горном НП жизнь была, что называется, «по кайфу». Блаженное ничего не делание, довольно условное несение боевого дежурства в одном из перевалов, через который можно было преодолеть горную цепь напрямую, довольно неплохие удобства, которые они себе устроили в системе пещер — это было самое, что ни на есть, идеальное условие для существования. Конечно, пустым было сложно уживаться вместе, особенно в горах, где воздух был разряжен, из-за чего возникала нехватка духовных частиц, что влекло за собой пробуждение охотничьих инстинктов. Однако под железной рукой своего командира, который при жизни был командиром отряда наемников, и даже после смерти сохранившего свои командирские способности, и его ближайших помощников, которые при жизни были надсмотрщиками, группа держалась установленных предписаний и вела вполне себе «цивилизованный» образ жизни. Все были довольны своей судьбой. Командир и его приближенные упрямо придерживались правил, так как отвечали за сохранность поста своей головой, однако их власть в меру ограничивалась многочисленной оппозицией в виде рядовых, которые не давали распространиться здесь традициям рабовладельческого общества, так что, жизнь была вполне терпимой, а по сравнению с жизнью рабочих, строивших пирамиду, даже сказочной. Ни работы, ни строгих командиров в лице адьюкасов, которые своей реацу порой выбивали жизнь из особо тормозных рабочих, или могли прибить за какие-то мелкие грешки. А после начала поставки в НП особой питательной смеси, которая пришлась по вкусу всем наблюдателям, здесь и вовсе были готовы жить до скончания веков.

Однако эта размеренная и спокойная жизнь закончилась в тот самый день, как командир получил ментальный приказ адьюкаса из «Ставки» явиться на доклад о состоянии дел. Командир приказ выполнил, вышестоящее начальство осталось довольным результатами его деятельности, но возвращение бывшего офицера наемников стало началом нарушения установленного ритмичного уклада жизни. Для него пещеры стали казаться мелкими и неудобными для жизни, место, в котором они расположились неподходящим для их поста, а сами установившиеся здесь порядки какими-то плебейскими и неправильными. В общем, что-то в ставке его зацепило, и это обернулось для рядовых началом активной деятельности по поискам нового места дислокации, которое соответствовало бы всем требованиям. За несколько месяцев было проверено огромное количество различных мест, которые могли бы стать вполне неплохими опорными пунктами, но командир оставался непреклонным и заявлял, что это никуда не годиться. Рядовые долго терпели такое странное поведение, пока не выяснили, что же являлось причиной изменений в требованиях их лидера. Помощники по секрету объяснили, что явившегося на доклад пустого сильно впечатлило возведенное сооружение на месте старого лагеря, и особенно условия жизни воинов под боком у адьюкасов. Это и стало причиной комплекса неполноценности и привело к таким результатам. Рядовых эта новость не обрадовала, но свои претензии предъявить они попросту не успели. Этому помешало сделанное открытие в одном из перевалов, где они обнаружили странное ущелье, которое разделяло одну громадную гору напополам таким образом, что со стороны это было практически незаметно. Ущелье было просто завалено гигантскими телами окаменевших существ, смутно напоминающие пустых, занесенные странной субстанцией, наподобие пепла. Открытие было серьезным, и об этом явно требовалось доложить вышестоящему начальству, что и было сделано командиром, который увидел в этом шанс получить желанное место службы в Крепости. Однако после этого спокойная жизнь вдали от командования закончилась моментально. Мало того, что на находку прибыли посмотреть сразу несколько адьюкасов во главе с первым помощником самого Ареса, который взял пробы и приказав отныне отсюда не отходить ни на шаг, так еще и потом явился сам Повелитель, вместе с целым отрядом воинов, которые должны были начать обеспечивать здесь не только безопасность, но и сохранность обнаруженной находки.

Арес с интересом изучил останки пустых, указывал своим помощникам, которые шли за ним, что нужно забрать, сколько пепла и куда насыпать, а потом покинул это место, оставив однако, практически весь отряд воинов здесь, под командованием одного из своих адьюкасов по имени Оюн. Многие наблюдатели после этого с интересом смотрели на своего командира, который сам вовлек на себя неприятности. Мало того, что потерял свой статус командира подразделения (Оюн возглавлял практически все силы, сосредоточенные в горах), так еще и не получил желаемого назначения в Крепость, хотя и очень на это надеялся. Увы, но высшее командование было слишком занято, чтобы заметить какого-то мелкого офицера, который мечтал быть замеченным….


Обнаружение целого «выводка» древних пустых для меня оказалось сюрпризом, что надо. Десять громадных исполинов, размеры которых были сопоставимы с размерами гиллианов, но при этом имевшие различные формы и внешность. Окаменевшие останки, различной степени сохранности и с самыми разнообразнейшими свидетельствами далекой предалекой бойни, в результате которой они все оказались здесь. Я не сомневался, что это были ровесники ранее обнаруженных Древних, чье наследие мы активно использовали для своих нужд. Их тела были каменными, но даже, несмотря на это было нетрудно заметить довольно своеобразную структуру внешнего кожного покрова — все до единого без исключений обладали чешуей с крупными чешуйками. Хотя сами по себе чешуйки заметно отличались друг от друга, но по факту это не играло особой роли.

Факт того, что состоялось обнаружение такого количества древних, меня сначала взбудоражил, но потом я успокоился, поняв, что в отличие от двух титанов, ранее найденных мною ранее, этот десяток был из первого поколения. То есть, в свое время они были лишь жалкими слугами для тех двоих. Или просто скотом, за которым они могли охотиться в бытность своей молодости. Слабые, не обладающие серьезными боевыми способностями, сильной реацу и прочими ужасающими атрибутами высших сущностей. К такому выводу я пришел, еще изучая их останки еще в ущелье, где они были обнаружены. А потом полностью уверился в своей правоте, исследовав добытые образцы уже непосредственно в Крепости. Их плоть не была даже и в половину такой же плотной, как плоть монстра из Тартара и захороненного повелителя Полюса. Хотя следует отдать им должное. В свое время, судя по всему, они обладали силой, вполне соизмеримой с силой нынешних адьюкасов, что весьма впечатляет, стоит признать. Если бы сейчас я наблюдал бы за схваткой, скажем Урлука и одного из этих древних в период рассвета его сил, то наверняка поставил бы на древнего.

