home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



6

Джош сидел за столом, рассеянно глядя на стопку документов. Сразу несколько серьезных вопросов требовали его немедленного вмешательства. Несмотря на это, его мысли были заняты не проблемами фирмы, а Эйлин.

Полгода ни к чему не обязывающей связи с красивой, сексуальной, податливой женщиной — казалось бы, это мечта любого мужчины. Если бы не так давно кто-то сказал Джошу, что ему посчастливится заключить такое соглашение, он бы на радостях купил этому человеку ящик пива. Но сейчас, после месяца такой жизни, он, пожалуй, дал бы предсказателю в зубы.

Сидя за своим рабочим столом, Джош от досады готов был рвать на себе волосы. С тех пор как они заключили с Эйлин соглашение, прошло чуть больше месяца. Сказать, что они «встречаются», у Джоша просто язык не поворачивался. Отношения, которые принято обозначать этим словом, обычно носят куда более личный характер. Да и сами встречи случались не часто: Джошу едва удавалось втиснуться в до предела насыщенный разнообразными занятиями график Эйлин. Он считал, что ему повезло, если удавалось встретиться с ней вечером в пятницу и в субботу.

За все время они встречались раз восемь, и всякий раз, казалось, все происходило одинаково. Эйлин приезжала к нему домой, они немного разговаривали; если повезет, Джошу удавалось уговорить ее сходить пообедать, если очень повезет — даже сходить в кино. Эйлин держалась спокойно и безмятежно, снисходительно выслушивала его рассказы, не очень распространяясь о себе. Потом они обычно возвращались к нему домой и занимались сексом. После двух или трех раундов Эйлин улыбалась, нежно целовала его на прощание, одевалась и уезжала домой.

Наверное, любой другой мужчина счел бы такую связь идеальной, но по какой-то неведомой причине Джош в конце концов понял, что его такой вариант решительно не устраивает. Самое неприятное, что Эйлин их отношения, судя по всему, устраивали вполне.

Если бы она ему надоела, тогда другое дело. Такое с Джошем уже случалось: он знакомился с женщиной, проводил с ней великолепный уикэнд, потом еще один, а недели через две начинал задавать себе вопрос, что он в ней нашел. Но с Эйлин все было иначе. Даже учитывая, что ее интересовала в основном физическая сторона их отношений, она была милой, забавной и по-прежнему интриговала Джоша. Однако эмоционально она оставалась для него недоступной. От этого можно было сойти с ума. Джош бы порвал с ней, если бы…

Если бы не желал ее так, что не передать словами. Однако помимо прочего ему нужно было не только ее тело, но и ее улыбка, её душа — словом, вся она.

На столе зазвонил телефон.

— Джош Монтгомери, — машинально ответил он.

— Джош? Как поживаешь?

— Привет, несравненная! — Джош расплылся в улыбке. — А я как раз собирался тебе позвонить.

— Джош, не морочь мне голову и не трать на меня понапрасну свой шарм. Я тебя знаю, как-никак я твоя мать, — со смехом отозвалась Маргарет Монтгомери. — Лучше скажи, когда ты собираешься нас навестить?

Джош открыл ежедневник. Против каждого уик-энда значилась запись: «Эйлин».

— Боюсь, в ближайшее время не смогу выбраться. В компании возник небольшой кризис.

— А через два месяца? Я знаю, что у тебя много работы, но на всякий случай проверь по ежедневнику.

— Через два месяца? Не знаю… — Джош стал листать ежедневник и наткнулся на дату, помеченную красным восклицательным знаком. — Ох! Папин день рождения.

— Вот именно, ох. Так и думала, что ты забыл. Признаться, у меня в голове не укладывается, как блестящий бизнесмен вроде тебя не может запомнить дни рождения родственников. Наверное, это чисто мужское.

Джош только улыбнулся, слушая знакомую тираду.

— Что я могу на это сказать? Такие уж мы бесчувственные чурбаны.

— Так ты приедешь? Соберется вся семья.

Джош задумался. Провести уик-энд без Эйлин! Несмотря на то что их отношения не во всем его устраивали, он ценил каждую минуту, проведенную с ней. Он не знал, сколько ему отпущено времени до тех пор, пока Эйлин не решит, что с нее хватит. Это был совсем другой вопрос.

