home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



2

   В салоне олдсмобиля ничего не изменилось, капитан Тимаков, по-прежнему, лежал без сознания на заднем сиденье автомобиля. Слава богу, что автомобиль имел мощный освежитель и охладитель воздуха салона, а не то бы он совсем сопрел под тем множеством простынь и легких одеял, которыми мы его укрыли, пряча от прямых лучей солнца в эту сорокаградусную жару. Бенджамин змею скользнул за руль своего "Де-Дион", по его поведению и взглядам, бросаемым в мою сторону, чувствовалось, что этот пакистанский сикх не на шутку чем-то разозлен. Он дождался, когда я устроюсь рядом на пассажирском сиденье и, когда самолетные ремни безопасности застегнулись на моей груди, педаль акселератора выжал до пола. От подобного невежливого обращения "Де-Дион" взвыл от охватившего его возмущения, прямо с места он набрал сто километров в час.

   - Зря вы, уважаемый Марк Хан, так неуважительно поступили с этим патрулем и с хавигаром! Это их зона патрулирования, в ней они вправе поступать так, как им заблагорассудится! Поверьте мне, я сумел бы с ним договориться за две тысячи долларов, которые вы мне так вовремя передали!

   - Но они же фальшивые! Если бы хавигар узнал, что он получил фальшивые доллары, то он от вас и живого места не оставил бы!

   - Ну не совсем это так, у нас в Пакистане фальшивые доллары - это те же самые деньги. Правда, они имеют несколько иную покупательную способность. Но, тем не менее, это самые настоящие деньги!

   - Да, может быть, я был и неправ, поступив столь необычным способом с патрулем пакистанской армии!

   - Наконец-то, вы, уважаемый Марк Хан, поняли, что со всеми людьми, независимо от того, какой они национальности, и какую носят одежду или военную униформу, следует вести себя вежливо и учтиво. Всегда следует выслушать их пожелания, причем, всегда следует стараться выполнять их просьбы, разумеется, в рамках той степени, которую тебе может позволить твой же собственный карман! А вы этого не сделали, уважаемый Марк Хан, теперь патрульные, как только они придут в себя где-нибудь на окраине Джамрюка, то обязательно бросятся на наши поиски, чтобы наказать за столь оскорбительное к ним отношение. Нам же нужно срочно искать укрытие. Помимо Пешавара мы нигде не можем спрятаться, а в этом городе очень неплохо работает криминальная полиция, которая ходит под военной разведкой!

   - Не волнуйся, Бенджамин! А в том месте, где они сейчас находятся, их с нетерпением ожидали и встретили мои люди! Теперь этим патрульным вместе с их хавигаром придется много поработать, прежде чем они получат свободу. Они теперь должны будут заслужить право снова сесть в свою патрульную машину! Так что, мистер Вилкок, продолжим нашу поездку. Ты мне обещал, в Пешаваре найти клинику, в которой можно было излечит моего раненого друга!

   - А у вас имеется доллары, чтобы оплатить лечение в хорошей клинике! В Пешаваре имеется множество клиник и медицинских центров, которые могли заняться излечением ран вашего друга...

   - И не только ран, мистер Вилкок, на и психического состояния!

   - Да, что же случилось с вашим другом? Отчего он сошел с ума?

   - Я не думаю, что он сошел с ума, но нехорошие люди уж очень долго держали его, делая уколы психиатрического действия, так что ему обязательно пройти курс лечения от этих присхотропных средств, что он и в будущем остался нормальным человеком!

   Пешавар мало чем изменился с того времени, когда я в составе группы Полковника его покинул четыре дня назад! Он, по-прежнему, цвел своей восточной красотой! Опять меня встречал множеством народа на своих улицах, в основном мужского происхождения. Я вспомнил о Заранде Кан, хотел попросить Бенджамина подъехать к АЗС, на которой она работала, но, вздохнув, решил это дело отложить на несколько позднее время, а сейчас решил, прежде всего, заняться устройством Тимакова в пешаварскую клинику.

   С собой у меня уже не было наличных долларов, но я сохранил свою дисконтную карточку, на которую зачислялась моя заработная плата! Разумеется. Я хорошо понимал, к чему может привести ее использование при оплате услуг, оказанных клиникой при лечении друга. Любая разведка в мгновения ока узнает мое настоящее имя и адрес проживания. Но сейчас я нахожусь в положении, когда должен сделать даже невозможное, чтобы Тима быстрее поднялся бы на ноги. Тогда я вместе с ним смогу быстро покинуть Пакистан, м ы отправимся в путешествие туда, где нас никто не найдет!

