home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



13

Поздняя красная смородина сплошь увешана сережками, каскадами ликующих ягод. Казалось, в каждую полупрозрачную ягоду туго влита полнота всей жизни, а ягод-близнецов — целые народы. Стемнин смотрел в глубь смородинового куста и в какой-то момент перестал замечать себя.

Он погрузился в зрение, отдался ему, упиваясь тем, как прозрачная кровь ягод, узор листьев, солнечная паутина впадают в зрачки, точно реки. Если бы не сильная радость, это походило бы на безразличие: он все принимал, ко всему относился ровно, не считая одно хорошим, а другое плохим.

В нескольких шагах за его спиной Елизавета Дмитриевна мыла кастрюлю, оттирала дно песком. Звук воды в мойке был крепкий, живой: словно маленький ребенок шлепал босыми пятками по чистому полу. Этот звук Стемнин тоже словно видел. Ягоды мерцали и затаенно пели искрами витража. Взгляд гладил радостью все, что видел, и даже то, чего не видел. Жизнь оказывалась глубже, тише, чем была, чем он думал раньше. Заметив светлые опилки, золотящиеся у подножия куста, Стемнин подумал, что сейчас он понимает мир и может даже исчезнуть, стать всем, что наполняло его зрение.

— Остался бы еще на денек, — сказала мать, заворачивая кран. — Слышишь, изверг?

Она стряхнула с пальцев капли воды на его голую спину. Стемнин вздрогнул и очнулся.


Отпустить сына в город с пустыми руками Елизавета Дмитриевна не могла. Из-под лестницы был извлечен выцветший отцовский рюкзак, в который были уложены: большой пакет моркови, два цукини, кулек с горохом и бобами (стручки мгновенно задышали стенки кулька), банка земляники в сахаре.

— Давай еще одну маленькую сумочку соберу. Где ты в Москве такие кабачки найдешь?

— Где? Везде. На Черемушкинском рынке. Или у метро, у бабок.

— Конечно! «На рынке»… Они тебе там продадут кило селитры.

— Надорвешься от здоровой пищи, — проворчал он.

— Помидорок еще положу. В рюкзак не клади, раздавятся.

— Мама!

— Не мамай!

К чашке с земляникой, политой сгущенным молоком, стоявшей перед Стемниным, подлетела оса. «Добро пожаловать, вас тут только и ждали», — неодобрительно сказала Елизавета Дмитриевна.


предыдущая глава | Почта святого Валентина | cледующая глава