home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 3




Я снова перевязанный веревками, лежу на теплой земле. Было небольшое отличие от прошлого раза, мне еще кляп в рот вставили.

Спустя некоторое время, я совсем успокоился и принялся подводить печальный итог. В этот раз приступ начался с невинной шуточки, сейчас бы я даже не улыбнулся, если бы услышал ее, а тогда это чуть не убило меня. До сих пор болят все мышцы живота. Ну убить бы не убило, это я уже сгущаю краски, но было крайне неприятно. Я боялся уписаться со смеху, чем явно подмочил бы свою репутацию. Да и в тот раз, был сон наяву, а сейчас же я не контролировал свои эмоции. Это что же получается? Если бы я, например, был в Дантоне, стоял бы где-нибудь в очереди и меня одолел бы приступ, то боюсь, длина очереди значительно бы сократилась, конечно, кто-нибудь и сказал бы мне "спасибо", но думаю, Совету это вряд ли бы понравилось.

Мои размышления прервал незнакомый горец. Он с ненавистью в глазах уставился на меня. Спросить "чего ты хочешь быдло?" мне помешал вонючий кляп, но этот вопрос разрешился сам собой, когда он показал мне свою искалеченную руку, на которой не хватало одного пальца. От души пнув меня по почкам, людоед немного успокоился и злобно матерясь удалился.

Утро наступило весьма неожиданно и неприятно, я проснулся от удара ботинком по спине. Я раскрыл свои светлые очи и снова увидел стоящего надо мной девятипалого горца. Покалеченную руку он перевязал грязной тряпкой.

- Вставай! Нам пора в путь! - проревел калека.

Значит, мелкое людоедское отродье, решило не отпускать меня. Ладно, не захотел по-хорошему, будет по-плохому.

В первой половине дня, мне не удалось найти подходящую возможность использовать дар. Никому из отряда не угрожала латентная опасность. К тому же мне мешали сосредоточиться постоянно всплывавшие в сознание мысли. "Когда будет новый приступ? Какой он будет? А может, зря волнуюсь? Может, в припадке я поубиваю всех горцев и пойду домой пить чай с баранками?".

Я шел и все больше разочаровывался в своем плане. С такой скоростью убийств, до гор дойдут все людоеды. Я уже совсем отчаялся. Но когда мы проходили мимо скалы, возвышавшейся на добрые двадцать метров, то я наконец-то открыл сезон смертей.

Воин, идущий впереди отряда, проходил под грозящим упасть с вершины скалы, камнем. Мне даже способность почти не пришлось напрягать, я всего лишь мысленно подтолкнул камешек и чуть-чуть подправил траекторию полета. Через секунду раздался крик. Колонна замерла. Людоеды сгрудились возле трупа своего соплеменника. Я нашел взглядом капитана. Тот склонился над убитым.

- Первый, - произнес я, подходя к коротышки.

- Это могла быть случайность, - ответил воин скептическим голосом.

- Поживем, увидим.

После того как труп людоеда закопали, отряд тронулся дальше.

Момент, когда я убил второго людоеда, наступил уже почти перед самой остановкой на ночёвку. Тут уж мне пришлось попотеть, надо было учесть сразу несколько факторов. Чтобы пошатнувшийся горец, который в попытке удержать равновесие попытался схватившийся за дерево, промахнулся мимо предательски скользкой коры дерева и попал виском точно на маленький сучок, пробивший ему кожу и вошедший в мозг. Когда людоед неуклюже упал в кусты, то от его соседей по мерно шагающей колонне, раздались веселые смешки и шуточки. Отряд даже не подумал замедлить шаг, чтобы подождать бойца, у всех были примерно одинаковые мысли. "Ну, упал и упал, мало ли что случилось? Сейчас оклемается и догонит". Но когда людоеды и тихо ликующий я, отошли на приличное расстояние, а упавший горец так и не появился на тропинке. Капитан забеспокоился и отдал команду одному из людоедов пойти разузнать, что же приключилось с соплеменником. Названный горец отделился от колонны и побежал к месту падения сородича, достигнув его, он скрылся в кустах. Через минуту из зарослей донесся возглас, услышав который, отряд людоедов, тут же понесся к кричавшему. Когда прибежавшие горцы обнаружили труп и стоящего рядом посыльного, то они пораженно замерли. Часть людоедов, после секундного ступора очнулись, и с вопросом в глазах уставились на посланного капитаном воина. Тот поднял руки вверх, сигнализируя этим, что он совершенно не причем. Я, скакавший со спутанными ногами следом за горцами, увидел эту сцену и выкрикнул, тыча пальцем в сторону "сдающегося" людоеда:

- Это он его убил!

