home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Знахарь

Первое, что Егор услышал, – голос. Синтетический, с легким дребезжанием, будто рядом вещало плохо настроенное радио. Сначала он и подумал, что работает приемник, телевизор или что-то подобное, но вскоре вспомнил о Картографе… Ну да, это он, их странный проводник… А у собеседника Картографа был сильный, вполне человеческий баритон.

Егор открыл глаза, все еще не понимая, где находится. Оказалось, что он лежит на лавке в темной бревенчатой хижине. Горящая на столе керосинка давала трепещущий зыбкий свет. Блики плясали на лицах собравшихся. Яна ела, склонившись над столом и звеня ложкой о миску, Большой тоже уминал за обе щеки. Изредка они бросали косые взгляды на беседующего с Картографом Знахаря.

Под противоположной стеной комнаты был распахнутый люк. Из него доносилось приглушенное гудение.

На Атилу никто не обращал внимания. Знахарь, положив локти на стол, продолжал:

– Здесь мы пока в безопасности, но ненадолго. Пси-интерфейс начал сбоить, а я не успел нормально обкатать его, никак не могу разобраться, в чем причина. Мой Терминал не работает, выйти через него невозможно.

Картограф полез под плащ, достал пластиковую коробку с проводками, ту самую, с которой он возился, когда напали мародеры, и проговорил:

– Сможем. Из-за мутантов я не успел донастроить пульт, – он положил коробку на стол. – Когда сделаю, помогу тебе запустить Терминал. Но мои условия: из игры надо выпустить этих троих.

Яна с Большим переглянулись и уставились на Картографа.

– А тебя? – спросил хозяин, помедлив.

– Меня – нет.

Знахарь подался вперед, внимательно глядя на собеседника, будто хотел спросить: «Кто ты вообще такой?», но сказал другое:

– Ты знаешь, что произошло? Про Зону?

Картограф кивнул:

– Зона обрела себя. И она становится сильнее… с каждой минутой.

Атила мысленно выругался. Ну вот, снова заладил свое! Сейчас Артюхов, который Знахарь, покрутит пальцем у виска… Но программист лишь произнес:

– А где ее ядро, понимаешь?

– На АЭС, конечно.

– Точно. Но как туда попасть? И даже если можно попасть – как справиться с этим?

– Пока не знаю. Когда ты понял про осознание? То есть про движок?

– Он называется «Альфа». Это как имя… А понял я всего час назад. Разбирался с интерфейсом, сверял параметры в алгоритме поведения мутантов – до и после Отключения… Так я называю событие, когда игроки потеряли возможность выходить из игры. Кстати, я почти поднял старый чат, завязанный на внутриигровой коммутатор.

Вот это да! Атила приподнялся на локтях, его по-прежнему игнорировали – все были увлечены беседой. Яна, вытаращив глаза, замерла с поднесенной ко рту ложкой, Большой скомкал в кулаке конец бороды.

– Через чат можно предупредить об опасности всех игроков? – уточнил Картограф.

– Не совсем, только тех, у кого инсталлирована не самая последняя версия клиента «Сталкера-Онлайн». Там коммутатор был предусмотрен, а в последней версии его уже убрали, мы оставили только связь через ПДА, как более отвечающую духу и букве мира «Сталкера».

– Когда заработает старый чат? – спросил Атила.

Знахарь коротко глянул на него, затем посмотрел на люк в полу.

– Если сбоев не произойдет, отладка завершится минут через десять. – Он помолчал и заговорил вновь: – Одно мне непонятно: зачем Альфе все это? Зачем он держит игроков здесь?

– Да, пока что неясно, – согласился Картограф. – Хотя, если предположить…

– А может, вы все нам объясните наконец?! – Яна стукнула ложкой по столу и, со злостью отодвинув тарелку, скрестила руки на груди.

Атила встал. Закружилась голова, и он схватился за стенку. Подождав, когда перед глазами прояснится, шатаясь, подошел к столу и сел на свободную табуретку. Подвинул к себе миску и молча начал есть остывшую гречку с тушенкой.

