home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

Loading...


Глава 8. Возврат долга

Пожар в башне потушить не удалось; он полыхал до тех пор, пока не угомонился сам. Однако на остальную часть дворца огонь не перекинулся. Тут помогли и люди, вовремя подоспевшие с наполненными водой вёдрами, и тот факт, что здание было построено из камня. Будь дворец деревянным, пожар навряд ли удалось бы остановить. Башня также была каменной, но внутри оказалось достаточно предметов, сделанных из других материалов; все они сгорели дотла. В комнате наверху не осталось ничего, кроме голых обугленных стен; сгорели также двери и деревянные лестничные перила. В западном крыле надолго поселился запах гари.

Следующие два дня я старалась избегать Рауля и по большей части отсиживалась в Оранжерее. Но неприятности настигли меня и здесь.

Мы с Генри осваивали число "восемь" и соответствующее слово, когда в дверь постучали. Спрятав орехи в глубокий карман брюк, дабы учебное пособие не превратилось раньше времени в чей-то завтрак, я пошла открывать. На пороге стояла Кейтлин, королевская портниха.

— Этот человек искал вас, Говорящая. Он сказал, что пришёл во дворец специально, чтобы увидеться с вами.

Она отступила в сторону, и в дверном проёме появилось знакомое лицо. В Оранжерею вошёл низкорослый, но крепко сложенный пятидесятилетний мужчина с коротко подстриженной седеющей бородкой и посверкивающей на свету лысиной. Я постаралась скрыть удивление и изобразить на лице более или менее убедительную улыбку.

— Дядя Томас, как я рада вас видеть! — произнесла я не слишком-то радостным голосом и жестом пригласила его следовать за мной.

Выполнив свою миссию, Кейтлин удалилась по собственным делам, коих у портнихи всегда было немало; мы же с Томасом расположились в беседке.

Дядя Томас, вернее сказать, троюродный дядя Томас Гридли, приходился мне родственником со стороны отца. Как и большинство моих родных по этой линии, он промышлял торговлей. В отличие от отца, к академии эти люди никакого отношения не имели и относились к его занятию с непониманием и зачастую презрением. Томас жил в Рингдолле, средних размерах городе, расположившемся в одном дне пути от столицы, и, насколько мне было известно, дела его шли совсем неплохо. Что же касается нашего с ним общения, в последний раз мы виделись на каком-то семейном празднике два или три года тому назад и вполне могли бы не встречаться ещё столько же, совершенно не страдая от такого положения вещей. Общих интересов у нас не было, общих дел тем более. Я хорошо знала, что дядя нередко приезжал в столицу, чтобы вести здесь торговлю, но до сих пор он ни разу не пользовался случаем, чтобы меня навестить. Поэтому его сегодняшний визит чрезвычайно меня удивил.

Однако правила гостеприимства я знала и потому усадила его на скамью, напоила чаем и задала несколько малозначащих вопросов светского характера.

— Как обстоят дела в Рингдолле? — спросила я, подливая в чашку кипятку. — Как тётя Дорис, как дети?

— Всё хорошо, — покивал он, поглаживая бороду. — У Дорис была простуда, но она уже поправилась. Дети тоже здоровы. Вообще в нашей семье редко к кому цепляются хвори. Старший уже подарил нам внучку, ты слыхала? Ну вот, а в остальном всё тоже совсем неплохо. Дела идут стабильно, я бы даже сказал, очень хорошо. Цены на продукты понизились, а это положительно сказывается и на остальной торговле.

Томас сделал несколько больших глотков и отставил чашку в сторону, одобрительно причмокнув.

— Хороший чай. У нас гораздо хуже. Не знаешь, какая это марка?

— Не знаю, — покачала головой я. — Какой с кухни поставляют, такой я и пью.

— Надо будет выяснить, — задумчиво проговорил он. — Чай определённо хорош. Его можно было бы продавать по две серебряных монеты за фунт, это как минимум… Да, хорошо жить во дворце, тут ничего не скажешь.

Я напоказ пожала плечами, давая понять, что не собираюсь обсуждать эту тему. Но у Томаса были другие планы.

— Мы наслышаны о твоих успехах, весьма наслышаны. Все члены семьи очень тобой гордятся, можешь быть в этом уверена.