Впрочем, сами древние не были мне столь интересны, как пепел, найденный в ущелье. Его там было и в самом деле весьма много, полагаю, что если бы мы собрали его полностью, то смогли бы наскрести на половину всех запасов Тартара. Этот пепел был несколько другим, чем ранее добытые образцы в том же котловане. Если вещество, из которого формировались черти, напоминал своеобразную муку серого цвета, то его аналог из ущелья был похож на крупнозернистый белый цемент, который имел более высокую плотность. Если присмотреться, то в случае использования данной материи в качестве пищи, то от нее было бы больше пользы, нежели от пепла из Тартара.

По сути, для меня самой интересной задачей являлся поиск информации о том, что же служило источником этого загадочного материала. Проведенные мною наблюдения в ущелье, к большому сожалению, не дало мне ответа на этот вопрос. Откуда бы он не появился, но он точно появился в то же самое время, когда произошло истребление этого десятка. Это можно было предположить, судя по наличию пепла под останками.


Двадцать пять адьюкасов обрушились на пожирающих друг друга чертей сверху, нанося сокрушительные и смертоносные удары, обращая их всех в кучки пепла. За первые несколько секунд начала вторжения, численность обитателей Тартара резко сократилось более чем наполовину, а в следующую минуту отряд буквально вырезал всех представителей «тартариумной формы жизни». Мощные и смертоносные серо, запускаемые молодыми адьюкасами, сметали всех на своем пути, а быстрые и молниеносные бала, которыми буквально поливал своих врагов лидер группы добивали тех, кому удалось уцелеть в результате залпа. Для проведения такой операции без сучка и задоринки потребовалось немало времени на подготовку, но, несмотря на это, Деймос был доволен. Его группа довольно неплохо справилась с заданием, хотя в большей степени успех был обеспечен благодаря фактору неожиданности. Впрочем, уничтожение нескольких сотен противников всего лишь двумя дюжинами молодых адьюкасов, которые только-только начали постигать реальную военную науку по «методу Деймоса» было большим достижением.

Как только зачистка была произведена, был подан сигнал ожидающим наверху пустым. Около десяти секунд ожидания и на дымящийся пепел приземлилась группа из двух арранкаров, четырех адьюкасов и двух пустых первого поколения, исполнявших роль ассистентов главного экспериментатора, и по совместительству, повелителя всех членов данной организации. Адьюкасы несли на своих спинах объемные сосуды с пеплом из ущелья, которые тут же положили на поверхность, и открыли. Наступал самый ответственный этап всей операции.


— Деймос, следи за тем, чтобы черт не восстали. Как только начинают возрождаться — сразу убивайте.

— Есть! Внимание, вы все слышали приказ! Построиться в живое кольцо и следить за тем, чтобы никто из этих тварей не восстанавливался. Как только это начнет происходить — наносите удар серо.

— А вы, ребята, высыпайте весь пепел в эту площадку. Желательно, покучнее.

Адьюкасы немедленно высыпали весь свой груз на поверхность, и убрали сосуды в сторону. Ассистенты тут же начали смешивать местный пепел с принесенным извне, выполняя заранее установленное предписание. Как только одна треть общей массы «импортного» пепла оказалась смешана с местным вариантом, они отошли в сторону.

Я вытащил из своего кармана кусочек черного тартариума и засунул его непосредственно под кучу, так сказать, на самой границе между двумя слоями. После этого выпрямился и начал ждать результатов. В это время позади меня раздались звуки выстрела серо, а через пару мгновение это стало повторяться буквально повсюду, со всех сторон. Черти и не думали долго отсиживаться в бесформенном состоянии, быстро регенерировались и пытались снова вернуть свою основную форму и продолжить свое старое занятие, только с новыми участниками.

— Итак, скажите мне еще раз, только более внятно, зачем все это было нужно?

Афина стояла впереди меня. Нас разделяла куча принесенного нами пепла. Судя по ее выражению лица, ей не особо нравилось времяпровождение в этой дыре, и сейчас она искренне не понимала, зачем стоило проводить эксперимент здесь, когда было бы намного проще сделать то же самое, только в более комфортных условиях Крепости. Мда, наверное, мне стоило ее больше посвятить в свои умозаключения. Просто я был слишком погружен в свои размышления, что не уделил ей должного внимания.

— Я хочу проверить, является ли пепел из ущелья таким же, как и здешний эквивалент. То есть, обладает ли он возможностью создавать жизнь, а если быть точнее, способен ли он становиться основой для формирования нового тела для новой сущности. Поэтому мы собственно и здесь. Ты не хуже меня знаешь, из чего и как формируются местные черти, и поэтому, должна понимать, почему я выбрал именно это место для проведения своего эксперимента.

— Вы хотели воссоздать идеальные условия для формирования?

— Да.

— А разве вы не могли бы попытаться попробовать провернуть это в своей, как вы там ее называете, лаборатории? Ведь все компоненты вам прекрасно известны.

— Есть одна трудность, с которой я столкнулся уже достаточно давно, еще при экспериментах с остатками от тел тех чертей, которые мы заполучили во время их нападения. Несмотря на все мои усилия, тартариум в пепле не срабатывает, когда он находиться на поверхности. Вот я и решил, что будет правильно для начала воспроизвести технологию на месте ее первоначального применения, а уже потом пытаться воспользоваться ею в лабораторных условиях.

— И почему я только сейчас узнаю обо всем этом?

— Ты вроде как не интересовалась.

— Хм, обычно вы сами сообщаете мне все новости, как только получаете их.

— Ладно, извини, что особо не распространялся. Просто ничего масштабного я тогда не делал, так что, какой смысл был об этом говорить? Зато сейчас мы снова работаем вместе!

