home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



3

   Теперь частенько, когда моя казарма засыпала мертвым сном, я начинал путешествовать между различными измерениями. Для этого мне уже не требовалось мыть или чистить казарменный туалет. Чтобы разыскать и предстать перед той волшебной дверь, мне было достаточно только о ней вспомнить, о ней подумать, воспроизвести очертания двери в своем сознании. Через мгновение, как только я это делал, то уже стоял перед дверью и все, что мне оставалось сделать, так это взяться за ее ручку и открыть дверь.

   Две вещи, происходившие в этой связи, некоторое время оставались для меня непонятными! На них я пока не сумел найти верного ответа!

   Первая вещь, я хорошо помнил о том, что когда совершил свое первое путешествие в другой мир, то меня с этим начинанием поприветствовал мой друг, Борька Фрейдман. Из этого можно было бы сделать только один вывод, что он каким-то образом был связан с этими путешествиями, ведь именно он дал мне первые уроки по этому делу! К тому же, как же он все-таки узнал о том, что я самостоятельно посетил другой мир, другое измерение! Но сколько бы раз я после первого путешествия я бы не открывал двери, сколько бы во время такого путешествия я не пытался бы с ним мысленно связаться, переговорить, Борька Фрейдман и по сей день так и не ответил на мои призывы. Видимо, в своем загробном мире он был занят важными делами, поэтому не мог откликнуться на мои вызовы. Тогда я сделал зарубку в своей памяти относительно того, что должен обязательно с ним переговорить по этой теме.

   Второе, во всех мирах, которые мне удалось посетить, я так и не встретил ни единого представителя высшей разумной жизни. Повсюду я видел только дикую флору и фауну, и более ничего! Смеющаяся девушка в желтом мира песка так больше нигде и никогда не появлялась! И, между прочим, мне давно уже следовало бы обратить внимание и на то обстоятельство, что я пока еще ни разу во второй раз не попадал в одни и те же миры, или в одни и те же измерения!

   Я, по-прежнему, был не в состоянии дать утвердительного ответа на вопросительные взгляды нашего старшины Огурцова, которые тот чуть ли не каждый день бросал в мою сторону. И без мысленного зонда мне было хорошо понятно, что этому здоровяку старшине на всю жизнь запомнилось наше путешествие в мир желтого песка, где мы случайно столкнулись со смеющейся девушкой в желтом бурнусе и в парандже. Я ничем не мог помочь Огурцову разобраться в своих мыслях, а также в том, как ему повезло стать путешественником сквозь грани миров. Сам же этот парень страдал, мучился неизвестностью, его постоянно тянуло переговорить со мной, узнать подоплеку своего фантастического путешествия. Но в рамках учебного заведения, в котором мы с ним обучались, подобные вопросы, подобные мысли или подобные действия попросту не допускались! Для наших руководителей и преподавателей существовала одна только магия - маги верной службы, ничего более! Существование какой-либо другой магии они попросту не мыслили, запрещая и нам думать иначе.

   Да, научившись путешествовать между мирами, вы понимаете, что я особо не мог широко распространяться по этому поводу среди своих приятелей. Так как хорошо понимал, что Юрий Андропов, забирая меня к себе на службу в КГБ, наверняка, предпринял кое-какие меры для того, чтобы постоянно меня держать в поле своего зрения. Чтобы он успел вмешаться, если своим поведением я, возможно, начну дискредитировать его или его государственную службу. Поэтому я особо не лез на рожон, держался тихо и неприметно, учился опять-таки на твердую четверку и пятерку.

   Честно говоря, я должен откровенно признаться в том, что эти два года учебы пролетели для меня быстро, практически незаметно. Выпускные экзамены я сдал на "хорошо" и "отлично", вернулся домой, вскоре меня устроили на работу в международный отдел московского телевидения. Эта работа, частые отлучки из дома, командировки по стране и заграницу, сделали мою жизнь напряженной и занятой. Но, тем не менее, я всегда находил время для того, чтобы совершенствоваться в магии, иногда предпринимая довольно-таки длительные путешествия по другим мирам!

   Путешествия между различными измерениями со временем для меня превратились в повседневную банальность! Ну, скажите, что в том любопытного, интересного, если ты переносишься в какое-либо статичное место! Да, ты видишь изумительные по красоте пейзажи и панорамы, растений и животных, которых в глаза не видел! Ну, и что в этом такого?! Чтобы я не предпринимал, где бы ни появлялся, повсюду мог только наблюдать статику, со мной лично вообще ничего не происходило. Я просто появлялся в каком-то необычном месте, рассматривал экзотическую картину, и снова возвращался домой! Одним словом, довольно-таки быстро я потерял всякий интерес к таким перемещениям между гранями миров, со временем резко сократил число таких путешествий!

