home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



в которой не рядовой спектакль превращается в совсем не рядовую битву

Да! — раздались в зале одиночные выкрики. — Да! Да!

— Только хором! — настаивал голос. — Только все вместе!

Зрители стояли, раскачиваясь в едином порыве, метелки цветов, которые они держали в руках, искрились, как бенгальские огни, на месте глаз вращались желто-зеленые протуберанцы, а барабаны все убыстряли темп.

Афелия в комнате осветителей торжественно выпрямилась, сняла очки, медленно протянула руку к красной кнопке. И тут… среди ровных рядов светящихся афелиумов пошла странная цепная реакция: погас один огонек, второй, третий. Вдруг раздался пронзительный женский визг, потом еще и еще. Дальше — больше.

Несколько зрительниц, глаза которых от страха прекратили светиться желто-зеленым, то есть превратились в нормальные человеческие глаза, роняя горшки, вскакивали с ногами на сиденья кресел, потому что по полу зала растекалось огромное количество самых обычных крыс. Они шли и шли как темные волны, голова к голове, останавливаясь лишь затем, чтобы цапнуть за штанину или сапог кого-нибудь из зрителей и двинуться дальше. Особо проворные крысы вскакивали на откидные столики.


Цветник бабушки Корицы

Цветник бабушки Корицы

В это время на сцену невесть откуда обрушилась туча летучих мышей. Одни пытались облепить плотной завесой Огненную жемчужину, распластывая кожистые крылья. Другие устремились к ярко горящим софитам. Третьи носились над залом, пикируя на головы зрителей и норовя задеть их крылом. Началась настоящая паника, публика, не помня себя, кинулась к выходу. Прожектора погасли, запахло уже совсем не ароматным дымом. Облачка золотистой пыльцы зарокотали и двинулись в бой, приникая то к крысам, то к летучим мышам. Воняло горелой шерстью. Там, куда светящееся облако опускалось, а потом рассеивалось, на полу оставались обездвиженные животные.

В этой-то суматохе и проскочили на сцену четыре тени — Крапива, Сильвестр, Корица и Маргарита, которая оказалась ближе всех к гардеробщице тете Насте. Старушку из-за маленького роста и щуплого телосложения приковали к крайнему креслу. Она охала и хлопала глазами. Остальные, очнувшись от долгого сна в подземелье, вели себя приблизительно так же. Только буфетчица Полина да Староста подъезда всеми силами пытались освободиться от ремней, а заслуженному артисту Назаренко, с телосложением настоящего богатыря, это практически удалось. Ремень, приковывающий к подлокотнику трона его правую руку, уже был разорван.

Марго коснулась палочкой его левой руки и мысленно приказала: «Оковы прочь!» О такой «формуле освобождения» они договорились вчера вечером, когда Че с Георгием закончили примерку волшебных костюмчиков, и Крапива объявила Последний Военный совет.

«Главное, Маргарита, — напутствовала она девочку, — что бы ни происходило, постарайся не терять присутствия духа и не поддавайся панике. Завтра ты увидишь много удивительных вещей!»

Пока Маргарите было не страшно, а даже немного весело. Освободив тетю Настю, она двинулась к следующему креслу, где, безвольно опустив руки, сидела травести Вера Сергеевна. Крапива и Корица шли с другого конца шеренги, Сильвестр прикрывал «девочек» со спины, отгоняя надвигавшиеся облачка хищной пыльцы.

Афелия у пульта на мгновение оцепенела. Де Сюр схватился за сердце, хотя в глубине души давным-давно ожидал чего-то подобного — ну не могла нормально кончиться история, в которой участвуют летающие морские свиньи и бомжи с замашками Бэтмена. К тому же покойная мамаша начала мерещиться ему постоянно. Она выглядывала из складок сценического занавеса, отражалась в окнах кабинета Франкенштейн…

— Щас я вам покажу! — глядя на суматоху в зале, зловеще процедила мадам, и де Сюр, который наблюдал за ней сзади, увидел, как по телу Афелии пробежала судорога, и желто-зеленое свечение охватило всю ее фигуру. Через три секунды от человеческого облика не осталось и следа. На задних лапах посреди комнаты осветителей стояло существо, больше всего напоминающее ящерицу. Но преображение на этом не кончилось. Конечности ящерицы превратились в гибкие ветви, и вот уже перед меркнущим взором де Сюра возникла точная копия афелиума, не отличимая от того, что стоял на сцене. «Цэ-цэ, лю-лю», — совсем невпопад прошептал Адениум и медленно сполз по стене на пол, закрыв глаза. А светящаяся субстанция, нервно пульсируя, превращалась то в цветок, то в ящерицу, то в некое подобие спрута со множеством щупалец, одно из которых наконец вдребезги разбило стекло в комнате осветителей.

