home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 1

  Вот вечно мне не везёт. Скажите, ну откуда в субботу, в самый разгар дня, когда голубое солнце Сангории заставляет даже привычных ко всему ящериц забиться куда подальше, откуда взялись эти вояки на мою голову? Не знаете? И я не знаю. Хорошо, что заметил их прежде, чем был обнаружен сам.

  В итоге появление нежданных наблюдателей заставило меня уподобиться этим самым ящеркам - упасть на живот и ползком протиснуться в щель между грудой металлолома, оставшегося уже не поймешь от чего, и обугленным остовом штурмовика Хэнок 337.

  Целый холм песка, наметённый безжалостным пустынным ветром вокруг моего укрытия, тонкими струйками песчинок прокрался внутрь некогда могучей техники, образовав удобное место для наблюдения всего в нескольких шагах от ведущих беседу взрослых. Это было как нельзя кстати и я, для улучшения обзора, осторожно прополз по зыбкой поверхности, вплотную подобравшись к перфорированной плите плазменного делителя, которую покрывали сквозные отверстия. Тень от нависающих над моей головой многотонных конструкций надёжно скрывала меня от чужих глаз, тогда как стоящие на самом солнцепёке мужчины были видны как на ладони.

  Форма на военных была незнакомая - черно-зелёная, без следов камуфляжа, наверняка ещё и парадный комплект. Из чего вывод - гости относятся к штабной братии. Интересно, что их заставило покинуть уютные кабинеты, где можно спокойно ничего не делать за государственные деньги, и выбраться в поле?

  Но больше всего вызывал удивление сам факт наличия подобного облачения, ну кто в разгар лета будет надевать тёмное? Своих идиотов нет, вон Виталий Степанович, местный смотритель, только в лёгкой футболке и шортах щеголяет. Не удивлюсь, если этих выпендрёжников пригнали с самой столицы, не удосужившись предупредить об особенностях местного климата. Теперь стоят и обтекают, ха ха.

  - Это единственная свободная площадка требуемого размера? - спросил средних лет высокий лейтенант, утирая пот со лба тыльной стороной ладони.

  - Я о чём вам и говорю. Транспорт пригнать наземный сюда ещё можно, а дальше завалы. Или сюда ваш груз кладите, или в пустыню, до которой всего полкилометра, кстати.

  Офицер что-то прикинул, сверяясь со своим браслетом, затем ещё раз оглядел площадку. Дельный совет умудренного опытом сторожа он проигнорировал.

  - А почему хранилище до сих пор не приведено в порядок? Где полный список техники? - с раздражением спросил он, вертя головой.

  Хранитель свалки, которому уже и так осточертело стоять на солнцепёке, а тут ещё и указывать пытаются, ответил довольно резко. Тем более, что свалка армии не принадлежала и содержалась на средства завода, что без сомнения добавляло Виталию Степановичу уверенности в своём праве.

  - А тут вам не армия, юноша. На сколько денег дают, такой и порядок. Не на горбу же мне это железо таскать. Вы ещё про охраняемый периметр спросите.

  Офицера малость перекосило от такого укорота, но он взял себя в руки, достал рацию и произнес короткую фразу, не расслышанную мною из-за ветра. Дождавшись ответа, молча пошёл к ожидавшей их машине, кивком головы пригласив следовать за собой смотрителя, после чего военный грав чуть приподнялся над поверхностью и, пыля шлейфом красноватого песка, исчез за поворотом. Я облегчённо перевёл дух, наконец-то убрались.

  Смотреть было больше не на что. Перевернувшись на спину, я разжал упётрые в стенки щели руки и скатился с песчаной подушки вниз.

  Тень нисколько не спасала от жары, я вспотел и нестерпимо захотелось выпить чего-нибудь холодного. Выбравшись из временного убежища, я отошёл немного, подобрал впопыхах брошенный рюкзак с припасами и присел возле горячего, несмотря на тень, борта штурмовика. Достал флягу, отхлебнул пару маленьких глотков ледяной свежести домашнего морса и зажмурился в блаженной улыбке.

