home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава — 7

Перед рассветом мы тщательно проверили снаряжение и боеприпасы. И гранат, и патронов пока хватало, ибо израсходованные пополнялись за счет убитых товарищей. Тревожили наполовину опустошенные фляжки, но мы надеялись на то, что в пути попадется какая-нибудь горная речка. Во всяком случае, вчера пересекали парочку таких речушек, в которых и пополняли запасы воды.

— Уиллис, — мастер-сержант поднялся, закидывая автомат за спину. — Я пойду, прослежу, чтобы наши друзья не заблудились. А ты, как только станет хоть что-то видно, уводи группу прежним курсом. Но сильно не спеши, чтобы далеко не оторваться.

Сол кивнул, и Ратт растворился в темноте.

— Я не понял, — Геркулес перестал жевать шоколад и уставился на Сола. — Какие такие друзья чтобы не заблудились?

— Ты, Сегура, забыл, в чем состоит наша задача? — вместо Уиллиса ответил Феликс.

— В чем? — уставился тот на товарища.

— В том, чтобы отвлекать на себя противника, — ответил теперь Сол, пристегивая магазин к пулемету.

— И сколько мы будем его отвлекать? — задал волнующий всех вопрос Курт.

Сол не ответил, лишь хмыкнул и занялся подгонкой снаряжения, подтягивая ремни и подвязывая шнурки на подсумках. Собственно, всем и так было ясно, что ответ на этот вопрос знает только мастер-сержант, и то, не обязательно. И еще, всем было предельно ясно, что другого выхода, кроме как выполнять поставленную задачу, у нас не было, и вчерашняя расправа командира над Риппом была лишним этому подтверждением. Долго ли нам удастся выполнять задачу?… Сколько нас осталось — восемь, не считая Ратта. А еще сутки назад нас было тридцать один, вместе с мастер-сержантом и лейтенантом, плюс два местных аборигена-проводника. Куда делись местные — не знаю, но лейтенант Хилл и наши товарищи навсегда остались лежать в этих лесистых горах. И это только за один первый день… Знать бы ради чего все это…

Следующие четверо суток нам фантастически везло. Пройдя еще с десяток километров, мы резко повернули на север и теперь двигались вдоль хребта, обходя открытые участки. Преследователи, благодаря стараниям нашего командира, не отставали. Порою, мы даже слышали их, но до огневого контакта дело не доходило. Создавалось впечатление, что они стремились к контакту с нами не более, чем мы, и если бы Ратт не раздраконивал их неожиданным выстрелом, криком, а то и броском гранаты, то аборигены давно бы предпочли потерять наш след. Напоровшись в первый день на несколько "сюрпризов", они двигались крайне осторожно, и за четверо суток раздался только один взрыв сработавшего "подарочка". Геликоптер тоже беспокоил меньше, чем в первый день. Видимо повлияло то, что двигались только по густо поросшим местам, которые не просматривались с воздуха. Мастер-сержант вел нас по заранее, судя по всему, спланированному маршруту. О том, что маршрут был спланирован заранее, говорило и то, что нам ни разу не повстречалось ни одного селения… Зато, как минимум раз в сутки мы пересекали горные речушки с чистейшей ледяной водицей, что позволяло не страдать от жажды. А какое блаженство я испытывал, окуная в эти журчащие потоки разгоряченное лицо, плеская обжигающую прохладу на шею, и ощущая затекающие под стиснутый бронником комбез ручейки! Хотелось скинуть с себя насквозь пропитанное потом и дорожной пылью шмотье, залезть в ручей и песком отскребать с кожи двухнедельную грязь. Вспоминался капрал Юрай со своей наукой в любых условиях организовывать банно-прачечные мероприятия. Но… Но, наполнив фляжки и последний раз брызнув в лицо водой, мы продолжали свой смертельный марафон…

Очередной благополучный, по меркам последней недели, день подходил к завершению, когда нас остановил как всегда неожиданно появившийся Ратт.

— Финита ля комедия, — заявил он со своей обычной ухмылкой.

— В каком смысле? — тяжело дыша, спросил Сол.

— Впереди нас ждут, — мастер-сержант сел на вылезший из земли корень, прислонившись спиной к стволу дерева. — Похоже, вычислили маршрут и к встрече подготовились основательно. Прорваться — шансов никаких.

