home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement





Лана

Ох! Ну что у меня сегодня за день такой? Ну, чем всем моя голова так понравилась, что при виде нее ручки непременно чешутся приложить к ней что–то тяжелое?! Ну за что??!! Как ни странно, в это пробуждение (или приход в себя?) голова не болела. То есть – абсолютно! И мысли какие–то яркие и четкие, будто их тряпочкой со спиртом протерли. Радостно, конечно, но странно… вот только правая рука затекла…

Не поняла?! Это ж, какая… тырым–тыгыдым, меня приковала?! А–а–а… Я даже догадываюсь, какая! Вот и делай после этого добро разным… жертвам абортов! Кроме того, в районе живота и груди нарастало странное ощущение, как будто я на доске спала. Квадратной. И только этими местами! Но никакой доски в обозреваемом пространстве не наблюдалось. Как и на теле ничего подозрительного обнаружено не было. Глюки от переутомления, что ж поделаешь… Видно, это была моя ложка дегтя, хорошо хоть не столовая… Кстати, а где книга? И меч? Он же не мой! Мне же его вернуть надо законному владельцу!! А, скорее всего им эти ходячие пособия по макраме ноги приделали… ну что за люди! Оглушили и свистнули! Гады! Вот освобожусь… Ага! Ближе к телу, то есть – к делу!

Я подтянулась на цепи и плюхнулась на алтарь. А он жесткий и холодный! Что б эта жертва, недопринесенная, усё себе поотмораживала на гхыр, мечта авангардиста! Хе! А кандалы–то не на мою лапку! Рукавичку снимем – и здравствуй, воля, трепыхайся враг! Не зря же я семь лет в музыкальной школе оттрубила по классу фортепиано! Руки и сейчас гибкие. Так что, видали мы ваши кандалы… оп! Вот и все! А где эта, недопринесенная? Я буду мстить, и мстя моя страшна!

Тааак… Всё страньше и страньше, как говаривала Алиса. Ну вот оцените умственный уровень населения – явно не на дружеской территории, а спят, как сурки, посреди минного поля! То есть, посреди развалин. Один, правда, только дремлет. А, это типа страж! Охранник, так сказать. Ню–ню. А со спины – ничего парень.

Высокий, хорошо сложен, что очень подробно можно разглядеть в отсутствие какой бы то ни было одежды выше пояса. Он что, горячий эстонский парень или морж? На улице не май месяц, между прочим! Ноябрь, если конкретно. Во всяком случае, у меня… Цвет волос не разобрать, в тени. А вот как бы теперь слинять отсюда по–тихому? Друзья наверняка волнуются и поминают меня «незлым тыхым словом»! Так, а где Ваня и меч? КАЗЛЫ!!! Они Ваню на мусор кинули!! И меч там же торчит… Убью! Медленно и зверски!

Шипя и сопя от еле сдерживаемых чувств, я бесшумно слезла с алтаря и тихой сапой поползла по направлению к куче тряпья и какой–то рухляди, сваленной в углу площадки, которую и венчал Ваня. Но, видно, моя удача как спала, так и перевернулась на другой бок, не прерывая своего полюбившегося ей занятия. Это я к чему? А к тому, что последний, уцелевший при артобстреле балахонников, канделябр навернулся с площадки, озвучивая каждую ступеньку!!!

Бамц! Бэмс! Хряп!! Бдзон!!! ДЗЫНННЬЬ!!!!! Сколько ж ступенек в этой гребаной лестнице?! В общем, как вы уже, наверное, догадались, будильник получился что надо – проснулись все! Активно так проснулись. С подскоками, воплями и хватанием колюще–режущих предметов. Короче, вторая часть Марлезонского балета! Только вот под рукой уже ничего метательного нет…

Я быстро, пока народ до конца не проснулся (типа, встать – встали, а вот с «проснутся» – проблемы…), цапнула свои вещи, обсыпалась по лестнице, отчаянно рискуя свернуть шею, и наскипидаренным зайцем сиганула к ближайшему разлому в стене. Там виднелись густые кусты, в которых фиг они меня поймают!

Но не долго я радовалась – что–то пребольно ударило меня в грудь! И сильно так! Да что ж это такое творится–то, а?! Как ни одно, так другое! Я им что, тренажер для отработки ударов?! В общем, мысли мыслями, но пока меня снесло назад. Уф, хоть в чем–то повезло! Приземлилась я на что–то мягкое и сдавленно помянувшее моих родителей и различные экзотические способы происхождения неизвестной мне флоры и фауны.

Вскочила быстро, воспользовавшись локтями и выслушав новую порцию «Происхождения видов» в оригинальной трактовке, но, увы и ах, все пути к бегству (тактическому отступлению!) были уже перекрыты подоспевшими товарищами «амортизатора»… Имрюк. Причем – полный…

Я прижалась спиной к стене, судорожно сжимая тыкву с мечом и яростно сверкая глазами. Нет, ну надоело! Чего за мной все гоняются? У них что, период гона наступил?! Или я медом намазана?! Хватит! Буду защищаться! И пусть потом не жалуются травматологу…

Компания сгрудилась вокруг меня на расстоянии, а с земли поднимался тот, кто послужил мне подушкой при приземлении. Я взглянула не него и… сползла по стенке от хохота! Это была жертва! Вернее, был. Кроме того, он, видно, уже пытался стереть краску, еще больше размазав ее по себе. Так что теперь, при виде сего «шедевра», все поклонники «боди–арта» издохли бы от зависти на месте!

Я сидела, привалившись к стенке и, обхватив тыкву, натурально выла от смеха, дрыгая ногами и тряся головой. Окружавший меня народ в непонимании уставился друг на друга. На их лицах читалось сомнение в здравом состоянии моего ума, при этом они старались не смотреть в сторону предмета веселья.

