home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 20

Тревога у Листа на лице сменилась откровенным испугом, он сильно побледнел, переводя взгляд с меня на выкрашенного в синий цвет великана. Мне тут же вспомнился Копьеглав, напавший на Тьюлу, у него тоже была крашеная кожа, и он тоже не носил одежду; однако у Рассказчика не было татуировки.

Укрепив свою ментальную защиту, я занесла посох, готовая ударить. Рассказчик ничуть не встревожился. Я бы тоже не обеспокоилась, будь в моем распоряжении столько же магической силы, как у него. Ему даже не требовалось пальцем шевельнуть — он мог бы убить нас одним словом. Так зачем он явился?

— Что тебе нужно? — повторила я свой вопрос.

— Уходи, — обратился к Рассказчику Лист, — ничего хорошего от тебя не бывает.

— Ваши истории переплелись и завязались в узлы, — ответил Рассказчик. — Я пришел, чтобы отвести вас обоих туда, где их можно расплести.

— Прогони его, — велел мне Лист. — Он должен тебе повиноваться.

— В самом деле? — Если так, избавиться от непрошеного советчика будет проще простого.

— Если пожелаешь, я уйду. Но тогда тебе с братом не будет дозволено войти в наше селение. Его скрученная душа причиняет нам боль, а ты связана с ним.

Я в недоумении уставилась на Рассказчика. Что-то я не пойму: он нам друг или враг?

— Ты сказал, что готов нас куда-то вести. Куда?

— Гони его прочь! — вскричал Лист. — Он врет! Быть может, он в сговоре с похитителем Тьюлы и пытается нас задержать.

— Твой страх по-прежнему силен, — ответил ему Рассказчик. — Ты не готов увидеть свою историю, предпочитая окружать себя узлами. Однажды они тебя задушат. Пусть ты не желаешь принять нашу помощь, но то, что неверно сплелось в твоей жизни, может удушить твою сестру. Это необходимо поправить. — Он протянул мне руку и сказал: — Ты готова. Оставь Кики здесь и иди со мной.

— Куда?

— Туда, где увидишь свою историю.

— Как? И зачем?

Рассказчик не ответил. Он ждал — терпеливо, спокойно — словно мог простоять с вытянутой рукой хоть до утра.

Кики оглянулась: «Иди с Лунным Человеком. Я голодна. Устала. Хочу к Топазу».

«Есть запах? Дурной?»

«Дорога трудна, но Лавандовая Дама сильная. Иди».

Я сунула посох в чехол и спрыгнула наземь.

— Элена, нет! — вскрикнул Лист, невольно прижав к груди поводья.

Я замерла, пораженная.

— Ты впервые назвал меня по имени. Неужели тебя тревожит моя судьба? Извини, поздновато спохватился. Кроме того, мы должны отыскать преступника, пока он не похитил новую девушку. Нам необходимо встретиться со старейшинами; если нужно идти — значит, я с ним пойду. — Я повела плечом и добавила: — К тому же Кики советует идти.

— А ты скорее послушаешь лошадь, чем брата?

— До сих пор мой братне признавал меня как сестру. Я полагаюсь на Кики.

— Ты жила в Иксии и ничего не знаешь о Песчаном Семени! — раздраженно воскликнул Лист.

— Зато я научилась доверять кому нужно.

— Доверять лошади. Дурочка!

Не было смысла рассказывать, что я доверяю наемному убийце — Валексу, а также Айрис, которая дважды пыталась меня убить, и еще двоим солдатам, которые ловили меня в Змеином лесу, — Ари и Янко.

— Когда я вернусь? — спросила я у Рассказчика. — С первым лучом, солнца.

Расседлав Кики, я дала ей овса и быстро обтерла со шкуры пот, затем развязала бурдюк с водой, и она с удовольствием его осушила.

Тем временем предстоящее путешествие в неведомое начало меня пугать. «Дождешься?» — спросила я Кики.

Она фыркнула и хлестнула меня хвостом, отправляясь на поиски травы, которую можно было бы пощипать. Нечего задавать дурацкие вопросы.

Лист сидел в седле неподвижно, глаза точно остекленели. Я подошла к Рассказчику, который так и стоял, не шелохнувшись, пока я собиралась. В мысленном разговоре со мной Кики назвала его Лунным Человеком.

— Как тебя зовут? — поинтересовалась я.

— Имя Лунный Человек будет в самый раз.

