home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



5

Сила тяжести исчезла, за окнами закрутился мир. Дважды асфальт менялся местами с зеленым сводом купола. Потом ударило так, что на миг мелькнула мысль о смерти. Металлический скрежет оглушил, по спине ударила шрапнель битого стекла. Меня швырнуло на потолок, развернуло, будто невесомую куклу, и бросило на бок. Я не удержался, впечатался лицом в пластиковую обшивку, во рту стало солоно. Вдобавок сверху что-то навалилось, больно ударив по затылку.

Перед глазами колышется серая пелена, голова кружится. После звуков дороги тишина прямо-таки давящая.

Попробовал пошевелиться, получилось на удивление легко. Только лицо саднит. Извиваясь, сбросил с себя обмякшее тело Терехина. Его глаза открылись, я прочел в них целую серию изысканных проклятий. Снова мелькнула мысль, что он не слишком-то и похож на регионального директора. Уж слишком много власти и доверия в его чистых ручонках.

— Ничего, — прохрипел я, — выживешь.

Оказывается, внедорожник вынесло на обочину. После серии переворотов он остался лежать на боку, покачиваясь с жалобным скрипом.

Нашарив среди груды мусора и мельчайших осколков безопасного стекла станнер, я, сунув его за ремень джинсов, полез в багажное отделение. Пальцы обвили ручку задней двери, дернули без толку. Похоже, заклинило. Я отступил, саданул ногой, машина угрожающе закачалась, потом еще раз. После третьего удара искореженная дверь багажника поддалась, я навалился плечом, едва не выпал наружу.

— Что случилось?!

От припаркованных автомобилей ко мне бегут охранники, лица встревоженные, никто и не думает об оружии.

— Помогите! — заорал я. — Внутри остались раненые!

Получив цель, охранники вроде бы даже повеселели, ринулись к автомобилю. От предложенной помощи я отмахнулся, захромал к дороге. Там уже стала собираться толпа, из опущенных окон притормозивших автомобилей показались руки с мобильниками, все торопятся заснять аварию.

Первый же внедорожник «Новой надежды» оказался с ключами в замке зажигания. Я упал в кресло, двигатель заурчал, и нога утопила в пол педаль газа. Под истошный визг колес ускорение вдавило меня в спинку. Охранники у покореженного автомобиля только сейчас стали оборачиваться, один заорал что-то в телефон.

Поздно, ребятки.

Только сейчас я ощутил дрожь. Сердце колотится так, что еще немного, и взорвется внутри. На лбу выступила испарина, пальцы судорожно вцепились в обтянутый искусственной кожей руль.

«Получилось, — пронеслось в моей голове. — Получилось!»

От резкого голоса я едва не подпрыгнул:

— Борт один-девять, прием! Борт один-девять! Что происходит? Прием!

Рация! К черту ее.

Выдранная из приборной панели, она отправилась в окно.

На первом же повороте я свернул с трассы, в узких проулках скорость резко упала. Я закружил, надеясь, что не заплутаю в незнакомых артериях подводного города. Но на всякий случай вывел на экран бортового компьютера карту. Одной рукой набрал запрос, тут же высветился маршрут для выезда на поверхность. Оказывается, мне придется сделать приличный крюк.

С облегчением я вывел машину из узких кишок переулков, но на первом же светофоре остановился. На улицах такое количество полицейских, будто война началась! Значит, обо мне уже всем известно и времени катастрофически мало.

Двое полицейских, судя по форме, пока из дорожного патруля, не из спецназа, направились к моей машине. Ладони лежат на поясе, где оттягивает кожаный ремень пистолет.

— В чем дело, офицер, — я опустил стекло и улыбнулся. Впрочем, без особой надежды, что прокатит.

Один полицейский зашел сбоку, читая номер, второй процедил:

— Пожалуйста, выйдите из машины.

Не прокатило.

Я обернулся, как раз вовремя, чтобы заметить изменившееся лицо второго копа. Его рука метнулась к поясу, резкий голос стеганул по нервам:

— Руки на руль! Заглушить двигатель.

Я рванул дверную ручку, упал на соседнее сиденье и изо всех сил лягнул ногами. Сбоку лязгнуло, водительская дверь смела полицейского, тот даже пикнуть не успел.

— Не двигаться! Я буду стрелять!