«Вот это театр! — восхищенно выдохнул, оборачиваясь на шум, Сильвестр. — Вот это я понимаю!» Маргарита тоже оглянулась и увидела, как обрушился вниз, в зал, желто-зеленый светящийся водопад. Когда он достиг партера {40}, три ряда кресел просто разнесло в щепки, а на полу закачался светящийся куст. Точь-в-точь афелиум со сцены, только увеличенный во много раз и способный ходить, вернее, стремительно передвигаться. Зрители, которые еще не успели убежать, закричали, закрывая головы руками. Кое-кто в панике пытался забиться под кресло.

Монстр выкинул вперед искрящееся щупальце, и то с молниеносной скоростью достигло сцены. Девочка ощутила сильный удар тока, палочка выпала из ее рук и покатилась.

«Конец!» — подумала Маргарита и на несколько минут потеряла сознание. Точнее сказать, вдруг стало совсем темно, а когда тьма рассеялась, и девочка снова смогла видеть, рядом с горящим кустом афелиума уже появился другой куст — бледно-розовый огненный чертополох.


Цветник бабушки Корицы

Как спрут и сказочный дракон, они сплелись в схватке ветвями-отростками. В зале стало жарко, точно от большого костра, крысы, выжившие всех зрителей, отступили в дальние углы, где с писком ввязывались в схватку с облачками пыльцы. Летучие мыши исчезли так же внезапно, как появились. А сражение гигантов продолжалось. Светящиеся шишки чертополоха превращались в узкие драконьи морды и язвили светящуюся плоть афелиума. У того, в свою очередь, метелка обернулась огромной собачьей пастью и вырывала из тела чертогона целые ветки. Разноцветные искры летели в стороны, радужные отсветы гуляли по стенам.

Маргарита оглянулась вокруг. Видимо, от удара щупальцем пострадала не только она одна. Крапива и Корица тоже поднимались с пола. Сильвестр отбивался от очередного облачка.

— Не зевай, — протянула Маргарите руку торговка, — надо освободить от ремней остальных и увести за сцену, скоро здесь будет совсем жарко.

Девочка нашла палочку и поочередно направила ее на ремни, которые стягивали запястья режиссера Александра Васильевича. Она даже сказала ему «Здравствуйте!», но тот, очумело глядя вокруг, ничего не ответил. Зато тетя Паша, Староста подъезда, едва ее освободила Корица, с криками: «Что тут происходит, соседка?» — стащила с головы убор, напоминающий митру, и попыталась прихлопнуть ею вьющийся поблизости лоскуток золотистой пыльцы.

— Лучше помоги вывести за кулисы тех, кто не может ходить, — обратилась к ней Корица, освобождая буфетчицу Полину.

— Это мы мигом! — обрадовалась соседка, сгребая в охапку ковылявшую мимо гардеробщицу. Помощь оказалась нелишней, потому что щуплая старушка двигалась как сомнамбула, видимо не до конца понимая, где находится.

Как раз в тот момент, когда со сцены вывели последнего артиста и троны опустели, ветки-драконы чертополоха, изловчившись, разодрали на две части тело светящегося афелиума. Но пока чертогон в мелкие клочья крошил одну половинку, вторая, вырвавшись, юркнула за Огненную жемчужину. Яркая вспышка света ослепила на мгновение развороченное поле битвы с опрокинутыми креслами, расколотыми курильницами и грудами битого стекла. Из-за линзы хлынули потоки колючего света — та часть вражеского куста, что укрылась за магическим стеклом, увеличилась в несколько раз и обернулась новым, более мощным спрутом-афелиумом. Его щупальца немедленно устремились к бойцам немногочисленной армии Че. Будто молния сверкнула около Сильвестра, и он, сбитый с ног, упал. Как подкошенная, рухнула Крапива. Самое страшное, что никто из них даже не пытался подняться и вообще не шевелился.

«А Жемчужина и вправду действует как увеличительное стекло, она удесятерила силы чудовища», — подумала Маргарита, глядя с ужасом, как растекается около головы Сильвестра, лежащего лицом вниз, темная лужица.

В поисках укрытия девочка инстинктивно метнулась за трон, который находился к ней ближе всего, и вовремя — слепящая молния ударила в вычурную, «под золото»

спинку, проделав в ней дыру. Маргариту обдало колючими искрами. В оцепенении она наблюдала, как, делая вторую попытку, снова летит к ней смертоносный луч.

«Главное — не терять самообладания!» — беспомощно прошептала девочка, нащупывая одной рукой в кармане последнюю горсть заряженных шишек чертополоха, а другой выставив вперед волшебную палочку. Но оружие на этот раз оказалось невостребованным — прямо перед ней, загородив от смертельной опасности, возник лев, грива которого переливалась всеми цветами радуги, а шкура сверкала. Не лев — брызжущий светом фантом. И если бы вчера Маргарита не видела в подземелье тени на экране, она никогда бы не поверила, что Георгий способен на подобные превращения.


Цветник бабушки Корицы


Представление начинается! Парад миражей | Цветник бабушки Корицы | в которой битва продолжается