home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



3

На меня глазели с почти суеверным ужасом. Будто на настоящего Дьявола, овладевшего телом их бывшего гендиректора. Поначалу это было забавно, потом стало утомлять. Девушка, принесшая мне чашку кофе, едва дождалась, пока я ее возьму, в смысле чашку, и тут же бросилась прочь. Хорошо еще, что святой водой брызгать не пробуют. Или еще будут?..

— Если я огнем дохну, они разбегутся? — спросил я.

Дикарь заморгал в недоумении. Это получилось забавно с его заплывшим левым глазом. Наконец, догадавшись, в чем дело, он развернулся к сотрудникам и рявкнул:

— Нечем заняться, мать вашу?! За работу!

Половина людей тут же исчезла, как ветром сдуло. Остальные разбежались по местам, стали изображать самую кипучую деятельность. Дикарь хмуро обвел их взглядом, потом кивнул на дверь. Там чернеет табличка: «Чудновский Артем Юрьевич», и ниже: «начальник отдела компьютерной безопасности».

Надо же, у Дикаря даже имя есть. Чудновский Артем Юрьевич… как все-таки отличаются знакомства в Сети от реальных. Там человек прячется под ником, и этот ник может сказать о своем хозяине гораздо больше, чем данное при рождении имя. Вот Дикарь, например, нелюдимый хакер, в молодости вроде промышлял чем-то очень незаконным, о чем сейчас вспоминать не хочет. А что можно сказать о Чудновском Артеме Юрьевиче?

Кабинет Дикаря напомнил мне распродажу компьютерной техники. Стены оклеены экранами инфопространства, на широком столе такой же широкий монитор. По одну сторону вскрытый сервер, по другую — виртуальная дека. В углу полно кремниевого хлама, комки цветных проводов и шлейфов. Похоже, это его пунктик, — зашкаливающее количество гаджетов, это еще помню по его виртуальной студии в Адской Долине.

Я развалился на диване, пригубил кофе и тут же отставил — растворимая бурда. Вынул сигареты, но пришлось выбросить пустую пачку. Дикарь в молчании предложил свои. Как всегда — сигариллы.

— И давно ты на них работаешь? — осведомился я, выпуская сизый дым к потолку.

Бывшая легенда Сети (не слишком ли большая концентрация бывших легенд в Сети на один квадратный метр?), знаменитый хакер тяжело опустился в кресло.

— Пару месяцев, — голос у Дикаря усталый. Тяжелый. — С тех пор, как стало окончательно ясно, что мои услуги в киберсети не нужны. Точнее, нужны, но я их просто не смогу реализовывать. А продавать софт… не, лучше уж на корпорации пахать…

— И товарищей продавать, — поддакнул я злопамятно.

— Не продавал я! — подскочил Дикарь. Заорал, сжимая кулаки: — Я же для тебя старался, выручал, чтобы ты не натворил чего-нибудь! Знаю же тебя, дай только волю — сразу за пушку возьмешься!

— Что-то я не припомню за собой такой кровожадности.

— Зато я припомню. Сколько простреленных «черных ящиков» из генномодов выковыривал.

У меня едва дар речи не пропал.

— И это я кровожадный?! Их посылали, чтобы меня прикончить!

Дикарь отвел взгляд, лицо старого хакера перекошено мукой. Кресло жалобно взвизгнуло, когда упал обратно.

— Тогда я еще не знал о тебе, — прошептал он, теребя ожерелье из флэшек. — Вообще, как случился этот виртуальный коллапс и все исчезло, не до тебя было. Мой мир рухнул, Адская Долина прекратила существование. Хорошо еще, что за время работы я успел накопить кое-какие деньги. Но и они стали заканчиваться. А сидеть сиднем я не люблю, нужна была работа.

Он обвел взглядом богатый офис «Новой надежды». Голос прозвучал глухо:

— Я, конечно, понимаю, что тебе они не нравятся. Теперь уже понимаю. Но эта корпорация самая лучшая. Только здесь я могу применить все свои навыки.

