home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава первая

Сара не привыкла жалеть вампиров. В конце концов, ее работа этих вампиров находить, ловить и доставлять к хозяевам, ангелам. Сама она не фанат договорного рабства, конечно, но ведь ангелы и не скрывают цену бессмертия. Всякий, кто хочет быть Создан, должен отслужить ангелам сто лет. Без вариантов.

Не хочешь сто лет пресмыкаться и кланяться — не подписывай контракт. Все просто. Подписал, получил от ангелов бессмертие и сбежал? Ты дезертир. А дезертиров никто не любит.

Но как бы там ни было, а у этого вот проблемы посерьезнее, чем вернуться к разозленному ангелу.

— Говорить можешь?

Вампир, держась за почти перерезанную шею, посмотрел на нее как на сумасшедшую.

— Да, прости.

Интересно, как это он, черт побери, вообще еще жив. Вампиры не становятся истинно бессмертными — их может убить и человек, и представитель их породы. Наиболее надежный метод — обезглавливание, но им мало кто пользуется — вряд ли вампир будет стоять смирно в этом процессе. Прострелить сердце вполне достаточно — если потом отрезать голову, пока вампир лежит на земле. Или сжечь. И то, и другое эффективно.

Но Сара — искатель. Ее работа — найти, а не убить.

— Тебе нужна кровь?

Он посмотрел на нее с надеждой.

— Перебьешься. Ты не помер, значит, силы у тебя есть. Дотерпишь, пока я тебя домой доставлю.

— Дддееет…

Не обращая внимания на протестующее бульканье, она нагнулась, обняла вампира за плечи, чтобы поднять на ноги. У нее был рост всего-то пять футов три дюйма, а он куда выше. Но у нее не текла кровь из разрубленной шеи, и тренировалась она семь дней в неделю. Слегка ухнув, она подняла его и повела к машине. Он упирался.

— Помочь? — спросил глубокий спокойный голос. Старое виски и дымящиеся угли.

Голос был незнакомый. И тело, вышедшее из тени, тоже. Шесть футов здорового мускулистого мужика. Широкий в плечах, узкий в бедрах, но с текучей грацией опытного бойца — такого, которого ей не хотелось бы иметь противником. А ей приходилось валить вампиров вдвое больше ее самой.

— Ага, — ответила она. — Помоги мне его затолкать в машину, вон у тротуара стоит.

Незнакомец просто поднял вампира — тот замычал что-то неразборчивое — и закинул на заднее сиденье.

— Контрольный чип? — спросил он.

Она вытащила из-за спины арбалет и направила на вампа. Бедняжка забрался на сиденье, подобрав ноги в машину. Сара, закатив глаза, закинула арбалет за спину, опустила руку на ошейник, висевший на поясе черных джинсов. Остановилась:

— Только без фокусов, а то застрелю ко всем чертям.

Съежившийся вампир, не сопротивляясь, дал ей застегнуть металлическое кольцо вокруг быстро заживающей шеи. Научные основы воздействия этого устройства на биологию вампира были сложны, но результат прост: вампир сейчас не мог сделать ничего без прямого приказа Сары. Назвать это устройство полезным было бы сильным преуменьшением: даже этот раненый вампир мог бы оторвать Саре голову за полсекунды.

А Саре это не нужно, спасибо.

Выбравшись наружу, она захлопнула дверцу и посмотрела на второго охотника — в его призвании у нее сомнений не было.

— Сара, — представилась она и протянула руку.

Он взял ее руку, но долго молчал. Надо было это прекратить, но она не могла сообразить, как: что-то было такое в этих темно-зеленых глазах, что ее сдерживало. Сила, решила она. В нем ощущается неимоверная сила. Потом он заговорил, и ощущение изысканного старого виски от его голоса заглушило смысл его слов.

— Я Дикон. Ты куда меньше, чем заставляла предположить твоя репутация.

