home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 3

  Кто такие Корн? О! Корн это и не раса даже, это самая настоящая стихия - первозданная и яростная в своём великолепии. Они напоминают древних викингов, без разговоров бросающихся в драку, лишь завидя чужака. На самом деле им и повод то не особо нужен, если хочется почесать кулаки (это к слову, какие кулаки у членистоногих). Единственное отличие от предков - космические корабли и плазменное вооружение, в остальном их поведение вполне соответствует привычкам каких-нибудь викингов.

  Заставить корн уважать себя можно только в случае успешного выполнения одной нехитрой процедуры - хорошенько набить им морду. Желательно совершить это в открытом бою, сойдясь с плазменными кораблями этой расы лицом к лицу.

  Впрочем, свойственная корн некоторая прямолинейность не должна вас обманывать. Раса эта древняя, насчитывающая десятки тысяч лет документированной истории. Корн вполне могут быть хитрыми, изворотливыми, умеют лгать, и при любых обстоятельствах они чрезвычайно опасны.

  Первое же знакомство людей с корн переросло в войну. На деле, 'война' слишком громко сказано, но конфликт со столь любимой флотскими адмиралами космической пальбой имел место.

  Дело было так. Семьдесят два года назад мирный и никого не трогавший исследовательский крейсер 'Скарабей' проводил рутинную астрографическую съёмку в звёздной системе, расположенной в трёх шагах от Палмы. Что-то донельзя интересное обнаружили там автоматические исследовательские зонды, настолько значимое, что стоило экспедиции.

  Корабль как раз подлетал ко второй планете системы, показавшейся капитану весьма привлекательной как по причине отсутствия агрессивной атмосферы, так и в связи с обнаружением на поверхности крупных залежей трансурановых элементов, которые всегда в хозяйстве пригодятся.

  Безжизненный шар красно-голубой планеты уже был достаточно близко, чтобы рассмотреть его в оптику. Но этого не требовалось, поскольку выведенные на орбиту четыре спутника крутились на границе атмосферы, производя гравитационное сканирование, интерпретируемое корабельным компьютером в подробную карту поверхности.

  Температура на нулевой отметке выше двухсот градусов, мутная атмосфера состоит в основном из углекислого газа, азота и плотного водяного пара - испарившейся с поверхности воды. Но подобные условия являются чуть ли не идеальными для начала планетарного преобразования. Как это будет?

  Восемь станций класса 'Преобразователь' зависнут на орбите, и силовой зонтик невидимой стеной преградит путь свету местного солнца. Девяносто процентов излучения не достигнет поверхности, на которой наступит непроглядная ночь.

  Спустя два-три месяца атмосферная влага выпадет чудовищными грозовыми ливнями, которые более полугода будут терзать лиловые скалы оживающей планеты. Воздух очистится, став кристально прозрачным. Снося всё на своём пути, по вновь сформированным руслам устремятся пенные потоки, наполняя животворной влагой низины. Уже сейчас компьютер на основании анализа массы атмосфер давал прогноз на как минимум трёхкилометровой глубины океан и два огромных континента.

  Через год в атмосферу будут сброшены капсулы искусственно созданных спор, которые начнут бурно размножаться, поглощая углекислый газ и азот, покрывая поверхность метровым слоем биоорганики, очищая океан и воздух от опасных примесей.

  Спустя четыре года, когда окончится жизненный цикл первичной схемы биотрансформации, планетарные челноки с высоты километра засеют всю поверхность круглолистным папоротником с Морга, который размножится и за три коротких сезона из непригодной для дыхания атмосферы будет создан настоящий рай на земле.

  Папоротник будет уничтожен специально для этих целей выведенной бактерией, а ещё через год на перегнивший компост специалисты экологического управления начнут высаживать травы, засеивая поля и океаны.

  Десять коротких лет и первые колонисты смогут ступить на эту Терра-Нову, прекрасную в своей первозданной чистоте. У влюблённых нового мира будет даже своя луна, уютно укутывающая их нежно-зелёным сиянием.

  Пройдёт ещё пятьдесят лет и могучие леса зашумят там, где совсем недавно бескрайним одеялом лежали безжизненные пустыни, по которым смертельный ветер носил лишь фиолетовый песок.