И все же семья есть семья, ничего важнее быть не может.

— Я приеду, — сказал он.

— Отлично, отец будет очень рад. Ты же знаешь, он не хочет есть морковный торт без сахара в одиночестве.

Джош посерьезнел.

— Как он, кстати?

— Ему нелегко. Диабет — серьезная болезнь, но он не сдается. Ты же знаешь своего отца. Упрям как мул и обаятелен как дьявол. Хорошо, что он по крайней мере может помочь себе, соблюдая диету. Он учится жить с болезнью. Я, конечно, помогаю чем могу.

— Конечно. Где бы он был, если бы не ты?

— Вероятно, в тюрьме или в сумасшедшем доме, — ответила мать самым серьезным тоном. Джош рассмеялся. — Должен же кто-то проследить, чтобы твой отец не вогнал себя в гроб. А теперь мне еще предстоит принимать в своем доме одновременно двоих дочерей и сына! — По голосу было ясно, что она в восторге от подобной перспективы.

— Да, мама, не представляю, как ты это выдержишь.

— Я тоже не представляю. Справиться с вами четырьмя одновременно очень трудно.

Джош легко представил нежную улыбку на лице матери. Муж и дети составляли для нее смысл существования.

— Постараюсь облегчить тебе жизнь.

— А ты подари мне внуков, — предложила мать, — тогда я переключусь на них и буду меньше досаждать тебе.

Эта тема была Джошу хорошо знакома.

— Я еще не встретил… — Он оборвал себя на полуслове, подумал и спросил: — Между прочим, что ты скажешь, если я приеду на день рождения отца с девушкой?

Мать несколько секунд молчала.

— Скажу, чтобы ты прихватил с собой аптечку первой помощи. Как бы мне не упасть в обморок.

— Очень остроумно, мама. А если серьезно?

— Значит, ты кого-то встретил?

Джош прочистил горло.

— Я бы так не сказал.

— Джош, я же твоя мать. Ты меня не проведешь. — В голосе матери слышалось радостное возбуждение. — Какая она? Из какой семьи? Как вы познакомились?

О том, как они познакомились, Джош точно не собирался рассказывать матери. Он постарался уйти от ответа.

— Ее трудно описать. Она особенная.

— Еще бы, раз ты собираешься привезти ее к нам! Откуда она родом?

Джош нахмурился.

— Не знаю. Мы учились с ней в одной школе.

— Ты с ней дружил тогда?

— Нет, в школе мы не были знакомы.

— Джош, ты собираешься привезти девушку познакомиться с родителями, а можно подумать, что ты подцепил незнакомку на автобусной остановке. Серьезно, как давно вы знакомы? — настороженно поинтересовалась мать.

— Не знаю точно, наверное, месяца два, может быть, три.

Джош сообразил, что «три» звучит лучше, чем «два». Ему не понравился тон матери.

— Вы знакомы три месяца, и ты ничего о ней не знаешь? Чем же, скажи на милость, вы занимались все это время? — Мать помолчала. — Минуточку. Можешь не отвечать.

— Я и не собирался. Мама, мне нужно идти на совещание. Передай папе привет и скажи девочкам, что я приеду на его день рождения.

— Конечно. Всего хорошего, сын.

— И тебе всего хорошего. — Джош повесил трубку.

«Как будто подцепил незнакомку на автобусной остановке».

Джош пошел на встречу с представителями рекламного агентства, которые принесли новые проекты рекламы. Пока его коллеги изучали рекламные материалы, Джош обдумывал слова матери. Он действительно не знает об Эйлин почти ничего, во всяком случае ничего существенного. В этом смысле положение осталось таким же, как на первом свидании. Он придумал пресловутое соглашение, пытался очаровать и соблазнить Эйлин, но даже не постарался узнать ее получше.

Он хотел произвести на нее впечатление, завоевать ее, но о большем, чем заключить соглашение на полгода, как-то не задумывался. Он испытал неприятное ощущение, весьма смахивающее на чувство вины.

В прошлом ему никогда не требовалось, чтобы женщина открывала ему душу. Женщина, у которой на уме замужество, обычно стремится стать мужчине лучшей подругой, рассказывает о своем детстве, о своих чувствах по отношению к нему и надеется, что он ответит ей тем же. Затем, если мужчина действительно расскажет что-то о себе, она попытается развить успех, а там, глядишь, дойдет и до разговоров о детях.