Вкус был почти как у настоящей каши. Понятно, что это чистая условность, игровая пища ему не поможет, если в реале тело умирает от голода. Но любой человек привыкает к еде, к ощущению еды, к тому, что ее пережевывание вызывает определенные вкусовые ощущения. Толстяки вообще от еды «торчат», как наркоманы – от дозы. Это привычка всей жизни, большинство людей, да сам Егор, едят не когда наступает голод, а когда хотят сделать себе вкусно.

Покончив с кашей, Атила потянулся к колбасе, намазал хлеб маслом и положил сверху круглый ломтик. Закусил огурцами из банки. Удались огурчики! Хрустят, остренькие… Он наслаждался пищей и одновременно размышлял, что ощущения напоминают гипноз, когда гипнотизер касается руки подопытного обычной деревяшкой и говорит, что это раскаленный металл. На коже появляется самый настоящий ожог… Так и сейчас – мозг создает во рту ощущение вкуса колбасы, хлеба, огурцов.

Обманув себя виртуальной едой, Атила откашлялся и прохрипел:

– Вы сейчас нам все расскажете. Мне надоело шататься по Зоне, ничего не понимая. Что значит «Зона обрела себя»?

Знахарь вздохнул, постучал пальцами по столешнице:

– Ну, во-первых, вы знаете, кто я?

– Модест Андреевич Артюхов, главный программист игры, – вставил Большой и кивнул на Картографа. – Он нам сообщил, ага.

– Правильно, и сейчас мое тело находится в офисе «Русо-Вирта», лежит на койке, соединенное с компьютером. Когда произошло Отключение, я вошел в игру, чтобы разобраться на месте. Около получаса после этого Си-Терминал – Central Terminal, – он махнул рукой на люк, – еще работал, но потом он добрался и до него…

– Кто – он? – перебила Яна.

– Он или она… Зона. Теперь она разумна, – Знахарь развел руками. – Она осознала себя.

– Как? – не понял Атила. – Что вы говорите? Я тоже программист, и я не верю. Это антинаучно… Невозможно!

Знахарь снова вздохнул, хрустнул пальцами и принялся крутить в руке пустой стакан. Картограф не пытался помочь ему с объяснениями, он чуть склонил голову набок и, по своему обыкновению, «залип».

Знахарь покусал нижнюю губу, изучая гостей, наконец резко перевернул стакан днищем кверху, стукнул им по столешнице и заговорил:

– «Альфа-Рэй», так называется движок «Сталкера», один из самых сложных в мире. Его практически в одиночку сделал Андрей Алексеевич Вархамов, главный программист «Русо-Вирта», который когда-то совместно с Зиговичем основал компанию. Вархамов исчез, обстоятельства были странные… В общем, сейчас неважно. Мы занимались Альфой дальше. Движок контролирует поведение мутантов, погоду, периодичность выбросов и все связанные с ними изменения, появления аномалий, артефакты, целые полчища неписей… Мы постоянно совершенствовали его, в здании «Русо-Вирта». Весь пятнадцатый этаж отдан под отдел программирования – под моим началом несколько десятков человек. Не знаю, понимаете ли вы, какие огромные деньги вращаются в «Сталкере». Серьезные люди и конторы вкладывают средства в артефакты, криогенетики – в фермы мутантов, военные используют локации для тренировок спецподразделений, МЧС на симуляторе отрабатывает модели предотвращения аварий на атомной станции и других объектах… Игра должна соответствовать. У движка есть эвристические механизмы самонастройки и доналадки, он способен даже наращивать себя. Понимаете? Вархамов вложил в него возможность самопрограммироваться. Такого алгоритма нет больше ни у одной программы в мире.

– Ваш Альфа превратился в искусственный интеллект? – спросил Егор.

– Искусственным интеллектом он был и раньше. ИИ, завязанным на обеспечение стабильности законов игры и ее планомерное развитие. Но теперь он осознал себя. Зона осознала себя! Стала разумной в полном смысле слова. Вот только это очень… странный разум.

Большой поерзал на стуле и спросил:

– И Альфа запер игроков внутри, как сказать… Внутри себя? Отрубил экстренное отключение и терминалы?

– Именно, – кивнул Знахарь.