  Но пока это были только мечты. Реальность же в очередной раз доказала, что человек может лишь предполагать, но истинным властелином мира является судьба.

  В момент приближения к спутнику планеты, из-за его горизонта вынырнул довольно крупный космический объект, напоминавший по виду тугой огненный шар. Температура на его поверхности зашкаливала за сотни тысяч градусов и поначалу экипаж никак не мог классифицировать гостя - то ли это искусственное солнце, то ли корабль, а быть может естественный феномен, чего не случается в далёком космосе. Все сомнения отпали, когда подойдя чуть ближе, незнакомец без особых раздумий плюнул плазменным сгустком в крейсер и тотчас устремился в лобовую атаку.

  Ну да наши тоже не лыком шиты. Откуда Корнам было знать, что протокол космофлота, регулирующий правила работы в неизученном пространстве, создавался группой параноиков-профессионалов и всего скорее процесс написания сего жизнеутверждающего труда проходил при изрядном потреблении мозговых стимуляторов.

  Согласно предписаниям, все работы в свободном поиске должны выполняться в состоянии полной боевой готовности. На практике это оказалось очень верным решением, спасшим не одну человеческую жизнь во время экспедиций к далёким звёздам. Но, святые, как муторно было следовать всем этим ненужным на первый взгляд пунктам, вы даже не представляете. Поэтому, пока не случалось нечто экстраординарное, а оно случалось в одном из тысячи вылетов, все проклинали чёртовых бюрократов. Но не в тот раз.

  Согласно тому же протоколу, корабли дальнего поиска оснащались самыми совершенными, зачастую экспериментальными системами вооружения, в результате представляя из себя квинтэссенцию технологического развития кораблей боевого флота. Применение оружия так же оговаривалось, и главным его условием было обеспечение безопасности экипажа, а потом уже шли все пункты про мир, дружбу и инопланетян.

  Именно поэтому первый, самый неожиданный залп противника был мгновенно отслежен и нейтрализован операторами противоракетной обороны. А спустя пятнадцать секунд, необходимых для наведения на цель уже готовых к стрельбе установок, боевые рубки в свою очередь осчастливили агрессивную мишень массированным ракетным пуском.

  Как показала практика, прямая ракетная атака оказалась относительно неэффективным средством воздействия на системы защиты корн, корабли которых были окружены высокотемпературным плазменным полем, заключенным в вихрях гравитационных коконов. Атакующие заряды попросту сгорали, не успевая достичь зоны эффективного подрыва, ну а если взрывались дальше, чем в километре от внешней поверхности экранов, то ядерный шквал бессильно обтекал сияющую защиту. Конусные заряды, к сожалению, в тот период развития людям известны не были.

  Следующая атака противника была осуществлена уже роем высокотемпературной плазмы. На этот раз часть из сгустков, прорвавшихся через систему защиты крейсера, чуть не пробили гравимагнитный щит 'Скарабея', начисто проигнорировав огонь фотонных концентраторов, составлявших в то время основную деталь противоракетной обороны. А вот гравитационные ускорители, грассы, названные так по аналогии с давно устаревшие гаусс орудиями, пришлись как нельзя кстати, эффективно уничтожая любые атаки противника металлопластовыми шариками, разогнанными до девятисот километров в секунду.

  На второй минуте боя ангары выплюнули эскадрилью штурмовиков, что стало неожиданностью для корн, не имевших на тот момент представления о концепции малых боевых судов.

  Пока неожиданный враг ломал голову, что делать с вьющейся вокруг него мошкарой, операторы орудий приноровились к манере боя противника, сбивая неуправляемые заряды очередями из грассов, и лёгкими ракетами уничтожая самонаводящиеся плазменные шары, медленно летевшие в сторону крейсера. Защита так же подстроилась под заряды корн, став гораздо устойчивее против высокотемпературных плазменных атак. Боевые посты даже успевали контратаковать, и нужно сказать не без успеха.

   'Скарабей', в долгу не остался, существенно потрепав чужаков каскадным подрывом боеголовок, позже вошедшим во все учебники, как 'атака Крафта'. Кроме того, в результате налёта эскадрильи штурмовиков была выведена из строя часть двигательной системы крейсера корн, что и дало шанс на спасение земного корабля.