— В очередной раз, проверяя вашу очередную безумную идею.

— Зачем об этом говорить таким убитым голосом?

— Вы уверены, что это получиться? Я не вижу никакой реакции. Обычно при начале формировании чертей из пепла, начинается изменение фона реацу. А здесь все глухо.

— А черти его знают! Пепел совершенно другой, хотя и имеет много общего с местным. Так что не думаю, что все начнется сиюминутно.

Между тем количество выстрелов серо и ударов балой становилось все больше и больше. Адьюкасы стреляли во все подряд, поднимая тонны пепла в воздух, тем самым серьезно ухудшая видимость. Мне даже пришлось сделать выброс своей реацу, чтобы отогнать образовавшиеся облака от себя и осадить разгорячившихся воинов.

— Деймос, какого черта вы творите? Вы тут все в пух и прах разнесете!

— Господин Арес, черти лезут как муравьи! Смотрите сами!

Я мгновенно оказался рядом с живым кольцом адьюкасов и с удивлением обнаружил, как пепел перед нами волновался, словно это была поверхность моря при сильном ветре. Эти волны начинали накатывать на нас, на ходу превращаясь в волну наступающих чертей. Выглядело это действительно пугающе. Смотреть, как тебя наступают волны врагов, тесными и сплоченными рядами, было страшно. Я впервые видел, чтобы черти вели себя таким странным образом. И тут же сам молниеносно выпустил несколько бала, которые смели одну волну. Волна рассыпалась, но ее место заняла следующая, а за ней виднелась образующаяся третья! Это было выше всех моих знаний об этих существах, и моих представлений об их возможностях, скорости их регенерации. Раньше они так быстро не восстанавливались. И, что еще поразительно, их было в разы больше, чем обычно. Черти шли тесным сплоченным строем, со всех сторон, и они явно не намеревались заниматься своим типичным каннибализмом. Это не напоминало старое доброе хаотичное безумие, а было самым настоящим организованным действием, направленным на наше изгнание. Точнее, на уничтожение.

— Оба на! Как интересно! Кажется, мы слегка переборщили с численностью нашего отряда. Вот они и стали серьезными. Хорошо, что до серо не дошли.

— И что нам делать, господин Арес?

— Что-что? Отстреливаться, конечно. Хорошо, что они не образуются под нашими ногами. Так что, стреляйте перед собой во все, что движется, или потенциально способно двигаться.

— И как долго?

— Пока это возможно, естественно. Неплохая проверка для твоих бойцов. Афина, не могла бы ты тоже оказать поддержку Деймосу. Адьюкасы из моей группы. То же самое. Ассистенты. Вы остаетесь со мной. Будем наблюдать за ходом протекания эксперимента.

— И как долго ваш эксперимент будет длиться? Этих тварей становиться лишь больше с каждым разом.

— Ты главное стреляй, Деймос.

— Есть, стрелять. Вот ведь черти!

Ураган реацу, который выделяли адьюкасы, довольно плохо сказывался на моих подчиненных пустых первого поколения, которые не были способны выдерживать такую мощь, но я мог слегка снижать это давление на них, используя свою реацу. Эти двое были довольно важны для меня, так как обладали немалыми знаниями по врачебному делу еще по опыту своей жизни, а став пустыми, оказались в моих руках. С тех пор я посильно пополнял эти их знания, адаптируя их под реалии Уэко Мундо, и они стали моими важнейшими помощниками в работе с новым экспериментальным материалом. Их помощь была неоценима в работе с сыворотками для трансформации в гиллиана, а также в разработке новых средств для совершенной пустофикации.

Наверное, сплошной ад длился минут десять или двадцать. Яростная битва с волнами врагов, которые непрерывно напирали со всех сторон оказалась самым настоящим испытанием не только для молодых адьюкасов, но и для более старших и опытных собратьев, которым еще не доводилось сражаться таким образом. Да, египетские воины могли похвастать тем, что они при жизни имели дело с такими вот ситуациями, когда им приходилось сражаться с врагами, имевшими плотный строй, но ведь тогда они не были пустыми, и не использовали для сражения когти или клыки, а также рога, хвосты или что-то наподобие этого. Если в самом начале они держали врагов на расстоянии благодаря серо, то потом, когда все потратили основную массу своей реацу, им пришлось сражаться врукопашную, что было намного сложнее. Афина во время сражения использовала недавно приобретенный навык стояния в воздухе, и обстреливала своих врагов с высоты нескольких десятков метров, иногда резко срываясь в сонидо и мощными ударами своего меча, лишала жизни врагов десятками. Да, наверное, если бы не Афина, немало наших вояк пало бы в сегодняшнем бою. А так, выжили практически все. Конечно, были и раненые, но для адьюкаса с его регенерацией было не так сложно восстановиться.

В самый разгар битвы меду нашим отрядом и чертями, мой эксперимент резко перешел из зачаточного состояния к своей кульминации. Я даже не успел понять, что конкретно произошло, отвлекшись на взлетевшую группу летунов, которые набросились на Афину. Каково же было мое удивление, когда куча пепла передо мной неожиданно пришла в движение, а через пару секунд на горле одного из моих помощников сжалась когтистая совершенно белая рука. Мне едва удалось отцепить ее до того, как когти этой руки едва не вырвали глотку пустому. Мда, мой эксперимент оказался достаточно агрессивным. Вторая рука чуть не оставила шрам своими когтями на моем лице, да вот только мое молниеносно сформированное иеро (благодаря бою с Агейп во внутреннем мире ее тогдашнего партнера, а также своим тренировкам, я мог достаточно недурно использовать этот прием) оказалось ему «не по когтям».

