home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 9

Голова раскалывалась. Нейсмит сидел на полу, изо всех сил сжимая голову руками, чтобы хоть как-то утихомирить разбушевавшуюся боль. Затем огляделся, с предельной осторожностью поворачивая голову, ибо от малейшего рывка она была готова расколоться.

Смятая повязка валялась в другом конце комнаты. Чуран, тяжело дыша, пристально смотрел на Нейсмита. На узком лбу чужака каплями выступил пот.

— Как вы себя чувствуете? — хрипло спросил он.

— Голова болит, — невнятно отозвался Нейсмит. — А что стряслось?

— Вы сорвали шлем во время процедуры, — пробормотал Чуран. — Ваше счастье, что я успел отключить орудие. — Не понимаю только… — Чуран явно был озадачен, — как вы смогли обрести волевой контроль до окончания работы ячейки памяти?

Странное ощущение овладело Нейсмитом — они с Чураном говорили на каком-то другом языке, непривычном, но вполне понятном. На том языке из снов — на том шипящем, гортанном языке, которым пользовались и чужаки… Однако Нейсмит понимал все до последнего слова!

— Кто такая Высокородная? — вопросил Чуран, медленно придвигаясь.

— Наследственная властительница. Она… — Тут Нейсмит в полной растерянности умолк. Он обнаружил, что прекрасно помнит полную и детальную историю Высокородной и всего ее двора — знание, которого раньше и в помине не было.

— Значит, процедура прошла успешно, — с явным облегчением отметил Чуран. — Конечно, вы не добрались до конца диска, но при необходимости можно наверстать позднее. Я так боялся, что… Посидите смирно, пока не полегчает. Я ненадолго отлучусь.

Вскоре он вернулся в сопровождении Лалл. На лицах чужаков ясно читалось возбуждение. Чуран подошел к стене и поднял смятую повязку. Затем показал ее Лалл.

Землистое лицо женщины побледнело. Она протянула руку за повязкой, затем недоверчиво ощупала искореженный металл.

— Это сделал он? Пока работал облучатель?

Оба чужака воззрились на Нейсмита.

— Он получил формулу принуждения?

— Нет, наверное.

— Да откуда тебе знать? — зарычала на него Лалл.

Головная боль у Нейсмита немного утихла. Он осторожно поднялся и неторопливейшими шагами отступил в сторону. Прислонившись спиной к стене, он стал наблюдать за чужаками, которые вдруг ввязались в яростную словесную перепалку.

— Ну, женщина! — взревел Чуран, надвигаясь на Лалл. — Сама скажи как!

— Возьми и попробуй! — огрызнулась она и ткнула повязкой Чурану в физиономию.

Тот хотел было углубиться в выяснение отношений, но вдруг удивленно уставился на повязку. Желтые глаза сузились, затем зажглись пониманием.

— Кретин, диск продолжит работу с того момента, как его прервали! — прорычала Лалл. — А ну, надевай — тебе, придурку, все равно не повредит!

Чуран безрадостно осклабился.

— А ведь верно. Ну… была не была. — Затем с сомнением оглядел искореженный каркас. — Не знаю, правда, заработает ли… — Потом пожал плечами и надел повязку. Закрыл глаза. Вскоре снова открыл.

— Ну что? — вопросила женщина.

Чуран неторопливо снял повязку.

— Твоя правда. Формула принуждения почти вся здесь. Услышал он в лучшем случае только первый слог.

Чужаки опять воззрились на Нейсмита — причем даже с каким-то уважением на лицах.

— Это многое меняет, — пробормотал Чуран. Потом искоса глянул на Нейсмита и добавил: — Не забывай — теперь-то он понимает все, о чем мы говорим.

Нейсмит уже успел оклематься.

— Эй, секундочку! — заметил он. — Вы что, намерены и дальше держать меня за слепого? Если так, то предупреждаю: с моей стороны сотрудничества больше не ждите. — Он ткнул пальцем в пушку на треноге. — Вырубите для начала свою стрелялку, а потом объясните толком, что должно было со мной случиться!

Чужаки уныло посмотрели на него.

— Там была заложена формула принуждения, — отважилась наконец Лалл. — Мы хотели обрести уверенность, что вы сделаете все, что нужно, когда окажетесь за Барьером.

— Значит — все, что вы тут рассказали, — сплошная ложь? — спросил Нейсмит.

— Нет-нет, правда — все, до последнего слова, — серьезно заверил Чуран и сделал шаг вперед. — Нам только нужна была гарантия…

— Да погоди ты, — перебила Лалл. Затем пристально посмотрела на Нейсмита. — Мистер Нейсмит… вы ненавидите Ленлу Дин?

