home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



7

Веселые голоса перекрывали тарахтение мотора. Пять минут назад из снежной пыли вынырнула последняя машина, и компания в полном сборе набилась в «кукурузник». Хохот, хлопки ладоней, горящие глаза — удачное бегство от погони сделало то, чего не смогли бы сделать несколько часов застолья.

— Из Бори, однако, четкий румын или цыган!

— А я не знал, что Валера может водить как Шумахер-самоубийца.

— Галка, слышь, у тебя друзья — бандиты! Из них шайку сбивать да киоски грабить. И, кстати, скажи мне, кто твой друг…

— Наконец-то догадался… Ты на своих посмотри — эти вообще охотники за скальпами.

Галина добиралась до аэродрома тоже с приключениями. Утром, выйдя из подъезда, она обнаружила, что от четырех колес на ее «альмере» осталось всего два, она даже успела увидеть зад отъезжающей «Газели» и половину заляпанного грязью номера. Ее новенькая «альмера» опиралась на два обрезка бруса, напоминая безногого инвалида. Запаска имелась всего одна, и Галина поняла, что никакого торжества сегодня не будет. Она не могла решить, огорчаться или радоваться. Прыжок с самолета в честь развода — ну что тут приятного? Одно наказание к другому. Не то чтобы она сходила с ума из-за расставания с мужем или очень уж боялась полета, — сам способ отметить развод казался ей чрезвычайно странным. Но кража колес с новой машины! С покрасневшим от гнева лицом она огляделась. На улице мирно спали десятки автомобилей, и надо же было выбрать для преступления именно ее! Теперь придется подняться в квартиру, вызвать милицию, ждать, объясняться, писать какие-то заявления, подписывать протоколы. Никого, скорей всего, не поймают, но морока неизбежна. Выругавшись шепотом, Галя горестно вздохнула и направилась обратно к подъезду, как вдруг рядом лихо затормозил маленький джип, и в окошко высунулась веселая распаренная голова.

— Мадам! Ваши гвардейцы прибыли, можем стартовать.

Голова была общеизвестная и принадлежала дружку Максима, Гришке Пузанову, майору войск радиационной, химической и биологической защиты, хозяину ЧОПа «Гризли» и большому любителю всех мужских удовольствий: охоты, бани, шашлыков и автогонок.

— Боюсь, Гриша, сегодня мадам обречена вести оседлый образ жизни. — Галина с горечью показала на искалеченный автомобиль. — Главное, минуты две назад, кажется, я видела угонщиков.

— Ты? Видела? Так что ж мы тут время теряем! Номер запомнила? Садись! Быстрей! Быстрей!

Клацнула дверь, джип обжег протекторами снежную дорогу. В машине оказался еще один друг мужа, Славик, егоза и хохотун. Галя повеселела — теперь она не одна. Она как раз рассказывала мужчинам, что воры спасли ее от прыжка с самолета, когда Славик резко ткнул в стекло и сказал:

— Ни фига не спасли. Вот они.

Заметив преследователей, «Газель» юркнула во дворы, потом выскочила в переулок и рванула в сторону набережных. Да только мыслимое ли дело «Газели» тягаться с Пузановским джипом!

Через пять минут погони похитителей прижали к бордюру, и майор, размахивая пистолетом, вытаскивал из кабины вусмерть перепуганного бородача.

— И что? Они вернули колеса? — спросила у Пузанова Рената Катасонова.

— Не просто вернули. Они их сами поставили на место, да еще машину почистили! — самодовольно прокричал майор, сидевший напротив Стемнина. — К тому же мы захватили трофей — свинтили у них оба номера.

— Почему не колеса?

— Да на что мне колеса от «Газели»?

— А на что тебе номера?

— Это не мне. Это им урок.

— Все понимаю. Развод? Чудесно. Колеса воруют — очаровательно. Погоня — превосходно! Но зачем, объясните мне бога ради, нужно еще бросаться с самолета? — сказала Галя, вызвав очередной гомерический припадок у компании в шлемах.

— Галина! Вы все поймете в полете, — отвечал инструктор Николай, не присоединившийся к общему веселью. — В полете вообще много понимаешь по-другому. Даже слово «развод» станет другим.

— Как это другим?

— Считайте, другого цвета. Или другим на вкус. А может, вообще исчезнет, так сказать, из лексикона.

Стемнин смотрел на двух расстающихся сегодня людей, с которыми успел познакомиться на занятиях и тренировках, и никак не мог понять, что они разводятся. «Если такие добрые, чуткие, близкие люди расходятся, какова цена этим союзам? Зачем вообще устраивать свадьбы, венчаться, оформлять какие-то документы, если через десять или сколько там лет даже такие гали с максимами становятся чужими? Зачем делать вид, что это навсегда?»

И в самом деле воздух в самолете был заряжен дружелюбием, еще более ярким от тревоги. Настроение было скорее предсвадебным, чем предразлучным. Но ошибки не было: перед полетом Стемнин своими глазами видел формалиново-серые листки свидетельств о разводе.

Шинкуя пропеллером стужу, самолет набрал нужную высоту, и Николай поманил Стемнина: он должен был страховать парашютистов у люка. Зимнее солнце пробило брешь в борту самолета. Лязгали крючки, заметалась прядь волос, выбившаяся у Гали из-под шлема, утихли смешки.

— Третий пошел! Приготовиться Максиму и Гале!

Расстающиеся прыгали в тандеме. Ведущим был многоопытный Максим.

— Я рядом. Все будет хорошо. — Он потихоньку просунул эти слова под край шлема, прижимаясь к ней. — Ничего не бойся.

— И за борт ее бросает в набежавшую волну, — пропела Галя, и они прыгнули.

Обожгло и смыло свежестью жуть — еще до того, как она услышала над собой торопливое трепетание «медузы». Трех минут падения — еще до того, как «медуза» вытянула «крыло», — ей хватило, чтобы понять, какой смысл был и в этом прыжке, и в жизни. Она почувствовала всем подобравшимся нутром, что они с мужем не расстаются, что самое главное — доверие и поддержка — остаются с ними навсегда. И то, что она на земле числила безвременно умершим, здесь, в морозном трехкилометровом вздохе неба, оказалось живым, невредимым, вечным. Наконец рыжий шелк крыла повалил их с Максимом в снег и прокатил метра четыре — румяных, смеющихся, снова влюбленных, хотя бы на это мгновение.


предыдущая глава | Почта святого Валентина | cледующая глава