home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 9

На неосвещенном крыльце стоял мужчина в длинном плаще и низко надвинутой треуголке. Не успела Кейт ничего сказать, как он прошел мимо нее в комнату и знаком велел ей закрыть дверь. Возмущенный возглас замер у нее на губах, едва он поднял голову.

— Ричард! Хвала Господу, а я уже подумала, что это таможенники.

Она схватила его за руки, смеясь от невыразимого облегчения.

— А я как раз перечитывала «Ромео и Джульетту», после того как ты сказал, что эта вещь сейчас не в моде. Ты просто как Ромео — приходишь ко мне тайно в темноте.

— Я пришел не для того, чтобы играть роль влюбленного, Кейт.

Пораженная его суровым тоном, она непонимающе уставилась на него. Он положил хлыст и шляпу на ларь, затем повернулся к ней, и она увидела, что его лицо полно тревоги.

— Ричард, что случилось? Что-то неладно?

— Разумеется, — пробормотал он и поздоровался с Джудит.

Девочка взяла свое вязанье.

— Вы хотите поговорить с Кейт наедине? Я как раз собиралась лечь спать.

— Это самое лучшее, детка, — ответила Кейт за него. — Чем меньше ты знаешь, тем лучше. Я потом зайду к тебе.

Она подождала, пока Джудит поднимется по лестнице, потом, вспомнив о Джеми, вывела его из сыроварни и устроила в маленькой угловой гостиной.

— Я верю, что ты не станешь подслушивать у двери, — предостерегла она.

Он молча кивнул и снова замкнулся в своей скорлупе, расставаясь со вспугнутыми грезами.

Когда она вернулась к Ричарду, он успел снять тяжелый плащ и стоял у камина.

— Итак, зачем ты здесь — если не затем, чтобы меня порадовать? Но может быть, ты хочешь сначала выпить вина?

Он схватил ее за руку.

— Кейт, послушай меня. Сейчас не до вина.

— И все-таки оно не помешает, — спокойно возразила она, доставая бутылку мадеры. — Какие ужасные новости ты принес? Что через час меня придут арестовывать?

Он воскликнул раздраженно:

— Нет, ты неисправима! Будешь ты меня слушать или нет?

— Конечно, только сперва ты сядь и сделай глоток-другой. — Она насильно сунула ему в руки бокал. — Я хорошо тебя знаю, Ричард. Как только ты расскажешь, что тебя напугало, мы легко придумаем, как уладить проблему.

Кейт невозмутимо села и расправила складки платья, а он тем временем одним махом проглотил содержимое бокала.

— Какая неудача, что я не застал Джесса в гостинице! — воскликнул он.

— Ты хотел поговорить с Джессом? Значит, дело и вправду серьезное. Обещаю больше тебя не перебивать.

Он подался вперед, сжал коленями руки и мрачно выговорил:

— Завтра утром в деревню явятся инспекторы — они собираются осмотреть все склепы на кладбище. Теперь ты понимаешь, насколько это для нас опасно?

Она отпила вино и позволила ему тонкой струйкой проскользнуть в горло, смакуя сообщенные им новости. Затем с подчеркнутой неторопливостью поставила бокал на столик, запрокинула голову и от души рассмеялась.

Ричард нахмурился. Ему пришлось в течение нескольких часов поддерживать вежливую беседу в гостиной Соколиного замка, тогда как он думал только о том, чтобы поскорее уйти, предупредить Кейт и как-то обхитрить представителей закона. И вот ответом на его взволнованные слова прозвучал этот издевательский смех, и его терпение лопнуло. И он с размаху влепил ей полновесную пощечину.

Отпрянув от него, Кейт вскочила и сжала кулаки. Ее глаза потемнели, густой румянец залил лицо и шею. Ричард, которого собственный поступок лишил дара речи, поднялся тоже.

Кейт прижала ладонь к пылающей щеке. Долгое время они молча смотрели друг на друга. Потом она немного расслабилась и взглянула на него из-под ресниц, и он с изумлением увидел, что она улыбается.