Нейсмит уже открыл было рот, чтобы ответить, но вдруг передумал. Слова Лалл пробудили воспоминания, которые стали выплывать из какой-то черной дыры в сознании.

— Ленлу Дин… — начал он. Распухшие тела в помпезных нарядах — алых, голубых, персиковых, снежно-белых, светло-лиловых, приглушенно-желтых — стали плавать вокруг. Визгливые повелительные голоса, сверкающие глазки…

— Вот и ответ, — шепнула женщина Чурану. — Цуг с ним, с принуждением. Если он и вправду их ненавидит… Что мы теряем?

Чуран неуверенно взглянул на Нейсмита.

— Кто его знает? — пробормотал Чуран. — Ведь он Шефт.

— Вот и еще причина. Давай-ка это провернем. Действуй. — Она поманила Нейсмита пальцем и направилась к выходу.

— Орудие, — напомнил Нейсмит, не шелохнувшись.

— Нет, — твердо возразила Лалл. — Мы хотим играть честно — но орудие останется. Еще ненадолго.

Нейсмит пожал плечами и последовал за супругой. Стоило ему двинуться с места, как орудие тоже поехало, плавно покатилось рядом с парой. Дуло с линзой по-прежнему неотрывно следило за Нейсмитом.

Так было на всем пути до апартаментов чужаков. Головная боль Нейсмита уже утихала, осталось только тупое нытье, но разум баламутили бесконечные сонмы образов, звуков, голосов, лиц, казавшихся и знакомыми, и незнакомыми одновременно…

Они вошли в гостиную, где навстречу им поднялась с пола Йегга, просыпая из чашки зеленовато-желтые хлопья.

Лалл нетерпеливо отпихнула ребенка в сторону.

— Садитесь, мистер Нейсмит. Гунда, тащи детектор.

— Это займет несколько… — начал было Чуран. — Нет-нет, прошу прощения, в любом случае сначала я должен вернуть сферу времени.

— Ну так иди и верни ее, — раздраженно рявкнула Лалл. Бросив на прощание хмурый взгляд на Нейсмита, Чуран удалился.

Нейсмит опустился в кресло и крепко задумался. Лалл сидела напротив, поглядывая на него узкими янтарными глазами. Поглядывала ненавязчиво, но бдительно.

— А что вы делали на корабле все то время, пока Гунда вас не нашел? — поинтересовалась она.

— Я был в библиотеке, — хмуро ответил он.

Ногти Лалл нервно царапнули поверхность стола.

— И что же вы там обнаружили?

Она с явной нервозностью и тревогой ожидала ответа.

— Ничего особенного. Выяснил, что машина времени к технологии этой эры не принадлежит.

Лалл заметно полегчало. Она даже рассмеялась.

— Ну, такое я и сама могла бы вам рассказать, мистер Нейсмит. Однако если вы вознамерились построить собственную машину времени, у вас ничего не получится.

Для этого нам придется перевезти вас на много столетий вперед.

— И на сколько же, интересно?

Она покачала головой.

— Всему свое время, мистер Нейсмит.

Вошел Чуран с машиной под мышкой. В другой руке он держал продолговатый серый футляр. С лаконичным «вот» чужак положил серый футляр на стол, а потом прошел в другой конец комнаты, где сунул машину в стенной шкаф.

Лалл тем временем сняла с продолговатого футляра крышку. Нейсмит с недобрым предчувствием разглядывал внутренности очередного коварного приспособления: гладкий корпус с двумя выступами. Один — тусклый розовато-сероватый овоид; другой более изощренных очертаний — нечто вроде уродливого гриба.

— Это, знаете ли, обычный детектор лжи, мистер Нейсмит, — сообщила Лалл, настойчиво подталкивая к Нейсмиту прибор. Затем тварь быстро отставила стул, встала и отступила на несколько шагов. Чуран оставался у дальней стены, внимательно наблюдая за испытуемым. Орудие на треноге тоже по-прежнему не сводило с Нейсмита линз.

— Сначала просто попробуйте, — предложила Лалл. — Возьмите в одну руку бутылку, а другой сожмите вон тот выступ в приборе… Теперь скажите: «У меня нет в руке бутылки».

Нейсмит последовал указаниям. Никакого эффекта.

— И теперь скажите: «У меня в руке бутылка».

Нейсмит повторил. Овальный баллончик рядом с грибом загорелся ярко-розовым светом.

— А теперь от вас требуется только одно, — напряженно выговорила Лалл. — Положите руку на выступ и ясно и четко, свободно и раскованно скажите: «Я ненавижу Ленлу Дин».

Чуран чуть повел рукой: в ней был зажат пульт управления автоматическим орудием.