— Обойти?

— И справа, и слева открытая местность. Покрошат с воздуха как бифинийских кордов.

Восемь пар глаз смотрели на мастер-сержанта с немым вопросом, мол, и что, командир, хочешь сказать что все, пришло наше время?

Не буду говорить за всех, но я в тот момент не испытывал ни отчаяния, ни страха. Состояние, в котором находился, по-русски называется: "все по барабану". Это даже хорошо, что не надо больше никуда бежать, надоело…

— Что будем делать? — озвучил общий вопрос Уиллис.

— Выход только один — прорываться назад, — оттянув вниз бронник, Ратт распахнул шире ворот комбеза. — Группу преследования сегодня тоже усилили, и они теперь идут широкой цепью. Но вряд ли ждут, что мы вдруг начнем прорываться в их сторону, а потому, здесь шансов больше.

— В прорыв пойдем перед рассветом? — спросил Курт.

— Нет. До темноты еще два часа. За это время они подопрут нас вплотную к встречающим. Идем прямо сейчас, — Ратт глубоко вдохнул и с резким выдохом поднялся на ноги. — Сейчас бегом возвращаемся к кустарнику, что растет вдоль ручья, и устанавливаем "сюрпризы". Обычные не пойдут, они их практически все вычисляют, да и нам самим потом там же спешно прорываться. Поэтому, будем ставить "снайперские". Уиллис, Фаттахов, Ламбер со мной за снайперов. Каждому по два "сюрприза". После взрывов всем на прорыв. Вперед!

Для обычной растяжки банка гранаты надевалась на воткнутый в грунт сучок подходящего диаметра так, чтобы тот давил на кнопку запала, после чего к ней привязывалась леска, или прочная нить, протягиваемая через тропу. Теперь, для освобождения запала, парням предстояло сбивать гранаты метким выстрелом в тот момент, когда преследователи окажутся в зоне поражения осколками. Потому мастер-сержант отобрал тех, кто показал лучшие результаты при ознакомлении с местным оружием.

Вновь перейдя речушку, в которой четверть часа назад наполняли фляжки, залегли в прибрежном кустарнике. Ратт и трое стрелков двинулись дальше. Установив по паре "сюрпризов", они вернулись к нам и залегли, наводя прицелы на свои мишени.

— Алекс, — вполголоса позвал Геркулес.

— Чего тебе? — отозвался Логрэй.

— Спроси у Феликса о чем-нибудь интересном. А то скучно что-то.

— Сейчас желтоглазые друзья придут, — ответил за Логрэя Курт, — скуку сразу как ветром сдует. И будешь ты, Геркулес, веселиться как песчаный смумр, попавший на нудистский пляж Талеи.

— А кто такой песчаный смумр? — простодушно вопросил Геркулес.

— Смумр — это такой масусик, пытающийся вырыть норку в песке, — ничуть не задумавшись, ответил балагур.

— А почему он на нудистском пляже веселится? — не унимался заинтересовавшийся вдруг этим экзотическим животным Геркулес.

— А вот ты представь себя на месте смумра. Копаешь ты, значит, норку в песке. Песок, зараза, все осыпается и осыпается. А тут еще самый разгар курортного сезона, и на пляже, где ты пытаешься норку выкопать, полно народа. И ладно бы все лежали спокойно и загорали, а то все ходят и ходят, ходят и ходят, ходят и ходят…

— Фармер, заткнись! — шикнул мастер-сержант, — Внимание! Встречаем гостей.

Из-за деревьев доносились еле слышные голоса. Постепенно они становились все громче и яснее. Преследователи явно привыкли к тому, что мы постоянно улепетываем, потому шли, лопоча что-то на своем абракадабрском языке, ничего не опасаясь, за исключением, разве что, растяжек. Вот между стволами начали мелькать их фигуры.

Лежащие по обе стороны от меня Сол и Халиль прильнули к прицелам.

Я уже отчетливо видел вышагивающего гордой походкой полного аборигена с пистолетом в руке. Вторая рука была заложена за спину. Шагал он походкой крутого парня из глубокой провинции — живот выдается, зад отклячен назад, при каждом шаге нога резко от колена выбрасывается вперед. Ему бы еще вместо пистолета повесить на запястье массивный коммуникатор. Это, вероятно, командир. Справа и слева от него двигались солдаты с карабинами наперевес. Было хорошо заметно, что все их внимание направлено под ноги.