  Через шесть минут после начала столкновения, а это очень долгий срок для скоротечного космического боя, были исчерпаны средства ПРО. Получив несколько чувствительных попаданий, командир 'Скарабея' отдал приказ к отступлению и за мудрость принятого решения позже был представлен к награде.

  Многие аналитики уже потом сделали вывод о возможности окончательной победы путём применения специальных схем атаки, более эффективного управления эскадрильей штурмовиков, а некоторые гении всерьёз рассматривали возможность проведения десантной операции. Я вообще аналитиков не люблю, на мой взгляд, корнем этого слова является как раз первый четыре буквы. Многие из этих теоретиков космос видели на картинках и как можно вообще судить в тиши кабинета о смертельной схватке в глубине космоса, схватке с равным по силам противником, способным угрожать всему человечеству. Правильно всё сделал капитан, честь ему и хвала за это.

  К сожалению, люди не обладали в то далёкое время информацией о реальной скорости перемещения корн в гипере и совершенстве их технологий, иначе попытались бы скрыться несколькими прыжками. В любом случае, идти напрямую к Палме было ошибкой.

  Повреждённый крейсер только успел добрать до орбитальной ремонтной базы и сообщить о произошедшем инциденте, как спустя всего несколько часов боевой линкор объединения корн вышел в трёх астрономических единицах от орбиты главной планеты демократического союза.

  Спасло людей только одно: противнику не была известна технология поля Вилларда. История создания этого, одного из важнейших секретов человеческой расы, демонстрирует, что и в науке очень многое зависит от элементарной удачи.

  Почти сто лет назад Гейн Виллард при исследовании резонанса частот гравитационных и статических полей наблюдал очень интересный эффект: возникавшее в результате взаимодействия нескольких полевых структур поле полностью нейтрализовало радиоактивность в радиусе девятисот километров, поглощая и рассеивая энергию альфа, бета, гамма частиц. В результате проведённого эксперимента были выведены из строя почти на тридцать минут все ядерные и термоядерные реакторы в этом регионе планеты, что по счастью не привело к фатальным последствиям в связи с повсеместным переходом на энергокристаллы.

  Как позже выяснилось, эффект дополнительно препятствовал накоплению критической массы, что делало невозможным детонацию ядерного заряда. Термоядерные боевые части, как показали испытания, тоже не срабатывали должным образом.

  Открытие опередило своё время на столетия. Учёному случайно удалось нащупать такое точное сочетание параметров энергий, что шанс на это оценивался как один к десяти триллионам. И ни в каких других вариантах поле не давало подобного стабильного эффекта.

  Технологию, конечно же засекретили и люди получили возможность безо всякой опаски добывать трансурановые элементы буквально открытым способом. В результате торговля изотопами с другими расами начала приносить весомую прибыль по причине безопасности и низкой себестоимости добычи. О лучевых поражениях и радиации человечество вообще позабыло прочно и навсегда.

  В военной сфере мы тоже получили преимущество, и какое! Никакие ядерные и термоядерные удары были больше не страшны оборудованным подобными системами планетам и звёздным базам, тогда как наносить по врагу мощные ядерные удары никто не мешал. Как жаль, что сама установка занимала слишком много места и потребляла прорву энергии, по причине чего не могла быть смонтирована нигде, кроме поверхности планет и на самых крупных кораблях и станциях.

  Что касается корн, то громадный линкор довольно быстро разогнал вышедший ему на перехват патрульный флот, разрушил сегмент системной обороны и с шестидесяти тысяч километров дал залп тяжелыми термоядерными шарами по орбитальной инфраструктуре. С нулевым эффектом. Хотя вру, смесь тяжёлых изотопов позже выковыряли из носителей, собрали с поверхности и продали обратно корнам, а чего добру пропадать.

  Ответный удар накрыл корнский линкор, частично рассеяв окружавшее его защитное поле последовательным ударом. Убедившись, что противник не обладает полем Вилларда, военные выдали второй залп, чуть было не разорвавший один из мощнейших боевых кораблей объединения на части.

  Концепция ракетного вооружения была корн хорошо знакома - они применяли управляемые плазменные структуры. Вот только методы обороны против массированного залпа высокоманевренных ракет, полагаясь только на гравитационную и плазменную технологии, оказались бесперспективными. Агрессивно настроенные чужаки не смогли противопоставить в ответ ничего, способного уравнять шансы и вынужденно отступили.