   Моя же новая работа на телевидении оказалась интересной, познавательной, я и мои коллеги помогали людям со всего мира снимать телепрограммы о нашей стране, о нашем государстве. Могу сказать, что мне было очень интересно работать в контакте с другими людьми. Поработав пару дней то с одним, то с другим своим напарником, ты как бы получал дополнительные знания, а главное - неплохое понимание того, чем сам занимаешься. Первые годы на этой работе люди Андропова не обращали на меня особого внимания, я как бы выпал из их окружения, из круга их интересов.

   Но случай с южнокорейским авиалайнером на Дальнем Востоке, когда мы, как государство, заикаясь и сбиваясь с нормальной человеческой речи, пытались объяснить всему миру причину того, почему наш истребитель сбил этот пассажирский самолет, все перевернул вверх ногами! Я тогда резко высказался по поводу нашей несостоятельной позиции по этому вопросу. Уже вечером мне последовал звонок от Юрия Владимировича Андропова. Звонил, разумеется, не тогдашний глава нашего государства, звонил его помощник по этим вопросам, который мне попросту приказал:

   - Майор Ганеев, у вас ночь впереди, которую вам и вашим товарищам следует провести за рабочим столом. Юрий Владимирович хочет ознакомиться с вашими мыслями и предложениям по поводу дальневосточного инцидента. Вовремя не выполните работу, погоны на стол, а сами вместе со своими товарищами немного отдохнете в Лефортово!

   Мы проработали всю ночь напролет, два листика бумаги в шесть часов утра ушли фельдъегерем по кремлевскому адресу! И сплошная тишина, в одиннадцать часов последовали заявление и разъяснение инцидента советским правительством. В результате разнузданная антисоветская истерия во всем мире пошла на убыль, со временем об этой ошибке-провокации мир как бы забыл. Нам же даже не сказали "спасибо", только дали премию в двести рублей, которые в те благлославенные времена не на что было потратить и по горло загрузили дополнительной работой. Честно говоря, что мы были и этому рады, потому что считали, что работаем во благо своего государства, своего народа!

   Все это время, я проживал по старому адресу на Самотеке, время от времени встречался со своими однокашниками по школе. В основном с девчонками из нашего класса, которые практически все повыскакивали замуж, они стоически рожали детей своим мужьям и своим любовникам. И занимаясь воспитанием подрастающего поколения, эти девчонки часто встречались, чтобы потрепаться или поделиться случайно услышанной новостью о своих когда-то бывших парнях. Таким образом, ни разу не побывав в школе на ежегодной встрече одноклассников, я был неплохо информирован о судьбах своих бывших друзей и приятелей. Только о своем самым ближайшем в те времена друге Володьке Тимакове у меня не было никакой информации. После переезда в Измайлово он напрочь исчез из нашего поля зрения! Когда у меня появился Запорожец 968, то первым делом я смотался по его измайловскому адресу. Там мне ответили, что вот уже десятый год живут в этой квартире, что никаких Тимаковых в ней ранее не проживало!

   Поэтому для меня совершенно неожиданным оказался звонок по телефону, причем, звонили мне на работу. Неизвестный голос произнес:

   - Марк Ганеев, не были ли вы столь любезны зайти в комнату...

   И назывался номер комнаты, где должна была произойти встреча по делам службы, которую мне приходилось выполнять по совместительству со своей главной работой. Хотя я, видимо, был несколько неправ в определении, которая именно из моих двух работ была главной?!

   На этот раз мне пришлось беседовать с человеком, который не имел прямого отношения к моей второй работе. Он был человеком из министерства обороны, военным разведчиком. Это был накаченный парень под два метра ростом, способный каждый день с полной боевой выкладкой пробегать, не останавливаясь, сорок километров. К тому же он явился на мою работу в военной форме с погонами полковника на плечах. Девчонки почему-то всегда вешались на таких бравых и молодых парней с полковничьими погонами на плечах. При виде этого буйвола мне сразу же стало ясно, что наши девчонки, а их в телецентре, было великое множество, теперь меня затрахуют своими наивными вопросами об этом полковнике. Выяснив его имя и фамилию, социальный статус, они потребуют его служебный телефон.

