home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



2

   Вот уже второй день наш автомобильный караван из двух грузовиков блуждал по проселочным дорогам свободной зоны пуштунских племен на северо-западе Пакистана. Переезжая от одного населенного пункта к другому, от одного лагеря афганских беженцев к другому, мы разыскивали аул, названия которого не знали, но в котором по разведданным, полученным из Москвы, моджахеды укрывали нашего раненого капитана Тимакова. В этой развединформации в общих словах говорилось о том, что пленного советского вертолетчика, вероятно, укрывают в одном из аулов пуштунского племени хасан-хель. Но с каким бы пуштунским чабаном или встречным путником мы бы не встречались бы и не разговаривали, результат информационных бесед был ниже плинтуса. Наши собеседники могли и любили часы проводить за столом, пить чай в пакетиках, в вежливых терминах вести беседу о погоде. Пуштуны разного возраста особенно любили рассказывать мне анекдоты с бородой до пола, сами над ними долго смеялись, поглядывая на меня плутоватыми глазами умудренного возрастом аксакала.

   Особенно плохо в эти дни приходилось мне, Полковник по непонятным мне причинам почему-то решил, что именно я должен был встречаться и беседовать с этими пуштунами. Причем, я должен был быть самой активной стороной, все время пуштунов подталкивать к ответам на нужные нам вопросы. Видимо, Полковник считал, что раскрыть секреты этих пуштунов мне может помочь потусторонняя сила. Он пока еще не знал о моей привязанности и дружеских взаимоотношениях с магией, но полагал, что я все-таки человек не от мира сего, так как имел близкий контакт с Андроповым.

   Таким образом, понять, говорят ли пуштуны нам правду или же уходят от честного ответа, мог он сам, Полковник, и я!. Вот теперь мне приходилось часы и дни проводить в светских беседах и разговорах с пуштунами. Разговор начинался с какой-либо отвлеченной темы, не очень скоро переходил на разговор о жизни племени этого пуштуна. Крайне изредка я осмеливался задавать вопрос о раненом советском вертолетчике, интересуясь, нет ли такового где-нибудь поблизости. Разумеется, этот вопрос я задавал чаще всего не голосом, а мысленным щупом выяснял, что нашему собеседнику известно по этому вопросу! Таким образом, мне удавалось получить стопроцентный правдивый ответ от собеседника, который никогда в жизни не говорил всей правды, даже своим правоверным родителям и аллаху?!

   Однажды под вечер, когда дневная жара только начала сдавать, я вдруг вспомнил о своем разговоре с той пуштунской девчонкой по имени Заранда Хан. Это была та девушка, с которой я случайно встретился и разговорился на автозаправочной станции под Пешаваром. Она в обмен на солярку для наших грузовиков, получила от меня бесплатное обещание, ее отцу передать от нее записку. Отец этой девчонки, как и полагается, был вождем небольшого пуштунского племени априди, обитающего м путешествующего по свободной зоне.

   Но пока мне не удалось выполнить просьбу Заранды, так как мы еще не повстречали кого-либо из его племени. Помимо этого, внутри меня росло твердое убеждение в этой связи, это убеждение мне четко подсказывало, что с передачей записки отцу Заранды через кого-либо постороннего мне попросту не стоит спешить.

   Сейчас из-за полудневной жары я стоял в кузове своего Урала-375, подставляя лицо встречному, но жаркому ветру. Я устроился сразу же за кабиной грузовика и, облокотясь на АГС-17, размышлял о будущем, мне так надоело без дела шататься по этим пуштунским племенам. Мы по этой свободной зоне ездим вот уже третьи сутки, а воз наш и поныне находится на прежнем месте. Мы так и не собрали ни йоты о Тиме, а ведь этот мужик, наверняка, страдает, мучается во вражеских руках. За это время всего лишь одного мы добились, наши лица и руки загорели от солнца, сильно обветрились.