Она высвободила руку:

— Благодарю. И в следующий раз не предлагай мне помощь.

Почти любой мужчина ушел бы прочь с уязвленным самолюбием, но Дикон остался на месте, глядя на нее внимательными глазами.

— Мое замечание не содержало критики.

Какого черта он тут торчит?

— Я должна доставить Родни к его хозяину.

— У тебя есть репутация. У тебя — и твоего арбалета.

Это веселая искорка проскочила в этих серьезных-серьезных глазах?

— Не надо его хаять, не испытав. У меня болты обладают теми же свойствами, что ошейники — берегут меня от вреда, пока цель не будет чипирована. А цели восстанавливаются, и это им не вредно.

— Но ошейник ты с собой носишь.

Она сняла арбалет с плеча:

— Отойди.

На таком расстоянии все, что ей было видно — грудь Дикона, в милю шириной. Может, она поддается впечатлению, но она же, блин, живой человек! А он сексуален дьявольски.

Но это ничего не меняет. Она — охотник. Может, он и член Гильдии, все равно она его не знает.

— Моя лучшая подруга их любит. — Почему — она не знала, но с другой стороны, Элли не понимает толк в арбалетах, так что они квиты. Но Сара обещала испытать ошейник на охоте, раз Элли в прошлый раз испытывала арбалет. — Я просила тебя отойти.

Он наконец сдал на пару дюймов назад — достаточно, чтобы можно было открыть пассажирскую дверь и положить арбалет в машину. Родни уже почти исцелился, но залил кровью салон взятой напрокат машины. Черт бы его побрал. Гильдия покроет издержки, но противно ехать в грязной машине.

— Мне нужно доставить груз.

— Дай мне сперва с ним поговорить.

Она закрыла дверцу:

— Это с чего вдруг?

— Тебе не интересно, кто его порезал?

До смешного длинные ресницы у этого парня. Черные, шелковые. Ну никак на мужчине не смотрятся.

— Группа расистов какая-нибудь. — Она помрачнела. — Дебилы. Ну не понять им, что бьют чьего-то мужа, брата или отца.

Он продолжал на нее смотреть.

— Чего тебе?

Она потерла лицо, радуясь, что на темной коже не видно, как она по-идиотски горячо реагирует на этого типа. Ну, ладно. За погляд денег не берут.

— Мне говорили, что у тебя темная кожа, карие глаза и черные волосы.

Вроде бы все правильно.

— Кто говорил?

— Скажу, когда мы поговорим с вампиром.

— Кнут и пряник? — Она прищурилась. — Я тебе не лошадь.

Он улыбнулся углами губ:

— Во имя товарищества.

Запустив руку под потертую кожаную куртку, он вытащил удостоверение Гильдии.

Любопытство пересилило злость, и она кивнула в сторону машины.

— Я сяду за руль, сниму с него ошейник. — К несчастью — или к счастью, в зависимости от точки зрения, — вампир с чипом говорить не может. — Ты сядешь назад и проследишь, чтобы он…

— Я в машину не влезу.

Она оглядела его. С трудом не попросила его раздеться — хотелось облизать его целиком, как конфетку.

— Ладно, — ответила она, загоняя расшалившиеся гормоны обратно на склад. — По-другому. Он сейчас опустит окно, а ты его будешь держать локтем за шею, пока будем говорить.

Так они и сделали. Родни был невероятно рад поболтать, когда Сара представилась.

— Ты стреляешь, стреляешь! — заговорил он так, будто она — маньяк-убийца. — Стрелами из лука!

— Отстал от жизни. Я еще в прошлом году перешла на арбалет. — Он скорострельнее, но ей слегка недоставало привычного лука, сделанного на заказ. — И это даже не больно.

— Сама бы попробовала!

Она моргнула:

— Тебе сколько лет?

— Только что исполнилось три.

Вампиры отсчитывают возраст от даты Создания.

