home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 14

Понять, что значит для деревни почти два пуда серебра, Вовка не мог, однако, услышав, как оживленно и радостно загалдели мужики после сообщения предводителя о великодушном подарке волхва, сообразил: событие это для них совершенно неординарное.

"Ну и ладно, — не стал он переживать потерю. — Еще столько же осталось, а жизнь дороже". Он снисходительно покивал в ответ на благодарные крики и вопросительно глянул в сторону вождя. Поняв смысл немого вопроса, тот коротко оборвал славословия и отдал команду выступать.

К священному холму процессия вернулась уже глубоко затемно. — Прощайте… — величественно произнес Кубик, выслушав очередную порцию благодарностей. Напоследок нырнул в землянку и, подпалив кусок сухой бересты, вынес терпеливо ожидающим селянам огонь.

Проследив за спуском процессии с холма, облегченно перевел дух: "Ну вот, славно. Переночуем и в путь".

Спать в сырой и душной, пропитанной запахом лежалого меха, избе оказалось выше сил привыкшего к удобствам двадцатого века путешественника. Вовка выбрался на свежий воздух, блаженно растянулся на траве и, подложив под голову облезлый муляж волчьей головы, задремал. Разбудил умаявшегося беготней Кубика легкий ветерок, поднявшийся на вершине холма ближе к утру.


Он зябко поежился, сбегал в землянку за собачьей шкурой, которую приметил еще в прошлую ночевку, и завернулся в теплый мех. Немного подумал и завершил утепление, сунув голову в лежащую рядом с ним шапку: "То-се, вдруг комары, опять придется вставать… А так, все удобства".

Он поджал колени, согреваясь, и вновь задремал. Однако прежний сон не вернулся. Вместо этого в предрассветной тишине возник неясный шум. Вовка тряхнул головой, пытаясь избавиться от наваждения, но тщетно. Наоборот, шум сменился вполне различимым голосом:

— Ты не вправе бросать их, — изрек некто невидимый. — Взяв посох, ты впитал его силу и знания… В чужих руках он станет теперь простым куском дерева…

— Я не волхв, — наконец сумел отыскать подходящий ответ Кубик. — Меня вообще не должно здесь быть…

— Но ты есть, — резонно отозвался голос. — И ты сделал то, что сделал. Это судьба. Не противься ей.

"Блин", — Кубик расстроено оглянулся, стараясь определить, откуда исходит звук. Не сумел и попытался встать на ноги.

Однако то, что произошло в следующий момент, стало неприятным сюрпризом. Вместо привычного хруста в поврежденном мениске, он почувствовал невероятную легкость. Но, бросив взгляд на ноги, оторопел. В сиреневом полумраке явственно разглядел две, покрытые пегой, словно выцветшей, шерстью, когтистые лапы. А чуть позже понял, что все тело его тоже изменилось.

Понять это оказалось куда труднее, чем разглядеть. Исчез привычный контур человеческого тела. На траве, свернувшись в калачик, лежит туловище большой серой собаки.

Но вовсе добило понимание, что и голова явно не чувствует головного убора.

"Мама моя", — охнул Кубик, сообразив, наконец, что это все его. Иными словами, что он принял обличье волка.

Тянуться лапами к остроносой морде не стал, достаточно было скосить глаз, чтобы разглядеть черное пятно блестящего носа.

Сплюнуть тоже не вышло. Он лишь клацнул пастью и рефлекторно облизнулся длинным розовым языком.

"Охренеть… Свихнулся?" — рассудок судорожно искал объяснение невероятному превращению.

И тут вновь возник голос. Вовке на миг даже показалось, что в нем мелькнула скрытая издевка: — Ну вот, а ты говоришь "уйти"…

— Погоди… — Кубик плюхнулся на землю, едва успев выдернуть из под себя хвост. — Не может такого… Даже в древности… Это…

"А с чего ж ты взял, что находишься именно в той своей древней реальности?" — ответил он сам себе. Мысль показалась ему вовсе кощунственной.

— Ну, а где же тогда? — озадаченно рыкнул он и клацнул пролетающую мимо ночную бабочку.