Она заговорила тихим, глухим голосом, наполненным странной лаской, которая его совсем обезоружила:

— Похоже, в тебе больше мужского, чем я полагала. Ты, конечно, знаешь, как можешь это искупить.

Едва заметным движением она подалась вперед. Он прикоснулся губами к пылающему пятну на ее щеке. Он чувствовал, как тонет в пучине сомнений, а Кейт показалась спасительной гаванью. Он обнял ее и уткнулся лицом ей в шею. Чувствуя, как безумная радость переполняет сердце, она провела ладонью по его волосам и пробормотала ласково:

— И все-таки я была права. Бояться нечего. Ты изводился понапрасну.

— Но, Кейт…

Она крепче обняла его, и словно из неиссякаемого источника в него устремилась ее спокойная сила.

— Они ничего не найдут на кладбище — я имею в виду инспекторов. Бочонков там больше нет.

Он резко отстранился от нее.

— Нет? А где же они?

Она с улыбкой указала наверх:

— У меня на чердаке.

— Кейт! — воскликнул от с отчаянием и досадой. — Ты обещала больше не прятать у себя контрабандный товар.

— Я и не собиралась нарушать обещание. Но это был крайний случай. Я знала, что ты рассердишься, но времени совсем не оставалось, и вот…

— Но почему вы их перепрятали? Тебя тоже предупредили?

— Нет, я скорее заподозрила, что нечто подобное может случиться. Кладбище удостоила посещения известная тебе леди…

— Ты уверена, что здесь их не найдут? — перебил он ее.

Она вспомнила события прошлой ночи, появление Джонатана, насторожившее всех, ее решение избежать убийства и последующие сомнения. Она уже готова была рассказать Ричарду о случившемся. Но, вглядевшись в его лицо, увидела глубокую морщинку между бровями, побелевшие уголки губ. Несомненно, нервы его были на пределе. Для нее мужество было таким же естественным, как дыхание. Для Ричарда за него приходилось бороться с тысячей неведомых ей страхов. И она ответила как можно безмятежнее:

— Совершенно уверена. Об этом знают только двое — Джесс и гостиничный конюх. Как ты помнишь, ночь была ненастной, и ветер заглушал все прочие звуки. Даже Джудит не догадывается, чем мы занимались. — Она снова рассмеялась. — Завтра деревню ждет забавное зрелище. Интересно, увидит ли сэр Генри, как будут посрамлены представители закона?

— Поскольку это он их сюда вызвал, вполне вероятно.

В глазах Кейт заискрилось веселье.

— Придется мне сделать перерыв в занятиях, чтобы не пропустить развлечение. Давно здесь не бывало ничего подобного. Ах, как я рада, что смогу швырнуть тот его смех обратно ему в физиономию. И заодно отплатить его заносчивой дочке.

Озадаченный, Ричард хотел задать вопрос, но Кейт уже заговорила о другом:

— Но все-таки, Ричард, как ты об этом узнал? Ведь не сэр же Генри поделился с тобой своими планами?

— Ну разумеется. Он специально дразнит меня, намекает, будто кое-что знает, чтобы я выдал себя неосторожным словом. Нет, я узнал об этом от самих инспекторов — вернее, от их доверенного лица.

Кейт снова засмеялась, звонко и заразительно. Но, увидев его изумленное лицо, она сжала ему руку.

— Ох, Ричард, неужели ты не видишь забавной стороны ситуации? Этот вездесущий судья и его пронырливая дочь думали одним махом истребить осиное гнездо беззакония. А что вышло? В первый же раз, как таможенников посылают выследить нас, они позволяют обезвредить себя и не оказывают сопротивления. Как веселится, должно быть, дух сэра Чарльза!

Ричард тоже поневоле заразился ее настроением. Она налила вино в бокалы, села и предложила помянуть сэра Чарльза.

— Но ты так и не сказал, от кого именно узнал о новостях.