  Повезло мне с этой флягой. Ёмкость была армейская, найденная здесь же на свалке в хвостовой половинке распиленного на части эсминца. Корабль был настолько древним, что перестал представлять интерес даже для учебных частей, особо не балуемых не то, что новой, а вообще любой техникой. В итоге старичка без особых сожалений списали и раскурочили на запчасти.

  Вот курсанты, наверняка, и забыли полевой спасательный комплект в рубке механика, хотя может статься, что кто-то из членов экипажа был параноиком, готовым выжить в любых условиях и распихавший запасы по тайникам на корабле. А что, я про такое слышал.

  Повезло мне тогда. Спасательная экипировка была велика для меня, и пришлось продать её вместе с комплектом инструментов и приборов, оставив для личного пользования аптечку, нож и эту флягу.

  Никаких украшений на приборе не наблюдалось - с виду невзрачный серый овал. Тем не менее чуть тёплая на ощупь фляжка, оснащённая плёночным накопителем, питаемым от термо- и фотоэлеметов, целый месяц без подзарядки могла сохранять свежесть залитой в неё жидкости, обеспечивая при этом любую требуемую температуру.

  Никаких тебе кнопок, просто пара движений пальцем по сенсорному экрану, закрученная крышка и с собой всегда полтора литра холодной воды. С тем же успехом можно было выставить режим кипячения и заваривать чай. Внутри кипяток исходит паром, а многослойная поверхность так и останется чуть тёплой. Пар даже ладонь не обожжёт, если крышку открыть.

  Ещё одним достоинством была встроенная система фильтрации. Тонкая плёнка силового поля не позволяла проникнуть внутрь опасным примесям и микроорганизмам, фильтруя даже тяжёлые химические элементы, растворённые в жидкости. В это технологическое чудо проходила только чистая, как слеза вода, какая бы мутная лужа не служила её источником. Понятно, почему цена на армейские фляги была весьма существенной.

  Ради таких вот подарков судьбы в свободное время все мальчишки от мала до велика половину свободного времени проводили на нашей свалке в поисках уцелевших ценностей. Ну а там уже как кому везло - джунгли, они и есть джунгли, что настоящие, что металлопластовые.

  Совсем я о вежливости забыл. Зовут меня Василий, Василий Ежов, если полностью. Но все называют просто Вась. Мне скоро пятнадцать, живу я вместе со старшей сестрой в небольшом посёлке, являющемся пригородом Норбока.

  Иллана заменяет мне и мать, и отца. Родители наши погибли, разбившись на граве когда мне было три года. На память сохранились только голографические записи, запечатлевшие нашу семью в те далёкие времена. Молодая, счастливая женщина с широкой улыбкой и синими глазами на этих снимках всегда вызывала у меня в душе тёплые чувства чего-то родного... и потерянного навсегда.

  Для нас с сестрой тогда настали тяжёлые времена. Хотя суд и признал вину производителя, обеспечив наше существование вполне приличной компенсацией, сестре нужно было продолжать своё обучение и обеспечивать меня всем необходимым.

  Не поймите неправильно, вопрос о пропитании, крыше над головой и стандартном комплексе социального обеспечения не стоял ребром. Технологическое развитие индустриального сектора давно шагнуло вперёд настолько, что государство с лёгкостью обеспечивало всем необходимым своих сограждан, даже если эти самые граждане вообще не желали ничего делать. Трутней всего-то ограничивали в правах и лишали шанса завести детей, хотя обычно до крайних мер старались не доводить, предлагая работу и возможность приносить обществу хоть номинальную пользу.

  Но в том-то и дело, что стандартное социальное пособие было минимальное - это самое правильное слово. С голоду не умрёшь, но ни достойного обучения, ни шансов на омоложение не предвидится. Тянуть же лямку у конвейера до семидесяти, а потом давиться всю оставшуюся жизнь синтезированными продуктами мало кто хотел.

  Поэтому Иллана старалась, как могла, она у меня вообще умница - упорная, смелая, никогда не сдаётся и всего старается добиваться сама. Видя, как она тянется вверх, я по мере сил старался её поддерживать.