"Да где угодно… — пришла в лохматую голову новая мысль. — Там, где есть варяги, простые охотники, но есть и говорящие волки, а также волшебные посохи… А может, и вовсе, не так. И лежите сейчас вы с приятелями у догорающего костерка недалеко от места раскопа, хлебнув с устатку купленной Абреком водочки.

Мало ли что могли намешать в "огненную воду" ушлые торговцы? Мультик с продолжением… Как говорят знающие люди".

Такой вариант озадачил.

— Но я же чувствую, — Вовка легонько куснул себя за лапу. — Больно…

"Картина маслом, — оборвал он себя. — Еще чуть-чуть, и можно будет не суетиться. Крыша сдвинется навсегда".

И рявкнул с легким подвыванием короткий приказ: — Отставить думать.

"Примем за данность. Все это происки артефактов. Шкура, которую спросони вытянул из закромов, не просто одеяло, ну, и дальше по тексту…"

Вспомнив про чужой голос, Кубик с надеждой спросил: — Эй, ты, будь добр, подскажи. Что со мной? Это навсегда?

— Ты опоясал себя… — прошелестел невидимый ответчик. — А натянув волчью кожу, разбудил одно из воплощений… оно дано волхву, как…

— Как мне… Того, обратно?.. — бессвязно взмолился, не дожидаясь окончания сумбурной проповеди, Вовка, — Я не хочу… — он вильнул взглядом в сторону, отметив пахнувший откуда-то ароматный след…

Однако голос не спешил отвечать. Кубик, борясь с нарастающим желанием поинтересоваться наглым зайцем, заскулил.

— Это твое. И научить не может никто. Нужно очень сильно пожелать… — невнятно пояснил методику превращения дух…

Владимир закрыл глаза и медленно, с невыразимым чувством, обматерил все происходящее, все артефакты неведомого культа, викингов с их треклятыми кольцами, вообще… и чудеса, а также невероятности этого мира в частности.

Однако помогло мало. Разве что позволило чуть снять напряжение.

"Матерящийся волк — это круто", — вдруг живо представил ситуацию Вовка. И улыбнулся. Оскал получился еще тот.

Кубик вздохнул и, уже не сопротивляясь неистовому желанию, рванулся в сторону, откуда доносился вожделенный запах.

Вспугнув залегшего на ночлег под сухой корягой ушастого, в три прыжка настиг зверька. Клацнули острые клыки…

"Неловко как вышло-то, — облизнув усы, бесстрастно подумал Кубик. — Тут, понимаешь, глобальный вопрос, жизни и смерти касается, а я?.."

Легкой трусцой вернулся назад и опустился возле входа в землянку.

"Ну, по крайней мере, вопрос с обедом закрыл", — пронеслась довольная мысль. Желтоватые, с темными крапинками, глаза начали медленно закрываться… Он повел ухом, проверяя окружающий мир, и ткнулся измазанной серым пухом мордой в передние лапы.

Инстинкт хищника оказался сильнее доводов рассудка. Не прошло и пяти секунд, как волк спал.


Вырвал из блаженного небытия дикий стрекот сороки. Белобокая сволочь сидела на верхушке ближайшей березы и разорялась почем зря.

— Кыш, паразитка, — махнул на птицу Кубик и с невероятным облегчением сообразил, что видит свои родные, стертые о железо грифа, ладони.

— Слава тебе… — выдохнул он и торопливо сдернул мешающий дышать колпак.

"Приснится же… такая страсть", — вытер мокрый лоб и озадаченно уставился на продолжающую верещать птицу.

"Погоди, погоди, — прищурился, глядя на ослепительный край солнца, выползающий из-за дальних холмов… — Кажется, таким образом они предупреждают о приближении посторонних. Так?"

"И кого это опять принесло? — озадачился Кубик. — Проходной двор какой-то…"

Долго ждать не пришлось. Владимир едва успел прибрать в дом одеяло-шкуру, как на тропинке, ведущей с подножия холма, показались серые шапки его вчерашних спутников. Однако сегодня пришел только вождь и двое молодых здоровяков, судя по явному сходству, скорее всего, его сыновей.

