home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава шестнадцатая

«Даже без духа, управлявшего им, меч рубил отменно. Он сокрушал драконью чешую и не давал им тянуть ко мне когти. Но драконы не истекали кровью и не ведали усталости. А потом я увидел свою жену. Она обладала даром говорить со зверями и птицами. Теперь она взывала к драконам, но те ее не слышали, и тогда она обратилась к лесным птицам. Они принеслись несметной стаей: вороны, голуби, даже скворцы. Они облепили драконов, да так плотно, что те повалились наземь. А жена продолжала созывать соколов и орлов, и они били клювами в драконьи глаза. Исход битвы склонился на мою сторону.

— Видишь! — торжествующе воскликнула она. — Зачем мечи? Этот край способны защитить его обитатели.

— Но способны ли они защитить его от огня? — спросили эльфы».

«Поймана дважды, как рыба в садке! Чего ты после этого стоишь?»

Рука с мечом оказалась на этот раз свободна, но Элспет не было от этого никакого толку: дракон обхватил ее за туловище и нес лицом вниз, позволяя извиваться, как пойманной чайкой рыбине. Как она ни корчилась, как ни размахивала мечом, рубить удавалось только драконий коготь, в этом не было ни малейшего смысла. Сперва она от ужаса била и била по когтю, но меч не мог проникнуть глубоко. Она догадывалась, что так он ее спасает, не позволяя упасть на камни.

Белая поверхность с ревом неслась ей навстречу: дракон снижался. В другой его лапе, пораненной Кэтбаром над заснеженной равниной, безжизненно висела Эоланда. Эта лапа волочилась, в отличие от поджатой, державшей Элспет. Эоланда чудом не ударялась о камни, когда дракон пролетал над ними совсем низко. Лицо женщины было мертвенно-бледным, глаза крепко зажмурены. Элспет мучил не только страх, но и жгучее чувство вины. Эоланда не заслуживала таких страданий, это был не ее бой. Несчастье навлекла на нее Элспет.

Дракон, только что падавший камнем, снова взмыл вверх, развернувшись мордой к горам. Впереди зияла очередная пропасть, дыра в горе, пронзавшая ее почти до основания. Чудище наполовину сложило крылья и стало кружить, приближаясь к отверстию.

«Похоже, это и есть его нора, — пронеслось в голове у Элспет. — Уж не собирается ли он нас сожрать?» Она боролась с ужасом, сосредоточившись на мече в руке и представляя, как наносит удар за ударом по изготовившимся к укусу клыкастым челюстям, как раньше это делал Кэтбар. Хотя эта тварь могла бы сожрать их на горном склоне или убить, а потом съесть… Нет, их волокли к кому-то другому, как в прошлый раз, когда они были похищены из Венты-Булгарум. Этот другой — хозяин дракона! «Локи!» — осенило Элспет. Кто еще мог бы приручить дракона? Он должен был доставить ее демону совершенно беспомощной.

Девочку завертело порывом ветра: дракон опять расправил крылья. Когда он ими ударял, раздавался шум, как будто ломались столетние стволы, и огромное тело взмывало высоко в небо. Элспет посмотрела вниз и увидела там движение. Какие-то существа поднимались по склону от подножия горы и собирались у черного жерла дыры. Живые существа с длинными туловищами, они припадали к земле, шерсть их серебрилась на снегу.

Волки! Белые волки!

Эоланда издала громкий стон, и Элспет увидела, что та открыла глаза. Темноволосая женщина тоже смотрела на волков, выражение ее лица было крайне сосредоточенным, губы беззвучно шевелились. Звери внизу сбились в плотную стаю у жерла провала, десятки пастей хищно оскалились. Дракон мог бы пролететь над ними, но слишком низко свисала его раненая лапа. Несколько волков подпрыгнули, и Эоланда исчезла в свалке мохнатых серебристых тел.

— НЕТ! — крикнула Элспет и попыталась достать волков мечом, но здоровая лапа дракона пронеслась над ними слишком высоко.

Дракон еще раз хлопнул крыльями, еще раз взмыл в воздух; несколько волков с визгом покатились по камням, но три или четыре остались висеть на огромной чешуйчатой лапе. Эоланда, все еще зажатая когтями, как будто не пострадала от волчьих клыков, хотя и была залита черной драконьей кровью.