Он прав, черт возьми. Глупо его винить за то, что выбрал перспективы и нормальную жизнь. Тем более что и выбора-то у него особого не было.

— А как ты узнал обо мне?

Все еще не поднимая взгляда, Дикарь буркнул:

— По роду деятельности мне положено разгребать не пакеты, а целые контейнеры информации. Некоторая не зашифрована, иную мне приходится кодировать самостоятельно. Потом еще и сверху подкинули кой-какой софт, для поиска опасного преступника.

На миг у меня перед глазами промелькнули первые месяцы моего бегства. Улицы, охотники за головами, бесконечный побег в никуда. Даже и представить не мог, что охотой за мной руководит… ну ладно, пусть не руководит, а координирует охоту мой старый знакомец. М-да… забавные фортели выкидывает порой судьба.

— Понимаешь, — продолжал Дикарь, — я тут начальник службы информационной безопасности. Подчиненных много, а времени у меня остается уйма. Вот и лазил потихоньку…

Ясно. Дикарь влез в файловую систему корпорации и нашел лазейку в базе данных. Как там говорят: сколько хакеру ни плати, он все равно в реестр смотрит?

— Понял я, что полез не в свое дело, когда узнал о личности «опасного преступника». Хотел уже подчистить за собой следы, на фиг оно мне надо? А тут прилетела обнова инфы — это Сетевой Дьявол, говорят, а не господин Астахов. Я даже глазам не поверил…

Представляю.

— …И с того момента начал за тобой следить. А когда понял, что за тобой еще и «Лаборатории» охотятся, а ты как раз у них на крючке, пришлось звонить наверх. Сознаваться.

— Влетело? — спросил я с сочувствием.

— Не то слово, — кивнул Дикарь. Закурил, к пластиковому потолку поднялось еще одно облачко вишневого дыма. — На год без премии остался, да еще и доступы хотели сократить, но не вышло, хе-хе… в общем, нужно было тебя вытаскивать. Вот этот парень, Терехин Ваня, и придумал такой план — вытащить с моей помощью.

— Ну ты и гад, — я покачал головой. — Не мог сразу сказать?

— А когда? — кисло отозвался он. — Было время? Тем более что выяснили, будто на «Лаборатории» еще и Баал работает.

— Кто?

Дикарь запнулся, отвел глаза. Выдавил:

— Бааль-Зевул.

Вельзевул? Знакомое имя, честное слово. Вот только где я его слышал, кроме классической демонологии?

— Киллер, что ли?

Дикарь кивнул в молчании. Я вздохнул искренне:

— Задолбали. И что им всем от меня надо?

— Его можно понять, — произнес Дикарь глухо. — Не то чтобы я его оправдываю, просто, по их извращенной логике, задета профессиональная честь.

— В смысле?

Хакер впервые поднял глаза. Левый все больше заплывал. Черт, вот завтра у него знатный фингал будет…

— Так ты не знаешь?

— Не знаю чего? — Дикарь отвел глаза, но от меня уже не отвяжешься. — Говори!

— Да, наверное, нужно сказать. Ты имеешь право знать.

— Да говори, черт возьми!

Дикарь еще помолчал, потом все-таки уронил:

— Баал это именно тот киллер, которого в свое время нанимал Петр Астахов.

* * *

Обалдеть…

Нет, наверное, я проклят. Как еще можно объяснить тот факт, что меня никто не может оставить в покое? Жил в Москве — Петр (мало я твое тело резал?!) натворил делов; существовал в Сети — опять он! Теперь, когда вроде бы и врагов-то не должно быть, снова оказывается, что их полным полно. Что происходит?!

— Деньги, — Дикарь будто прочитал мои мысли. — В наше время жизнь ничего не стоит. Пещерные времена, мать их, понимаешь? Сейчас, если у тебя есть достаточное количество купюр, ты будешь жить вечно. Как тот уродец в банке «Лабораторий», Янус который Карт. А ты выбился, нахапал этих самых денег так, что в карманы не влезало. Вот к тебе все дерьмо и налипло.