На земле рядом со мной на четвереньках стояло необычное существо, которое внешне довольно сильно напоминало человека и тех же чертей. Только в отличие от них, оно было совершенно белым, в точности, как и пепел, из которого он и был сформирован. Лишь черная дыра чуть ниже горла, а также небольшие зачатки крыльев выдавали выделялись черным цветом. Все его тело было покрыто тончайшей костяной броней белого цвета, на голове торчали два длинных и острых рога. Существо подняло свою голову и посмотрело на меня. Хм, интересно! Маска, лишенная рта. Лишь черные отверстия на месте глаз и горящие оттуда зеленые глаза с вертикальным зрачком.

Я не успел что-либо сделать, как получившийся образец набросился на меня, с явным намерением меня разорвать на куски. Признаться, сил у него было немало. Явно это было эффектом черного тартариума, что дало ему эту силу.

Мне не хотелось заниматься тестированием его боевых навыков сейчас. Это можно сделать и на поверхности. Сейчас было бы неплохо свалить отсюда. Резкий удар и он согнулся в три погибели. Мгновенный захват и его тело опутано моим плащом. Пара секунд и он оказался за моей спиной в виде кокона. Дело было сделано!

— Внимание всем, отступаем!

Хватаю своих ассистентов и резко швыряю их в воздух, чтобы они оказались на поверхности. Сам тут же оказался в воздухе после мощнейшего прыжка с мощным всплеском реацу, и уже в полете формирую негативное серо. Адьюкасы мгновенно спохватились и бросились наверх, а черти уже летят наверх, преследуя нас. Какая орава! Целая стая летунов, которая не собиралась давать нам возможности уйти. Но, к их сожалению, мое серо оказалось тем, что остудило их пыл. Даже, несмотря на то, что оно было создано из огня.


— Черт, это было НЕЧТО!

Деймос подошел ко мне, стоящему у самого края котлована, протирая свои руки. Да, он прошел настоящее боевое крещение, с чем можно было бы его поздравить.

— Хм, кажется, они, наконец, успокоились. И это после третьего негативного серо. Сдается мне, что на этот раз вы их окончательно взбесили.

— Да, действительно. Хотя по мне, они лишь выполняли свою изначальную функцию.

— Функцию? Какую?

— Защита Тартара от врагов. А если точнее, защита того, кто покоиться в глубинах Тартара.

— А я думал, что эти существа случайные образования, которые появились, когда пепел получил силу тартариума.

— Да, ты так думаешь потому, что и я так думал в свое время. Но недавно я начал склоняться к мысли, что эти черти такая же система защиты, предусмотренная для обороны Древнего, как и лес вокруг полюса. Подумай сам. Эти черти поедают друг друга до тех пор, пока не появляется чужаки. Они сразу же набрасываются на них и пытаются съесть. Конечно, при их тактике бездумного нападения, это может быть сложно для них, и не эффективно, но при их численности они вполне способны затянуть врага в длительный бой, что обернется его истощением. При этом весьма заинтриговывает численность особей. Она обычно не меняется, но стоило нам туда спуститься такой гурьбой, как из нескольких сотен их стало несколько тысяч. Это механизм. А раз это механизм, значит, его кто-то создал.

— Намекаете на то, что черти — искусственные существа?

— До сегодняшнего дня я думал, что нет. Все попытки лабораторного воссоздания образцов проваливались. Но сегодня это получилось. Белый пепел сработал и у нас есть новый образец. Первый искусственный, кхм, черт!

— Если это система защиты, то кто ее создал? Посудите сами, это ведь нелепо. Тартар возник во времена Древних. Если наши знания о них верны, то все они обладали просто невероятной силой и размерами. Фобос сказал, что те гиганты из ущелья то же первое поколение. А это значит, что такими чертиками их было бы не остановить.

— Ты судишь поверхностно. Как ты думаешь, что случиться, если взять кусок черного тартариума, размером, скажем, в твою голову, и поместить его в кучу чистейшего пепла, масса которой равна парочке тонн. А может парочке десятков.

— …. Как то стремно представлять такое.

— Если такое можно представить, то без проблем можно представить и то, что со временем тартариума стало меньше, пепел изменился, испортился, засорился, и тому подобное. Отсюда и адаптация к новым реалиям.

— Логично. Ладно, покажете тот образец?

— Не здесь и не сейчас. Он малость агрессивен, и в то же время сильнее твоего будет.

— ОК. Кстати говоря, а вы не боитесь, что своим негативным серо вы там все сожгли?

— Как то не особо. После того, как они трижды попытались вылететь оттуда после моих залпов, мне вообще кажется, что они бессмертны.

— Думаю, будет логично укрепить местный аванпост.

— Раз ты так думаешь, займись этим лично. Мне пора протестировать новый образец. Да и займись ранеными. Тех, кто сильно пострадал, отправь в Крепость. Пусть восстановятся. Наиболее отличившихся в бою поощришь. И еще кое-что. На счет твоего предложения об использовании Тартара как полигона для экзамена. Думаю, это хорошая идея.

Последняя моя фраза бросила Деймоса в дрожь. Хех, будет в следующий раз предлагать мне новые способы проверки качества обучения и боевой подготовки.

— Афина, мы уходим. Вспомогательная группа, также выдвигайтесь к Крепости. Ассистенты, вас я жду в своей лаборатории со своими умозаключениями по поводу воссоздания чертей за пределами Тартара.

Мы с Афиной сорвались в сонидо, двигаясь с бешеной скоростью, недоступной для рядовых адьюкасов. Мне не терпелось исследовать новый образец.


— А он гораздо сильнее, чем черные.

Афина внимательно изучала чертенка, который вжался в угол камеры и смотрел на нас. Он успел устроить нам небольшую демонстрацию своей силы и характера, как только сдерживавшие до сих пор путы плаща спали с него. На этот раз сразу же набросился на девушку, видимо приняв ее за слабую. Только вот ему не повезло. После боя в котловане, она еще не совсем остыла и мощным ударом припечатала его к стенке, а потом, когда тот снова попытался атаковать, просто раздавила его своей чудовищной реацу. Разница между их уровнями был просто колоссальным. И в результате, молодой новорожденный чертенок был укрощен.

