home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



6

- К несчастью, я думал о том же,- обреченно произнес Клинт.

- Где она?

Он покачал головой:

- Не знаю. Когда Рианнон вчера позвонила, я услышал ее голос впервые за последние несколько недель.

- Разве она живет не в Талсе? - Я была абсолютно Уверена, что покойный мистер Нефтяной Магнат оставил ей потрясающий дом, где она могла бы свить гнездо.

- Насколько мне известно, в Талсе эта особа бывает только наездами,- поморщился Клинт,- Обычно она со Мной связывается с одной целью - напомнить о том, что я Должен ее боготворить. Рианнон приобрела квартиру с видом на озеро в Чикаго, часто живет в Нью-Йорке и Лос-Анджелесе.

- Боже правый, да ведь она здесь всего полгода!

- Время не имеет для нее значения.

- А для меня очень даже имеет. Я хочу понять, как мне отослать Нуаду обратно в ад или куда еще, а самой вернуться в Партолону.

«Причем сделать это нужно до того, как у меня родится ребенок, принадлежащий другому миру. Я ведь даже не знаю, можно ли кому-то еще перейти грань вместе со мной. Мне и одной пришлось нелегко, а как будет с младенцем?»

Я закрыла глаза и вздохнула, подавляя слезы, вызванные гормонами.

- Ты все еще страдаешь от последствий перехода,- мягко пробасил Клинт,- Отдохни немного. Я разбужу тебя, когда будет нужно, чтобы ты показала мне, как добраться до дома твоего отца.

Я услышала, как он зашуршал чем-то, когда развернулся в кресле водителя.

- Возьми вместо подушки.

Я открыла глаза. Клинт протягивал мне свою куртку.

- Спасибо.

Я соорудила из куртки некое подобие подушки, прислонила к дверце «хаммера» и опустила на нее голову. Ткань была мягкая, все еще хранящая тепло его тела. Я дышала глубоко и ощущала запах опрятного сильного мужчины со слабыми нотками какого-то лосьона после бритья. В перерывах между дремотой и бодрствованием я узнала этот запах. Одеколон «Стетсон». Мужчина в белой шляпе. Логично. Я невольно улыбнулась, но тут меня окончательно одолел сон.

Мы с Хью Джекманом летели над землей, пронзая тучные фиолетовые облака. Он крепко обнимал меня, покусывал мою шею и рассказывал, какой роскошный номер заказан для нас в «Хайатте» на Каймановых островах.

Но тут кто-то бесцеремонно вырвал меня из этого сна и зашвырнул в огненный туннель. Я понимала, что больше не имею тела, но мне все равно казалось, будто сердце сжалось в груди. Я не могла дышать, в состоянии полной паники открыла рот, чтобы закричать, но тут мой призрак вырвался из туннеля. Я не знала, где нахожусь, меня накрыло волной тошноты. Я хватала ртом холодный воздух, не понимая, как это призрака может так сильно тошнить. Но вскоре головокружение утихло, а знакомое чувство парения меня успокоило. Шум, донесшийся снизу, привлек мое внимание.

При виде огромного храма я испытала бурю чувств. Дом! Храм Эпоны. Я неспешно дрейфовала, наслаждалась чудесным знакомым видом. Здесь был поздний вечер, небо успело окраситься тонкими пастельными тонами партолонского захода. Гладкие кремовые стены, окружавшие храм, ловили меняющийся свет и отражали его магическим перламутровым мерцанием. Храмовая гвардия уже начала зажигать многочисленные светильники и факелы, которым предстояло гореть всю ночь, освещая храм Эпоны. Я узнала нескольких своих молоденьких служанок, переходивших с одного двора на другой с охапками тонких простыней или корзинками ароматных трав.

Поначалу мне показалось, что все здесь шло нормально. Я взирала на дорогой сердцу вид мокрыми от слез глазами, но потом меня стали терзать смутные подозрения. Здесь что-то произошло, по крайней мере изменилось.

Когда мои самые молоденькие служанки встретились и молча разошлись, я поняла, что в святилище вообще никто не разговаривал. Причем вовсе не потому, что кто-то заколдовал храм, погрузив его в непроницаемую тишину. Я опустилась пониже. До меня доносились легкие семенящие шажки по мраморному полу. Какой-то гвардеец - толстая накидка, подбитая мехом, только отчасти скрывала его мускулистую фигуру, которую я оценила по достоинству,- тихо выругался, когда обжег себе руку, зажигая факел. Значит, дело не в том, что люди не могли говорить. Они просто сами не желали разговаривать. Атмосфера в храме угнетала. Даже воздух здесь был какой-то густой и душный.

«Да что, черт возьми, случилось?»

Такие мысли словно подтолкнули мое призрачное тело, и оно начало продвигаться к центру храма. Я опустилась сквозь купольный потолок как раз в то мгновение, когда солнце скрылось за горизонтом.

Моя купальня была непривычно темной и какой-то заброшенной, как бывает в доме, который слишком долго простоял пустым. Мне было невероятно грустно видеть, что зал, знавший столько смеха и веселья, превратился в пустую оболочку.

Фигура, укутанная в накидку с капюшоном, тщательно зажигала свечи в золотых подсвечниках в виде черепов, стоявших в нишах гладких стен. Тонкая рука слегка подрагивала. Женщина переходила от одной свечки к другой, не пропуская ни единой. Ее окружала атмосфера отчаяния. Тонкая щепочка, которую она использовала вместо спички, догорела почти до конца. Женщина охнула, уронила обугленный кусочек на мраморный пол, поспешила затоптать тлеющую деревяшку и ненароком сбросила капюшон. Я увидела мягкие черты Аланны.

- Ох, подруга,- выдохнула я, заметив крошечные морщинки вокруг ее глаз, которых не было в последний раз, когда мы виделись.

Она никак не отреагировала на мой призрачный голос, глубоко вздохнула, порылась в карманах накидки, вытащила другую щепочку и механически продолжила исполнять свой долг.

Я почувствовала, как меня уносит сквозь клубы пара.

- Нет! Позволь мне поговорить с ней! - взмолилась я, обращаясь к своей Богине.

«Терпение, Возлюбленная».

Эти слова пронеслись у меня в голове и растаяли, как те призраки на бетонной дороге. Я быстро проскользнула сквозь потолок и целенаправленно полетела на север. Я не впервые путешествовала во сне, а потому знала, что всем руководит моя Богиня. Вероятно, ей понадобилось показать мне кое-что. Я могла лишь расслабиться и ждать, когда исполнится ее воля. Впрочем, ритуал не становился легче оттого, что он оказался знакомым.

Я обратила внимание, что тьма наступила быстро и окончательно. Раньше в Партолоне ночь сгущала свои краски постепенно, а тут, в отсутствие солнца, правила одна неоспоримая чернота. Меня даже пробрала дрожь. Полет неожиданно прекратился. Я замерла.

Густой лес подо мной будто расступился. Мое внимание привлек огромный костер, горевший на поляне. Я начала плавно опускаться и впервые секунды поняла только одно. Это была та самая полянка, которая существовала в обоих мирах. Потом, не успела я подумать, какого черта здесь делаю, мой взгляд оказался прикован к яркому костру. Пламя было какого-то странного цвета, не шафраново-золотистое, дружелюбное, а ярко-красное, готовое взорваться и разрушить все вокруг.

Поначалу я не увидела его, пока не спустилась совсем низко и не оказалась всего в нескольких футах над пламенем. Потом он зашевелился, полез в кожаный кисет висевший на боку, и достал оттуда пригоршню чего-то непонятного, похожего на песок. Кентавр швырнул это в костер и принялся без конца повторять два слова «мо муир-нинн» гортанным напряженным голосом. Клан-Финтан застыл неподвижно, как бронзовая статуя самого себя, вперив взгляд покрасневших глаз в дикое алое пламя. Муж стоял так близко к костру, что я даже удивилась, как он умудрился не опалить свою густую темную шевелюру. Его обнаженный человеческий торс блестел от пота, лошадиную часть туловища покрывали хлопья белой пены. Можно было подумать, что он скакал без перерыва несколько дней и ночей.

- Клан-Финтан! - выдохнула я со всей силой своей тоски.

Он резко поднял голову и посмотрел в мою сторону.

- Рия, любимая, неужели ты наконец услышала меня? - прохрипел он в ночи.

- Да,- завопила я, надеясь, что моя Богиня позволит нам пообщаться, пусть даже совсем недолго.

«Успокой его, Возлюбленная»,- тихо прозвучал у меня в голове ее призыв.

- Я здесь! Я пытаюсь вернуться домой!

Тут меня охватил трепет, который наступал каждый раз, когда мое призрачное тело становилось видимым. Глаза моего мужа-кентавра округлились от радостного удивления. Я глянула на свою почти осязаемую фигуру и со смущением убедилась в том, что полностью обнажена.

- Я тебя вижу,- в его голосе послышалась тоска.

- Эпона не заботится о том, чтобы хоть как-то меня одеть,- донеслись до любимого мужа мои призрачные слова.

- Я благодарю за это Богиню,- произнес он с таким пылом, что мне стало ясно: он имел в виду нечто гораздо большее, чем мой теперешний вид.

Я ласково улыбнулась и произнесла вслух то, что мысленно нашептала мне Эпона:

- Она позаботится о том, чтобы я вернулась домой.

- Когда же? - с мукой в голосе спросил он.

- Я… я не знаю,- запинаясь, ответила я.

- Ты должна вернуться,- просто сказал он,- Отсутствие Возлюбленной Эпоны очень плохо сказывается на нашем мире.

- Нет! - воскликнула я,- Я ушла не навсегда. Скажи людям, что Богиня не покинет их,- Я нутром чувствовала, что так и будет.

- Когда? - повторил он.

- Кое-что случилось здесь, в моем прежнем мире,- тяжело вздохнула я - Меня настиг Нуада.

Глаза Клан-Финтана превратились в щелки. Он слишком хорошо был знаком с миром духов и не стал интересоваться, каким образом наш мертвый враг вдруг ожил.

- Богиня не позволит этой твари причинить тебе вред!

- Я не за себя волнуюсь! - умоляюще сложила я руки,- Он преследует дорогих моему сердцу людей. Мне кажется, я знаю, как вернуться в Партолону, но ты должен понять, что пока я не могу этого сделать. Сперва надо удостовериться в том, что люди, которых я здесь оставлю, будут в безопасности.

По красивому лицу Клан-Финтана пробежала тень. Когда он заговорил, его голос звучал напряженно:

- Я видел на поляне мужчину с моим лицом.

- Да,- Я не знала, что еще сказать.

- Он мой зеркальный двойник в твоем мире?

- Да.

- Если так, то ты в безопасности,- процедил муж сквозь зубы.