Но я уже перекатился обратно, двигатель взревел, машина рванулась вперед. Сбоку что-то хлопнуло резко. Фанерное полицейское ограждение проскочил, будто его и не было. И только свернув в переулок, заметил крохотное отверстие в лобовом стекле. Сердце екнуло противно, а в животе похолодело. Если бы коп взял чуть-чуть ниже, мои мозги изменили бы цветовую гамму салона…

В зеркале заднего вида ослепили сине-красные вспышки, я услышал вой сирен. Отвлекшись, едва не сбил человека. Только в последнюю секунду крутанул руль, внедорожник ударился боком в стену, с хрустом рассыпалось правое зеркало, брызнули искры. Из-под капота взметнулся мусорный бак, осыпая машину конфетти органических отходов. Зато приземлился он удачно, прямиком на капот полицейского автомобиля. Тот вильнул неуклюже, клюнул капотом подъезд жилого дома, сминаясь гармошкой. Зато пропустил остальные две машины.

Если я промедлю еще хоть пару минут, то мне точно не удастся вырваться! Сейчас тут такой переполох начнется!

Внедорожник вылетел на шоссе, у меня спину захолодило, когда машина проскочила сквозь поток автомобилей. От рева гудков захотелось пригнуть голову. Где-то на дороге послышался удар, потом еще один, но я уже не видел. Машина как раз проскочила тротуар, впереди два проулочка. Я свернул влево, машина — вправо.

— Что за…

Экран бортового компьютера погас. Я рванул руль еще раз, надавил на педаль тормоза — ничего! Машиной управлял кто-то другой.

Впереди показалась кирпичная стена тупика, помчалась на меня с устрашающей скоростью. Инстинктивно я саданул по тормозу двумя ногами, и едва не вылетел через руль, когда внедорожник затормозил. Остановка получилась резкая, машину развернуло, еще раз приложив о стену правым боком. Двигатель рыкнул и затих. Сколько я ни пытался его оживить, ничего не получалось.

С триумфальным воем тупик заполнили сирены, полицейские автомобили профессионально развернулись боком, перегородив выезд. Как в передачах инфопространства, выскочили бравые парни, через капоты выставили пистолеты.

— Заглуши двигатель! Выйти из машины, руки за голову!

— Одно лишнее движение, и мы открываем огонь.

Всё. Приехали. Покатались и хватит. Не получилось у меня, что тут сделаешь. Надо сдаваться, эти хлопцы могут запросто свинцом накормить, а патологоанатомам скажут, что это у меня импланты такие.

Пальцы уже легли на дверную ручку, когда я заметил тени на крыше…

* * *

Арахниды показались чертями, явившимися за душами грешников. Мгновенными тенями скользнули по стенам вниз, с четкостью военной машины определяя цели. Полицейские не успели и головы поднять. Мохнатые тела обрушились, за миг обездвижив стражей порядка. Сирены смолкли.

Я вышел наружу, позади глухо бухнуло, корпус внедорожника вздрогнул. Когда я повернул голову, мне в лицо заглянул ствол пулемета.

— Не балуй, — прошипел арахнид, показывая черные хелицеры.

— Осознал, — я послушно поднял руки.

Тварь проворно — и как они цепляются лапами? — спустилась, мой станнер полетел в мусорный бак. Сзади подскочили четверо других, мои руки стиснули электронные наручники. Ненавязчиво подтолкнули к поросшей мхом задней двери какой-то забегаловки. Шедший последним арахнид швырнул в окно внедорожника цилиндр гранаты и поспешно отгородился дверью здания.

Меня потащили через складские помещения, судя по затхлой вони, — кафешки весьма сомнительного качества. Позади грохнуло, здание содрогнулось, завизжали автомобильные сигнализации.

— Быстрей! — рявкнул арахнид.

Мы выскочили на другой улице, меня потащили к микроавтобусу, затолкали внутрь. Арахнид, забрасывая пулемет за спину, предупредил:

— Даже не думай бежать!

Я кивнул. Об этом я и вправду не думал. Все мои мысли об увиденном ранее. На стенах тупика, как и везде в современных городах, я заметил камеры наблюдения. Судя по их опустившимся в бессилии объективам, там поработал Бааль-Зевул.

* * *

Сиденье в кузове микроавтобуса оказалось неожиданно удобным, даже несмотря на эластичные ремни, обхватившие мое тело. Туловище машины слегка покачивается в такт движению, неторопливому, как и всякий городской поток. Дважды нас останавливали полицейские патрули, но без обыска быстро пропускали. Наверное, еще не знают о произошедшем в тупике.

