home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Открытие, продолжение

В зале жарко, воздух спертый. Жалит горло, словно крапива. Или щекочет, как перья. В любом случае ей очень трудно дышать. Нет, воздух тут ни при чем, это пряжа обвилась вокруг шеи — дети здесь, они нашлись — бродили где-то в лесу, их заперли в очередном старом замке, такая радость, они скачут вокруг матери, концептуалистки, с клубком пряжи, который где-то нашли, и совсем не понимают, никто не понимает, как туго петли стягивают горло. Если только это не братья, которые наконец-то пришли, наконец-то благодарят ее, все шестеро, оторвавшись от своих барбекю, разбойничьих логов, онлайн-покера с высокими ставками, от своих замков, своих принцесс — конечно, их привел самый младший, инвалид. Как только у концептуалистки подкашиваются ноги, они клювами рвут нити на горле, обмахивают ее огромными крыльями, поднимают с пола красными, очень красными лапами и вяжут сеть — они тоже умеют вязать, получается сеть из крапивы, братья берут ее клювами за края и поднимают концептуалистку в небо, огромные крылья плещут вокруг, вот она уже высоко над городом, и прямо перед ней вздымается стеклянная гора…

Или ее приводит в чувство тот парень на курьих ногах — сапоги он скинул, так свободнее, — и женщина с серебряными руками обмахивает ей лицо одной из ее же рубашек. Что случилось? Должно быть, оскользнулась на стеклянной горе и упала. К счастью, у нее осталась салфетка с куриными косточками, концептуалистка вставляет одну в трещину на стекле, пробует, выдержит ли косточка ее вес, и взбирается выше. Вперед! Выше и выше в вихрь неба, взгляд прикован к вершине, лишь колени чуть заметно дрожат. Она уже почти у вершины. Еще шаг — и она сможет… но салфетка пуста. Концептуалистка отрубает — но чем? — нет, откусывает — себе мизинец. Наступая на него, взбирается на вершину.

Там огромная арка и дверь. Запертая, конечно, но сойдет и куриная косточка вместо ключа.

Концептуалистка аккуратно разворачивает заляпанную салфетку. Там ничего нет!

А в галерею заходят шестеро грабителей. Всем понятно, что это грабители, — на них черные маски и черные накидки. Они маленького роста — дети или гномы. Все похожи как две капли воды, кроме последнего, шестого. У него из-под накидки, там, где должна быть левая рука, торчит что-то большое и белое, почти подметая пол. Мягкое и белое.

Они даже не смотрят на кошельки, часы, кольца, мобильники, которые посетители побросали на пол, не дожидаясь их приказаний, они идут прямо к стене с экспонатами и надевают рубашечки — так спокойно и буднично, как люди одеваются по утрам. Каждому как раз по рубашке. Само собой, грабитель с белой штуковиной под накидкой — ладно, крылом — выбирает рубашку без левого рукава. Идет прямо к ней, будто знал, что она тут его ждет. Может, и впрямь знал, может, разведал заранее. Он снимает с морочного крюка эту бракованную рубашку и пристраивается за братьями, которые уже гуськом выходят. Концептуалистка бросается было вслед, но кто-то крепко держит ее за руку — агентесса. За дверью какая-то возня, толкотня и суматоха — мелькают края накидок, рубашек, летят перья. Слышится громкий гогот. Концептуалистка встает на цыпочки, и ее перьевое боа колышется на сквозняке от закрывающейся двери.


Рецензии о концептуалистке | Мать извела меня, папа сожрал меня. Сказки на новый лад | Вариации