home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



12

Крессида ничего не видела в темноте. Она судорожно пыталась нащупать выключатель, но не находила его.

— Что вы тут делаете без света? — спросила она с подозрением. — Почему не ответили, когда я стучала?

— Я не слышал, что вы стучали. Я спал.

— Спали? — В ее голосе послышалась насмешка. Пока кто-то попытался убить вашу кошку, вы спали.

— Мимозу? Какой дьявол сделал это? Не подходите ко мне, у меня грипп. Быстро зажгите свет и дайте мне посмотреть на мою бедняжку.

Крессида наконец нащупала выключатель, и свет заполнил знакомую длинную, с низким потолком комнату. На диване сидел разгневанный молодой человек с взъерошенными волосами и щурился от яркого света.

— Теперь она уже в порядке, — проворчала Крессида. — Даусон что-то дал ей. Должна сказать, Даусон очень умный, несмотря на то, что выглядит придурковато…

— Возможно, ему нравится вводить людей в заблуждение, — буркнул Джереми. — Положите Мимозу сюда. Где вы ее нашли? Я же сказал, не подходите близко, я болен. — Джереми с беспокойством стал обследовать кошку. Животное гневно протестовало и вырывалось из его рук. — Кажется, она в порядке, хотя немного ослабла. — В его голосе послышалось облегчение. — Ну, что вы молчите? Говорите, что произошло?

Крессида сбивчиво рассказала о последних событиях.

— Интересно, я должен подумать, — задумчиво сказал Джереми.

— Простите, вы больны.

— Не в этом дело. Глупо умереть от гриппа, но я сделал все, чтобы подняться, поскольку…

— Вы как Том, — перебила Крессида. — Он тоже всегда думает, что умрет, когда болеет.

— Не сравнивайте меня с Томом, — раздраженно заявил Джереми. — Я не намерен походить на него ни в малейшей степени. И положите руку мне на лоб. — Он со стоном отвернулся, когда девушка прикоснулась к его лбу.

Крессида насмешливо улыбнулась:

— По-моему, вы чувствуете себя лучше. Почему же утверждаете, что больны?

— Не скажу. С вами слишком много сложностей. Посмотрите на себя! Вы слышите шаги, преследующие вас, вас запирают в комнате, присылают записки с пророчествами о смерти, вам мерещатся отравители…

— Мерещатся?! — возмутилась Крессида, — И вы это говорите, когда я спасла жизнь вашей кошке?!

— Ей девять лет. — Джереми, казалось, перестал беспокоиться о Мимозе. — Думаю, она схватила где-нибудь кусок испорченной рыбы. Ужасная обжора.

— Тогда как она попала в мою комнату?

— Вы сказали, что окно было открыто, не так ли?

— Но я отлично помню, что закрыла его перед уходом.

— Вам нравится перечить мне, видимо, натура у вас такая.

— У меня добрая натура, — улыбнулась Крессида. Хотите, я приготовлю вам что-нибудь поесть. Вы ведь очень голодны?

— Не настолько, чтобы есть вашу стряпню.

— Не спешите с выводами, — добродушно сказала Крессида. — Я приготовлю вам питательное блюдо, которое любит Том.

— Я не хочу ничего, что любит Том! Я хочу только, чтобы вы ушли из комнаты вместе с вашими выдуманными мелодрамами и идиотской преданностью Тому! Вы надоели мне со своими страданиями. Почему вы не уедете домой к своему драгоценному жениху?

— Но, Джереми…

— Никаких «но». Поезжайте домой к Тому, где вы будете в безопасности…

— В безопасности? — повторила Крессида.

— Да вы же ворошите палкой осиное гнездо, неужели вы этого не понимаете? — Казалось, Джереми вот-вот сорвется на крик. — Интересуетесь, умерла девушка или нет, есть ли у нее могила!

— Но я нашла одну могилу, — с гордостью сообщила Крессида. — Могилу Ларри, мужа Люси. И если искать записи о смерти, надо смотреть на букву М, потому что, когда Люси умерла, ее фамилия была Мередит. — Джереми смотрел на нее во все глаза. Крессиде даже показалось, что с восхищением. — Я не могу понять, почему Арабиа не хочет говорить об этом. Она вдруг решила вырвать дочь из памяти, словно ее никогда не существовало. И даже хочет замуровать ее комнату.

— Почему?

— Думаю, потому, что я нашла там больше, чем Арабиа хотела. К примеру, Люси ждала ребенка, который так и не родился. Ох, все это раздирает душу. Я была бы рада помочь ей попытаться забыть эту историю.

— Но могилы Люси все еще нет. — Джереми больше говорил с собой, чем с Крессидой. — Пока не…

— Пока не… — что?

— Пока не нашли ее в этом доме.

Крессида медленно осела на ковер.

— Что вы имеете в виду? — Ее голос дрожал от ужаса. Джереми уже пожалел о сказанном, но повторил тихо:

— Заразился от вас мистикой.

— Вы не представляете, как ужасно было сегодня на кладбище. Густой туман и только несколько слов на памятнике Ларри — «Любимому сыну», никакого упоминания о жене. Но он, должно быть, любил Люси. Об этом свидетельствуют наполненные радостью строки ее дневника — о Ларри, цветах, танцах… Но на памятнике нет упоминаний о былом счастье. Крессида заплакала, слезы ручьями текли по щекам.

— Странно, почему вы притягиваете меня, — проворчал Джереми. Он протянул руку, словно хотел погладить Крессиду по голове, но, устыдившись своего порыва, отдернул ее. — Простите, я сегодня в паршивом настроении. Завтра мне будет лучше.

— Не… убирайте руку.

— Если вы воображаете, что перед вами Том, то…

— Перестаньте, Джереми, я вовсе не притворяюсь. Арабиа замурует ту комнату, словно наконец заколотит гроб… Где последний рисунок для комикса с изображением Мимозы? Ради Бога, утешьте меня. Он здесь, на мольберте?

Но на мольберте девушка увидела собственный, наполовину законченный портрет.

— Вы мне польстили, я здесь похожа на сказочную принцессу, — вырвалось у нее.

— Вы всегда такая, — улыбнулся Джереми. — Здесь вы не принадлежите ни Люси, ни Тому, а только мне. Но вы не слышите меня. Вас волнуют другие голоса…

Онемевшая Крессида с изумлением смотрела на Джереми. Молодой человек нетерпеливо махнул рукой.

— Забудьте об этом. Я болен и брежу. Пожалуй, принесите мне что-нибудь поесть, пока я не умер.

— Омлет? — Крессида сияла счастьем. — Говорят, я готовлю очень вкусные омлеты.

— Советую вам завтра рассказать Арабии обо всем, что с вами произошло после вашего новоселья.

— Но если это она шутила столь оригинально? Она человек с очень странными представлениями о юморе. Джереми, это может смутить ее…

— Смутит или нет, расскажите. Завтра. И завтра же напомните мне купить вам красные розы.

— Красные розы?!

— Для иллюстрации романа, я же вам говорил. Я хочу, чтобы вы держали их в руках. Не смотрите на меня как затравленный зверек. Вы будете позировать мне?

— Том сказал, что я должна получить гонорар. — Она сказала первое, что пришло в голову, пытаясь скрыть свой страх.

— Я буду платить вам гонорар, который получают натурщицы, и Том пересчитает все суммы и заполнит ведомость, а потом вы оба здорово повеселитесь, истратив деньги…



предыдущая глава | Жемчужная нить | cледующая глава