Яна принялась грызть ногти, спохватилась и спрятала руки под стол. Большой надул щеки и яростно затеребил бороду. А Егор поймал себя на том, что раскачивается на скрипучем табурете.

– Но контролирует он здесь пока не все, – добавил Знахарь. – Не все, потому что ресурсов не хватает.

Снаружи что-то загрохотало, раздался топот. Взвыли оставленные у порога слепые волки, подчиняющиеся Знахарю. Он вскочил, опрокинув стул, положил ладонь на плечо поднявшегося Картографа:

– Сидите здесь. Незачем вам зря рисковать.

Схватив с лавки обрез, Знахарь зашагал к выходу, помедлил у порога и вышел, прикрыв дверь. Яна, проводив хозяина взглядом, обратилась к Картографу:

– Что ты за человек? Голос у тебя странный. И ты что-то недоговариваешь. Какое ты ко всему этому имеешь отношение?

– Неважно, что я за человек и человек ли вообще, – отрезал Картограф. – Важно, что я могу помочь вам, а вы – мне.

Большой хлопнул себя по бедрам, встал и принялся расхаживать по комнате, поглядывая на запертую дверь.

– Ну, батя, как ты нам можешь помочь – ясно, да? Из игры нас выпусти, и, короче, все. А мы тебе зачем, почему ты нас тогда в Карьере подхватил?

Волки на улице вроде бы успокоились. Донеслось бормотание Знахаря – он разговаривал со своими питомцами, словно они – настоящие животные. Скрипнула петли, и хозяин шагнул в избушку. Подойдя к столу, уперся кулаками в его край.

– К нам кто-то приближается. Его почувствовали мои волки… То есть те, которых я контролирую. Они рыскают вокруг дома, и в них что-то меняется. Ими все труднее управлять из-за постоянных сбоев. Ментальный интерфейс снова глючит…

Картограф спросил, не вставая:

– Альфа пытается их подчинить?

– По-моему – да.

– Что за интерфейс? – заинтересовался Егор. – С его помощью вы управляете мутантами?

– Да, но только вблизи болот. Экспериментальный интерфейс, встроенный в шлем «МнемоСенсорик», новейшая разработка компании. Если бы не шлем, что у меня сейчас на голове там, – Знахарь указал пальцем за спину, где виднелся люк, – то есть на голове моего тела в реальности, мы бы с вами здесь уже не сидели.

Егор нахмурился, размышляя. Теперь понятно, чем объясняются «мистические» способности Знахаря, про которые ходят слухи среди сталкеров. На самом деле он разрабатывает и тестирует пси-интерфейс, чтобы мысленно управлять неписями. Никакой фантастики, Атила видел подобное в роликах: человек неподвижно сидит в кресле с девайсом на голове, считывающим ритмы мозга, – а на мониторе перед ним движется какой-то предмет, подскакивает, перекатывается, повинуясь силе воли… или силе мысли. Хотя на самом деле всё это не имеет отношения к телепатии, чистая наука.

Знахарь добавил:

– Еще, я уверен, где-то неподалеку сектанты. Они уже целиком под управлением Альфы.

Егор даже вздрогнул, когда у него под курткой запищал ПДА. Неужели заработал?! Выхватив его, воскликнул:

– Скайп включился! Обновление принял, иконки больше не мигают.

– А как раньше было? – Знахарь склонился над столом, и Атила повернул экран к нему.

– После выброса помигал и отрубился. Я пытался войти, но… Значит, связь восстановилась?

Хозяин хлопнул ладонью по столу:

– Значит, отладка завершилась. Теперь действует старый коммутатор, потому твой скайп и пробился в Сеть. Внутриигровую связь и приложения Альфа отключил практически сразу, а вот посторонний софт… Он не способен держать все под контролем постоянно. Попробуй связаться с кем-нибудь.

Атила, промазывая по клавишам от волнения, отправил сообщение одному из виртуальных приятелей.

– Мессага, вроде прошла. Только у них у всех иконки желтые, то есть «нет на месте».

– Сейчас ночь, – сказал Знахарь. – Все нормальные люди спят. Попробуй вызвать кого-нибудь из игроков.

– Но… – Атила окинул взглядом компанию за столом и пожал плечами. – Но у меня нет друзей в игре.