Элспет это показалось чудом, но она не успела испытать облегчения. Дракон опять нападал, поливая волков синим пламенем и тем отгоняя их от норы. Элспет зажмурилась, едва не врезавшись в груду камней. А потом ее повлекли вниз по темному каменному тоннелю. Высоко над ней уходило все дальше вверх пятно синего неба.

Что-то ударило ее в спину. Волк напал на драконью лапу, сжимавшую девочку, повис выше ее, вцепившись в чешую стальными челюстями и молотя Элспет по спине задними лапами. Другой волк потянулся пастью к ее лицу, но зубы опять сомкнулись у нее над головой, вонзившись в драконью плоть. Мишенью им служил дракон, а не она! Когтистая лапа задела ее волосы. Она прижимала меч к бедру, позволяя все новым хищникам карабкаться через нее.

В просветах между зловонными мохнатыми телами Элспет видела раненую лапу дракона, почти волочившуюся по камням. Когти той лапы уже никого не сжимали. Эоланда спаслась! Элспет не видела ее: дракон продолжал нести девочку вниз по ущелью, увлекая за собой волков. Он не мог взмахнуть крыльями из-за узости ущелья, не мог развернуться. Собственная инерция увлекала его все дальше, и ни укусы волков, ни борьба Элспет не могли замедлить это движение.

Внезапно лапа, сжимавшая девочку, задрожала, когти заскользили по ее телу вверх, подхватили под мышки. Теперь у нее болтались ноги. Мгновение — и она больно ударилась ими о камни. С ревом, вызвавшим камнепад, дракон разжал когти, и она шлепнулась вниз, прямо в гущу визжащей волчьей стаи.

Сквозь пар горячего волчьего дыхания она провожала взглядом дракона. В считаные мгновения он достиг края ущелья, после чего сумел наконец расправить крылья. Элспет видела, как дергается его чешуйчатый хвост, как грозно изгибаются когти на лапах, одна из которых свисала ниже другой. На лапе, недавно сжимавшей Элспет, по-прежнему висел волк. Взмах огромных крыльев — и зверь, вертясь в воздухе, полетел вниз. После этого дракон, медленно взмахивая крыльями, канул во тьму.

Волки засновали вокруг Элспет, вывалив языки, громко сопя. Сначала ей показалось, что им нет до нее дела. Впрочем, только что она убедилась, как опасны их желтые клыки даже для толстой кожи дракона. Медленно, превозмогая боль, она села, потом стала приподниматься, держа наготове меч.

За спиной у нее раздался негромкий свист, и все волки, как один, повернули морды на этот звук. По ущелью брела Эоланда. Движения ее были скованными, словно она пострадала при падении, серое платье было порвано, но на коже не осталось следов, выражение лица было привычно спокойным.

— Они не причинят тебе вреда, — сказала она.

Волки бросились к ней, окружили морем белого меха. Она гладила их головы, нахваливала, как домашних собак.

— Двое погибли, защищая нас, — сказала она с неподдельной печалью. — Но они будут отомщены. Идем. — Она помогла Элспет выпрямиться. — Здесь небезопасно.

Она повела ее из узкого ущелья. Волки крутились у ее ног, словно послушные собачонки. Элспет плелась, чуть приотстав, не зная, что подумать. Эдмунд говорил о странных волках в лесу, когда они шли от жилища Фриты в сторону льдов, — о существах, следовавших за ними, но не представлявших угрозы, а только наблюдавших. Вдруг это они и есть, вдруг волки все это время шли за ней по пятам?

Впереди блеснул солнечный свет. Они вернулись к месту, где дракон по имени Погибель подвергся нападению волчьей стаи. Здесь громоздились огромные камни, им не было видно конца. Сбоку топорщились причудливые, высокие, как деревья, льдины. На скалах внизу остались отметины, блестела кровь. На сером камне лежал бездыханный белый волк. Эоланда остановилась, положила ему на голову ладонь, зашептала грустные слова. Потом она снова свистнула, на сей раз звонко, и указала рукой вперед. Оставшиеся волки послушно устремились в указанном направлении, легко снуя между зазубренными камнями. Эоланда проводила их взглядом, потом повернулась к Элспет и жестом поманила ее за собой.

— Подожди, — сказала девочка. Настало время объясниться. — Почему эти волки спасли нас? Это ты их позвала? Куда ты меня ведешь?