Эйлин не такая, она бы так себя не повела. Насколько Джош успел ее узнать, откровенничать о себе совсем не в ее стиле. А Джошу впервые в жизни захотелось, чтобы женщина ему открылась. Сегодня вечером он собирается заехать к ней домой. Не для того, чтобы заняться с ней сексом в новом месте. Нет, сегодня вечером он решил попытаться проникнуть в тайну Эйлин Джефферсон.

И, возможно — только возможно, — что тогда их шестимесячное соглашение перерастет в нечто большее.


Эйлин устало плюхнулась на диван. День выдался на редкость суматошный: попались два очень скандальных читателя, не прибыла партия заказанных книг и одна сотрудница уволилась без предупреждения. Эйлин посмотрела на часы: половина седьмого. В половине восьмого она обещала быть у Джоша. Она задумалась. Не отменить ли свидание? Для их обычной физкультуры в постели она слишком устала.

Кто бы мог подумать, что ей придет в голову такая мысль. Нельзя сказать, чтобы ей не нравилось заниматься с Джошем сексом. Напротив, она с каждым разом желала его все сильнее, если такое вообще возможно. Но что-то было не так, и Эйлин не могла понять, что именно.

Может, она просто переутомилась? Полный рабочий день, после работы четыре раза в неделю занятия в различных классах… Особенно тяжело ей стали даваться ранние занятия йогой по субботам.

Она уже собиралась снять трубку, чтобы набрать номер Джоша, когда кто-то позвонил в дверь. Эйлин заглянула в дверной глазок и с удивлением увидела знакомое лицо. Она медленно открыла дверь.

— Джош?

Джош улыбнулся, от него аппетитно пахло чем-то вкусным, съедобным.

— Привет. — Пока Эйлин приходила в себя от удивления, Джош прошел в квартиру. — Я решил, что ты устала, и принес с собой еду из китайского ресторана.

Эйлин неловко переступила с ноги на ногу, не закрывая за ним дверь. Мысль принимать Джоша у себя ей не очень нравилась. Она бы предпочла встретиться с ним в его доме, чтобы позже ей ничто о нем не напоминало. Но пакеты с едой распространяли очень аппетитные запахи, а у нее на ужин не планировалось ничего, кроме бутербродов, в лучшем случае овсяных хлопьев… К тому же Джош с пакетами в руках выглядел так по-домашнему, что она сдалась.

— Ладно, неси пакеты в кухню.

Она закрыла входную дверь и заперла ее. Джош в считанные минуты накрыл стол.

— Как прошел день? У тебя усталый вид. — Джош подошел к ней и положил на лоб широкую теплую ладонь. — Ты не заболела?

Жест показался Эйлин очень трогательным, когда-то ее мать делала точно так же, проверяя, нет ли у нее температуры. Она улыбнулась.

— Нет, просто устала. На работе был трудный день.

Он участливо смотрел на нее.

Слова, казалось, посыпались сами, и, не успев осознать, как это произошло, Эйлин уже рассказывала Джошу во всех подробностях, как прошел день.

Они съели принесенную Джошем еду и убрали со стола.

— Иди отдохни на диване, — распорядился Джош.

Он ненавязчиво выпроводил ее в гостиную, а сам стал наводить порядок в кухне. Эйлин была и тронута его заботой, и одновременно чувствовала смутную тревогу. Или у нее развивается мания преследования?

— Как у тебя много рецептов!

— Я хожу на кулинарные курсы, — немного смущенно пояснила Эйлин. — Кажется, я тебе об этом говорила.

— Ты сказала, что у тебя всю неделю занятия, но никогда не уточняла, какие именно. Значит, ты изучаешь китайскую кухню?

— Да.

Джош прочел рецепт, прикрепленный магнитом к холодильнику.

— Я вижу, тебе потребуется много резаных овощей.

Эйлин рассмеялась.

— Да, это единственный недостаток китайской кухни. После трудного рабочего дня совершенно не остается сил, чтобы нашинковать гору моркови, огурцов и еще всякой всячины.

— Очень мило.

Джош так резко сменил тему, что Эйлин растерялась.

— Ты о чем?

