home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Время до Богдана Хмельницкого


' Один за всех, все за одного, а все вместе за Украину и веру христианскую — вот правило, воодушевлявшее наше казачество.

Из украинских летописей

К началу XVI века Киевская Русь — Волынь, Подолия и Поднепровье — входила в состав Великого княжества Литовского и Польши.

Южная окраина княжества терпела постоянные набеги и разорения от орд крымских татар — литовско-польскому государству необходимо было принимать меры по защите границы. Нападение крымцев делалось все грознее и опустошительнее, отряды врагов продвигались все дальше в глубь страны, и Литва с 1506 года начала платить дань крымскому хану. Это, естественно, не помогло, и в 1511 году в городе Пиотрокове был созван большой сейм для обсуждения татарской проблемы.

Воевода Евстафий Дашкович предложил сейму создать передовую охранную линию в низовьях Днепра: «Необходимо для сего учредить деятельную стражу только из

двух тысяч воинов. Они могли бы разъезжать на малых судах и лодках между днепровскими островами и порогами, препятствуя татарской переправе. Для прикрытия сей стражи острова следует укрепить, а для доставления ей жизненных припасов нужно не более 500 всадников».

Сейм одобрил проект Дашковича и постановил организовать в низовьях Днепра четырехтысячное войско, на вооружение и содержание которого собрать особый земельный налог. Войско, охранявшее Подолию, возглавил Евстафий Дашкович, который упорядочил Запорожскую Сечь, ставшую ядром украинского казачества.

Историк М.А. Караулов писал: «Дашкович деятельно принялся за осуществление своего великого, как оказалось, плана. Именно этим-то обстоятельством, что в запорожском внутреннем строе, быту и порядках с первых же шагов бросаются в глаза черты военного устройства как древних государств Спарты и Рима, так и позднейших рыцарских орденов».

Дашкович отобрал 4000 казаков, разделил их на полки и сотни, поставил над ними старшин, полковников, есаулов, сотников и десятников, устроил казацкий суд из старших казаков. Ежегодно он менял две тысячи казаков, содержавшихся в Запорожье, на других, отпуская первых «в поле, в степь». С самого начала украинское казачество делилось на два вида — служащих на границе и живущих дома до того времени, пока их не позовут в военный поход.

Первый поход состоялся в 1516 году — 1200 запорожцев во главе с Дашковичем дошли до Ак-Кермана в турецких владениях, разбив татар, и вернулись, пригоняя в Сечь добычу — 500 лошадей и 3000 голов скота. Казакам Е. Дашковича в походах против татар помогали полки князя Константина Острожского в 1522 и 1523 годах. До этого, в 1515 и 1521 годах, казаки ходили в набег на московские окраины по приказу литовско-польского правительства.

Днепровская стража поначалу все же была малочисленна и не могла бороться с большими войсковыми соединениями врага. Большое казачье войско было поручено сформировать командующему войсками на украинских землях гетману Богдану Рожинскому. Он организовал двадцать местных полков по две тысячи казаков в каждом и разделил их на сотни. Они получали свои названия по городам и селам, где находились — «Киевского полка, Киевская сотня»; возглавлялись полковниками и сотниками. Все 40 ООО украинских казаков были зачислены в реестр — именной список; они и назывались реестровыми. Половина казаков — конная, вооруженная за собственный счет ружьями, пистолями, саблями и копьями — была предназначена для действия «в поле», вторая половина, пехота, вооруженная ружьями, копьями и кинжалами, предназначалась для обороны городов и местечек. Во время военных действий реестровые казаки получали жалованье, иногда одежду. В мирное время занималось ремеслом, хозяйством, торговлей. Они были освобождены от налогов.

Из казаков, не вошедших в реестр, были созданы полки охочекомонных — конных добровольцев. Эти полки назывались по именам назначаемых гетманом полковников. В зависимости от международной обстановки их было от пяти до двадцати.

После смерти Дашковича атаманом запорожцев был избран Дмитрий Вишневецкий, участвовавший в походе против крымских татар вместе с войсками Ивана Гроз-мого. Потом он совершил несколько походов в Крым сам. іачорожцам еще во времена Дашковича передали города Канев и Черкассы, и бои их с татаро-турецкими набегами теперь велись не только на земле — казацкие чайки (лодки) видели и под Стамбулом; денежных средств на их снаряжение хватало.

В 1569 году Великое княжество Литовское и Польша окончательно объединились в одно государство — Речь Посполиту. Казачьи полки поступили под начало особого «казачьего старшого», непосредственно подчиненного коронному гетману. Запорожская Сечь не подчинилась королю Сигизмунду и, несмотря на его письма и универсалы, как всегда, дралась с татарами и турками. В результате недальновидной польской политики в 1574 году состоялось нашествие крымских татар на Речь Посполиту. Татары набрали громадный полон, а что не унесли и не увели — уничтожили и сожгли и вернулись в Крым.

В 1575 году польским королем стал Стефан Баторий. Он попытался упорядочить казачество, которого власть уже страшилась. Баторий уменьшил реестр до 6000 человек, которых разделил на полки со старшиной и судом. Казачьего гетмана выбирали сами казаки, король утверждал — или нет. Кроме Терехтемирова, была построена гетманская столица Батурин. Баторий воевал с Иваном Грозным, и ему было нужно, чтобы казаки не трогали турок и татар, с которыми Речь Посполита подписала мир. Однако эти меры привели не к тем последствиям, которые ожидал Баторий.

Городами реестровых казаков стали Киев, Белая Церковь, Корсунь, Константинов, Бар, Черкассы, Чигирин, Кодак, Ямполь, Брацлав, Винница, Умань, Чернигов, Переяславль, Лубны, Фастов. Они получали постоянное жалованье и одежду.

Однако более 30 ООО бывших реестровых казаков лишились казачьих прав и привилегий и должны были перейти в крестьянское сословие — «поспольство», рискуя стать крепостными польских панов.

Казаки шли в Запорожскую Сечь, которая стала полностью независимой, несмотря на попытки Батория обуздать запорожцев, которые вопреки запретам короля выбирали себе кошевого атамана. Их количество превысило 20 ООО человек.

В 1586 году, после смерти Стефана Батория, Сигиз-мунд III начал притеснять украинских казаков, их земли раздавались польской шляхте. В 1587 году казаки во главе с гетманом Иваном Подковой, ломавшим подкову двумя пальцами, подняли восстание. Поляки объединились с турками и подавили восстание, казнив Подкову во Львове — публично, на рынке.

В 1590 году сейм лишает казаков избирательных прав, что вызывает массовое казацко-крестьянское восстание под руководством польского шляхтича Кшиштофа Ко-синского, подавленное в 1593 году. В 1594—1596 годах на Украине произошло восстание казаков под началом Северина Наливайко. Однако его войско было разбито, сам он казнен поляками — Наливайко живьем сожгли в раскаленном медном быке в Варшаве.

В 1596 году на Брестском соборе была провозглашена уния с римско-католической церковью, объявленная господствующей религией, Православная церковь была объявлена вне закона. Это было начало конца Речи Посполи-той, хотя именно тогда казалось, что польские паны окон-ч.цельно завладели Украиной. Но не Запорожской Сечью, и которую все шли и шли казаки.

Новым украинским гетманом в 1606 году был назначен Петр Сагайдачный. Казаки участвовали в польском походе на Москву во время Смуты, но после заключения її 1616 году Деулинского перемирия казаки уже не были нужны Польше, снова начавшей проводить антиказацкую политику. Петр Сагайдачный отправил посольство в Москву — казаки предлагали себя на службу московскому правительству. Тогда Москва не ответила.

Опираясь на православное духовенство, мещанство и казачество, Сагайдачный вместе с казачьей старшиной, православной шляхтой, Киево-Печерским монастырем, при содействии патриарха Иерусалимского Феофана, остановившегося в Киеве по дороге домой, в 1620 году тайно восстановил православную иерархию во главе с митрополитом Иовом Борецким. Король не признал восстановления и приказал схватить православных епископов, но церковь охраняли казаки, и королевские приказы не выполнялись. В 1621 году благодаря участию украинских казаков Польша разгромила турок под Хотином — наступление турок на Европу было задержано. Тем не менее поляки не возвратили казакам прав и привилегий, которые они имели при Стефане Батории. Но Сагайдачный, имевший под ружьем более 30 ООО воинов уже именовался гетманом обеих сторон Днепра и всего войска Запорожского.

Перед битвой под Цецорой на р. Прут в 1620 году польский гетман Жолковский отказался от участия запорожцев в бою, сказав: «Не хочу воевать с Грицками, пусть пасут свиней». Турки разбили поляков, сам Жолковский был убит, гетман Конецпольский захвачен в плен, убиты

тысячи поляков; погибли и многие реестровые казаки, в том числе отец Богдана Хмельницкого Михаил. Выяснилось, чего стоит польское войско без украинского казачества. Хотин это подтвердил.

В 1622 году Сагайдачный умер от ран, полученных при Хотине. Началось новое польское давление на Украину. В 1625 году после переговоров гетмана Конецполь-ского с казаками была составлена «Ординация» 1625 г. — «Реестровых казаков должно быть 6000 мужей, 1000 из них будет пребывать за порогами, чтобы следить движения врагов. Плата этим казакам должна быть 60 000 польских злотых на один год, получаться она будет в Киеве после праздника святого Ильи. Казакам запрещено выходить в море и начинать войну с турками и татарами, а все их чайки должны быть сожжены. Казаки могут выбирать себе старшего, однако без титула гетманского, и он должен утверждаться польским гетманом».

Не попавшие в реестр назывались «выписчиками» и не считались казаками. Естественно, это соглашение не было выполнено. Польские войска стали гарнизонами в украинских городах. Люди говорили — «они пришли уничтожить веру православную и погубить народ». Крестьян, живших в слободах, стали превращать в крепостных.