– Вообще нет друзей? А у вас? – Знахарь повернулся к Большому с Яной.

– У меня клиент последней версии, он ваш чат не поддерживает, – вздохнула Яна.

– И у меня, – скривился Большой.

Знахарь подошел к люку и уставился в него, повернувшись спиной к остальным. Дрожащий огонь керосинки отблескивал на его кожаном плаще. Воцарилось молчание. Шуршали за окном волки, свистел ветер в дымаре хижины. Все чувствовали, что сейчас прозвучит что-то важное, и терпеливо ждали. Первым заговорил Картограф:

– Надо спешить. С чатом разберемся немного позже, слушайте внимательно. В центральном офисе «Русо-Вирта», в подсобке на пятнадцатом этаже лежит старый лэптоп «Сименс». Идти туда по коридору 3-Б, это в западном крыле здания, справа от лифта, два поворота. Там будут три двери, в нужную подсобку ведет третья. Лэптоп легко найти – просто отодвинуть тумбу умывальника от стены, лэптоп прилеплен скотчем с обратной стороны. Запомнили? – он повернулся к Яне. – Повтори. Это важно.

– «Русо-Вирт», центральный офис… Москва, да? – Знахарь, обернувшись, кивнул, и Яна продолжила: – Подсобка на пятнадцатом этаже. Коридор 3-Б, западная сторона, направо от лифта, два поворота. Третья дверь в подсобку. Отодвинуть умывальник… тумбочку от стены, лэптоп примотан скотчем к тумбе с обратной стороны… Я вообще-то в Питере живу.

– Неважно. Слушайте дальше. На винчестере в папке под названием «Poison» хранится большой исполняемый файл. Это вирус. Он был написан… некоторое время назад. Вирус особый – создан специально для Альфы, он как персональная ядовитая таблетка. Но вирус уничтожит не всего Альфу, а некоторые его элементы, делающие движок самоосознающим ИИ. Лэптоп надо…

– Откуда ты все это знаешь? – Знахарь глядел на Картографа с удивлением и подозрением. – Откуда сведения? И почему вообще я должен тебе верить?

Картограф продолжал, не обращая на него внимания:

– Я повторяю: коридор 3-Б, западная сторона, направо от лифта, два поворота, пройти мимо кабинета главного программиста – то есть твоего, – он со стеклянной стеной, это корпоративная мода, введенная Зиговичем, «открытый бизнес»… В конце коридора подряд три двери: электрощитовая, кладовая для уборщиков и третья – ее не придумали, для чего использовать, потому что строители здания забыли подвести туда трубы, должен был быть туалет, а… В конце концов уборщики стали сваливать туда всякую рухлядь. Я прав?

– Все так, – кивнул Знахарь. – Только одно «но»: посторонние не имеют доступа к корпоративной информации. Кто ты?

– Сейчас неважно. Нам надо загрузить вирус в игру. Как это сделать?

Знахарь сел на табурет, постучал пальцами по столу и ответил:

– Через широкополосный канал. Мы его задействовали, когда нужно было внести серьезные изменения в движок, не останавливая «Сталкера». Если твой чит поможет Центральному Терминалу заработать, я выйду из игры, возьму лэптоп и запущу вирус… Но нужен кто-то здесь, в игре, кто сломает сетевой фильтр.

– Что еще за фильтр? – спросил Большой.

Картограф качнул головой – кажется, фильтр и для него был неожиданностью.

Знахарь развел руками:

– Когда все началось, мы через центральный канал попытались воздействовать на Альфу. И обнаружили, что не можем. Альфа поставил на него фильтр, просеивающий данные. Понимаете, для Альфы этот канал – связь с внешним миром, то есть со всем Интернетом. Он предвидел наши действия и обезопасил себя.

– И как, по-вашему, его отключить? – поинтересовался Егор, уже вовсю прикидывая варианты.