«Интересно, — подумал я, — а только „Лаборатории“ способны на такие выходки, или и „Новая надежда“ регулярно устраивает боевые походы на стан конкурента? А если нет, то не значит ли это, что детище Януса Карта ведет слишком уж наглую игру. Будто ей уже нечего терять… или что корпорации уже на все плевать. Так может думать тот, за чьей спиной ждет покорная сила».

А за спиной «Лабораторий биоформ „Янус“» уж точно стоит сила. Чего стоит один только загадочный хакер, не брезгующий подрабатывать киллером. Более того, именно Баал стал первым из этого гнилостного поколения в Сети. Кадавр по сравнению с ним просто ребенок.

Любопытно, что будет, когда завершится эпопея с проектом «Ифриты»? Тогда «Лаборатории» попытаются захватить мир? Впрочем, это будет уже не обязательно. Зачем королю развязывать на собственных землях войну, когда они и так принадлежат ему. Империя дзайбацу банально поставит миру ультиматум: мы действуем по экономическим законам, а вы нам все позволяйте. И никто даже не пикнет. Именно такой властью обладала пару лет назад корпорация «Новая надежда». И как просто оказалось эту власть отнять. Не зря говорят, что история это кладезь знаний. Еще древние римляне придумали принцип «разделяй и властвуй».

Когда «Лаборатории» запустят в официальной Сети свою виртуальность, «Новая надежда» падет. Станет банальным провайдером. Особенно когда и другие начнут подключать к Сети частные серверы, штамповать подобия и клоны «Москвы-2».

Только какое мне дело до всего этого? Меня совершенно не волнует будущее корпораций. Наоборот, чем меньше у них будет власти, тем лучше. Человечество опиралось на экономику, когда строило мир, а не жило ею, как живут дзайбацу.

А что меня в действительности тревожит, так это факт диктатуры в виртуальности. Нельзя допустить, чтобы оболочки «Ифритов» стали силой, подчиненной кому бы то ни было. Это будет стерилизацией волшебного мира, его обезличиванием.

Мой взгляд скользнул по электронным часам на приборной доске микроавтобуса: шестнадцать сорок две. Через три часа прилетает Алиса. И это сейчас меня волнует больше всего.

* * *

Через пятнадцать минут микроавтобус остановился. Сначала выскочили арахниды, а потом нейлоновые ремни опали. Так что выбирался я под взглядами пулеметов.

Мы оказались где-то на окраинах подводного города (только сейчас я вдруг понял, что так и не удосужился спросить его название).

Впервые я вижу так близко купол. Тяжелое, должен сказать, зрелище. Наверное, именно таким представляли мир древние люди. Огромное плато реконструированного морского дна засажено аккуратно подстриженной газонной травой. Ее зеленое полотно расчерчивают бетонные дорожки парка, декоративными островами возвышаются каменные глыбы. Блестят бассейны с морской водой, наверное, там и рыб полно. И вдруг — все заканчивается железобетонной плотиной. Ее основание возвышается над парком метров на десять, а дальше хромированные ребра въедаются в пластиковый свод купола, отделяющего мегатонны зеленой воды. Не хватает лишь сказочных существ, охраняющих «край мира». Хотя на эту роль арахниды вполне сгодятся…

Глядя на эту урбанистическую красоту, давно обскакавшую природную, у меня возникает мысль, что здесь настоящий ад для страдающих клаустрофобией.

— Пойдем, Дьявол, — услышал я свистящий хрип. — Тебя ждет еще более удивительное зрелище.

Мы прошли сквозь солидного размера ворота, их створки тут же захлопнулись за нашими спинами. На многочисленных табличках на сеточном заборе надписи: «Внимание! Частная территория! Охрана имеет право применять оружие!». Вокруг ни души, и мы в молчании шагаем к пункту назначения. К очередной западне для Сетевого Дьявола.

Здание «Лабораторий» навевает мысли о психических проблемах его архитектора. Древесный пень из хромированной стали и стекла, высотой этажей в пять. Молодыми побегами вьются по его корпусу черные кабели, сверкает сварка. Кибернетические животные монтируют этажные перекрытия, другие занимаются ремонтом, третьи — облагораживают территорию. Полностью механизированный процесс стройки, двадцать четыре часа в сутки.

Глядя на кибернетическую осу, размером с кабана, приваривающую очередной кусок здания, у меня возникает странная мысль. Никогда не думал, что корпорация, так ратующая за изменение биологической формы, будет пользоваться услугами только роботов.

