home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава третья

Через пару минут из ванной вышел Дикон — из одежды на нем была только пара джинсов. Гормоны заплясали — что-то чертовски похожее на фокстрот. Но она отказалась участвовать в этом танце.

— Тебя послал Саймон.

Надо отдать ему должное, он не стал отрицать.

— Двух зайцев одним выстрелом. — Вытащив из сумки чистую футболку, он натянул ее через голову. — Сама понимаешь, что это правильное решение.

От хладнокровной логичности его голоса ей захотелось пристрелить его из арбалета — просто в порядке возражения.

— Недопустимо, чтобы директора Гильдии считали слабачкой.

— В равной степени недопустимо, чтобы ее считали дурой.

В глазах цвета полуночного леса читалась несгибаемая воля.

Выпустив из пальцев до полусмерти задушенный телефон, она добыла из сумки щетку и стала причесывать волосы.

— Расскажи мне про этого киллера. Есть ли шансы, что это все-таки самозванец?

Несколько секунд он помолчал, будто не доверяя ее внезапной капитуляции.

— Есть. Но сейчас у меня три варианта — и все охотники. Навестим их по очереди.

— Сегодня ночью?

Он слегка кивнул:

— Я бы выждал четыре часа — достаточно времени, чтобы у него спала настороженность.

— Почему ты не выследил его после покушения на Родни?

— Не было видимого следа.

Она фыркнула:

— А еще у тебя работа — быть нянькой при мне.

— Быть у тебя нянькой — не то, чего мне хотелось бы. — Он говорил тихим, вкрадчивым голосом, который гладил ей кожу как бархат. — Но раз укладывание тебя в койку недопустимо, придется ограничиться этим.

Ее обдало изнутри жаром — горячим, красным.

— А с чего ты решил, что я тебя подпустила бы хоть на фут?

В голосе слышался резкий оттенок желания. Но с тем же успехом это мог бы быть гнев.

— С чего ты решила, что я стал бы спрашивать?

— Попробуй только. И я тебе с радостью выпущу кишки твоим же ножом.

Дикон улыбнулся — и из соблазнительного стал роковым.

— Это было бы интересно.


Но через четыре часа беспокойного сна никакого настроения играть у нее уже не было. Одеваясь, чтобы выйти к ждущему в коридоре Дикону, она поправила арбалет поудобнее и решительно стиснула зубы.

— Не нравится мне, что мы охотимся на своего.

Ответа не было.

Она поглядывала на Дикона, шагая рядом с ним к гаражу, и ничего не видела. Ни выражения, ни эмоции, ни милосердия. Перед ней был Истребитель.

— Скольких тебе пришлось убить?

— Пятерых.

Она выдохнула, услышав это единственное, но такое ценное слово, и открыла дверь на лестницу. Нет смысла полошить охрану гостиницы, светясь перед лифтовыми камерами с оружием в руках.

— Почему ты?

— Кто-то ж должен.

Это ей было понятно.

— Я никогда не хотела быть директором Гильдии.

— Потому тебя и выбрали. Ты будешь делать то, что и положено делать директору.

— А как иначе?

Он вышел первый, и она знала, что это он ее защищает. Раздражает, но в очень малой степени.

— Ты знаешь про Париж. Несколько лет назад у них был директор, добившийся этого места интригами. Пока он занимался позерством, всех его охотников чуть не перебили.

Сара кивнула и направилась к мотоциклу — сегодня они выбрали этот транспорт.

— Я никогда не могла понять, как это могло случиться.

Охотники — народ крутой и прямолинейный. Уклончивость им подозрительна.

— Говорили, что он с какой-то кабалой вампиров заключил условие, и они повлияли на принятие решения.

Ходят слухи, что очень старые вампиры обладают гипнотическим умением, и у Сары было одно из очень важных для директора качеств: природный иммунитет ко всемвампирским возможностям. Как Элли, как другие, рожденные охотниками, она изначально принадлежала Гильдии.

— Меня удивляет, что он до сих пор жив.

— Непонятно. После отставки его никто не видел.

Протянув ей запасной шлем, он подождал, пока она его наденет, потом надел свой.

— Тебе меня слышно?

Она кивнула, поняв, что в шлемах есть микрофоны.

— Куда мы сперва?

— К Тимоти Ли. Он пониже, чем описывает Родни, но Родни был ранен, доверять его воспоминаниям нельзя.

Она готова была ответить, но вдруг отчетливо осознала, что они уже в гараже не одни. Уже усевшись позади Дикона, она оглянулась на дверь, в которую они вошли, — и увидела вампира. Спрашивать, заметил ли его Дикон, надобности не было — Истребитель в ту же минуту застыл неподвижно.

Встретившись с вампиром глазами, Сара ощутила, как шевелятся у нее волосы на загривке. Вампир был стар, и сила его так велика, что воздух загустел и трудно стало дышать. Вампир ничего не сказал — Сара решила тоже промолчать. Дикон завел мотоцикл и сдал назад.

— Смотри за ним, — сказал он.

Пока он разворачивался, она вертела головой, чтобы не упустить вампира из виду.

