home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Свет не всегда несет добро.

Мой желудок сжался, пока я читала две последние строки. Я подняла глаза на Крамишу.

— Ты была права. Это пророчество должна была прочесть именно я.

— Откуда ты знаешь? — спросил Старк.

— Последние строчки, начинающиеся словом «Тьма» — это именно то, что сказала Никс, поцеловав меня в лоб и тем самым закрасив Метку в день, когда меня Пометили.

— Ты понимаешь остальное, о чем там идет речь? — спросил Дэмьен.

— Ну, не совсем. Нам всем известно, почему мог бы плакать Дракон. — Плечи Рефаима поникли, и я бросила на него извиняющийся взгляд. — Годы и враги, наверное, они тоже могут иметь отношение к Дракону. Определенно, речь идет о Шайлин, потому что упоминается Истинное Зрение, ну и я не совсем понимаю насчет парадокса. — Я вздохнула. — Короче, я без понятия, что значит остальное.

— Парадокс — это противоречивое утверждение, являющееся правдой, — подсказал Дэмьен.

— Э? — переспросила я.

— Ладно, вот тебе пример: парадокс войны заключается в том, что люди гибнут, чтобы остановить убийства других людей.

— Боже, ненавижу язык метафор! — простонала Афродита.

— Но ты же умная, красавица моя! Когда ты о чем-то задумываешься, то легко понимаешь, о чем идет речь, — возразил ей Дарий.

— Парадокс может иметь отношение к Калоне и Рефаиму, — внезапно сказала Шони.

— Что ты имеешь в виду? — спросила Стиви Рей.

— Близняшка? — обеспокоилась Эрин. — С тобой все нормально?

— Да, — ответила Шони и продолжила: — Я имею в виду, что ситуация парадоксальная, не так ли? Чтобы доказать, что он теперь на стороне добра, Рефаим должен отвернуться от отца, а в обычной ситуации такой поступок посчитали бы плохим.

— Кажется, в этом и есть смысл, — протянул Дэмьен.

— Она Огонь, — заметила Афродита.

Я моргнула:

— А Калона — Лед.

— Но моя Близняшка никак не связана с Калоной! — воскликнула Эрин.

— Связана, — сказал Рефаим. — Она понимает, что я к нему чувствую, особенно после сегодняшних событий.

— Рефаим, я люблю тебя и знаю, что ты хочешь, чтобы твой отец стал хорошим, но тебе не стоит на это рассчитывать, — взмолилась Стиви Рей. Я услышала в ее голосе нотки отчаяния.

— Пожалуйста, расскажи ей, что сегодня случилось, — попросил меня Рефаим.

Я подавила вздох.

— Калона хочет заключить с нами перемирие.

После нескольких минут причитаний из серии «ни в коем случае!» и «да ладно!», озвученных всеми, кроме Шони и Рефаима, я возобновила подробный рассказ о нашей встрече с Калоной и закончила его словами:

— Следовательно, я не думаю, что ему стоит доверять, но перемирие — не такая уж и плохая идея.

— Рефаим не должен рассказывать ему о наших делах, — добавила Крамиша, сверля Рефаима взглядом.

— Да, мы это уже обсудили. Верно, Рефаим? — спросила я.

— Я не выдам отцу наших тайн, — пообещал экс-пересмешник.

— Не только их, — вмешался Старк. — Не секрет, что мы живем здесь, но Калоне об этом знать необязательно.

— Если это не секрет, отец и сам может узнать, где мы, — возразил Рефаим.

— Ну да, наверное. А ты не думал, что если бы он на самом деле улетел из Талсы, обосновался где-то на Западе и считал, что ты в Доме Ночи, окруженный Сынами Эреба, то полетел бы дальше на Запад и мы, наконец, избавились от него? — поинтересовался Старк.

— Такого бы не случилось. Отец не собирался бросать меня.

— Так он уже это сделал! — взорвалась Стиви Рей. Она встала и обхватила себя руками, пытаясь в буквальном смысле сдержать свои эмоции. — Он бросил тебя, когда ты сделал выбор в пользу добра. Сейчас он вернулся только потому, что твоим братьям не удалось уговорить тебя шпионить для него. Поэтому теперь он пытается убедить тебя в этом сам.

— Шпионить? — переспросил Дарий.

Рефаим взглянул на Стиви Рей так, будто она ударила его, но ответил Дарию:

— Да. Братья прилетали просить меня об этом. Я отказался как раз перед тем, как меня нашли Дракон и этот Аурокс.

— Ладно, слушай, как я уже говорила, ясно, что доверять Калоне не следует, но, думаю, сегодня он был прав. Если Неферет бессмертна и может уничтожить себя только сама, то нам определенно нужна его помощь в том, чтобы ее к этому подтолкнуть. — Я замолчала, и после короткой паузы добавила: — И также я считаю, что Рефаиму доверять можно, пусть он и любит своего отца!

— Калона — это тикающая бомба, — буркнул Старк.