  Сестрёнка с успехом окончила полный курс медицинского факультета университета Сангории по специальности лазерная хирургия. Уже после трёх лет практики стала лучшим специалистом региона, прошла несколько квалификаций, став профессиональным хирургом и диагностом.

  На юге континента мы оказались вынужденно, по распределению сестры. Денег на полное обучение не хватило и, чтобы оплатить курс, ей пришлось брать кредит у государства на условиях отработки в провинции, чем сейчас сестра и занимается.

  На работе Иля - гений. Нынешние системы обеспечения безопасности жизни человека не чета тем, что были ещё недавно, но случайности и несчастные случаи происходили всегда и без работы хороший медик не останется никогда. А специалист она действительно великолепный.

  Особенно поражает её интуиция, проистекающая из богатого опыта, хорошей памяти и постоянных тренировок. Зачастую ей хватало одного взгляда на пациента, чтобы поставить диагноз даже без молекулярного сканера и сразу же начать действовать, демонстрируя чудеса при управлении хирургическими системами операционной. Её действия зачастую ставили в тупик всезнающий искусственный интеллект, который не всегда поспевал за её выводами.

  Это может показаться невозможным, ведь скорость реакции фотонных вычислительных систем невероятно высока, а связь с центральными хранилищами памяти позволяет рассмотреть каждый новый случай через призму тысяч других, схожих ситуаций. Вот тут стоит сделать паузу для полного понимания причин подобного феномена и остановиться на технологии прямого ментального обмена информацией с компьютером, попросту на вирте.

  Например, я учусь в обычной школе. Виртуальной. Еще лет пятьдесят назад технологии, лежащие в её основе, существовали исключительно в военной сфере и были строго засекречены, но теперь они стали применяться повсеместно, что невероятно подстегнуло качество обучения. Как это работает.

  Достаточно лечь в кресло и надеть виртуальный шлем, и ты попадаешь в совершенно другой мир. Фактически тело остаётся на месте, а разум путешествует по сети. Нет, не так. Разум тоже никуда не девается, вместо чего все данные транслируются на терминал пользователя, а хитрый прибор воздействует на зрительные, слуховые, тактильные зоны мозга, вследствие чего для человека-оператора эти искусственные ощущения как бы подменяют настоящие, становясь новой реальностью.

  Сознание при этом раздваивается. Ощущение напоминает взгляд сквозь стекло. Можно посмотреть на прозрачную поверхность и увидеть каждую незначительную пылинку, не видя при этом, что происходит за окном. Но если сфокусировать взгляд, с тем же успехом можно окинуть взглядом всю улицу, тогда стекло как бы растворяется и игнорируется разумом.

  Точно так и происходит в вирте, только фокусируется не зрение, а сознание. Небольшая практика и совершенно незаметным усилием воли можно менять реальность на виртуальный мир. А сказки учёных про раздвоение личности просто сказки и есть, наших дедушек небось тоже пугали, что если сутками не вылезать из-за существовавших тогда плоских стационарных мониторов, то останешься в компьютере навсегда, потеряв связь с реальностью. Вот же чушь. Не верю, что за плоским светящимся монитором можно просидеть больше трёх часов, я как то пробовал, чуть глаза не сломал.

  Конечно же, не все воздействия виртуального мира доступны страждущим, существует целая система ограничений, служащая для предотвращения несчастных случаев и даже смерти оператора.

  Например, боль может быть транслирована только при ручной модификации шлема и отключении специальных фильтров в системе. Это нужно в основном для тренировок боевых искусств, ведь человек так устроен, что без болевых ощущений в результате занятий можно получить разве что толчок в развитии, но в перспективе никакого эффекта не добиться.

  Или взять индустрию вирт-эротики (хе хе хе), которая шагнула настолько далеко, что различить настоящее и виртуальное подчас очень сложно. Ещё бы, учитывая число желающих получить необычные ощущения, эта сфера услуг развита куда лучше любой государственной соцпрограммы. Да и слишком большие деньги крутятся в этой области вирта, иногда кажется, что именно нереальный секс и толкает вперёд прогресс, по пути оплачивая все исследования.