Один из солдат остановился и начал что-то громко говорить, показывая рукой на нечто, находящееся на земле перед ним. В этот момент меня по ушам ударили короткие очереди — это сработали по "сюрпризам" товарищи. Солдат противника разметали грохнувшие практически одновременно взрывы. Через пару секунд взорвалась вторая партия "сюрпризов", "подчищая" брешь для прорыва.

— Вперед! — вскочил Ратт. — Уиллис, держи левый фланг, Ламбер — правый!

В первые секунды после взрывов не последовало никакой реакции со стороны противника, сказался эффект неожиданности, а может, гибель командира. Слышны были только треск сухих веток под нашими ногами, да буханье собственного сердца, отмерявшего ударом каждый шаг. Краем глаза я успел заметить, как Геркулес сдернул с мертвого аборигена ранец. Интересно, что он надеялся там обнаружить? Жратву небось…

И тут разом со всех сторон затрещали выстрелы. Слева от меня стрелял длинными очередями Сол. Я не видел целей, но на всякий случай тоже выстрелил в ту же сторону, мало ли, вдруг повезет, как в первый раз.

Похоже, гранаты очистили сквозной проход через цепь противника, поэтому стрельба раздавалась только с флангов, а по мере нашего продвижения, смещалась за спину. Несколько раз слышался свист пуль, счастливо разминувшихся с моей головой. Где-то за нашими спинами в глубине леса, раздался взрыв. Замечаю бегущих рядом Логрэя и Халиля. Выстрелов больше не слышно. И снова только шум шагов и буханье сердца. Неужто прорвались?

— Кажись вертушка, — прохрипел набегу Логрэй.

И тут же над нами пронеслись сразу три геликоптера. Рокот их винтов стих где-то позади. Значит не по наши души, и это радует.

Еще несколько минут бега вверх по склону отняли последние силы.

— Тормози! — услышал голос мастер-сержанта, когда уже еле перебирал ногами от усталости. — Все ко мне!

Почти ничего не различая из-за заливавшего глаза пота, бреду на голос и, наткнувшись на собравшихся ребят, обессилено опускаюсь на землю. Все. Дальше меня не сдвинуть даже танком. И пусть Ратт пристрелит, а Уиллис заминирует. Все…

По мере того, как восстанавливается дыхание, начинаю различать и окружающий меня мир. Вот рядом, раскинув в стороны руки и ноги, распластался Геркулес. Его грудь вздымается и опускается словно помпа, перекачивающая воздух.

— Эй, мародер, а где твой ранец? — спрашиваю, вспомнив, как он сдирал ранец с убитого. И тут же сам поражаюсь тому, что меня обеспокоил этот вопрос. Я ведь еще минуту назад собирался помирать, и вдруг мне зачем-то понадобилось узнать судьбу какого-то ранца. Похоже, от всех этих перипетий у меня начинает ехать крыша…

Геркулес, глянув на меня, только махнул рукой. Рядом раздалось какое-то кудахтанье. Повернув голову, вижу сидящего Курта, который смеется сквозь тяжелое дыхание. Похоже, не у одного меня проблемы с головой.

— Ты чего кудахчешь, как курица? — спрашиваю его.

— Ха… Да вспомнил, как Геркулес зацепился этим ранцем за сук и буксовал, пытаясь вывернуть с корнями дерево. Ох… Х-ха-кха, — Курт вновь подавился приступом смеха. — Ой, не могу, х-ха… Глаза выпучил от натуги, из пулемета с одной руки лупит и прет, и прет, аж камни из под ног летят, будто осколки от гранаты…

— И что? Выворотил дерево? — спросил тоже хохочущий Феликс.

— Не-а, — Геркулес уже отдышался и мог отвечать самостоятельно. Говорил он как обычно вполне серьезно. — Лямка лопнула. Надо было мне на оба плеча надеть…

Теперь хохотали уже все собравшиеся..

— Это потому, что здесь грунт каменистый, — не унимался Курт. — Был бы чистый чернозем, выворотил бы дерево и пер бы с ним на прицепе.

— Ну да, — вступил в разговор Логрэй. — Он бы им за другие деревья цеплялся. Навалял бы целую просеку.