  Каково было изумление человечества, когда спустя трое суток в пространстве системы появилась целая делегация корн с предложением сотрудничества.

  С тех самых пор вялотекущее противостояние с расой разумных паукообразных проходило с переменным успехом. Они учились у нас политике и дипломатии, мы вели успешную торговлю. И обе расы грызлись в локальных стычках, теряя корабли и наземные подразделения. Впрочем, мелкие столкновения никогда не выходили за определённые рамки и служили прекрасным полигоном для испытания эффективности средств вооружения и защиты.

  Но если в космическом пространстве люди были равны корн, то в планетарном противостоянии похвастаться нам было особенно нечем. Одна из самых многочисленных каст корн - боевая. Выведенные специально для ведения войны живые машины оснащались как техническим, так и встроенным биологическим оружием, обладали невероятной живучестью и быстротой реакции. Многое зависело и от материального оснащения, но если выставить отделение из восьми тяжеловооруженных десантников против трёх пехотинцев корн, то шансы были пятьдесят на пятьдесят. А меньше, чем в составе боевой ячейки из трёх особей, корн не ходили.

  Не думаю, что ошибусь, если свяжу появление инопланетян на Сангории с прибытием артефакта. Наша дырявая противокосмическая оборона успешно прошляпила появление пауков, осуществивших незаметную высадку. А по отсутствию вокруг тяжелых пехотных частей можно судить, что тайной наличие корн на планете так и остаётся до сих пор. Бред какой-то.

  Воякам что, свой блин вывезли и уплыли, а мне теперь придётся огребать за них. Сомнения в способности корн, отличавшиеся большой въедливостью, рано или поздно меня найти не было. А это такие ребята, что сначала стреляют, затем думают и это только в сказочке можно выйти к корн подняв лапки, мол, извините, поговорить хочу. Ага, щаз. Поджарят и не спросят, как звать.

  В этот момент меня накрыло. Хорошо ещё я сидел, а то звук падения тела был бы слышен в гулком корпусе как внутри колокола. Свет померк, возникло ощущение, будто я вхожу в вирт, только не сам, а затягиваемый в глубину тёмного тоннеля чьей-то недоброй волей.

  Попробовал переключиться на реальный мир, да только куда там, меня затягивало в воронку бессознательности. Я честно старался бороться, сопротивлялся, как мог, но замелькавшая карусель тысяч картин свела все мои попытки на нет. Образы было смутно знакомыми, как дежавю, но ни один не задержался в разуме надолго, унесённый в бесконечность скользким ветром подсознания.

  Сколько прошло времени, пока моё свернувшееся в позу эмбриона тело лежало на полу, мне неизвестно, знаю только, что когда приступ отступил, я с удивлением оглядел разительно изменившийся мир.

  Тёмный потолок при взгляде на него приблизился, вновь отдалился, как бы фокусируясь, качнулся ещё несколько раз, вызвав лёгкую тошноту. Вокруг посветлело, стала видна узкая трещинка, расползавшаяся по стене трюма в десятке метров от меня. Изменилась с чёрно-белой на цветную палитра цветов, и я понял, что способен видеть в тепловом спектре.

  Окончательно привело меня в себя щелканье речи инопланетян с другой стороны борта, понять бы ещё как я их слышу сквозь обшивку. Страх подстегнул сознание, мелькание в голове сразу прекратилось, а зрение скачком подстроилось под полумрак помещения и стабилизировалось.

  Пытаясь подняться, я вытянул вперед руку и заметил, что её окружает полупрозрачная оболочка. Наиболее плотной она было у границы кожи, и сантиметра через два истаивала, чуть мерцая. Я попробовал соединить две ладони, не ощутив никакого сопротивления, но свечение в зоне соприкосновения изменилось, пошло волнами. Ух ты, да я же ауру свою вижу.

  Сразу вспомнились игры в вирте, где это умение присутствовало в той или иной мере. По расцветке и узорам биополя можно было определить кто перед тобой, но только то происходило в играх, а не в реальном мире. Очень интересно, что я ещё умею?