   Да и было похоже на, что он сам специально так вырядился для того, чтобы обратить на себя это девчоночье внимание!

   Не приглашая меня садиться, этот чудак в полковничьих погонах, начал задавать мне вопросы, как только я перешагнул порог комнаты, в которой помимо стола и одного стула ничего не было. Опять-таки первый вопрос он мне задал таким тоном, словно я был армейским салабоном первого года службы. Я прекрасно знал о том, что армия никогда не уважала и не считалась с правоохранительным органами. Мне на это взаимоотношение армии и каких-то там органов было, в принципе, наплевать, но я никому не позволю поставить себя в унизительное положение. Поэтому я спокойно прошествовал до стола, за которым чуть ли не развались, сидел чересчур молодой полковник, незаметным движением кисти руки создал себе элегантное кожаное кресло, в которое с большим удовольствием плюхнулся своим задом.

   Некоторое время мы оба посидели в молчании, внимательно разглядывая друг друга, не задавая каких-либо вопросов. Минут через пять полковник ожил для того, чтобы повторить свой первый вопрос, но уже несколько в другой тональности.

   - Товарищ майор, позвольте представиться, полковник Кантемиров, ГРУ, Генштаб. Знающие люди мне порекомендовали встретиться именно с вами, чтобы в деталях обсудить одну возникшую проблему. Но прежде чем перейти к сути проблемы, я хотел бы от вас, товарищ майор, услышать детальный рассказ о своем знакомстве с неким Владимиром Тимаковым?!

   Наверное, потом я целый час рассказывал ему о своих дружеских отношениях с Тимой или с Владимиром Тимаковым в школе и дома. Должен вам откровенно признаться в том, что этот рассказ о своем школьном друге я вел не для того, чтобы о Тиме поведать чужому человеку, а для того, чтобы еще раз самому вспомнить о существовании этого своего старого друга. Да и полковник, видимо, своим острым носом учуял мою ностальгию по той старой школьной дружбе, прозвучавшую в моем рассказе. За этот целый час он ни разу меня не прервал, не переспросил. Мы оба курили, а я все говорил и говорил о Тиме, а в самом конце даже рассказал о своей поездке в его Измайлово.

   - Так выходит, что тем незнакомцем был именно ты, Марк Ганеев? - Тут же поинтересовался Кантемиров, как только я прекратил свой рассказ.

   - Каким таким незнакомцем? - Я не вполне уяснил суть заданного вопроса полковником.

   - Ну, ты тогда был не совсем в курсе дела! А мы не знали такого, насколько крепка старая школьная дружба! Твое незапланированное появление в Измайлово мы восприняли, как факт того, что противник начал разыскивать капитана Тимакова!

   - Капитана... Тимакова?!

   - Да! К этому времени твой Тимак получил армейское звание "капитан"! Ты же должен был знать о том, что он окончил летную школу...

   - Должен, но не знал! Тима предлагал мне вместе с ним поступить в летное училище, чтобы стать пилотами истребителей на профессиональном уровне! Но я в то время мечтал не об армии, а о несколько другом!

   - Одним словом, Тимаков лейтенантом окончил военное летное училище, но летчиком-истребителем так и не стал. Я не знаю в чем именно было дело, но, видимо, его все же подвел его собственный организм. Причем, это его нездоровье было так трудно определить даже самим медикам, что некоторое время он даже полетал на истребителях. Но эта болячка, в конце концов, проявилась, и Тимаков был вынужден стать вертолетчиком. Полеты в небе были, видимо, стали судьбой этого парня, он стал замечательным вертолетчиком. Тогда армия перевела его на службу испытателем вертолетов в один закрытый институт, который занимался разработкой и созданием боевых советских вертолетов.

   - Уж не в КБ Николая Николаевича Гольского?

   - И да, и нет! То вертолетное КБ входило в организационную структуру КБ Гольского! Да, что это такое я вам говорю! - Вдруг спохватился полковник ГРУ. - Откуда вы, товарищ майор, об этом знаете?

   - Николай Николаевич, мой близкий друг! Я ему немного помогал!

   - Ну, что ж, пока этот ваш ответ мы воспримем, как доказательство того, что вы так много знаете то, чего вам не стоило бы знать! Но перейдем к моему делу. Владимир Тимаков стал главным вертолетчиком испытателем некого боевого вертолета КА-50...

   - "Черня Акула! - Сам черт снова дернул меня за язык.

   Глава 3

   Афганистан!


предыдущая глава | Марк Ганеев - маг нашего времени | cледующая глава