— Да ты не даешь мне сказать. Ты сегодня словно шальная, Кейт. Ты лишилась последних остатков благоразумия.

Она наклонилась и положила руку ему на колено.

— Благоразумие осталось во вчерашнем дне, а сегодня настало время радости, потому что ты здесь. Влюбленным позволяется время от времени отрываться от земли. А с тобой разве не так? Разве при мысли о нашей свадьбе твоя душа не улетает в небо, словно жаворонок?

Он отвел глаза.

— Кейт, ты не должна ждать от меня слишком многого. Я не так быстро принимаю решения, как ты. Мне… нужно время.

Она опустилась на колени и прижала его ладонь к своей щеке. Затем, глядя на него ласковыми темными глазами, медленно проговорила:

— Ты думаешь, я не понимаю? Ты сказал, что я нравлюсь тебе такой, какая я есть. Но я хочу стать другой, Ричард. Было бы лучше, если бы я краснела и смущалась, и ускользала от тебя, и дразнила тебя, чтобы ты не знал, правда я тебя люблю или только играю с тобой.

Сама того не подозревая, она нарисовала ему точный портрет Арабеллы. Расчетливо изящные движения, кокетливые повороты головки, лукавая насмешливая улыбка — были ли это всего лишь уловки, нацеленные на то, чтобы завладеть сердцем такого неискушенного мужчины, как он? Или же ее очарование присуще ей от природы и сама она так же, как он, неопытна в сердечных делах? Ему так хотелось верить в это, знать, что к нему одному обращается ее голос с такой чарующей нежностью и что вспышка ее темперамента этим утром вызвана страхом, который она испытала в лесу.

Он взглянул на темноволосую головку Кейт, склонившуюся к его коленям. Она была словно ртуть, ее настроения менялись стремительно. Она полагает, что он должен испытывать то же самое? Если он женится на ней, ему придется всю жизнь идти у нее на поводу. Ричард снова подумал, что она станет главенствовать в доме, в семье, а это отнюдь не залог счастливого брака. Эта мысль крутилась у него в голове, как заданный учителем урок. А пленительный образ Арабеллы заставил его забыть о том, что Кейт стоит на коленях рядом с его креслом, тихая, терпеливая, более беззащитная, чем когда-либо, и только ждет, чтобы он проявил свою власть над ней.

Но, так ничего и не дождавшись, она вздохнула, выпустила его руку и встала.

— Наверное, я веду себя неприлично, раз принимаю тебя одна, ночью. Тебе больше пристало ухаживать за мисс Арабеллой Глинд, такой красивой, утонченной и… равной тебе по положению.

Увидев, как он покраснел, Кейт усмехнулась:

— Я просто шучу. Но для тебя было бы поувлекательнее шахмат — усыпить комплиментами ее подозрения насчет твоей незаконной деятельности. — И добавила справедливости ради: — Конечно, если это из-за нее станут обшаривать склепы.

— Что за чушь? При чем тут Арабелла?

— Никакая это не чушь, я сама видела, как она рыскала по кладбищу.

— Но в этом нет смысла! Откуда ей или даже ее отцу знать, что там спрятано?

— Этого я не знаю. Но зачем ей было влезать в густую траву у самой ограды, пачкать юбку новой амазонки? Она сказала, что собиралась посетить могилу дяди — но ей хорошо известно, что он похоронен у самого входа на кладбище!

— Вполне естественно, если ей захотелось взглянуть и на другие могилы — могилы своих предков.

— По-моему, ты слишком рьяно ее защищаешь. — Кейт всмотрелась в его смущенное лицо. — И назвал ее Арабеллой!

Он пожал плечами, пытаясь выглядеть равнодушным:

— И что с того — ведь ее так зовут.

— Сын Тома Блэкмора опоздал сегодня в школу, — медленно проговорила Кейт. — Он сказал, что ездил в Чичестер. Я слышала, как он говорил ребятам, что у развилки видел новую хозяйку Соколиного замка с грумом. А потом к ним присоединился мистер Кэррил, так он сказал. Я подумала, что это была случайная встреча. Я ошиблась?