   Размышляя обо всем этом, я не своих глаз не отрывал от всего того, что творилось на улицах Пешавара. Мне даже показалось, что по параллельной нашей улице проехали два грузовика, которые мне очень напоминали советские Уралы-375. Неужели, группа Полковника все еще находилась в Пешаваре, она еще не улетела в Москву. На всякий случай ментальным щупом я прошелся по своей и соседним улицам города в поисках телепатов, улов оказался совсем небольшим. В мою паутину поиска попала одна только пакистанка, начинающая телепатка. Должен вам признаться в том, что, если бы я мог с ней позаниматься, то из нее вырос бы настоящий и сильный телепат! Из детского озорства, я слегка этой симпатичной пакистанке поддал под ее очень симпатичный задок, и тут же забыл о ее существовании!

   Младший офицер пакистанской контрразведки Зухрия Мушафар, только завершившая свой рапорт об внезапном исчезновении двух подозрительных грузовиков, советского производства, вдруг остановилась. Она как-то странно вскрикнула, подпрыгнула вверх и вперед, и с криком:

   Какая это сволочь лупит меня ногой по заду!

   Она внезапно свалилась на руки своего коллеги, женского сердцееда и красавчика Зия Кохрени. Тот остолбенел от всего произошедшего. Столько раз он этой суке Зухрии предлагал переспать вместе с ним, но каждый раз она ломалась и отказывала. Хотя всему пешаварского отделению пакистанской контрразведки было хорошо известно о том, сколько ночей она провела в номерах пешаварских отелей вместе с американским капитаном Питером Дугласом! Зия Кохрени не успел еще перестать размышлять на эту тему, как его лицо обжег резкий удар женской ладонью. Поправ светлую юбку Зухрия снова пошагала по тротуару городской улицы, не забывая, даже под взглядом своих коллег сексуально покачивать бедрами. Зия аж пальцами руки протер свои глаза, когда на юбке, прикрывавшей очень симпатичную женскую попку, вдруг увидел отпечаток мужских берц.

   В этот момент Бенджамин Вилкок свой лимузин Де-Дион повернул в переулок направо. Проехал несколько метров, остановился перед небольшим, но очень симпатичным по своему архитектурному антуражу четырехэтажном здании. Затем он повернулся ко мне и улыбаясь, подобно голливудскому актеру, заявил:

   - Господин полковник, прибыли на место!

   - Господин майор,... - Сквозь крепко стиснутые зубы, поправил я сикха!

   - Что, не понял! А причем здесь, майор? Ах, да, сообразил! Так значит, а дальше, как, господин или товарищ майор?

   - Бенджамин, прекрати кочевряжиться! У нас для этого времени нет!

   - Так, в чем дело, уважаемый господин? Выходите из автомобиля, идете в приемный покой. Там медицинскому персоналу можете объяснить, какую рану имеет ваш друг. Когда договоритесь, они придут с носилками и заберут нашего раннего. Всего и дел-то!

   Я медленно полез из автомобиля и по садовой дорожке, посыпанной красным щебнем, отправился к единственной двери, которую увидел в стене здания. Когда я открыл дверь, то за порогом меня приветствовала красивая и средних лет пакистанка. Первое, чему я удивился, так это тому, что у этой пакистанки были ярко-рыжие волосы, которые обрамляли ее красивое, слегка увядшее лицо. Пакистанка подняла на меня свои глаза и удивленно поинтересовалась:

   Чем я могу вам помочь, господин?!

   Настала очередь и мне начать удивляться, я ведь стоял на пороге жилого дома, а не какой-то там клиники! В этот момент мужская рука легонько подтолкнула меня вперед, знакомый голос весело произнес:

   - Синди, познакомься, это мой новый друг и майор КГБ СССР. ОН своего раненого товарища привез к тебе для осмотра и решения, в какой клинике Пешаваре, ему бы следовало бы полежать и полечиться?!

   - Очень приятно с вами встретиться, майор! - Радостно и гостеприимно произнесла эта Синди. - Так, где же ваш раненый друг? В машине, Бенди? Хорошо, я сейчас попрошу Сами и Фру, наших слуг, его принести и подготовить к осмотру в моем кабинете! А вы, пока я буду его осматривать, могли бы выпить кофе или попить пива?!

   С этими словами Синди нас почти бегом покинула, а Бенджамин гостеприимным махом руки предложил мне проходить глубже в свой дом. Через минуту мы вдвоем сидели на белой кухне, мебель кухни и все необходимое для домашней кухни было выполнено в белых тонах. Иногда мне казалось, что мне не на чем было остановить своего взгляда. Перед этим я видел, как за окном двое слуг протащили носилки с Тимой. После чего я не отрывал взгляда от телевизора, который показывал городские новости Пешавара. Диктор, симпатичный мужик, говорил на пушту. Я прекрасно понимал слова, но из-за своего рассеянного внимания ни как не мог сообразить, о чем именно он говорил.