- Да,- повторила я, чувствуя себя вероломной, ни на что не способной и очень-очень виноватой.

Он не сводил с меня пристального взгляда.

- Как наша дочь, в порядке?

- Она по-прежнему приносит мне счастье и тошноту,- улыбнулась я, слегка расслабившись.

- Тогда с ней все хорошо,- заметил он, подняв руку и протянув ее ко мне над огнем,- Возвращайся, Шаннон.

- Обязательно, любимый,- Я с трудом подавила всхлип, а мое тело уже поднималось, становясь невидимым,- Скажи Аланне, что со мной все в порядке. Пусть она не теряет надежды,- Мой голос затих, испарился в ночи.

Передо мной возник огненный туннель. Я взяла себя в руки, готовая к обратному путешествию, но, как ни старалась, не сумела подавить пронзительный крик своей души, перепуганной насмерть.

Тут я выпрямилась на пассажирском сиденье «хаммера».

- Шаннон!

Клинт тряс меня за плечо. На его лице отпечаталась чуть ли не паника.

- Бог мой, Шаннон! Ты проснулась?

- Я… я в порядке,- запинаясь, проговорила я, чувствуя, что этот переход из одного мира в другой совершенно лишил меня сил.

- Сначала ты кричала так, словно тебя пытались задушить, а потом вообще перестала шевелиться.- Он побелел,- Мне показалось, что ты почти не дышишь.

- Это был обычный магический сон, видение, которое иногда насылает на меня Эпона,- пояснила я, словно речь шла о чем-то заурядном, вроде хлеба с маслом.- Просто здесь все проходит по-другому, куда труднее. Наверное, из-за того, что это не мир Эпоны, хотя я по-прежнему ее Избранная,- вслух рассуждала я, радуясь тому, что Богиня меня не покинула.

Клинт помолчал, словно не мог подобрать слов. Я решила просто сидеть и глубоко дышать, так как мой желудок начал очередную круговерть.

- Проклятье, Шаннон! Магический сон! Какого?…

- Останови! - завопила я.

- Зачем?…

- Останови машину, черт бы тебя побрал! Меня сейчас…

Мне не пришлось договаривать. Клинт бросил один быстрый взгляд на мое лицо, вероятно изрядно позеленевшее, и все понял. «Хаммер» осторожно свернул на обочину. Я быстро распахнула дверцу, выскочила под прицельный огонь огромных снежинок, отошла на два шага и согнулась пополам.

- Спокойно, я держу.

Сильные руки Клинта обхватили мое тело. Я больше не опасалась завалиться головой вперед в снег, запачканный блевотиной, а просто сосредоточенно выворачивалась наизнанку. Хорошо, что волосы у меня были убраны с лица. Одна только мысль, как я выглядела бы, распустив непокорную шевелюру и забрызгав ее, вызвала у меня новый приступ, так что я чуть не рассталась со своими кишками.

- Возьми,- Когда приступ утих, Клинт протянул мне Пачку салфеток.

- С-спасибо,- Говорить я почти не могла, но салфетки взяла, промокнула рот и высморкалась.

- Не за что, Шаннон, девочка моя - По голосу Фримана я поняла, что он улыбался, когда вел меня обратно к открытой дверце «хаммера».

- Нет! - Я начала упираться,- Мне нужно подышать свежим воздухом. Побудем здесь еще немного.

- Только недолго,- согласился он, прислонил меня к борту машины и захлопнул дверцу, чтобы в салон не навалило снега,- Слишком холодно, ты совсем промокнешь.

Я кивнула и принялась сосредоточенно дышать.

- Без поддержки устоишь на ногах? - спросил он.

До меня только сейчас дошло, что Клинт по-прежнему крепко держал меня за руки.

- Устою,- слабо пискнула я.

- Я скоро вернусь,- Он пожал мне руки и отошел к багажнику.

«Это означает, что с ребенком все хорошо. С ребенком все хорошо. С ребенком все хорошо».

В моей голове словно прокручивалась заезженная пластинка в ритме учащенного сердцебиения. Ко всему прочему у меня разболелась голова.

- Прополощи рот и выпей немного,- сказал Клинт, протягивая мне бутылку с водой из тех, что были уложены в багажник вместе с сэндвичами. Вода была все еще прохладная и освежающая. Я наконец избавилась от привкуса желчи во рту.

- Лучше? - спросил он.

- Да, спасибо,- удалось мне членораздельно произнести,- Мне нужно постоять еще секундочку.

Я потихоньку прикладывалась к воде, стоя рядом с ним. Снег валил так густо, что мне казалось, будто, кроме Клинта, меня и «хаммера», в мире ничего не существует. Все остальное превратилось в белую тишину, мокрую и холодную.

«Давайте помолчим, чтобы услышать шепот богов»,- пришли мне на память слова Эмерсона.

Если бы все было так просто.

Я взглянула вниз и убедилась в том, что мы стояли по колено в снегу. Если на дороге и были другие машины, то мы никак не могли их видеть и слышать.

- Это небезопасно. Вдруг в нас кто-то врежется! - Я сморгнула снег с ресниц и посмотрела на Клинта.

- Шлагбаум закрыт. Уже прошло больше часа, как я не видел ни одной машины,- Он протянул руку и отряхнул снег у меня с плеча.

- Закрыт! - Я снова пришла в себя,- Если так, то как же нам удалось забраться так далеко?

- Эта дама пережила песчаные бури и военные действия. Немного снега ей нипочем,- На его лице сверкнула мальчишеская белозубая улыбка, когда он с любовью взглянул на неуклюжий автомобиль.

Я лишь покачала головой. Вечно эти парни кичатся своими машинами. Потом я вспомнила свой прекрасный «мустанг», смягчилась и даже улыбнулась Клинту в ответ.

- Похоже, тебе лучше,- Он всерьез начал смахивать с меня снег,- Давай убираться отсюда.

Фриман открыл дверцу, засунул меня на пассажирское сиденье, затем, с трудом переставляя ноги в снегу, прошел к дверце водителя и сам хорошенько отряхнулся, прежде чем запрыгнуть за руль.

- Вернуть тебе куртку? - Я заметила, что он слегка дрожал, когда заводил «хаммер» и выезжал на дорогу.

- Нет, я не замерз,- Он запустил руку в густые темные волосы, а когда вернул ее на руль, они так и остались приглаженными.

«Совсем как у Клан-Финтана»,- невольно подумала я.

Мой муж- кентавр часто зачесывал густую волнистую шевелюру назад и перевязывал ее кожаным шнурком. Я частенько подтрунивала над ним, говорила, что такая прическа придает ему ухарский вид испанского конкистадора, а так как он наполовину конь, то вполне способен украсть меня и увезти без посторонней помощи.

В сером тусклом свете заснеженного дня разница между Клинтом и Клан-Финтаном будто вообще исчезла. Где- то глубоко внутри я ощутила дрожь.

- Эти видения во сне всегда так бурно на тебя влияют? - поинтересовался он, едва взглянув на меня, чему я была рада, так как смогла собраться, прежде чем ответить.

- Не всегда,- ответила я, сумев взять себя в руки. Я понимала, что нужно лавировать.

- Куда Богиня отправила тебя?

- Домой,- Как я ни старалась, голос все равно дрогнул,- В Партолону.

- Вот как,- Его легкое беззаботное любопытство тут же исчезло,- Что же она тебе показала?

- Дела в храме без меня идут скверно. Даже не знаю, как сказать, чтобы не показаться при этом невероятно самонадеянной,- Я пожала плечами и решила просто выложить правду: - Им нужна Возлюбленная Эпоны.

Клинт кивнул, явно стараясь понять меня, и спросил, не сводя глаз с дороги:

- Ты видела Клан-Финтана? - Тут он слегка замялся.

- Да, видела и даже говорила с ним,- Клинт промолчал, и я продолжила: - Я обещала вернуться, как только мы разберемся с Нуадой.

- Мы? - резко уточнил он.

- Клан-Финтан тоже видел тебя через грань,- невольно улыбнулась я и добавила: - Он предполагает, что ты обо мне позаботишься.

- Твой муж не ошибся.

- Он благодарен тебе.

Я не знала, что еще сказать. Сами подумайте. Вся эта ситуация была куда более немыслимой, чем любая серия «Ночной галереи» или «Сумеречной зоны». Так что дел предстояло немало.

- А ты? - выпалил Клинт.

- Что я? - Он прервал мои размышления, к тому же мне не очень понравился его тон.

- Ты благодарна мне за то, что я скорее умру, чем позволю причинить тебе вред?

Теперь я поняла причину такого тона.

- Да,- Мой ответ был односложен и правдив, но я решила сменить тему, чтобы не последовало дальнейших расспросов,- Где мы сейчас?

Взгляд Клинта свидетельствовал о том, что он прекрасно понял мою тактику, однако давить этот парень не стал.

- Где-то в десяти минутах от окраины Броукн-Эрроу. Куда теперь?

- Отец живет примерно в десяти милях от поворота на Кеноша,- вздохнула я, посмотрев на свой прикид, грязный и мокрый,- Проклятье! Не хотелось бы появляться перед ним в таком виде.

- Я вообще-то шутил, но разве где-нибудь здесь, недалеко от скоростного шоссе, не найдется «Уол-Марта»?

- Найде-ется,- протянула я, переключая мысли от мифологической Партолоны на торговый мир Оклахомы,- Думаешь, он будет открыт в такое ненастье?

- «Уол-Март»? - рассмеялся Клинт,- Да он не закроется даже в ядерную войну.

Тогда проедем несколько поворотов после Кеноша до Сто сорок пятой улицы,- Я легко вспомнила маршрут,- Там есть один «Уол-Март», это примерно в миле от автострады. Мы можем заехать, схватить пару тряпок и вернуться к повороту на Кеноша. Быстрей, мы успеем как раз к ужину,- произнесла я с оклахомским акцентом, хотя от одной мысли об ужине, наверное, снова позеленела.

- Твое желание для меня закон,- игриво посмотрел на меня Клинт,- Ты здесь богиня.

Я натянуто улыбнулась в ответ. Дело в том, что мне очень хотелось сказать: «Никакая я здесь не богиня».

Перекресток со Сто сорок пятой оказался таким же пустынным, как и вся дорога до него, хотя на парковке перед мотелем «Говард Джонсон» скопилось много машин, заваленных снегом. Мы проехали меньше мили, когда впереди замаячил «Уол-Март», этакая бетонная цитадель в кольце ресторанчиков быстрого питания.

- Ты прав. Этот чертов магазин действительно открыт,- покачала я головой, удивляясь стойкости сотрудников супермаркета.