Высокий темноволосый вампир даже не моргнул, когда они выехали из гаража.

— В игры играют, — буркнула Сара. — Дают мне понять, что я под наблюдением.

— Испытывают твою силу.

— Знаешь, я их понимаю. Что сталось бы с миром, если бы в одном из главных капитулов директор оказался слаб?

— Париж, — снова сказал Дикон.

Она кивнула, хотя он этого не видел.

— Как его звали — Джарвис?

— Жервуа.

— Да, правильно. Слабость Жервуа привела к дезорганизации европейской Гильдии. Вампиры тут же этим воспользовались. По большей части они просто удирали, стараясь затеряться в мире. Но некоторые… Несколько вампов поддались жажде крови. И в новостях говорили, что ручьи крови текли по улицам.

— Не так далеко от истины. Париж за месяц потерял десять процентов населения.

Ужас от таких цифр холодил душу.

— А почему не вмешались ангелы?

В ее родном Нью-Йорке командовал парадом Рафаил, и, насколько Саре было известно, ни один вампир с жаждой крови в город ни ногой. Так как это было статистически невозможно, значит, Рафаил решал любые проблемы настолько безупречно, что даже отдаленных слухов о подобном не было.

— Говорят, — вдруг похолодел голос Дикона, — будто Микаэлла решила, что людям нужен урок смирения.

Микаэлла — одна из наиболее приметных архангелов, ослепительная красавица, настолько любящая внимание, что даже выступает перед людскими журналистами.

— Эта вот, — ответила Сара, — была бы рада отбросить нас настолько в прошлое, что могла бы смотреть на нас сверху, как богиня.

— И сейчас еще многие считают ангелов посланцами Божьими.

— А ты?

— Другой вид, — ответил он. — Быть может, мы тоже такими станем через пару миллионов лет.

Интересная гипотеза, Сара даже не знала, что по этому поводу думать. Ангелы были рядом с людьми еще со времен наскальных рисунков. Объяснений их существования известно не меньше, чем звезд на небе. А сами ангелы, если и знают правду, то не говорят ее.

— Ладно, а почему Тимоти Ли?

— Он был в городе во время одного убийства, и он способен выполнить такую работу…

— Способны мы все.

— Да, так что это не очень существенно. Но Тимоти — очень завзятый охотник. Это у него не столько работа, сколько миссия.

— Он рожден охотником?

Будучи лучшей подругой Элли в течение многих лет, Сара знала, что для людей, рожденных со способностью выслеживать вампиров по запаху, вступление в Гильдию было не выбором, а неодолимым порывом.

— Нет, но обожествляет рожденных.

— Не слишком здорово, но и не психоз.

Дикон кивнул:

— Поэтому он и один из трех. У остальных тоже свои маленькие идиосинкразии, но охотники все со странностями.

— Ты знаком с Ашвини?

Она услышала, как он поперхнулся:

— «Знаком» — не слишком точное слово. При первой встрече она в меня стреляла.

— Похоже на нее. — Сара усмехнулась, но улыбка тут же пропала. — Если он один из этих трех, ты его ликвидируешь?

— Да.

— Без полиции?

— Я уполномочен. Закон привлекать не будем. — Он задумался. — Полиция вполне довольна, что мы сами справляемся. Сбившиеся с пути охотники могут сильно повысить счет трупов.

— Как и вампиры.

Он ничего не сказал, но в напряженной неподвижности его тела она прочла согласие.

Жутковатая тишина ночи не тянула к дальнейшим разговорам, и они ехали молча, пока Дикон не остановился у тротуара тихой и темной улицы.

— Отсюда пешком.

Пристроив свой шлем рядом с его, она пошла за Диконом по улице к сетчатой ограде. Нахмурилась:

— Выглядит как свалка.

— Она и есть.

А вот это уже по-настоящему странно. Охотники в трущобах почти никогда не живут. Им достаточно платят за риск при поисках вампиров, чтобы не рисковать здоровьем на свалках.

— Каждому свое.

— У него есть хеллхаунд.

Она подумала, что ослышалась.

— Ты сказал «хеллхаунд»? Адский пес?

В голове затанцевали красные глаза, мигающие в серных парах. Потом завертелись вилы.

— Здоровенная черная тварь, которая может откусить тебе руку, если не так на нее посмотришь. Тимоти ее зовет «Люциферочка». — Он вытащил из кармана какой-то предмет. — Дротик с транквилизатором.

И он исчез. Если бы Сара не видела своими глазами, то не поверила бы, что можно так быстро двигаться.

Она догнала его. Они перелезли через забор, приземлились на той стороне бесшумно, по-охотничьи. Не было ни лая, ни рычания — ничего, что предупредило бы их о том, что они стали дичью: Люциферочка вылетела из темноты вихрем ярости. Сара инстинктивно пригнулась, тело собаки пронеслось над ней — навстречу молниеносно действующему транквилизатору в руке Дикона. Он не дал собаке упасть — подхватил мускулистое тело и бережно положил на землю.

— Что за нежность к этой собаке? — недоверчиво спросила Сара.