В 1628 году запорожцы избрали гетманом-атаманом Тараса Трясило, который в 1630 году под Переяславлем во главе тридцатитысячного войска разгромил армию гетмана Конецпольского, уничтожив цвет польских воинов, захватил пушки поляков и весь их лагерь с оружием и снаряжением. Казачья победа получила название «Тарасовой ночи». На Украине говорили, что убежавший с поля боя Конецпольский в битве потерял больше воинов, чем за иI к) четырехлетнюю войну со шведским королем Густа-иом. Тарас Трясило обманом был захвачен и казнен. Ка-ицким гетманом стал Антон Конашевич-Бут.

В 1632 году польским королем стал Владислав IV. Шла нойна с Московским царством, и казаки опять стали ему нужны. В 1633 году для успокоения украинского народа была, наконец, легализована Православная церковь, но главе которой стал митрополит Петр Могила. Поляки подписали «Грамоту примирения» — «1) чтобы в землях русских были два митрополита, униатский и православный; 2) в Полоцкой епархии должны быть тоже два нладыки; 3) в епархиях Перемышльской и Львовской будут только православные епископы; 4) Луцкую епархию униаты уступают православным; 5) православным должны вернуть некоторые церкви и монастыри; 6) в епархиях униатских свободно православным сноситься к православному епископу, а униатам в епархиях православных к униатским епископам». Несмотря на подпись короля, грамота не исполнялась.

В июле 1635 года в устье Днепра была построена поляками крепость Кодак — чтобы препятствовать бегству украинцев в Запорожскую Сечь. В том же году крепость была взята приступом запорожцами во главе с кошевым Сулимой и разрушена до основания, большой польский гарнизон уничтожен. Гетман Конецпольский догнал запорожцев и захватил Сулиму, который был четвертован в Варшаве.

В 1637 году началось новое казацкое восстание П. Пав-люка и Д. Гуни. Через год польское войско Н. Потоцкого разбило казаков, Павлюк был захвачен в плен и через некоторое время жестоко казнен. Петр Симоновский писал:

«Гетман Потоцкий вблизи Корсуни атаковал казаков, и как не имели они много конницы, то вскоре были ПОбеждены, а остальные принуждены были бежать и спрятаться в Боровичах, где Потоцкий легким способом осадил их, так как то место не было укреплено, и как оттуда спастись было чем не можно, то, по требованию Потоцкого, на пароль выдали они ему своего гетмана, Павлюка, с прочими четырьмя главнейшими старшинами, которым всем во время сейма в Варшаве, несмотря и на пароль, головы отсечены. Но сего не довольно: больше всего последовало несчастье, что казаки, за потерей своих шефов, потеряли и город Терехтемиров, а всего более и привилегии, данные им от короля Стефана Батория, а притом и форму их казацкую».

Часть казаков ушла на правый берег Днепра, где стала громить имения злейшего врага украинцев Иеремии Вишневского. Восстание жестоко подавил польный гетман Н. Потоцкий.

Сейм принял «Ординацию» 1638 г., которая отменила Круковское соглашение, упразднила казацкие выборы, оставив только 6000 реестровых казаков. Н. Потоцкий пошел на Запорожскую Сечь, но неудачно. В том же году началось восстание казаков под руководством С. Остря-ницы и Р. Гуни — в Приднепровье. Восстание было жесточайшим образом подавлено поляками, восстановившими и Кодак.

Украинские историки писали: «По побитых отцах и матерях остались дети, которые держали в душе ненависть к гонителям народа, ненависть, которая заглушала любой страх перед муками и смертью. За десять лет собирается весь народ целой Украины под начальством мстителя Богдана Хмельницкого и начинает новую великую и славную борьбу не на жизнь, а на смерть; вста-

• і ограбленный, оскорбленный во всех чувствах украин-. кий великан лицом к лицу своевольного бессердечного цінителя своего и рассчитывается с ним горьким крова-мым расчетом».

«Этому ужасному восстанию, «Руине», — писал Н. Берс шн,— предшествовал целый ряд мятежей, которые (імли подобны предостерегающим колебаниям земли в окрестности вулкана перед его взрывом и катастрофой и шержения. В каждом восстании или войне главную роль играли казаки, особенно запорожские, к которым, едва они появлялись на Украине, присоединялись тол-ш>1 хлопов. Каждый раз польскому правительству удавалось или подавить восстание победами и следовавшими іа ними жестокими мерами, или заставить казаков подчиниться путем переговоров, причем с каждым успехом поляков казацкие вольности урезывались. И если вначале в своих увещевательных грамотах польские гетманы обращались к казакам «как люди рыцарские к таким же рыцарским людям», то под конец, под влиянием успехов и раздражения, вызываемого повторениями восстаний, поляки стали рассматривать казаков не в качестве рыцарских людей, а считали их просто грубыми хлопами, с которыми нечего церемониться. Так, начиная с конца XVI и все начало XVII века происходили бунты, связанные с именами Косинского, Наливайки, Павлюка, Сулимы, Остряницы. Как ни храбро бились казаки и хлопы с ляхами за землю, за вольности, за веру православную, но справиться с громадным и сильным Польским государством они собственными силами не могли, и в 1638 году сила сопротивления украинского народа, казалось, была сломленной. В казацком звании остались записанными всего 6000 человек, но из старых прав и вольностей у этих 6000 не оставалось почти уже ничего; их преврати-

ли в пограничную стражу против татар и отдали в полное распоряжение польского коронного гетмана, разделив на шесть полков. За казаками признавалась земельная собственность, на «вечном и наследственном», т.е. на шляхетском праве, а вся остальная, не вошедшая в реестры масса теперь уже неминуемо должна была обратиться в «поспольство», в народ, в мещан королевских городов или в панских подданных.

«Плотина перехватила русло старой вольной украинской жизни и остановила ее течение», — пишет об этом историк украинского народа А. Ефименко.

Кое-как начал действовать прилаженный на Украине механизм того государственного и общественного строя, который принесла сюда Польша. Но плотина ли оказалась малоустойчивой, сила ли сдерживаемой стихии слишком великой, только всех приспособлений, со всей затраченной на них Польским государством энергии, хватило лишь на 10 лет.

Все было снесено ужасающей катастрофой 1648 года».

Время Богдана Хмельницкого

Кто за Бога, за того Бог.

Б. Хмельницкий

Начавшаяся в 1648 году Освободительная война украинского народа против польской оккупации объединила всех — казаков, крестьян, мещан, духовенство, большую часть казацкой старшины, шляхту. Во главе освободительной борьбы стал Богдан Хмельницкий. Приближалась развязка, грозная и страшная.

Историк О. Бодянский писал: «Польские летописцы имнодят начало рода Зиновия-Богдана Михайлова сына Хмельницкого из Жмуди, но он произошел в свет (около I '>% года. — Авт.) из малороссийского местечка Лисян-I II. где отец его имел с предков свой дом. Михаил Хмельницкий, находясь при воеводе русском, Иване Данило-ииче, отдал сего сына в услужение и в должность писца, вписывавшего получаемые из Чигиринского староства, пожалованного Даниловичу от короля, подати. После отдан он, Зиновий, продолжать учение иностранных языков

в сражениях против татар, нападавших на Польшу, выказал славные подвиги. В одном из сражений с турками и татарами (в 1620 году под Цецорой. — Авт.) Богдан лишился отца своего, от татар убитого, а сам был изят в плен, а по прошествии двух лет, освободясь от плена, служил по-прежнему в войске.

При строении крепости Кодака гетман Конецпольский, говоря бывшим пред ним казакам, для чего сия крепость строится, спросил: «Угодна ли сия крепость для вас, казаков?» — то Хмельницкий отвечал на латинском языке: «Нет ничего крепкого из тех вещей, что человеческими руками сделано, ибо ими же и в разорение приведено будет».

Гетман Конецпольский, ясно поняв, что значил ответ Хмельницкого, расспросил о нем, кто он такой, и приказал приглядывать за ним. Хмельницкий, бывший со своей стороны предупрежден, всячески старался освободиться от подозрения, и жил в Субботове, местечке, которое дано было во владение от воеводы Даниловича его отцу, а ему, Богдану, по наследству доставшееся, где он и женился».

Богдан Хмельницкий был крупнейшим политическим деятелем своего времени, поставившим перед собой за дачу освобождения украинского народа «из ляшской не воли». Он бы был прирожденным дипломатом, кроме польского свободно владел латынью, турецким и татар ским языком, был выдающимся стратегом, полководцем и организатором, применил новые методы войны против вооруженных сил шляхетской Польши. Хмельниц кий организовал народную армию, которая подчинялась единому военному руководству, была тесно связана с восставшим народом, охранявшим ее тыл и фланги. Из военной школы Хмельницкого вышло много талантливых учеников, среди которых выделяются Максим Кривонос и Иван Богун.

С Освободительной войны украинского народа под руководством Богдана Хмельницкого началась новая эпоха история Украины — эпоха возрождения украинской державности. Этому очень способствовала польская шляхта. Знаменитый французский инженер Г. Бо-план, почти 20 лет строивший замки и города в Речи По-сполитой, писал: «Шляхта живет как в раю, а украинское поспольство как в чистилище, а если селянам случится попасть в неволю лихому пану — их положение хуже, чем у галерного раба».

Достоверных сведений о Богдане Хмельницком до 1648 года очень мало, а вся его жизнь овеяна легендами. Он родился около 1595 года в дворянской — шляхетской — семье, имевшей герб «Абданк». Исследователи говорят о двух возможных вариантах происхождения Хмельницких — Хмельник у Перемышля на Галичине и Переяславщина. Недаром, наверно, там проходила Переяславская Рада 1654 года.