— И не говори. Если бы не иеро, я потерял бы глаз. Думаю, следовало использовать для этого более слабый образец тартариума.

— А может это связано с пеплом?

— Да, кстати, тоже верно. Хотя вероятнее всего обе эти причины имеют свое влияние…. Хм, зато у нас теперь есть доказательство того, что пепел из ущелья и Тартара имеют общее происхождение, и что из этого можно создавать таких вот бойцов.

— А также доказательством того, что от них не будет никакого толка.

— Почему это?

— Возможно, вы не заметили, но на него не действует мой зов. То есть он нам не подчиняется. Стоит мне убрать свое давление реацу, и он немедленно броситься на нас. Вдобавок, у него нет разума.

— Сейчас мы это проверим.

Я оказался рядом с ним и, схватив за горло, молниеносно подключился к его сознанию посредством быстрого контакта с плащом. После этого некоторое время копался у него в мозгах, в результате чего пришел к определенным выводам.

— Интересно. И в самом деле, разума у него нет, и он действительно не может быть подвержен зову. А знаешь почему?

— Раз уж начали говорить, то говорите. Не нужно меня интриговать.

— Ладно, сама напросилась. Наш любезный друг уже находиться под воздействием чужого зова. И этот зов настолько силен, что с легкостью пересиливает твой, и в перспективе, мой.

— Что? Но кто мог использовать этот зов на нем? И когда он успел бы это сделать?

— Думаю, с самого начала. В тот момент, когда он «родился», он уже был подчинен чужой воле и действовал согласно ней. И отвечая на твой вопрос, кто мог наложить такой мощный зов, скажу, что понятия не имею. Скорее всего, это дело рук того индивида, кто в далекие-предалекие времена настроил пепел таким образом, что он формирует защитников, которые хранят вход в глубины. Где покоиться Древний.

— Тогда….

— Я думаю, что создав этого парня там, в Тартаре, мы сами того не желая, внесли ему программу, согласно которой он должен сражаться с теми, кто вторгается в котлован. И что самое интересное, эта программа настолько сильна, что обойти ее невозможно. Там установлены такие закладки, что наши разработки в плане контроля кажутся просто топорными поделками. Кто бы не вводил их, работал точно гений.

— И что делать?

— Что-что. Этот голубчик, увы, расходный материал. Я был бы не прочь использовать его, но, увы, он не будет работать на нас. Так что остается только его изучать. Да и использовать те конструкции в его голове, чтобы создавать его копии. Только более сговорчивые. А ведь так жалко терять такой потенциал. Получился бы из него Улькиорра, точно получился бы!

— Что еще за Улькиорра?

— Да так….

— Понятно. Снова ваши секреты. А что с ним пока делать? Он даже более опасен, чем ваш шинигами.

— Знаю. Придется на нем применить способ с копьями и путами. Позови сюда Урлука. Это его специализация. Да и ему вполне по силам сдержать черта.


Я и мои ассистенты находились в лаборатории и стояли вокруг стола, на котором находилась целая куча белого пепла, а рядом, в небольшой колонне, был установлен кристаллик тартариума темно-зеленого цвета. Находящиеся вокруг многочисленные полки и столы были буквально завалены всевозможными склянками с различными вариантами древесного сока, жижи, пеплом из Тартара и ущелья, частичками чешуи древних. Было здесь и специально изготовленные инструменты, которые добросовестно создал Ашту при моей помощи (моя помощь заключалась лишь в работе в качестве плавильной печи).

— Итак, господа, как вы уже наверное поняли, что наши многочисленные предыдущие сложности соединения тартариума и пепла для создания уникальной формы жизни были связаны непосредственно с отсутствием некоторых компонентов. Какие, это, по-вашему, компоненты?

— Я полагаю, что это была особая реацу, которая имеется в Тартаре.

— Неплохое замечание, Имхотеп. С чего такой вывод?

— Тартар буквально насыщен странной реацу, которая оказывает влияние на пепел и тартариум особым образом. Я думаю, в этом и есть все дело.

— Какая еще реацу? Почему я ее не чувствовал?

— Господин Арес, вы меня извините, но ваша чувствительность очень слаба. Да, вам не составляет труда обнаружить любое существо и реацу на достаточно большом расстоянии, но вы улавливаете лишь реацу, которая имеет определенную плотность и силу. Это из-за вашей силы. Вы обладаете просто чудовищной аурой, и поэтому вам сложно уловить реацу, которая очень слаба и вдобавок, рассеяна. Мы же вдвоем довольно слабы, и поэтому нам гораздо легче ощутить это.

— Аргумент! Значит, в Тартаре имеется особая реацу, которую может ощутить лишь пустой первого поколения. И она оказывает свое влияние на пепел.

— Хм, если это так, то это неплохо вяжется с моей теорией. Если быть короче, то черти формируются благодаря особой программе, которая задает изначальные параметры для них, их тел, формы, силы, скорости, возможностей, функций. А эта реацу и есть то самое, что создает ее. Так-так-так. Интересно! Нам нужно попробовать сделать что-то подобное.

— Как?

— Сейчас посмотрим.

Я взял в руки тартариум и поместил в середину кучи. Не убирая руки, начал подавать свою реацу, а также представлять образ того же черта, стараясь максимально точно воссоздать его облик у себя в памяти. Получалось не особо, но стоило мне использовать небольшой клочок своего плаща, который являлся идеальным проводником моей силы, все встало на свои места. Спустя почти три часа на столе лежало практически идентичное тело черта, внутри которой чувствовалась легкая аура. У меня получилось! Правда это была грубая поделка, которая была нежизнеспособна (стоило мне убрать руку, как он начал разрушаться, а через пару минут вовсе распался на тот же пепел, каким был раньше).

— Прогресс, конечно, не настолько большой, но все же, мы нашли ключик к этой загадке.

— Он не способен существовать без вашей поддержки.

— Да. Но я знаю, как это исправить. Но прежде чем это сделать, вы должны кое в чем разобраться.

— В чем?