С праведным гневом в глазах, я перевел палец на труп и продолжил:

- Не мог же он сам пробить себе висок!

За моей спиной глухо зароптали горцы, я уже более уверенно начал обличать "убийцу":

- Да это точно он! Я видел, как он ссорились с этим воином - вот вам и мотив! Именно с этим, который сейчас лежит хладным трупом! Убийство!

Толпа людоедов, наслушавшись меня, уже готовилась растерзать мнимого убийцу, который лишился дара речи от ложных обвинений, как тут, позади меня, раздался громоподобный рев:

- Стоять! Что здесь происходит?

Я обернулся и обнаружил капитана. Он только сейчас на своих коротеньких ножках прибежал к месту трагедии.

- Я еще раз спрашиваю! Что здесь происходит? - не унимался коротышка.

Людоеды молча разошлись в круг. В центре свободного пространства оказался я, безвременно почивший и "убийца".

- Это он его убил, - промямлил я, показывая глазами на "убийцу", более чем уверенный в том, что капитан точно не поведётся на сфабрикованные обвинения.

- Это не я! это не я! Он уже был таким, когда я прибежал сюда, - обрел дар речи горец.

- Разберемся, - произнес коротышка, сумрачно глянул на меня и начал осматривать труп, а потом и дерево.

Догадался. Ну что ж грохнуть еще одного людоеда руками его же соплеменников мне не удалось, но первоначально я на это и не рассчитывал.

Капитан оторвался от улик и посмотрел на меня. Придя к какому-то решению, он произнес:

- Это несчастный случай!

"Убийца" облегченно выдохнул, а коротышка бросил на него мимолетный взгляд и добавил:

- Похоронить бойца.

Людоеды тут же засуетились и начали мечами копать мягкую землю. Меня такой исход дела не устраивал.

Я крикнул коротышки:

- Капитан, можно вас на пару слов.

- Выкладывай, - выплюнул людоед, грозно насупив брови.

- Это я убил этого горца.

- Да ну? - не поверил капитан. - Ты же обвинял моего бойца.

- А вам не кажется, что эта смерть слишком уж похожа на предыдущую? Тоже ведь несчастный случай! - спросил я, коварным голосом проигнорировав слова капитана.

Коротышка серьезно задумался, а потом медленно произнес:

- Такое случается, редко, но случается.

Голос людоеда был растерян, казалось, он хочет убедить в этом скорее себя, чем меня.

- Да, конечно, не повезло, - ответил я с доброй улыбкой, думая о том, что заложил в голову предводителя горцев очень большое зерно сомнения.


Ночь прошла спокойно, меня не мучали припадки. С рассветом отряд двинулся дальше. Теперь рядом со мной шел предводитель горцев. Он то и дело бросал на меня быстрые взгляды. С первых шагов, я заметил, что людоеды взяли более высокий темп передвижения. Наверно хитрожопый коротышка решил, что если мы придем раньше, то и людей погибнет меньше, все-таки он допускает возможность того, что это я убил горцев.

Пока не подворачивалась возможность уменьшить количество людоедов, я думал над природой ритуала. Кровь способных усиливала дар, но вот за счет чего? Внешне, да и на вкус, она была идентична крови обычного, ничем не примечательного смертного, но что-то в ней все-таки было и это "что-то" люди получали в Храме. Вспомнив бой в руинах, я пришел к некоторым выводам показавшимися мне правдоподобными. Все кто получил способность, пролили в Храме часть своей крови, тем самым, за небольшую порцию красной жидкости из вен, связали себя и таинственное место. В мою теорию укладывался и ритуал. Получая кровь других способных, мы сильнее связываем себя с Храмом. Без убийства способного это останется просто кровь, а вот после смерти объекта в его первых каплях крови содержится сама эссенция дара. Все вроде бы понятно, но вот, причем здесь припадки и помешательства? Хотя, возможно это попытка Храма не допустить появления слишком сильного способного? По крайней мере, разумного. Могущественный даровитый может и появиться, но он точно будет безумен от всей выпитой им крови. Тут мне вспомнилась Эрани. Ее то, как приплести к моим рассуждениям? Она получила свой дар по наследству, не отдавая свою кровушку Храму! А ведь Мик говорил, что и другие такие способные есть. За всеми этими мыслями я не усмотрел самого банального варианта, ведь дети, наша плоть и КРОВЬ.