   На кухне Синди появилась через час, выглядела она очень серьезной женщиной. Свою тетрадь она метнула на стол перед Бенди, а сама еще находилась в десяти метрах от нашего стола. У холодильника женщина слегка задержалась для того, чтобы его открыть и достать бутылку ледяного Бадвайзера. Резким поворотом руки скрутила пробку бутылки и тут же приложилась губами к ее горлышку. На наших глазах резко понизился уровень светлого пива в этой бутылке и, оторвав ее горлышко от своих губ, женщина громко произнесла:

   - Дело с вашим раненым плохо, уважаемые господа!

   Синди дождалась, когда я начал медленно подниматься со своего стула, но она так и не дала мне полностью встать на свои ноги, так как продолжила свою речь:

   Но не так уж плохо, чтобы говорить, что он неизлечим! Первое, меня интересует, кто из вас, господа, расстреливал этого человека? Потому что он имеет ранения, которые получает человек, как его расстреливают! Эти раны тяжелы, пули еще не извлечены, они приносят сильные страдания, но не смертельны. Три операции на операционном столе по удалению пуль, очистка ран и вся такая ерунда, три недели на выздоровление. Следующее, у этого человека попытались провести операцию на головном мозге. Результат, операция не доведена до конца, снижение уровня кислорода в крови и так далее. Но, что я хочу сказать, первые три операции я могла бы выполнить дома у себя в кабинете. Но с головным мозгом этого человека я не могу шутить и я не специалист по таким операциям. Но у меня есть друг, он владеет нейрохирургической клиникой, часто сам оперирует. Он уже согласил, приехать и осмотреть пациента. Скоро он приедет ко мне. Но, майор, вы не должны и не будете с ним встречаться! И последняя информация, такая операция, если она, разумеется, потребуется, будет стоить восемьдесят тысяч американских долларов! Так что, покидая наш дом, вы можете смело вашего раненого друга оставить на моих руках. Следующий вы посетите нас, когда вашего друга мы выпишем после выздоровления. А вы займитесь фандрайзингом на проведение нейрооперации.

   Изгнанный из дома Вилкоков, я устало шагал по грязным и вонючим улочкам Пешавара, стараясь держаться прямо и шагать по улице именно так, как полагается достопочтенному пакистанцу с деньгами в карманах. Никто мне так и не сказал, сколько же времени мне придется провести в этом пакистанском городе, пока Тима полностью не выздоровеет! Сейчас я шел в центр города, разыскивая гостиницу Континеталь-Пешавар, в которой и решил для себя снять номер на месяц. Денег ни на рикшу, ни на такси у меня сейчас не было, так как постеснялся у Бенджамина попросить взаймы небольшую сумму пакистанских рупий. Своей последней кредитной дисконтной картой решил пока не разбрасываться.

   Когда я сделал очередной поворот налево, то старый город как бы кончился, передо мной оказался большой водоем, по поверхности которого плавали лебеди, а на его противоположной стороне красовалось здание гостиницы. Не задумываясь, я перенесся телепортацией прямо в вестибюль гостиницы, чтобы с удивлением обнаружить, что в этом вестибюле практически никого не было. Проходившая мимо женщина, одетая в строгий костюм администратора, с удивлением на меня посмотрела, но он тут же превратилась в саму любезность и эдаким говорком проворковала на английском языке:

   - Сэр, чем я могу вам помочь?

   - Где я мог бы выяснить вопрос о предварительной резервации номеров в этой гостинице!

   - Если вы, сэр, последуете за мной, то я вам покажу это место!

   Эта женщина не знала о том, что я попросту тяну время, прежде чем, обращаться к портье гостиницы за номером. Мне требовалось найти реквизиты чужой кредитной карточки для того, что оформить свое поселение в этой гостинице. Я шел за женщиной администратором, внутренне наслаждаюсь тем, как была сложена ее фигура, ее мягкими обводами плеч и бедер, которые слабо, но так многообещающе покачивались перед моими глазами! Видимо, я от удовольствия причмокнул губами, на что женщина тут же обратила внимание. Она через свое плечо внимательно, но с некоторым подозрением посмотрела на меня.

   Наконец-то, она меня довела до места, там сидела другая восточная женщина, которая была очень похожа на Заранду Хан, но, слава богу, к этой новой женщине стояла целая очередь, пожилая пара американского происхождения. Я тихим голосом поблагодарил первую женщину и без ее разрешения ментальным щупом залез к ней сознание. Через секунду я знал ее полное имя, служебный телефон и адрес! Все то, что хотел узнать!

   Когда Зела отошла от меня на несколько шагов, то она все время поворачивалась и смотрела на меня, так как не могла понять, почему ее так тянет к этому незнакомому мужчине?!

   А я тем временем уже рылся в сознании американца Фрэнка Тальмана, пытаясь разыскать всю необходимую информацию по его кредитной карточке.


предыдущая глава | Марк Ганеев - маг нашего времени | cледующая глава