— Когда-то таким был и ты. И я, — возразил Рефаим.

Стиви Рей взяла Рефаима за руку.

— Я тоже была тикающей бомбой, Рефаим, как и вы. Но мы втроем выбрали Свет. А твой отец — нет. Прошу, помни об этом.

— Увы, снова соглашусь с деревенщиной, — поддержала ее Афродита.

— И я, — присоединилась к ней Эрин.

Повисла неловкая пауза, и Эрин посмотрела на Шони, которая не повторила ее слов и не стала встречаться с ней взглядом.

— О, случилось чудо! Кто-нибудь, позвоните в Ватикан, — съязвила Афродита.

Свободной рукой Рефаим пододвинул к себе листок со стихотворением Крамиши. Он опустил глаза и прочел:

— «Тьма не всегда означает зло, Свет не всегда несет добро»... Возможно, все не так, как кажется.

— Я совершенно точно уверена в одном, — заметила я. — Я находилась в Потустороннем мире, когда Калона просил прощения у Никс. И Богиня сказала, что простит его только тогда, когда он заслужит на это право. Твой отец его не заслужил, Рефаим.

— Пока что, — тихо произнесла Шони.

— Пока что, — эхом повторил Рефаим.

— Пока — что? — изумленно переспросила Эрин, качая головой.

— Ладно, сделаем так: пока Калона не заслужит права просить прощения Никс, мы не станем ему доверять. Мы можем заключить с ним мир, но под девизом «Враг моего врага — мой друг», — сказала я, надеясь, что выразилась точно. — Конец, точка.

— Но не доверять ему не значит не надеяться, — заметила Шони.

— Нет, не значит, — ответила я, не в силах видеть грустный взгляд своей лучшей подруги, обращенный к Рефаиму.

— Я не подведу вас. — Рефаим посмотрел на Стиви Рей, а затем медленно обвел взглядом всех нас. — Как и сказала Шони — я могу надеяться, но не стану доверять.

— Он разобьет тебе сердце, — вздохнула Стиви Рей.

— Слишком поздно об этом беспокоиться, — отозвался Рефаим. — Он уже это сделал. — И тут же по телу экс-пересмешника пробежала дрожь. Клянусь, я увидела, как задергалась его кожа. — Рассвет. — Он встал и нежно поцеловал Стиви Рей. — Мне пора. Люблю тебя.

— Я пойду с... — начала Стиви Рей, но осеклась на полуслове. — Нет, ты этого не хочешь. Все нормально. Я знаю, что там ты должен быть один. — Она встала на цыпочки и поцеловала его. — Иди, чтобы не остаться здесь взаперти.

Рефаим кивнул и выбежал из комнаты.

— Значит, он превращается в птицу? Прямо вот так? — полюбопытствовала Афродита.

— Если не учитывать то, что это очень больно и унизительно, то да, прямо вот так, — ответила Стиви Рей и с тихим всхлипом выскочила из кухни.

— Да я просто спросила! И не нужно так болезненно это воспринимать.

— А как бы чувствовала себя ты, если бы Дарий каждый день превращался в птицу? — поинтересовалась я, пытаясь (безуспешно) заставить Афродиту проникнуться сочувствием к Стиви Рей.

Афродита погрузилась в раздумья, а потом заявила:

— Знаете, ей стоит попробовать перед самым рассветом сажать его в очень большую клетку. Возможно, ей удастся его приручить.

Мы все уставились на нее.

— А что? Это же просто мысли вслух.

— Лучше бы ты держала их при себе! — заметил Дэмьен.

— Так включать или не включать клетку в длиннющий список покупок для дома, за которыми я собираюсь наведаться в выходные?

— Я голосую за, если ты позволишь мне помочь с составлением списка! — откликнулась Крамиша.

— Я пойду поговорю со Стиви Рей, — попрощалась я. — А вы занимайтесь шопингом, но не говорите больше гадостей.

— Эй, если все нормально, я пойду спать, — сказал Старк. — Я прямо чувствую, как солнце усыпляет меня.

Я изобразила улыбку и поцеловала его.

— Конечно, я задержусь всего на пару минут.

— Не спеши. Успокой Стиви Рей. — Едва взглянув на меня, он помахал рукой остальным и вышел из комнаты.

Ко времени моего возвращения он уже уснет. От этого я почувствовала себя немного странно, будто внезапно оказалась в отношениях со стариком, неспособным бороться со сном. Но я быстро переключилась на другие мысли и поспешила в чистенькую комнату Стиви Рей.

Та сидела на кровати в обнимку с Налой и ревела во весь голос.

— Эй, малышка, — сказала я, присаживаясь рядом с подругой, и погладила Налу. — Успокаиваешь Стиви Рей?

Стиви Рей улыбнулась сквозь слезы.

— Да, она меня ждала. Притворялась, что сердита, но сразу запрыгнула мне на колени, а когда вдоволь начихалась, положила лапки мне на грудь и замурлыкала.

— Нала настоящий профи, — похвасталась я.