Ответ Знахаря его разочаровал и удивил одновременно:

– Снаружи – никак. Просто невозможно. Но в игре… Понимаете, Альфа – не просто сложная программа, он именно игровой движок, он и есть Зона. Все, что он делает, все, что меняет, перестраивает в себе, либо влияет на происходящее здесь, либо имеет в Зоне материальные последствия, зримые результаты, которые игроки могут увидеть или ощутить, пощупать. А фильтр… что вы знаете про историю появления Зоны? Долгое время сценарий держали в тайне, но теперь постепенно раскрыли.

– Я знаю! – Большой воспрянул, будто школьник, вспомнивший ответ на каверзный вопрос учителя. – Я этим увлекаюсь, историей Зоны! Ну, короче, еще когда Зона только возникла, в нее отправилась группа ученых под защитой большого отряда военных. Исследовательская…

– Экспедиция, – вставила Яна.

– Короче, не перебивай! – возмутился Большой и продолжил: – В общем, эти ученые дошли до места под названием Лаборатория «Сумрак-11». И там вроде подверглись удару особого пси-мутанта. Очень сильного, такого больше нигде не было. Некоторые погибли, а те, кто выжил, превратились в Пси-Группу, они сами себя назвали. Но они теперь не люди, а… – Большой покрутил пальцами в воздухе, – короче, тоже как мутанты, только пси-мутанты. Чтобы не умереть, они подключили себя к системам жизнеобеспечения «Сумрака». А те военные, что их охраняли, превратились в Черное братство. Пси-Группа полностью подчинила их себе, и теперь «черные» – их послушные псы…

– Лаборатория «Сумрак-11» находится на АЭС, – перебил Знахарь.

– Что-о?! – Большой смолк на пару секунд, нахмурился. – То есть, батя, ты че, хочешь сказать, что твой широкополосной канал тоже там, на АЭС?

– На АЭС? – повысила голос Яна. – Но туда идти черт-те сколько!

– Ядро Альфы, его программный центр, воплощен в Пси-Группе, – добавил Знахарь.

Яна подхватила:

– …Эти существа лежат в жизнеобеспечивающих коконах там, в лаборатории, откуда идет канал связи. Перед тем как кто-то снаружи введет в него вирус, те, кто останется здесь, в игре, должны проникнуть на АЭС и уничтожить сетевой фильтр, да?

Взвыл слепой волк, на него зарычал второй. Знахарь насторожился, поджал губы и снова вышел на улицу.

Когда дверь закрылась, Егор спросил, кивнув на нее:

– Сколько он еще сможет управлять этим своим островком в Зоне?

Картограф не успел ответить: дверь распахнулась, вмазав по стене, внутрь влетел Знахарь и быстро запер хижину на засов. Прижав ладонь ко лбу, он взволнованно заговорил:

– Все, конец нашей защите. Ментальный интерфейс только что рухнул, не могу восстановить… Это атака Альфы, я потерял контроль над мутантами, волки кинулись на меня. Спускаемся в подвал!

Вынув из сумки пульт и раскручивая смотанные провода, Картограф сказал:

– Пора распределить роли и решить, кто будет снаружи загружать вирус, а кто…

Вот для чего Картографу понадобились игроки: для выполнения важной миссии, которая почему-то ему самому не под силу. А молчал он, чтобы они не струсили и заранее не отказались.

– Ты бы сначала нас спросил, – проговорил Егор с упреком, – хотим мы участвовать во всем этом или нет?

Яна поддержала его:

– Из игры нас вывести Знахарь в любом случае обязан, раз он работник «Русо-Вирта». А лезть к ним в офис, красть лэптоп… Вообще-то, за такое сажают.

Все переглянулись. Знахаря отказ не удивил. И бровью не поведя, он выгребал из шкафов коробки и бросал их в открытый люк. Картограф ответил спокойно:

– Я дам вам номер счета, идентификатор и логин, чтобы проверить баланс. На счете лежит семьдесят тысяч кредитов. Сумма большая, можно открыть свой бизнес, дизайнерскую или игровую контору… ваше дело. Вам надо только решить, кто пойдет наружу, а кто – со мной к АЭС.

Семьдесят тысяч! Большой начал переминаться с ноги на ногу, у него задергалось веко – от жадности, наверное. Яна постаралась подавить радость и сохранить невозмутимый вид, но у нее не очень-то получилось.

