home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 5

Как ни спешил Федор пораньше смотаться с работы, но все равно до девяти вечера пришлось там проторчать.

Его верные помощники задержали известного авторитета Леву Белова по кличке Белый. Где-то промелькнула информация, будто Белый причастен к убийству банкира Архангельского.

Федор три с лишним часа потратил на беседу с агрессивным бандюком, который вместо того, чтобы внятно отвечать на вопросы, грозился устроить капитану Туманову большие проблемы. В конце концов, измотанный назойливостью ментов, он поклялся, что в ночь убийства банкира его вообще не было в городе. И как оказалось, на этот раз Белый не соврал.

Оперативники быстренько организовали проверку. Все сходилось, и авторитетного бандита пришлось отпустить, хотя и без извинений.

Но Лева перестал бы уважать сам себя, если бы ушел просто так. Ведь менты вместе с давним врагом криминальных авторитетов капитаном Тумановым оскорбили его самолюбие. В душу плюнули. И Лева не остался в долгу. Погрозив пальцем, сказал на прощание:

– Вы еще меня попомните.

Сказал как бы всем, но глазами сверкнул только на Туманова, как на старшего в этом кабинете, и вышел, хлопнув дверью.

В другой бы раз за подобные слова Федор вряд ли просто так отпустил бы Белого. Но сегодня… Сегодня он постарался настроить себя так, чтобы этот кусок дерьма с богатым криминальным прошлым не испортил ему настроения.

День сегодня был для Федора особенный. Сегодня день рождения девушки, с которой он познакомился год назад.

Познакомился он с Дашей, можно сказать, случайно, на юбилее у своего приятеля. Даша работала вместе с его женой и потому оказалась в числе приглашенных. Наверное, так было угодно судьбе.

Стройная красавица с голубыми глазами сразу привлекла к себе всеобщее мужское внимание, чем вызвала некоторое недовольство у дам. Из холостяков там оказался один Федор, ему и довелось целый вечер ухаживать за ней.

Скорее всего, хозяева нарочно их посадили рядышком. Хотя потом приятель и его благоверная усердно клялись, что это получилось случайно. Может, оно и так. Только Федор остался не в обиде на приятеля и его жену. Потом благодарил их за подаренное счастье.

В конце концов, и ему когда-то надо обзаводиться семьей. А Даша очень даже подходит на роль жены милицейского капитана.

Ласковая, с мягким характером. От нее так и веет домашним уютом.

Это Федор понял сразу, как только очутился в тот самый вечер у нее дома.

До Даши у него много было девушек. Но ничего серьезного с ними быть не могло, а все отношения обычно заканчивались после двух-трех недель знакомства. Больше Федор не выдерживал. Да и красавицы, кажется, не очень-то рассчитывали на то, чтобы связать свою жизнь с ментом, пусть и офицером. Офицеры нынче не в моде. Всем подавай коммерсантов. Поэтому расставались легко и безболезненно.

В тот первый вечер, когда Федор проводил Дашу до дома, он несколько переоценил себя и недооценил ее. Даже несмотря на то, что девушка опьянела после изрядной дозы шампанского, овладеть ею Федор не смог.

Переодевшись в короткий, обтягивающий стройное тело халатик, Даша словно нарочно делала все, чтобы возбудить его. Но потом, после нескольких упоительных поцелуев, когда Федор, дрожа от нахлынувшего возбуждения, сбросил с ее плеч халат и освободил упругие груди от бюстгальтера, Даша вдруг закапризничала и не позволила ему пойти дальше. И никакие уговоры и обещания не помогали.

Такого с Федором еще не случалось. Медленно поглаживая ее выпуклые соски, лаская их языком, он пытался возбудить девушку. И оставалось совсем немного, стянуть с нее узенькие узорчатые трусики и, расположив поудобней на диване, раздвинуть пошире ноги.

Но вот тут-то Даша и заупрямилась, неслыханно удивив Федора.

– Разве ты не хочешь? – спросил он, немного смутившись.

Ее лицо пылало огнем, и в то же время она стыдливо прятала глаза за густыми, бархатными ресницами. Ответила шепотом:

– Хочу. Очень…

Федор не понимал, что происходит с девушкой. Никогда у него не выходил такой прокол. Впрочем, если она не хочет, чтобы он снял трусики, пусть они остаются. Может быть, ей так нравится. Федор не стал бы возражать. Да и не помешают они. Стоит лишь потянуть чуть в сторону узкую, покрытую узорами, полоску, которая вообще неизвестно для чего нужна, потому что ровным счетом ничего не прикрывает… И уж никак не станет помехой для занятия любовью.