«Хаммер» легко вполз по пандусу на стоянку, и мне сразу стало ясно, что большинству братишек, выбравших этот день для шопинга, повезло меньше. Старенький «форд пикап» шел юзом, не попав на стоянку, на которую намеревался в буквальном смысле проскользнуть. На его бампере я заметила наклейку, гласившую, что за рулем сидит вооруженный оклахомец. Тут у меня тоскливо заныло сердце. Побитый «шевроле импала» бесполезно проворачивал колеса, загородив вход в магазин. Разумеется, у супермаркета было множество входов, поэтому никто не паниковал. Оклахомские баптисты в такой ситуации могли бы воздеть руки к небу со словами «Спасибо, Иисус!».

Клинт легко объехал буксующую машину. Несколько мужчин пытались помочь бедолаге-водителю. Они доставали из его багажника цепи для шин. Не стоит говорить, что их использование не является противозаконным в Оклахоме. Более того, оно стало частью зимнего этикета. Совсем как наличие дробовика за стеклом грузовичка, с той лишь разницей, что оружие - всепогодный аксессуар.

- Сиди. Я обойду машину и помогу тебе выбраться.

Я отдача Клинту куртку и не стала спорить. Во-первых, я ценила джентльменство. Во-вторых, мне не хотелось шлепнуться на задницу. Каким бы глубоким ни был сугроб, все-таки мы находились в Оклахоме, а это означало, что под снегом затаился слой льда. Поэтому я просто застегнула куртку, попыталась пригладить волосы и ждала

Когда дверца открылась, в лицо мне ударил холодный ветер, впились твердые снежинки. Я задохнулась, и Клинт помог мне спуститься на землю.

- Метель все сильнее,- мрачно изрек он.

Мы вцепились друг в друга и поплелись к неоновым огням магазина.

Клинт попытался поднять мне настроение, поэтому произнес шепотом, как заговорщик:

- На всякий случай, если ты забыла, напомню, что опытному человеку, завсегдатаю «Уол-Марта», необходимо гибкое чувство моды. В этом магазине то и дело попадаются щеголи в джинсах с резинкой, продернутой в поясе. Готовься, зрелище не для слабонервных.

Я рассмеялась и прошептала в ответ:

- Зато я помню, что длительное пребывание в рядах, где продаются школьные принадлежности, вызывало у меня потребность закричать или совершить самоубийство.

- По крайней мере, ты предупреждена.- Он сжал мне руку, мы улыбнулись друг другу.

Я оценила парня, способного шутить насчет «Уол-Марта».

Приближаясь к магазину, мы сделали широкую петлю вокруг буксующего водителя. Похоже, он добился совсем немногого, лишь проделал рытвины в снегу и отполировал кусок льда под ними.

Я улыбнулась и подавила смешок, когда услышала, как один из мужчин, держащих цепь, прокричал:

- Черт, Горди, да прибавь ты газку, в конце концов! А то никакого толку не будет!

Какой- то бедняга, сидящий на минимальной оплате, появился невесть откуда с лопатой и огромным запасом соли, превращающей снег в жидкую кашицу. Поток людей, утопающих в ней по щиколотку, переносил все это добро прямым ходом в магазин.

Я как раз собиралась отпустить едкое замечание по поводу преимуществ высшего образования, позволяющего не заниматься подобной работой ради куска хлеба, когда мое внимание привлек мелодичный смех. Из магазина появилась пара, при виде которой я окаменела. Наши руки были по-прежнему сплетены, поэтому Клинт споткнулся и резко тормознул рядом.

Я даже не понимала, что остановилась.

- Сюзанна! - В одном этом слове выразилась вся радость, нахлынувшая на меня.

Ее реакция оказалась прямо противоположной моей. Мужчина, державший Сюзанну за руку, тоже был вынужден остановиться, как и Клинт. На этом сходство заканчивалось. Я знала, что мое лицо излучало невыразимое удовольствие, тогда как черты Сюзанны мгновенно помрачнели. Она с тревогой смотрела то на мужа, то на меня, словно ее застали за чем-то предосудительным.

Я непроизвольно кинулась вперед с намерением обнять подругу, но меня остановило то, что она внезапно напряглась и нерешительно отпрянула. Вот так и получилось, что я стояла всего в полушаге от нее, не смея поднять по-дурацки повисших рук.

- Сюз, я…

Что, черт возьми, я могла сказать? «Я не видела тебя полгода! Я так соскучилась! Мне нужно с тобой поговорить! Я замужем за кентавром, беременна его ребенком и, между прочим, стала Воплощением Богини в зеркальном мире».

- Сюз!…

Нет, я не могла так сказать. Только не здесь и не сейчас.

- Как приятно тебя видеть,- наконец выпалила я пусть и глупо, но искренне.

- В самом деле? - Голос ее мужа был холоднее, чем ледяные хлопья, сыпавшие с неба,- А я припоминаю, что при последней встрече с Сюзанной вы сказали, что не желаете больше ее видеть.- Сюз попыталась что-то вставить, но Джин сурово посмотрел на нее и продолжил: - Вы назвали ее… позвольте, я припомню точные слова,- Он нарочито поскреб подбородок,- Вот, вспомнил. Вы сказали, что она для вас хуже чем рабыня, так как не знает своего места. Вы велели ей - нет, «велели» неверное слово,- приказали ей уйти с ваших глаз долой и никогда не появляться,- Он сощурил глазки, выражавшие одну только ненависть,- А теперь вы заявляете, что вам приятно видеть ее?

«Превосходно! Ну какого черта я не подумала об этом раньше? Разумеется, Рианнон общалась с моими друзьями и родными. Конечно, она обидела и больно ранила каждого, - Тут я внутренне встряхнулась,- Я целых полгода разгребала в другом мире ее дерьмо, убеждала Каролана, зеркального двойника Джина, в том, что ему вовсе не обязательно ненавидеть меня, потому что я не чертовка Рианнон и никогда не причиню вред Аланне. Вполне логично, что в этом мире она тоже успела нагадить».

- Я все могу объяснить, Сюз,- не обращая внимания на сердитый взгляд Джина, обратилась я к женщине, которая когда-то относилась ко мне как сестра.- Я была не в себе, когда говорила это. Черт!…- Я попыталась по-дружески улыбнуться,- Это длилось несколько месяцев,- Я старалась четко произносить каждое слово и смотрела ей в глаза, в душе умоляя подругу увидеть разницу между Рианнон и мною,- Я в самом деле все объясню. Быть может, заглянем куда-нибудь выпить чашку кофе? - Я оживилась, вспомнив кое-что,- Кажется, тут рядом есть кафешка.

Так оно и было. Мы с Сюз частенько туда заглядывали с утра пораньше, чтобы смолотить по чудесной ореховой булочке.

Я видела, что лицо ее смягчилось, приобрело знакомое, милое сердцу выражение.

Она открыла рот, чтобы ответить, но Джин опередил жену:

- Нет. Мы никуда с тобой не пойдем.

Я посмотрела на него и на этот раз по-настоящему его разглядела. Он всегда был толстячком среднего роста и заурядной внешности. На пятнадцать лет старше нас, если быть точной. Недавно ему перевалило за пятьдесят, и он окончательно превратился в бочкообразного гипертоника. Второй раз на такого и не взглянешь, особенно если сравнивать с симпатичной женой. В его пользу говорил лишь ум, а также тот факт, что он безумно обожал мою лучшую подругу. За слепое преклонение многое можно простить.

Тут я осознала, что Каролан нравился мне гораздо больше, чем Джин. Вот так. Каролан был настоящим доктором. Он лечил людей. Джин стал ученым, университетским профессором, одним словом, ботаником. Он защитил докторскую, вообще-то целых две, но доктором не был. Вам понятно, к чему я клоню? Джин - коротенький и толстый. Каролан - сухощавый и подвижный, что придавало ему моложавый вид. До этого момента я ни разу не задумывалась о различиях между ними, просто сознавала, что Каролан - любовь Аланны, потому что Джин - любовь Сюз.

Теперь же лицо Джина выражало нечто уродливое, а именно ревность. Я поняла, что Каролан был иным. Пусть он и ненавидел меня, считая, что я Рианнон, но к этой ненависти не примешивались ревность или зависть. Она была вызвана только тем фактом, что Рианнон использовала Аланну самым бессовестным образом и не щадила ее. Каролан оказался лучшим парнем, чем Джин, и не только потому, что в Партолоне он поддерживал себя в хорошей форме и был одаренным врачом, а не чересчур образованным ученым-ботаником. Каролан никогда не стал бы придираться к нашим отношениям с Аланной. Как раз наоборот. С ясностью, которая приходит с интуицией, я поняла, что идентифицировала ревность Джина так быстро только потому, что не раз сталкивалась с ней и прежде. Даже очень часто. Например, когда я заскакивала к Сюз субботним днем, чтобы вытащить ее куда-нибудь перекусить. Или когда его голос внезапно приобретал металлические нотки от известия, что мы с Сюз выделяем все вечера по четвергам для наших встреч, поэтому ему придется обходиться без нее пару часов. Иногда он говорил, что мы с Сюз не прочь стать сиамскими близнецами, и при этом не мог скрыть сарказма. Но до сих пор ему всегда удавалось погасить любую неловкость своим обаянием. Наверное, я прежде не задумывалась о том, как ко мне относился Джин. То ли я вызывала у него чувство симпатии, то ли он просто меня терпел. Он хорошо относился к Сюз, и мне этого хватало. Я жутко разозлилась по поводу того, что Джин маскировал свою ревность и неприязнь до того момента, пока самозванка Рианнон не предоставила ему весомый аргумент, позволивший выпустить наружу всех чертей.

С другой стороны, меня в очередной раз порадовало, что зеркальные двойники не во всем похожи. Какова бы ни была причина, но природа вступает в противоречие с воспитанием… и т. д. и т. п.

- Я обращаюсь к Сюзанне, а не к тебе,- спокойно ответила я на его яростный взгляд.- С каких пор ты говоришь за нее?

Я старалась не повышать тон. Мне не хотелось отвлекать завсегдатаев «Уол-Марта» от падающих цен и устраивать сцену в духе шоу Джерри Спрингера. Я оглянулась и с облегчением убедилась в том, что люди, проходящие мимо, смотрели на лед, чтобы не поскользнуться, а вовсе не следили за нашей маленькой драмой.

- Ша!…- Милый голосок Сюзанны произнес прозвище, которое я не слышала, как мне показалось, шесть лет, а вовсе не шесть месяцев.

У меня даже сжалось сердце.

- Быть может, мы встретимся позже? - неуверенно предложила она, глядя то на Джина, то на меня.

- Мне и правда нужно поговорить с тобой сейчас, Сюз. Это важно.

Я просемафорила ей глазами: «Дело срочное, подруга». Мы делали так много лет. Этот взгляд означал: «Бросай все, кое-что произошло». В общем, настоящий сигнал SOS, используемый подругами.