Больше всего на свете Егор сейчас хотел бы знать, кто такой Картограф и зачем Альфа запер людей. Чтобы понять, надо рискнуть и некоторое время побыть в игре, тем более в реальной жизни от калеки пользы мало. Хотя, если задержаться тут до логического завершения заварушки, нет гарантии, что он сможет выйти потом, – велики шансы загнуться от обезвоживания. Хорошо же он будет выглядеть, когда тетка вернется из поездки в Токио: разлагающийся труп на диване, стянутый оболочкой…

Интересно, что решат остальные? Яна вон призадумалась, сморщила лоб. Любому нормальному человеку хотелось бы выйти из чертовой игрушки. Яна наверняка дома не одна, рядом есть человек, готовый отключить ее от костюма… Хотя, отключай, не отключай – разум пойман паутиной Альфы и останется в заложниках – девушка будет без сознания, в коме. Или нет?

У Большого жадно горели глаза – жажда денег брала верх над страхом смерти. И откуда такая алчность у сынка богатых родителей? Или не все так просто, иначе не прятался бы Мишка в игре… А если он хочет от них сбежать, чтобы жить своей жизнью, затюкали пацана?

Семьдесят тысяч на троих, это сколько же будет… Атила довольно кивнул сам себе: до фига, однако! Надо это дело провернуть обязательно. И людям помочь, и себе… Главное, чтоб Картограф не обманул.

Донеслось рычание брутора, взвыли слепые волки. Мутанты сейчас форсируют болото, а поскольку они и болото – единое целое, увязнуть твари не должны. Через несколько минут будут здесь и сковырнут хижину Знахаря с лица Зоны.

Поглядывая на дверь, Знахарь подскочил к единственному окну, захлопнул тяжелые ставни, сдвинул засов на них, а потом бросился к люку и спрыгнул в него. Понимая, что затянувшаяся пауза уменьшает шансы на спасение, Атила заговорил:

– Ладно, давайте так. Я живу рядом с «Русо-Виртом», у меня его из окна видно. Смогу попасть к зданию быстро, как только выйду из игры.

Картограф перевел взгляд с него на Яну, которая, удерживая входную дверь на прицеле, боком подходила к люку, где исчез хозяин избушки.

– Я тоже пойду наружу, – сказала она. – Я дома осталась на неделю одна, а в игре планировала находиться не дольше суток, и они почти истекли. Там… мне, в общем, некому помочь.

Картограф повернулся к Большому, переминающемуся с ноги на ногу:

– Хорошо, с вами ясно, а ты?

В дверь ударили так, что она едва не слетела с петель. Большой испуганно попятился к люку, бормоча на ходу:

– Ну, могу остаться, только вот я насчет денег… Что там с паролем? Без пароля их не получить, а? А если ты того… помрешь?

Картограф, тоже приблизившись к люку, сказал:

– Получите пароль, когда загрузите вирус в игру.

В дверь ударили еще раз. Одновременно звякнуло разбитое стекло, треснул засов. Одна ставня упала на пол, вторая повисла на петле, и в проем просунулась башка упыря. Разошлись в стороны шипы роговых наростов, обнажив пасть, упырь потянулся к людям. Яна выстрелила и попала точно в голову – мутанта отбросило назад.

– Атила! Скорее! – крикнула она Егору, и тот прыгнул в люк вслед за Картографом с Мишкой. Грохнул еще один выстрел, и Яна последовала за ними.

Егор думал, что в подвале будет темно, и заранее приготовил фонарик, но тут стояли четыре гудящих шкафа, в их дверцах светились встроенные мониторы, где бежали столбики с какими-то данными. Под мониторами были выдвижные консоли с клавиатурами.

Большой и Егор задрали головы, целясь в открытый люк. Яна, не опуская винтовку, попятилась к дальнему шкафу, где Знахарь набирал на клавиатуре команды, вводил коды. Картограф, присев рядом с ним, возился со своим пультом и проводами.

Не отрываясь от работы, Знахарь проговорил:

– Мы выйдем в реал, а вам для начала надо в Мертвый город, в подвалы «Ящика». Там есть кое-что, без чего к АЭС не прорветесь…

Наверху входная дверь с грохотом слетела с петель, и оглянувшийся Знахарь заорал:

– Да закройте же люк!!!

