home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



2

Обед начался в 19:10. В семье Ланджи была традиция — каждый четверг подавать горячее карри, приготовленное Розеттой, сестрой Анджело, которая, занимаясь домашними обязанностями, иногда выступала в роли бухгалтера агентства. Четверг был семейным днем, и это означало, что Старик с Мамой тоже приедут и что дети, Давид и Мария, должны были так организовать свои школьные и прочие дела, чтобы иметь возможность присутствовать на встрече. Только Сал (Сальваторе, старший брат Анджело и художник) бывал здесь не каждый четверг, утро воскресенья и вторник. Но иногда он приезжал, и бывало, что привозил с собой одну из своих моделей, как он их называл. Ничего серьезного за этим не стояло.

Родители Джины сейчас жили в другом городе.

Этим вечером Анджело, сев за стол, жадно потер руки.

— Отлично, отлично, отлично! — сказал он.

— А почему нет спагетти? — спросил Старик. Но сказано это было по-доброму, и подобное от него слышали часто. Спагетти и паста готовились по воскресеньям.

— Извини, что не вернулся в офис, — сказал Анджело.

— Мы и без тебя справились, — отозвалась Джина.

— Знаешь того парня, Хардуика?

Они все знали того парня Хардуика, поскольку различные задания, связанные с делом, которое вели адвокаты Хардуика, составляли львиную долю всей работы агентства уже больше четырех недель.

— Ни с того ни с сего Хардуик решил, что все-таки помнит, где он был ночью восемнадцатого апреля.

Со всех сторон стола раздались вздохи.

— Если он настолько глуп, что собирается выехать на амнезии, — сказал Старик, — ему нужно быть достаточно умным, чтобы не забыть, что у него амнезия.

Все засмеялись.

— Так что сегодня заплыло в офис? — поинтересовался Анджело.

— Мы были очень даже заняты.

— Отлично, отлично, отлично, — опять произнес Анджело и потер руки.

Через секунду Давид передразнил отца гнусавым голоском:

— Отлично, отлично, отлично.

— Что себе позволяешь, умник хохлатый, — сказал Анджело и потрепал его по макушке.

Давид, смеясь, пригладил волосы.

— Главное — это женщина, с богатым сыном, которому деньги некуда девать.

— Всем бы нам такие проблемы, — сказала Мама.

— Но женщина считает, что он не зарабатывает их как положено. У него нет постоянной работы, и откуда берутся деньги, он не говорит.

Все стали прислушиваться. Агентство в основном выполняло заказы адвокатов, занималось поисками пропавших родственников или собирало доказательства супружеских измен. Хотя Старик любил повторять историю о том, как ему однажды пришлось расследовать убийство. Неожиданно разбогатевший сын — это было что-то новенькое. Всем тут же захотелось расспросить Джину.

Разом зазвучали несколько голосов, но Анджело, подняв руку, назначил себя председателем.

— Мария, говори ты.

— Сколько лет ее сыну? — спросила четырнадцатилетняя Мария.

— Для тебя он слишком старый, девочка моя.

Мария вспыхнула, но улыбнулась. Ей нравилось, что в семье ее считают покорительницей сердец.

— Парню двадцать два, — сказала Джина.

— И все еще живет дома? — спросил Анджело.

— Ты тоже все еще живешь дома, — вставил Старик.

— У нас необычная ситуация, — заявила Мама.

— Ага, — сказал Давид, и все посмотрели на него. — У нас дом побольше, чем у других.

Все засмеялись мальчик блеснул семейным остроумием.

— Двадцать два года, — задумчиво протянул Старик. — Так чем же он занимается втайне от матери?

Джина сказала:

— Ну, он год и три месяца получает пособие, днем много спит, ложится поздно и вечерами и ночами часто уходит. Последнее, чем он занимался, — дизайн интерьеров. — Выражение лица Джины указывало на то, что она ждет подходящего вопроса, чтобы поделиться более интересными сведениями.

— Друзья у него есть? — спросила Мама.

— Нет.

— Да он, наверное, художник, — предположил Старик.

Джина покачала головой.

— Он записался в Открытый университет, а дома у него нет видеомагнитофона. Поэтому он и торчит там допоздна, — высказала свою версию Розетта, бухгалтер.

— Ничего себе, придумала, — сказал Давид.

Розетта улыбнулась.

Анджело задумчиво смотрел на жену.

— Что же это может быть? — подумал он вслух. — Что же это может быть?

— Сдаетесь?

— Ни за что! — воскликнул Старик.

Джина сказала:

— У безработного ленивого парня есть машина прошлого года выпуска с телефоном. Когда он по ночам уходит и мать наутро спрашивает его, чем он занимался, он всегда отвечает: «Ездил».

— Так, так, так, — сказал Анджело и обвел взглядом сидящих за столом. Все смотрели на него. Предстояло выбрать из имеющих водительские права того, кого можно попросить отказаться от ночного сна, чтобы следить за сыном.

— Можно попросить Сальваторе, — сказала Мама. Она не хотела, чтобы Старик где-то пропадал по ночам. Ночных бдений ей хватило еще в молодости.