Ну не могла я спокойно смотреть на это ходячее «батальное полотно», не могла! Между тем, «шедевр» все громче и весьма недружелюбно сопел, странно фыркал и пытался грозно сверкать на меня глазами, что веселило меня еще больше, заставив буквально задохнуться от смеха! Наконец, один из окруживших меня личностей (добрый дядя, не иначе!) не выдержал, и влепил мне пощечину. Гад! Смех как обрезало… вот только чего это, экспонат оригинальной нательной живописи, головкой дернул да за щеку схватился, как будто это не я, а он отхватил затрещину? И щека не болит… Гхм…

– Хм, странно… – озвучила мои мысли одна из фигур, закутанная в ткань, судя по потрепанному виду некогда бывшей чьим–то балахоном.

Посматривая при этом то на меня, то на «шедевр», яростно сверкающий глазами на непрошеного доброхота. Да вы что! Кому–то здесь только это странным показалось?! И всё? А по мне, так странность на странности и странностью погоняет!

– Интересно…

– Не поделитесь ли наблюдениями? – в моем голосе яду, что у трех гадюк разом!

А дернулись–то все присутствующие как!..

– Разговаривает?! – пораженно воскликнул «доброхот», шарахнувшись от меня.

Ты гляди, диво показали!

– Получше тебя, длиннорукий! Нашел где руки распускать? Лишние, да?! – развернулась я к новому собеседнику.

Ой, понесло хомяка по норкам…

– Кто ты такой, и что здесь делаешь?! – пафосно и с жутким выражением лица, долженствующим, скорее всего, изображать ледяное презрение ко мне, ничтожной, выступил сбежавший экспонат выставки художников от слова «худо».

Ой, зря он это сделал. Что называется, нарвался, мечта художника – абстракциониста…

– А тебя, жертва живописи оригинального жанра, вообще никто не спрашивает! Его, понимаешь, спасли, а он в благодарность – по голове отоварил! И не постеснялся! Орк неблагодарный!! – я вскочила на ноги и свирепо (ну, так мне хотелось) уставилась на него.

– КТО–О–О??!! – аж задохнулся от возмущения раскрашенный под Хохлому парень.

И куда весь пафос и ледяное спокойствие делись? Все, сейчас будут бить. И больно… Да ну их всех! Все равно выскажусь!! Обидно ж, блин!..

– Стой, Эрланион! – начавший разговор шагнул вперед, из–за чего балахон съехал на плечи говорившему.

Вернее, говорившей, так как под балахоном–то девушка скрывалась! И ничего себе, так, девушка…

– Меня тут всякие демоны орком называть будут, а я стой?! – кипятился тот, кого поименовали Эрланионом, но на месте остался.

– И еще не так назову! – все больше распаляясь, тоже перешла на крик я – Бьют, кидаются с мечами, обстреливают из луков, обзывают, вещи крадут – а я молчи?! Гхыр вам, дорогие товарищи! Чтоб у вас стены рухнули и…

Закончить горячее пожелание я не успела. По той простой причине, что стена, досель служившая мне надежной опорой и защитой, пошатнулась и, странно скрипя и вздыхая, стала оседать вниз.

– Блин!! – я с воплем сиганула подальше от стены, только вот не учла, что этот, как его, Орлиный гном, стоял прямо передо мной.

Поэтому на пол мы покатились вместе, «сплетясь в страстных объятиях», как написали бы в каком–нибудь дамском романе. Хорошо Ване, он круглый и крепкий, поэтому ускакал себе в дальний конец, и всё! А тут все ребра пересчитали, полы вытерли и еще возмущаются, что локти острые!

Нет, одно «спасибо» я ему все–таки должна. Потому что он, оказавшись сверху и нагло стартанув подальше, таки не забыл цапнуть меня за многострадальную ручку и вытереть мной все полы этих забытых Богом развалин, поскольку подняться на ноги я уже не успевала. Так что, минус на плюс – и в итоге ничего я ему не должна!

Наш неожиданный спринтерский забег окончился возле противоположной стены, где мы и остановились, тяжело переводя дыхание. Только тогда я смогла принять вертикальное положение (нагло вскарабкавшись по замершему «буксиру») и оглянуться назад. Ё–о–о–о…

В стене зиял не то, что пролом – полстены аккуратной кучкой битого кирпича и раскрошенного камня лежало на полу! Клубы строительной пыли медленно оседали на землю… Меня стало колотить от мысли – а если бы не успели?! Ноги не хотели держать тело, объявив бойкот, и поэтому, когда мои плечи судорожно сжали чьи–то руки, то я не осталась в долгу – клещом уцепившись за предоставленную опору.

– М–да… – раздался откуда–то слева низкий мужской голос – выяснили отношения, что называется… Рони, что скажешь?

– Что, что! – отозвалась девушка, которую я уже успела увидеть. – А то ты не знаешь, Викор! Проблем все больше и больше.

– А я надеялся, что хоть раз пронесет… – ответил таинственный Викор, тяжело вздохнув.

– А не соблаговолит ли честная компания проинформировать остальных участников о вновь обретенной заразе на наши головы?

Так, у кого–то тоже нервишки пошаливают… и кто это у нас такой нервный? Я с любопытством посмотрела на подавшего голос представителя «честной компании» – мать моя женщина! Да из этого «представителя» целую компанию сделать можно, да еще и останется!! В общем, дядя габаритов «шкаф платяной, расширенный, двухдверный, с антресолями до потолка».

– Соблаговолит – ответила девушка, – только всем, наверное, лучше присесть.