Я нахмурилась. О чём это он? О моей службе в качестве Говорящей или о статусе фаворитки? Вернее всего второе. Королевской Говорящей я работаю уже шесть лет, за это время мы с дядей встречались неоднократно и он ни разу не выказывал особой гордости по данному поводу. Вообще думаю, что к статусу Говорящей родственники по этой линии относились с ненамного большим уважением, чем к работе в академии.

— Быстро же у нас распространяются слухи, — сухо заметила я.

— Слухи всегда расходятся быстро, — кивнул Томас. — А люди моей профессии стараются быть в курсе раньше прочих. В этом нередко бывает секрет успеха. О появляющихся возможностях всегда важно узнавать первым, чтобы успеть ухватить удачу за хвост.

— И именно такая информация привела вас в столицу?

Я хотела поскорее перевести разговор на его собственные дела, дабы невзначай напомнить дяде, что ему пора закругляться с визитом.

— Можно сказать и так, — согласился Томас. — Ты очень повзрослела, Айрин. А я ведь помню тебя ещё совсем крошкой. Ты ведь знаешь, я тесно общался с твоими родителями ещё до их свадьбы. А вскоре после бракосочетания, когда они испытывали финансовые трудности, я даже одолжил им немалую сумму денег.

К чему он клонит? Хочет попросить взаймы кругленькую сумму? Или собирается выторговать какую-нибудь другую услугу, вроде персонального снижения налогов? Как вскоре выяснилось, я оказалась недостаточно проницательной.

— Беда в том, что те деньги они так до сих пор и не вернули, — посетовал Томас. — А у меня, знаешь ли, наступили не самые лёгкие времена, я чрезвычайно нуждаюсь в этой сумме.

Разве не вы только что говорили, будто дела ваши идут хорошо?

— С тех пор прошла уйма лет, — изумилась я. — Неужели родители оставались вам должны всё это время?

— Увы, — развёл руками он. — Возможно, у них не было денег, а может быть, они просто забыли о своём долге, а мне было как-то неловко им напоминать…

Ну да, конечно, было тебе неловко. Что-то ты темнишь, дядюшка… Вот только как бы понять, где именно подвох?

— Они никогда не говорили мне, что у них есть долги, — осторожно заметила я.

— Значит, как я и сказал, они забыли. Не может ведь быть такого, чтобы они не упоминали о долге специально, надеясь, что его не придётся впоследствии выплачивать? Нет, конечно, не может. Тем более что на такой случай у меня есть расписка… А вот и копия, надо же, оказывается, она у меня здесь с собой!

И он извлёк из-за пазухи будто бы случайно обнаруженный там листок.

— А вот и квитанция на выплату, я её недавно подготовил, ну, так, на всякий случай.

Ещё один листок перекочевал ко мне в руку. Я взглянула на сумму.

— Сколько?! — воскликнула я, на сей раз не скрывая собственных эмоций. — Да на такие деньги можно построить пару новых дворцов!

— Ну, что же делать, — вновь развёл руками дядя. — Сама говоришь, много лет прошло. Сумма с самого начала была немалая, а тут ещё инфляция, да и проценты набежали…

Не иначе по сто процентов в месяц, в противном случае не представляю себе, как дело могло дойти до такой суммы.

— И что вы теперь хотите? — осведомилась я, долее не считая нужным изображать приветливость и родственное гостеприимство.

— Ну, я просто подумал, что, раз уж твоё положение так резко повысилось, ты могла бы выплатить мне долг за своих родителей. — Томас, наконец, заговорил напрямик.

— И где я, по-вашему, возьму такие деньги?

— Я думаю, для тебя не составит большого труда их раздобыть. Учитывая твой статус во дворце.

— По-вашему, у меня неограниченный доступ к королевской сокровищнице?

— Даже если и нет, уверен, ты можешь попросить Его Высочество о небольшом одолжении. Навряд ли он тебе откажет. Ты очень расцвела за последние годы. Принц должен гордиться, что рядом с ним такая женщина.

Ну да, его прямо-таки распирает от гордости. Интересно, что было бы более нагло со стороны любовницы — просить такую сумму денег или графский титул?..