— Успокоил, — я усмехнулся. — Что делать прикажешь?

Дикарь пожал плечами:

— Бороться. Но пока тебе лучше отдохнуть, наверное, после дороги устал. Завтра приедет Ваня Терехин, введет тебя в курс дела и — за работу. Так что отдыхай пока. Можешь прямо здесь, у меня на диване. А я домой поеду, прикупил тут недавно квартирку.

Он поднялся, достал из шкафа одеяло. Не знает, чистая душа, что спать я не могу.

Дикарь уже собрался уходить, когда я окликнул:

— А что будет, когда мы закончим эту работу? Будут новые проблемы?

Он помедлил, прежде чем обернуться. Заглянул мне в глаза:

— Хочется думать, что на этом все и кончится. Прищучим Баала, разберемся с «Ифритами», а потом и тебя подлатают. Уж не знаю, как ты туда забрался, но думаю, что смогут тебя починить. У «Новой надежды» везде есть связи.

Я не ответил. Дикарь, вздохнув, пожелал мне спокойной ночи и вышел.

Интересно, мне показалось, или он, как и его сотрудники, побаивается меня? У него ведь тоже есть чип-паспорт виртуальности. Боится, что в его голову влезу? Или это всего лишь момент так сказывается: первая встреча после дружбы в Сети всегда такая прохладная, и не знаешь что сказать. А может, его смущает, что Сетевой Дьявол оказался такой крупной птицей, генеральным директором самой крутой корпорации в мире, что практически равно президентству сверхдержавы?

Черт его знает, вот так сразу и не разберешься. Тут бы понять, что со мной делается…

Неожиданно я поймал свое отражение в зеркале, сердце привычно сжалось от внезапности. Хотя уже не так сильно, как раньше, привыкаю я к морде Петра.

— Что ж ты натворил, а? — спросил я шепотом у изрезанного лица бывшего друга. Подумал и добавил с сочным удовольствием: — Сука ты.

Захотелось курить, а я как назло забыл у Дикаря сигарет взять. Подумав, решил сыграть на своем положение почетного гостя.

Когда я вышел из кабинета Дикаря, в офисе будто дышать перестали, так тихо стало, что отчетливо слышно гул электричества в розетках.

— Кто тут главный? — мрачно спросил я.

Симпатичная блондинка с кипой распечаток резко побледнела. Я взглянул на нее в упор:

— Вы?

Безмолвный кивок.

— Мне нужны сигареты… И кофе. Только настоящий, не эта растворимая гадость.

— Я… попробую, — пролепетала блондинка. Сунула бумаги кому-то на стол, метнулась к выходу: — Если охрана позволит…

— Позволит, — кивнул я. — Скажите, что Сетевой Дьявол требует.

Сказал и тут же пожалел. В офисе резко упала температура, а по количеству белых лиц офис теперь может соперничать с моргом. Чертыхаясь, ушел в кабинет Дикаря. От нечего делать сел за его комп, но тот работать отказывался. Пришлось снова выходить в общую комнату, спрашивать телефон Дикаря.

— Дик-каря? — заикаясь переспросила секретарша.

Я обернулся в сторону кабинета, прочел с таблички:

— Чудновского Артема Юрьевича. Он тут у вас за главного феодала.

Сказано было мягко и с улыбкой, но девушка будто не заметила. Помертвевшими пальцами набрала номер на трубке, протянула мне. После второго гудка в трубке рявкнуло:

— Чудновский.

— Вот и чудненько, — скаламбурил я. — Скажи-ка, господин начальник службы информационной безопасности, пароль от своего компа.

— Сэйт?.. Зачем тебе пароль? Лег бы поспать лучше…

— У меня бессонница. Давай пароль.