Сара покачала головой:

— И ты попытался удрать? Как тебе в голову взбрела такая глупость?

Его создатель, мистер Лакарр, просто в бешенстве.

— Не знаю. — Он пожал плечами. — Я подумал, что это будет хорошо.

Да, кажется, это не самый острый ум среди вампиров.

— Ну, о'кей. — Она посмотрела в глаза Дикону. Даже легкого движения не было заметно в темно-зеленых глубинах, но она могла бы поклясться, что он сдерживает смех. Сама прикусив губу, чтобы не улыбнуться, она снова повернулась к Родни: — У меня вопрос простой.

— Это хорошо, — осклабился вампир, показав оба клыка — чего старые никогда не делают. — Я трудных вопросов не люблю.

— Кто тебя резал. Род?

Он сглотнул слюну, заморгал быстро-быстро.

— Никто.

— Это ты сам себе хотел отрезать голову?

— Ага.

Он кивнул, и это значило, что Дикон очень слабо его держит. Хотя это и не важно: Сара держала арбалет наготове.

— Родни! — произнесла она как можно более зловеще. — Не ври мне!

Он снова заморгал и — о Господи! — готов был заплакать. Сара себя почувствовала хулиганом, который обижает маленьких.

— Род, ну, говори же! Чего ты боишься?

— Того.

— Того. — Она подумала, чего могут бояться вампиры. — Это был ангел?

Если это был его хозяин, то Caра ничего не сможет сделать, разве что доложить про мерзавца в Комитет Защиты Вампиров. Но нападение мог организовать кто-то из противников Лакарра, и тогда ангел будет сам разбираться.

— С чего бы? — Родни был настолько потрясен, что говорил правду. — Нет, конечно. Ангелы нас Создают, они нас не убивают.

М-да. В мечтах живет мальчик.

— Так кто другой мог тебя так напугать? — Она снова перехватила взгляд Дикона — и увидела ответ в глубине этих уже не смеющихся глаз. — Охотник!

Или кто-то, кого Родни принял за охотника по ошибке. Потому что настоящие охотники вампиров не убивают.

Родни захлюпал носом:

— Только не убивайте меня! Я ничего никому плохого не сделал!

— Ну-ну. — Сара протянула руку и потрепала Родни по плечу. Он вздрогнул, но она сделала вид, что не заметила. — Мне платят за доставку. Если я доставлю тебя мертвым, заплатят половину, так что нет мне смысла тебя убивать.

Блестящие глаза Родни посмотрели на нее с надеждой:

— Правда?

— Точно.

— А вот…

Он покосился на руку, держащую его за шею.

Дикон впервые в этом разговоре подал голос:

— Я ее бойфренд. Что она говорит, то я и делаю.

Она уставилась на охотника, но Родни это заявление успокоило.

— Ага, ты у вас главная, — сказал он Саре. — Понимаю. Моя Минди, она тоже любит быть главной. Сказала мне, что я должен сбежать, и у нас будет вроде как круиз.

Сара положила палец ему на губы:

— Родни, не отвлекайся. Расскажи про охотника, который тебя ранил.

— Он сказал, что охотники ненавидят вампиров. — Голос у Родни стал тихий от испуга. — Я не знал. Я знал, что ваша работа — нас ловить, но не знал, что вы нас ненавидите.

— Это не так. — Саре хотелось погладить его по голове. О Господи. — Просто он злой.

— Ты так думаешь?

— Я точно знаю. Что он еще говорил?

— Что вампиры — сор земли, что мы оскверняем ангелов своим существованием. — Он скривился. — Я не понял, как это может быть, раз ангелы нас Создают.

Сару так поразило это проявление здравого смысла, что даже не сразу до нее дошло.

— Да, это так. Значит, он врал. Что он еще говорил?

— Больше ничего. Просто вынул меч…

Меч?

— …и хотел отрезать мне голову.

Родни затих.

— Как он выглядел? — спросил Дикон.