Она изогнула шею, чтобы посмотреть, куда он смотрит, но поморщилась от боли.

— Я говорю про витражную панель в твоем окне. Смотрится очень оригинально.

Эйлин покраснела.

— Это еще одни курсы. Я беру уроки, витражного ремесла. Это один из моих первых опытов! — Эйлин удивлялась собственному смущению. — Он не очень удался.

— Ты сама это сделала?

Джош вытер руки, перешел в гостиную и сел рядом с ней на диван.

— По-моему, получилось здорово. Похоже на розу, но стилизовано в современном духе.

— Я копировала одного архитектора, который делает такие розы. Моя мама увлекалась архитектурой…

Что я говорю? — ужаснулась Эйлин. Он умрет со скуки! Он пришел, чтобы заняться с ней страстным сексом, а не выслушивать ее лекции об архитектуре и искусстве! Она попыталась сменить тему.

— Мы никуда не пойдем, правда? — Эйлин начала вяло поглаживать его спину, раздумывая, хватит ли ей сил его соблазнить. Ей нравилось просто сидеть вот так рядом с ним.

Джош очень нежно поцеловал ее и посмотрел в глаза.

— У меня тоже был тяжелый день на работе. Потом позвонила мама. Она спрашивала про тебя.

Прежде чем Эйлин нашлась, как на это среагировать, Джош продолжил:

— У мамы все хорошо, а вот у отца неважно со здоровьем. У него не так давно обнаружили диабет. Он еще не привык к этому, и ему приходится туго.

— Ах, Джош… — Эйлин погладила его по спине. — Надеюсь, он поправится?

— На самом деле его состояние не очень тяжелое. К счастью, диагноз поставили вовремя. — Эйлин почувствовала напряжение, сковавшее его спину. Джош иронично рассмеялся. — Но надо знать моего отца. Он привык абсолютно все контролировать и делать всегда по-своему. А тут вдруг приходится идти на поводу у собственного организма, и это его страшно раздражает. Кроме того, он еще не до конца смирился с тем, что вышел на пенсию. — В его голосе слышалась глубокая любовь и привязанность к отцу.

Это ее тронуло, и Эйлин неуверенно положила голову на его плечо, стараясь утешить его всем, чем сможет.

Джош обнял ее одной рукой за плечи и откинулся на спинку дивана.

— Я тебе не говорил, что в школе отец был моим наставником?

Эйлин отрицательно покачала головой.

Джош продолжил. По-видимому, ему нужно было выговориться, а на Эйлин сам его голос, его мягкий тембр действовали успокаивающе.

— Это он внушил мне, что я могу достичь всего, чего пожелаю, нужно только тщательно все продумать, спланировать и упорно трудиться. Я люблю мать, но иногда мне кажется, что именно отец сделал меня тем, чем я сейчас являюсь. — Джош помолчал и вдруг спросил: — А какой у тебя отец?

— Не знаю, он от нас ушел, когда мне было несколько месяцев.

Повисло молчание. Джош обнял Эйлин, выражая ей сочувствие. Наконец он сказал:

— Наверное, вам было тяжело.

Эйлин не хотела, чтобы Джош ее жалел, поэтому принялась объяснять то, о чем вообще говорила очень редко.

— Нет, все было не так плохо. То есть мама… нужно знать мою маму. Если тебя отец научил, что ты можешь добиться всего, стоит только как следует постараться, то мама научила меня тому, что можно пережить все что угодно. И она пережила. Она не раз повторяла, что не держит зла на моего отца, потому что он подарил ей меня. — Эйлин улыбнулась. — А еще она научила меня быть самодостаточной. Пожалуй, я могу сказать, что мама сделала меня такой, какая я есть.

— Кажется, твоя мать очень сильная женщина, — заметил Джош, целуя ее в макушку. — Где она сейчас?

— Она живет в Аризоне, ей нравится тамошний климат. Боюсь, она по-прежнему работает слишком много, но сейчас она кажется гораздо счастливее, чем раньше.

— Почему она была несчастлива?

Эйлин ответила не сразу.

— Быть матерью-одиночкой нелегко. Сколько я себя помню, она всегда работала на двух работах. Она и сейчас подрабатывает по выходным. Я стараюсь ей помогать, но она очень неохотно принимает от меня деньги.