К моему неописуемому ужасу, она просто пожала плечами, избегая смотреть мне в глаза, и сказала:

- Мне кажется, это не очень хорошая идея.

- Это тебе только кажется! - сквозь стиснутые зубы процедила я, выразительно глядя на Джина.

- Послушай, Шаннон,- хмыкнул тот,- Тебе придется смириться. Твоя жизнь изменилась. Ты ясно дала понять Сюзанне, что она не вписывается в твой новый стиль. Вы разошлись, да и прежде были совершенно разными людьми.

Мне показалось, будто я огребла от него пощечину. Разумеется, мы с Сюз были разными людьми. Это и делало нас такими близкими подругами. Мы с ней по-разному подходили к жизненным ситуациям. Она была более консервативна, тщательно продумывала все шаги. Я действовала порывисто, бездумно вляпывалась куда-то. Мы дополняли друг дружку. Я поощряла ее носить юбки покороче и высказывать свое мнение. Она подсказывала мне, когда следовало застегнуть еще одну пуговку на блузке и держать язык за зубами.

Мне хотелось выкрикнуть это в его надутую физиономию. Но тут я заметила лицо Сюзанны. Она молила меня ничего не говорить. Глаза ее блестели от непролитых слез. Сюз выглядела как женщина, которой приходилось выбирать между лучшей подругой и мужем.

Джин крепче сжал ее руку. Сюзанна прижала свободою ладонь к его кулаку. Я узнала этот жест. Она всегда успокаивала так Джина. Подруга сделала свой выбор. Чего еще я могла ожидать? Моя жизнь потекла в другом направлении. Ей за мной было не поспеть. Чего я от нее добивалась? Чтобы она бросила ради меня отца своих детей? Нет, этого я не хотела, пусть даже мне никогда не удастся вернуться в Партолону.

- Понимаю,- сказала я, стараясь держаться спокойно.

Джин саркастически фыркнул.

Я проигнорировала его, не сводя взгляда с Сюзанны.

- Прости, что последние месяцы я причиняла тебе боль.

Мне хотелось добавить, что это была вовсе не я. Мол, когда-нибудь я все объясню и она поймет. При этом я знала, что этого, скорее всего, не случится. Я, как и она, сместила свой фокус. Наши с ней жизни безвозвратно изменились.

Поэтому я лишь печально улыбнулась и сказала ту правду, на которую решилась:

- Мне будет тебя не хватать. Я люблю тебя.

Она сжала губы. Джин поволок ее прочь. Яркие огни «Уол-Марта» освещали слезы. Они текли у нее по щекам и смешивались со снежинками, которые ни на секунду не прекращали падать.

Я, спотыкаясь, пошла дальше. К застрявшей «импале» подкатила полицейская патрульная машина из Броукн-Эрроу. Ее красные и синие огни отбрасывали на снег странные крутящиеся тени. Сильная рука Клинта легла мне на плечо. Двери с шипением распахнулись, но ноги не несли меня дальше, поэтому створки так и остались открытыми за нашими спинами. Холодный воздух, дувший сзади, резко контрастировал с подогретым, вырывавшимся из трубы, установленной над нашими головами.

Я не знала, что плачу, пока Клинт не сунул мне в руку бумажный платок.

Я с благодарностью кивнула, вытерла нос и глупо сказала:

- Она была моей лучшей подругой.

- Мне жаль,- отозвался он.

Вокруг нас бурлила толпа покупателей, обвешанных сумками. Клинт взял меня за руку и увел в сторону от центрального входа, к стеклянной стенке.

Я затрясла головой.

- Просто не могу поверить, что она…- И я замолкла.

Что она? Не прыгнула ко мне с воплем: «Ой, Ша, я сразу поняла, что это была не ты! Я подозревала правду с самого начала, что тебя унесло в другое измерение!» Нет уж! Как она могла такое представить?

Я принялась глубоко дышать, стараясь не шмыгать носом. Вечно разведу эти сопли, стоит только расплакаться.

Я высморкалась и посмотрела на Клинта:

- Наверное, мне следует извиниться. Такая некрасивая сцена.

Я робко улыбнулась, но он на меня не смотрел. Его взгляд был устремлен сквозь стеклянную стену на улицу.

- Клинт!

Я собралась спросить, что случилось, но потом почувствовала что-то неприятное - неуловимое, дразнящее, в то же время тошнотворное. Так бывает, когда войдешь в комнату, где под полом сдохла и уже начала пованивать мышь.

Я резко повернулась к стеклу. Ровный снегопад напоминал завесу из белых бусин на фоне темного вечера. Уже давно смеркалось. Серый день превратил людей на парковке в призраков самих себя. Полицейский помогал закреплять цепи на шинах «импалы». Я очень удивилась, заметив, что Сюзанна с Джином стояли всего в нескольких футах от того места, где мы недавно разговаривали. Только теперь они не держались друг за друга. Сюзанна строптиво сложила руки на груди, а Джин одну, сжатую в кулак, прижимал к себе, а второй зло жестикулировал. Сюзанна решительно покачала головой и шагнула от мужа в сторону здания. Джин схватил ее за руку. Они притягивали взгляды людей, быстро проходящих мимо.

Затем краем глаза я заметила какое-то легкое движение. Словно летучая мышь взмахнула крылом на фоне ночного неба. Я резко повернула голову вправо и пристально вгляделась, всей душой надеясь, что ошиблась.

- Там!…- указал Клинт на пятно, темнеющее позади застрявшей машины.

Сначала мне показалось, что это всего лишь тень, но потом я напомнила себе, что солнце уже садится и никак не может отбрасывать такое огромное чернильное пятно вместо тени. Затем пятно покрылось рябью, скользнуло и исчезло под крутящимися колесами машины. Мотор взревел.

Все дальнейшее случилось с головокружительной быстротой. Я двинулась вперед, но двери не открылись, остались неподвижными, а яркие огни мигнули и погасли. В то же мгновение я увидела, как Сюзанна стряхнула с себя руку Джина. Она спешила к автоматическим дверям, по-прежнему смотрела на мужа, говорила ему что-то через плечо, поэтому и не заметила, как буксующие колеса чудесным образом сцепились с поверхностью почерневшего льда. «Импала» рванула вперед, прямо на Сюзанну. Ее не подбросило в воздух от удара. Она сразу упала и машина перекатилась через нее.

Из моей груди вырвался дикий крик, во рту появился привкус горечи. Я как безумная забарабанила по закрытым дверям. Огоньки еще раз мигнули и зловеще залились. Дверь с шипением открылась. Клинт не отставал, когда я метнулась в толпу, быстро собиравшуюся вокруг места происшествия.

- Я медсестра, пропустите! - приказала дородная блондинка, и кольцо, сомкнувшееся вокруг Сюзанны, мгновенно расступилось.

Медичка опустилась на колени, и больше я уже ничего не видела, только слышала шипение и щелчки в рации офицера, вызывавшего «скорую».

- Отойдите! Отойдите! - покрикивал полицейский, врезаясь в пеструю толпу.

Он растопырил руки, тесня людей назад, а сам не сводил глаз с центра кольца зевак. Я протолкалась вперед, чтобы присоединиться к ним.

Сюзанна абсолютно неподвижно лежала на боку. Тело было развернуто ко мне. Голове следовало бы смотреть в мою сторону. Но вместо того, чтобы увидеть ее лицо, я уткнулась взглядом в затылок и быстро заморгала, с трудом понимая, что вижу. Вокруг головы и плеч подруги растекалась алая лужица. Там, где кровь соприкасалась с промерзшей землей, поднимался пар.

Меня охватил ужас, когда я услышала гортанный смех и увидела, как черная тень исчезла в ночи.

- Как много крови,- прошептали мои онемевшие губы,- Сюзанна! - вырвался наружу крик, душивший меня.

Джин, присевший рядом с ней, поднял голову. Его лицо приобрело землистый оттенок. Посиневшие губы были плотно сжаты.

- Это ты сделала,- прошипел он.

- Нам пора,- сказал Клинт, обхватив мои плечи сильной рукой.

- Я не могу оставить ее,- всхлипнула я.

- Ты не можешь ей помочь, Шаннон. Она мертва.

Последние два слова подействовали на меня как боксерский удар.

- Назад! Отойдите! - К полицейскому подошли на помощь его коллеги.

- Господи! - выкрикнул человек, в котором я узнала водителя «импалы».

Он с трудом пробирался сквозь толпу, обступившую тело Сюзанны.

- Сэр! Пожалуйста, пройдите сюда! - Полицейский оттащил его в сторону.

- Боже! Машина никак не останавливалась! - Мужчина потерял контроль над собой, громко всхлипывал.- Я давил на педаль тормоза, но бесполезно. Клянусь!

- Уходим немедленно, Шаннон,- стальным голосом заявил Клинт.

Меня охватило безразличие. Должно быть, начинался шок, поэтому я не остановила Клинта, когда он меня увел.

- Это она виновата! - с ненавистью вопил мне в спину Джин.- Это из-за нее случилось!

Я выгнула шею и посмотрела назад через плечо Клинта. Джин стоял рядом с Сюзанной. Его одежда была забрызгана кровью. С пеной у рта он истерично указывал пальцем в мою сторону.

- Сэр! - Тот же самый офицер, который передал водителя своему напарнику, быстро подошел к Джину и тронул его за руку, явно пытаясь успокоить.- Я видел, как все произошло, стоял не более чем в двух футах от нее. Это был несчастный случай. Никто не…- Дальше я уже не слышала, так как мы отошли далеко.

- Не останавливайся,- тихо сказал мне Клинт.- Просто дыши и продолжай идти. Все время иди вперед.

- Вот умница, Шаннон, девочка моя, вот умница,- не переставал нашептывать Клинт.

Он помог мне взобраться на пассажирское сиденье «хаммера», застегнул ремень безопасности и отошел назад. Только тогда я впервые обратила внимание на то, что вокруг него ярко мерцала сапфировая аура.

«Хаммер» продвигался по скользкому снегу с той же суровой уверенностью, какую демонстрировал весь день. Клинт включил обогреватель на полную мощность и снова сбросил с плеч куртку.

- Возьми себе, укройся,- Взгляд его был встревоженным.

- П-почему м-мы не остались? - Только сейчас до меня дошло, что из глаз непрерывно текли слезы и я вся дрожала.- Я могла ей понадобиться.

- Ей уже никто не понадобится, Шаннон, зато та тварь была там.- Он то и дело бросал на меня взгляды, деля свое внимание между ледяными улицами и мной,- Что мы делали бы, если бы Нуада снова предпринял на нас атаку? Здесь даже нет леса, чтобы нам запастись энергией,- Клинт бесстрастно добавил: - Было бы еще больше жертв.

- Ты снова светишься,- рассеянно сказала я.