— Я не аленький цветочек, чтобы расцветать, — отрезала я. — И денег таких раздобыть не смогу. Мне очень лестно ваше мнение, но вы заблуждаетесь. Таким влиянием при дворе, какое вы мне приписываете, я не обладаю.

— Ну что же, жаль, очень жаль, — вздохнул Томас. — Придётся обратиться с той же просьбой к твоим родителям. У них таких денег, конечно же, нет… Да, боюсь, твоему отцу придётся сесть в долговую яму. Но ты не беспокойся, твою мать, я думаю, не тронут. Обычно бывает довольно одного члена семьи.

Заскрипев зубами, я вскочила на ноги.

— Убирайтесь отсюда!

— Уже ухожу. — Он неспешно встал из-за столика. — Я зайду попозже, часам к семи вечера.

Всё то время, что Томас шагал по тропинке к выходу я смотрела ему в спину, играя желваками и сжав руки в кулаки.

Не успела дверь закрыться за Томасом, как она снова распахнулась, и в Оранжерею вошёл Юджин.

— Я всё слышал, — первым делом сказал он, заходя в беседку.

— Отлично. Ты тоже умеешь слышать сквозь стены? — язвительно осведомилась я.

— В каком это смысле?

— Неважно.

— Что ты собираешься делать?

— Пока не знаю. — Я качнула головой, прикусив губу. — Таких деньжищ мне в любом случае не достать.

— Что там за сумма?

Я протянула ему один из оставленных Томасом документов. Секретарь пробежался по бумаге взглядом и уважительно присвистнул.

— У твоего дядюшки губа не дура.

— Да, но лучше бы она умничала где-нибудь в другом месте.

— Ты думаешь, он это серьёзно про долговую яму?

— Не знаю. Всё может быть. Вообще-то с него станется. — Никаких иллюзий насчёт добросердечия Томаса я не питала. — Вопрос в том, был ли вообще какой бы то ни было долг, или он всё это выдумал.

— Ты не можешь спросить об этом своих родителей?

— Могу. Но они живут в четырёх днях пути отсюда. Пока я получу ответ, пройдёт слишком много времени. И он отлично это знает. Потому меня и торопит.

— Тогда, может быть, тебе стоит просто потянуть время?

— Может быть. Вся эта история выглядит подозрительно, а сумма вообще несерьёзна. Но меня беспокоит другое — у него могут быть очень хорошие связи в среде судебных приставов. И в этом случае он добьётся своего, даже если вся история высосана из пальца.

— Отдай мне на время эти бумаги, — предложил Юджин, протягивая руку. — Я попробую проверить их по своим каналам. Хотя, учитывая, что здесь только копия расписки, шансов разузнать что-то полезное не слишком много.

— Держи. — Я протянула ему оба листка. — Мне с этим в любом случае нечего делать.

— Если его угрозы серьёзны, может быть, всё-таки будет лучше от него откупиться?

— Опять та же песня, — всплеснула руками я. — Чем???

— Попроси у принца.

Я ожидала увидеть на лице Юджина ироническую ухмылку, но он смотрел мне в глаза предельно серьёзно. Я фыркнула, недоверчиво качая головой.

— Да с какой стати принц станет давать мне такие деньги???

— Не кричи. Просто он единственный человек из твоего относительно близкого круга знакомых, который может это сделать.

— Близкого? Ты же сам доказывал с пеной у рта, что я ему не любовница!

— Ну, положим, про шрам ты так и не ответила, но какие-то отношения у вас точно есть, с этим я не спорил.

— Не такие, чтобы обращаться к нему с подобной просьбой, — отрезала я.

— Нет, так нет, тебе виднее. Я только предложил. Ладно, давай я хотя бы проверю этот договор. — Он бросил ещё один взгляд на бумагу. — Если что-нибудь накопаю, сразу тебя извещу.

— Спасибо.

— Что ты сейчас будешь делать?

— Сидеть и думать, — отозвалась я. — Разве мне ещё что-нибудь остаётся?