— Не-а, — снова серьезно возразил Геркулес. — Тогда бы и две лямки не выдержали.

Послышался шум приближающихся геликоптеров.

— По кустам, балаболы! — приказал Ратт, и мы, продолжая хохотать, расползлись с открытого пространства.

Вертушки вновь пронеслись над нами в обратном направлении.

— Все, хватит отдыхать. Пошли! — мастер-сержант вышел из-за дерева, — До темноты еще есть время, надо оторваться подальше. Логрэй, твой правый фланг. Фармер — левый. Уиллис — замыкающим.

— А где Лем? — я только сейчас сообразил, что не вижу Ламбера.

— Там остался, — мотнул головой в обратном направлении Халиль. — Ему в живот попало. Я потом взрыв слышал. Наверное, это он себя подорвал.

От недавнего веселья не осталось и следа. Еще один товарищ погиб в этих чертовых горах. Кто следующий?

Далее шли молча. Слышалось только учащенное дыхание идущих рядом. Преследователи почему-то никак себя не проявляли. То ли они сильно отстали, то ли по какой-то причине прекратили погоню.

Утром, еще в сумерках, мастер-сержант напутствовал Уиллиса

— Как услышишь взрывы, веди группу прежним маршрутом. Но внимательно! Я, конечно, уведу преследователей, но мало ли.

— А как же те, которые нас поджидали в засаде, — спросил Сол. — Ты их что, тоже уведешь?

— Думаю, что это за ними и прилетали вертушки. По времени, как раз должно было произойти то, от чего мы их и отвлекали. Если это так, то аборигенам теперь будет не до нас, — Ратт усмехнулся. — Совсем, конечно, про нас не забудут, поэтому расслабляться не стоит.

Я продолжал вслушиваться, надеясь услышать от мастер-сержанта еще какие-нибудь ободряющие подробности, но тот молчал. Повернув голову, увидел, что Уиллис стоит в одиночестве, поправляя клапан на нагрудном кармане бронника.

— Так это что, получается, что мы свою задачу выполнили? — задал я вопрос, обращенный непонятно к кому.

— И можем валить отсюда? — продолжил мой вопрос Курт.

— Черт его знает, — буркнул Сол. — Свалить еще тоже надо ухитриться. Без жратвы и боеприпасов далеко не свалишь.

С едой у нас действительно были проблемы. Мы уже неделю питались исключительно шоколадом, запивая его водой. Может, он и был питательным, но желудки требовали более существенной пищи. К тому же, и плитки шоколада уже почти кончились. Охотиться на какую-нибудь местную дичь, понятное дело, времени не было. Да и не встречали мы тут никакой дичи. Разве что слышали иногда шебуршание в кронах деревьев да видели там какое-то мелькание. Лишь один раз ночью раздался рык неизвестного крупного зверя, но больше он никак себя не проявил.

С боеприпасами дела обстояли не так уж и плохо, если не считать, что почти закончились гранаты, благодаря которым нам и удавалось до сих пор избегать крупных огневых контактов. Лично у меня оставалась лишь одна "банка", но я твердо решил оставить ее для себя. Каждый из нас нес с собой по шесть, а то и по восемь, снаряженных магазинов. А кое у кого еще оставались патроны россыпью в подсумках и карманах.

— Зря это Ратт нам сказал, — печально прогудел Геркулес.

— Что зря? — повернулся я к нему.

— Ну, что мы выполнили задачу.

— Так это не он сказал, а я предположил. А почему зря-то?

— Да потому, что до этого мне все до сраки было… А сейчас выжить хочется. Ведь задача-то выполнена.

— А разве плохо, что выжить хочется? — как никогда серьезно обратился к нему Курт.

— Наверное, хорошо… когда есть шансы, — солдат тяжело вздохнул и, откинувшись спиной на ствол дерева, о чем-то задумался.

Его примеру последовали и другие. Говорить ничего не хотелось. Хотелось просто расслабиться, растянув последние минуты отдыха как можно дольше.

Глухие звуки взрывов мы услышали почти через час. Сперва донесся треск далекой автоматной очереди, а потом один за другим грохнули три взрыва.

— Пошли, — поднялся через несколько секунд Уиллис.