— Необходимо максимально точно изучить пепел и структуру тел древних. Я начал подозревать, что они как-то связаны с ним. В общем, сделайте все возможное и хорошенько просмотрите ущелье. Мы могли там упустить что-то.

— Вы уверены, что мы справимся с тем, что вы не смогли сделать.

— Имхотеп, ваши последние выводы дали мне понять, что вы способны на то, что мне не под силу. Я на вас рассчитываю.

— Слушаемся, господин Арес!


Агейп чувствовала себя не в своей тарелке, прогуливаясь по коридорам Крепости, и наблюдая за тем, как мимо проходят многочисленные пустые — жители этого грандиозного по местным меркам сооружения. С того самого момента, как ее освободили из камеры «с подпиской о невыезде», как с иронией выразился хозяин всего этого хозяйства, Арес, она только и делала, что пыталась вникнуть, прочувствовать местную атмосферу. Было очень и очень странно чувствовать себя одной из тех, кого она раньше практически убивала и отправляла освобожденные от этих уродливых тел души в Общество Душ.

Арес сказал ей, что пока она полностью не свыкнется со своим положением, ей не следует заниматься ничем другим, как исследованием местного быта, поэтому ей предоставили практически полную свободу. Конечно, полной свободой было сложно назвать то, что она на ментальном уровне была под контролем, и что она даже при всем желании не сможет сбежать отсюда, так как ее тело просто откажется двигаться. Но все же за ней никто не наблюдал, никто не допекал и ей разрешалось бродить где ей захочется, до тех пор, пока вышестоящее руководство не найдет ей применение.

Сама по себе структура местной организации была достаточно любопытной, особенно на фоне того, что создана она была исключительно недавно, и существовала максимум пару лет. Во главе всего здесь стояла личность Ареса, который являлся фактически тем, кто организовал все это. Необычный падший, который обладал пугающей схожестью с проводниками внешне, а также немалым уровнем сил. Способный контролировать все известные ей виды падших, что доказывало его более высокое происхождение. Второй по значимости фигурой в организации являлась некая Афина — падшая, которая являлась точно такой же, как и Арес. Человеческое тело, с незначительными признаками падшей души, огромная сила, и естественно, власть над другими. Эти двое обладали странной связью друг с другом, что она поняла в тот самый момент, когда впервые увидела их вместе. Их реацу были каким-то образом невероятно похожи, а увиденное во время захвата ее проводника их слаженность и поразительная взаимосвязь говорило о том, что им достаточно прикоснуться друг к другу, чтобы понять партнера. В общем, это был тандем. Сбалансированный, синхронизированный, действующий по своим правилам. И именно этот тандем руководил всем в этой Крепости.

Третьим номером официально являлся некто Фобос. Падший, невероятно похожий на тело ИП 1, которое она занимала, что могло обозначать лишь то, что они имеют общее происхождение. Фобос был первым помощником Ареса и являлся тем, кто контролировал все местные процессы, получая распоряжения от арранкаров (необычное слово, которое обозначало представителей руководящей верхушки), и докладывая им о результатах. Фобос был молчалив, холоден, держался отстраненно, и в то же время, казалось, что он был везде и сразу. Его фигура могла промелькнуть перед глазами раз тридцать за час, при этом складывалось ощущение, что он видел все и был в курсе всего. Этого адьюкаса многие побаивались из-за этой его особенности, хотя были и те, кто его игнорировал. Одним из тез, кто мог это делать без последствий, являлся Деймос. Адьюкас, похожий на него как две капли воды, за исключением узора на маске и волос сзади. Он обладал примерно тем же уровнем сил, что и Фобос, а также имел статус командира всех младших адьюкасов (Агейп полагала, что, скорее всего она также была его подчиненной, просто ее еще никто не посвятил в это). Вторым же, кто мог открыто не обращать внимания на Фобоса был один падший высшего звена. До этого ей еще ни разу не приходилось видеть представителей этого вида, но ей не составило труда догадаться о том, что это именно высший, потому как его сила на порядок превосходила возможности всех адьюкасов, которые жили в Крепости. Высший, а если следовать местной терминологии, вастер лорд, был силен, обладал внушающей уважение аурой, и мог спокойно заставить кого-то из адьюкасов сделать что-либо. Так-то он этого не делал, но Агейп чувствовала, как ее сущность была готова покориться этой силе.

Адьюкасов было гораздо меньше, чем пустых первого поколения, но практически все они являлись наиболее ценимыми членами организации. Что касается представителей первого поколения, то большинство из них являлись бесплатной рабочей силой, выполняющей функции строителей и не обладающих никакими правами и привилегиями. Лишь те из них, кто обладал правом жить внутри Крепости, автоматически причислялся к списку местной «интеллигенции», которая была в списке следующих кандидатов на становление гиллианами (опять местный термин, обозначающий падших низшего звена), а затем превращения в адьюкасов. Чтобы стать частью интеллигенции, было необходимо обладать какой-то особо полезной специальностью, полученной еще при жизни, и сохранившейся в памяти и после смерти и пустофикации.

Ей пока не говорили, каковы планы на счет нее, но она была уверена, что скорее всего ей придется использовать свои боевые навыки во благо Ареса и его соратников. Других предположений не было. Здесь практически каждый адьюкас являлся воином и нес службу. Она не могла стать исключением только из-за своего происхождения, ведь осознание того, что оно не настолько уникально крепко засело в ее голове. Особенно после встречи со своим бывшим партнером, которого удалось опознать лишь по оттенку реацу. Его тоже выпустили из камеры, но в отличие от нее, он уже выполнял возложенные на него задачи. Наблюдение за горизонтом с башни было самым настоящим боевым дежурством.

Завернув за угол Агейп резко остановилась перед Аресом, который возник словно из неоткуда. До этого она даже не чувствовала его реацу.

— О, Агейп, ты как раз кстати. Пошли за мной.

— Куда, кхм, господин Арес?

— Есть одно дело, в котором ты можешь оказать мне помощь. Если все получиться, то я окончательно решу на счет твоего назначения.