Отец Богдана Михаил Хмельницкий служил у Костного гетмана Жолкевского в Желкве, потом у зятя

1.о/1кевского— Яна Даниловича— на Львовщине. Ко-| м того назначили старостой Корсунским и Чигирин-. мш Михаил Хмельницкий переехал туда с Яном Дани-п «ничем. Он отвечал перед воеводой за Чигирин и Ли-

........ Под Чигирином Михаил Хмельницкий получил

ч V гор Субботов. Он погиб в 1620 году в битве с турками под Цецорой в Молдавии. Богдан там же был взят в и иен и через два года был выкуплен матерью. Хмельницкий служил в Чигиринском полку, очевидно, исполняя функции и обязанности отца, женился на Ганне Собко, жил в Субботове.

Богдан Михайлович завоевал в казачестве большой .ип оритет — в 1637 году он был войсковым писарем, его иодпись стоит на воинских документах. В 1638 году в со-

I гаве делегации он ездил к королю. В том же году поляки значительно сократили реестровое войско, старшинами которого стали, в основном, поляки. Богдан Михайло-нич потерял должность писаря и стал обычным сотником Чигиринского полка. В 1645 году 2000 украинских казаков ноевали во Франции. Посол де Брежи писал кардиналу Мазарини о том, что у казаков есть талантливый полководец Б. Хмельницкий — «человек образованный, умный, хорошо знает латынь, он готов помочь нам». Неизвестно, ходил ли Хмельницкий во французский поход.

В 1646 году польский король Владислав IV захотел воевать с Турцией, но шляхта не поддержала его. Он решил организовать нападение на Стамбул украинских казаков, чтобы спровоцировать турок, и тайно вызвал в Варшаву есаулов Барабаша и Караимовича и сотников Нестеренко и Хмельницкого, Владислав дал им знамя, деньги и грамоту, увеличивавшую количество реестровых казаков до 12 ООО воинов. Короля «сдали» советники, и польский сейм 1646 года отменил королевское решение.

С 1632 года Корсунским и Чигиринским старостой был сын коронного гетмана Конецпольского — Александр. Во время отсутствия Богдана Михайловича он натравил своего служащего Чаплинского на хутор Хмельницкого. Чаплинский разрушил Субботов, забрав все, что имеет ценность, забрал его жену и страшно избил сына. Хмельницкий официально добиться правды у поляков, естественно, не смог — шляхта вообще считала, что украинцы не должны владеть имениями. Некоторые украинские историки говорят о встрече Хмельницкого с королем — «Ты не выиграешь свое дело в суде, и тебе не остается ничего другого, как противопоставить силу против силы. Пора бы вам вспомнить, что вы воины и на боку у вас сабля. Кто вам запрещает постоять за себя?»

Богдан Хмельницкий чудом избежал ареста и ушел в Запорожскую Сечь. Разгром поляков начинался именно оттуда.

Историк М. Караулов, сам казак, писал в начале XX века в «Очерках казачьей старины»: «Вторая половина XVI века и весь XVII век — время наибольшего расцвета и развития казачьих сил. В эти полтораста лет казачество растет, крепнет, вырабатывает свой строй, завоевывает себе положение крупной государственной силы и совершает длинный ряд изумительных подвигов, создавших казачеству ту громкую боевую славу, которой оно пользуется и доныне.

Героическая отвага, бесшабашная удаль, безумная храбрость казачьих набегов XVI—XVII веков превосхо-пн всякое вероятие. На своих челнах, имевших около 7 метров в длину и около 2 в ширину, казаки совершали михие набеги на отдаленные берега Черного и Каспий-

• кого морей. Не страшили казаков ни морские «хурти-ИІ.І», ни многопушечные турецкие корабли. Вооруженные только ружьями и саблями, они смело налетали на турецкие «бусы-галеры» — большие военные корабли, ходившие на веслах*— брали их на абордаж, истребляли нсех сопротивлявшихся, а томившихся на судах пленни-ков-христиан отпускали на свободу. Все чаще и настойчивее слышатся жалобы турок, крымцев, ногайцев на ка-мчьи набеги.

В бою не жалели казаки своих голов, но зато потоками лилась басурманская кровь. И только благодаря невероятной храбрости казаков, их бесшабашной удали создалась та слава казачья, которая заставляла врага дрожать уже при одном только имени казака. Казаки пришли — значит, все погибло, спасайся кто может, а о сопротивлении нечего и думать. Кафа, Козлов, Очаков, Синоп, Трапезунд, даже сам Стамбул вечно трепетали под угрозой казачьих набегов.

Совершали казаки и сухим путем блестящие походы в глубину басурманского края. Особенно успешен был поход гетмана Богдана и есаула Нечая в 1576—1578 годах, когда казачья армия победоносно прошла сухим путем вокруг всего Черного моря. Послав есаула Нечая на лодках с 5000 запорожцев, гетман Богдан с остальным войском двинулся прямо на Крым. Разгоняя встречные передовые татарские отряды, он уже приближался к Перекопу, когда навстречу казакам выступил хан Девлет-Гирей со всеми крымскими силами. Произошло жестокое кровопролитное сражение. Более часа шла орудийная стрельба. Татары пустили в дело свой резерв — панцир ных всадников, но, истощив все усилия, ничего не достигли. Казаки, ободренные неудачей противника, с новой решимостью ударили на врага, потеснили его и обрати ли в бегство. Разгромив крымцев, перебив и перетопив в морском заливе целые тысячи врагов, казаки подступили к стенам Перекопа. Конница обошла Перекопские валы и рвы по воде с фланга, ударила в тыл защитникам. Пере коп был взят: гарнизон упорно сопротивлявшийся, вырезан, укрепления разрушены, а город предан пламени.

От Перекопа гетман поспешил идти против Кафы, которую уже обложил с моря Нечай. Недолго продержалась Кафа — решительным приступом казаки овладели городом, не ожидавшим опасности с суши. Из Кафы казаки пошли на Бахчисарай и Козлов, куда двинулся морем и Нечай. Видя неминуемую гибель, хан попросил мира. Гетман не стал бить лежачих: освободив всех христиан, томившихся в неволе крымской, он с богатой добычей вернулся в Малороссию, чтобы на следующий год с новыми силами нанести удар уже самому оплоту мусульманства — Турции.

Отправив Нечая опять морем с 3000 запорожцев, гетман Богдан с сухопутным конным и пешим войском прошел крымские степи, переправился через Кубань в земли черкесов, признававших над собой главенство Турции, и предал огню и мечу все черноморское побережье. Нечай деятельно содействовал с моря успеху сухопутной армии. Все сокрушая и опустошая на своем пути, казаки прошли Кавказ, разграбили цветущие поселения в окрестности Трапезунда и Синопа и по всему побережью Анатолии до самого Константинополя. Казаки все-таки не решились штурмовать столицу мусульманского мира, ограничившись опустошением ее окрестностей, прошли цалее через европейскую Турцию, радушно встречаемые единоверными и единоплеменными болгарами. Уничтожая на всем пути турок, захватывая их крепости и города, казачье войско со славою и несметной добычей возвратилось к родным очагам.

И такой блестящий поход казаки совершили в то время, когда вся Европа трепетала перед грозой непобедимого турецкого оружия. Уж одного этого подвига было бы достаточно, чтобы обессмертить казачью славу в памяти потомства, даже если бы казаки не совершали остальных своих бесчисленных и беспрерывных набегов.

Ежегодно, не сухим путем, так морем, ходили казаки, то побуждаемые «нуждою великой, голодом и холодом; зипунов добыть, то достать «языка» — «для подлинного ведомства и прямых вестей», а то и просто ратному делу поучиться, «пороху понюхать» — «какой же казак, коль пороху не нюхал». Казачество само заботилось о развитии казачьей удали, силы и храбрости».

В конце декабря 1647 года Б. Хмельницкий в Запорожской Сечи начал создание казацкого войска. Гарнизон реестровых казаков, стоявший в Сечи, перешел на его сторону. В начале 1648 года он заключил союз с крымским ханом, недовольным невыплатой дани Польшей, и получил от него четырехтысячную орду перекопского Мурзы Тугай-бея. Его тыл был обеспечен. Богдан Хмельницкий был избран гетманом, и на Сечь тайными тропами пошли украинцы, чтобы принять участие в восстании.

Исследователи говорят о речи Б. Хмельницкого на гетманских выборах: «Братья! Нет для нас правды в Польше. Переживаем мы тяжкие времена, но будут еще грознее и хуже — сенат польский хочет погубить все казачество до последнего человека. Должны ли мы и дальше терпеть наше рабство, позволять ковать себя в кандалы и цепи; позволим ли мы и дальше погибать всем нашим братьям на Украине?»

Через короткое время на Запорожской Сечи собралось несколько тысяч воинов. Не помогали никакие запреты и наказания с польской стороны, чтобы не допускать народ на Сечь; все строгие меры, принятые против таких беглецов, не только были безуспешны, но еще более раздражали народ и побуждали его переходить на сторону, где могла быть получена свобода.

Казаки организовывались в войско, гетман которого имел все знаки власти — хоругвь с золоченой головкой, позолоченную булаву, украшенную дорогими камнями, серебряную войсковую печать.

Когда известие о деятельности Б. Хмельницкого дошло до коронного гетмана Николая Потоцкого, вельможа заявил: «Позор посылать большое войско против какой-то никчемной шайки хлопов» и выслал против нового украинского гетмана реестровых казаков, которые перешли на сторону своего народа.

Потоцкий собрал войско и двинулся на Б. Хмельницкого, который вышел ему навстречу — весной 1648 года.

Впереди 20-тысячной армии гетманов Н. Потоцкого и М. Калиновского шел авангард сына Н. Потоцкого, Стефана, в котором, по разным оценкам, было от 2000 до 6000 человек. Хмельницкий дал С. Потоцкому углубиться далеко в степь и оторваться от основных сил. Войско Б. Хмельницкого, от 4000 до 8000 человек, ждало поляков у реки Желтые Воды, впадавшей в Ингулец.