- Что? - Он посмотрел на меня как на сумасшедшую.

- Твоя аура. Голубая с золотым краем. Обычно я ее не вижу, но она светилась, когда ты вел меня к «хаммеру» - Чем больше я говорила, тем нормальнее звучал мой голос.

- Я почувствовал приближение твари, и моя аура, Должно быть, отреагировала как защита,- удивился Клинт,- Но мне не показалось, что мы были целью Нуады. Только не в этот раз.

- «Пока я тобой владею, буду уничтожать все, что ты любишь, как в этом мире, так и в другом»,- прошептала я онемевшими губами, а потом уверенно добавила: - Нуада нацелился не на меня. Он выслеживал Сюзанну, потому что каким-то образом узнал о том, что я люблю ее.

Я посмотрела на Клинта, и внезапно мне все стало ясно. Иногда понимание очень пугает.

- Это означает, что в опасности не только отец. Беда грозит всем, кто мне дорог, пока монстр не уничтожен,- Клинт не успел ничего сказать, потому что я ткнула дрожащим пальцем в сторону,- Здесь направо.

Клинт повернул на Кеноша-стрит, и я успела заметить зловещие мигалки «скорой», подъехавшей к парковке перед «Уол-Мартом».

- Ты уверен, что она погибла?

- Ты сама это знаешь, Шаннон,- мягко произнес Клинт и на секунду опустил руку па мое колено,- Никто не выжил бы при таком повреждении головы.

«Моя вина».

Да, это была моя вина. Я вздрогнула, плотнее завернулась в куртку и почувствовала новый приступ тошноты. Тогда я прижалась лбом к прохладному стеклу, закрыла глаза и постаралась унять приступ. Мне нельзя было сейчас думать о Сюзанне. Нельзя было вспоминать, как мы часами болтали, забыв обо всем на свете. Как она сразу понимала, какое у меня настроение, по одному голосу в телефонной трубке. Я ни за что не стану вспоминать, как много лет тому назад ее старшая дочь, одна из моих любимейших учениц, вдруг решила: «Вам с моей мамой нужно подружиться», после чего начала действовать, чтобы свести нас. В буквальном смысле. Именно благодаря ей мы с Сюзанной встретились и стали подругами, к взаимному удовольствию.

Теперь Сюзанны больше нет. Три ее красавицы дочери остались без матери. И все из-за меня.

- Шаннон! - прервал мои рыдания Клинт,- Перестань. Тебе опять станет плохо.

Мне хотелось приосаниться и строго поинтересоваться какого черта он тут раскомандовался, но сил не было. Я могла только сидеть с прижатым к холодному стеклу лбом.

- Скажи, куда ехать.

Я повернула голову, поморгала и вытерла слезы краем его куртки.

- Направление, Шаннон!…- решительно басил он.- Как проехать к дому твоего отца? - Фриман наклонился, открыл бардачок, вытащил оттуда несколько бумажных салфеток и сунул мне,- Не вытирай нос о мою куртку.

«Вот дерьмо! Я только что потеряла лучшую подругу, а его волнует какая-то дурацкая куртка? Ну и пошел к черту, мистер Педант и Зануда».

Я высморкалась, села прямо, огляделась вокруг и постаралась понять, где мы находимся. На окраине города улицы были абсолютно пустынны. Меня даже слегка удивило, что фонари до сих пор горели при таком обильном снегопаде. Обычно во время зимних метелей первым выходило из строя электроснабжение. Мы поднимались на невысокий холм. Справа я увидела белое ограждение и хорошо ухоженный кустарник, окаймлявший классически элегантный «Кантри клаб» с великолепным полем Аля гольфа и превосходным рестораном.

- Продолжай ехать прямо,- Мой голос не скрывал обиды.- Когда четырехполосное шоссе перейдет в двухполосное, свернешь направо. Это и будет дорога Оук-Гроув.

- Тебе придется сказать мне, когда будет поворот. Лично я не отличаю дороги от обочины, так что никак не смогу заметить перехода на двухполосное движение.

Я кивнула, потерла глаза и сосредоточилась на заснеженном пейзаже. Мимо проносились соседние дома, где я играла ребенком. Теперь они стояли все дальше и дальше друг от друга.

- Помедленнее. Мы почти приехали,- Он переключил скорость,- Видишь то приземистое бетонное здание? Повернешь там.

«Хаммер» пополз направо. На повороте фонари замигали и погасли, как и все огни в соседних домах.

- Боже! - Я снова начала дрожать.

«Странно, я даже не заметила, что на какое-то время дрожь прекратилась».

- Неужели опять Нуада?

- Нет,- покачал головой Клинт.- Дыши и сосредоточься, Шаннон. Чувствуешь его присутствие?

Вместо того чтобы рассердиться на его приказной тон, я закрыла глаза и сконцентрировала все мысли, продолжая глубоко дышать. Появится ли предчувствие зла, сопровождающее Нуаду? Нет, не появилось. Я облегченно вздохнула.

- Я его не чувствую.

- Это просто снегопад. Вот почему огни погасли. Удивительно, что они так долго продержались,- напряженно произнес Клинт, стараясь вести машину по середине заснеженной дороги.

Я пригляделась к нему повнимательнее и поняла, что он сидел в какой-то странной позе, неловко развернув плечи, словно его беспокоила спина. Тогда я напомнила себе, что этот парень провел за рулем больше восьми часов. Должно быть, он жутко устал.

- Отсюда недалеко. После этого небольшого подъема увидишь на дороге знак «стоп».

Мы подъехали к знаку. Клинт не остановился.

- Имею полное право сказать, что движение на дорогах отсутствует,- умудрился слегка улыбнуться он.

- Ладно, теперь смотри направо. Видишь, где прерывается линия можжевельника? - Клинт ехал уже совсем тихо - Оттуда ответвляется боковая дорога. Свернешь на нее.

Фриман следовал моим указаниям. «Хаммер» преодолевал сугробы как танк.

- Поезжай до вершины холма. Папин дом будет справа,- указала я на аллею, разделявшую два роскошных пастбища.- Слава богу, ворота открыты,- с облегчением вздохнула я.

Клинт свернул на аллею. Мне сразу стало ясно, что отец первую половину дня боролся со снегом. Я улыбнулась, представив, как он, напялив толстую потертую куртку и низко надвинув шапку с висящими ушами, что придавало ему вид абсолютного ботаника, с ворчанием прилаживал насадку для уборки снега к своему старенькому комбайну.

В отличие от темных соседских домов, над нашим крыльцом горел фонарь.

Клинт вопросительно посмотрел на меня.

- Отец еще тысячу лет назад установил у себя солнечные батареи. Кажется, в середине семидесятых это было что-то вроде уловки, позволяющей уйти от налогов. Тогда никто не подозревал, что это окажется отличным вложением денег,- Я покачала головой, с любовью вспоминая, как удивлялся этому отец,- Который час?

- Девятый.

- Припаркуйся в любом месте за двумя грузовиками.

Родители, как всегда, не загнали свои грузовички в гараж. Они использовали его не для стоянки транспорта, а для хранения инструментов. Тут были устроены слесарная и столярная мастерские. Я всегда считала, что там хранилось всякое барахло. Зато мой «мустанг», к примеру, всегда был «гаражной» машинкой. Он жил в гараже, а если и проводил вечер вне дома, то только под присмотром взрослых.

- Сиди на месте. Я обойду машину и помогу тебе. Клинт с трудом покинул сиденье водителя, медленно распрямился, прижимая руку к пояснице, осторожно прошел ко мне и распахнул дверцу.

- Тебя беспокоит спина?

- Не волнуйся. Такое частенько случается.

Я хотела расспросить, что именно, но он резким жестом велел мне вылезать.

Меня слегка трясло, когда я выбиралась из «хаммера». Клинт взял меня за руку и помог добрести по снегу к крыльцу. Мы остановились в небольшой лужице света.

Я нервно прокашлялась, не зная, что делать дальше. Обычно я сразу входила в дом с громким воплем: «Пaпa! Это я!» - но теперь засомневалась, хорошо ли меня здесь

примут. Вдруг Рианнон успела разругаться и с моими родителями? Что делать, если отец не захочет больше меня видеть? Я взглянула на себя и только сейчас осознала, что по-прежнему обрызгана рвотой, грязная с ног до головы.

- Ты в порядке, Шаннон, девочка моя? - спросил Клинт, убирая с моего лица выбившийся локон.

- Не уверена…

Не успела я договорить, как заскрипела дверная ручка, толстая внутренняя дверь распахнулась и на пороге появилась грузная фигура отца, от которого меня отделяла лишь сетчатая дверь.

- Шаннон?

- Да, это я, папа. Со мной друг. Нам можно войти? - поинтересовалась я тоненьким голоском, словно опять превратилась в шестилетку.

- Да-да,- произнес отец, отпирая раму с сеткой,- Не припомню такого снегопада. Я будто опять оказался в Иллинойсе!

Мы шагнули в тесную переднюю. Возле двери на столике тускло горела большая масляная лампа. Отец протянул руку и поправил фитиль. Пламя заплясало, и мы внезапно оказались в мерцающем мягком свете. На отце был спортивный костюм с логотипом Иллинойского университета - оранжевые буквы на синем фоне. Выпускник этого заведения остается верен ему навсегда. На ногах толстые носки, плохо натянутые на стопу. Он был растрепан, а на носу у него сидели очки для чтения. Отец выглядел чудесно - само воплощение покоя и надежности.

Мне захотелось кинуться к нему на шею и по-детски расплакаться, но вместо этого я нервно зашаркала, пытаясь придумать, что бы такое сказать.

- Э-э, а чего собаки не лаяли?

Отец разводил псов, этакую внушительную помесь волкодава с борзой. Он не выставлял собак на бега, просто радовался их присутствию. Еще ему нравилось, что благодаря им популяция койотов на его земле была сведена к минимуму. Так что обычно любого гостя с маниакальной Радостью приветствовал десяток многоцветных поджарых собак. Я напомнила себе, что хвосты у них жгут не хуже кнутов - только берегись.

- Заперты в амбаре. Слишком уж холодно и отвратительно на дворе. Я включил обогреватели, насыпал им полную кормушку еды и закрыл вместе с лошадьми,- хмыкнул отец,- Щенки, наверное, решили, что умерли и попали в собачий рай.

- Ой, папа, как я по тебе соскучилась! - Я приподнялась на цыпочки и крепко его обняла, а он чмокнул меня в щеку.

- Что ж, теперь ты дома.

Я улыбнулась ему сквозь слезы облегчения и поблагодарила свою Богиню за то, что Рианнон не разрушила мои отношения с отцом, хотя и натворила немало дел.

Отец с любопытством посмотрел на Клинта, и тот сразу протянул руку:

- Мистер Паркер, рад с вами познакомиться.