  В соответствии с законом, только с шестнадцати лет можно получить полную разблокировку запретных удовольствий. Хотя, кто сказал, что абсолютная защита существует? Вам каждый пацан снимет какую угодно блокировку за десять минут. Тут главное не попадаться сестре...э, о чём это я?

  Ещё если вы думаете, что виртуальный мир заменит реальный, это ошибка. Например, стакан воды. В реальности, выпив его можно почувствовать вкус воды, её прохладу, а после жаркого дня это такое удовольствие, что мурашки пробегут по коже. В вирте это будет просто стакан воды, вылитый в желудок, имеющий определённый набор параметров: мокрая, холодная, без запаха. Суррогат, одним словом, но суррогат похожий, а для некоторых весьма реальный. Ну, в общем, понятно.

  Учиться я всегда любил, лишних знаний не бывает, и предпочитал четыре часа в будние дни проводить в школе, ещё два уходили на занятия в виртуальном клубе рукопашного боя, преподаваемого бывшим взводным космического десанта. Оставшееся время я летал. Много, страстно, ожидая с нетерпением шестнадцатилетия, которое уже не за горами, когда можно будет попробовать поступить в Звёздную академию.

  Пробыть в школе нужно не менее двадцати часов в неделю, иначе толку от занятий не будет. Многовато, если учесть налагаемое тем же законом ограничение на присутствие в виртуальном мире подростков - восемь часов в день.

  Времени на всё, конечно же, не хватало, но для таких случаев существовала технология ускоренного восприятия виртуальной реальности, или темп. Учёные сделали открытие, доказав что скорость мышления человека далеко не полностью связана с функционированием нервных клеток мозга - в этом процессе не последнее место занимает энергетика организма. Оказалось, что чем выше уровень внутренних сил, тем быстрее человек думает, лучше запоминает информацию, обладает дополнительными способностями, который следует развивать.

  Часть теории нам позже разъяснили тарги, до остального дошли сами люди, но так или иначе, в последние годы технология темпа получила широкое распространение.

  Суть в том, что один физический час, в недрах компьютерного мира мог растянуться в два, три и более раз, в зависимости от пси-индекса. Естественно на уровне устройства были встроены всевозможные ограничители, чтобы мозг оператора не выгорел, так что всё более-менее безопасно.

  А сейчас можно вернуться и к Иллане с её лазерным скальпелем. Да, она во время использования ускорения обгоняла фотонный процессор ИИ. Как? Ответ прост - интуиция. Каждый человек ею обладает в той или иной степени. Фактически это способность точно предугадать развитие событий на несколько мгновений вперёд, кроящаяся в личном опыте и ещё в надёжно скрытом от любопытства учёных природой и не раскрытом до сих пор механизме предвиденья будущего.

  У большинства людей эта способность развита слабо, но у Илланы она доведена до четырёх десятых секунды. При выполнении сложной операции сестра использовала пятикратное ускорение, благодаря чему на субъективные три секунды предвидела развитие ситуации на операционном поле, а так же быстрее компьютера могла произвести оперативную диагностику и принять правильное решение. Таким образом, компьютер ещё только считал варианты развития событий, а моя сестра уже действовала по одному ей ведомому алгоритму. И никогда не ошибалась.

  Ну да бог с ним, с виртом. Есть ещё и реальный мир, он куда интереснее.

  В выходные, покончив с домашними делами, я рыскал по кладбищу космической техники в поисках чего-нибудь ценного. Сказать по правде, найти что-либо завалах старых кораблей было практически нереально, очень уж тщательно обирался каждый.

  Судите сами, сначала с судна еще в доках снимали всё более-менее ценное, потом то, что осталось транспортными платформами отправляли на переработку. И уже оттуда ободранный скелет попадал в хранилище не утилизируемых компонентов, короче сюда, на свалку. Если что и ускользнуло от цепких взглядов, то, скорее всего, оно просто было не нужно никому, кроме таких же, как и я мальчишек.