5 мая 1648 года началось сражение. На следующий день польский авангард в .урочище Княжий Байрак был полностью уничтожен — войско Хмельницкого ударило в лоб, татары Тугай-бея с тылу.

Сам Стефан Потоцкий был ранен и на следующий день умер. Среди пленных были главный комиссар над казаками Шемберг, Стефан Чернецкий, Ян Сапега, Иван Выговский, впоследствии ставший гетманом — после смерти Б. Хмельницкого.

Украинский историк начала XX века писал: «Хмельницкий дня 5-го мая выехал на коне перед своими запорожцами и обратился к ним громким голосом:

«Рыцари — молодцы, славные запорожцы! Пришел час постоять грудью за православною веру. Бог вам поможет! Стойте смело против гордой польской силы. И чего вам бояться? Отцы наши били их наголову, а вы — сыны тех же могучих предков ваших! Покажите свою удаль, да будьте славы и рыцарства вечного. Кто за Бога, за того Бог!»

После этой жаркой речи Хмельницкого кинулось одушевленное казачество на польский табор с великим криком, ворвалось в самую середины польских войск и начало страшное опустошение. Польское войско в первые минуты стояло оцепенелое, в мертвой тишине, а потом начало в страхе убегать. Но им не повезло. Со всех сторон налетали то казаки, то татары. Видя свое безвыходное положение, поляки стали отчаянно отбиваться. Казаки отобрали у поляков пушки и начали из них пальбу. Целое польское войско превратилось в трупы, только их небольшое число начальников попало в татарскую неволю.

О битве сей и победе — великой и славной под Желтыми Водами — осталась до сей поры память в казацкой песне: «От Желтых Вод до Княжих Байраков зеленое поле зарябилось не весенними цветами, а панскими телами. Высыпался Хмель из мешка, наделал беды панам-ляшенькам, напились они желтой водицы, да видно хме лю было много заправлено, не устояли на ногах. Да будет слава Хмелю-Хмельницкому, что освободил родную мать Украину от тяжкого ярма и неволи ляшской».

Гетман Н. Потоцкий был уже в Чигирине, но, услышав о разгроме авангарда, начал отступать, думая, что их намного меньше, чем казаков. Новая битва произошла под Корсунем 16 марта. За несколько дней до этого умер польский король Владислав.

Украинские и татарские конники обогнали поляков и под Гороховым урочищем между двумя возвышенностями перекопали дорогу, сделали засеки, а по бокам построили шанцы, где и ждали поляков.

Туда Богдан Хмельницкий и загнал поляков, силы которых с казаками были примерно равны. Обоз польского войска завяз в топких местах, лошади не могли передвигаться в глубокой грязи. Поляки спешились, но развернуться в боевой порядок не смогли. Со всех сторон из-за засек их обстреливали. Бой в Крутой балке кончился полным разгромом польского войска.

«Поляки застряли в рвах и болотистых местах, где лежали срубленные деревья и навалены были камни, — писал украинский историк, — тут выскочили укрытые в засаде казаки и ударили просто в лоб испуганным и до крайности растерянным польским солдатам, а в то же время сзади наступал уже на них Хмельницкий с главными своими силами. Так попались Потоцкий и Калиновский в такую ловушку, из которой уже не было способа иыйти им здоровыми. В большом беспорядке кидалось польское войско то в лес, то в болото, а всюду вырастали как из-под земли казаки и рубили поляков как снопы. 11отоцкий, видя, что нет спасения, поддался Хмельницкому в совершенном поражении. Весь польский лагерь с обоими начальниками, вся артиллерия, все военные запасы достались в казацкие руки».

В плен казакам попали оба гетмана, 30 знатных шляхтичей, 130 офицеров, более 8000 солдат, сорок пушек. Знатных поляков отдали татарам, позднее получившим за них громадный выкуп.

Речь Посполита одновременно потеряла короля, командиров и армию.

Казацкий триумф был необыкновенный, а победа — такой еще не было в казацкой истории.

Из Корсуня Хмельницкий выступил и к лету освободил все Правобережье от поляков. Восстало крестьянство в Галичине, Волыни, Беларуси. В июне все Левобе режье было очищено от войск Вишневецкого, правнука одного из основателей Запорожской Сечи и садиста, говорившего о казнимых жесточайше украинцах — «мучьте их, пусть чувствуют, что умирают». 1648 год стал для Польши страшным годом, переполох и тревога между поляками поднялась до высочайшей степени, многие из них убегали целыми семьями за границу.

Русский историк Н. Березин писал: «В течение каких-нибудь 2—3 недель вся Украина поднялась, как один человек, притом в такой момент, когда Польша очутилась без войска и короля. Все, что было на Украине шляхетского — владельцы замков, их клиенты, челядь, сломя голову кинулось спасаться от потопа, красневшего заревом пожаров и ручьями крови, между тем как хлопы или валили толпами в лагерь Хмельницкого, или на свой страх принялись мстить своим притеснителям. Спустя немного недель Украина была очищена от своих врагов. Все, кто не успел бежать, были немилосердно избиты.

Богдан Хмельницкий основал свою квартиру у Белой Церкви и занялся организацией армии. Основу ее составили 16 проверенных в боях казацких полков численностью около 40 ООО человек. Всего в армии гетмана собралось 100 ООО человек. Во главе полков стояли соратники гетмана — Иван Выговский, Семен Морозенко, Иван и Данила Нечай, Михаил Кричевский, Максим Кривонос, Иван Богун, Филон Джеджалий, Максим Нестеренко, Иван Гиря, Мартин Небаба, Василий Золотаренко.

Еще в мае 1648 года Богдан Хмельницкий опубликовал в Белой Церкви универсал, в котором объяснил причины, побудившие его начать освободительную войну, и звал народ восстать объединенными силами против врагов православной веры и свободы. В 1847 году его опубликовал Петр Симоновский.

«Зиновий Богдан Хмельницкий, Гетман славного войска Запорожского и всея по обоих сторон Днепра сущей Украины Малороссийской.

Вам, украинским по обеих сторонах Днепра реки шляхетным и посполитным большего и меньшего и всякого чинам людям, а особенно шляхетно рожденным казакам, братии нашей знаменитой, сим универсалом нашим объявляем, что не без причин серьезных должны мы были начать войну и поднять оружие на поляков, в результате чего, при всесильной помощи Божественной, на Желтой Воде мая 8-го, а потом под Корсунем мая 16-го, с теми поляками произошло, то вам всем уже известно. Те-иерь мы узнали, что поляки этим несчастием разгневаны и разъярены и около Вислы и за Вислой княжата собирают на нас войско, и короля своего на нас натравливают и возбуждают, чтобы со всеми силами своими прийти на Украину и завоевать нас огнем и мечом в прах, жилища паши разорить, в пепел сотворить, нас всех убить, а коих и немилостивую неволю забрать и продать за Вислу. Они хотят славу нашу, известную не только в части света Европейского, но и за морем Черным в странах Азиатских, уничтожить. Решили мы не против Короля, милостивого Пана нашего, но против поляков гордых, вольности и привилегии наши ни за что ставящих, при помощи Бо-жией, встать сердцем и оружием. Для чего ставши лагерем нашим военным тут под Белой Церковью, пишем мы к вам этот Универсал, через который призываем вас всех, украинцев, братию нашу, к нам для компании военной.

Извещаем вас, что они, поляки, по вестям их же хроникеров польских, от нас, савроматов и руссов уродились, и несколько с братиею нашею, савроматами и руссами, бывши, от предков наших древних тех веков отдалились и другое именование — ляхи и поляки — себе учинили и за Вислу ушли, и там, между знаменитыми реками Одером и Вислой поселились и многие окружающие их чужие земли немецкие, западные и южные, и иные державы с людским населением военным и разбойничьим способом завоевали и покорили. Потом встали напрасно и бессовестно, как Каин на Авеля, на савроматов и руссов, с древностью природною братию свою и под предводительством Короля своего Казимира Великого, имени того Третьего, года от рождества Христова 1333 или 1339 года, умалившихся и оскудевших тогда Киевских и Острож-ских и иных русских князей наших завоевали и подчи-

нили истинные с древних земли и провинции наши сав-роматские и земли наши же русские от Подолья и Волох Вислу и аж до самых Вильны и Смоленска; длинные и обширные свои границы имеющие, а именно: Киевскую, Галицкую, Львовскую, Хелмскую, Вельскую, Подольскую, Волынскую, Перемышльскую, Мстиславскую, Витебскую и Полоцкую. И во всех тех поименованных землях и провинциях славное наше имя казацкое упразднили и, что хуже всего, братию, роксоланов, в невольничье ярмо запрягли, от веры отеческой православной душеспасительной отринули и к пагубной Унии и римского заблуждения силой и многими над совестью христианской мучениями и тиранством приневолили. А наши остатние земли от Поля Дикого, Чигирин, Терехтемиров, Переяславль, Полтава и иные многие города и села по обеих сторонах Днепра Украинские, собственность предков наших и Святым и Равноапостольным князем Владимиром Киевским, святым крещением Русь просветившего, с знатнейшими людьми и казаками погубить, а завладевши народом нашим посполитым, не только в ярмо невольничье их запрячь, но по своей безбожной воле, в душевредную, противную Унию вринуть, чего уже все признаки и документы были, когда не только многих казаков и мещан побили и добром их завладели и имением. Да и мне, Хмельницкому, от брехуна Чаплинского пришлось потерпеть. Они и веру нашу православную всегда ругали и бесчестили, священников наших благочестивых бесчестили и ругали где возможно, били, волосы и бороды рвали, резали. Какие вам всем малороссиянам от них, поляков и жидов, их арендаторов и любимых факторов, по сие время были обиды, озлобления и разорения, тут мы их всех не именуем, так как вы все их ведаете и помните. Только папомним, что двум или трем, вместе стоящим, на месте, на улице, в доме своем, нельзя было свободно говорить, то поляки строгими своими указами запретили, особо о политике молчать вам приказали.