— Профи? — фыркнула Стиви Рей и вытащила салфетку из стоящей рядом с кроватью коробки.

— В кототерапии. Когда она в настроении поработать, мне нравится мысленно называть ее Доктор Нала.

— Сколько она берет в час? — спросила Стиви Рей, поглаживая мою кошку, мурлычущую на предельной мощности.

— Она берет не деньгами, а кошачьей мятой. Кучей кошачьей мяты.

Стиви Рей улыбнулась и вытерла слезы.

— Постараюсь достать ей целую охапку.

— Хочешь позвонить маме? Может, почувствуешь себя лучше?

— Неа, она, небось, хлопочет над завтраком для братьев. Я в порядке.

Я пристально посмотрела на нее.

— Ладно, со мной все будет в порядке. Я просто очень волнуюсь за Рефаима. Знаю, вы все не можете забыть, что прежде он был пересмешником, но мне так хочется, чтобы вы, наконец, поняли, что он больше не порождение зла. Никс изменила его, и каждый день после заката он обычный парень. А он совсем не знает, чем живут обычные парни. Зет, я боюсь, Калона как-то повлияет на него, и Рефаим лишится своей человечности!

Стиви Рей снова разрыдалась.

Я крепко обняла ее, чем вызвала недовольство Налы.

— Этого не случится. Если Богиня вручает дар, она не отбирает его назад, даже если по своей воле делаешь неправильный выбор. Неферет отличный пример этого. Она ведет себя совершенно неправильно, но у нее все равно остается целая куча способностей, дарованных Богиней. Рефаим все так же будет парнем по ночам. А тебе нужно решить, сможешь ли ты жить с сопровождающей человечность слабостью.

— Но любовь не слабость, — возразила Стиви Рей.

— Любовь к неправильному человеку — слабость, — припечатала я.

Глаза Стиви Рей округлились и налились слезами.

— Ты думаешь, моя любовь к нему неправильная?

— Нет, я думаю, неправильная его любовь к Калоне, она ослабляет Рефаима. — Я замолчала, а затем тихо призналась: — Я ведь тоже такое проходила. Я считала, что люблю Калону, поэтому верила, что он меняется в хорошую сторону.

— Да, я уже догадалась.

— Ему пришлось убить Хита, чтобы я опомнилась, — горько прошептала я.

— Значит, должно произойти что-то столь же ужасное, чтобы и Рефаим опомнился.

Я вздохнула.

— Возможно, дело не в том, что Рефаим верит, будто Калона изменится, а в том, что он на это надеется.

— А какая в этом разница?

— Мне кажется, разница между верой в то, что что-то случится и просто надеждой на это очень большая, — ответила я. — Дай Рефаиму шанс самому с этим разобраться. Это сложно, и для него непривычно. Ты просто люби его и смотри, что происходит. Убеждена, намеренно он не причинит тебе плохого.

— Я буду любить его, и будь что будет, — согласилась Стиви Рей. А затем вздохнула и крепко обняла меня, отчего Нала недовольно заворчала.

Мы со Стиви Рей рассмеялись и еще какое-то время успокаивали кошку, а потом я сказала:

— Ну все, если я сейчас же не окажусь в своей кровати, то усну прямо на месте. — Я поцеловала Налу в макушку и передала ее Стиви Рей. — Пускай Доктор Нала остается у тебя. С ней хорошо спится.

— Спасибо, Зет. Ты лучшая!

Я выбралась из-под одеяла, служившего дверью в комнату Стиви Рей и медленно пошла по туннелю к розовому одеялу с изображением героев мультфильма «Мои маленькие пони», которое Старк повесил по моей просьбе в качестве нашей «двери». Проведя рукой по мягкой ткани, я улыбнулась, вспомнив, как играла с игрушечными пони, и как мама подстригла им гривы так, чтобы я могла отличить, кто из них мальчик, а кто — девочка.

Мама...

Я закрыла глаза и сосредоточилась.

— Дух, ты нужен мне, — тихо позвала я. Стихия тут же откликнулась на мой зов. — Останешься со мной подольше, пока я не усну? — Дух отозвался, вызвав у меня прилив тепла и ощущение усталости.

Я нырнула под розовое одеяло и тихо подошла к кровати, где уже спал Старк. Легла рядом, накрыла нас обоих синим одеялом и несколько минут смотрела на спящего, пока Дух убаюкивал меня.

Во сне мой Воин хмурился. Под закрытыми веками я видела, что его глазные яблоки шевелятся так, будто он смотрит матч по пинг-понгу. Я коснулась его лба кончиками пальцев, пытаясь успокоить.

— Все хорошо, — прошептала я. — Пусть тебе не снятся плохие сны.

Кажется, это сработало, поскольку Старк шумно выдохнул, его лицо расслабилось, а рука обвилась вокруг меня; я теснее прижалась к возлюбленному и провалилась в глубокий сон без сновидений.


Ты Зрением Истинным узришь сама: | Призванный | Калона