  Оставались ещё старые зоны свалки, где имелся шанс найти не до конца ободранный кораблик, или поврежденный в бою и выброшенный военными в суматохе. Но добраться туда нужно целый день, очень уж сложно пешком пробиться через многокилометровые нагромождения отжившей свой век техники.

  Ещё вчера я навестил соседа, работавшего мастером на перерабатывающем комплексе 'Энио', располагавшегося в пригороде Норбака. Человеком Виктор Аркадьевич был одиноким и всегда радовался моей компании, за чашкой свежего чая рассказывая про свою работу. На этот раз он поведал о военном транспорте, цикл утилизации которого был предварительно завершён и на следующий день грузовая платформа перенесёт его останки на свалку.

  Информация была эксклюзивной, вот я и занял место в первых рядах, вдруг чего вкусного перепадёт. Тем более, что пилоты грузовозов далеко летать не любили и сбрасывали металлолом на первое же свободное место, давно наплевав на правила размещения. А последняя более-менее нормальная площадка по прямой от завода именно в этом месте и располагалась, поэтому все шансы, что именно на неё угодит очередная куча хлама. Эх, знал бы я к чему всё приведёт... конечно же сделал бы всё то же самое.

  Бегать по жаре с высунутым языком совершенно не хотелось, да и опасно ждать вне укрытия, вдруг нерадивые работники вывалят весь лом мне на голову, так и костей не найдут потом. Поэтому я поднялся, подпрыгнул, уцепился за край технологического отверстия, бывшего некогда створом люка и, подтянувшись, заглянул внутрь штурмовика. Пятнадцатиметровый корпус некогда грозной машины был разворочен в самой середине попаданием крупнокалиберного заряда. А чем еще объяснить полутораметровую рваную дыру и отсутствие внутреннего каркаса?

  Переваливаюсь через край и встаю на ноги. Боевая броня легко отражала солнечный свет, поэтому, несмотря на палящий полуденный зной, внутри стояла приятная прохлада - нечастое явление, учитывая, что такое покрытие сдирали в первую очередь.

  Узкие лучики света сквозь падали на заметённую песком палубу, под подошвами ботинок чуть похрустывало, но всё равно вокруг стояла уютная тишина. Ни кают, ни приборов, только закопченные стены внутренней обшивки составляли незамысловатый интерьер внутреннего отсека.

  Я аккуратно прошел ближе к входу в центральный пост управления, в благоговении прикасаясь к пачкающим пальцы черным стенам. Двери в отсек на месте не оказалось, от неё осталась просто овальная дыра в переборке. Внутри кабины пилотов царило запустение: зияли провалами гнезда модулей электроники, посредине торчком стояли торчком массивные стержни системы крепления боевых ложементов, а сквозь дыры в переборках вообще можно было свободно выйти наружу.

  Я присел на кучку песка и представил, что пережил этот штурмовик, как он воевал, огрызаясь вспышками фотонных ускорителей непосредственной обороны от залпов врага, нацеливая и выпуская собственные ударные ракеты. Сам не заметил, как уснул на прохладном песке, представляя себя на месте безвестных пилотов, ведущим боевую машину в горнило схватки, крошащим направо и налево врагов.

  Пробуждение было не очень. Сильный удар сверху до основания сотряс моё убежище. Пол наклонился и вместе с мусором меня отбросил вперед, на металлопласт кабины. Ударившись рукой и плечом, я мгновенно вскочил и попытался сориентироваться.

  Штурмовик ощутимо накренился и проседал. Верхняя балка каркаса, теоретически неразрушимая, на практике ощутимо скрипела и грозила лопнуть, похоронив одно излишне любопытное существо вместе с собой.

  Пора уносить ноги. Слева дыра в боковой стене была перекрыта вдавленными внутрь металлическими полосами, через которые не было ни единого шанса проскочить. Оставался только правый проход.

  Осторожно выскользнув наружу, где поднятый завихрениями воздуха бушевал песчаный ураган, шипя от боли в руке и прикрывая глаза, я 'по приборам' отбежал в сторону площадки (как не напоролся ни на что, не понимаю) и уже находясь на свободном и безопасном месте, оглянулся назад.