И вот когда его мужская плоть стала бушевать, Даша вдруг опустила ладошки к паху и тихонечко сказала голосом богини любви:

– Нет, Федор. Не сегодня.

Он готов был принять все происходящее за каприз, за эгоистичное желание поиздеваться над ним в самый неподходящий момент. Федор знал, есть такой тип трудновозбудимых женщин, которые за это обвиняют мужчин и желают им самых страшных мук. Подобных тем, что сейчас испытывал он.

Но тут к нему неожиданно пришла мысль, смысл которой заключался в следующем: Даша не здорова, потому и не дает ему. Федор не удержался от вопроса:

– Даша, с тобой все в порядке?

Девушка утвердительно помотала головой, стыдливо пряча лицо под локонами белых волос. Улыбнулась, поняв, о чем он подумал.

– Федор, это не то, о чем ты думаешь. Я вполне здорова. Уверяю.

Федор терялся в догадках, как такое может быть.

– Тогда что же? Объясни, – попросил он и тут же решил спросить о себе, надеясь на откровение: – Я тебе не нравлюсь? Поэтому ты со мной и не хочешь, да? Я правильно понял?

– Нет, Федор. Ты мне очень нравишься. Просто…

Федор стал терять терпение.

– Ну, тогда, может, ты мне скажешь, в чем дело? – попросил он, стараясь предугадать причину каприза.

Девушка виновато взглянула на него. В ее больших печальных глазах столько было страдания, что Федору стало жалко ее. Может, зря он так с ней? Может, не надо было торопить вот так, с первого раза?

Голос Даши взволнованно подрагивал:

– Понимаешь… Мне неудобно признаться… Ты, наверное, будешь смеяться надо мной, но я еще ни разу ни с кем не делала это…

Федор решил, что не так понял ее. И переспросил:

– То есть ты хочешь сказать, что ни с кем еще не трахалась?

Девушка всхлипнула и кивнула.

– Да, – призналась она, стыдливо посматривая на Федора.

И Федор заметил, как нелегко, как мучительно стыдно ей было признаваться в этом перед ним. В какой-то момент он даже не знал, как ему надо отреагировать, засмеяться или сожалеть, что она не испытала такого удовольствия. Даже захотелось взглянуть на ту оранжерею, в которой этот цветок сохранился нетронутым до двадцати с лишним лет. Нечасто на целку нарвешься. А тут такой подарок.

Но засмеяться он не посмел. Это значило бы в глазах девушки выглядеть злым эгоистом. Обидеть ее. Ожесточить сердце. Он не такой.

И Федор, поцеловав Дашу во влажную от слез щеку, как можно ласковей сказал:

– Милая, я думаю, ты жалеть не будешь, что твоим первым мужчиной буду именно я. Давай, я покажу, как это все делается. Сначала будет немножечко больно. Зато потом… тебе очень понравится. Уверяю тебя, Дашенька. Решайся.

Но девушка упрямо помотала головой.

– Нет, Федор. Я вот так сразу не могу. Хочу, но не могу. Понимаешь?

Он вздохнул. Вот несговорчивая попалась. Ну что будешь делать?

– Мне нужно подготовить себя. Извини меня, но я ведь тебя совсем не знаю. Вижу впервые. И позволить лишить себя невинности…

Федор настаивать не стал. Конечно, было немножечко обидно за свое мужское самолюбие, не удалось обломать девушку. А переспать с такой красавицей – счастье для любого мужика. Многие бы хотели этого. Но достанется она тому, кому Даша сочтет нужным отдаться. Федору, кажется, такая перспектива не светит. В этом сейчас он уже убедился. Оставалось только признать свое поражение. Сегодня ему не повезло.

– Я понимаю, – сказал Туманов, понимая и другое: больше ему здесь делать нечего. Сейчас самое лучшее – успокоиться, чтоб остатки возбуждения прошли. И так уже Даша несколько раз пытливо поглядывала на его брюки, под которыми буйствовала необузданная плоть. И когда возбуждение окончательно спало, он поспешил уйти, для себя решив, что с этой девушкой больше никогда не встретится. Даже не стал спрашивать номер ее телефона. Посчитал излишним.

Но через пару недель Даша вдруг позвонила ему домой. Долго ломать голову не пришлось, откуда она узнала его номер. Девушка призналась, что номер ей дал приятель, у которого они познакомились.