Я была с ней полностью согласна, поэтому оглянулась в поисках подходящего места для отдохновения многострадального тела и увидела, что страстно обнимаюсь, не с кем–нибудь, а с ходячим демонстратором достижений местных художников–абстракционистов! Судя по резко изменившейся форме глаз, до него тоже, похоже, только теперь дошло, в кого он так вцепился, как утопающий в пресловутую соломинку…

Мы шарахнулись друг от друга как током ушибленные! Только вот подзабыли малость, что ножки то у нас перепутались! Так что, загремели мы на пол вместе!.. Хм. Наверное, удаче снится страшный сон, потому что мне опять повезло, и меня успел перехватить ммм… Виктор или что–то в этом роде. Во всяком случае, проба пола на крепость собственным копчиком не состоялась, за что ему моё большое спасибо!

– Я просила присесть, а не прилечь, Эрланион. – мягко упрекнула девушка сдавленно выражающегося Эрланиона (во, вроде запомнила!), которого никто подхватывать не стал.

И уже принявшего относительно вертикальное положение, потирая пострадавшие от соприкосновения с полом части тела.

– Не отвлекайся, Рони! Ты хотела нам что–то сказать! – ага, шкафообразный у нас еще и нетерплячкой страдает…

Тяжелый случай! Ну, пока они будут разговаривать, может, я пойду?

– Я вам не мешаю? А то я пойду!.. – лучше спросить на всякий який, а то вдруг снова стукнут чем–нибудь?

– Нет–нет, сиди. – ответила Рони, тут же ухватив меня за полу плаща. Похоже, зря я напомнила о себе. Пришлось присесть. – Это ведь и тебя напрямую касается. Кстати, могу я узнать твоё имя, о гость этого мира?

– Моё?! Ээээ… Лана, а что?

– Эйлан… красивое имя. И довольно символично… – протянула Рони, покосившись на крашенного.

Э? Она глухая или прикидывается? А вообще–то, какая разница. Тем более что действительно красиво получилось. Только вот чего это она на этого, безобразно–перепелесого, косится? Что за намеки?!

– Рони! Да не тяни! – этот, как его, Виктор не выдержал.

– Ах да… – Рони снова развернулась к своим спутникам, впрочем, не отпуская моего плаща. – Значит так, ребята, у меня есть одна хорошая и несколько плохих, хотя, это еще как посмотреть, новостей. С чего начинать?

– С хорошей. – ответил за всех, вновь усевшийся на обломок какой–то колонны, Эрланион, и одарил меня пылким и «влюбленным» взглядом, обещавшим много незабываемых и интересных минут в его обществе.

Только вот нафиг надо мне такое «удовольствие», я ж не мазохист какой–нибудь! Так что он получил в ответ индифферентный взгляд типа – «а нас тут и не стояло!».

– Хорошая новость заключается в том, что обряд мы все–таки сорвали. – со слегка наигранным оптимизмом сказала Рони. – Вернее, он прошел совсем не так, как его планировала Майрана.

– Это, несомненно, радует, Рони, но это ведь не всё? Я правильно понял? – отозвался тот, кого звали Виктор или где–то около этого.

Похоже, он у них тут самый вумный.

– Правильно, Викор, – ээээ, ну почти угадала! А Рони, между тем, продолжала: – теперь об остальном. Обряд все–таки прошел, и Врата были раскрыты. Но из–за того, что что–то где–то прошло неправильно, то ли сместились пласты миров, в общем, не столь важно… – А… около оккультная муть пошла. Пока они будут это ля–ля за тополя разводить, поищу–ка я своего Ванечку. А! Вот он, родимый, рядышком, у стеночки лежит. Щас дотянусь и… – вместо ожидаемого демона мы имеем Эйлана[4].

– ЧТО?! – Потянувшись за Ваней, при последних словах Рони я потеряла опору и ощутимо навернулась с облюбованного для сидения куска колонны. – Что–что вы со мной делаете?!

– Имеем! – мерзко хихикнул кто–то, до сих пор не участвовавший в обсуждении.

– Щаазззз!!! Аж три раза с перехлестом! Размечтались! Я вообще тут не при чем, а мимо! – моему возмущению не было предела.

Так что, вырвав свой плащ, встав на ноги и поднявши Ваню, я развернулась, к сей свихнувшейся на игре компании, и заявила:

– Всё! Хватит с меня острых ощущений! Я ухожу. Меня уже давно в «Эдеме» ждут! Пока, игроки…

И я направилась к ближайшему пролому в стене. Сзади кто–то зашебуршал, но тихий голос Викора приказал: «Сиди!» и воцарилась полнейшая тишина. Нет, ну действительно, поиграли – и хватит! Тем более что игра затянулась, и нафиг надо мне влезать в такие разборки. Пойду домой, чайку теплого попью, раз праздник накрылся медной посудиной для мытья, именуемой тазом… С такими мыслями я шагнула в пролом и… застыла! В небе было ТРИ!!! луны… Всё, приехали…

Эрланион

Из полудремотного состояния, в которое вогнала лечебная магия, меня вывел звук упавшего металлического предмета. И судя по тому, что звук повторялся – предмет катился с лестницы… С лестницы?!

Я резко вскочил на ноги. Голова уже не болела, и это значит… так и есть! Держа в руках отрубленную голову (и чего он с ней таскается?!) и странный жезл наш гость быстро спускался по лестнице…

Бросив взгляд на остальных, и убедившись, что все уже проснулись, я бросился за убегавшим демоном. Боги! Еще чуть–чуть и он уйдет! Нет! Мысль подстегнула мышцы, заставив сделать длинный прыжок и… врезаться в чем–то отброшенного назад иномирного гостя. Шшшар'кте! И почему у него такие острые локти! Парень извернулся змеей, заехав мне локтями во все доступные части тела и получив в ответ множество разнообразных слов, вскочил, но остальные мои спутники уже успели добежать.

По нервам остро, как собственные, ударили раздражение, возмущение, злость, почти ярость и упрямое желание бороться до конца. Я невольно зауважал своего э'гленера. Сильный парень. Упертый. А он, тем временем, развернулся спиной к стене и приготовился драться.