  Хвостовая часть триста тридцать седьмого поднималась все выше, придавленная краем огромной гравиплатформы, зацепившей кабину кораблика и сейчас вдавливающей его в песок не хуже пресса. С какого перепугу пилот решил посадить на старые железяки свою машину? Совсем мозгов нет, так ведь можно плиту преобразователя энергии грохнуть и дешевле будет оставить труп платформы на свалке.

  Грузовик стабилизировался, поднятый при посадке песок постепенно оседал на близлежащих кораблях, покрывая всё вокруг ровным сантиметровым слоем. Хотя всё вокруг скрылось в тени неровно севшего диска, и видимость была минимальной, я разглядел лежащий на свободной от груд металла утрамбованной площадке шестиметровый блин непонятного назначения. Стало понятно, почему посадка была такое неправильной - видимо, груз представлял из себя нечто очень важное и его зафиксировали не только гравизахватами, но и физически подстраховали тросами, установив на спускаемой аппарели платформы. В такой ситуации по-другому опустить груз на площадку не представлялось возможным. Стало любопытно, что это такое важное, ради чего стоит гробить невероятно дорогую платформу?

  Подойдя ближе, я отщёлкнул с пояса фонарик и узкий конус света осветил непонятную конструкцию. Тёмно-серая поверхность отражала и рассеивала луч. На устройстве, если это устройство конечно, не было ни одного шва, люка, болта, просто ровная стена двухметровой высоты. Веяло от блина почему-то древностью и холодом, несмотря на жару.

  Я осторожно дотронулся до поверхности пальцами и ощутил покалывание, как будто отлежал руку, и кровь теперь возвращалась обратно, принося лёгкую боль.

  С первого взгляда становилось ясно - это не наше, не человеческое. В мозгу пронеслись десятки вариантов, но отчего-то не уходила одна картинка из фильма 'Имперский миротворец', прошедшего в прошлом году и пересмотренного всеми мальчишками не один раз. В картине присутствовал эпизод, где инопланетный корабль приземлился на планетарную базу центральной планеты неведомой империи, и главный герой так же, как я сейчас дотронулся до поверхности неведомого корабля. Чушь, конечно, какой корабль, если в нём всего шесть метров диаметра и два высоты, но что вы ещё от любопытного меня хотите?

  Я облизал языком враз пересохшие губы, плотнее прижал левую руку к стенке, и не обращая внимания на неприятные ощущения чуть хриплым от волнения голосом произнёс:

  - Я пришёл с миром.

  Глупо? Наверное, да. Но вокруг никого, способного посмеяться над моей наивностью как-то не наблюдалось, самое время совершать глупости. Душа жаждала тайны, разум же уверенно твердил о несовместимости чуда и реального мира.

  Так вышло и на сей раз. Не открылись шлюзы, не появились укрытые золотистыми переливами силовых полей инопланетяне с новейшими технологиями. Никто не повёз меня в космос на встречу с расой древнейших. Впрочем, чего и следовало ожидать.

  Я подождал ещё минуту, держа руку на плите неведомого материала, мягкостью сравнимого с бархатом. Возникшее в начале контакта покалывание сошло на нет, оставив напоследок ощущение сухости.

  Разочарование было настолько сильным, что пришлось убеждать себя в невозможности сюжетов из вирта в мире реальном. Да и инопланетяне уже давно были известны людям, познакомившимся с представителями восьми иных рас. Подумаешь, бросили какой-то инопланетный блин, зарядившийся статикой при посадке, а я уже нафантазировал невесть что.

  Раздавшийся со стороны дороги тихий шелест заставил насторожиться и присесть, прислушиваясь. Возвращался грав, были видны отсветы его фар, пронзающие белым светом полумрак образовавшегося коридора и рассыпавшие искорки бликов на отполированных песком поверхностях старых кораблей. Видимо, военные посадили эту штуку на землю не просто так и теперь возвращаются, получив сигнал о моём здесь присутствии, либо для проверки ценного груза.