К обеду мои ноги начали уставать. Невыносимо палило солнце, усугубляя мое и так не праздничное настроение. На небе было аж три светила! Интересно, какие гуманоиды живут в этом мире? И попадут ли они на остров?

- Все, привал! - скомандовал капитан.

Судя по потной роже, ему тоже приходилось далеко не сладко. Горцы расселись под пышными кронами деревьев и начали поглощать добытую из сумок снедь. Я в первые дни нашего вынужденно-совместного путешествия, боялся, что людоеды начнут употреблять человечину, но нет, ели то же, что и обычные люди.

- Бери, - произнес предводитель людоедов, держа в руке растительный поек.

Я взял протянутые плоды и впился зубами в сочную плоть фруктов.

- Вчерашние происшествия, оказались не более чем случайностью, - произнес горец уверенно, следя глазами за моей реакцией.

- Еще не вечер, еще не вечер, - ответил я загадочно, предвкушая удивления неверующего коротышки.

В этот самый момент я уже вовсю готовил гибель очередному людоеду.

Горец, жадно поедавший фрукты, вдруг схватился за горло, свалился на землю и начал биться в конвульсиях. К нему подбежали люди, начали суетиться возле него, но тот уже не подавал признаков жизни. Мне было совсем не трудно заставить его подавится внушительных размеров косточкой, экзотического плода.

Капитан умчался сразу же, как только увидел муки соплеменника. После того как агония подавившегося людоеда закончилась, коротышка яростно матерясь подбежал ко мне.

- Это не ты! - начал орать он. - Это не можешь быть ты! Я же сидел рядом с тобой! Я же видел, что ты просто ел!

- Пока ты не отпустишь меня, люди будут умирать! И их смерть будут на твоей совести! Подумай своим пеньком, не бывает таких совпадений!

Горцы услышали мои слова и начали собираться вокруг нас с капитаном. Они нервно переглядываться и опасливо косились в мою сторону.

- Да! Это я вас убиваю! И это будет продолжаться до тех пор, пока я ваш пленник! - проорал я.

Я подумал, может часть из них струсит и уговорит более смелых воинов, отпустить опасного заключенного. Пусть даже до прихода в горы, я убью пять или шесть горцев, но кто с уверенностью скажет, что он не войдет в этот список? Убивать меня они не станут, побоятся гнева своего вождя, который приказал доставить в целости и сохранности победителя арены.

Людоеды стоящие вокруг меня гневно зароптали. Показалось обнаженное оружие. Процесс, который я запустил, мне совсем не понравился, не этого я ожидал. Неужели я просчитался с авторитетом их вождя?

Когда я уже начал вспоминать похоронные псалмы, в дело вступил капитан, он закрыл меня своим телом и заорал, перекрикивая возбужденную толпу:

- Свяжите ему ноги, мы понесем его на шесте! Так он не сможет причинить нам вред!

Внутренне я ликовал, коротышка спас меня и одновременно своими словами признал, что виновным в смерти горцев, является их пленник.

Я не стал сопротивляться. Меня повалили, спутали ноги, немного намяли бока. В принципе все прошло как обычно, только теперь горцы наученные горьким опытом берегли пальцы.

Пока я лежал на земле. Людоеды споро срубили два тонких деревца, продели их через веревки на моих ногах и руках, затем на манер пойманной дичи, два здоровенных воина понесли меня на своих могучих плечах. Такое передвижение ужасно не нравилось моим конечностям, я думаю, они предпочли бы сам подрыгаться, чем быстро неметь от впивающихся в кожу веревок.

Чтобы отвлечься от быстро нарастающей боли, я начал поглядывать по сторонам и понял, что после привала, на котором случилась перепалка с капитаном людоедов, наступил мой звездный час. Горцы и так боялись меня, а теперь мои конвоиры смотрели со страхом на своего пленника. Их страх граничил с всепоглощающим ужасом, очередная пара носильщиком мечтала поскорее избавиться от весело улыбающегося груза. Еще больше ужаса на людоедов, нагнала смерть целой группы воинов.

К вечеру отряд начал подъем в горы. Идеальное место для работы моего дара, я аж зажмурился от предвкушения убийств и тут же поймал себя на мысли, что не совсем здраво рассуждаю. Неужели опять приступ?