В руках у наследничков Кубик с некоторым удивлением разглядел пресловутый мешок.

"Что не так? — изумился Вовка. — Или серебро не той пробы?"

Он со вздохом натянул опостылевшую маску, сжал в руке посох и двинулся навстречу посольству.

По мере того, как гости приближались к капищу древнего бога, игривость Вовкиного настроения слегка уменьшилась. Уж больно странными показались ему лица поднимающихся по склону людей. Вовсе не так, по идее, должны выглядеть обладатели неслабого состояния.

Не дойдя до волхва нескольких шагов, вождь замер. Повинуясь его знаку, сыновья положили мешок на тропу и отошли прочь.

— Возьми, — странно кривя щеку, проговорил глава древнего поселения. — Великий Семаргл не простил нас… Он посмеялся и жестоко отомстил… Возьми серебро. Прошу. Забери в дар богам мою жизнь. Только пусть они сжалятся и простят… Вернут наших детей и жен… Иначе род погибнет.

— Стоп, — Кубик, забыв, что его слова могут быть поняты неверно, привычно закончил: — Не гони, на пень наскочишь. Какие жены, дети? Толком говори.

Посол сжал зубы и проглотил ком в горле: — Ты, правда, не знаешь?

— Я не знаю… — проговорил Владимир, уже с металлом в голосе. — Даю слово.

— Викинги, которые захватили лодку клана Хромого… Они сумели отыскать городище.

Пока мы ходили следом за тобой, они ворвались туда, перебили тех мужчин, которые стерегли поселок, и увели всех женщин и детей с собой… Я знаю, это месть богов… — заключил свой рассказ вождь.

Кубик пытливо глянул в глаза мужчине:

— Я повторяю: — Боги простили тебя. — Просто варяги сумели заставить пленников выдать место вашего, кхм… клана.

— Люди Хромого сильные, у каждого в городище остались дети и жены, как могли они предать их? Это невозможно… Они скорее дадут убить себя…

— Ну, может, и так… А может, и нет. Тем не менее, давай говорить о том, что есть, — Кубик болезненно поморщился и провел языком по десне: "Только зубной боли не хватало…"

— А вам не здесь надо торчать. А догнать варягов и отбить своих родных, — сформулировал Кубик единственно верное на его взгляд решение.

— Варягов? — в голосе бородатого мелькнула неподдельная горечь. — Они умелые воины, а мы простые охотники. Наше оружие — рогатины и слабые луки. Мы погибнем… Мои люди и нескольких мгновений не смогут противостоять их мечам и секирам.

— Вот, значит, как? — Кубик оглянулся на стоящий у него за спиной столб. — А как, по-вашему, Он должен вам помочь?

Заставит варягов вернуть детей и жен обратно? Или принудит отпустить их? Ты можешь сказать?

— Я не знаю, — медленно и совсем тихо произнес кажущийся раздавленным горем человек. А теперь он таким и был, старым и слабым… — Я думал, он всемогущ…

Голос просителя дрогнул. Он закрыл веки, пытаясь удержать невольную слезу.

— Значит-ся, так, — невольно пародируя Жегловскую скороговорку, прищурился Владимир. — Теперь слушай меня. Твои люди могут хотя бы отыскать следы этих викингов? Они ведь идут пешком?

— Да, конечно… — безжизненным голосом отозвался старик. — Ночью по лесу никто не ходит, даже Варяги.

— Их ночевка за той горой, — ткнул пальцем на восток старейшина.

— Серебро придется отдать варягам, как выкуп, — решительно произнес волхв. — Я все понимаю. Они сильнее, вы не можете сражаться, но… выбирай. Богатство или?.. — Владимир не стал продолжать, а глянул на просителя.

— Они заберут серебро и не отдадут пленных, — хмуро ответил тот. — Их словам нельзя верить.

— Это уже мое дело. Я попробую убедить их сдержать слово. Главное, чтобы этот обмен был им более выгоден.

— Серебро гораздо ценнее, — безнадежно вздохнув, пояснил житель лесного края. — Рабов еще нужно продать… Серебро лучше.