- Папа, это мой друг Клинт Фриман,- вмешалась я в разговор и покраснела как маков цвет, поняв, что забыла о приличиях,- Клинт, это мой отец Ричард Паркер.

Они обменялись рукопожатием, и отец показал на гостиную:

- Проходите, располагайтесь. Шаннон, почему бы тебе не приготовить вам с Клинтом чего-нибудь? Ты знаешь, где что лежит.

Мы прошли за папой в гостиную, отделенную от кухни небольшим коридором с грилем и множеством шкафчиков. Отец пригласил Клинта присесть на диван, а сам занял свое обычное место в кресле, за столом, заваленным книгами и журналами по разведению скаковых лошадей.

Я удалилась на кухню и спросила, доставая кружки:

- Что тебе приготовить, Клинт? Чай, кофе или чего-нибудь покрепче?

- Я бы не отказался от кофе, если нетрудно.

- Я только что сварил целый кофейник,- вмешался папа. - Надеюсь, вы любите крепкий,- сказал он Клинту.

- Люблю,- улыбнулся тот.

- Чудачка, в этом шкафу у меня, кажется, стоит бутылочка виски, до которой ты не дотрагивалась больше полугода. Говорю на тот случай, если твои вкусы опять изменились и стали прежними.

Я услышала свое прозвище и чуть не расплакалась. Даже не смогла сразу налить Клинту кофе - все переваривала услышанное. Я люблю односолодовое виски с тех самых пор, как впервые побывала в Шотландии, более десяти лет назад. Но за время своего пребывания в Партолоне я узнала, что Рианнон на дух не переносила шотландское виски. Она считала, что его пьет одна чернь. Отцовское замечание ясно свидетельствовало о том, что она здесь побывала, успела сунуть нос и сюда.

Я разозлилась не на шутку, но все-таки налила горячую воду для чая и отнесла обе кружки в гостиную.

- Тебе нужно что-нибудь еще, папа?

- Не-а. Я пока потягиваю свой кофеек с ликером «Бейлис»,- Он с любопытством посмотрел на меня и добавил: - А знаешь, я ведь обычно не пью кофе в такой час, но сегодня что-то мне подсказывало, что следует припоздниться.

Я уселась на диван рядом с Клинтом и принялась нервно подергивать за нитку чайный мешочек.

- По-прежнему не хочешь виски, а? Кажется, ты выпила все то дорогущее красное вино, которое успела сюда понавезти…- Он внезапно замолк, словно не желал чего- то вспоминать.

- Нет! То есть да! - Я затрясла головой, пытаясь мыслить ясно,- Хочу сказать, что по-прежнему люблю виски. Просто сегодня мне лучше выпить горячего чая.

«Как и следующие семь месяцев»,- мысленно добавила я.

Мы молча прикладывались к кружкам. Я не знала, с чего начать, но сам факт того, что мне довелось оказаться в родном доме, заставлял меня чувствовать себя лучше сильнее, способной справиться со всеми ужасами.

Я заморгала и отрывисто поинтересовалась:

- Где мама Паркер?

Отсутствие мачехи почему-то чувствовалось особенно остро. Будь она здесь, тотчас принялась бы хлопотать на кухне, стараясь накормить нас до отвала, приказала бы мне снять мокрую, грязную одежду и надеть все чистое. В таких случаях я всегда ощущала, что меня здесь любят, и даже устыдилась, что сразу не поинтересовалась, где она.

- Мама Паркер навещает сестру в Фениксе.

- Без тебя?

В такое трудно было поверить. Они женаты тысячу лет, но до сих пор все делали вместе - мило до приторности.

- Этот визит она планировала давно. Я собирался поехать с ней, но один из идиотов, годовалых жеребцов, решил протаранить забор и чуть не лишился ноги. Пришлось остаться и лечить болвана.

Я кивнула в знак согласия и покорно выслушала подробнейший отчет о лошадиных недугах. Мало кого на свете отец считал глупее скаковых лошадей и почти никого так не любил.

Я понимала, что следует объяснить причину приезда, но неспешный разговор показал, насколько велика моя тоска по нормальной жизни, пусть это и была иллюзия, которой суждено скоро закончиться.

- Как дела в школе?

Пока меня не переместили в другое измерение, где мне довелось стать верховной жрицей, я была очень счастлива обучая английскому старшеклассников одной из школ в Броукн-Эрроу. Так уж случилось, что в этой же самой школе мой отец без малого три десятка лет тренировал футбольную команду и при жизни стал легендой. Я любила преподавать. Подростки постоянно служили источником моего веселья. Нет, правда. Где еще, как не в муниципальной школе, можно найти работу, позволяющую ежедневно выступать перед сотней, а то и более полулюдей, то есть подростков? Где еще несколько раз в году можно являться на рабочее место в карнавальном наряде, причем самого широкого диапазона, от пижамы до костюмчика своего любимого супергероя? Чем нелепее у тебя будет вид, тем круче ты будешь считаться и получать за это зарплату, хотя в Оклахоме - лишь подобие таковой. Уверяю вас, только в муниципальной школе.

Да, в одном мы с отцом всегда сходились. Подростки - одни из немногих созданий, у которых еще меньше здравого смысла, чем у скаковых лошадей. Я увидела, как его лицо расплылось в улыбке.

- Маленькие обалдуи! С каждым годом они становятся все неуправляемее,- хмыкнул он,- К тому же в этом году к нам перешел на работу из какой-то новомодной средней школы новый замдиректора, этакий женоподобный хлюпик. Тупой кретин! Он и понятия не имеет о том, что такое дисциплина. Только и знает, что передвигать мебель, возиться с отоплением в учительской и шнырять по коридорам. Вдруг повезет, кто-то из учителей уйдет пить кофе и оставит класс без присмотра. Готов поклясться, что он писает сидя.- Отец покачал головой и бросил на меня страдальческий взгляд.- Хорошо, что ты вовремя оттуда ушла.

Стоило ему упомянуть о перемене в моей карьере, как Оплота душевного разговора сразу улетучилась. Я с ненастным видом уставилась в свою кружку.

- У тебя нехороший вид, Чудачка,- попытался взять шутливый тон отец, но морщины на его лбу стали отчетливее, когда он заговорил.- Не хочешь рассказать, что происходит?

Я подняла глаза. Мне никогда не удавалось что-то от него скрыть. Впрочем, я и не пыталась. Даже подростком все ему рассказывала.

Тут меня пронзила внезапная мысль.

«Вдруг Рианнон тоже не смогла скрыть от него свою истинную сущность? Что делать, если он уже знает, что Рианнон - это не я?»

Я сделала глубокий вдох и расправила плечи.

- Даже не знаю, как начать. Все очень сложно.

- Жизнь сложна,- просто сказал он,- Начни с начала, а там разберемся.

- Папа, последние шесть месяцев я была не я.

- Да, да. Ты была чертовски груба с мамой Паркер, - согласно кивнул отец.- Хорошо, что она тебя так любит. Я рад, что ты снова стала нормальной и…

Я подняла руку, чтобы остановить его.

- Нет, я совсем о другом. Это была не я в буквальном смысле.

Папа собирался что-то сказать, но слова замерли на его губах, и он внимательно вгляделся в мое лицо.

- Объясни, что ты имеешь в виду, Шаннон Кристин.

Отец произнес мое второе имя, а это означало, что он воспринимал меня серьезно.

- Ты помнишь, что полгода назад со мной произошел несчастный случай?

- Автомобильная авария. Конечно помню. Ты много дней провела в беспамятстве. Мы чуть сами не умерли от волнения. Я с самого начала знал, что однажды ты врежешься куда-нибудь на своем проклятом «мустанге». Слишком быстро гоняешь!…- сердито покачал он головой, готовый заново начать старый спор.

- Это была не обычная авария, папа. Никуда я не врезалась,- поспешила добавить я.- Я приобрела горшок на аукционе, организованном в одном поместье. Это была старая погребальная ваза с изображением верховной жрицы, воплощения богини Эпоны.

- Кельтской богини лошадей,- кивнул отец.

Он был начитанным человеком, о чем свидетельствовали горы книг, наваленные по всей гостиной.

- Богиня была мною, вернее, моим зеркальным двойником.- Я сделала паузу, желая убедиться, что он все понимает,- Из другого мира, в другом измерении. В том мире вместо технологии процветает мифология, а некоторые люди являются двойниками тех, кто живет здесь.

- Шаннон, что за глупая шутка?!

- Я не шучу! - Я посмотрела на Клинта, который до этой минуты сохранял молчание, и попросила: - Скажи ему.

- Сэр, выслушайте ее.- Ровный голос Клинта будто придавал весомость моим утверждениям,- Она говорит правду и может это доказать.

Я на секунду сощурилась и метнула в него говорящий взгляд. Мол, о чем это ты, черт возьми? Какие доказательства? Но Клинт ободряюще кивнул мне.

Я прокашлялась и снова повернулась к отцу.

- Из-за вазы случилась не только авария. С ее помощью меня перебросили в другой мир, поменяв с двойником, воплощением богини Эпоны.

Глаза у отца округлились, но перебивать он не стал.

- Поэтому та стерва, которая портила отношения с моими друзьями и родными последние полгода, была не я - на одном дыхании завершила я свой рассказ.

- Ты хочешь сказать, что тебя физически не было в этом мире?

Я кивнула.

- Та женщина, что бросила работу, вышла замуж за миллионера, затем похоронила его и с тех пор летает по всем Соединенным Штатам, на самом деле не ты?

- Совершенно точно.

- Шаннон! - затряс отец головой.- Ты хотя бы понимаешь, насколько безумно это звучит?

- Да, черт возьми! - Я подавила желание закричать во все горло и продолжила нормальным тоном: - Я сама через все это прошла, но тоже считаю невероятным все то, что приключилось.

Я закрыла веки и потерла виски, чувствуя, как опять подкатывает тошнота и в голове отдается каждый удар сердца.

«Видимо, отец мне не поверит».

Тут мне на шею опустилась сильная рука Клинта и принялась разминать напряженные мускулы.

- Мистер Паркер, уже поздно, а у Шаннон сегодня выдался тяжелый день,- заговорил он спокойно и рассудительно,- Быть может, будет лучше, если сейчас мы ляжем спать, а утром договорим?

- Ты и впрямь выглядишь ужасно, девочка,- сказал мне отец.

Я открыла глаза.

- Папа, Сюзанна погибла.

Он подскочил от изумления.

- Маленькая Сюзанна! Боже правый, как же это случилось?

- Это лишь часть истории, мистер Паркер,- вмешался Клинт,- Пока вам достаточно знать, что это случилось сегодня. Шаннон пришлось присутствовать при ее гибели. - В его голосе послышались покровительственные нотки, немало меня удивившие.