Я применил свой дар, когда мы двигались по краю обрыва. Это было опасное место, одно неверное движение и ты уже в затяжном прыжке можешь обгадить птичек, которые гадили на тебя. Я с помощью способности смог обвалить часть тропинки под ногами двигающихся за мной горцев. Подкатывающий приступ, как мне показалось, усилил дар, или это я уже настолько наловчился управлять им, что совсем не почувствовал ускорения ритма сердца, что свидетельствовало бы о значительном расходе сил.

После обвала семеро людоедов отправились на свидание к убийственно твердой на такой высоте земле. Что тут началось! Мои носильщики, как только почуяли неладное, бросили ценный, живой груз и дали деру. За ними побежали и все остальные горцы. Во всей своей древней красе, сработал стайный инстинкт.

Я кое-как освободился от веревок, которые частично перетерлись от постоянного соприкосновения с шестом, немного размял затекшие руки и ноги, а затем прошел по оставшейся после обвала части дорожки. Как только я покинул опасное место, то бросился бежать в противоположную от людоедов сторону. Надеюсь, горцы сильно напуганы и еще долго не будут помышлять о преследовании, хотя на это не стоит рассчитывать, я для них слишком ценный пленник.

Стараясь убежать как можно дальше от места полета людоедов, я как назло заблудился в ночном лесу. Сбиться с узенькой тропки было легче легкого, а уж для жителя города, редко выбиравшегося в ближайшее скопление деревьев, было делом более чем не замысловатым.

Продираться сквозь заросли становилось все труднее. Я в кровь исцарапал лицо и руки. Позади себя я оставлял широкую просеку, которая после виденных мной местных "дорог", для горцев будет чем-то вроде скоростного шоссе. Надеюсь, людоеды не будут выяснять, куда ведет это чудо современного дорогостроения.

Не знаю, сколько было времени, когда я прямо на ходу вырубился от бессилия. Я, подражая мистеру Мявусу, свернулся в клубок и, засыпая под кустами каких-то цветов, подумал. Почему не произошел припадок?


Очнулся я внезапно, как будто кто-то вылил на меня ведро воды. Я вскочил на ноги и в панике принялся озираться вокруг. У меня начала медленно отвисать нижняя челюсть!

- Этого просто не может быть! - прошептал я потрясенно. - Как я здесь оказался? Что за чудеса творятся со мной?

Тишина была мне ответом. Я стоял перед Храмом Даров! Но как? Я же лег спать почти у самых гор! Надо ущипнуть себя, может, я все еще сплю? Как следует, сдавив кожу, я сразу поморщился от боли, а потом и от удивления, на мне была одета засаленная шкура. Она свисала почти до грязных, голых пяток.

- Где мои вещи? - выкрикнул я в никуда, спохватившись раздраженно сплюнул: - Тьфу ты, я еще сам с собой разговаривать начал.

Мысли хороводом крутились в голове. Это, уже не в какие ворота не лезет! Что за ерунда твориться? Кто мог позариться на мои шмотки? Разве что бомжи, а потом ради шутки сонного меня тащили через пол острова к Храму? Бред, бред, бред. Эх, а ботинки-то жалко, как сейчас босиком рысачить по джунглям?

- Эй, парень! - раздался крик позади меня.

Я обернулся и увидел крепких мужиков. Они были одеты в такие же шкуры, как и я, и что-то волочили по земле.

- Эээ... да, - отозвался я растерянно.

Я не знал как себя вести с кричавшими людьми, поэтому решил отделываться короткими ничего не значащими фразами:

- Наверно вам надо помм... помочь?

Все-таки я закончил предложение, запинка произошла по тому, что я увидел какой груз у мужиков. Это был оборотень, но не такой, каких я видел прежде, а скорее просто человек с головой волка.

- Иди в Храм, подготовь цепи, - приказал один из тащивших.

Я не стал ему перечить и направился к зданию. Войдя в Храм, я не сразу сообразил какая мысль меня тревожит, только после того как она оформилась в моем сознании, я похолодел от ужаса. Храм убивает всех кто находиться не в своем мире! А я вошел и до сих пор жив, хоть порядком и изумлен от всего происходящего!

Наверно, это все-таки сон, во сне и не такое случается. Ошалелым взглядом я оглядел Храм. Мне почти сразу в глаза бросились вмурованные в стену кольца со свисающими с них цепями. Не ну точно сон! В реальности, когда я был в Храме, ничего подобного там не было.

Я подошел к кольцам и распутал окровавленные цепи. Мужики, тащившие оборотня, показались на пороге Храма спустя пару минут.

- Эээххх! Вяжите его парни! - крикнул самый здоровый носитель шкур.