Я присмотрелась к его выкрашенной коже:

— А почему синий цвет?

Он не сразу, как будто с опозданием придумав ответ, улыбнулся:

— Синий приносит успокоение и поможет загасить огонь, пылающий между тобой и братом, — Рассказчик бросил на меня неожиданно застенчивый взгляд и добавил: — Этот цвет — мой любимый.

Я вложила руку ему в ладонь. Она показалась мягкой, точно бархат, и от нее исходило тепло, которое просочилось мне в пальцы, потекло вверх к плечу. Разлитая вокруг нас магия замерцала, дрожа, и окружающий мир растаял. Мое тело начало тончать и удлиняться, превращаясь в струну. Нити, из которых была свита моя жизнь, расплелись, разошлись друг от дружки, так что я увидела те многие события, из которых складывалась жизнь.

 Некоторые из них были знакомы; я принялась искать приятные воспоминания и наблюдала их, точно уличные сценки из окна.

«Вот почему я тебе нужен, — донесся голос Лунного Человека. — Ты бы тут и осталась, а мое дело — подвести тебя к нужной нити».

Воспоминания смазались, закружились вихрем, так что пришлось закрыть глаза. Когда я открыла их вновь, все уже остановилась.

Я сидела в сплетенной из веток комнате, среди мебели, сделанной из лиан, возле стола со стеклянной столешницей. На полу разлегся мальчишка лет восьми или девяти, одетый в короткие зеленые штанишки. Заложив руки за голову и выставив острые локти, он разглядывал листья на потолке. Рядом были рассыпаны костяные кубики.

— Скучно, — вздохнул мальчик.

Я мигом вспомнила, что нужно ответить:

— Сыграем в «однодневку»? Или в «две головы»? — Я принялась собирать кубики.

— Это игры для малышни, — отказался он. — Давай спустимся вниз и будем изучать лес! — Лист вскочил на ноги.

— Не-а. Лучше покачаемся с Орешкой.

— Хочешь играть в глупые игры с младенцем — играй. А я иду изучать лес и сделать открытие. Может, я найду снадобье от гнилой болезни. И прославлюсь. И может, меня выберут следующим вождем.

Мне тоже хотелось сделать открытие и прославиться, поэтому я согласилась идти с ним. Крикнув матери, что уходим, мы быстро добежали до лестницы Пальм и спустились вниз, к подножию огромных деревьев. Здесь было прохладней, чем в поселении наверху; земля под босыми ногами мягко пружинила.

Я торопилась за Листком, поражаясь мощной энергии, гулявшей в моем шестилетнем тельце. Краем сознания понимая, что это все — лишь видение, что я старше и нахожусь совсем в другом месте, тем не менее я наслаждалась своей детской беспечностью и свободой. Я даже прокатилась кувырком по тропе.

— Тут дело серьезное, — сурово нахмурился Лист. — Мы — исследователи. Надо собирать образцы. Ты нарви листьев, а я поищу цветочные лепестки.

Он зашагал прочь. Я показала ему вслед язык, но сорвала несколько листьев, как было велено. Затем среди ветвей что-то мелькнуло. Я застыла вглядываясь. Нашла: на молодом побеге повис черно-белый детеныш вальмура и следил за мной вытаращенными коричневыми глазенками.

Улыбнувшись ему, я посвистела. Он взобрался чуть выше, затем обернулся и повел длинным хвостом, приглашая меня поиграть. Я побежала за ним. Мы взбирались по лианам, качались на ветках, ныряли под огромные корни розовых деревьев, на которых стволы стояли, как на подпорках.

Услышав далекий крик, я наконец остановилась. Прислушалась. Лист зовет. Да ну его! Играть, с вальмуром куда веселей, чем собирать листья. Хотя он вроде бы что-то кричит про иланг-иланг. Вот здорово! Мать испечет нам пирог из ягод звездовика, если мы принесем ей цветы иланг-иланга.

— Иду!

Я спрыгнула с ветки наземь. Обернулась, чтобы помахать на прощание вальмуру, но зверек испуганно взмыл, вверх по стволу и пропал. Мне стало неуютно. Нет ли тут ожерельной змеи — грозы вальмуров? Внимательно оглядывая ветки, я двинулась в ту сторону, откуда звал Лист. И чуть не споткнулась о человека.

Заметив его, я отпрыгнула. Он сидел на земле, вытянув одну ногу и поджимая другую, схватившись за щиколотку. Одежда его была изорванная, грязная, пропитанная потом, в черных волосах запутались листья и мелкие сучки.