— Что за дело?

— Пустофикация проводника, естественно. Ты ведь уже имеешь опыт в этом, хотя и в роли подопытной.

— Вы что, захватили еще одного проводника?

— Э, не одного. А нескольких, и это было раньше, чем при вас двоих. Только в отличие от вас, дело тут не в упрямстве, а в нежизнеспособности.

— Как понять, в «нежизнеспособности»?

— Ну, они не пережили захвата.

— Они что, мертвые?

— Как бы да. Вот поэтому мне и нужна твоя помощь.

— Но….

— Никаких но. Идем!


Мы находились в одном из охраняемых помещений Крепости, в которой хранились законсервированные трупы шинигами. Пять саркофагов, пять шинигами, пять занпакто, которые находились тут же, на всякий случай, так сказать. Человеческие души были заранее перенесены в другое помещение, чтобы они не мешались и, поэтому здесь можно было провернуть очередной эксперимент, который был стать ключевым этапом при отработке технологии по пустофикации. Факт того, что проводники были мертвыми, создавало определенные проблемы, но я был уверен, что это не повлияет на конечный результат. Поправка. Почти уверен.

Я подошел к одному из саркофагов, и снял крышку, после чего вытащил тело, обмотанное тканью и, положил его на стол. Отлично, можно начинать.

— Агейп, мне потребуются твоя помощь во время процесса пустофикации. Так что будь добра, при первой же команде немедленно приступай к выполнению тех действий, которые я сейчас тебе разъясню.

— Как вы собираетесь использовать мертвых проводников? Только не говорите, что вы способны воскрешать мертвых.

— Этого не потребуется. Нам будет вполне достаточно того, что у нас они вообще есть.

— Так, что вы хотите, чтобы я сделала?

— Подожди, я все объясню, как только все будет полностью готово. Сейчас к нам присоединиться еще один товарищ. Он окажет нам помощь на начальном этапе. А уже потом в дело вступишь ты.

Практически в этот же момент дверь открылась, пропуская внутрь Урлука, который тащил большой сосуд, заполненный древесной жижей, а также нес за спиной сверток, в котором четко угадывались куски древесины. Прекрасно!

— Рад, что ты присоединился, Урлук. Давай начинать.

— Вы сделаете с этим то же самое, что и с предыдущим?

— Почти. Так как данный экземпляр находиться, так сказать, в состоянии летального исхода, придется заняться им несколько по-другому. Для начала, подавай древесину.

Адьюкас молча, размотал сверток с древесиной и немедленно подал его мне. Я взял несколько кусков и немедленно установил их на груди тела, после чего повторил процесс и с другими кусочками, практически полностью заняв всю площадь передней стороны проводника. После этого зачерпнул немного жижи из сосуда и начал обливать бруски. Материал тут же начал набирать силу, регенерируя, и увеличиваясь в размерах, пуская небольшие ростки и корни, которые соединялись друг с другом, и тем самым полностью оплетали корневой системой все тело.

— Что происходит? Зачем вы это делаете?

— Видишь ли, Агейп, ты должна знать, что деревья, которые растут во внутреннем дворе Крепости, обладают невероятной жизненной силой. Убить эти деревья очень непросто, они быстро восстанавливаются, и могут в кратчайшие сроки полностью занять определенный участок, превратив его в лес. Сок этого дерева обладает поразительными свойствами. Оно способно вызвать усиленную регенерацию даже у одной частички плоти так, что при достаточном количестве сока, плоть способна полностью восстановить организм, к которому он ранее принадлежал. А если облить им кусочки древесины, то можно легко заставить вырасти целое дерево. В данном случае, я использую древесину и жидкость для создания новой оболочки вокруг этого тела, чтобы оно не распалось на духовные частицы из-за нарушения герметичности. Как ты видишь, его тело оплетается целой сетью мельчайших кореньев, а также ростков, которые вскоре создадут своеобразный сосуд, который сохранит внутри себя все то, что я намерен еще туда ввести. Урлук, убери пока сосуд с жижей. Пока хватит. Теперь следующий шаг, в котором мне потребуется уже твоя помощь, Агейп.

— Что я должна делать?

— Ничего. Просто подойди ко мне, для начала.

Адьюкас подошла ко мне и встала рядом. Я взял ее руку и достав кинжал, сделал тонкий надрез на ладони, ломая костяную пленку и добираясь до плоти. Она слегка вздрогнула, но не стала вырываться. В ту же секунду мой плащ проник ей в ранку и пустил «корни», полностью подстраиваясь под ее реацу и уровень. Из места ранки вырос тонкий стебелек, который быстро достиг до головы мертвого шинигами и соединился с ним, проскочив в щель между корнями.

— Вот собственно и все, что от тебя пока требуется.

— И в чем моя роль?

— Скоро узнаешь. А сейчас — мой выход.

Моя рука молниеносно облачилась в перчатку, выросшую из плаща. Я положил ее на голову шинигами и тут же заставил перчатку обзавестись длинными ворсинками, которые проникли в корневую систему и в плоть шинигами. Спустя пару минут, моя реацу начала вливаться внутрь этих двух чужеродных систем, тем самым полностью заполняя их моей силой, предоставляя мне контроль над их сущностями. А потом я оказался в темном мире, которое напоминало какое-то адское болото. Всюду царила трясина, зловонная топь, огромные скрюченные коренья и стволы деревьев. И у меня была компания.

— Вот теперь начнем делать серьезные вещи, Агейп.

— Где мы оказались.

— Внутренний мир нашего нового друга-врага или подневольного подопытного. Видишь, что он из себя представляет, после смерти разума и вторжения сюда инородной сущности. Эти деревья и корни последствия нашего вмешательства.

— И что нам здесь делать?

— Искать сущность его клинка, разумеется.

— Но ведь сущность клинка должна была умереть! Ее уже нет. И быть не может!

— Она здесь и мы должны найти ее как можно быстрее, пока сущность деревьев не поглотили ее.

— Откуда вы это знаете?