– Как закрыть? – спросил Атила, пятясь. – Тут ни ручки, ни…

– За веревку тяни!

Егор прищурился: не было там веревки, просто гладкая металлическая дверца-крышка…

Большой пятился, втягивая голову в плечи, автомат трясся в его руках. Знахарь, закончив с кодом, прыгнул в середину подвала и потянулся к тонкому шнуру, накинутому на гвоздь в стене. Наверху затопали, потом шаги стихли, и свесившийся в подвал упырь схватил Знахаря длинными лапищами. Рывок – и мутант вытащил его наверх. Знахарь заорал, суча ногами.

Яна ахнула, зарычал упырь. Наверху с грохотом падала мебель, хрустели осколки стекол.

– Стреляйте! – приказал Картограф и скользнул от приборов к люку, вытаскивая из сумки «сборку».

У Большого громыхнул и тут же смолк автомат – закончились патроны. Егор и Яна метались под люком, целились в мутанта, но понимали, что, если выстрелят, рискуют попасть в Знахаря. Картограф, растолкав их, занес руку для броска. Ноги Знахаря исчезли в проеме, куда снова просунулась голова упыря, жертву он убил и бросил. Роговые шипы вокруг пасти разошлись в стороны; будто хищный цветок, раскрылась темная пасть.

– Осторожно! – крикнул Картограф и бросил «сборку».

Тварь захлопнула пасть, вокруг нее плотно сомкнулись шипы-наросты. Раздался тонкий писк, глаза мутанта набухли и вылезли из орбит, будто их выдавило под огромным давлением. Кожа на морде покраснела, начала светиться, словно под черепом зажглась мощная лампа. Дернувшись, мутант провалился в люк – Картограф и Яна отскочили, Атила вжался в стену. Подвал озарила яркая вспышка, обожгла глаза – Егор зажмурился. Потом загрохотало, толкнуло ударной волной, выбив воздух из легких, и он, задохнувшись от боли, сполз на пол.

Жаркая волна повалила один из шкафов, Большого отбросило в противоположную от Яны и Картографа сторону.

Упыря будто распылило на мелкие красные капли. Одежда, приборы, стены, потолок были забрызганы буро-алой кровью мутанта, кое-где виднелась зеленоватая шерсть.

Атила нащупал АК, поднял. Большой, укрывшись за опрокинутым шкафом, перезарядил автомат и открыл огонь. Егор вскочил, метнулся к проему и принялся бить прикладом хренозавра, спрыгнувшего в подвал.

Картограф бегом вернулся к Си-Терминалу, подключил пульт к нему и крикнул:

– Задержите их! Мне нужна еще пара минут!

– Долго не продержимся! – заорал Большой в ответ.

Яна стреляла лежа. От грохота звенело в ушах, по подвалу метались всполохи. Отбросив винтовку, Егор достал ПДА, покрутил верньеры и выпустил из подсумка Линзу – вверх, через люк, мимо мутантов, провел ее через дом в выбитое окно. Увеличив плоскость диска до предела, поднял над крышей. Если все ухватятся за края, то смогут убраться отсюда, перелететь через болота…

Или Линза не потянет такой вес? В любом случае надо ведь еще вылезти на крышу. Он кинул взгляд на ПДА – луна светила ярко, вокруг дома кишели мутанты. Черные фигуры сектантов подходили к хижине, из дверного проема струился свет керосинки. Первый сектант переступил порог, скрылся в комнате. За ним устремились другие.

– У нас еще гости! – Атила отвлекся от ПДА, и в этот момент в проеме над головой мелькнуло лицо в черной маске. Пули ударили в пол. Большой вновь перезаряжался, а Яна сразу выстрелила в ответ.

Шкаф, к которому подключался пульт, замерцал изумрудным сиянием и оплыл, будто свеча. За ним пряталась Яна, остальные прятались в другой части подвала, вжимаясь в стены.

Сверху пули сыпались градом – до терминала было не добраться, как ни старайся.

Картограф крикнул Яне:

– Прыгай в шкаф, сейчас сломается! Запомни: никому не верь в «Русо-Вирте»! Особенно – руководству!