Неожиданно демон перевел взгляд на меня и… расхохотался! Громко, звонко, отчаянно, сползая по стенке и прижимая к себе свои вещи. И ведь смеется, поганец, явно надо мной! А то я не знаю, во что меня превратила Майрана! Предаваясь по узам, смех волной накатывал на меня, грозя смыть и увлечь за собой. И ведь не собирается прекращать, демон его забери… а на мое раздражение ответил новым приступом смеха, игнорируя всех остальных.

Ламар, не выдерживая созерцания столь откровенного издевательства над нами, шагнул вперед и отвесил этому парню хорошую затрещину. Мою голову мотнуло в сторону, а щеку обожгло огнем. Узы, Морргор их возьми!

– Странно… – сказала Рони, кутаясь чей–то трофейный балахон, и посматривая то на меня, то на нашего гостя – Интересно…

– Не поделитесь ли наблюдениями?

Голос парня прозвучал треском ударившей молнии. Так же неожиданно и оглушающе. А по ядовитости дал бы фору даже грайпе.

– Разговаривает?! – пораженно воскликнул Ламар, шарахнувшись от «гостя».

– Получше тебя, длиннорукий! Нашел где руки распускать? Лишние, да?! – развернулся к Ламару этот тип в плаще.

От него прямо несло какой–то обреченной и отчаянной бесшабашностью. Странное ощущение… чужое, но приятое.

– Кто ты, и что здесь делаешь?! – холодно спросил я, решив взять разговор в свои руки.

В конце концов, это мой э'гленер и он должен меня хотя бы уважать. Но, по видимому, его об этом никто не предупредил…

– А тебя вообще никто не спрашивает! – было заявлено мне. – Его, понимаешь, спасли, а он в благодарность – по голове отоварил! И не постеснялся! Орк неблагодарный!!

Он резко развернулся, так, что капюшон немного съехал назад и явил призрачному свету полной Моны молодое и безусое лицо, странно и причудливо расчерченное то ли тенями, то ли еще чем. Теперь понятно, почему он так глупо себя вел. Молодой еще…

Стоп, КАК он меня назвал??!!

– КТО–О–О??!! – он что, к тому же еще и самоубийца? Назвать меня при всех орком! Да я же его сейчас…

– Стой, Эрланион! – Рони шагнула вперед, вскидывая руку.

– Меня тут всякие демоны орком называть будут, а я стой?!

Если она Хранительница Жизни это не значит, что она может отдавать мне приказы! Но на месте я все же остался. Странно, никогда так не злился…

– И еще не так назову! – не успокаивался этот бледнолицый парень, явно задавшись целью или оглушить всех присутствующих свои голосом, или проверить пределы моего терпения. – Бьют, кидаются с мечами, обстреливают из луков, обзывают, вещи крадут, а я молчи?! Фиг вам, дорогие товарищи! Чтоб у вас стены рухнули и…

Закончить свое пожелание он не успел. Мощный и непонятно откуда взявшийся магический выброс ударил в основание стены, у которой мы и стояли. Не выдержав, она стала оседать на пол.

– Блин!! – при чем здесь это мучное я не понял, а в следующий миг в меня врезался этот демон, и мы вместе покатились на жесткий и холодный каменный пол.

Отрубленная голова, или нечто на нее похожее укатилось в угол, а вид падающий прямо на нас стены, заставил развить с места хорошую скорость. Самопроизвольно дернувшаяся вниз рука ухватила что–то тяжелое, но на моей скорости это никак не отразилось.

Наш бег закончился только у противоположной стены. Я оглянулся назад и замер – от северной стены храма остались одни развалины! Что же Морргор с нами за это сделает!… Руку дернуло вниз, и кто–то нагло уцепился за нее. Меня это мало обеспокоило, поскольку воображение пыталось нарисовать возможные варианты мести Морргора.

По нервам плеснуло кипятком запоздалого страха, и я машинально сжал плечи стоявшего рядом. Ответ не заставил себя долго ждать – руку тисками сдавило ответное пожатие.

– М–да… – раздался откуда–то слева голос Викора – выяснили отношения, что называется… Рони, что скажешь?

– А то ты не знаешь, Викор! – отозвалась Рони – Проблем все больше и больше!

– А я надеялся, что нам хоть раз, хоть в чем–то повезет… – ответил Викор и тяжело вздохнул.

– А не соблаговолит ли честная компания проинформировать остальных участников о вновь обретенной заразе на наши головы?

Монк, похоже, тоже еще не отошел от быстрого бега на короткую дистанцию, поэтому попытался за хамством скрыть свой страх.

– Соблаговолит – ответила Рони, – только всем лучше присесть.

Мой сосед кивнул, обернулся, и… я увидел слегка расширившиеся от удивления глаза демона! Боги! Ну за что мне это?! Мы одновременно отпрянули друг от друга, но, зацепившись ногами, повалились на пол. Викор, резко дернувшись вперед, подхватил демона под руки, не дав ему упасть. Зря ты это сделал Викор, я ж тебе потом вспомню…

– Я просила присесть, а не прилечь, Эрланион. – мягко упрекнула меня Рони, когда я уже принял относительно сидячее положение.

До чего ж полы здесь жесткие! Ушибленные части тела неприятно ныли.

– Не отвлекайся, Рони! Ты хотела нам что–то сказать – Монку не терпелось услышать новости.

А зачем ему это? Все равно ведь этот тупой орк ничего не поймет.

– Я вам не мешаю? А то я пойду!.. – спросил демон.

Ему, видимо, не терпелось поскорее уйти. И я бы с радостью пожелал бы ему долгого пути, но меня опередила Рони.

– Нет–нет, сиди. – сказала она, тут же ухватив его за полу уже изрядно испачканного плаща. Я почти физически ощутил разочарование демона. А Рони, между тем, продолжала: – Это и тебя напрямую касается. Кстати, могу я узнать твоё имя, о гость этого мира? – и чего она с ним так любезничает?