Минут пятнадцать шли вниз по склону, внимательно прислушиваясь. Казалось, редкие выстрелы приближаются, хотя, если они попались на маневр Ратта, то должны были наоборот, удаляться, уводимые им. Однако, очередной выстрел прозвучал уже настолько близко, что не осталось сомнения — мы перли прямо на врага. Более того, судя по приближающемуся шуму и гомону, преследователи не только не ушли в другом направлении, но и сами двигались как раз в нашу сторону. Мы остановились, прячась за стволами.

— Дерьмо! — ругнулся Сол. — Что-то не срослось у Ратта.

— Что будем делать? — спросил я. — Снова драпать вверх по склону?

— Лично я остаюсь здесь, — подал голос Логрэй, опускаясь за валун, похожий на спину двугорбого верблюда, и ставя свой ПТЛМ на сошки между горбов. — Выпишу этим инфекционным пару сотен пилюль от гепатита.

— От какого гепатита? — заинтересовался Геркулес, пристраивая свой пулемет за стволом странного дерева, растущего вдоль земли — темно-коричневый ствол, будто гигантский удав, вился по земле, ощетинившись редкими стрелами веток, тянущимися кверху.

Вслед за ними и мы с Халилем опустились на землю метрах в двух друг от друга по обе стороны какого-то кустарника. Феликс с Куртом пристроились за тем же странным деревом, что и Геркулес. Сол пока стоял, всматриваясь в заросли.

— Это такая болезнь, — меж тем объяснял Геркулесу Логрэй, укладывая подсумок так, чтобы удобно было вынимать магазины, — от которой белки глаз желтеют и крепкие напитки пить нельзя.

— А зрачки тоже от этой болезни сужаются?

Я невольно посмотрел на парня — неужели он и вправду задал этот вопрос на полном серьезе? Должен же быть какой-то предел наивности…

Метрах в двухстах впереди грохнул разрыв гранаты и затрещал автомат, в ответ защелкали одиночные выстрелы из карабинов. Мы прильнули к оружию, стараясь рассмотреть хоть что-то сквозь заросли.

— Парни, — крикнул Сол, приседая за стволом крупного дерева. — Смотрите внимательно! Возможно, из автомата Ратт стреляет. Не завалите его по ошибке.

Он оказался прав, стрелял действительно Ратт. Но сначала на нас выскочили аборигены. Они поднимались по склону, тревожно что-то вереща и постоянно отстреливаясь себе за спину. Я недоуменно глянул на Уиллиса. Тот только пожал плечами.

— А-а, друзья, избавим эту чертову планету от перенаселения! — заорал Курт и его пулемет разразился длинной очередью.

Перенаселение — это дело серьезное, а потому, мы сообща поддержали Фармера. Стрелять перестали только тогда, когда сообразили, что перед нами больше никого нет. Стих хлопок последнего выстрела, и на нас опустилась та самая тишина, которую называют оглушающей. Не слышно было щебетания птиц, не шелестел листвой ветерок, не слышно было даже дыхания, ибо мы затаили его, высматривая меж деревьев противника. Тишина давила на ушные перепонки так, что хотелось заорать, лишь бы нарушить ее.

И тут, из-за одного из кустов раздалось плачущее лопотание. Семь стволов одновременно повернулись в ту сторону, и мы вновь замерли в ожидании прояснения ситуации.

Вот из кустов прикладом вверх поднимается карабин и отлетает в сторону. Затем, продолжая вещать что-то на своем языке, с поднятыми кверху руками появляется тощий абориген. Выйдя на открытое пространство, он опускается на колени и смотрит в нашу сторону полными слез глазами.

Автоматная очередь, перечеркнув грудь бедолаги, отбросила его обратно в кусты.

— А на кой черт нам пленные? — предупреждает лишние вопросы, оказавшийся за нашими спинами мастер-сержант. — Сегура, тебе пленные нужны?

— Нет, — мотает головой Геркулес.

— Я так и подумал.

— Что это вообще такое было, и откуда ты появился? — задал мастер-сержанту сразу два вопроса Сол.

— Я сам ничего не понял. Давай, выползайте из своих гнезд и пошли. И этих проверить надо, чтобы кто не стрельнул в спину, — Ратт кивнул в сторону трупов лежащих в разных позах по склону перед нами.

— Может, у них какая жрачка есть? — предположил Геркулес.