— От компа не дам, — буркнул Дикарь. — Сам понимаешь, — профессиональная деформация. Записывай пароль деки.

— Диктуй, — вздохнул я.

Записав пароль (понадобилась минута и три строчки, а потом еще две минуты на перепроверку), я вернулся с бумажкой в кабинет. Положив деку на колени, откинул крышку. Клавиатура послушно развернулась втрое, экран осветился. Там возник сжатый кулак и появилось окошко пароля. После двух минут переключений с одной раскладки на другую и обратно, я наконец кликнул «принять».

Пронзительно пискнуло, и кулак на экране показал средний палец.

— Неправильный пароль!

— Черт!

Пришлось набирать снова. На этот раз все было верно, и пальцы разжались, выпуская из кулака модель земного шара из зеленых меридианов. Экран вспыхнул, поглощая заставку, и передо мной возник рабочий стол.

Короткий сигнал, на экране появилось сообщение, что курсор синхронизирован с моими зрачками. Движением глаз, минуя ярлыки игр и жестких дисков, я направил его к значку браузера.

Чувствую себя инвалидом, когда вот так, руками приходится набирать слова в поисковиках и забивать буквы в строчки адресов. То ли дело в Сети, когда можно мысленным усилием или голосовой связью делать это в десять раз быстрей. Но — нельзя мне в Сеть. Кто его знает, как поведет себя эта хрупкая электронная сущность в чип-паспорте. Иногда меня страх берет, да такой, что дрожь колотит, а вдруг чип-паспорт сломается?! Или что-то случится при сканировании личности на таможне? Или еще что-нибудь… тогда остатки меня исчезнут. А Петр уж наверняка сразу вынет кусок кремния из головы, да еще по нему и молоточком пройдется…

Чувствуя, что сердце начинает судорожно колотиться, а спина покрывается холодным потом, я поспешно задышал глубоко. Закрыл глаза.

«Глупости все это. Глупости из разряда танатофобии. Живут же люди, летают на самолетах, переходят каждый день оживленные улицы, и никто не боится. Ни у кого нет этих проклятых мыслей. И мне не нужно об этом думать. Нужно просто делать свое дело, и все-нет, не все. Делать, и надеяться, что на контракте с „Новой надеждой“ мои приключения и закончатся…»

Вроде помогло. Паника медленно распускала пальцы на моем горле, мышцы расслабились.

В дверь постучали. На мой крик вошли двое из команды Дикаря, на вид типичные хикки. Стараясь не смотреть на меня, опустили на журнальный столик поднос и тихо ретировались.

Паникеры. Как можно работать в самой большой корпорации планеты, ежедневно строить чудеса виртуальности, читай — миражи, а самим бояться Сетевого Дьявола? Не понимаю…

С приятным хрустом отлетел целлофан с пачки дорогих китайских сигарет, я закурил. Набулькал полную чашку кофе, обжигаясь, отхлебнул. Да! Это не растворимая гадость.

Упав на диван, я снова пододвинул деку. Вспомнив сегодняшний разговор с Дикарем, набрал в поисковике имя «Баал». Пришлось еще несколько раз изменить форму поискового запроса, прежде чем я наткнулся на первые упоминания об убийце по контракту.

Сведений было чрезвычайно мало. Почти все — слухи. Мол, лучший и самый дорогой «мясник». Безжалостный, но не кровожадный. Нет ни одного дела, с которым бы он не справился. Вроде бы единственный киллер, который не имел в виртуальности шайки собственного имени, как было у цеховика Кадавра. Позабавили предположения, что Сетевой Дьявол и Баал одно и то же лицо, и что Баал — женщина. Однако улыбка исчезла, когда я стал находить в каждом посте заверения, что в виртуальности, даже в киберсети, Баала не сдерживают антихакерские щиты и он не залипает…

— А еще он пьет кровь младенцев, — пробормотал я. — И в полнолуние в виртуальности чихает вирусами.