Какое несносное время и молчание наше милость Бо-жия помогла нам оружием нашим военным отсекти, победой в двух сражениях над поляками, супостатами нашими, о том хвалим и превозносим имя Божественное, что не презрел бед и притеснений, воздыханий и слез наших, из-за поляков пролитых и проливаемых.

То, что мы войну нынешнюю с поляками начали без ведома и совета нашего всенародного, за то вы нас не ругайте, то так учинили для лучшей пользы вашей и нашей, научившись осторожности и воинскому управлению на примере прежней братии нашей, под Кумейками и на устье реки Старца с поляками в недавнем прошлом войну имевшей, и которые своими универсалами, до вас во всю Украину засланными, уведомили поляков о своем противном намерении, и поляки, предупреждены быв, победили казаков. Теперь же мы вас на военное дело с поляками призываем. Кому мила вера благочестивая, от поляков на унию переделанная, кому из вас нужна целость отчизны нашей, и честь ваіга шляхетская, поляками по-ругаемая, уничтожаемая и попираемая, тот, не как выродок, но отзывчивый и любезный сын отчизны своей, после выслушивания этого универсала, к нам в лагерь под Белую Церковь, на добрых конях исправных, с оружием, не откладывая прибудет, и встанет мужественно и смело, при всемогущей помощи Божьей, против ПОЛЯКОВ, своих грабителей, озлобителей и супостатов.

Если не изволите помочь нам в настоящей военной кампании, то если поляки нас одолеют, знайте, что и вас

3 Запорожская сечь 05 всех без исключения, ради давнего злого намерения своего, огнем и мечом уничтожат, разрушат жилье и веру поругают. Лучше и благополучнее нам за веру святую православную и за отчизну на поле брани полечь от оружия, чем в домах своих, как лежебокам, побитым быть. Если же умрем за благочестивую веру нашу, то не только слава и отвага наша рыцарская во всех Европейских и иных странах и далеких землях славно провозгласится и подвиг наш, если за благочестие умереть, будет бессмертия исполнен и стральческими венцами от Бога венчан.

Не бойтесь вы, братья наши, поляков, даже если их войско будет больше нашего, ибо Бог с нами. Этой благодати Божией уже есть знаки: первое — двукратная победа над поляками; второе — полная помощь всего войска Запорожского нам, при всенадежной помощи Божией; третье — наияснейший хан крымский со всеми ордами помогать нам готов в борьбе с поляками, при котором, для лучшей уверенности, и сына старшего Тимофея оставили, а и теперь С нами добрей военной Орды Крымской четыре тысячи с пашой Тогай-беем, мурзою знатным; четвертое — казаки реестровые, с четыре тысячи с нами, которые Днепром шли с Барабашом против нас; пятое — пред Корсунской битвой 3000 драгун к нам перешли; шестое — зачали мы войну сию с поляками не без ведома и позволения Королевского Величества Владислава IV, который при личной встрече устно сказал: «А если бы паны польские ваши привилегии не слушали и не считались с ними, то у вас есть мушкет и на боку сабля, и ею можете охранять своих и свои вольности от поляков».

Поляки мандатов и приказов королевских не слушали и непрестанные Украине утеснения налагали. А если Король, сам всему войску голова против нас не пойдет, ||| мы панов польских и их много собранного войска, как Г9Ш\ обезглавленного, устрашиться не хотим.

А вам, братии нашей, вообще всем украинцам, предки аем поспешить к нам в лагерь под Белую Церковь и м «мам вам доброго от Господа Бога здоровья и благо-1Н 1/1 учия.

Дан в лагере нашем под Белою Церковью, 1648 года, месяца мая 18-го дня».

Летом поляки сумели по решению сейма собрать вой-

I ко, примерно равное по силам войску казаков. На сейме пыли выбраны три гетмана: Доминик Заславский, Николай Остророг и Александр Конецпольский.

Начались украинско-польские переговоры. Поляки шпули время для подготовки подавления восстания. Они по требовали от Хмельницкого:

1. Казаки должны немедленно освободить всех плен-

II 1.1Х польских дворян.

2. Казаки должны отстать от татар и снова присягнуть Речи Посполитой в верности.

3. Кодаку (который взяли казаки. — Авт.) оставать-

I я в прежнем положении.

4. Виновников бунта немедленно выдать для отсылки в Варшаву.

5. Казаки обязаны выдать письмо Владислава IV.

6. Привилегии и права казацкие должны быть определены особо созданной для этого комиссией.

Естественно, украинское казачество посмеялось над польской наглостью. Переговоры не дали никаких результатов.

«Мирные переговоры с Польшей не привели ни к чему. Гордая шляхта, несмотря на то что находилась в достаточно тяжелом и сомнительном положении, не прозрела, не хотела видеть грозящей опасности, не хотела и

теперь еще отдать Украине справедливости, а поставила такие условия, которые могли Хмельницкого и весь народ только оскорбить. Видно, так в вечной книге пред начертаний было записано, что поляки в этом памятном 1648 году ни прозреть, ни увидеть не могли того, как с этого года началось несчастное распадение их державы. В августе 1648 года поднялся Хмельницкий из-под Белой Церкви и быстро пошел на Волынь к реке Случь. За ним шли отборные казачьи полки, дышащие желанием сражения», — писал украинский историк начала XX века. Предстояла битва двух стотысячных армий.

8 сентября войско Хмельницкого вступило в сражение с поляками под Пилявцами на Волыни, которое закончилось через 5 дней разгромом поляков.

Государственный канцлер Польши Оссолинский назначил князя Владислава Доминика Заславского главнокомандующим, его заместителями — Александра Конец-польского и Николая Остророга. Украинский историк писал: «Эти паны сроду не видели войны: первый из них был совершенно изнеженный в забавах, второй — молодой, еле-еле усы начали пробиваться, а третий — славный только тем, что хорошо знал латынь. Хмельницкий назвал их соответственно их способностям — «перина», «дытына», «латына». Эти три начальника повели собранное войско под Глиняны, где оно встало табором. Привычные считать хлопа за скота, паны говорили и сейчас: «Против такой голытьбы не стоит тратить пуль; мы их нагайками разгоним по полю», или: «Господи Боже! Не помогай ни нам, ни им, а только сверху посмотри, как мы вдребезги разобьем эту хлопскую толпу». Сами же отправлялись как бы не на войну, а похвастаться своими богатствами. У каждого был великолепный конь, себе ртряные или позолоченные седла, сабли с серебряными ж гавками, бархатные одежды, подбитые дорогими мерами, шапки с драгоценными камнями, сапоги с серебримыми и позолоченными шпорами, на шеях их блестели золотые цепи, за поясом торчали богатые кинжалы. Но еще большая роскошь была видна за столами во вре-м>1 их обедов и ужинов. Выставлялись кубки из золота и

* сребра, богатая посуда, каждый пан вез с собой бочки

* нином, медом, съестные припасы, сладости. Везли даже манны для купания и богатую постель».

Силы противников были почти одинаковы — у поляков было около 100 ООО солдат и 100 пушек, у Хмель-

11 и цкого — около 120 000, из которых 40 000 — плохо иооруженные селяне-повстанцы. Обоз поляков превышал 100 000 возов.

Войска сошлись на границе Подолья и Волыни, под 11илявцами. У поляков не было порядка, три гетмана противоречили друг другу, их не уважали свои же подчиненные. Утром 8 сентября Хмельницкий ударил в лоб всеми своими силами, с боков на поляков напали татары. Первыми побежали гетманы, за ними конница и пехота. Ко-нецпольский, потеряв коня, поменялся одеждой с каким-то крестьянином и убежал. В течение 5 дней казаки догоняли поляков, брали их в плен, им досталось 80 пушек, огромное количество оружия. Весь богатейший польский лагерь тоже достался казакам, по данным летописцев — на 10 миллионов злотых различных драгоценностей.

После битвы-разгрома под Пилявцами Б. Хмельницкий пошел не в глубь Польши, а ко Львову, который находился в осаде с 26 сентября по 16 октября. В Галичине и Западной Волыни с приходом казаков начались кресть

янские восстания. Несмотря на то что Львов был мощной крепостью, двойные стены были обведены рвами и валами, Хмельницкий не стал разрушать древнейший и красивейший город, который только что оставил Иеремия Вишневецкий, ограничился получением выкупа и пошел на Варшаву. Он остановился у Замостья и осадил его. Он ждал выборов нового короля, которые проходили в Варшаве, и для этого ожидания у выдающегося политика и дипломата были свои причины.

Выдающийся украинский историк Наталья Полон-ская-Василенко писала: «Не считаясь с разгромом польской армии, Хмельницкий считал, что воюет не с государством, не с королем, а со шляхтою. Он послал в Варшаву послов с требованием выбрать королем брата Владислава — Яна Казимира. Неясно, почему настаивал он на кандидатуре этого ограниченного малоинтеллигентного человека. Новому королю Хмельницкий ставил условия: амнистия для всех, кто участвовал в войне, прямое подчинение гетмана королю, отмена церковной унии, восстановление и обновление казацких прав, увеличение реестра казаков, право выхода в море и, наконец, территориальная автономия Украины.

