home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



XIX

Увидев Маклейна, лейтенант Фурньер нахмурился.

— Что тебе нужно? — спросил он молодого полицейского.

— Получен акт вскрытия тела.

— Ну и что?

— Как мы и предполагали, смерть наступила в половине восьмого.

— Ты думал, что это доставит мне удовольствие?

— Возможно. Он был застрелен из пистолета сорок пятого калибра. Вы оказались правы.

— Помнишь, как пуля разворотила ему грудь?

— Да, сэр.

— Если когда-нибудь еще увидишь такую рану — знай, что это сорок пятый калибр.

— Ясно, сэр.

— Список служащих готов?

— Нет еще, сэр, там оказалось очень много служащих. Но я просмотрел последние рапорты о грабежах и подумал, что «Пантеры»… Был совершен налет на продуктовую лавку. И еще на винный магазин…

— Ну и что с того? Десятки продуктовых и винных лавок в городе подвергаются ограблению ежедневно.

— Это так, но тут действовали молодые ребята. В обоих случаях. В продуктовой лавке они избили хозяина и, кроме денег, захватили пиво и холодные закуски.

— Решили, верно, попировать.

— Вот и я так подумал, — с готовностью подхватил Маклейн. — И оба раза налетчиков ждало такси.

— Ну и что?

— А то, что, по-видимому, это одни и те же молодчики, и мне кажется, что это «Пантеры». Похоже на них. Избить старика…

— Но при чем тут наше дело?

— А при том, что это они убили Саччини. Грабеж с насилием — это их почерк.

— Послушай, парень, я не хочу гасить твой энтузиазм, но в Варвик-билдинг проникли не молокососы, а профессионал, настоящий, квалифицированный профессионал.

— Полностью согласен с вами. Но, послушайте, лейтенант, а что, если в здание проник профессионал — предположим, брат Голливуда Дика, — а «Пантеры», заранее зная о готовящемся ограблении, тоже проникли туда после того, как тот ушел? Они сочли, что им ничего не грозит, и решили забрать то, что осталось после брата Голливуда Дика. А тут неожиданно появляется Саччини и…

— Бах! — подхватил лейтенант. — Юнец вытаскивает револьвер сорок пятого калибра, выданный ему во время второй мировой войны на фронте, и наповал убивает старика. Ну, скажи мне, откуда подросток мог достать револьвер сорок пятого калибра? Другого — пожалуйста, но сорок пятого… Объясни мне это.

— Вы недооцениваете этих ребят, лейтенант. Вы не знаете, какая теперь молодежь. Они могут заполучить любое оружие. Украсть у кого-нибудь или купить у того, кто привез такой револьвер с войны…

Фурньер перебил его.

— Нет, нет, нет! Все это чушь — вскричал он и тут же, осекшись, положил руку на плечо молодого человека. — Извини, я не хотел тебя обидеть. Я знаю, что ты смышленый парень. Но ты слишком горячий. У тебя масса хороших идей, но ты должен научиться размышлять. Думать перед тем, как раскроешь рот.

— Да, сэр.

Телефон на столе издал короткий звонок. Фурньер поднял трубку. Звонил дежурный сержант.

— Капитан О'Рейли пошел к вам наверх, сэр. Он сильно не в духе.

— Он всегда не в духе, когда приходит сюда. Спасибо за предупреждение. — Фурньер положил трубку и обернулся к Маклейну. — Тебе лучше уйти, парень. Капитан О'Рейли идет сюда с последними вестями от комиссара, и, если он застанет тебя здесь, тебе не миновать его черных списков.

— Из-за дела Саччини?

— Вот именно.

— Черт возьми, лейтенант, но ведь не ваша вина, что его убили!

— О'Рейли не желает ничего знать. Ему важно получить результаты. Комиссар хочет того же. Так же, как и демократическая партия, долгие ей лета власти… Поэтому тебе лучше уйти отсюда.

— Нет, я останусь. Я хочу посмотреть, на кого он сегодня похож.

— Твое любопытство приведет к тому, что ты еще по крайней мере три года будешь ждать повышения.

— Ничего не могу поделать, лейтенант, я исполняю свой долг, точно так же, как и вы. Нам нечего стыдиться.

— Ты был когда-нибудь бойскаутом, Маклейн?

— Да, сэр. А сейчас я скаут-мастер.

Их беседу прервало нарочитое покашливание.

— Ну, Фурньер, что скажете?

Оба полицейских обернулись и увидели в дверях пожилого человека, чисто выбритого и тщательно одетого.

— Хелло, О'Рейли, — сказал Фурньер, кладя ноги на стол.