— А чем она тебе не нравится? — Дикон погладил дышащие бока собаки. — Она предана и сильна. Если мне придется ликвидировать Тимоти, она будет тосковать по хозяину.

— И ты возьмешь ее к себе? — Сара покачала головой. — И панихида по всем твоим шансам снова завести когда-нибудь девушку.

Он поднял голову, посмотрел своим внимательным взглядом:

— Ты не фанат собак?

— У нее клыки девятидюймовые. — Если и преувеличение, то небольшое. — Женщина должна чрезвычайно тебя любить, чтобы смириться с таким соперничеством. — Она кивнула в сторону дома, стоящего по ту сторону горы металлолома и бог еще знает чего.

— Пойдем. Транквилизатор недолго продержит Люси.

Люси?

Какое-то время занял поиск дороги через мусор, с проверкой на ловушки. И когда они добрались до развалины, которую Тимоти звал домом, не явилось открытием, что она пуста. Чуть повозившись, они взломали дверь и вошли, но ничего не увидели даже похожего на дымящийся ствол. То, что Тимоти не было дома, ничего не значило: охотники, как правило, обычного ритма суток не придерживаются.

Дикон вытащил что-то из кармана и налепил на подошвы всей обуви, которую нашел в доме.

— Передатчики, — сказал он ей. — Батарейки выдерживают около двух дней. Так что если за этот период произойдет убийство, а на нем будет обувь с жучками, можно будет проследить за его перемещениями.

— Кто в списке следующий?

Он ответил, когда они перелезли через забор — погладив по дороге Люси и подождав для проверки, что она оправилась от инъекции.

— Следующий — Шах Майур. Одиночка. Работу свою делает, но никаких контактов с другими охотниками не поддерживает.

— Кого-то мне это напоминает.

Дикон сделал вид, что не услышал, они сели на мотоцикл и поехали.

Сара, улыбаясь во весь рот, прижалась к жару его спины.

— А как он попал на твой радар?

— На него поступило пять жалоб в КЗВ.

Комитет Защиты Вампиров был создан для борьбы с жестокостью и предрассудками по отношению к вампирам. Дел в суде ему выигрывать не случалось — очень уж трудно представить вампира жертвой, когда перед тобой фотографии его окровавленной добычи, — но вонь комитет мог поднять серьезную.

— За что?

— Излишнее насилие по отношению к доставляемым вампирам.

— Хм… — Она задумалась. — Что-то это мало тебя взволновало.

— Потому что все жалобы — от одного и того же вампира.

Распускающийся было ее интерес сдулся.

— Наверное, какой-то у этого вампира свой интерес.

— Да, но проверить мы все равно должны.

Шах Майур жил в куда более ординарном доме — в смысле его привлекательности для охотников.

Квартира занимала целиком третий этаж в отдельно стоящем таун-хаузе.

Сара нахмурилась:

— Туда попасть может быть непросто. — Дикон уже ей сообщил, что изнутри дороги нет, и поэтому нет смысла проникать в нижние этажи. Приставная лестница, по которой Шах залезал и слезал, была поднята — но это не значило, что он дома. Дикон сказал, что она управляется дистанционно. Шах не из доверчивых. Но сейчас он должен был быть на самолете в Вашингтон, улетевшем час назад. — Идеи есть?

Дикон разглядывал заднюю стенку.

— По этой штуке сможешь забраться?

Она проследила за его взглядом и увидела что-то вроде водосточной трубы, достаточно с виду прочной.

— Могу. — Вопрос ее удивил. — Я думала, ты как нянька — будешь держать меня подальше от опасности.

— Вероятнее всего, мы под наблюдением, — ответил он ей буднично. — Совсем младенца из тебя нельзя делать.

— Ты подразумеваешь, что мог бы? — Она послала ему милую улыбочку, переходящую в оскал. — Нам надо еще одну вещь учесть: если за нами следят, то ангелы и вампиры высокого ранга знают, что мы задумали. Я не собираюсь сдавать им охотника.

Ангельская месть может раздавить душу начисто.

Дикон посмотрел ей в лицо немигающим взглядом.

— Потому-то мы и должны найти его первыми. Мы убьем милосердно.

Кивнув, она взяла передатчики, которые он ей протянул, и побежала к трубе. Она была достаточно легка — и, что важнее, достаточно сильна, — чтобы залезть без труда. Подоконник оказался широким и удобным. Подмывало сразу поднять окно и войти, но она сдержалась и тщательно проверила.

Не зря, как оказалось.

Шах насторожил поперек окна гарроту, на такой высоте, чтобы разрезать любого вошедшего. Судя по тусклому блеску, она была покрыта битым стеклом. Жестоко, но охранное приспособление в доме — не криминал. Еще раз проверив, что нет проводов, подключенных к сигналу тревоги, она глянула вниз на Дикона и показала, что собирается войти.

Он кивнул, показал жестом: две минуты.

Подняв окно, она осторожно шагнула внутрь, нагнувшись пониже, чтобы уйти от смертельного удара гарроты.

Сара оказалась в комнате — очевидно, гостиной. Там было темно, но не настолько, чтобы не видеть человека, молча сидящего в кресле.


* * * | Ласковые псы ада | Глава четвертая