М-да, обычный треп Сети. Впрочем, на большее я и не рассчитывал.

Та-ак. Чем бы еще убить время? Секунду подумав, я хотел было влезть на новостной сайт, но потом вспомнил Розового. Пальцы сами отбили в поисковике фразу «Храм Сетевого Дьявола».

Ответов оказалось на удивление много. Отсеяв откровенный бред, я с интересом кликнул по первой же ссылке. Монитор потемнел. Динамики загундосили что-то вроде заупокойной молитвы на мотив черной мессы, а когда рявкнули электрогитары и меня оглушил хор, я узнал знаменитую песню Мэрилина Мэнсона.

— Антихрист Суперзвезда, — усмехнулся я. — Сатанисты фиговы…

Под хрип солиста в багровом пламени возник силуэт каменной церкви, намеренно стилизованной под урбанистическую культуру. На серых кирпичах стен граффити, преимущественно на тему «Виртуальность — врата ада». Провалы окон с выбитыми витражами забраны ржавыми металлическими прутьями. На деревянной двери со следами от пуль висит жестяной знак биологической опасности и надпись: «Загляни в бездну».

— Симпатично. Должно быть, в Сети это смотрится еще круче. Ну что ж, заглянем в бездну.

На клик дверь заскрипела, и храм качнулся навстречу. Музыка оборвалась, в тишине отчетливо слышна капель и замыкающая проводка. С жужжанием вспыхнули лампы дневного света, я увидел нутро церкви, навевающее ассоциацию с подвалом. Просторное помещение, бетонный пол с зеленой плешью мха, из труб пожарной безопасности течет вода. В том месте, где должен был быть алтарь, — неоновая голограмма, изображающая человека, разрывающего цепи. Внизу накорябаны строчки из, как я узнал, пророчеств. Мол, когда в виртуальность вернется Сетевой Дьявол, она снова станет свободной.

Фанатские бредни с налетом сатанизма.

Я прокрутил изображение, заметил в углу храма ржавую медицинскую каталку. Вместо тела там груда пожелтевших бумаг. Ага, это, наверное, архив.

Я кликнул на бумаги. Монитор тут же исхлестали строчки текстовых файлов, вспыхнули картинки.

М-да…

Легенды, байки, откровенные фантазии. В этом фольклорном болоте нет и десятой части правды. Неудивительно, что у людей быстро пропадает интерес. Чтобы верить в такую чушь, густо замешанную на религии, нужно быть полным отморозком.

Пролистав еще пару страниц «дьявольских чудес», я кликнул на статью о Сэйте. Как и ожидалось, статья начиналась со слов «сетевая аномалия». Конечно же, ни намека на реально существующего человека. Никто не догадался связать смерть Евгения Калугина и появление Сетевого Дьявола. Лишь, наверняка в порыве вдохновения, кто-то в духе мировых заговоров протянул ниточку между «Новой надеждой» и Сэйтом. Высказывались разные предположения. Начиная с того, что Сэйта просто нет, заканчивая тем, что вся эта возня всего лишь плод трудов самой корпорации. Мол, отмывали какие-то делишки. Как обычно это бывает, всеми сторонниками высказывались мегатонны аргументов, появлялись нерабочие ссылки, крики «инфа сто процентов» и обещания найти и набить морду противникам его правды.

— Еще чуть-чуть, — прошептал я, — и Сетевой Дьявол может превратиться в бренд. Покупайте доступ к виртуальности от Сетевого Дьявола, только в этом месяце скидка…

Бред-бред-бред. Не знаю, как программисты справляются с поиском информации, но меня начинает тошнить от людской глупости уже через пять минут. Да так, что ничего и искать не хочется.

Я уже собрался было закрыть страницу, когда один пост привлек мое внимание. Открыв его, едва не опрокинул деку на пол. А через минуту уже зарегистрировался и торопливо стучал по клавишам ответ…


предыдущая глава | Автономный режим | cледующая глава