– Федор, ты, кажется, говорил, что живешь один? – вкрадчиво спросила она в самом начале их телефонной беседы.

Федор постарался скрыть удивление, попутно обдумывая, к чему этот вопрос? Что за ним скрывается? Уж не хочет ли эта недотрога напроситься в гости? Он тут же представил ее роскошное тело на своей постели. Это было бы совсем неплохо.

Хорошо, если все получится так, как представляется ему в мечтах. А если его опять ждут мытарства неудовлетворенности? И Федор так и не решил, стоит ли приглашать Дашу к себе. Ведь одними разговорами о любви мужскую плоть не удовлетворишь. И девушке бы это не мешало знать, если она хочет прийти.

– Да. С некоторых пор, как умерла моя бабушка, я живу один, – сказал Федор, пока решив ограничиться только телефонным разговором. Возможно, не стал бы и этого делать, да скучно одному. Отчего же не поболтать. К тому же Даша оказалась прекрасным собеседником.

В трубке повисла молчаливая пауза. Девушка как бы выжидала, что предложит ей Федор по поводу сегодняшнего вечера. Но Федор тоже решил поиграть в молчанку. Тем более правила несложные: кто не вытерпит и заговорит первым. За себя он был спокоен.

Наконец Даша не вытерпела. Наверное, осознала вину за тот раз.

– Федор, можно мне прийти к тебе? – осторожно спросила она, прислушиваясь к интонации в его ответе. Может, он не хочет ее видеть?

Туманов почему-то не удивился, словно ожидал, так и должно быть. Хотя и не очень горел желанием увидеться с недотрогой, но разочаровывать красавицу не стал.

– Конечно, Дашенька. Буду рад увидеть тебя в своей хижине.

Кажется, она обрадовалась. И голос сразу повеселел.

Федору показалось, что, разговаривая с ним, девушка улыбается. Он даже попытался представить ее в том коротком халатике, сидящую в кресле с телефонной трубкой в руке.

– Ну, так я через час буду у тебя? Если ты еще хочешь меня… – Она вдруг замолчала, оставляя его в неведении, что означало «хочешь меня»? Потом добавила: – Увидеть…

Федору пришлось соврать. Сейчас это было просто необходимо. И он, не раздумывая, сказал:

– Очень хочу. Я даже собирался позвонить, но, к сожалению, не узнал твой номер.

Прозвучало это по-детски наивно. И Даша, кажется, усмехнулась.

– Если б сильно захотел, так узнал бы, – сказала она, не скрывая упрека, но тут же сменила гнев на милость. – Ты извини меня, Федор. Я, наверное, неправильно поступила в прошлый раз. Сегодня я постараюсь загладить свою вину, – пообещала она и тут же повесила трубку.

Федор даже ничего не успел ответить.

А вечером произошло то, чего так добивался от девушки Федор в прошлую их встречу. И уламывать ее долго не пришлось.

Даша вдруг попросила налить ей в большой фужер коньяка. Федор возражать не решился. Девушка сказала, что хочет захмелеть.

– Так стыда меньше, – объяснила она, когда Федор попытался ее отговорить. Сколько раз видела в порнофильмах, как это делается, но чтобы вот так попробовать самой… Все ее подруги уже давно успели лишиться девственности и ни одна не жалела об этом. Причем происходило это с ними лет десять назад, когда им было по пятнадцать-шестнадцать лет.

Даша сумела избежать легкомысленного поступка, как считала она. А потом уже общение с мужским полом наедине ничего, кроме страха и стыда, в ней не вызывало. Да и не везло на красивых мужчин.

А сегодня она решилась. И произойти это должно именно с Федором. Об этом она думала все то время, пока не виделась с ним.

Млея от его поцелуев, Даша не сопротивлялась, предоставляя Федору полную свободу действий. Сама же вела себя довольно скованно, и единственное, что позволяла, это легкое поглаживание по голове, когда Федор как настоящий вампир всасывался в ее груди.

Было немножко стыдно, но в то же время хотелось продолжения. Ведь ни один мужчина еще ни разу не выделывал с ней такого.

И лишь когда его руки опустились к трусикам, Даша задрожала, словно ее слегка трясло током, и зашептала, хотя уже чувствовала, его не остановить ничем:

– Подожди, Федор. Прошу тебя. Мне страшно.

В какой-то миг ей действительно стало страшно. Голое мужское тело, и на нем отчетливо выделяется тот орган, которым Федор собирается лишить ее девственности. Лицо до крайности напряжено, а в глазах – безумие.