– Моё?! Ээээйлан, – невнятно пробубнил демон и тут же переспросил – а что?

– Эйлан… красивое имя. И довольно символично… – протянула Рони, и покосилась на меня.

Мда… Угораздило же получить э'гленера с именем Раделяющий! Ну, или где–то около того. Конкретный перевод можно дать, только зная полное имя, а я не думаю, что он вот так запросто его скажет. И это, еще смотря, с какого языка переводить! Можно и до Дарующего допереводиться.

– Рони! Да не тяни ж ты! – Викору, похоже, тоже не терпелось узнать о новой заразе на наши головы.

– Ах да… – Рони развернулась к остальным, впрочем, не отпуская цепко удерживаемого плаща. – Значит так, ребята, у меня есть одна хорошая и несколько плохих, хотя, это еще как посмотреть, новостей. С чего начинать?

– С хорошей. – ответил я, усаживаясь на обломок какой–то колонны, и со злостью посмотрел на этого Эйлана.

Ответный взгляд мало чем отличался от выражения, с которым обычно разглядывают потолок. Он вообще, хоть чего–то боится?

– Хорошая новость заключается в том, что обряд мы все–таки сорвали. – со слегка наигранным оптимизмом сказала Рони. – Вернее, он прошел совсем не так, как его планировала Майрана.

– Это, несомненно, радует, Рони, но это ведь не всё? Я правильно понял? – отозвался Викор.

– Правильно, Викор, а теперь об остальном. Обряд все–таки прошел, и Врата были раскрыты.

Пока Рони говорила, я наблюдал за нашим гостем. После второй же фразы он резко потерял интерес к разговору и стал усиленно осматриваться по сторонам. Ага, он эту отрубленную голову искал. Интересно, а на кой она ему? А что такое «кой»?..

Мои наблюдения прервала последняя фраза Рони, вернее, даже не фраза, а реакция демона.

– ЧТО?!

Потянувшийся за предметом, напоминавшим отрубленную голову, демон, при последних словах потерял опору и упал с облюбованного им для сидения куска колонны. Йес! И он таки навернулся! Э? Это на каком языке? Вот ке'шшес!

– Что–что вы со мной делаете?! – изумленно переспросил он.

– Имеем! – хихикнул Берфур.

Гном решил пообщаться с демоном? Не верю…

– Щаазззз!!! – возмутился обсуждаемый. – Аж три раза с перехлестом! Размечтались! Я вообще тут не при чем, а мимо!

И он, вырвав свой плащ, встав на ноги и поднявши вечно таскаемую им голову, развернулся к нам, заявив:

– Всё! Хватит с меня острых ощущений! Я ухожу. Меня уже давно в «Эдеме» ждут! Пока, игроки… – и направился к ближайшему пролому в стене.

Монк рванул, было, за ним следом, но Викор тихо приказал «Сиди!» и ему пришлось усесться назад. Возмущение, обуревавшее Эйлана в начале, сменилось какой–то странной усталостью, а потом он шагнул в пролом, и меня словно ударили по затылку «Ментальным молотом»…

Лана

…Над ухом зудели голоса. Настойчиво так, противно… Не хуже иных комаров ночью. Сознание пребывало в блаженной отключке, мысли витали в нирване, а глаза тупо созерцали непонятные кусты, густо покрытые золотистыми соцветиями. Я сидела на земле, и руки механически поглаживали странный округлый предмет на коленях.

– А я говорю, что прикидывается! – гудение собралось в отдельные слова, из которых выстроилось более–менее осмысленное предложение.

Видимо, кто–то с кем–то спорит… А мне – по барабану…

– Ага! Ты на Эрланиона посмотри! Стоит, как магическим посохом пришибленный. Только глаза и моргают!

Эрланион?.. Ну и имечко! Это кто?.. Вялое любопытство шевельнулось в груди и тут же скрылось, устыдившись собственных потуг. Собственно, а какая мне разница…

– А может, того, прибить, и сказать, что так и было? Ну, чтоб не мучился? – прикладные гуманисты, блин…

Как приложат гуманизмом из гуманных соображений, так и коньки на раз отбросишь…

– Ты чего?! Совсем, что ли с ума сошел? Ты про Эрланиона подумал?! Рони же сказала – они связаны! Что чувствует один – то и другой! Убьешь одного, умрет и другой! Кроме того, а про Книгу нам кто расскажет? Ты, что ли?! Зря мы сюда через весь континент перлись?..

Ха! А на страдающего Охламона (вот мерзкий склероз! Ну и имечко у типа – гхыр запомнишь!) им уже начхать?! Собственные ножки важнее? Стоп… Уж не меня ли стремятся «из гуманизма» отоварить? Не поняла–а…

Я повернула голову и посмотрела на стоящую рядом двухметровую темную фигуру с очень даже различимым, и соответствующих габаритов, мечом, которым эта фигура поигрывала в опасной близости от моей головы.

Пофигизм резко закончился, а в душе стала подниматься нешуточная ярость.

– А что, я давно хотел прибить этого…

Дослушивать определения я не стала, а молча, развернувшись на пятой точке, со всей силы лягнула громадину в район голени, вымещая на нем всю свою злость и растерянность! Мужик вскрикнул, покачнулся и уронил меч… себе на ногу! На ту же, которую я и лягнула. Воюууууу!!!! Вот не знаю, от чего он больше выл, от удара или от меча. Мужик запрыгал на одной ноге, издавая звуки, услыхав которые все слоны бы из зависти совершили массовое харакири!

– Ну, вот теперь я сейчас тебя точно убью, поганец! – мужик прекратил скакать на одной ноге и, прихрамывая, направился ко мне, подняв по дороге меч.