— Я веду тебя в пещеру Локи, — ответила Эоланда резко. Вся ее поза выражала крайнее нетерпение. — Дракон нес тебя туда же, но если бы ты попала к Локи в драконьих когтях, то не выжила бы. — Она потянула Элспет за собой. — Идем, пока он не вернулся!

«Идем!» — повторил в голове у девочки голос меча. От прикосновения женщины у нее завибрировала вся рука, от плеча до кисти. Так было и раньше, когда та потянула ее на гору, перед появлением дракона. Тем не менее она кивнула и позволила Эоланде снова увлечь ее в сторону ледника. Она улавливала ропот меча, свидетельствовавший, что события развиваются как-то не так. Однако главное было не медлить, повторял голос, слишком велика была опасность. «Иди!»

Каждый шаг среди льда и камней давался ей с огромным трудом. Они то протискивались между камнями, то влезали на те, которые было не обойти, постоянно поскальзывались на льду. Руки Элспет быстро покрылись синяками и ссадинами. Один раз она упала, вытянула руку, чтобы защитить от удара голову, и до крови порезала руку об острый как бритва камень. Эоланда шла не оглядываясь, но Элспет после этого удвоила осторожность. Что бы ни случилось, ей необходимо было уберечь от повреждений правую руку.

Через некоторое время они оказались между двумя стенами льда, скрывшими их с головой. Тропа забирала все выше, Элспет скользила и то и дело съезжала вниз.

— Уже близко, — подбодрила ее Эоланда, видя, как она хватается за ледяные стены.

Лицо женщины поразило Элспет: оно выражало теперь нетерпение, сравнимое с ее собственным. Отвернувшись от девочки, Эоланда ускорила шаг, так что Элспет пришлось перейти на бег, чтобы не отстать. Задыхаясь, она дивилась, как та сохраняет равновесие. Она стала ступать в ее следы, и дело пошло на лад. Казалось, Эоланда успевает высматривать менее скользкие местечки и ступать именно туда. То ли она обладала несравненно острым зрением, то ли уже много раз бывала здесь.

Но почему ей так не терпится привести ее к Локи? Элспет испугалась, что женщина открыла ей далеко не все. Какие опасности она утаила?

«Не важно! — подал голос меч. — Иди!»

И Элспет ускорила шаг, чтобы нагнать Эоланду. У нее уже дрожали от напряжения и усталости ноги. Наконец Эоланда обогнула ледяную стену и остановилась перед скалой. Над их головами лед смыкался с камнем, заслоняя синеву неба. Женщина пристально посмотрела на Элспет.

— Передохнем немного, — предложила она. — Я отвечу на твои вопросы, прежде чем вести тебя дальше. Видишь ли, я очень тебе признательна за то, что ты пришла сюда и принесла Ионет.

От ее улыбки Элспет стало сильно не по себе. «Не стой на месте! — подсказал ей меч. — Не позволяй ей ничего объяснять. Пусть немедленно ведет нас к Локи!» Идти оставалось совсем немного, Элспет чувствовала это, была в этом непоколебимо уверена.

«Нет, — ответила Элспет на слова, прозвучавшие у нее в голове, — прежде чем следовать за этой женщиной, я должна узнать, чего она хочет». Меч едва ли не силой увлекал ее вперед, пришлось ей прижаться спиной к каменной стене и приготовиться выслушать Эоланду.

— Прежде всего я открою то, что раньше скрывала от тебя, — начала та. — Я принадлежу к эльфам. Защитой мне здесь служат мои собственные чары. Тебя они тоже защитят, если ты войдешь в пещеру к Локи.

У Элспет по коже побежали мурашки. При первом упоминании Эоландой эльфов в пещере под льдом с ней случилось то же самое: этот опасный народец старался не попадаться на глаза смертным мужчинам и женщинам, а еще про них болтали, будто они крадут детей. Когда-то Элспет считала это баснями — но ведь точно так же, как к небылицам, она относилась прежде к рассказам про драконов и призраков…

— Я считала эльфов обитателями другого мира, — произнесла она. — Утверждают, будто они не могут выжить вдали от своих земель. Как же тебе это удается?

— С трудом, — созналась Эоланда. Впервые она выглядела усталой. — Мои соплеменники воротились в свои леса и болота после того, как Локи снова был закован в цепи. А я осталась — так было нужно. Я бываю в лесу, когда могу. Мне помогают лесные обитатели, белые волки. Я даю им еду и защиту, а они за это служат моими глазами и ушами. Это я позвала их на помощь, когда нас схватил дракон; если бы он принес нас к Локи в когтях, ты бы не смогла с ним сразиться.