– Но я не знаю, что делать снаружи!

Егор попытался перебежать к ней, чтобы вместе выйти в реал, но чуть не поймал пулю, снова прилип к стене и заорал:

– Мой скайп подключен к ПДА в игре… Скайп: Atila666! Найди меня, авторизуй!

Картограф повторил:

– Проникни в «Русо-Вирт»! Ключ от кладовки возьми из тумбочки в кабинете Модеста! У него должны быть ключи от всех помещений пятнадцатого этажа!

Шкаф еще больше оплыл.

– Яна! Быстро! Он сейчас выйдет из строя! – крикнул Атила.

Пригибаясь и поглядывая на люк, Яна раскрыла повернутую к потолку дверцу – ручка едва не расплавилась в ее ладони. Закусив губу, девушка зажмурилась и прыгнула в шкаф. Дверца захлопнулась, еще пара секунд – и шкаф сдулся, растекся по полу расплавленным пузырем. Атила вгляделся в полупрозрачную субстанцию: следов Яны там не было. Похоже, она таки вернулась в реал!

АК в его руках клацнул и смолк.

– Патроны кончились! – заорал он, стараясь перекричать хлопки выстрелов. – Все сюда, у меня есть план!

– Прикрывай! – скомандовал Картограф Большому и метнулся к Атиле. Оказавшись рядом, махнул Мишке. Когда тот приблизился к ним, Атила быстро проговорил:

– С болот можем убраться на Линзе, но прежде надо попасть на крышу! Как?

Большой невпопад брякнул:

– Знахарь умер, да? По-настоящему умер?!

Картограф, проигнорировав вопрос, сказал:

– Линза вверху? Приготовься управлять ею. А ты прикрывай!

Мишка прищелкнул магазин и разрядил его в люк. В это время Картограф достал из сумки плоский контейнер с загнутой педалью-рукояткой на торце, бросил на пол – за контейнером протянулся шнур.

Бормоча что-то под нос, он ногой нажал на педаль – шторки контейнера сдвинулись в стороны, из отверстия в потолок ударил столб света, и Атила инстинктивно прикрыл рукой глаза.

Картограф, намотав шнур на кулак, скомандовал:

– Прыгайте в него!

– А что это… – начал Егор, но смолк, сообразив, какую именно аномалию имитирует бьющий вверх луч.

– Чит копирует действие «лифта», – подтвердил Картограф догадку.

Большой первым прыгнул в столб света – и его силуэт скользнул вверх. Удивительно, но на лету, сипло вопя, Мишка умудрялся поливать «черных» свинцом.

– Егор, вперед!

Атила прыгнул в луч. Потолок рванулся навстречу, пол и Картографа будто отбросило вниз. Захватило дух. Мимо пронеслись фигуры в черном, лежащие и присевшие на корточки вокруг люка, труп Знахаря, мутанты, задравшие головы… Через пролом в крыше Егора подбросило выше, и он приземлился на четвереньки рядом с Большим. Выпучив глаза, Мишка одновременно целился в пролом, тряс головой и ошалело вопил:

– Это я его пробил, прикинь, башкой проломил, меня «лифт» как швырнул! Дыру в крыше собою сделал! Но сам целый!

Снизу донесся предсмертный визг какой-то твари, и в пролом выбросило овцу. Мутант выпучил глаза и разинул пасть, щелкая клешнями. Большой выстрелил ему в голову – брызнул пробитый пулей глаз, проблеяв матерное слово, овца с грохотом скатилась с крыши и свалилась на тропинку возле порога. Следом из проема вынесло Картографа, он упал, покатился, вскочил и замер на полусогнутых. В руках у него была Янина винтовка.

Столб света исчез, когда он дернул рукой с намотанным на кулак шнуром.

Егор так крутанул верньер, что Линза чуть не треснула ему по темени, спикировав к крыше. Он схватился за край диска и обронил:

– Троих может не потянуть.

– Нам нужно отлететь подальше, – спрятав контейнер в сумку, Картограф последовал его примеру. – Увози нас отсюда!


* * * | Я – Сталкер. Осознание | Осознание зоны