Отец задумчиво сощурился и взглянул на мужчину, сидевшего рядом со мной.

- Ладно, сынок. Давай уложим нашу девочку спать,- Он подошел к дивану, отвел мою руку, подпиравшую лоб, помог подняться, обнял меня, ласково похлопал по спине, потом принюхался,- Боже, Чудачка, ну и запашок.

- Да, знаю,- с несчастным видом пискнула я.

Отец за руку вывел меня в коридор, ведущий в спальни, прихватив по дороге масляную лампу со столика. Первая комната налево была гостевой. Он распахнул дверь, вошел в комнату, порылся в верхнем ящике ночного столика, достал спички, зажег толстые свечи с ароматом ванили, украшавшие комод, после чего повернулся и решительно посмотрел на Клинта:

- Это комната Шаннон. Я пристрою тебя на диванчике в кабинете. Годится?

- Да, сэр,- ответил Клинт, не отводя взгляда.

Отец кивнул и что-то заворчал, потом снова повернулся ко мне:

- В комоде ты найдешь несколько своих старых ночных рубашек и кое-что из одежды, да и горячей вода должно хватить на быстрый душ,- Он сморщил нос,- Он тебе понадобится. Об остальном поговорим утром.

Я с благодарностью обняла его и прошептала куда-то в грудь:

- Я люблю тебя, папа.

- Я тоже люблю тебя, моя Чудачка,- Отец повернулся и вытолкал Клинта за порог,- Пойдем со мной, сынок,- сказал он, прежде чем решительно закрыть за собой Дверь.

«Вечно отец меня опекает».

Я заулыбалась, принялась рыться в верхнем ящике комода и откопала там две пары своих старых джинсов основательно поношенную фуфайку, а также одну из моих любимых ночных рубашек с изображением Санты, гадящего в трубу. Надпись гласила: «Как определить, что ты вел себя плохо». Это был рождественский подарок моего ученика.

- Ой, что за красота! - радостно вздохнула я, обнаружив свое нижнее белье из мягкого фиолетового шелка фирмы «Секрет Виктории», полноценные трусики,- Черт, какое удовольствие выбраться из этих стрингов!

«Поразительно, как мало нужно, чтобы обрадовать меня в минуту стресса».

Отец был прав. Горячей воды хватило на быстрый, но все же полноценный душ. Вода подействовала на меня как транквилизатор. Я едва натянула через голову ночную рубашку, пошатываясь вернулась в свою комнату, как у меня начали слипаться глаза. Я задула свечи, заползла под стеганое одеяло, сшитое бабушкой несколько десятков лет тому назад, потянулась к спинке кровати, развернула пуховое покрывало, уютно накинула его на плечи и глубоко вздохнула. Сладостный аромат ванили смешался с неповторимым запахом чистого старого стеганого одеяла. На меня нахлынули воспоминания детства, и я погрузилась в спокойный сон.

Знаю, большинству людей это не дано, но я всегда сама руководила своими сновидениями, поэтому крепко проспала несколько часов. Мое тело хорошенько отдохнуло, прежде чем душа воспарила в Страну грез.

Я откинулась на гигантских пуховых подушках, разбросанных по фиолетовому кучевому облаку. Вокруг меня нежились, удовлетворенно мяукая, толстые черно-белые кошки. Джейми Фрейзер из серии романов Дианы Гэблдон «Странник» объяснял мне со своим обворожительным шотландским акцентом, что бросает Клэр. Теперь его истинной любовью буду я. Хью Джекман в образе Росомахи недовольно хмурился, глядя на Джейми, но заявлял при этом, что не вызовет его на дуэль, пока не сделает мне хороший массаж стоп. Я открыла рот, собираясь сказать мальчикам, чтобы вели себя хорошо и не вздумали драться из-за меня.

В ту же секунду кто-то вырвал мою душу из тела и вознес через крышу родительского дома Я зависла в снежном небе, испытывая нечто странное. Белые кристаллики снежинок кололи меня не только снаружи, но и изнутри.

- Ой! Снова затошнило! - сказала я, ни к кому не обращаясь.

«Дыши, Возлюбленная».

Я заметила, что голос в моей голове звучал отчетливее и громче, с тех пор как меня силком переправили в этот мир.

- Ты говоришь совсем как Клинт,- вслух произнесла я.

Богиня не ответила, поэтому я поступила так, как она велела, то есть глубоко вдыхала морозный воздух. Почти сразу головокружение прекратилось. Меня встревожило, что во время магического сна я не только приобретала опыт перемещения, но и чувствовала себя в нем комфортно.

Я начала озираться, пораженная переменой пейзажа. Все выглядело как на почтовой открытке зимнего Колорадо. Отцовские пастбища превратились из зеленых оклахомских владений с болотными дубами и можжевельником в очаровательный заснеженный уголок дикой природы.

- Очень красиво,- прошептала я и взглянула в сторону амбара.

За закрытыми окнами горел теплый свет, вокруг основания амбара высились волнистые сугробы. К своему удивлению, я заметила, что их вершины были выше красно-белых полос обшивки.

- Должно быть, снега намело почти в три фута высотой.

«Это неестественно, Возлюбленная»,- прозвенел у меня в голове голос Богини.

- Знаю! - громко произнесла я в затихшей ночи,- В Оклахоме никогда не бывает столько снега.

«А все потому, что в этот мир вошло нечто неестественное. Здесь замешано истинное зло».

Слова Богини пронзили меня страхом как острые осколки.

- Нуада,- Имя прозвучало как ругательство.

«Ты должна его остановить».

- Что! - взвизгнула я.- Как же я его остановлю?!

«Ты должна, Возлюбленная. Ты единственная, кто справится».

- Но как? В Партолоне я знала, как надо действовать, только потому, что меня окружали люди, понимавшие в магии. Они мне помогали. Меня поддерживала ты!

«Ты не веришь в себя, моя Возлюбленная,- Я встревожилась, услышав, что божественный голос в моей голове начал затихать,- Положись на свою интуицию».

- Нет! Не уходи! - запаниковала я,- Я не знаю, что делать!

«Тебя направят древние, как и шаман этого мира».

- Эпона! - завопила я,- Какие древние? Какой шаман?

«Помни! - Голос звучал очень слабо, и мне приходилось напрягаться, чтобы разобрать последние слова,- Ты Избранная Богини».

Эпона сказала это и растаяла как туман.

Я села в кровати, хватая ртом воздух, спустила ноги и чуть ли не спрыгнула на пол.

- Черт! Вот тебе и вернулась в Оклахому!… Казалось бы, все должно идти нормально. Оклахома всегда была абсолютно спокойной, приземленной, даже скучной. Боже, как мне не хватало старой доброй оклахомской скуки, - пробормотала я своему тусклому отражению в зеркале, висящем над комодом, пошарила в верхнем ящике, выхватила пару ношеных джинсов, уютную домашнюю фуфайку и толстые носки - Но нет! Вместо этого ты оказываешься беременной, напуганной. Кругом снежный буран, а тебя преследует какой-то кретинский монстр,- продолжала я разговор сама с собой,- К тому же ты умираешь с голоду.

Я открыла дверь, заткнулась и на цыпочках отправилась на кухню. Богиня свидетельница, заснуть мне все равно не удалось бы, а перспектива отведать яичницу- болтунью с тостом и беконом показалась вдруг невероятно заманчивой. Я хорошо ориентировалась в потемках, запустила руку в ящик, который у нас звался обжорой - там хранилась всякая всячина,- и поискала спички, чтобы зажечь керосиновую лампу, неизменно стоявшую на кухонном столе.

- А вот и ты,- прошептала я, нащупав коробок.

- Могла бы не беспокоиться. Кажется, твой отец оставил спички рядом с лампой,- Голос Клинта так меня напугал, что я чуть не описалась.

- Проклятье, Клинт! Какого черта ты здесь сидишь в темноте?

Не успел он ответить, как я зажгла спичку. Фриман подносил ко рту кружку, когда золотистое пламя осветило его лицо.

- Почему ты ничего не сказал? Я здорово напугалась.

- Ты вошла с таким серьезным видом, словно выполняла какое-то задание. Я решил затаиться и не путаться у тебя под ногами.

- Ха,- недовольно буркнула я, зажгла лампу, поправив фитилек так, что углы кухни осветились дрожащим светом, повернулась спиной к Клинту и начала доставать из холодильника яйца и другие продукты,- Почему не спишь?

- А ты почему? - парировал он.- После того, что ты пережила всего за два дня, мне казалось, что тебе надо спать как убитой.

- Я спала,- уклончиво отозвалась я, продолжая доставать из шкафчиков банки и сковородки.

- Ты что, опять летала куда-то во сне? - мягко поинтересовался Клинт.

- Да,- бросила я, не оборачиваясь.

- Снова видела Клан-Финтана?

- Нет,- ответила я, проверила газовое пламя и распределила на сковородке большую порцию бекона.- На этот раз я просто полетала вокруг храма и коротко побеседовала с Эпоной,- Я бросила на него взгляд через плечо.- Яичницы с беконом хватит на всех. Только не говори, что не голоден.

- Готов есть твою стряпню хоть каждый день,- Глаза его блеснули так ярко, что я поспешила потупиться,- Что сказала тебе Богиня?

Сейчас вспомню,- ответила я, небрежно разбив яйца в миску,- Дай подумать. Зло на свободе. Нуаду следует остановить. Помогут древние и шаман. Мне надо верить самой себе,- сказала я и принялась оголтело взбивать яйца.- Только я обычно предпочитаю избегать зла и не знаю, как остановить Нуаду. А еще я не знаю никаких древних, никакого шамана. Я твердо убеждена только в одном: здесь для меня все теперь чужое.

Только сейчас я поняла, что боролась со слезами, и разозлилась еще больше.

«Утренняя тошнота, быть может, и прошла, зато гормоны бушуют вовсю. Превосходно!»

Клинт положил ладонь на мою руку и остановил психопатическое взбалтывание. Он опустил подбородок на мою макушку и придвинул меня к себе.

- Здесь я. Здесь твой отец. Втроем мы что-нибудь обязательно придумаем,- произнес Клинт, отставил миску на буфет, повернул меня к себе лицом, одну руку положил мне на плечо, а второй приподнял подбородок, чтобы наши взгляды встретились.- Ты Избранная Богини. Не забывай об этом.

- Эпона напомнила мне о том же самом.

- Что ж, если ты отказываешься повиноваться своей Богине, то прислушайся ко мне,- улыбнулся он одними глазами,- Как-никак я двойник твоего мужа,- игриво сказал Фриман, так точно копируя интонацию Клан-Финтана, что у меня сердце сжалось.

Хорошо, что он об этом не подозревал.

- Это точно,- дрогнувшим голосом прошептала я.