Ожидая ответа, Хмельницкий остановился у Замостья, где и получил известие об избрании королем Яна Казимира. Причину, остановившую движение Хмельницкого на Польшу, интерпретируют по-разному. Главное — войско было усталым, в нем распространялись болезни, уже стояла поздняя осень и поход среди враждебно настроенного населения был очень опасным. Полковники не советовали Хмельницкому идти дальше. С другой стороны шансы Польши значительно поднялись, так как в октябре 1648 года в Мюнстере был подписан мир, ко-

юрый закончил 30-летнюю войну, и Австрия, союзница 11о/п>ши, могла действовать на ее стороне».

православного католиком, имевший громадные богатства и земли, уважаемый и ценимый поль-< кой шляхтой, в то же время «ненавистник украинского народа», вызывавший ярость у казаков, боестолкнове-IIия с которыми не приводили к чьей-либо победе — если и ы этот энергичный и могущественный человек стал королем вместо ограниченного Яна-Казимира, то победа Хмельницкого над Польшей безусловно обошлась бы (юлыпой кровью и очевидно отодвинулась по времени.

I ели бы на сейме в Варшаве послы Хмельницкого не предупредили поляков о непримиримой войне до победного конца в случае избрания королем Польши «бешеного Яремы», то он вполне мог победить.

Избранный король Ян Казимир прислал Б. Хмель-иицкому письмо, в котором извещал об избрании, обещал украинскому казачеству и Православной церкви различные льготы, просил прекратить поход в Польшу и ожидать королевских комиссаров для переговоров.

Русский историк Д. Н. Бантыш-Калинский писал: «Сим ознаменован конец казацко-татарского похода против поляков. Все удивлялись великодушию Хмельницкого, могшего рассеять беззащитный сейм и вместо того вступившего в переговоры с королем! Поляки говорили тогда друг другу на ухо, что Бог наказал его слепотой; меж тем как деяния сего великого мужа были основаны на глубокой политике и выгодах отечественных. Он не одним оружием намеревался победить противников, а также благоразумным терпением и осторожностью. Даровав свободу единоземцам, Хмельницкий хотя и опочил на лаврах, но, подобно покоящемуся льву, угрожал своим пробуждением».

По просьбе короля Хмельницкий снял осаду с Замос-тья и пошел на восток. В начале января 1649 года Хмельницкий прибыл в Киев во главе победоносного войска.

Казаков и Богдана Хмельницкого встречали как ге-роев-освободителей Украины от польской оккупации, как «нового Моисея». Иерусалимский патриарх Паисий, бывший тогда в Киеве, называл Хмельницкого князем Руси-Украины и главой независимого украинского государства.

В начале февраля 1649 года в Переяславле начались польско-казацкие переговоры, которые ни к чему не привели. Поляки, готовые дать незначительные уступки казакам, требовали вернуть украинских крестьян под власть польских помещиков. Украинский историк О. Субтель-ный писал: «Из года в год обе стороны воевали между собой, но ни одна сторона не могла нанести другой решительного поражения; все заканчивалось подписанием не устраивавших никого мирных условий, после чего все возвращались домой, чтобы вести военную и дипломатическую подготовку к новой войне».

Казаки выставили условия мира, которые не устраивали поляков — восстановление всех древних казачьих привилегий, изгнание с Украины евреев и иезуитов, увеличение реестрового войска до 40 ООО казаков, выдача Чаплинского, удаление И. Вишневецкого от руководства польской армией. Поляки отказались, было подписано перемирие на три месяца. Один из польских комиссаров-пе-реговорщиков записал речь Богдана Хмельницкого:

«Скажу коротко: с вашей комиссии (посольства.—

\/«///.) ничего не выйдет— теперь война должна быть! И три или четыре недели выверну всех вас ляхов верх ногами и потопчу вас так, что под моими ногами, напоследок вас султану турецкому в неволю отдам! Вы-оі.ю из ляшской неволи весь украинский народ! Сначала я за свою обиду и разорение воевал, теперь буду воевать за нашу православную веру! Поможет мне в этом вся чернь, — на Люблин, на Краков, и я ее не оставлю, так как это правая рука наша, чтобы вы не уничтожили хлопов и на казаков не ударили. Подниму двести, триста тысяч своих, и всю орду! За границу войной не пойду, сабли на турок и татар не подниму! Мне достаточно теперь Украины, Подолья и Волыни, — достаточно достатка и имущества в земле и княжестве моем — по Львов, но Холм и Галич. А встав над Вислой, скажу дальним ляхам: сидите и молчите, ляхи! И вельмож и князей туда заченю, а если будут и за Вислою брыкаться, и там их найду. Не останется у меня и ноги князя или паненки в стране; а если кто захочет к нам и отведать хлеба-соли — пусть.войску запорожскому будет послушный!» Впервые Хмельницкий объявил о стремлении соединить в одно украинское государство все украинские земли, включая и Западную Украину.

Перемирие не соблюдалось ни с одной, ни с другой стороны. Сельские крестьянские отряды без перерыва действовали против своих притеснителей на Волыни и Подолье. Селяне нападали на польские дворы, костелы, даже крепости, разрушали все до основания. Поляки делали то же самое — польское войско собиралось на Волыни; с обеих сторон возрастали ярость и ненависть, лилась кровь с обеих сторон. Новое польское ВОЙСКО ВОЗглавили Фирлей, Вишневецкий, Ланскоронский; король Ян Казимир собирал всеобщее ополчение — «посполитое рушение» — поляки поднимали против казаков всю военную силу своей державы. Украинский народ тоже шел в Чигирин — главный лагерь Хмельницкого; дома оставались старики, дети, женщины и инвалиды.

Польское войско перешло Случ и двинулось по Южной Волыни, уничтожая все на своем пути. Навстречу ему двинулся Хмельницкий.

При выходе казачьих войск навстречу польской армии весной 1649 года шляхтичи перестали рваться в бой. Польский офицер писал об этом: «Паны региментарии, пока с хлопами имели дело, чувствовали себя не плохо; а теперь, как дошло дело до настоящих казаков и татар, совсем растерялись, только один к другому ездили; дошло до того, что ночь — каждый в свою дорогу: одни в Каменец, другие во Владимир; один с другим шептались, и каждый, что имел лучшего в обозе, тянул на коня».

Польская армия отступила к мощному замку — Збаражу. Общее командование было поручено Иеремии Вишневецкому. 13 июня прошел первый штурм Збаража. Казаки целый день атаковали поляков, неся большие потери, но взять замок с ходу не смогли. «Вокруг польского вала велел гетман насыпать вал более высокий и поставил на него свои пушки, палил из них в лагерь неприятеля, тогда, как говорит один польский летописец, «дерлось хлопство на польские окопы как смола, а татарские стрелы, летая кривыми лучами, затмевали солнце». Ночью поляки подняли свои окопы выше, но и Хмельницкий поднял свои выше, так, что не только из пушек, но уже из самопалов можно было бить в польский лагерь. Вал казацкий был так высок, что как только кто и;» польского лагеря выставлял голову, в сей час его уби-мали; кроме того, врывались казаки в окопы и забирали возы со всеми припасами и хватали солдат в неволю. Один из них, бывший тогда под Збаражем, говорит: -15 тот час брат брату не смел подать помощь; ксендзы не могли готовить воинов к смерти. Хуже казацкой пальбы докучала им жара, теснота, гниение трупов и голод. Припасы были все истреблены; ничего не можно было достать за любую цену. Паны отвыкли уже от своих роскошных пиров, а кормились конским мясом, а когда и того не стало, кормились собаками, котами и мышами или грызли сырую землю; вода еще была, но с червями и сукровицей из трупов». Кроме того, дразнились и насмехались над ними хлопы, сидя на валах — когда, панове, будете вы собирать налог с Украины. Уже год, как мы вам ничего не платили, а тут кони ржут, волы топочут, на ярмарку во Вроцлав хотят. Эй, панове, годи вам в ваших норах дольше держаться, только зря кунтуши поваляли, лазячи по валам. Ведь все это наше, да и вы сами попадете в добычу татарам. Это вам посессии, аренды, панщины, издевательства! Хорошая вам была тогда музыка, а теперь вам так славно сыграли в дудки казаки!»

Хмельницкий приказал рыть ночами траншеи к польским ретраншементам и прижал шляхтичей к самым стенам замка. Поляки неоднократно посылали гонцов к королю с просьбой о помощи, но их перехватывали казаки. Наконец шляхтич Скшетуский, переодевшись казаком, со всяческими ухищрениями добрался до короля, собиравшего «посполитое рушение». Ян Казимир «отобрал у Хмельницкого булаву» и выступил с собранными войсками на помощь осажденным и дошел до Зборова. Б. Хмельницкий, забрав часть казаков, вместе с ханом и татарами пошел на короля, оставив Збараж в осаде.

Казаки находились в лесу под самым боком королевского обоза, когда поляки начали переправу через реку Стрыну. Уже переправилась половина войска, когда на короля ударил Хмельницкий. Поляков полегло много, и среди них многие представители знатных родов. Поляки продержались до ночи, но надежд на спасение было мало. Ночью на военном совете было решено подкупить крымского хана: к нему был отправлен пленный татарин с письмом короля. Хан Ислам-Гирей «отступился от Хмельницкого и под угрозой объединения татар с поляками вынудил гетмана заключить с королем Зборовский мир — в августе 1649 года. М. Грушевский писал: «Конечно, при тех условиях, при каких пришлось вести переговоры, нечего и думать было о широких планах освобождения украинского народа, для которого начата была война; приходилось возвращаться к старым вопросам казацкого реестра и прав православной веры. Если рассматривать Зборовский договор с такой более узкой точки зрения, то он был большим шагом вперед. Реестр казацкого войска устанавливался в 40 тысяч, вписанные в него казаки и их семьи могли жить в королевских и помещичьих имениях воеводств Киевского, Черниговского и Брацлавского, не подчиняясь ни правительственной администрации, ни помещикам. В этих краях не могло быть расквартировано польское войско и даже не могло входить туда. Казацкий гетман по/хучал на «булаву» староство Чигиринское. Уния подлежала уничтожению повсеместно.

