home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



6

Отдел торжеств начал работать еще до официального открытия «Почты». Контора тогда находилась на Бауманской. Веденцов, которого идея праздничного бизнеса озарила как раз на неудачном торжестве, решил бросить главные силы на юбилеи. «Самая понятная история, — говорил он. — Если с юбилеями не справимся, то свиданиями лучше и не заморачиваться».

Вычислив пять перспективных юбиляров, чей день рождения приходился на осень, Веденцов встретился с каждым и убедил доверить подготовку праздника ему. Согласились все — кто по дружбе, кто ради бизнеса, кто из опасений обидеть влиятельного человека.

С июня разведчики Чумелина собирали досье на каждого юбиляра, его семью и важных гостей, а глава Отдела торжеств, драматург Кемер-Кусинский, разрабатывал сценарии пяти пиров. Поскольку Веденцов стремился входить в детали всех первых проектов, вместо пяти сценариев выходило уже под двадцать.

Но Андрей Кемер-Кусинский, флегматичный лысый толстяк с персидскими глазами и длинными ресницами, хранил на лице выражение тихой печали и сентиментального безразличия. На запястье у Кемер-Кусинского серел татуированный браслет в виде колючей проволоки. Стены отдела были увешаны фотографиями будущих счастливцев, архитектурными планами каких-то помещений, набросками мизансцен. Каждый день здесь прибавлялась какая-нибудь диковина: щегольская перламутровая полутораметровая зажигалка, из которой на глазах у Стемнина высекли язык голубого пламени размером с курицу (в комнате сразу сделалось невыносимо жарко), звукорежиссерский пульт, на котором едва хватало места для десятков кнопок, разъемов и движков, коллекция бухарских шелковых халатов, отливающих зеленым, лазоревым и багровым золотом.

К вечеру появлялись артисты и музыканты, чьи лица на афишах обычно служили главной приманкой на фильмы и спектакли последних лет. Из-за закрытой двери доносилось то нежное пение, то звуки английского рожка, то экстатические вопли. Постепенно сотрудники прочих департаментов «Почты» привыкли, перестали вздрагивать и переглядываться при внезапных музыкальных эскападах. Кемер-Кусинский хранил на лице невозмутимую безотрадность и курил тонкие шоколадные сигары.

Однажды он пожаловался Стемнину:

— Некоторые люди считают, что искусством может заниматься каждый в свободное от работы время. Положим, клюет человечек носом целый день в финансовые ведомости, а к вечеру возьми да и наваяй холст в духе Эдгара, положим, Дега. Или охраняет какой-нибудь секретный объект, сутки через трое, анекдоты травит напарникам, а потом раз — да и настрочил оперу, умница. Как вам такая тенденция, Илья Константинович?

— А вдруг? Вдруг и впрямь напишет? Как Римский-Корсаков. Утром за штурвалом, вечером за роялем…

— Вот у нас тут тоже один завелся римский-корсаков. Могу, говорит, помочь в написании здравиц и тостов. Тетрадку стихов притаранил. Если бы я не был лысым, точно поседел бы.

Кемер-Кусинский протянул зеленую школьную тетрадь. Раскрыв ее, Стемнин прочитал:

На носу под пудрой прыщи,

Из-под джинсов трусы торчат.

В наши дни ищи-свищи

Комсомолок тех, славных девчат.

Тех, румяных, с огнем в глазах,

Что к станку, и на кухню, и в бой.

У теперешних блестки горят

И в ушах технорэпа вой…

— Ну и что вас не устраивает? Из этого таких здравиц можно понаделать… Для старшего поколения…

— Валентин Данилович велел гнать в шею. А как в шею, если он троюродный Валентин Даниловича брат?

— Кто?

— Кто? Сами знаете кто. Тимур Чумелин. Народный чумелец.

Тут в дверь постучали. Кемер-Кусинский и Стемнин вздрогнули.

Заглянула Лиза, кассирша, от ее румяных щек в помещении сразу стало меньше места.

— Пойдемте, всех зовут.

— Куда?

— В большую переговорную.

— Зачем?

— Сказано, значит, идем. Шеф объявил новоселье…


предыдущая глава | Почта святого Валентина | cледующая глава