Клинт заметил тоску в моих глазах, и все шутки мигом прекратились. Я стояла достаточно близко и почувствовала, что он больше не дышал. Рука, лежавшая у меня на плече, напряглась. Пальцы, удерживавшие мой подбородок, ласково соскользнули на скулу, затем опустились ниже, на шею, после чего принялись легко поглаживать затылок. По мне пробежал едва заметный озноб.

- Шаннон, девочка моя,- хрипло прошептал Фриман, наклонился и коснулся своими губами моих.

Поцелуй получился мимолетным и обманчиво невинным. Клинт слегка отстранился, чтобы заглянуть мне в глаза.

- Позволь поцеловать тебя, Шаннон.

- Ты только что это сделал,- задыхаясь, ответила я.

- Это был не поцелуй, любимая,- Легкая улыбка показалась мне многообещающей,- Позволь поцеловать тебя, Шаннон,- тихо повторил он.

Я хотела, чтобы он поцеловал меня. Я нуждалась в его поцелуе. Знакомые чудные губы растянулись в короткой улыбке, когда я молча кивнула, давая свое разрешение.

Тогда Клинт медленно обнял меня, а мои руки невольно скользнули на его широкие плечи, следуя но знакомому пути. Мы прижались друг к другу, когда наши губы встретились. Я чувствовала укрощенную страсть в его напряженном теле, пока он неспешно исследовал вкус моих губ, и позволила нашим языкам встретиться.

Я всегда обожала чудесное сочетание чистых линий, твердых мускулов и удивительно гладких мягких местечек. Все это вместе и составляет тело мужчины. Я провела ладонью по его руке, наслаждаясь ощутимой силой и удивляясь, что способна заставить этого крепкого мужчину дрожать, пустив его язык в свой рот.

«В точности как Клан-Финтан».

Эта смутная мысль ударила меня будто кулаком. Я резко отпрянула, выскользнула из его объятий, дрожащей рукой провела по глазам и откинула волосы со лба.

- Я…- Мы оба старались отдышаться,- Прости. Я не хочу…- Но слова не шли с языка,- Нет, неправда. Я хочу. Я хочу ощущать твои объятия, я хочу, чтобы твои губы прижимались к моим. Ты так на него похож, что я ничего не могу с собой поделать,- Я умоляюще посмотрела на него,- Но у меня есть муж. И это не ты.

- Ты замужем в другом мире, Шаннон, не в этом.

- Если бы я принадлежала тебе, то ты не возражал бы чтобы я спала с ним, пусть даже и в другом мире? Для тебя это имело бы значение? - выпалила я.

Его молчание было достаточно красноречивым.

- То-то и оно. Факты не меняются. Хоть здесь, хоть там, я все равно жена другого.

- Шаннон, о чем ты здесь толкуешь, черт возьми? - раздался голос отца.

Мы с Клинтом виновато дернулись.

- Э-э…- Я с трудом подняла на него глаза,- С добрым утром, папа.

- Бекон пора перевернуть,- сказал он, подошел к кухонному столу и занял место напротив Клинта,- Можешь и мне кофейку налить.

Я сделала все, как он просил.

- Спасибо, Чудачка.

Отец потягивал кофе, пока я выливала на сковородку размешанные яйца.

Потом он заговорил, и голос его звучал задумчиво:

- Не могу сказать, что понимаю или хотя бы верю тому, о чем ты вчера говорила. Но я достаточно хорошо тебя знаю, чтобы понять: ты сама в это веришь. Ты никогда не была ветреной девчонкой, поэтому в твоих словах должна быть какая-то правда. Я готов тебя выслушать с открытым сердцем,- Он снова отхлебнул кофе и посмотрел на Клинта,- Но сначала я хотел бы узнать, за кого ты, черт возьми, вышла замуж и почему здесь с тобой этот мужчина, а не твой муж,- По выражению его лица мне стало ясно, что все это баловство с его ребенком ему не очень по Душе.

Я отвечала по-деловому, через плечо, не переставая помешивать яйца:

- Я замужем за верховным шаманом и воином, который одновременно является вожаком своего народа. Его зовут Клан-Финтан. Он сейчас не со мной, потому что живет в другом мире.

Нужно отдать должное отцу, он ничего не пропустил

- Ты говорила, что попала туда сразу после аварии. Значит, шесть месяцев тому назад. По-моему, маловато времени, чтобы познакомиться с кем-то и выйти за него замуж.

- Это был брак по договоренности. После аварии я очнулась в Партолоне и оказалась помолвленной с Клан-Финтаном. Это была одна из причин, почему Рианнон оттуда сбежала.

- Рианнон?

- Так ее зовут, папа. Женщину, которая выдавала себя за меня,- Я обсушила кусочки бекона на бумажном полотенце и достала три тарелки из ближайшего шкафчика,- Завтрак готов. Накладывайте себе сами,- растягивая слова, объявила я.

Оклахомский акцент не помешает, когда приходится руководить здешними мужиками.

Отец не заставил упрашивать себя дважды. Можно подумать, я была сержантом, приказавшим начать прием пищи. Вскоре наша троица уже сидела за круглым кухонным столом. Я радовалась, что желудок пока меня не тревожил и, казалось, в кои-то веки был способен наслаждаться настоящей едой.

Отец продолжал расспросы:

- Похоже, ты здорово вляпалась, если эта самая Рианнон сбежала в другой мир, лишь бы избавиться от своего парня.

- Дело не только в этом,- заговорил Клинт.- Рианнон покинула мир, который в ней нуждался, не из-за того, что ее заставляли выйти замуж. Она все бросила потому, что эгоистично струсила и жаждала той власти, которую разглядела в этом мире.

Отец жевал и задумчиво изучал Клинта.

- А ты здесь с какого боку примазался?

- Я вернул Шаннон в этот мир,- просто ответил тот.

- Ты? - удивленно вытаращился отец.- Зачем?

Прежде чем Клинт ответил, я сказала:

- Чтобы это понять, тебе нужно побольше узнать о Рианнон, а для этого необходимо выслушать всю историю.

- Я слушаю.

Я улыбнулась в знак признательности и начала рассказ. Отец слушал внимательно, почти не перебивая, задал лишь несколько вопросов о кентаврах и перемене облика. Идея слияния человека и лошади, видимо, его околдовала. Клинт тоже внимательно слушал. Я, конечно, и раньше рассказывала ему о Партолоне, но он ни разу не слышал всю историю целиком, разве что из уст коварной Рианнон.

- Итак, Клан-Финтан и воины вернулись из замка Стражи. До Самайна оставалась всего пара дней. В ночь празднования Эпи предстояла встреча с жеребцом, чтобы обеспечить плодородие земли. Она вела себя очень беспокойно, поэтому мы с Клан-Финтаном решили вывести ее на прогулку, думая, что это ее успокоит. Она и привела нас в древнюю рощу.- Тут я умолкла и посмотрела на Клинта.

Он продолжил вместо меня:

- Это я встревожил кобылу, когда обнаружил точно такую же рощицу, как в Партолоне, служившую переходом между двумя мирами. Я убедился в злой сущности Рианнон, попытался переправить ее отсюда туда и вызвать Шаннон,- Он проникновенно взглянул на меня.- Думал, что спасаю ее из мира, который, по описаниям Рианнон, был чудовищным. Но оказалось, что я отрывал ее от любимого мужа и людей, которые нуждались в ней. Но самое плохое в том, что я даже от Рианнон не избавился.

- Что? - вновь обрел голос отец,- Рианнон до сих пор здесь?

- Думаю, что ее нет в Оклахоме, но в этом мире она определенно есть,- ответил Клинт,- Я сам толком не знаю, почему сумел лишь перетащить сюда Шаннон, а Рианнон осталась там, где и была.

- Но ты хотя бы догадываешься? - поинтересовался отец.

- Я недооценил Рианнон, но этого больше не повторится.

- Это еще не все, папа.- Отец снова перевел на меня взгляд,- Помнишь о древнем зле, победившем в замке Стражи? Мне кажется, оно снова обрело силу. Каким-то образом призрак Нуады, или его сущность, или… черт, даже сама не знаю, как это назвать!… В общем, он ожил и сейчас находится здесь. Это из-за него вчера вечером погибла Сюзанна.

- Объяснись, Шаннон.

- Нуада был там вчера и заставил машину врезаться в Сюз,- Мой голос дрогнул, когда я произносила ее имя,- Со стороны все выглядело как несчастный случай, но мы с Клинтом почувствовали присутствие зла и уверены в том, что это он сделал что-то с машиной. А еще, папа, я думаю, что теперь монстр явится сюда.

- Сюда? Зачем?

- Он одержим мною. Ему кажется, что я позвала его из страны мертвых. Разумеется, ничего подобного я не делала, не желала иметь с ним ничего общего, даже если бы знала, как призывают мертвого, хотя ни черта не знаю. Думаю, его возрождение связано с темным богом Партолоны. В общем, когда я его отвергла, он поклялся убивать дорогих мне людей в этом мире, как делал это в том.

_ Ты видела, как он убил моего двойника в Партолоне?

Я кивнула, глотая слезы.

- Эпона предупредила меня, что теперешнее ненастье вызвал Нуада. Богиня сказала, что его нужно остановить- Я замялась, но все же тихо добавила: - Только потом я смогу вернуться.

- Вернуться? - отец подскочил от удивления. - Я понимаю, ты могла привязаться к тамошним людям, но ведь это твой дом, Шаннон. Здесь твое место. Мы придумаем, как отослать Рианнон назад, и пусть она выполняет там свои обязанности.

Я невольно улыбнулась. Отец совершенно не изменился. Та же самая учительская логика.

- Папа, мне придется вернуться не только потому, что я там нужна,- Мои глаза молили о понимании.- Я люблю Клан-Финтана.

- Ты сама говорила, что Клинт его зеркальный двойник. Верно? - фыркнул отец.

Я кивнула, а отец посмотрел на Фримана.

- Так вот, даже слепой дурак заметил бы, что он тебя любит. Разве не так, сынок?

- Именно так, сэр,- без колебания ответил Клинт.

- Ты недавно целовалась с ним на кухне. Это говорит мне о том, что и у тебя есть к нему чувство. Разве нет? - Отец просверлил меня взглядом.

- Это неважно, папа.- Я вспыхнула румянцем.

- А мне кажется, как раз наоборот,- Он показал на Клинта,- И ему тоже. В общем, так!… Нам нужно разделаться с этим проклятым Нуадой раз и навсегда, отослать Рианнон со всем ее злом обратно в Партолону, и тогда ты останешься здесь.

- Я беременна, папа.

- А?

- Что?

Мужчины отреагировали одновременно.

Я вздохнула:

- Я ношу ребенка Клан-Финтана и должна вернуться.


предыдущая глава | Богиня по зову сердца | cледующая глава