Нейсмит на какое-то время превратился в соляной столб, сознавая, что позволил передряге застать его врасплох. Если он теперь откажется, Чуран пальнет. Если же и не выдержит испытания…

И еще раз на поверхность его сознания выплыли образы тех цветастых толстяков и толстух. Нейсмит беспристрастно оценил свои чувства. Не любил он их, но и ненависти не испытывал.

— Итак, мистер Нейсмит, — процедила Лалл.

Нейсмит положил руку на шляпку гриба — на закругленную рукоятку. Шляпка в самый раз пришлась ему по ладони. Просто от безысходности, не в силах придумать иной выход, Нейсмит торжественно произнес:

— Я ненавижу Ленлу Дин.

Овальный баллончик вспыхнул, яростно пылал долгое мгновение, затем медленно-медленно потускнел, померцал и погас. Нейсмит услышал дружный облегченный вздох Лалл и Чурана, увидел, как они успокоенно двинулись к столу.

Тогда он тупо уставился на детектор, повторяя про себя: «Но ведь этого быть не может! Не может этого быть!»

Недоумение (мягко говоря) вызывало и то, что и сами чужаки, похоже, ничего не заподозрили. Видимо, полагали, что проверка с детектором дала совершенно неоспоримый ответ. Лалл тут же оживленно принялась излагать дальнейшие планы:

— Еще одного дня здесь будет вполне достаточно. Вам придется еще раз надеть головную повязку облучателя, мистер Нейсмит — но на сей раз без всяких фокусов с нашей стороны, уверяю вас. Затем часов двенадцать вам понадобится на усвоение полученного материала… процесс порой бывает утомительным — и крайне важно, чтобы в течение этого времени вы отдыхали. А уж затем — закончила она, — вы будете готовы начать постройку своей машины времени.

— То есть как? — поинтересовался Нейсмит. — А я думал…

— Как же еще вам попасть в Город? — задала встречный вопрос Лалл. — Можете не сомневаться — там тщательно проверят все, что вы расскажете. И если вы сообщите, что материализовались в городе-заводе Хуль в пятом столетии до Основания, то будьте уверены — они непременно отправятся туда на своей машине времени и все проверят. Значит, вы на самом деле должны там оказаться и своими руками строить эту машину. На это у вас уйдет чуть больше десяти лет.

— Десяти лет, — эхом отозвался Нейсмит, совершенно ошарашенный.

— Поймите, — резко выговорила тварь, приближая к Нейсмиту зеленую физиономию. — Или так, или вообще никак. Расслабьтесь и постарайтесь получить удовольствие.

Взгляд у женщины был тяжелый. Чуран из другого конца комнаты смотрел на Нейсмита с тем же выражением. Те же тупые глаза, тот же взгляд исподлобья.

Нейсмит пожал плечами.

— Разве у меня есть выбор? — Он протянул руку. — Давайте вашу повязку.

…После процедуры Нейсмит откинулся на спинку мягкого кресла. Разум превратился в туманное смешение новых мыслей и образов. Трое чужаков тем временем приготовили еду и принялись набивать желудки.

— Теперь пойдем поспим, — сонно сообщила Лалл по окончании этой процедуры. — Ваша комната там. Значит, до утра.

Твари ушли к себе в комнату и закрыли дверь. Нейсмит еще немного посидел, затем прошел в спальню, указанную Лалл, и осмотрел дверные запоры. Вроде бы ничего необычного — дверь закрылась и с легкостью необычайной открылась снова.

Нейсмит вошел в спальню и улегся на кровать, едва сознавая окружающее — в голову ворвался и закружился поток воспоминаний, голосов, лиц… Когда по прошествии часа новые чувства понемногу поулеглись, Нейсмит сел.

Затем встал, открыл дверь и прислушался. Из комнаты чужаков не доносилось ни звука. Нейсмит прикрыл за собой дверь и неслышно пересек гостиную. Потом вышел в коридор и направился по красному следу прямиком туда, где его несколько часов назад прихватил Чуран.

Он снова прошел через плавательный бассейн в гимнастический зал… и, задумчиво почесывая в затылке, воззрился на странные устройства, что лежали на гладком полу. Что-то ему здесь готовили — но что?

Подойдя поближе, он нагнулся, чтобы осмотреть черный футлярчик с циферблатами, линзочками, стеклышками и тому подобным. Явно пульт управления — три циферблата имели градуированные шкалы, и стрелки находились на нулях. У четвертого оказались только два положения, помеченные красной и белой точками. Стрелка стояла на белой.

Собравшись с духом, Нейсмит опустился на колени, перевел стрелку регулятора с белого на красное, и отскочил в сторону.

Отскочил недостаточно быстро.

В дальнем конце гимнастического зала неожиданно сгустился сумрак. И в той черноте — будто в арочном проеме, оказавшемся на месте дальней стены — что-то заворочалось.

