home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 17

Материнское предупреждение

Императрица Матильда ждет сына в своем внушительном и темном Руанском замке. Генрих неуловим, слишком часто отсутствует. Необходимо с ним поговорить. Это касается интересов короля и даже его будущего. Материнская интуиция подсказывает, что уже слышны погребальные звуки труб, почти сливающиеся с триумфальными, прославляющими сына. В ее ушах еще звенит погребальный звон по Теобальду Кентерберийскому, а перед глазами так и стоят темные буквы его завещания на восковых табличках, в которых записано имя человека, которого он выбрал королем Англии: Генрих Плантагенет.

В соответствии с завещанием Теобальда новая августинская школа Иоанна де Солсбери предвидела и выразила пожелания, чтобы Томас был назначен главой церкви в Англии. Он будет обязан подчиняться воле Рима и уважать его главенство. Августинцы не забыли наставления святого Бернарда: Церкви — полнота власти, а государству — полное подчинение ее воле. Не настолько же безумен Генрих, чтобы не почувствовать опасность, которой подвергал себя, доверяя Томасу такую честь?

Старая императрица смотрит сквозь бойницы замка. В судьбе Плантагенета нет места для поражения. Как только сын приезжает, чтобы ее поприветствовать, Матильда начинает разговор:

— Сын мой, помните ли вы тот день в 1144 году, когда город Руан пал от рук вашего отца? Тогда он пожаловал городу хартию вольности, которую мы с вами затем подтвердили.

Однако королева-мать избегает разговора с Генрихом о его последних военных походах, преследовании им короля Людовика в нормандских землях, чтобы отомстить за неудачу при осаде Тулузы. Она также не затрагивает тему Шомона, крепости, которую он отобрал у шампанцев в ответ на внезапную женитьбу Людовика VII на Адели, последней дочери графа Либо Шампанского[80].

— Я хочу с вами поговорить о Томасе Беккете. Оставьте его своим канцлером, но ни в коем случае не допускайте к завещанию покойного Теобальда, который указал Беккета в качестве преемника архиепископа Кентерберийского. Сделать Томаса архиепископом Кентерберийским — значит подписать смертный приговор вашему королевству. Все ваши победы развеются как дым, если вы поставите Томаса во главе архиепископства.

— Отчего такой страх? Место архиепископа все еще остается вакантным, ничто нас не торопит. Почему же Томас Беккет, который преданно служит мне уже более семи лет, не имеет права получить доказательства моей благодарности? Вы, наверно, забыли, как он заботится о моей защите?

— Мы имеем право ожидать это от канцлера. Но все совершенно изменится, когда вы дадите ему власть над английской церковью. Преданность, которую он вам доказал, тотчас же исчезнет. Вы потеряете человека и усердного помощника. Завещание Теобальда погрузило архиепископа в невероятные душевные муки. Он так опасался последней воли человека, который выбрал его своим преемником, что долго колебался, прежде чем встретиться с Иоанном де Солсбери, который ухаживал за Теобальдом во время агонии. Надеюсь, вы заметили, что Церковь находиться в глубокой разрухе, с тех пор как Барбаросса решил избрать антипапу Виктора. Он вызвал схизму[81], которая потрясает весь христианский мир.

— Вы не сказали мне ничего нового.

— Я повторяю вам, — снова заговорила его мать голосом, лишенным всякого выражения, — что обязательства такого порядка по отношению к Томасу опасны вашей короне. Став архиепископом Кентерберийским, он перестанет быть вашим человеком. Вы полагаете, что ему будет легко служить двум господам? Томас глубоко набожен. Вскоре Бог станет его единственным хозяином. Вся Церковь переживает сейчас полное преобразование. Вы потеряете свою власть.

— Ну, это мы еще посмотрим, — отвечает Генрих, с глазами, пылающими гневом, — прекратим этот разговор, матушка. Мое почтение, я удаляюсь.

Ошеломленная Матильда делает слишком энергичное движение, чтобы удалиться, но задевает сына концом своей палки. Он оборачивается в раздражении.

— Прислушайтесь к моим советам, Генрих. Я видела королей, архиепископов, епископов, которые приходили на смену друг другу. Я видела, как они губили себя в ссорах, которые приводили к разрушению их государства.

Гораздо сильнее смятенный, чем хотел это показать, Генрих отправился к Алиеноре. Он нашел ее спокойной, но чуткой к его волнению, и рассказал о разговоре с матерью и ее решимости.

— Она права, — осмелилась сказать Алиенора. — Эта женщина лучше нас знает, в какую ловушку вы рискуете угодить.

Генрих, у которого подобный ответ вызывает лишь раздражение, отвечает, что мать толкает его на то, чтобы отправить Томаса с их сыном Генрихом в Англию, чтобы сразу приняться за подготовку мальчика к будущим обязанностям короля. Алиенора бледнеет.

— Доверить образование Генриха Томасу, это ваша воля, но отпустить ребенка в путешествие с ним без нас?.. Так не делается…

— Мои проекты вас не касаются, а будущее Генриха — мое дело. Он будет обязан короной Англии своему отцу.

Позиция королевы сразу вызывает у Генриха чувство неприязни: он не любит, чтобы ему противоречили.

— Вы говорили о Галеране де Мелане[82],— продолжает Алиенора, — и о запоздалых угрызениях совести вашей матери по отношению к нему. Разве разумно, что она пытается заставить признать подлинность хартии, которую вы подписали вместе с ней и которая в глазах Церкви всего лишь фальшивка? Первым, кто захотел построить это аббатство в принадлежащем ему владении, ведь был сам Галеран? Вы заставили заключить Галерана в замке Орбек, чтобы беспрепятственно завладеть приданым его супруги.

— Так-то, мадам, вы встаете на сторону предателя моей и вашей короны, но зато бывшего приверженца вашего бывшего мужа!

— Не отправляйте моего сына в Англию из-за простого распоряжения вашей матери, даже если я знаю, что Роберт Лестер[83] — близнец Галерана.

— Мадам, пожелайте мне долгих лет жизни, чтобы я мог защитить английское королевство, наших детей и вас от всех хищников. Ибо еще меньше, чем моя мать, вы будете способны к царствованию. И отныне предоставьте мне все решать и спрашивать совета в борьбе за судьбу Англии у того, у кого захочу.


Глава 16 Смерть Констанции Кастильской и помолвка ее дочери Маргариты | Королева Алиенора, неверная жена | Глава 18 Избрание Томаса Беккета на архиепископство Кентерберийское