— Тогда решай, — Кубик, который вновь царапнул язык, поморщился, стянул маскарадный колпак и, не обращая внимания на посторонних, ухватил торчащую в десне занозу пальцами. Дернул и вытащил на свет помеху.

"Это еще что за дела?" — уставился он на обломок трубчатой кости. И похолодел.

— Я согласен, — нарушил молчание вождь. — Наш род не должен прерваться. Отдай серебро. Верни их…

— Ага, ага… — мимоходом, словно речь шла о чем-то малозначительном, согласился Владимир. Сейчас его куда больше волновала невероятная догадка.


…И дети ложки побросали. — Закончил свои рассуждения непритязательной шуткой. — Суть ее была в том, что превращение в волка оказалось явью…

Возможно, это связано с облачением в волчью шкуру и… — Тут Кубик едва сдержался, чтобы не сдернуть с головы пресловутую маску. — Но все ведь закончилось, если не считать пораненной десны вполне благополучно. Ведь вернулся…?

Значит, есть еще один фактор. — Сообразил Вовка. — Точно… Я ведь где-то по телевизору даже смотрел… Эти, как их, оборотни они по ночам появляются… От заката до рассвета… Нет, там про другое… Да какая, нахрен, разница: та же нечисть, только в профиль.

Он сумел взять себя в руки и вернулся в реальность, где предстояло решить довольно непростую задачу: Умудриться войти в контакт с воинственными захватчиками. Убедить их вернуть пленников, выяснить судьбу приятеля, ну и как минимум, суметь при этом сохранить собственную жизнь и здоровье.

— Погоди. — Оборвал Владимир невнятное бормотание растерянного вождя. — Скажи, как тебя звать?

Вождь замолчал, хлопнул глазами, и нерешительно оглянулся. — Имя нужно для жертвенного заклинания? — Наконец произнес он, собравшись с духом.

Дались вам… — Поморщился Кубик, однако озвучивать досаду не стал, а лишь отрицательно покачал волчьей мордой. — Нет. Я же сказал, что богам не нужна твоя жертва. Они помогут освободить пленников, хотя, если понадобиться жертва или дары, я тебе скажу. — Кубик решил оставить небольшую лазейку. Мало ли как может все обернуться. — Так, как?

— Варлам… — Произнес Вождь. — Мой род самый большой в селении. У нас много охотников… и было много жен…Потому мне дали бунчук.

Кубик открыл рот, собираясь назвать себя, и вдруг понял, что делать этого не стоит. — Он прислушался к себе. Странно, никаких голосов, подсказок, ничего. Только четкое понимание…

— Ну, нет, так нет. — Он дернул плечом. — А меня зови… Волхвом… Нарушил он молчание.

Я знаю… — Согласно кивнул вождь. — Ты открываешь свое имя лишь избранным, тем, чья жизнь угодна великому Семарглу…

Ага, вот оно как… — Принял к сведению новую для него информацию Владимир. — Может они и Кривушу потому мне приволокли? Но рассуждать дольше о тонкостях дохристианских обрядов не стал. Хватало более важных забот.

— Слушай внимательно Варлам. — Произнес он, стараясь говорить как можно проще. — Дай мне трех самых выносливых охотников. Они понесут выкуп. И лучшего следопыта.

И все? — Опешил вождь. — Но…

Еще одно слово, и ты останешься один на один со своими проблемами. — Не выдержал Кубик, голова которого была занята поиском решения. Он заметил, как прыгнули вверх брови слушателя при последнем слове. — Короче, делай, как сказал. Не спорь с богами… — Прибег он к решающему доводу. Да и еще, кто у вас хоть немного знаком с нравами и обычаями этих… Варягов.

— Прости… — Смутился Варлам. — Твои слова мне не совсем понятны… Варяги…? Ты говоришь про варангов?