— Каковы последние указания Де Сапио?

— Он вышел в отставку.

— Но вы все еще на месте.

— Совершенно, верно, старина, я все еще на месте, — О'Рейли протянул руку, и Фурньер пожал ее. — Я хотел поговорить с вами. — О'Рейли кивнул в сторону Маклейна.

— А это кто?

— Один из моих лучших людей — сержант Маклейн, бакалавр наук, скаут-мастер.

— Приятно слышать. Мы нуждаемся в таких людях.

— А не в таких старых чурбанах, как мы, — сказал Фурньер.

— Совершенно верно, не в таких старых чурбанах, как мы.

— Что ж, не думаю, что вы спустились сюда из ваших заоблачных высот только для того, чтобы справиться о моем здоровье.

— Угадали, — ответил О'Рейли, придвигая стул. — Не возражаете, если я сяду?

— Будьте как дома.

— Спасибо. Итак, дружище, — начал О'Рейли, — похоже, что на нас навалились неприятности…

— Да?

— Из-за этого старика, убитого по соседству.

— У него неприятности посерьезнее, — сказал Фурньер.

— Что вы имеете в виду? — спросил О'Рейли.

— Он мертв.

— Сейчас не время для острот. Завтра «Тайм» публикует передовую, посвященную этому. В редакции газет полились потоки писем от читателей. Дела обстоят неважно. Люди с радио и телевидения делают все, что в их силах, чтобы затушить пожар, но убийство совершено рядом с полицейским участком, и они должны будут упомянуть об этом.

— Ну и пусть.

— Послушайте, Фурньер, меня возмущает ваше спокойствие. Я делаю все, чтобы защитить вас…

— Бьюсь об заклад, что это так.

— Будьте вы прокляты! — О'Рейли ударил по столу. — Хотя бы выказали малейшую благодарность за то, что я для вас делаю…

— Давайте вернемся на землю, — усмехнулся Фурньер. — Что вам нужно?

— Комиссар желает, чтобы преступник был обнаружен.

— Я тоже.

— Кого вы хотели обмануть, арестовав на улице ни в чем не повинного парня?

— Никого. Он каким-то образом связан с этим делом, вот и все. Не знаю еще как, но…

— Но ведь убийство совершил не он!

— Нет, по крайней мере, я не думаю, чтобы это был он, но он может привести меня к тому, кто проник в здание.

— А вы знаете, кто это?

— Да, брат Голливуда Дика.

— Боже мой, что еще за брат Голливуда Дика, черт бы его побрал? И почему вы не схватите этого Голливуда Дика и не допытаетесь, где его брат?

— Это я и хочу сделать. Но сперва я должен узнать у задержанного парня, где мне найти Голливуда Дика, только ничего не могу с ним поделать — он как воды в рот набрал. Я не знаю, где эту шайку искать, а так как им, по-видимому, стало известно, что мы напали на след, — кто-то пустил, наверное, слух об этом, — то они попрятались. Задержанный Сид Боард боится, что его убьют, если он раскроет нам их местопребывание.

— Боже мой, куда идет Нью-Йорк?! — всплеснул руками капитан О'Рейли.

— Я пошлю запрос нашему конгрессмену, — с издевкой произнес Фурньер.

— И вы уверены, что это брат Голливуда Дика убил сторожа?

— Нет, не уверен, но надеюсь кое-что узнать, когда наложу на него лапу.

— А что, если вы не узнаете, кто совершил убийство?

— Тогда за убийцу сойдет и брат Голливуда Дика.

О'Рейли поднялся с места.

— Хорошо, но вы должны поймать этого парня. Кто-то должен испечься на электрическом стуле. Больше я не желаю слышать об этом деле.

— Не беспокойтесь, О'Рейли. Все будет в порядке.

— Об этом беспокоятся все. А что касается вас, то вы должны беспокоиться больше кого-либо другого, потому что комиссар сказал, что, если убийца не будет найден, — вас уволят.

— Что ж, — пожал плечами Фурньер.

— А то, старина, что это огорчит меня. Я пытался сделать для вас все, что в моих силах…

— Да..

— Во всяком случае, мы верим, что так или иначе вы завершите это дело к общему благополучию.

— Да, — сказал Фурньер, — оно будет завершено так или иначе. Можете передать это комиссару от моего имени.

— Еще один вопрос, — хотите, чтобы кто-нибудь взялся за это дело вместо вас?

— А разве вы знаете кого-нибудь, кто хочет стать на мое место?

— Нет.

— Тогда нечего морочить мне голову.


XVIII | Похищение норки | cледующая глава