  Шорохи и щелчки, доносившиеся снаружи смолкли, послышалось шуршание песка, и наступила полная тишина. Посидев ещё немного и поэкспериментировав с возможностями зрения, я рискнул проверить, вдруг воины действительно отправились в другое место и можно попробовать выйти на свободу из ловушки старого корабля.

  Смотрю в первую щель, никого не видно, видимо ячейка рассредоточилась в разные стороны, расширив зону поиска. Это шанс. Осторожно выглядываю из люка, свесившись вниз и в тот же миг стоящий в глубине трюма воин оборачивается всем телом и в меня летит оранжевая капля плазменного заряда.

  Скорости с которой моя голова втянулась в люк позавидовала бы любая черепаха. Сгусток огня пролетел мимо и расплескался потёками расплавленной стали по потолку, образовав десятисантиметровую воронку, светящуюся тревожным бардовым цветом. Ничего себе, мы так не договаривались.

  Чувствуя, как утекают последние мгновения, слыша цокот лап агрессивных инопланетян, я лихорадочно осмотрелся. Выбраться отсюда можно только через верхние отверстия вырезанные лазерами орбитальной базы. Одна проблема - ближайшее находилось на пятиметровой высоте.

  Отталкиваюсь от пола, надеясь ухватиться за выступающий из стены трюма на высоте метров трёх кусок трубы, но сила импульса толкает меня вверх как из катапульты. Чувствую рывок, слышится треск разорванного рукава. Я благополучно пролетаю мимо цели и, больно ударившись головой о потолок, дезориентированный падаю обратно, успев заметить настороженного корн, выпустившего в меня второй заряд и снова промазавшего.

  Охренеть, не встать. С трудом поднимаюсь и, уже не думая об альпинизме, прыгаю повторно, целясь в сторону дыры в потолке.

  Вот что правильная мотивация делает! Мне удалось подскочить вверх на добрые семь метров, вылетев как пробка из шампанского на свободу, воспарить над палубой, и приземлиться на внешнюю обшивку, распластавшись по ней как блин на сковороде.

  Уй, больно то как. Тру ушибленную руку, подскакивая - некогда думать, наступило время бегать. Главное живым убраться с открытого пространства, а уж по лабиринтам я как-нибудь уйду от преследования. Тем более, что в поиске участвуют трое пауков как минимум - корн всегда держатся поблизости и все будут в сборе очень скоро.

  Разбег - прыжок. Перелетаю пятиметровую пропасть, даже не успев испугаться или глянуть вниз. Ноги касаются упругого пластика поверхности, и я перекатом, как на тренировках, гашу инерцию падения. Тут же вскакиваю и зигзагами лавирую между обломками, как ящерица.

  Пока вслед мне ничего противоестественного не летит, но кажется, это только вопрос времени. Одно попадание и докторов можно не бояться, было бы что хоронить. О! Накаркал.

  Спину буквально обжигает предчувствие, я падаю, и серия светящихся шариков прочерчивает пространство над макушкой. Меня начинает разбирать злость. Нет ну какого хрена. Никого не трогаю, живу своей жизнью, роюсь в мусоре, тут этот артефакт, превративший меня в мутанта, затем пришельцы. Хочется нажать кнопку сброса, да ладно, я бы уже в игре давно сохранился, или вообще стёр этот бессюжетный бред фантазии полоумного режиссёра. Выпустите меня из вирта!

  Тело само падает, перекатывается влево, и новая серия ложится чуть ниже моих ног, впиваясь в покрытие и разбрасывая яркие искры. Одна попадает мне в плечо, прожигая куртку. Многострадальная левая рука повисает плетью, а меня скрючивает от боли. Всё, достали, сволочи.

  Я уже настолько зол, что сознание от ярости практически отключается и верх берут голые инстинкты. Всё становится зыбким и медленным, хотя на самом деле это я начинаю двигаться и мыслить быстрее, как будто войдя в темп наяву.

  Правая рука рывком выстреливает вперед, по телу проходит холодная дрожь энергетического разряда, волосы на голове встают дыбом от статического поля. Пальцы обращённой к инопланетянину руки начинают наливаться белым и светиться. Вот раздаётся треск, я ещё успеваю ощутить запах озона как дуга высоковольтного разряда соединяет меня и монстра, уже скорректировавшего прицел и готового в следующую секунду меня добить. Всё происходит настолько быстро и неожиданно, что гаду не хватает буквально секунды.