Всё. Допрыгалась. Мою крышу, наконец, сорвало.

С глухим, утробным и каким–то нечеловеческим рыком я аккуратно отложила Ванечку в сторону и, подхватив какой–то валяющийся рядом дрын солидных размеров двумя руками, кинулась на громилу, который стал для меня олицетворением всех моих неприятностей за весь этот месяц и вторую половину дня в особенности.

– За испорченный праздник! За стенку! За три луны! За нервы! За голову! Сволочь! На тебе! На!..

С каждым воплем я охаживала типа дрыном по тому месту, куда попадала, абсолютно начхав, что будет дальше. Довели ребенка, что называется, нервный срыв, блин!

На втором же ударе я удачно попала ему по незащищенной руке, лишив последней защиты – меча. После этого шкафчик только уворачивался, бегая от меня по полянке и отчаянно вопя. Я не слушала, с рычанием кидаясь снова и снова…

Неожиданно, меня крепко обхватили сзади, плотно прижав руки к бокам, и оттащили назад. Я продолжала брыкаться и вырываться, но державший был куда как сильнее, делая все мои попытки вырваться безуспешными. А вот попытка лягнуть державшего ногой, однако, увенчалась успехом, о чем мне сообщило нецензурное шипение над ухом. Но на этом всё – этот гад мне на ноги наступил!! А он тяжееелый!

– Слезь с конечностей, орк позорный! – рявкнула я раздраженно.

– Успокойся, припадочный, тогда отпущу. – Судя по голосу, меня крепко держала жертва нетрадиционной росписи, растудыть его налево…

– Все, я спокойна, я полностью спокойна… – тихо забурчала я себе под нос, глубоко дыша.

Нехитрый аутотренинг действительно успокаивал, приводя растрепанный чувства в относительный порядок

– Всё, пусти…

Он нехотя отпустил меня, находясь, впрочем, поблизости. А вдруг снова кинусь на кого? Я бы кинулась… да не дадут же! Поэтому я снова опустилась на землю, подняла Ваню и стала активно думать, сопровождая этот процесс поглаживанием тыквы.

Итак, что мы имеем? Первое – сбылась мечта идиота, я попала. И конкретно! В смысле, в другой мир, или у Земли, за время моей кратковременной отключки, откуда–то появилось еще две Луны. Это маловероятно, следовательно, остается… не так уж и много остается! Ладно, примем за основу вариант с переносом.

Тогда, чего это у нас выходит? Вернутся надо? Надо. А как?!

Хм, вот уж не думала, что материал, прочитанной мной в большом количестве фэнтези, пригодится. Так, чегой–то там надыть делать… Значит, или найти мага, который и отправит тебя назад, или могущественный артефакт, или выполнить какой–то квест, собственно, ради которого, обычно, героя и запузыривают куда подальше.

Вывод – осторожнее надо быть с желаниями, осторожнее! Что ж, хватит думать, пора действовать. И пойдем–ка мы по списку.

Пункт первый – маг. В списке знакомых магов неутешительная пустота… В смысле, я ж тут никого из магов (да и не магов – тоже) не знаю! Значит, надо спросить у кого–то, кто должен знать! По–моему, эта Рони самое то, которое надо…

– Не знаешь, где искать Рони?

По сосредоточенному сопению за спиной я могла с точностью до метра сказать, где стоит это чудо художественной мысли, даже не оборачиваясь, но вежливость требует лицезреть собеседника!..

– А тебе зачем? – подозрительно спросил он. Надо же, какие мы любопытные!

– Кушать сильно хочется!.. Да не дергайся ты! Поговорить я с ней хочу.

– Сиди здесь, я позову…

Он молча развернулся и, настороженно поглядывая на меня, отправился в сторону компании, сгрудившейся на месте, где по идее должен был остаться «шкафчик». Ой, что–то где–то сдохло. Ну и ладно! Я обняла Ваню и поудобнее устроилась на земле. Рони довольно быстро откликнулась на мой зов.

– Ты хотел со мной поговорить, Эйлан?

Чегой–то я не поняла… они меня что, за парня держат?! Опа… Собственно, не о том сейчас речь. А если им так легче – да за ради всех Богов! Кто бы возражал…

– Да. Скажи–ка мне, Рони, а назад мне как? Мне, вообще–то, домой надо… – да, домой надо. И сильно!

– Прости, Эйлан… я ничем не могу тебе помочь… – Рони тяжело и, по–моему, искренне вздохнула.

Похоже, здесь действительно пролет… Ладно, попробуем по–другому.

– А кто может?

– Из магов – боюсь, что только тот, кто тебя сюда призвал… – ответила Рони.

Вот гхыр! Чтоб не сказать сильнее.

– Та истеричка с палкой? Как ее там, Ма… Масяня?

– Кто? – бровки Рони поползли в направлении лба – Ты имеешь в виду Майрану?

– Ну да, ее самую! Так что там с ней?

– Хм, что–то мне кажется, что при вашей следующей встрече она тебя пошлет! Только не домой, а гора–а–аздо дальше! – к нашей беседе присоединился Викор, а остальные продолжали суетиться возле великана.

– Кстати, а что со шкафчиком? – спросила я у Викора.

– С кем? – искренне удивился Викор.

Они что, совсем того, или прикидываются?! Тогда – довольно убедительно!…

– Ну, с тем, который большой и с мечом… был.

– С Монком? Он в обмороке. От страха. – Викор осуждающе покосился на меня.

– Где?? Эта тушка – и в обмороке?! От страха?! Не смешите мои сапоги, мне щекотно! – в моей голове просто не укладывалось… – И не надо так на меня коситься! Он меня мечом хотел угуманизаторить…

– Чего–чего он хотел с тобой сделать?! – не понял Викор.

– Мечом. Убить. Меня! Повторить еще раз?..

