home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Утро святого Йоргена


Праздник Святого Йоргена (с иллюстрациями)

Утреннее солнце весело заглядывало в Брачный покой, играя на расписанных фресками сводах. Коронный вор проснулся. Он приподнялся и долго смотрел на спящую Олеандру, глубоко вдыхая воздух всей своей могучей грудью. На груди его была красная татуировка, изображавшая восходящее солнце. Оно напоминало ему о привольной юности, о весёлой жизни среди бродячих актёров и циркачей. Это солнце на его груди наколола однажды своими острыми инструментами маленькая китаянка.

Теперь китаянка была забыта, забыта и принцесса Пармская, очаровательная истеричка. И вот он сидит, склонившись над спящей Олеандрой, такой сильной, гордой и в то же время такой доверчивой и нежной.

Да, он был пленён, пленён навеки, — кончилась его свобода. С ним случилось то, во что он никогда не верил.

Все его чувства, все мысли, вся страсть его души и каждый удар сердца — всё тянулось, летело, стремилось и взывало к ней, восторженно, жадно, неодолимо, радостно и властно.

В его необузданной, очерствевшей душе, душе бродяги, пробудилось что-то новое, словно вдруг забил горячий источник неиссякаемой нежности… нежности к ней одной…

Всё грязное, уродливое и мерзкое осталось в прошлом, настоящее было прекрасно.

Жажда мести, которая столько лет жгла его душу ненавистью и злобой, вдруг утихла и стала казаться ему нелепой, ненужной и пустой.

Уныние, усталость, разочарование, которые совсем недавно заполняли каждый уголок его души, казались ему теперь чем-то непостижимо бессмысленным… и уносились из его памяти, словно увядшие осенние листья.

Новое, могучее тепло струилось по его жилам, и он всё смотрел и смотрел, очарованный этой красотой, этой мудрой нежностью и великой доверчивостью, этой пленительной юностью с румянцем на щеках, которая лежала рядом с ним, подарив ему всю свою веру и любовь.

Юность его прошла среди жалких, надломленных людей, холодных и бессердечных, на них он растрачивал силу и жар души и ничего не получал взамен: они лишь жадно высасывали из него жизненное тепло. Никогда ещё ему не возвращали того, что было рождено пламенем его сердца и ума… а она вернула, — полно, щедро и обильно, она, такая нежная, доверчивая и прекрасная.

Олеандра проснулась. Вернее, чуть приоткрыла глаза, незаметно перенеслась из прекрасной ночной грёзы в прекрасную грёзу дня и устремила на него свой взгляд, упиваясь его красотой, силой, мужественностью и нежностью…

Она смотрела на него радостно и бездумно, просто смотрела и улыбалась, и не было ничего, кроме её счастья, любви и безграничного доверия к тому, кто сидел перед ней. На его могучей мускулистой груди багровело солнце. Она ласкала и целовала это красное солнце ночью, при свете восковых свечей… пока в Брачном покое не догорел последний огарок…

Олеандра лежала. Микаэль сидел. И взоры их, согретые затаённой нежностью, были прикованы друг к другу… бездумно, безмолвно. И так же безмолвно, охваченные одним могучим желанием, они сливались воедино… и потом — подобно тому как две прекрасные розы-сестры, растущие бок о бок на одном кусту, часами смотрят с затаённой нежностью друг на друга, трепеща под порывом южного ветра, словно они одни в целом мире, — они отдыхали друг подле друга после вспышки великой страсти…

— Йорген, — прошептала Олеандра.

— Да?

— Йорген, — смущённо повторила она.

— Я слушаю тебя.

— Я должна сказать тебе кое-что.

— Так говори же, глупенькая.

— Ты не рассердишься, Йорген?

— Обещаю тебе.

— Мне очень стыдно.

— Почему?

— Но я всё равно скажу.

— Так говори же.

— Йорген!

— Да?

— Я думала вчера, что ты обманщик.

Микаэль вздрогнул. Она неправильно поняла его и умоляюще схватила за руку.

— О, не сердись на меня, Йорген. Слышишь! Слышишь! Не сердись. Я не могла не сказать тебе.

— Но почему же ты сомневалась? — спросил Микаэль после долгого молчания.

— Да потому, что вчера я ещё слушалась рассудка.

— Где же теперь твой рассудок?

— Не знаю, и не всё ли равно.

Её серые глаза, ещё вчера такие холодные и испытующие, сегодня сияли небесной чистотой, любовью и доверием.


* * * | Праздник Святого Йоргена (с иллюстрациями) | * * *