— Я… я провожал мисс Глинд до Чичестера. Я полагал, что ее отец поедет с нами, но он занялся делами со своим поверенным.

Некоторое время Кейт стояла молча. Потом задумчиво спросила:

— Ты сказал, что узнал о завтрашнем визите инспекторов в Чичестере?

Обрадовавшись, что она заговорила о другом, он ответил быстро:

— От хозяина гостиницы «Корона». Ты же знаешь, что он часто выступает в качестве посредника.

— Этим утром?

— Около полудня. А почему ты спрашиваешь?

— Ты узнал эту новость около полудня и только поздним вечером собрался предупредить меня?

Только теперь он понял, куда она клонит, и пробормотал:

— Меня пригласили к обеду в Соколиный замок. Я только вечером смог освободиться.

— А тебе не пришло в голову отказаться от приглашения?

— Ну как же я мог? Сделать это в последний момент было бы верхом невежливости.

— Ты имеешь в виду… что сам хотел туда пойти?

Поскольку его мучила совесть и оттого что Кейт спасла ситуацию, в то время как он прохлаждался в гостях, Ричард ополчился на нее:

— Ну хорошо. Да, я хотел!

Ее глаза вспыхнули, и она проговорила горько:

— Видимо, доверие контрабандистов покоится на шатком камне. Должно быть, тебя настолько увлекли совершенства этой… особы, что ты забыл обо всем остальном.

Кейт сказала это наугад, но, увидев его глаза, вдруг поняла, что ее догадка абсолютно верна!

— Ричард, неужели ты не видишь! Она просто использует тебя, повинуясь инструкциям отца, чтобы выведать у тебя информацию.

— Это не слишком лестно слышать. Тебе не приходит в голову, что она может рассматривать меня и в другом свете?

Кейт отступила и какое-то время не сводила глаз с его лица, потом тихо проговорила:

— Да, ты прав. Я слишком многого ждала. Сказать по правде, ты — самый завидный жених в округе. И она уже плетет для тебя свою паутину.

Ее саркастический тон только ускорил развязку. Ричард сердито воскликнул:

— Не она, а именно ты, Кейт, этим занимаешься! Ты — как те паучихи, которые убивают своих самцов, предварительно выпив из них все соки.

Она замерла, широко раскрыла глаза и поднесла руку к груди, словно желая успокоить забившееся сердце. А Ричард, ужаснувшись собственных слов, шагнул вперед, желая как-то поправить дело. Но Кейт резко отвернулась, быстро подошла к двери и распахнула ее:

— Так ступай к ней! Води ее за нос своими обещаниями, своими объятиями, так же как меня. Но она, конечно, поумнее меня. Она-то получит от тебя колечко на палец прежде, чем раскроет тебе свои сердечные тайны.

Он умоляюще протянул к ней руки:

— Кейт, прости меня! Я вовсе не то имел в виду. Ты такая сильная, а я…

— А ты слаб или считаешь себя таким? Да, так всегда и было. Я это знала и все равно любила тебя не меньше. А вот станет ли она? Или другая женщина? Они увидят в тебе только внешние проявления слабости, тогда как я…

Она закончила эту фразу уже про себя: «А я знала тебя в то время, когда ты был таким же одиноким и заброшенным, как Джудит и Джеми, хотя у тебя и было вдоволь хлеба». Она помнила плачущего, несчастного ребенка в мрачной, похожей на пещеру спальне усадьбы, запуганного и отвергнутого, покинутого собственным отцом, с надломленным духом. Но он решил отстаивать свою независимость, делал отчаянные попытки победить страх. И в этом она неизменно была рядом с ним. Но, как видно, она проиграла, потому что он все-таки по-прежнему думал о себе хуже, чем думала о нем она.