— … Норманны, Северные люди. — Теперь пришла очередь смутиться Вовке. — Так их зовут в тех местах, откуда я пришел. — Пояснил он свою оплошность…

— Мы маленькое племя, живем в лесах… Откуда нам знать их привычки… — С огорчением развел руки в стороны Варлам. Подумал, и просветлел лицом. — Хотя, нет. В семье Рыси есть рабич. Он когда-то жил в северном краю. Его привезли…

— Не важно. — Оборвал Кубик, и распорядился. — Веди… этого, рабича…

— А что делать нам… — Никак не мог успокоиться Вождь. — Они не признают силу великого Семаргла. И ты, и они… можете стать их пленником.

Похоже, ты вновь сомневаешься в моих силах. — Вовке надоел пустой спор. — Он перебросил резную рукоять посоха, который ему прилично надоел, из одной руки в другую.

Вождь рухнул на колени. — Я верю, верю. — Торопливо забормотал он, не смея поднять головы. Не насылай гнев богов… Прошу тебя верни твой посох обратно.

— Так, еще одна загадка… — Озадачился Кубик, но исполнил просьбу.

Подготовка к переходу много времени не заняла. — Не прошло и часа, как на поляне осталось лишь несколько человек. Четверо из них стояли плотной группой, а чуть поодаль, низко согнув голову, так, что длинные растрепанные волосы закрывали лицо, расположился пятый член делегации.

— Судя по всему, это и есть пришлый смерд. — Кубик ехидно хмыкнул. — Надо-же, как самим рабов пользовать, это ничего, а как их родню в полон, так, дядя, выручай. А впрочем, в чужой монастырь со своим уставом…

Владимир торопливо заглянул в жилище. Выбрав из кучи лежащих в углу вещей более-менее приличный мешок, с осторожностью упаковал туда волчью шкуру, подумал и засунул опостылевший колпак.

— Пусть думают, что хотят, но тащиться по лесу в этой страсти, ни за какие пряники… — Рассудил он.

Огляделся, пытаясь сообразить, что еще может пригодиться в походе, выбрал потертый кривой нож, более похожий на кинжал, который по странной прихоти прежнего хозяина торчал в пустой глазнице висящего на стене здорового черепа. Судя по размеру клыков, череп принадлежал крупному зверю. Медведь, что-ли? — Предположил слабо разбирающийся в зоологии Кубик. И уже выходя из землянки, непроизвольно, скорее подчиняясь интуитивному порыву, сунул ладонь за низкую притолоку. — Пальцы наткнулись на плотный холщовый мешочек. — Покрутил на ладони. — Судя по всему, порошок. Может от блох? — Непроизвольно почесал Вовка плечо. — Разберемся.

Строить команду в шеренгу не стал. — Дольше объяснять. Поэтому просто уведомил, что идти придется быстро. На переходе не болтать, груз передавать по мере усталости. Остальное на месте. Чуть дольше времени занял разговор с проводником. Низенький, сморщенный как сухой гриб мужичок звероватого вида покивал головой в ответ на просьбу вести кратчайшим путем, и постараться догнать похитителей до того, как они погрузятся на свою ладью.

Отдав команду начать движение, Кубик догнал шагающего позади всех раба. — Эй, как звать… — Поинтересовался Владимир, тронув того за рукав неимоверно грязной рубахи.

От неожиданности холоп запнулся. — Феофан… — Произнес он хриплым голосом. — Прости волхв. — Ты принесешь меня в жертву богам? — Добавил он.

— Отчего так решил? — Памятуя о сложностях взаимоотношений местного населения с их кровавым идолом, поинтересовался Кубик.

— Разве может замарать себя касанием рабича волхв великого Семаргла…, если только он не избрал… — Сказал Феофан безжизненным голосом.

— Все, дальше можешь не продолжать. — Сообразил Кубик. — И, чтобы не наделать новых ошибок спросил. — Ты вечный раб? Или…

Косноязычно сформулированный вопрос однако оказался понят. — Я рожден вольным… — Без эмоций отозвался шагающий рядом. — Жил в Ильменях… Это далеко… Он махнул рукой, там холодно… Так вышло, что я отстал от своего каравана… Долго блуждал по лесу. Уже погибал, когда меня отыскал старший муж рода Рыси. Он спас меня… Теперь я его раб.