— Жратва есть, но не здесь, — ответил мастер-сержант. — Если не хотите, чтобы ее растянуло зверье, поторапливайтесь.

Минут двадцать споро двигали вниз. Кроме тех аборигенов, которых мы положили без счета из засады, по пути наткнулись еще на несколько трупов. Это уже, вероятно, была работа командира. Наконец вышли на утоптанную поляну с выложенным из камней очагом посередине. Видно было, что покидали ее в спешке, или даже в панике. Повсюду разбросаны различные предметы, какие-то тряпки, ранцы, каски и даже обмундирование. Около десятка трупов разнообразили композицию.

— Что здесь произошло? — изрекаю, глядя на два окровавленных тела, лежащих у развороченного ящика с антенной, вероятно рации.

— О-па, а это съедобно? — Курт держал в руках нечто напоминающее большой голубец. Перед ним, на расстеленном на земле зеленом полотне, лежала целая гора этих "голубцов".

— Ш-шьедобна-ам, — Геркулес ухитрился целиком засунуть в рот этот образец инопланетной кухни и теперь пытался запихать туда еще и кусок лепешки, которую обнаружил в валявшемся рядом ранце.

Внутри у "голубцов" оказалось нечто вроде вареного риса, однако без малейших признаков мяса. Листья, в которые он был завернут, показались мне слегка жестковаты, но вполне съедобны.

Пока мы с усердием наворачивали кулинарные изделия братьев по разуму, мастер-сержант поведал о том, что здесь произошло. Он подобрался к лагерю противника, когда в лесу еще царили утренние сумерки. Никакого охранения не обнаружил — вероятно, никто не ожидал нападения. Если бы Ратт как обычно пошумел в кустах, да стрельнул парой очередей, то, скорее всего, все и пошло бы по плану — аборигены кинулись за ним, освобождая нам проход, а мы тихонечко проскользнули вниз своей дорогой. Но, очень уж близко подобрался мастер-сержант к поляне, буквально забитой солдатами противника, чтобы избежать соблазна закинуть им несколько осколочных "подарочков". А потому, прострелив очередью замеченную рацию, он швырнул в ту же сторону гранату, а затем одну за другой еще пару штук в разные концы поляны. Сам тут же откатился за деревья и приготовился указывать одиночными выстрелами направление преследователям, если те вдруг заплутают. Каково же было его удивление, когда уцелевшие после взрывов всем скопом понеслись вверх по склону, стреляя в панике во все стороны. Ратт видел, что они несутся прямо на нас, но ничего не мог сделать. Он двинулся следом сперва осторожно, а потом почти в открытую, стреляя по убегающим от него аборигенам. Те отстреливались практически не глядя и продолжали двигаться нам навстречу. Когда убегающие начали падать под слитными очередями, мастер-сержант сообразил, что их встреча с нами состоялась и, чтобы самому не напороться на нашу очередь, двинулся в обход. Выйдя к нам в тыл, он понял, что с убегающими преследователями покончено, и лично поставил в этом деле точку, расстреляв последнего из них, пытавшегося сдаться в плен. Вот так, неожиданно для самих себя, охотники и дичь поменялись местами. Некоторое время, набивая желудки трофейной снедью, мы переваривали эту новость.

— Чего ж мы раньше-то от них убегали? — первым подал голос Геркулес.

— Тук-тук, — Курт постучал по прикладу своего пулемета. — Геркулес, сходи, открой, кто-то пришел.

— Получается, что мы теперь можем двигаться свободно? — обратился к командиру Логрэй.

— Некоторое время, вероятно, да, — ответил тот. — По крайней мере, до тех пор, пока их командование не обнаружит пропажу своих. Но, будем надеяться, что им там пока не до нас.

— Значит все? — решил я уточнить на всякий случай. — Рвем когти домой?

Ратт посмотрел на меня с каким-то странным выражением и чему-то ухмыльнулся, прищурив правый глаз. И что-то очень мне не понравилось в этой ухмылке…

— Рвем, — наконец кивнул он. — Только рвать нам еще ой как не близко.

— Ничего. Главное, что домой, — Уиллис отнял у Геркулеса ранец с лепешками и стал укладывать в него оставшиеся "голубцы".


Глава — 6 | Обреченный взвод [СИ] | Глава — 8