Юджин ушёл, и я ещё долго сидела и думала. Потом ходила и думала, а потом снова сидела. Толку не было никакого. Денег нет и информации тоже. Писать родителям бессмысленно: о том, чтобы получить ответ до вечера, не могло идти и речи. Могло ли такое быть, что они действительно задолжали ему денег и до сих пор не расплатились? Это казалось мне чрезвычайно маловероятным. В таком случае лучше всего будет просто отправить Томаса ко всем чертям. Что ж, именно так я и поступлю.

Однако вечером, идя на встречу с дядей по коридорам дворца, я снова почувствовала себя неуверенно. А что если, разозлившись, он всё-таки сумеет осуществить свою угрозу? Между тем никакой новой информации от Юджина так и не поступило.

Я не оговорилась: я действительно пошла на встречу вместо того, чтобы дожидаться Томаса у себя. Оранжерея была в моём представлении островком спокойствия, не имевшим ничего общего с дискуссиями вроде той, какая грозила развернуться в ближайшее время. Поэтому я предпочла перехватить дядю во дворе, прежде, чем он успеет войти во дворец. Такой приём также соответствовал тому тону, в котором я намеревалась вести беседу. В мои планы уж точно не входило снова усаживать его на скамью и поить чаем.

Во двор я вышла заранее и осталась ждать неподалёку от входа. Поэтому Томаса я углядела задолго до того, как он дошёл от ворот к зданию. Резкий порыв ветра подхватил усыпавшую землю листву, сухую вперемешку с по-прежнему зелёной. Погода портилась. Как-никак сегодня начался октябрь. И если в сентябре погода в наших краях нередко бывала вполне себе летний, то про наступивший месяц такого сказать было никак нельзя. Я посильнее закуталась в шаль. Дядя заметил меня и, немного сменив направление, зашагал в мою сторону.

— Ну как, собрала деньги? — осведомился он весьма дружелюбным тоном.

— Нет, — резко ответила я. — И не собираюсь. И очень советую вам впредь зарабатывать только торговлей. Из вас получился плохой вымогатель: вы неудачно выбираете себе жертву.

— Ты полагаешь? — Он улыбнулся, но на этот раз улыбка вышла весьма натянутой. — Напрасно. Во-первых, я не вымогатель, я всего лишь хочу получить назад свои собственные, честно заработанные деньги. А во-вторых, мне ничего не стоит выполнить своё обещание про долговую яму. Я уже обо всём договорился с судьёй, только хотел дать тебе шанс своевременно исправить положение. Но если не хочешь, как скажешь.

Внутри опять всё перевернулось; выбранная мной линия поведения казалась теперь трагически ошибочной, но что ещё я могла сделать? Требуемой им суммы мне всё равно не набрать, даже если я обойду всех своих знакомых и влезу по уши в долги. Ветер дул в лицо, растрёпывая волосы и неся с собой пыль, заставлявшую глаза слезиться.

— Чего ты добиваешься?! — Я сама не заметила, как перешла с ним на "ты". — Какая тебе польза с того, что ты засадишь отца за решётку?

— Польза очень простая, — отозвался Томас. — Когда ты увидишь, что я не шучу, сразу же передумаешь и всё равно достанешь деньги. Просто сейчас у тебя есть возможность решить всё это между нами, так сказать, тет-а-тет, не вынуждая меня прибегать к крайним мерам. А то твой отец — он всё-таки человек в годах, кто знает, как подействует на него потрясение. Долговая яма — это, знаешь ли, не курорт.

Моему терпению наступил предел.

— Закрой свой рот… - процедила я, но в этот момент меня прервали.

Дядя посмотрел куда-то мне за спину и склонился в низком поклоне. Я обернулась. Как некстати. Я присела в реверансе, приветствуя принца. Теперь, после этой встречи, Томас только утвердится в своём мнении, будто мне есть у кого попросить денег. Мысли путались, голос дрожал, и я плохо представляла себе, как буду сейчас общаться с принцем. Однако Рауль обратился не ко мне.

— Томас Гридли, торговец из Рингдолла? — спросил он.

— Да, Ваше Высочество. — Дядя снова склонился в поклоне. Спина у него определённо была гибкая. — Я польщён тем, что вы знаете моё имя.

— Напрасно, — холодно бросил Рауль. — Ты пришёл за деньгами?