— Занпакто не умирает сразу со смертью своего хозяина. Я бы даже сказал, пока существует тело проводника, он продолжает жить в нем. Не могу объяснить точнее, но она точно должна быть здесь и нам, а точнее, тебе нужно найти ее настолько быстро, насколько это вообще возможно.

— Почему мне?

— Это твоя функция. Ты бывшая сущность клинка, и должна ощущать присутствие собратьев (или бывших собратьев, смотря как посмотреть). Вдобавок, твоя плоть соединена с плотью проводника и твоя реацу поступает в это место. Используй ее, чтобы найти цель.

— Так вот зачем вы сделали это.

— Да. Поспеши. Время не терпит.

Агейп прикрыла глаза, пытаясь сосредоточиться, а потом неожиданно вздрогнула и посмотрела на меня.

— Это нечто очень опасное и сильное. Кажется, эти деревья уже оказали на него своего влияние.

— Показывай где.

— Идите за мной.


Существо, которое играло роль занпакто было сложно назвать человеком. Огромное существо, соизмеримое по размерам с гиллианом, напоминающее по своему виду черепаху с торчащими сзади более чем десятком длинных змеиных хвостов (зрелище действительно несколько неприятное). Чудовищные лапы, которые превращали все в округе в сплошную кашу при движении, темно-зеленый панцирь со свисающей тиной. Голова, напоминающая рожу какого-то доисторического монстра. Мда, вид был страшный. Даже не представляю, как деревья могли оказать влияние на человеческое тело, чтобы из него получилось это. Но по сути, это было не столь важно. Гораздо важнее было то, что передо мной стояла сущность занпакто, и ее требовалось модифицировать. Я мгновенно достал свой меч и прыгнул на гиганта, используя сонидо. Агейп среагировала довольно быстро и последовала за мной. Мы оказались на панцире монстра и наблюдали за тем, как беснуется монстр.

— Что вам нужно от этого монстра?

— Нужно проникнуть ему в голову.

— Зачем?

— Так надо. Будь осторожна. Как только я пробью его череп, немедленно прыгай ко мне.

— Хорошо.

Я прыгнул на голову черепахе, которая ощутив резко изменившуюся ситуацию, попыталась втянуть голову под панцирь. Однако после нескольких сокрушительный ударов, она затихла и уронила голове, из которой обильно текла кровь. Агейп немедленно оказалась рядом со мной.

— Теперь то что?

— Сейчас мы используем соединение с его мозгом и тебе придется принять на себя все его воспоминания, чувства, эмоции, боль и тому подобные «продукты жизнедеятельности». Не волнуйся, сущность ИП обеспечит тебе дополнительную защиту, но все же будь осторожнее и сдерживай сущность черепахи столько, сколько можешь.

— А вы?

— А я тем самым получу доступ к воспоминаниям его хозяина, которые все еще целы в этом мире и будут без охраны. Мне потребуется минут двадцать, чтобы их реанимировать и переместить в другую сущность.

— Какую еще сущность?

— В новую телесную оболочку, которая формируется снаружи. Как только я это сделаю, выходишь из контакта и дальше я завершаю процесс.

— Я ничего не понимаю.

— А тебе и не надо понимать. Твоя задача, дать мне двадцать минут времени. Приступаем!

Я подсоединился к черепахе, вместе с Агейп и сразу же направился к памяти шинигами, пока моя помощница сдерживала ярость сущности занпакто. Искать долго не потребовалось. Пока разум черепахи сражался с разумом Агейп, все остальное было в моем полном распоряжении. Найдя нужный участок, касающийся боевых навыков, информации о соратниках и общих сведений об Обществе Душ, тут же выпустил свой плащ, используя ее как тень, которая покрыла все это и поглощала.

Хм, двадцать минут оказалось маловато, пришлось потратить целый час на полное поглощение всего необходимого. Стоило мне закончить, я немедленно отсоединился, спасая Агейп от перегрузки. Да, она неплохо постаралась. Смогла все выдержать. Возможно, от нее будет толк.

Не мешкая, немедленно распускаю плащ, который оплетает одно из деревьев, и синхронизируется с ней, вливая всю полученную информацию туда. С ходу начинаю вводить свои корректировки, информацию, сущность. Одним словом, создаю внутреннего пустого, который сливается с имеющейся информацией, копируя личностные особенности мертвого шинигами….


Урлук закрыл вход в камеру и посмотрел на меня, ожидая дальнейших указаний. Я стоял рядом с ним и думал над тем, что у нас в итоге вышло. Странное сероватое существо, которое пока лишь отдаленно напоминало пустых, и больше походило на клубок корней, из которых кто-то в свое время попытался сделать человека. Мда, пустофикация прошла несколько необычнее, чем я думал, но в целом результатом был доволен. Ведь сам процесс превращения еще был далек от завершения.

— Урлук, как только рост корней превратиться, и появиться подобие маски, влей ему весь оставшийся сосуд с жижей. Для роста внутреннему пустому нужно питание. Так что смотри.

— Какой-то он неказистый вышел. Даже страшнее, чем предыдущий.

— Предыдущий был жив, а этого мы сварганили из трупа. Так что все нормально.

— А он точно должен превратиться в пустого. По мне, он рискует стать деревом. Или кустарником, на худой конец.

— Станет. Наверное. Просто сейчас внутренний пустой не полностью контролирует внешнюю оболочку. Отсюда и такой вид. Как только он получит контроль, вернее, если получит, так тело стабилизируется.

— Понятно. А что там с этой девчонкой. Она до сих пор не очухалась.

— Ей пришлось хорошенько поработать. Надейся, чтобы тебе такая работа не досталась.

— Надеюсь. Кстати говоря, вы собираетесь всех тех мертвых использовать для создания пустых?

— Да. А еще тех людей, которые мы добыли в ходе наших действий в Мире Живых. Только для них необходимо придумать новый способ пустофикации.


Глава-15 Немного о войне | Пантеон | Глава-17 Кое-что о легендах