«Боже! Неужели все мужчины в этот момент звереют?» – подумала она. А Федор, оторвавшись от ее соска, тихонько произнес на самое ушко:

– Дашенька, закрой глаза и ничего не бойся. Все будет хорошо.

Пришлось послушаться его совета. И тут же она почувствовала его тугую, упругую плоть. Федор прислонился к низу ее живота.

– Ой, мамочки! – негромко вскрикнула Даша.

Ее тело полыхало огнем. Кажется, поднеси спичку, вспыхнет.

«Что же это со мной происходит?» – наивно спрашивала она у себя.

С этим вопросом к Федору обращаться не стала. Он предпочитал больше действовать, чем говорить. Чуть подавшись назад, взялся обеими руками за кружевную резинку ее трусиков и стал их медленно стягивать. И нарочно не торопился. Этот процесс освобождения женского тела от последней детали туалета особенно нравился ему и возбуждал еще сильнее. Главное, не спешить, не лишать себя удовольствия, посмотреть, как обнажается ее прекрасное лоно, прикрытое чуть вьющимися волосиками. То сокровенное, что так долго прятала она от мужиков.

Еще никогда Даше не доводилось лежать на постели перед мужчиной обнаженной. Пока удовольствия от этого ни на грош, а вот стыда с избытком. Особенно, когда Федор стал нагловато рассматривать ее. Грудь, живот и ниже. Погладил. Тут уж и вовсе не по себе.

И Даша сжала колени, чтобы уберечь от его взгляда самое сокровенное. Ну, какой же он нахал! Смотрит, как будто никогда не видел.

– Федор, не смотри. Мне стыдно, – попросила она, стыдливо пряча глаза и все время ожидая, что вот сейчас он сделает ей больно.

А он, осторожно лег на нее и, целуя в губы, вдруг взялся руками за ноги и медленно стал раздвигать их, при этом поднимая вверх. Склонившись к самому ее уху, жарко прошептал:

– Сейчас тебе будет немножко больно. Придется потерпеть. Ты готова?

– Да, – шепотом ответила Даша и вытянулась в струну, когда вдруг его член вошел в нее. Было больно, как и предупреждал Федор, но ей почему-то хотелось, чтобы это мгновение не кончалось. Она чувствовала эту боль, но теперь ей уже было не страшно.

Обхватив обеими руками бьющееся в конвульсиях тело Федора, она прижимала его к себе, постанывая и вскрикивая.

– Федор, миленький! Не останавливайся, – вдруг закричала она и почувствовала себя словно невесомой, с легкостью парящей над постелью. И закрыла глаза, чтобы растянуть это мгновение экстаза.

Она не помнила и не хотела думать, сколько времени все это продолжалось. Необычайно счастливая, хотя и утомленная, с ноющей болью внизу живота, она сбросила Федора с себя и распласталась на постели.

– Все, Федор, хватит. Я больше не могу, – сказала она и потом, когда он, уже успокоившись, улегся рядом, добавила: – А ты знаешь, быть женщиной – это совсем неплохо.

Федор улыбнулся, провел рукой по гладкой коже ее бедра.

– Я рад, что тебе нравится.

– Очень нравится. Правда, немного побаливает в паху. Но ведь это скоро пройдет?

– Конечно, – успокоил Федор и спросил: – Извини, Даша. Но я хочу тебя спросить…

Сейчас она была готова выслушать все, что угодно, и его вопрос не ввел ее в замешательство. Скорее наоборот. Даша догадывалась, о чем Федор хочет ее спросить.

– Что ж ты раньше-то?.. Ни с кем?..

– Да вот не встретила такого, как ты, – ответила она, уже не стесняясь разглядывать его голого. – А если говорить серьезно, то подобными вещами мне заниматься было просто некогда. Школа. Потом институт. Аспирантура. И заметь, эти учебные заведения я окончила с золотой медалью. Блестяще защитила кандидатскую.

– А зачем? Чтобы быть кандидатом наук и оставаться при этом целочкой? – Прозвучало немного грубовато, но Даша не обиделась. Потому что и сама не раз спрашивала, зачем все это ей нужно, когда в жизни теряется нечто большее, чем бумажки, доказывающие ее блестящие знания. Она призадумалась об этом, когда у ее сверстниц уже появились дети. И тогда ей стало страшно. Показалось, что вот так, за учебниками и конспектами, она потеряла частичку жизни, которую невозможно вернуть. И тут рядом появился Федор. Ее Федор.


Глава 4 | Призвание – опер | Глава 6