Мужики послушали его и деловито со сноровкой, приковали человека-волка к стене. Потом они стали перешучиваться на тему того, что еще не один проклятый не уходил от Гизи и его ребят.

- А кто собственно такие "проклятые"? - поинтересовался я, у самого простоватого на вид парня, примерно моих лет.

- Ты что, не знаешь, кто такие "проклятые"? - в его глупых глазах отразился океан удивления.

- Я-то знаю, а вот ты знаешь? - учительским голосом спросил я у вытянувшегося в струнку парня.

- Это твари, продавшие душу Храму, чтобы получить силу! - скороговоркой выпалил парнишка.

- О как! - изумленно выдохнул я, тут же исправился и продолжил играть роль учителя: - А зачем же вы притащили его в Храм, которому он по твоим же собственным словам, продал свою бессмертную душу?

Немного пафоса в моей речи не помешает.

- Что бы очистить его душу от скверны. Отдать Храму то, что он взял.

- И как мы это сделаем?

- Как обычно, пустим кровь!

- А много ли крови надо? - уточнил я.

- Всю! - не колеблясь, ответил мой туповатый собеседник.

- Так он же умрет! - воскликнул я пораженно.

- Ну и что, зато его душа будет свободна! - проговорил парень, фанатично посверкивая зрачками.

- Эй, а ты вообще кто такой? - внезапно раздался голос откуда-то сбоку от меня.

Перед моими глазами предстал, поигрывающий мечом, широкоплечий мужик, средних лет. Черт, что-то я увлекся ролью и допустил ошибку. Судя по роже, этот вопрошающий, тертый калач. Наверно, он уже давно прислушивается к нашему с пареньком разговору и уже порядком наслушался для каких-то своих выводов. Его глаза так подозрительно блестят, что мне аж нехорошо.

Я глядя на мужика, начал нести первое, что взбрело в голову:

- Я мимо проходил. Гляжу, добрые люди, тащат мерзкого проклятого. Думаю, дай подойду, помогу.

Вокруг меня стали собираться, весьма не дружелюбно настроенные, товарищи мужика. По их рожам, я понимал, они каким-то образом чувствуют, что я говорю не правду. Заткнувшись, начал соображать. Надо придумать что-то более реалистичное. Пока я стоял и думал, чтобы соврать дальше, ребята Гизи молча окружали меня.

- А к черту, - крикнул я и побежал в сторону выхода, пока путь был еще свободен.

- Лови его!

- Держи его!

- Уходит проклятый! - неслись вслед мне "подбадривающие" крики.

Я выскочил из Храма и побежал в сторону леса. На бегу я обернулся назад и увидел, что преследующие меня мужики постепенно отстают. Я уже начал праздновать спасение, как вдруг один из них кинул в меня что-то ярко блеснувшее на солнце, и мою ногу обожгла дикая боль. Скосив глаза, я обнаружил торчащий из моего тела нож. Из-за отказавшейся служить мне раненой конечности, я упал на бок, и покатился в глубокую канаву пересекающую кромку леса. В сознании, достичь ее дна, мне было не суждено, во время падения я провалился в забытье.

Когда я вынырнул из темной мути, в которой плавало мое сознание, то сразу же попытался вскочить на ноги и начать драться за свою жизнь, но из-за подкосившейся ноги, грохнулся обратно на траву.

- Ну и что это было? - проговорил я с меньшим, чем в первый раз удивлением.

Я снова был на том самом месте где, убегая от людоедов, прилег набраться сил.

Сидя на траве, принялся прикидывать варианты где и почему я мог оказаться после того как заснул, и пришел к некоторым, учитывающим специфику моего дара, итогам: это мог быть сон, будущее или прошлое, другое пространство и т.д

Моя рана на ноге никуда не делась, и это наводило на логичную мысль, что в моем сне - будущем - прошлом - другом пространстве, меня могут убить?! Я еще раз прокрутил в голове подробности того, что со мной происходило до того как погрузился в сон. И увязал свое закончившееся ранением приключение с приступом, вероятнее всего он все-таки произошел и повлек за собой такие странные последствия. И все же, это наверно был не сон, потому что я ужасно хотел спать. Откровенно говоря, засыпать было страшновато, но от физиологической потребности как не крути, никуда не денешься, да и сон приглушит боль от раны, которая сначала показалась мне страшнее, чем есть на самом деле, а так оказалось царапиной, хоть и большой.




Глава 2 | Дар под маской лжи | Глава 4