В комнату вошел страх. Ворвался как холодный ветер — оттуда, из мрака. Нейсмит похолодел; кожа покрылась мурашками. Вглядываясь, он различал лишь блики света — когда что-то невообразимо огромное стало надвигаться из черноты. Чудовище из сна! В Нейсмита уперлась пара маленьких красных глаз, раздалось негромкое постукивание друг о друга костяных пластин панциря. Голова твари начала выступать на свет…

Нейсмит невероятным усилием воли заставил себя остаться на месте, когда взору целиком предстала необъятная туша чудища. В нем таилась страшная и невероятная животная мощь. Панцирь и когти, множество конечностей… Но самое ужасное — от чего у Нейсмита кровь застыла в жилах — разумный взгляд жуткого монстра — взгляд безжалостный и полный древней мудрости…

С леденящим душу ревом тварь наконец бросилась. Нейсмит невольно отпрянул. Гигантская туша разбухла, заполнила собой вселенную — и вдруг исчезла. Тьму будто выключили. Гимнастический зал вернулся на место.

Весь в поту, бледный, Нейсмит дрожал.

Дальняя стена вновь потемнела. С паническим ужасом Нейсмит осознал, что опыт начинается заново. Снова копошение во тьме, снова красные глаза, снова жуткое появление — но на сей раз зверь бросился быстрее. Загорелся свет — и тут же в третий раз опустилась темнота. Нейсмит угрюмо наблюдал, как все та же ужасающая громада появляется еще быстрее, бросается с меньшим промедлением. Он наблюдал ту же сцену и в четвертый, и в пятый раз, пока наконец не завершился цикл.

«И это, — мрачно подумал Нейсмит, — скорее всего, только начало. В природе зверь наверняка двигается и бросается несравнимо быстрее, чем на этом тренажере…»

Он покинул гимнастический зал и направился в коридор, где его тогда сцапал Чуран. Чуть дальше по коридору оказалась открытая дверь. Нейсмит припомнил, что уже заглядывал туда и обнаружил ничем не примечательную комнатенку. Теперь он подошел к двери и снова туда заглянул. Ну да, все верно, у него блестящая память — там крошечная зеленая комнатенка размерами немногим больше гроба.

Задумчиво хмуря брови, Нейсмит постоял в проходе. В комнатенке стоял небольшой столик, а на нем — ничем не примечательный на вид визиоаппарат.

Это была амбулатория.

За стенными панелями открывался ряд за рядом лекарств в цилиндрических флакончиках — каждый должным образом промаркирован. Большинство из них стали теперь, скорее всего, бесполезны. Нейсмит осмотрел несколько штук и поставил на место. Затем принялся за другую секцию.

Там за панелью оказались ряды блестящих металлических полосок — каждая с фамилией и датой. Нейсмит тронул одну ради интереса — и она опрокинулась ему на ладонь — пачка бумаг в металлической упаковке.

А бумаги содержали историю болезни пассажира корабля; то же самое хранилось и за остальными полосками.

И пяти минут не прошло, а вся история уже стала Нейсмиту яснее судьбы первокурсницы Колумбийского университета. Вирус, переносчиками которого были зеленокожие, смутировал — и эта новая форма обрушилась на гомо сапиенс. Симптоматика оказалась следующей: лихорадка, рвота и острое чувство тревоги, после чего наступали коллапс и кома, а затем — крайне медленное выздоровление. Летальный исход следовал редко — в бумагах приводился мизерный процент — но зато каждая выжившая жертва страдала тяжелейшим и необратимым мозговым расстройством. Приводились стереофотографии, на которые Нейсмиту и смотреть не хотелось — тупые лица, отсутствующие взгляды, отвисшие челюсти…

Эпидемия разразилась в тот самый день, когда корабль стартовал с Земли. А в конце концов, по-видимому, только зеленокожие, невосприимчивые к собственной инфекции, оказались способны вернуть корабль и безопасно его посадить — с грузом безмозглых человеческих существ. Болезнь прошагала по всей Земле.

Нейсмит живо представил себе шаркающих придурков — в недавнем прошлом пассажиров роскошного лайнера — бредущими по равнине парами и поодиночке — направляющимися в те края, где их не ждал никто, кроме смерти — смерти от голода и непогоды…

Нейсмит медленно закрыл журнал и поставил на место.

Теперь стало ясно, откуда взялся так называемый «мертвый период». Выжила, видимо, лишь горстка невосприимчивых к вирусу людей — да еще зеленокожие, — выжила, чтобы веками медленно и мучительно заново строить цивилизацию. Это объясняло многое…


Глава 8 | Билет куда угодно | Глава 10