Взрослая часть моего сознания отчаянно закричала: «Это Могкан! Беги!» Но я маленькая не испугалась.

— Слава судьбе! — с облегчением воскликнул Могкан, расплылся в широкой доброй улыбке. — Я заблудился. И, кажется, ногу сломал. Помоги-ка.

— Ага. Сейчас позову брата.

— Погоди. Сначала помоги встать.

— Зачем?

— Посмотрим, могу ли я идти. Если кость в самом деле сломана, тебе придется звать взрослых.

Я взрослая знала, что он лжет, но я не могла помешать себе маленькой подойти ближе. Я протянула Могкану руку; он схватил ее — и вдруг рванул меня вниз. Крепко обхватил и прижал ко рту влажную тряпку, заглушая мой крик. В ноздри ударил сладкий запах.

Джунгли закружились. «Не спи, не спи!» — кричала я сама себе, но со всех сторон подкрадывалась чернота.

Извиваясь в руках Могкана, я взрослая знала, что случится дальше. Маг-преступник переправит меня в Иксию, и меня поместят в сиротский приют генерала Брэзелла. Когда я и повзрослею, у меня попытаются отнять магическую силу, чтобы Могкан увеличил свои способности и помог Брэзеллу подчинить себе командора Амброза. И пусть даже потом я спасусь, мне от этого было не легче.

Последнее, что я маленькая видела перед тем, как тьма меня поглотила, было лицо Листа, который выглядывал из зарослей. И это было поистине ужасно.

Видение исчезло. Я стояла с Лунным Человеком на равнине под звездным небом.

— Лист в самом деде видел, что со мной приключилось?

— Видел, — ответил Рассказчик.

— Почему же он не сказал родителям?

Залтана могли бы немедля броситься в погоню, попытаться вызволить меня из плена. Конечно, им лучше было бы знать о судьбе своей дочери, чем годами мучиться неизвестностью.

Нет, ну надо же, каков Лист, маленький негодяй! Он лишил меня детства, лишил моей спальни, любящих родителей, он не дал мне изучать лес под руководством отца, не позволил готовить духи вместе с матерью, носиться по деревьям с Орешкой и играть в детские игры — вместо всего этого я вынуждена была зубрить иксийский Кодекс поведения.

— Почему он не рассказал?!

— Этот вопрос ты должна задать ему самому, — мягко проговорил Рассказчик.

Я потрясла головой.

— Наверное, он меня ненавидел. И радовался, что меня похитили. Вот почему он так злился, когда я возвратилась домой.

— Ненависть и гнев душат твоего брата, — ответил Лунный Человек, — но не только они. Простой ответ не бывает верен. Ты должна вызволить брата из плена стянувшихся узлов, пока он не задушил себя насмерть.

Я поразмыслила. Лист помог мне, когда я вернула Тьюлу, это правда — однако он вполне мог солгать, отвечая на вопрос: «Почему?» Ведь он лгал матери с отцом все четырнадцать лет, что меня не было. А больше ничего хорошего я от него не видала с той поры, как вернулась. И единственное воспоминание о брате из детства заставляло мою кровь кипеть от ярости. Быть может, если б я еще что-нибудь помнила о том времени...

— Почему я забыла все, что было до встречи с Могканом?

— Он магией заставил тебя позабыть — чтоб ты верила ему и не сбежала из приюта.

Это звучало здраво. Помни я семью, непременно попыталась бы удрать.

— Хочешь, чтобы эти воспоминания вернулись? — спросил Лунный Человек.

— Хочу!

— Обещай помочь брату — и я выпущу их на свободу.

Я обдумала предложение.

— Как же я помогу?

— Найдешь способ.

— Тебе нравится говорить загадками, правда?

Он усмехнулся:

— Люблю сдобрить работу весельем.

— А если я откажусь ему помогать?

— Решать только тебе.

Ох, не сговоришься с Лунным Человеком!

— Тебе-то какое до нас дело?

— Лист искал успокоения на Авибийской равнине. Он пытался убить себя. Он нуждался в помощи, и я пришел к нему. Я предложил помочь, но страх скрутил ему сердце, и Лист отказался. Его боль по-прежнему меня преследует. Работа не окончена. Душа человека потеряна. Пока еще есть время, я сделаю, что смогу, даже если придется заключить договор с Ловцом душ.


Глава 19 | Испытание магией | Глава 21