   Повернувшись назад, я вскользь осмотрел наших парней, которые в свободных позах расположились на полу кузова грузовика. Вспомнил, как еще в Москве мы требовали, чтобы кузов второго Урала-375 был бы обшит досками, а не был бы металлическим, как кузов первого грузовика. Вот теперь мы на своих шкурах почувствовали эту разницу между деревом и металлом, сейчас в кузове второго Урала-375 было можно спать даже в самую жаркую погоду! К металлу кузова первого грузовика было невозможно прикоснуться, к концу дня он раскалялся до такой степени, что обжигал пальцы рук!

   В воздухе вдруг прозвучали отдаленные звуки выстрелов. Причем, я собственными ушами-локаторами уловил, что очень походило на то, что там стреляли из крупнокалиберных пулеметов. Ребята сзади меня в кузове тут же завозились, большинство из них, не открывая глаз, руками нащупывали автоматы и пулеметы, приводили их в боевую готовность. А я уже с примерной точностью в этот момент определил направление, откуда послышались эти звуки выстрелов

   К этому времени я научился свой дух отделять от плоти, отправлять его путешествовать ли на разведку или попросту по астралу. Поэтому расставив шире ноги и покрепче уцепившись руками за кабину грузовика, я свой дух выпустил на свободу, отправив его на разведку к месту перестрелки.

   Пять километров для духа не расстояние, если он перемещается со сверхсветовой скоростью! В пяти километрах от нас американский Хаммер с пятью седоками пуштунами попал в засаду неизвестного противника. К этому времени погибли уже трое боевиков из пяти пуштунов. Один из пуштунов все еще сидел в Хаммере за ДШК и короткими пулеметными очередями не позволял противнику себе приблизиться. Второй пуштун со снайперской винтовкой сумел отбежать от Хаммера, укрыться в скалах, откуда из снайперской винтовки Драгунова вел огонь по противнику. Эта позиция снайпера в придорожным скалах, позволяла ему оберегать спину собрата пулеметчика. Одновременно он мог вести огонь на уничтожение противника, подползающего к Хаммеру на расстояние броска гранаты. Я успел еще заметить, что и пуштуны, и их противник были одинаковы одеты, на них были холщовые крестьянские рубища. Так что мне было трудно, практически невозможно определить, кто же с кем и за что воюет?!

   Я уже собрался возвратить свою душу в плоть, как мое ухо уловило приближающийся звук работы вертолетного двигателя. Не раздумывая ни секунду, я поднялся на высоту в километр и увидел вертолет без опознавательных знаков, который лесными горными долинами пробирался к месту боя. И этот вертолет не был простым пассажирским или грузовым вертолетом, обе дверцы его пассажирского салона были настежь распахнуты, из салона торчали тупые рыла шестиствольных пулеметов Миниган М134. Таким образом, для меня становилось ясным, что судьба двух пуштунов сейчас зависит от времени, за которое этот вертолет долетит до места перестрелки!

   Возвращении духа в плоть моего тела не заняло и секунды. Я потянулся всем телом, чтобы восстановить кровообращение. А затем всех бойцов группы, включая и Полковника, проинформировал о результатах моей разведки.

   Ранее наша группа избегала принимать участие в таких межплеменных боях и боестолкновениях! Не имея достаточно информация, с нами могло бы случиться и такое, что в конечном итоге мы могли поддержать не ту сторону?! Но на этот раз, после моей информации, все бойцы загорелись желанием помочь именно двум пуштунам, которые так нечестно были завлечены в засаду! Я еще рассказывал о бое, а парни, окончательно проснувшись, уже готовились к бою. У крупнокалиберного пулемета ДШК, установленного на крыше кабины первого Урала-375 появились Роден и Лимон, последний скинул дорожный чехол с пулемета, а первый начал вставлять в него пулеметную ленту.

   Рядом со многой возникла фигура Мыслителя, который плечом отстранил меня от гранатомета "Пламя", чтобы заняться его подготовкой к бою. Вскоре рядом с ним появился Монета, который, не обращая на меня ни малейшего внимания, принялись гранатомет готовить к бою. Ко мне подобрался Проводник, это он мне предложил выступить в роли снайпера в этом бою. Проводник еще говорил, а левой рукой он мне протягивал снайперскую винтовку Драгунова.