— Вы хорошо осведомлены, Ваше Высочество.

Ещё один поклон.

— Я всегда хорошо осведомлен. Прекрати кланяться, от тебя мельтешит в глазах. Ты получишь свои деньги, но при соблюдении нескольких условий. Ты никогда больше не побеспокоишь ни Говорящую, ни членов её семьи. Кроме того, ты никогда не приблизишься к стенам моего дворца.

Томас согласно склонил голову, но я заметила, что он уже пожирает глазами туго набитый кошель, лежащий на ладони принца.

— Если нарушишь хоть одно из этих условий, пеняй на себя. Это понятно?

— Да, Ваше Высочество.

— Тогда держи.

Принц взял кошель во вторую руку, развязал и перевернул вверх дном. Золотые монеты покатились по земле, посверкивая в свете факелов. Не раздумывая, Томас опустился на колени и принялся ползать, выкапывая монеты из пыли. Мне стало до того тошно, что я отвернулась. Лицо обожгло жаром; я почувствовала, что краснею до кончиков ушей. В течение нескольких секунд принц наблюдал за метанием Томаса с нескрываемым презрением, затем развернулся и зашагал обратно во дворец. Люди, прервавшие рутинную работу во дворе, тоже глядели на Томаса и негромко переговаривались. Слышать разговор они не могли, знать, кто такой Томас — тоже, но всё равно увиденного было достаточно для того, чтобы дать пищу для пересудов. Не в состоянии больше всего этого выносить, я побежала во дворец.

Я нагнала принца на втором этаже, в конце пустого коридора, ведшего к судебной зале и прочим предназначенным для государственных дел помещениям.

— Ваше Высочество, зачем вы это сделали? — крикнула я ему в спину.

Рауль обернулся.

— Я нарушил какой-то твой план?

— Нет.

— Так в чём же дело?

— Это моя проблема, а не ваша. Я нашла бы решение.

— Ты совершенно не умеешь принимать помощь, верно?

Я смешалась под его пристальным взглядом. Да, не умею. Во взрослом возрасте, с тех пор, как я уехала из дома, мне не приходилось получать чью-либо помощь. И я научилась всё делать сама, ни на кого не рассчитывая.

— Это очень большая сумма, — пробурчала я.

— А кто тебе сказал, что я стеснён в средствах?

— Просто нет никаких причин для того, чтобы эти деньги платили вы.

— Тут ты ошибаешься. Ведь он пришёл потому, что считает тебя моей любовницей, разве не так? Стало быть, если бы ты на меня не работала, проблема бы не возникла. Так что считай, что это деньги на текущие расходы.

Так считать я не могла, хотя то, что говорил принц, и было по-своему справедливо. Наверное, мне следовало его поблагодарить, но слова застревали в горле. Должно быть, я слишком гордая. Да, я не умею принимать помощь.

— Зачем вы сделали это…так? — тихо спросила я.

— Разве это не очевидно? — изогнул бровь он.

Вполне. Высыпав деньги на землю, он продемонстрировал, что представляет из себя Томас. Продемонстрировал всем, кто наблюдал эту сцену, продемонстрировал мне, да и, не в последнюю очередь, самому дяде.

— А если бы он не стал подбирать деньги?

Это была даже не улыбка, так, едва уловимый намёк на улыбку, но я поняла. Перед тем, кто не опустился бы до того, чтобы ползать по земле, он не стал бы переворачивать кошель.

Принц развернулся и пошёл дальше по коридору, но, сделав несколько шагов, остановился.

— Кстати о работе. Послезавтра вечером состоится приём в честь посла дружественного нам королевства. Я хочу, чтобы ты меня сопровождала. Во-первых, в нынешних обстоятельствах это ожидаемо, а во-вторых, там будут все интересующие нас люди. Выглядеть надо соответственно. Если тебе что-нибудь понадобится, обратись к Аманде; она сделает всё, что нужно. Да, и ещё… Надеюсь, твоё платье не будет розовым.

Рауль направился дальше по своим делам, а я осталась переваривать информацию и впечатления, свалившиеся на меня за этот день.


Глава 7. В погоне за привидением | Записки фаворитки Его Высочества | Глава 9. Приём







Loading...