Это было очень много в сравнении с тем, о чем думал Хмельницкий год тому назад, после первых погромов польского войска. Но это было ничто в сравнении с новыми планами освобождения украинского народа. Хотя вся Восточная Украина должна была перейти, по новому условию, под власть казацкого гетмана и казацкого вой-ка, однако шляхетское право не уничтожалось, громадное большинство населения, не попавшие в состав реестрового казачества, должно было возвратиться в крепостное состояние. Не того ждало украинское крестьянство, поднимаясь на призывы послов Хмельницкого».

Крымский хан, получив ежегодную дань в 90 ООО польских злотых и 100 ООО сразу, погромив украинские земли, ушел домой. Король вернулся в Варшаву, Хмельницкий, сняв осаду со Збаража, отошел ,к Белой Церкви.

Зборовский договор не был выполнен ни поляками, на тайном совете решивших дезавуировать его, ни казаками — не так-то легко было ослепленных гордостью панов польских научить простому человеческому разуму. Новая война между казаками и поляками была неминуема.

Богдан Хмельницкий возвращался домой в славе и чести. Народ встречал его как своего избавителя, с колокольным звоном, с хлебом и солью. Однако радость победы была недолгой. Польская шляхта считала условия Зборовского договора унизительными для своей державы, большим оскорблением. Митрополита Киевского в сейм не допустили, унию не ликвидировали. Хотя по договору была объявлена всеобщая амнистия, шляхта возвратилась в свои имения и начала расправляться с крестьянами. В ответ на репрессии крестьяне вновь восставали. По просьбе шляхты Хмельницкий посылал отряды для подавления крестьянского движения. Украина гневно бурлила.

Н. Березин писал: «Когда владельцы поместий начали возвращаться на пожарища своих владений и стали требовать от хлопов прежних повинностей, на что имели согласно договору право, хлопы и ухом не вели. Им не было дела до условий гетмана с королем, они знали только, что сражались под знаменами гетмана за волю и теперь не имели никакой охоты возвращаться под старое ярмо. Хлопы хотели оставаться хлопами только по имени и не хотели платить никаких податей. Возвратившимся панам хлопы предлагали «плуг валов и четыре меры солоду, будет с него, чтоб не умер с голоду». Понятно, что недоразумения и беспорядки продолжались. Паны требовали содействовать утверждению своих прав от гетмана и казаков, обязанных к тому договором, а гетман и казаки, если бы и хотели, не могли ничего учинить с хлопами. Недоразумения спустя три года кончились полным разрывом, и снова оба врага вышли в поле помериться силами».

Тем не менее, Зборовский мир дал казакам возможность организовать свое государство — запорожское казачье войско получило свою, хоть и ограниченную, территорию, основу для государственного строительства.

«Высшую власть получила казацкая рада, которая выбирала гетмана и определяла направление внешней и внутренней политики — рада общеказацкая и рада старшин, как аппарат управления, во главе с гетманом. Хмельницкий, благодаря своей харизме и славе играл главную роль, без его ведома ничего не происходило, часто он принимал решения единолично. При нем была генеральная старшина — войсковые писарь, обозный, два есаула и два судьи — гетманское министерство управления страной. Главным советником Хмельницкого стал войсковой писарь Иван Выговский, организатор и начальник генеральной канцелярии, в которой сходились все нити внут-|1синих и внешних дел. Войском управляли есаулы; обозный ведал артиллерией и снабжением.

Страну по запорожскому обычаю поделили на пол-| ц и сотни. Полковники имели военную и гражданскую пмасть, как и сотники; на местах власть принадлежала иойтам. Казаки пользовались городским Магдебургским правом и обычаями.

Распределение полков было следующее:

В городе Чигирине полковник Федор Якубовский.

В городе Черкассах полковник Иван Воронченко.

В городе Белой Церкви полковник Семен Паницкий.

В городе Корсуни полковник Лука Мозыра.

В городе Умани полковник Иосиф Глух.

В городе Брацлаве полковник Даниил Нечай.

В городе Слуцке полковник Иван Федоренко.

В городе Киеве полковник Антон Адамович.

В городе Переяславле полковник Федор Лобода.

В местечке Кропивном полковник Филон Джеджелей.

В городе Острее полковник Тимофей Носач.

В городе Миргороде полковник Максим Гладкий.

В городе Полтаве полковник Алексей Ганжа.

В городе Лубнах полковник Мартын Пушкаренко.

В городе Прилуках полковник Дмитрий Чернявский.

В городе Гадиче полковник Иван Черныш.

В городе Нежине полковник Андрей Журавский.

В городе Чернигове полковник Семен Барковский.

В городе Стародубе полковник Максим Гамалея.

В городе Почепе полковник Алексей Рославец».

Народ отказывался работать на панов, организовывал отряды, которые жгли имения и требовали, чтобы поляки вернулись в Польшу. Паны возвращались с нанятыми жолнерами и врывались в бунтовавшие села, где учи няли страшную резню. Хмельницкий, записав в реестр намного больше, чем 40 ООО казаков, понимал, что против всей Польши украинскому казачеству пока не выстоять, и готовился к войне, находя новых союзников. Однако от татарской «помощи» он отказаться не мог, так как татары тут же объединились бы с поляками против гетмана. Массы украинских крестьян уходили на другую сторону Днепра — в Слободскую Украину.

М. Грушевский писал: «Хмельницкий опираясь вначале на крымскую помощь, также вслед за тем вступил в переговоры с московским правительством, просил помогать казакам и взять под свою защиту их и «всю Русь» — всю Украину. Московские политики не понимали этого плана иначе, как только так, что украинская Русь, как давние владения Владимирова рода, должна присоединиться к Московскому царству и признать «царем и самодержцем» московского царя как наследника киевской династии и ее прав. Поэтому Хмельницкий стараясь попасть им в тон, так и ставил вопрос через своих послов. Вообще он, по давнему казацкому обычаю, хитрил и, стараясь собрать как можно больше союзников для своей борьбы против Польши, говорил каждому то, что тому было приятно слышать — лишь бы его склонить к участию в своих предприятиях. Так и московскому царю он заявлял, что хотел бы иметь его царем и самодержцем, соответственно тому, что диктовали ему московские послы — как следует ставить это предложение. И одновременно отдавался под власть султана и был принят им как вассал— имел султанскую грамоту 1650 года, в которой султан извещал Хмельницкого об этом и посылал ему кафтан, знак своего покровительства и верховенства. Сносился Хмельницкий и с трансильванским князем, приглашая стать коро-/11-м Украины, а позже отдался под охрану шведского короля,— и в то же время заключил условия с польским королем, признавая его своим верховным повелителем.

Хмельницкий имел большой политический и госу-ц,<рственный талант, несомненно любил Украину и был предан ее интересам. Но он слишком хитрил и мудрил, <ншыпе заботясь о заграничной помощи, чем о развитии . ил, выдержки, сознательности и энергии в собственном народе. Нелегко было двигать огромными народными массами, оторванными прямо от плуга, или этой изменчивой, бурной казацкой массой, привыкшей менять гетманов на протяжении нескольких месяцев. Решались слишком важные вопросы, чтобы можно было их вверять минутным настроением казачьей рады. Железной рукой Хмельницкий правил казачеством, но, не полагаясь на его выдержку, а еще менее — на народные массы, жадно искал помощи за границей».

Весной 1650 года состоялся поход казаков на Молдавию, князь которой Василий Лупул, богатый и хитрый, помогал Польше в войне с казаками. Войско дошло до Ясс, где был заключен мир с Лупулом, обещавшим, в частности, стать союзником гетмана, а не поляков и выдать за сына Хмельницкого — Тимофея свою дочь Розанду. Этот поход получил одобрение турецкого султана, приказавшего крымскому хану помогать Хмельницкому против Польши. Богдан Михайлович думал, что решил татарскую проблему и что теперь татары не могли предать в бою казаков, не нарушив тем самым волю своего сюзерена — турецкого султана. Крымский хан думал иначе — ему приказывает запорожский гетман, ему, потомку Чингисхана. Да и поляки давали слишком большие деньги за предательство казаков в бою.

В феврале 1651 года поляки во главе с великим гетманом Николаем Потоцким, вернувшимся из крымского плена, стали собираться под Каменец-Подольским. Польный гетман Калиновский напал на селение Красное, около Бара, в котором стоял трехтысячный полк Данилы Нечая, и перебил почти всех казаков, отчаянно отбивавшихся, включая и самого брацлавского полковника. Калиновский пошел по Подолью, но около Винницы нарвался на казаков Ивана Богуна, которых было значительно меньше, чем поляков. Выдающийся казачий стратег разрубил лед на пути польского войска, дал ему вновь немного замерзнуть и посыпал сверху соломой. Польская конница с разгона влетела в эту громадную полынью, в которой утонули многие солдаты. Иван Богун отбросил поляков, которые отошли к Бару в беспорядке. Обоз и артиллерия достались казакам.

Объединенное польское войско двинулось на Волынь. Войско Хмельницкого стояло у Зборова. От Соколя польское войско переправилось через реку Стырь и стало на широком поле у небольшого городка Берестечко. Туда же 17 июня подошел и Хмельницкий, дождавшийся, наконец, Ислам-Гирея с крымскими татарами.

Украинский историк писал: «На другой день, как только начало светать, двинулось польское войско с места, и сам король начал строить его в боевой порядок. То же происходило и в казацком лагере. Вставшее солнце увидело уже оба громадных войска, стоявших друг против друга на широком поле, как два грозных великана, готовых по условному знаку кинуться одно на другое и в жестоком бою разгромить противника или погибнуть. Разделенные ровным полем, стояли ряды противников тихо, неподвижно до самого полудня; ни та, ни другая сторона не хотела начинать первой.