   Мне еще не приходилось принимать участие в боях! Поэтому, все еще пребывая в состоянии полного дилетанта по этому вопросу, мне было все равно каким оружием пользоваться, АКСМом или снайперской винтовкой Драгунова. Но я взял предложенную мне снайперскую винтовку, глазом приложился к ее прицелу. В моей голове тут же прозвенел звоночек, чей-то голос начал мне рассказывать о том, как пользоваться этой снайперской винтовкой.

   Мы все-таки вовремя успели прибыть на место перестрелки. Когда оба наши грузовика приблизились к месту, то бой пулеметчика и снайпера с неизвестным противником все еще продолжался. Были слышны выстрелы снайперской винтовки и очень редкие пулеметные очереди. Вертолет с шестиствольными пулеметами на борту над полем боя пока не появлялся, но гул его двигателей уже был хорошо различим в горных звуках. Свои Уралы-375 мы оставили на дороге, но таким образом, чтобы между ними образовался бы перепад в тридцать метров, один грузовик с АГСом стоял выше по дороге, а другой с ДШК - ниже.

   - Снайперы по готовности можете открыть огонь! Старайтесь помогать пуштунам, они в этой зоне хозяева. Мне кажется, что пулеметчик пуштун получил ранение, что сейчас он держится только на силе своей воли. Нашим пулеметчикам и гранатометчикам подготовиться открыть огонь по вертолету. Старайтесь стрелять так, чтобы не позволить его пулеметчикам открыть прицельный огонь по нашим пуштунам. А то они в момент с ними прикончат, тогда нашему Майору не с кем будет пить чай сегодня вечером!

   Тем временем, я еще раз примерился к своей снайперской винтовке. Рядом, справа от меня щелкнул первый выстрел с нашей стороны. Это стрелял Проводник, но я так и не увидел, попал он или промахнулся?! Так как сам в этот момент наблюдал за одним молодым человеком, очень похожим на пакистанца, но он имел гладко выбритый подбородок. К тому же этот парень маскировался в кустах, своими руками он ловко управлялся американской штурмовой винтовкой М14А1. Я бы даже сказал, что этой винтовкой он пользовался, как профессиональный солдат или обученный наемник. Я слегка утопил курок своей винтовки, почувствовав, как курок преодолел какое-то мягкое сопротивление. Послышался выстрел моей снайперской винтовки. Видимо, я все же плохо прицелился, так как попал в плечо этому парню. От полной неожиданности тот выронил из рук свою штурмовую винтовку, дико и громко закричал от охватившей его боли и, согнувшись в три погибели, он мгновенно исчез в каменных расселинах и россыпях. Это был мой первый и последний выстрел в этом бою!

   Над полем боя, наконец-то, появился вертолет.

   Мыслитель тут же встретил его длинной очередью из своего ДШК. Такая встреча оказалась неожиданной для пилота и пулеметчиков этого вертолета! Они спешили сюда, чтобы расправиться с беззащитными жертвами, пуштунским пулеметчиком и снайпером, а тут их, оказываются, встречают еще одним крупнокалиберным пулеметом. Но еще более полной неожиданностью для этих ребят, желавших немного поразвлечься, а не рисковать своими жизнями, оказалась очередь из шести гранат, выпущенных станковым гранатометом АГС-17 "Пламя". Любой вертолет для гранатомета АГС 17 - это подвижная цель для того, чтобы его можно было бы обстрелять из этого гранатомета, но, как говорится, и на старуху бывает проруха. Залп из шести гранат АГС-17 так близко прошелся от пилонов этого вертолета, что его пилот тут же решил более не рисковать своей жизнью. Он решил срочно покинуть негостеприимное поле боя.

   Вертолет, неизвестной национальной принадлежности, тяжело пошел на разворот, чтобы покинуть нашу горную долину, так и не сделав ни одного выстрела из своих шестиствольных пулеметов! Бой в горах скоротечен и непредсказуем! Но нам повезло, мы вовремя прибыли на место и славно провели этот бой!


предыдущая глава | Марк Ганеев - маг нашего времени | cледующая глава