  Голова корна, охваченная сеточкой статики буквально взрывается, раскидывая вокруг синие ошмётки плоти и блестящие обломки навесного оборудования. Следом вспухает огненное облако расколовшегося плазменного накопителя, высвободившего разом всю свою мощь. А разделяет то нас всего метров пятьдесят.

  Меня тащит по плите ураганным порывом ветра, я только успеваю ухватиться за стык между броневыми листами, с трудом переживая мною же сотворённую бурю. Порывы, рвущие на мне одежду и старающиеся оторвать от поверхности постепенно стихают, устремившись во все стороны песчаным смерчем, а я поднимаю голову, выплёвывая песок изо рта.

  Картинка передо мной та ещё. Огненным валом практически начисто вымело всю поверхность старого рудовоза, обшивка которого была вмята внутрь где-то на полметра. Следов монстра не видно, только висит в воздухе взвесь чёрных обрывков то ли пластика, то ли хитинового панциря. Отвратительно пахнет палёным.

  Смотрю на свою правую руку, никаких изменений, обычная ладонь. Вспоминаю ещё свежие ощущения, напрягаю мышцы и с удовлетворением улыбаюсь, видя белое свечение, начинающее окружать пальцы. Будете знать, как стрелять в меня! Приходит мысль пойти поохотиться, но здравый смысл побеждают азарт, эффект неожиданности прошёл и потерявшая одного из членов тройка знает, что в зоне присутствует кто-то опасный для них.

  Ноги сами доносят меня до края, и открывшаяся картина своей красотой заставляет остановиться на миг. Я стою на сорокаметровой высоте над целым океаном обломков мёртвых кораблей. Ветер пока ещё несёт прохладу, его порывы колышут волосы, быстро высушивая бисеринки пота. Мелкие песчинки с шорохом осыпаются с поверхности куртки, хлопающей складками на ветру, но я не обращаю внимания ни на что вокруг, кроме близкой цели. Под моими ногами ребристая поверхность огромного контейнера, а ниже, стоит ещё один, раскрытый и покорёженный. Именно внутри него, среди грудой наваленных сверху обломков должно покоиться угольно-черное тело моего 'Беркута'.

  Все контейнеры, стояли аккуратным рядом по два в штабеле. Кроме последнего, на крышу которого, умники с завода сбросили массивную балку, скорее всего даже её часть, настолько непропорциональной и кособокой она была. Шестиметрового диаметра конструкция нанесла такой динамический удар, что лопнули более хрупкие крепления, идущие по всему периметру боковой плиты, которая не выдержала давления, прогнулась и рухнула в гору металла, наполовину обнажив своё содержимое.

  Я достал веревку, свернул верхний конец в кольцо и нажал дважды. Гибкий пластик сразу стал твёрдым, больше похожим на металл или камень. Надев получившееся кольцо на сломанное крепление замка, я скинул оставшуюся часть веревки вниз, дождался, пока она с шорохом развернётся до самой земли и спрыгнул вниз. Стоило сжать шершавый материал в руке, как на нём тут же ощутимо вздувалось утолщение, похожее на узелок. Очень удобно - нет необходимости вязать узлы, достаточно приложить небольшое усилие и руки получали удобную опору для торможения. Спустившись, подёргал гибкий кончик, свернул упавший инструмент в бухту и, тщательно выбирая место между завалами мусора, преодолел оставшиеся метры до края нижнего контейнера.

  Внизу были набросаны острые штыри металлопласта, и мне пришлось долго искать новое место спуска, но это уже мелочи. Спустившись и смотав верёвку, стоя на одном колене, я никак не мог заставить себя обернуться. Эх, была - не была.

  Оборачиваюсь и да, память, подстегнутая воздействием иноземного артефакта, не подвела меня - хищное тело космического корабля лежало внутри контейнера.

 

  Неизвестно.

  Зафиксировано пополнение ряда 'Энерго': категория 9, особь тип 573 'Человек'.

  Для взаимодействия и защиты направлена особь тип 5 'Иллар'.

  Задание - произвести первичное обучение объекта и вывести его в режим созидания за восемь внутренних циклов.

 

 


Глава 2 | Противостояние. Обретение мечты | Глава 4