— Ты послала волков следить за нами? — задумчиво спросила Элспет. — Еще там, в лесу?

Эоланда утвердительно кивнула.

— Зачем? — не унималась Элспет. — Зачем ты решила оберегать нас?

— Затем, что давно тебя искала — во всяком случае, надеялась, что ты объявишься. — Голос Эоланды вдруг утратил твердость. — Когда… когда пропал Брокк, с ним исчез и меч: мы нашли только серебряную перчатку. Но он успел сказать мне, как поступить, если это произойдет. Мы должны были запереть ее в деревянный сундучок, сколоченный им самим, и хранить ее в нем. Внутри, на доске, было вырезано заклинание: если Локи снова обретет силу, меч вернется. Когда Локи стал обзаводиться новыми слугами, мы для надежности отправили сундучок в мои родные края. Но власть демона только усиливалась. В прошлом году он проделал в скале трещину, в которую мог пролезть дракон.

Она взяла Элспет за плечи, заглянула ей в лицо.

— А потом волки донесли, что дракон притащил девочку со сверкающим мечом, что девочка спаслась и скитается в лесах. Удивительно ли, что я приказала им наблюдать за тобой, не давать в обиду, при возможности привести сюда? Но в этом их помощь не потребовалась: ты пришла сама. — Глаза женщины загорелись. — Ионет уже сказала тебе, что делать.

«Как они во мне уверены! — подумала Элспет, не зная, радоваться ей, сердиться или бояться доверия Эоланды. — Она не сомневается, что это меч… то есть Ионет заставила меня все это сделать! Но разве это не так? Насколько это путешествие — мой собственный выбор?»

Чтобы сменить тему, девочка спросила:

— Почему ты не сказала нам об этом, когда нашла подо льдами?

Эоланда смутилась.

— Потому что этот мужчина, Кэтбар, смотрел на меня слишком подозрительным взглядом. Знаю я твоих соотечественников, Элспет: они редко доверяют чужим и боятся колдовства. Я поняла: он догадывается, что я принадлежу к другой породе, что я эльф, и уговорит тебя со мной не связываться. А этого я не могла допустить!

— Понимаю… — пробормотала Элспет.

Перед ее мысленным взором снова появился сверкающий меч, чуть было не преградивший Кэтбару путь в горы, едва не отдавший его на растерзание разбойникам. Какое облегчение, что друзей нет сейчас с ней: по крайней мере, они не будут принесены в жертву ради великой цели, которой собиралась достигнуть Ионет. Она старалась не думать о том, пожертвует ли меч при необходимости ею самой. Ее по-прежнему неодолимо влекло в сердце горы.

— Я помогу тебе, — сказала она. У нее пересохло во рту, слова вырвались еле слышно.

Но Эоланда уловила сказанное.

— Вход здесь, — сказала она, сделав всего несколько шагов и указывая на каменную стену.

Там оказалось небольшое отверстие. Чтобы его увидеть, пришлось отодвинуть в сторону тяжелую плиту.

— Трещина в горе, в которую пролез дракон, ведет прямо в темницу к Локи, — объяснила Эоланда. — Этот путь длиннее, но безопаснее. По крайней мере, дракону он недоступен. К тому же по нему ты явишься по своей доброй воле, а не как пленница.

В дыре было черно. Элспет показалось, что темнота выползает наружу и обволакивает ее.

— Застать Локи врасплох нам не удастся, — предупредила Эоланда. — Зная, что мы пожалуем, он позаботится о защите. Но не бойся, Элспет. Против меча он бессилен, главное, не позволяй ему дотрагиваться до него. Держись в стороне, пока не будешь уверена, что сможешь нанести удар. Ты готова?

«Нет!» — пронеслось у нее в голове.

— Да, — ответила она вслух и призвала меч. При его появлении ее охватил страх. «Это то, чего ты так жаждала, Ионет, — подумала она. — Не подведи меня».

«Не подведу!» — горячо заверил голос у нее в голове.

Элспет просунула в щель в скале руку с мечом и протиснулась следом во тьму.


Глава пятнадцатая | Битва драконов | Глава семнадцатая