Оса закончила сварку, на пропеллерных двигателях перенеслась к следующему объекту. Ту балку как раз удерживает киборг, напоминающий мусорный бочонок.

Толчком в спину арахнид напомнил, что не время зевать. Дорожки повели нас мимо запечатанных дверей «древесного пня», бросили к ногам асфальтовое плато автомобильной парковки на заднем дворе.

— Тебе туда, — арахнид указал на скромное здание на краю парковки.

— Надеюсь, — усмехнулся я, — джакузи вы уже приготовили?

— Тебя ждет хрустальный гроб.

Ничего себе. Неожиданно. Вот уж не ожидал образного мышления от этих тварей. Я их неправильно позиционировал как тупых бодигардов, а это — элита?

Здание оказывается офисом и каморкой охраны одновременно. Общее помещение с пультами наблюдателей, вооруженные люди, письменные столы с компьютерами. Мы прошли крошечную кухню, где воняет плавленым сыром и прокисшими остатками кофе со сливками.

Последняя часть здания оказалась чем-то средним между комнатой допросов и раздевалкой. За металлическим столом восседает незнакомый мужчина лет пятидесяти, его внешность мне напоминает первого российского президента.

Когда меня вводят, он отрывает взгляд от наладонника, прячет его в карман и растягивает губы в привычной корпоративной улыбке:

— Добрый день.

— Привет.

Он продолжает улыбаться, откровенно рассматривая меня.

— А вы совершенно не страшный.

— Чего не скажешь о вас, — усмехнулся я. — Постарайтесь исключить из пищи алкоголь и фаст-фуд.

— Шутите? — не обиделся он. — А я вот серьезно говорю. Только что читал отчет о вашем последнем визите в главный офис «Лабораторий». Там вас чуть ли не дьяволом обрисовали. Хе-хе. Дьяволом, да.

— Тогда зачем меня сюда опять притащили?

Он театрально пожал плечами.

— Даже не знаю. Вроде бы и надобность в вас отпала. Наверное, господин Карт просто сентиментальная личность. Не любит забывать старых друзей. Да и как запасной вариант вы хороши.

Из всего этого словесного поноса я понимаю: Терехин был прав, решив, что у «Лабораторий» опыты прошли успешно. Судя по всему, они действительно нашли способ создавать конструкт разума. «Новая надежда» обречена. Если, конечно, они не получат то же знание. Но у меня свой план.

Мужчина предложил мне сесть, я покачал головой, закурил. Он с осуждением проговорил:

— Нас очень расстроил ваш побег. Господин Карт был в ярости. Знаете, там ведь пришлось серьезный ремонт делать. Хорошо, что вы и от наших конкурентов ушли, вот уж у кого не стоит задерживаться.

Я пробормотал:

— Я от бабушки ушел, я от дедушки ушел…

— Ничего, — он улыбнулся. — Будем считать, что это того стоило. Что же, давайте знакомиться.

Он подошел, протянул визитную карточку: тончайший прямоугольник закаленного небьющегося хрусталя; лазером внутри вывели узоры, ряды цифр и букв. Одна такая визитка стоит приличных денег. Не глядя в нее, я выбросил в мусорную корзину.

Его бровь ощетинила спину:

— Даже так?

Я сказал невозмутимо:

— Ненавижу визитные карточки. Когда люди стыдятся перечислить все свои достоинства, они доверяют это визитным картам. Или…

— Или?

— Или вам просто лень тратить время на диктовку телефонного номера.

Он засмеялся:

— Кажется, я понял. Тогда сыграем по вашим правилам. Меня зовут…

— Не надо. Я знаю.

— Знаете?

Всё. Время шуток закончилось. Теперь нужно действовать.

— Юлий Исаакович Дорм, — отчеканил я. — Сорок шесть лет, женат, имеешь двух любовниц и, не менее часто, имеешь одного любовника. Детей нет, ты стерилизован. Посещаешь тренажерный зал два раза в неделю. На имя жены открыт в Грибнице денежный счет, куда ты переводишь часть украденного из бюджета корпорации. Твой страховой счет и номер чип-паспорта… да, ты мне подходишь.

Его глаза расширились, а лицо перекосил ужас. Когда я улыбнулся, он попытался закрыться руками, но мы теперь не в Сети, чтобы мне понадобилось касаться жертвы. В рилайфе Сетевой Дьявол крадет Души на расстоянии.


предыдущая глава | Автономный режим | cледующая глава