Родни вздрогнул, будто забыл об опасности за спиной, и вот она о себе напомнила.

— Я не видел. Он был в черной маске и весь черный. Но высокий. И сильный.

Под такое описание половина охотников Гильдии подойдет.

Сара попыталась вытащить из Родни еще что-нибудь, но это была попытка с негодными средствами. Снова надев на него ошейник, она повезла вампира к Лакарру, все время помня, что Дикон за ней едет на звере-мотоцикле. Когда она въехала в ворота, чтобы доставить Родни, он остался снаружи.

Хозяин Родни ожидал беглеца в гостиной своего дома-дворца.

— Убирайся, — велел он.

Сара сняла ошейник и положила его на стол, чтобы Лакарр вернул его Гильдии, а Родни поплелся прочь, как нашкодивший школьник. Раздраженно захлопнув белые крылья, ангел взял со стола конверт.

— Подтверждение платы. Я послал ее сразу, как только услышал от вас, что вы взяли Родни.

Быстро проверив чек, она сунула его в карман.

— Спасибо.

— Миз Хазиз, — начал он, хмуро скривившись. — Я буду с вами откровенен. Я никогда не ожидал от Родни попытки к бегству, и не знаю, как его наказать.

Саре никогда не приходилось говорить с ангелами дольше, чем нужно для получения задания. В большинстве случаев она даже с ними не виделась: они слишком важные особы, чтобы общаться с простыми смертными. Для этого у них есть вампиры.

— Вы знаете некую Минди?

Лакарр застыл:

— Да. Одна из моих старейших вампиров.

— Ревнива?

— Гм. Да, понимаю. — Он кивнул. — Я много времени проводил с Родни: он еще дитя, и если я его не научу кое-чему, его просто съедят.

Сара даже не собиралась спрашивать, как Родни прошел через процесс отбора кандидатов. Конкурс на Создание был колоссальный.

— Да, он не гений, — ответила она. — Если вы его накажете слишком сурово, он сломается.

Лакарр кивнул.

— Понимаю. Очень вам благодарен, охотник.

Это означало «вы свободны».

Оставить Родни с хозяином, все еще раздраженным, пусть даже уже не яростным, казалось немножко неправильным. Но вампир сам сделал свой выбор, когда попросил о Создании. И теперь ближайшие девяносто семь лет должен быть чьим-то рабом.

Выходя, Сара столкнулась с худой рыжей женщиной. Она была одета в вызывающее алое платье, облегающее тело второй кожей. Со значением.

Она прошла бы дальше, но рыжая остановила ее.

— Вы привезли Родни.

Минди.

— Это моя работа.

Вампирша — явно куда старше Родни, судя по тому, как она легко подделывалась под человека, — разве что зубами не скрипнула.

— Я не думала, что он до этого доживет. Он едва умеет себе шнурки завязывать.

— Как он добился Создания? — не смогла сдержать любопытства Сара.

Минди махнула рукой:

— Он был отличным… — кажется, она запоздало сообразила, кто перед ней. — Всего хорошего, охотник.

— Пока.

Интересно, подумала Сара. Все знают — и даже если это знание не подтверждено официально, — что некоторый процент кандидатов после преображения теряет рассудок. Впервые сейчас она увидела пример кандидата, который вместо этого впал в слабоумие.

Дикона не было, когда она садилась в машину, но возле гостиницы он нарисовался снова. Сара припарковалась в подземном гараже, а когда вышла, увидела, что он ставит возле нее свой слоновый мотоцикл.

— Как ты проехал мимо охраны?

Он снял шлем, расстегнул куртку и соскочил с мотоцикла. Великолепная мужественная мускулатура. Просто рука тянется потрогать. Что-то у нее в животе, и без того туго затянутое, стиснулось еще сильнее. Господи, это не человек, это ходячий секс.


Гильдия охотников Совет десяти | Ласковые псы ада | Глава вторая