Джина сказала:

— Да. Эта работа его заинтересует.

— Работа? — отозвался Старик. — Если он хочет работать, пусть приходит сюда и работает. Верно, Анджело?

— Салли знает, что он в любое время, когда захочет, может получить у нас место, — ответил Анджело. — Только он никогда не пойдет на это, папа.

— Никогда — это долгий срок, — произнес Старик. — Я бы так сказал: пока я жив.

— Это будет вечно, — сказала Мария, и Старик, который души не чаял во внучке, просиял и сказал:

— Ах ты, моя умница. Вот это настоящий ребенок.

— Я рада, что вам нравится моя дочь, папа, — сказала Джина.

Старик пару секунд смотрел на Джину, а потом разразился смехом. Сноха ему тоже нравилась.

— Так чем закончилось с этой женщиной? — спросил Анджело.

— Закончилось тем, что я записала машину, номер и адрес, номер телефона в машине, имена и все, что положено.

— Ты хочешь сказать, что нам уже сегодня ночью нужно выезжать?

— Я уже позвонила Сальваторе. Он сказал, что готов взять всю ночь или будет работать посменно, как тебе удобнее. Я не знала точно, как у тебя сложится с Хардуиком.

— Понятно, — сказал Анджело. — Еще мы можем попросить Макса или Джонни.

— Они за помощь дорого возьмут, — обронила Розетта.

— Сальваторе тоже недешево обойдется, — ответил Анджело.

— По крайней мере, он член семьи, — заметила Мама.

— Я тоже член семьи, — протестующим голосом произнес Старик. — Что это вы меня не вспоминаете, будто я жирафа от мыши не отличу? Меня вы уже и в расчет не берете или что? Может, у меня изо рта плохо пахнет?

— Я о тебе не забыл, папа, — сказал Анджело.

— Вам завтра кражей в магазине «Куикс» заниматься, — добавила Джина.

— Мне дешевле будет найти им нового охранника, чем сегодня вечером в срочном порядке нанимать детективов со стороны.

— Сегодня мы не будем никого нанимать, кроме Салли, — сказал Анджело. — Я не знаю, что там к чему, но мы справимся своими силами. Мы с чем угодно можем справиться своими силами.

— Пап? — подал голос Давид.

— Ага?

— А можно мне сегодня с тобой поехать?

— Я не знаю, буду ли я сегодня куда-то ехать.

— А тогда с дядей Салли можно поехать?

— Тебе завтра в школу, — сказала Джина.

— Я бы мог сказать, — честно признался Давид, — что мне не надо на занятия, что учителя себе опять какой-то выходной устроили, но мне ведь в школу не сегодня, а завтра.

— По-твоему, я этого не знала?

— Ну, сегодня же обычный день, ничего важного. Никаких контрольных, и домашку не задавали. Сегодня как раз самый удобный день.

— Хорошая попытка, — усмехнулся Анджело.

— Папа!

— Если мы завтра еще будем этим заниматься, то, может быть, завтра. В пятницу или в субботу вечером.

— Или и в пятницу, и в субботу?

— Посмотрим, посмотрим. — Анджело снова повернулся к Джине. А что с деньгами?

— У матери есть кое-какие деньги — тетя оставила. Она хотела на них ремонт дома сделать, но слишком беспокоится о ребенке. Она не сомневается, что он ввязался в какую-то историю.

— Как его зовут?

— Джон Ансон Хатуэлл.

— История?

— Я звонила Чарли и все проверила. Он в шестнадцать привлекался за хулиганство и признался в двух квартирных кражах. После этого еще дважды арестовывали, тоже за кражи, но снимали обвинение.

— Похоже, паренек не промах, — заметил Анджело.

— Я спросила ее, что она собирается делать, если мы выясним, что он занялся криминалом. Разумеется, она хочет, если что, сама «разобраться». Я сказала ей, что это зависит от того, что мы раскопаем, если мы вообще раскопаем что-нибудь.

— Сал сегодня выяснит, можно ли его вести одному или придется работать группой.

— Так ты его берешь на всю ночь? Без смен?

— Да, если не возникнет необходимости. Ну а если что, папа сможет его подменить. — Анджело посмотрел на отца. Старик посмотрел на жену. Жена посмотрела на Джину.

— Я поговорю с Салли, — сказала Джина. — Скажу, что он пойдет на всю ночь, если ничего не изменится.

— Итак, — сказал Анджело. — Ты говорила, что вы были очень заняты. Кто еще заходил?

— Еще заглянула одна дама, которая нашла в машине мужа гребешок для волос. Хотела, чтобы мы за ним проследили.

— Все бы им следить, следить, следить, — сказал Анджело.

— Но не подозревала, что это окажется так дорого и сколько это займет времени.

— Чтобы последить за гребешком? — встрял Давид.

— Она отправилась домой думать, так ли уж ей хочется узнать, кто хозяин гребешка.

— Не боишься мести семейных психологов? — полюбопытствовал Анджело. — Ты такие ценные советы раздаешь совершенно бесплатно.

— Бесплатно, бесплатно, бесплатно, — запел Давид.


предыдущая глава | Английский детектив. Лучшее | cледующая глава