  Связываться не было никакого желания, и я быстрой ящеркой юркнул за артефакт, пробежал десяток метров, проскользнул между перекосившимися от напряжения конструкциями, сплюснутыми давящим сверху штабелем пластика и начал пробираться вглубь свалки по знакомому маршруту, выводящему к моему штабу.

  Поняв, что никто не собирается меня преследовать, я несколько снизил скорость бега, скользнул в люк малого тягача с Палмы, выбрался с другой стороны, поднырнул под перекрестьем рёбер ещё одного корабля и спустя пару минут оказался в недрах 'прямого коридора' - треугольной формы полукилометрового каркаса грузовика, заваленного сверху многометровым слоем всякого мусора. Теперь меня не найти даже с орбиты, я как бы находился под землёй, уходя от суеты военных специалистов по наверняка не известному им маршруту.

  Здесь, в полной темноте, прочерчиваемой только острым светом поискового фонаря, было по-настоящему холодно. Стены смыкались всех сторон, капал где-то неподалёку конденсат, раздавались в полной тишине шорохи и мягкие шлепки подошв по влажному песку.

  Я достал нож, просто на всякий случай. Бывало, из пустыни забредали в это прохладное место довольно опасные твари, от одной из которых - песчаного иглоголова, я еле сбежал, вовремя его заметив. Нож может и не поможет, но уверенности он придавал изрядно.

  К счастью ничего опасного на этот раз не ждало случайного путника, и через десять минут осторожного продвижения по прямой как стрела дорожке я оказался с противоположной стороны тоннеля. А ещё спустя два часа я стоял около лежащего на боку старого транспортника, увенчанного сверху планетарным катером, выделявшимся на фоне завалов, как маяк на скале. Именно в этом малыше я и оборудовал свою дальнюю базу.

  Проверив, нет ли вокруг кого чужого, я откопал из песка припрятанную пластиковую лесенку, нырнул в тёмноту трюма, прикрыл за собой люк и по покоробившейся стене взобрался наверх. Втянул лестницу, снова приставил её к борту, нашарил в незаметной нише монтёрский ключ, которым отвинтил, а затем и вовсе снял массивную с виду, но необычайно лёгкую сетку вентиляционной заглушки. Теперь осталось проползти по узкому лазу, пачкаясь в вездесущем песке, после чего очутился в просторном зале бывшей кают-компании планетарного катера.

  Странно, что бригады ремонтников практически ничего здесь не тронули. Приборов, конечно, не осталось, как и обзорных экранов с энергокристаллами. Зато сохранился диван, стол, даже шкафы из металлопласта были в полном порядке. Я вычислил это место, поскольку по схемам знал примерную конструкцию судёнышка. К счастью не ошибся и получил отлично защищенное убежище, своё собственное.

  Я даже заклеил отверстия маскировочной молекулярной пленкой и замаскировал поверхность снаружи так, что даже при внимательном осмотре возникало ощущение наполненности внутренних отсеков утрамбованным мусором, который торчал из всех щелей сквозь прорехи в броне. Никто так и не решился забраться и проверить так ли это на самом деле.

  Скинув рюкзак, я первым делом достал из шкафа пачку влажных салфеток и с наслаждением вытер лицо, буквально растворившись в нежном лесном аромате и прохладной свежести ткани. Затем вытянул вторую салфетку и растер ею между пальцев, убирая с них всю грязь. Вот только когда я снял перчатки без пальцев и начал протирать запачканные ладони, мне резко поплохело.

  На левой руке, той, с которой я снял перчатку прежде, чем потрогать иноземный гостинец, ярко-желтым цветом выделялся фосфоресцирующий символ.

  Я оторопел. Сердце ухнуло в пятки, перед глазами пронеслись картинки инопланетной чумы, пожирающей меня и скелет, оставшийся на полу. Стоп, что за чушь в голову лезет, соберись тряпка. Какие скелеты, если меня могло убить на месте энергетическим разрядом, это что-то совсем иное.