— Ну, с этим понятно… — Перешел Вовка к главному. — Скажи, эти разбойники, кто они, и почему они не забрали тебя.

— Норманны, свеи… Там были разные люди… Они не из одного клана. Наверное, это и вправду Варанги. У Императора служит много норманнов. — Отозвался спутник. — Когда они ворвались в городище… я убежал.

— Здесь, у Рыся, меня не бьют, я сыт, возможно, он когда-нибудь подарит мне свободу… А норманны отвезут на рынок, в Царьград. Я слаб, кто меня купит. Только купцы из Ханства, или люди Кагана. Хуже нет, чем рабство в Ханстве…

— Погоди, а кем был до того, как попал сюда. — Озадаченно перебил Владимир плавную, и на удивление правильную речь.

— Я смерд ильменского князя…, был. — Произнес Феофан.

— Тоже раб, что-ли? — Не сообразил Кубик.

— Откупной смерд. — Повторил Феофан и втянул голову в плечи, словно ожидая удара.

— А что есть разница? — Попросту задал вопрос Кубик.

— Извини, волхв, конечно, ты прав, для тебя, могущественного хранильника и чародея разницы нет… Но поверь, тогда я был почти вольным… И мог сам откупить себя.

— Стоп. — Поняв, что знакомство с куда более продвинутым рабом может оказаться полезным, решил не откладывать дело в долгий ящик Владимир. — Он всмотрелся в понурую фигурку шагающего рядом. Отметил, что, не смотря на свою худобу, тот выглядит куда более стройным, чем приземистые, косолапящие охотники. Разглядеть лицо собеседника не сумел.

— Чего ты так патлы распустил? — Не выдержал Кубик. — На, завяжи…, смотреть противно. — Он порылся в мешке и вытянул кусок кожаной бечевы с десятком хитрых узелков.

— Раб вздрогнул и отшатнулся.

— Что не так? — Попытался сунуть бечевку в черную от грязи ладонь спутника. — Феофан отдернул руку и дрожащим голосом произнес. — Ты снова смеешься, великий кудесник. — Разве не знаешь ты, что это знак ведуна.

— Тьфу… — расстроился Вовка. — Короче. — Эй, вы. — Повысив голос, обратился он к шагающим впереди спутникам. — Отныне этот человек мой… Он угоден великим богам. Я выкупил его у рода Рыси. Ясно?

Если его слова и удивили неразговорчивых следопытов, то они ничем не выдали этого. Молча взглянули на волхва, и продолжили движение.

На. — Протянул кожанку Владимир. — Мне лучше знать… Я вижу, что ты можешь стать… настоящим, — он замялся, припоминая, и ляпнул, — ведуном.

Впрочем, Феофан принял мгновенные перемены в своей судьбе со странным спокойствием. — Он без возражений принял символ принадлежности к касте жрецов.

— Ты странный волхв… — Произнес смерд, затягивая волосы на затылке. — Но ты волхв. Великий волхв. Ты узнал… Да, я был в свите великого волхва моего рода, он хотел сделать меня ведуном. Теперь я могу признаться тебе… Кудесник… Он отправил меня с посольством в Царьград…

Княжий воевода увел струг с ночевки, пока я спал. Но сперва его кормчий опоил меня сонным зельем. — Я не знаю, зачем он это сделал… Давно это было уже пять зим тому… Да это и не важно. Но ты сумел разглядеть… — Феофан сцепил зубы, стараясь удержать себя. Я благодарен тебе, великий жрец. Твои боги куда могущественнее моего… Раз он не смог помочь… Позволь мне служить тебе.

— Ты смотри, бывает-же… — Исповедь раба, стала для Вовки откровением. В нескольких словах тот сумел поведать историю достойную пера Шекспира. — Выходит, уже тогда в коридорах власти все было спутано в плотный клубок интриг и противоречий…

Кубик вспомнил о цели их путешествия. — Конечно, иметь рядом человека более цивилизованного, чем полудикий охотник, куда выгоднее, но это все вторично.

— Главное придумать, как найти общий язык с варягами. — Вернулся Вовка к насущным проблемам.


Глава 13 | Кольцо викинга | Глава 15