– Не обращай внимания, у него просто шутки такие – Рони успокаивающе положила мне руку на плечо. Ну и ни гхыра ж себе, шуточки! – А на счет страха – сам посуди. Есть чего испугаться, если на тебя бросается демон со светящимися красными глазами…

Красными? Светящимися?! Глазами??!! Или я чего–то недопонимаю, или у кого–то со страху глюки пошли. Строевым шагом под хоровое исполнение «Колосилась конопля…»

Стоп… Косметика! Просто, делая «боевой» макияж, я нарисовала поверх век карандашами нагло свистнутой у бабушки косметики «Красная ударница» (Самая стойкая! Гхыр потом отдерешь!) алые глаза с вертикальным черным зрачком, да они еще и слегка светились в темноте!

Где бабушка взяла эту косметику, и каким образом она ею пользовалась, я не знаю, но впечатление это произвело убойное! В общем, глаза лучше не закрывать… Видно, я глаза все–таки прикрыла, а луна (луны?) светила прямо в лицо. Вот он и увидал мой шедевр косметологического искусства (больной фантазии!)… Наверное, за демона принял… А так ему и надо! Нечего на девушек с двуручником кидаться! Девушки, они существа хрупкие, нервные, могут и дрыном по кумполу отоварить…

– А нечего было меня провоцировать! – под нос бурчу я, впрочем, уже готовая идти извинятся – Если надо, я извинится, могу…

– Лучше не надо, – криво ухмыльнулся Эрланион, всё это время изображавший недреманного стража друзей от меня, любимой. – а то он ночью больше не заснет…

– Мое дело предложить, его дело – отказаться. – не особо горя желанием ночью куда–то идти и что–то там делать, пожала плечами я. – Кстати о ночи и сне. Ничего, если я под кустиком посплю? Я не убегу, чесслово! А то спать так хочется–а–а–а–а…

В доказательство правдивости своих слов я отчаянно зевнула, чуть не вывихнув при этом челюсть.

– Спокойной ночи – пожелала мне Рони, – и – до завтра…

Больше я ничего не слушала, молча направившись к раскидистым кустам в поисках места для ночного отдохновения.

Подходящий для этого развесистый и густой кустик я облюбовала довольно быстро. Поставила Ваню рядом с собой, пожелала ему «Спокойной ночи», и, закутавшись в многострадальный плащ, для большего тепла свернулась калачиком под раскидистыми ветвями.

Надеюсь, мне дадут хоть нормально поспать?..

Спокойной всем ночи–и–и…

Эрланион

Мысли нехотя шевелились в голове. В основном – по отношению к этому э'гленеру и глубоко нецензурного содержания. То он эмоциями фонтанирует как Эмрайский фонтан, а то замер на месте и стоит, как увидавший лик Морргора. Да если бы сам стоял то еще ничего, так он же и меня держит! Вот шен'крет.

Но так же неожиданно, как все это началось, так же неожиданно и закончилось. Я, наконец, опустился на пол, пытаясь вычленить из той мешанины, что сейчас творилась у меня в голове свои и чужие мысли. Рони обеспокоено склонилась ко мне, горя желанием помочь, а с другой стороны наклонился Викор. Но мне даже не дали начать этот трудный процесс!

Монк и Ламар, ушедшие проверять, что ж произошло с нашим «гостем» начали о чем–то оживленно спорить. Затем раздался громкий вопль Монка, а в проем влетел Ламар, сразу бросившийся к нам с криком: «Демон на Монка напал!». Переглянувшись, мы ринулись наружу, едва не застряв в нешироком проломе.

Мдя, как говорит мой э'гленер. По поляне бодрым горным козлом скакал Монк, уворачиваясь от разозленного до невменяемости и довольно шустро и метко махающего кой–то палкой демона. Узы тут же выдали мне полной мерой, от которой захотелось выхватить меч и присоединиться к веселью. Да что ж это я, не смогу справится с каким–то мальчишкой, пусть и демонской наружности?! Поэтому я загнал как можно дальше чужие чувства, как бы отгородился от них, бросился к веселящейся парочке и оттащил подальше отчаянно сопротивляющегося «гостя».

Шак'релле! Я с этим… демоном скоро весь лексикон хаммитов вспомню! И еще и добавлю. Вместо благодарности он мне каблуком сапога по ноге заехал! Ну, держись, Эрхгорово порождение!

– Слезь с конечностей, орк позорный! – громкий и раздраженный рявк, видимо, должен был меня устрашить.

Ха! И не таких видали!

– Успокойся, припадочный, тогда отпущу. – ну, может быть…

Хотя, держать его неудобно, он все время брыкается и извивается, а во второй раз получить сапогом… Не хочу! Демон прекратил брыкаться, и что–то монотонно забурчал себе под нос, постепенно успокаиваясь.

Хотя, в его случае спокойствие – понятие очень приблизительное и растяжимое!

Я нехотя отпустил иномирца, находясь, впрочем, поблизости. Кто их, жителей Эрхгора, знает? Как послушаешь – так кровь пьют, людей едят… Хотя, этот не проявлял никаких поползновений ни на чью либо кровь, ни на тело. Может он сыт, но не знаю… Правда, с головой этой оранжевой носится…

Именуемый Эйланом опустился на землю, взял эту голову на колени и стал ее поглаживать, с отсутствующим видом уставившись на кусты золотянки. Когда я уже хотел его дернуть (стоять еще час под «Ментальным молотом» мне не хотелось), он развернулся в пол–оборота и спросил странно напряженным голосом:

– Не знаешь, где искать Рони?

Зачем это ему Рони понадобилась? Или те рассказы – не полный бред?..

– А тебе зачем? – на всякий случай спросил я.

Если солжет, то я это почувствую.

– Кушать хочется!.. – Боги, он что, еще и мои мысли читать может?! – Да не дергайся ты! Поговорить я с ней хочу.