Почему-то только оттого, что она рассказала об этом вслух, напряжение, сковывавшее Эйлин, немного уменьшилось. Она смутно сознавала, что открылась больше чем следовало, но почему-то не могла остановиться.

— По вечерам она еще и учится. Мама всегда высоко ценила образование, она очень гордилась, когда я получила стипендию для учебы в Вассарском колледже.

— Ты училась в Вассаре? Получала стипендию? Так вот когда ты жила в Нью-Йорке!

Эйлин усмехнулась. По тону Джоша можно было подумать, что он сделал великое открытие, разгадал некую тайну.

— Да, а потом я еще несколько лет работала в Нью-Йорке корпоративным библиотекарем.

— Я даже не знал, что существует такая профессия — корпоративный библиотекарь.

— Мама тоже не знала. Она не обрадовалась, когда я получила эту должность. Мама боялась, что я не смогу себя прокормить, ей не хотелось, чтобы я боролась за существование, как она когда-то. Однако я зарабатывала неплохо, мне хватало на жизнь, даже принимая во внимание, что в Нью-Йорке очень дорогое жилье. Мы снимали квартиру большой компанией, так что получилось не очень дорого.

— Почему же ты вернулась сюда?

Она тяжело вздохнула и рассеянно потерлась щекой о грудь Джоша. Рубашка на нем была мягкая и приятно пахла.

— Не пойми меня превратно. Нью-Йорк — замечательный город, просто я не могла быть там счастлива. Я выполняла исследования для всяких департаментов и работала очень много. Из-за того что я была занята учебой, у меня не оставалось времени на свидания. К тому же я так боялась отношений с мужчинами, что никак не могла начать. В результате я оставалась девственницей. А жить в Нью-Йорке и оставаться девственницей, когда тебе больше двадцати… Короче, в этом есть что-то ненормальное, и я стала чувствовать себя диковинной зверушкой.

Джош слушал, затаив дыхание и не перебивая. Он боялся спугнуть ее и прервать этот поток откровений.

Услышав в своем голосе горечь, Эйлин поспешила сменить тему:

— А еще, живя в большом городе, я тосковала по природе. В Нью-Йорке все времена года похожи одно на другое, я скучала по Манзаните. Я читала местные газеты, благо у меня была такая возможность, ведь я работала в библиотеке. И когда я узнала, что здесь открывается новая публичная библиотека, я послала свое резюме. Мне предложили работу, и вот я здесь. — Эйлин покачала головой. — Мама решила, что я сошла с ума. Кажется, она до сих пор так считает.

— Мои родители тоже думали, что я сошел с ума, когда я перевел фирму в Манзаниту. — Она почувствовала, что Джош понимает ее чувства. — В этом месте есть что-то особенное.

— Да. — Она подняла голову и оглядела комнату. — Я тебе еще не наскучила?

Джош взял ее за подбородок и пристально посмотрел в глаза.

— Эйлин, мне интересно все, что связано с тобой.

Она закрыла глаза и поцеловала его. Она ожидала обычной вспышки страсти, но на этот раз все было как-то по-другому. Да, она ощущала жар, но не только. Эйлин прижалась к Джошу, чувствуя, как ее обволакивает общее тепло их тел. Он нежно погладил ее, и от этой нежности у нее закружилась голова, а еще… Она задумалась, анализируя свои ощущения… Есть, поняла! Она почувствовала себя в безопасности. Вот почему она рассказала ему так много!

Эйлин отстранилась, не зная, что делать со своим открытием.

— Я принес два новых диска, — сказал Джош. В его голосе слышалась странная неуверенность.

— Ладно, ставь свои диски.

Эйлин подумала, что музыка, телевизор будут лишь фоном для их занятий любовью. Она начала расстегивать на себе блузку, но, к ее удивлению, Джош мягко остановил ее руку.

— Не думай, что я тебя не хочу, я хочу тебя всегда, — тихо сказал он, — но я жутко устал. Давай просто посидим рядышком, может, еще о чем-то поговорим.

В мозгу Эйлин отчетливо зазвучало тревожное: мы так не договаривались! Но, как бы громко ни звучал сигнал тревоги, его заглушал голос сердца.


предыдущая глава | Аромат этих роз | cледующая глава