Кейт молчала. Ричард надел плащ, взял шляпу и хлыст. Он снова попытался с ней заговорить, но она даже не посмотрела на него. Она замерла в позе, которая была так хорошо ему знакома: плечи развернуты, голова высоко подняла. Ее глаза были устремлены вдоль темной улицы.

— Если я для тебя все равно что костыль для того несчастного парнишки, ты легко отбросишь меня. Ты не можешь ухаживать за двумя женщинами, Ричард, как не можешь оставаться в двух лагерях одновременно. Раз ты предпочел вражеский стан, тебе лучше покончить с контрабандой. Вот только мы уже спланировали следующую вылазку, и я прошу тебя возглавить ее. А после считай себя абсолютно свободным, и никто из нас не помешает тебе жить своей жизнью… а уж я тем более.

Ее голос дрогнул, и Ричард робко положил ей руку на плечо, но она осталась безучастной.

— Здесь сильный сквозняк, — проговорила она натянуто, — и твоя лошадь застоялась.

Его рука беспомощно повисла. Он надел шляпу, молча сел в седло и поскакал по темной улице. В эту ночь он проехал много миль, как однажды в такую же темную ночь долго бродил пешком, но так же, как и тогда, не понял, что одним лишь простым поступком мог разрешить все противоречия.


На кресле у камина лежала книга в кожаном переплете, которую Ричард подарил Кейт на ее шестнадцатилетие. «Ромео и Джульетта». Она взяла ее в руки. Книга все еще была раскрыта на том месте, которое Кейт читала вслух Джудит и Джеми.

Когда-нибудь встретить ребенка, которому она сможет открыть красоту слов, так же как открыл для нее эту красоту Ричард… Об этом она часто мечтала, но взамен приходилось твердить в классе до одурения по несколько раз одно и то же. И вот она нашла этого ребенка, открыла душу поэта в оборванном калеке. Но, сделав это поразительное открытие, переполнившее ее радостью, Кейт буквально в тот же час рассталась с человеком, которому навсегда будет принадлежать ее сердце.

Кейт отворила дверь в угловую гостиную. Джеми спал, положив голову на стол. Она постояла, оглядывая комнату и мысленно проходя по своему маленькому коттеджу — по классу, который давал ей средства к существованию, по сыроварне, где она сбивала домашнее масло, по двору с колодцем и скрипучим насосом, по маленькой спальне, где спала Джудит, по чердаку, где лежали бочки с бренди.

Сейчас в Соколином замке в громадной спальне Арабеллы хлопочет горничная. Самой Арабелле завтра придется ломать голову только над тем, какую сделать прическу.

Кейт вспомнились слова, которые как-то сказал сэр Чарльз: «За твоей железной волей таится золотое сердечко. Моя племянница Арабелла скрывает за очаровательными манерами стальной характер. Не знаю, какое сочетание более убийственно для мужчин».

— Зато я знаю, которое из двух завоевало его сердце, — сказала она себе. — Я слишком долго себя обманывала.

Сон кончился, а вместе с ним и глупая фантазия, что она всегда будет нужна Ричарду. Здесь под ее собственной крышей были два существа, которые действительно в ней нуждались, для которых ее сила была спасением.

Она легко тронула Джеми за плечо и, когда он испуганно встрепенулся, поспешно успокоила его:

— Не бойся, мальчуган. Пойдем со мной в большую гостиную. Ночью там гораздо теплее, чем тут.

Он послушно пошел за ней и свернулся калачиком в большом кресле. Глаза у него были совсем сонными.

— Светильник ночи, — пробормотал он, — светильник ночи сгорел дотла… и…

Но сон пересилил память, и голова его упала на спинку кресла.

— В горах родился день, — машинально подхватила Кейт, но продолжать была не в силах. Ее дни отныне будут лишены радости, рассвет не наполнит душу трепетом ожидания.

Она погасила свечи, все, кроме одной. Потом, держа ее в руке, с поникшими плечами, шаркая, словно старуха, побрела наверх.


Глава 8 | Погоня за счастьем | Глава 10