  На руке проступал чуть пульсирующий в такт биения сердца знак не виденный мною никогда до этого. Это был именно знак, иероглиф, руна, что угодно, но только не случайно оставшаяся метка, слишком ясные и чёткие были линии. Растворитель и нейтрализатор, никакого эффекта на назойливого гостя не оказали. Портативный анализатор аптечки ничего опасного так же не зафиксировал, замерцав зелёным цветом и уверяя меня в полной чистоте исследованного органа.

  Вытерев снова руку, я потрогал ладонь, никаких ощущений. Ровная кожа, не признака припухлости, никаких изменений температуры в месте, где светилось переплетение изящных линий. Аккуратно расположившись в центре руки, призрачный гость нисколько меня не беспокоил. Помаявшись еще немного, решил не накручивать себя, плюнул и достал из рюкзака флягу и не выбирая взял с полки первый попавшийся армейский пищевой рацион - зверски захотелось есть.

  Во время трапезы сам не понял как, но слопал целый пакет, рассчитанный на суточное питание в походных условиях. Не бог весть что, но мясо было мясом, суп на вкус не отличался от настоящего, а десерт - оранжевая витаминая масса со вкусом апельсина - мне даже нравилась. Блин, как в меня влезло за один присест три с лишним тысячи калорий?

  Осоловевшими глазами посмотрел на обёртки. Офигеть, как же я назад-то пойду. Вдобавок захотелось пить и что за наваждение, как будто какая-то сила управляла мной - я выпил всю фляжку. Живот изрядно надулся, горло заболело от холода, но других неприятных ощущений не возникало.

  С трудов поднявшись с дивана (дико захотелось поспать), промыл водой опустевший сосуд и заново долил водой из бачка конденсатора. Подумал, и на всякий случай затолкал внутрь чуть крошащуюся таблетку витаминного коктейля, дал раствориться, затем установил режим охлаждения и убрал флягу в рюкзак.

  Взглянув в следующее мгновение на левую ладонь, я понял, что рано обрадовался. Знак изменился. Теперь его цвет был небесно-синий и форма совершенно другая. Я сел на диван, откинулся на спинку и продолжил всматриваться, запоминая узор и боясь пропустить новые изменения.

  Вдруг, как на экране голографа синие линии плавно перетекли, раздвинулись, образовав уже третью надпись. Последним, что я запомнил, падая на мягко спружинившие подушки дивана, был изумрудный цвет нового символа на моей ладони и ощущение присутствия внутри кого-то или чего-то, холодного, оценивающего и безумно равнодушного ко всему живому.

 

 

  Загрузка энергоструктуры симбиотического кода завершена.

  Подключение к энергоструктуре носителя.

  Обнаружена псионическое поле восьмого типа.

  Матрица влияния наложена.

  Анализ стадия 1-27 завершена. Базовые биогенные параметры носителя известны.

  Целостность псионического поля носителя 56%.

  Целостность физической структуры носителя 41%, обнаружена критическая аномалия.

  Активация программы структурного восстановления.

  Завершено. Аномалия ликвидирована.

  Целостность структуры носителя 54%.

  Активация программы структурного преобразования.

  Ошибка. Недостаточно материала для активации. Вероятность потери носителя 87%.

  Изменение состояния структуры. Необходимый материал получен.

  Активация программы структурного преобразования.

  Считывание базовой матрицы носителя.

  Завершено. Анализ данных.

  100% совместимости с преобразованием по типу 81: 'Энерго'.

  Ситуация тип 1. Активирован канал прямой трансформации.

  Загрузка матрицы 'Энерго' в базовую матрицу носителя.

  Активация преобразования.

  Преобразование завершено.

  Анализ базовой матрицы носителя.

  100% соответствие типу 81: 'Энерго'. Ошибок не выявлено.

  Целостность псионического поля носителя 609%.

  Целостность структуры носителя 378%.

  Энергонасыщенность матрицы 96 абсолютных единиц.

  Носителю присвоена категория 9 тип 'Энерго'.

  Ошибка. Вероятность психического отторжения 72%.

  Активирован режим эмуляции. Установлен порог эффективности носителя 10%.

  Преобразование завершено.

  Режим пассивного наблюдения.

 


  Пролог | Противостояние. Обретение мечты | Глава 2