– Сиди, я позову…

Я молча развернулся и, на всякий случай, присматривая за ним, отправился за Рони, которая наверняка хлопотала над Монком…

– Ты хотел со мной поговорить, Эйлан? – парень недоуменно нахмурился, как будто забыл, что он звал Рони, потом странно хмыкнул, но ответил.

– Да. Скажи–ка мне, Рони, а назад мне как? Мне, вообще–то, домой надо…

Боги! Никак мир летит в пропасть! Это ж надо! Впервые вижу демона, который рвется домой, едва попав в Верхний мир! Их же обычно отсюда гхыр прогонишь! Хм, а что это такое – гхыр? Зверь? Или заклинание какое–то боевое?..

– Прости, Эйлан… я ничем не могу тебе помочь… – Рони тяжело вздохнула.

Она добрая и всем стремится помочь, как истинный Хранитель Жизни.

– А кто может? – не унимался парень.

И чего он так назад рвется?

– Из магов – боюсь, что только тот, кто тебя сюда призвал… – Ответила Рони.

Эйлан был явно разочарован.

– Та истеричка с палкой? Как ее там, Ма… Масяня?

– Кто? – Вот так обозвал! Даже у вечно спокойной Рони брови поползли на лоб – Ты имеешь в виду Майрану?

– Ну да, ее самую! Так что там с ней? – вот ведь, любопытное существо!

– Хм, мне кажется, что при следующей встрече она тебя пошлет! Только не домой, а гора–а–аздо дальше!

К нашему разговору присоединился Викор, в то время как остальные члены команды продолжали приводить в чувство Монка.

– Кстати, а что со шкафчиком? – словно бы только вспомнив, спросил Эйлан у Викора.

– С кем? – искренне удивился Викор.

Честно говоря, я тоже впервые слышу такое определение… Эйлан так же был неподдельно удивлен.

– Ну, с тем, который большой и с мечом… был. – осторожно уточнил он.

– С Монком что ли? Он в обмороке. От страха. – Викор осуждающе посмотрел на демона.

А я не мог понять свое отношение к этому. Осуждал Эйлана за нападение и в то же время, был искренне рад, что он проучил Монка.

– Где?? Эта тушка – и в обмороке?! От страха?! – наш гость был откровенно поражен этим известием. А чего он ожидал? – И не надо так на меня коситься! Он меня мечом хотел угуманизаторить…

– Чего–чего он хотел с тобой сделать?! – не понял Викор.

Честно говоря, и я тоже. Я половины его слов не понимаю!

– Мечом. Убить. Меня! Повторить еще раз?..

Эйлан начал понемногу нервничать и злиться. Ну и сам виноват, надо сразу понятно изъясняться.

– Не обращай внимания, у него просто шутки такие. – Рони успокаивающе положила ему руку на плечо. – А на счет страха – сам посуди. Есть чего испугаться, если на тебя бросается демон!

Эйлан откровенно недоумевал. Я даже заподозрил, что он притворяется. Не знать самых простых и элементарных вещей! Это ж кем быть надо!

– А нечего было меня провоцировать! – виновато пробурчал этот, не пойми кто. – Если надо, я извиниться могу…

– Лучше не надо, – криво ухмыльнулся я – а то он ночью больше не заснет!

Хотя я и не сильно люблю Монка, но всю ночь слушать его шаги над ухом… извините меня, я на это не согласен!

– Мое дело предложить, его дело – отказаться. – равнодушно пожал плечами Эйлан – Кстати о ночи и сне. Ничего, если я пока под кустиком посплю? Я не убегу, чесслово! А то спать так хочется–а–а–а–а…

И он зевнул так, что у меня возникли здоровые подозрения в целостности его челюстей. А что касается честности – я с ужасом понял, что и мене зверски хочется зевнуть! О, Светлые боги, ну что я вам такого страшного сделал, что вы от меня отвернулись?!

– Спокойной ночи – тем временем пожелала Эйлану Рони – и – до завтра…

Парень уже ничего не слушал, как сонамбула направившись к кустам золотянки. Облюбовав какой–то кустик, демон положил непрерывно таскаемую им голову на землю возле себя, закутался в свой плащ и улегся на земле. Спать. Я еще несколько минут постоял, понаблюдал за ним, а вдруг прикидывается, но ровное и тихое дыхание спящего убедило меня, что он действительно заснул.

К тому времени немного пришедший в себя Монк, обходя место ночевки нашего иномирного гостя десятой дорогой, тем не менее, последовал его примеру и тоже стал готовиться ко сну. Викор, посмотрев на это сонное царство, досадливо сплюнул на землю и дал отмашку на разбивку всеобщей ночевки…

…Посреди ночи меня разбудило довольно неприятное ощущение холода. Откуда?! Последний раз мне так было холодно на Высоком перевале!

С минуту я лежал, созерцая полный диск Аскери – младшей сестры Моны и Керии, пока не понял, это не я мерзну, это этот демон, забери его… Пресветлая!

Пришлось встать, отыскать в развалинах пару брошенных балахонов и укрыть его одним из них. Демон завозился под дополнительным одеялом, чуть–чуть распрямился и вскоре завернулся в него с головой, постепенно согреваясь.

Второй балахон я свернул плотным валиком и подсунул ему под голову в качестве подушки.

Вставать еще раз посреди ночи из–за неудобства, ощущаемого э'гленером, не хотелось. Вернувшись на свое место и улегшись, я вновь прислушался к своим и не своим ощущениям – вроде бы больше ничего не беспокоит. Значит, все в порядке.

…Возле уха ветер тихо шепнул уже ставшим знакомым голосом «Спокойной ночи…».

И чего только не привидится ночью возле развалин темного храма…


Эрланион | За дурною головой | Глава 2. Не будите лихо утром рано… Проснуться оно в любом случае успеет!