В два часа пополудни двинулась казацкая пехота своим четырехугольником; татары с диким криком помчались ударить на середину польского войска, и в тот же •|,и с польской стороны вырвался Иеремия Вишневецкий » 12 полками регулярного войска и летел с обнаженным мечом на казацкий четырехугольник. От сильного напора і.) колебались ряды казацкие, по четырехугольнику сделался вылом, туда же проскочил Вишневецкий, разорвал середину казацких рядов и остановился на казацких во-1лх. Вслед за Вишневецким выслал король пушки и немецкую пехоту; прилетел туда и Конецпольский, и там іакипел ужасный бой. В одну минуту загремело множе-ство пушек и тысячи самопалов; в небо поднялась черная г уча, далеко кругом раздавались крики раненых, стоны умирающих, ржание коней, рев скота, а сквозь дым вид-иелись потоки крови, кучи мертвых польских и казацких тел. Неимоверным усилием казаков удалось уже выдавить поляков из четырехугольника, когда хан кинулся в бегство. За ним погнали из поля битвы все татары, оставляя свой лагерь на разграбление».

Битва под Берестечком произошла в конце июня 1651 года. У Хмельницкого было около 100 000 казаков и повстанцев и 50 000 татар, у Яна Казимира — около 150 000 человек. Начало боя принесло казакам победу, при этом полегло несколько тысяч казаков. Но тут Ислам-Гирей отомстил Хмельницкому — ушел из боя, забрал с собою всех татар, и более того, задержал на несколько дней поехавшего за ним Хмельницкого и Выгов-ского, пытавшихся вернуть татар. Командовать стал Иван Богун, который отбил приступ поляков и начал выводить казаков из боя. Тем не менее, известие о захвате Хмель-

ницкого вызвало панику, поляки нажали, и повстанцы кинулись бежать — около 30 ООО человек утонуло и просто погибло при отступлении. Полякам достался весь ка зачий обоз, артиллерия и все добро.

«По заходе солнца пал густой мрак, тучи закрыли солнце и пошел сильный дождь, который прервал горя чую отчаянную борьбу. Поляки вернулись в свой лагерь, казаки же не имели времени отдохнуть, а взялись сейчас же окапываться с трех сторон, с четвертой было болото. За одну ночь появились укрепления, как каменные стены. Десять дней держались казаки за окопами, боролись мужественно и выдерживали страшный огонь поляков. Хлопы, не привыкшие к такой долгой, правильной войне, начали негодовать; они сходились толпами и толковали между собой так: «Что делать? Король хочет взять старшин в плен, они же не хотят этого и не заключают мира; тем временем татары разрушают нашу страну, уводят наших жен и детей. Лучше выдадим наших старшин полякам, а сами спасемся». Услышав об этом, мудрый Богун предложил план, чтобы выйти из этого безнадежного положения в лагере. Он велел делать переправу через болото. Ночью велел Богун хлопам начать битву с поляками, а казаки между тем свозили на болото возы, шатры, кожухи, седла, кунтуши, одежду, мешки, а когда переправа была готова, казаки начали переправляться отрядами через болото. На другой день утром сели хлопы завтракать, и только тогда увидели, что половины войска и всей конницы в лагере не было. Раздались крики: «Братья! Все полковники убежали!» Хлопы подняли ужасный крик, началось замешательство. Все бросились к переправе, которая не выдержала, и люди стали тонуть в болоте. Напрасно подъехал к переправе с другой стороны Иван Богун >| кричал, чтобы не толпились и шли спокойно, в порядке — ничего не помогло: хлопы стремглав кидались в разные стороны, толкали друг друга и кидались в воду.

Поляки долго не догадывались, в чем дело. Только по прошествии некоторого времени они со всех сторон кинулись на казацкий лагерь, гнались за хлопами и убивали пі ох без разбора, без помилования. Как ни кричали хло-пы: «Помилуйте, панове ляхи! Мы будем верны, мы не казаки, а мужики», — все было напрасно. Поляки руби-/I и, резали, топили, пока, наконец, последние не положили головы. Тогда взялись поляки грабить лагерь: забрани множество овец, быков и коней, 28 пушек и пороху на целое войско; разнесли шатер Хмельницкого и взяли его шкатулку с письмами».

Через месяц Литовский гетман Радзивилл взял Чернигов и Киев. Хмельницкий после освобождения от крым-цев центром обороны выбрал Белую Церковь, построил мощные фортификационные сооружения и собрал с ильное войско. Польские войска вступили на Украину и вместо ожидаемого разлада встретили отчаянный отпор — народ не хотел снова идти в панскую неволю; люди уничтожали продовольствие, сжигали собственные дома, ломали мосты, портили дороги, вели партизанскую войну. В этот момент смерть настигла польского военачальника Иеремию Вишневецкого. Крестьяне селами уходили в пределы Московского царства, на Слободскую Украину, пробиваясь с оружием в руках сквозь польские войска — появились новые города со слободскими полками, сотнями — Харьков, Сумы, Ахтырка, Лебедин, Белополье. Оставшиеся уходили в леса, к Хмельницкому. Подойдя к Белой Церкви, польская армия увидела перед собой хорошо организованное войско. Ни та, ни другая сторона не могла победить. Начались переговоры о мире.

Белоцерковский мирный договор, подписанный 28 сен тября, оставил казакам реестр в 20 ООО человек, для жи тельства казаков было отведено Киевское воеводство. Хмельницкого подчиняли коронному гетману, запрети ли дипломатические переговоры с другими государствами, союз с Крымом подлежал ликвидации; польская шляхта получала право вернуться в свои имения. Очевидно, Хмельницкий не придавал этим условиям никакого значения и принял их только для того, чтобы прервать военные действия на некоторое время. Польский сейм также не ратифицировал договор.

Н. Березин писал: «По новому Белоцерковскому договору Украина потеряла едва ли не все, что приобрела страшным конвульсивным усилием всего народа. Почти на всем пространстве ее водворялись старые ненавистные порядки. Но примириться с этим украинский народ не мог, и вот в несчастной стране в течение долгого времени не стихает ужасная борьба и страшное опустошение. То польское войско проходит по ней под предводительством жестокого Чарнецкого, предавая все огню и мечу, то идет Хмельницкий с татарами. Здесь польские помещики, пользуясь моментом, укрощают хлопов, а там хлопы, собравшись силами, жгут замки, костелы и избивают ненавистных врагов. Положение это не могло длиться долго. Страна, истекая кровью, теряла силы, и не было надежды добиться своего. Но кто мог помочь Украине! Крымский хан был вероломен, султан турецкий силещ но далеко, единоверная же Москва с политической изворотливостью вела переговоры о присоединении, и за посулами ее чувствовалась та же неволя, какую Украина переживала под властью Польши».

Белоцерковский украинско-польский договор выжал неприятие украинского народа. Усилились переселения в пределах Русского государства на территории, иолучившие название Слободской Украины (в основном нынешние Сумская и Харьковская области Украины). Возобновились восстания казаков, крестьян и мещан против польского господства. Вместе с тем происходили и выступления против Хмельницкого. Несмотря на общие настроения, Хмельницкий, прекрасно понимая правильность своих действий по освобождению Украины от польской оккупации, был вынужден раздавать земли монастырей своей старшине и требовать, чтобы крестьяне «послушество звыклое отдавали». Гетман поддерживал оживленное отношение с православной Москвой. В январе 1652 года Б. Хмельницкий просил царя о принятии всей Украины под его власть в случае неудачи войны с Польшей. Тогда же он заключил новый союз с Крымским ханством.

О. Субтельный в «Истории Украины» писал: «Возникает вопрос, почему Хмельницкий не провозгласил Украину независимой. Во время восстания и правда пошли разговоры, что он хочет восстановить «старое русское княжество». Возможно, эта проблема обсуждалась, но осуществить ее в тех обстоятельствах было бы невозможно. Как показали непрерывные войны, казаки хотя и нанесли полякам несколько тяжелых поражений, однако не могли постоянно противостоять неоднократным попыткам шляхты отвоевать Украину. Для обеспечения победы над поляками Хмельницкий потребовал надежной поддержки великой иностранной державы. Обычной платой за такую помощь было согласие на то, чтобы признать верховенство правителя, который ее давал.

Главной причиной восстания было стремление народных масс избавиться от социально-экономического давления, и для многих украинцев то, как решить эту проблему -при своей власти или чужой, — было второстепенным де лом. Тем более что в Восточной Европе суверенитет ТО' гда отождествлялся не с народом, а с личностью закон ного, общепризнанного монарха. С оглядкой на то, что со всей своей популярностью и властью Хмельницкий тако го признания не имел, он вынужден был найти для Украины правителя, который его имел».

Польный гетман Н. Калиновский собрал войско на Брацлавщине. Молдавский -правитель В. Лупул отказался выдать дочку за Тимоша Хмельницкого и попросил поляков помочь ему. М. Калиновский стал на границе Молдавии над Бугом у горы Батог и не пропускал казаков в Молдавию. 22 апреля 1652 года состоялась битва под Батогом. В бой пошла казацкая конница, пехота весь день обстреливала польские войска, расположенные очень неудобно, их фронт достигал одного километра. Казаки прорвали его и ворвались в польский лагерь. Среди королевского войска началась паника, некоторые полки отказывались выполнять приказы. М. Калиновский спрятался во внутреннем укреплении, но и оттуда его достали казаки и зарубили. 20-тысячная польская армия перестала существовать. Казаки пленных не брали.

«Татары появились перед поляками, двигаясь совсем медленно. Тогда Калиновский пустил на них всю свою конницу. Татары, вроде бы растерянные, начали отступать, и в этот момент вспыхнул в средине польского войска пожар; русские хлопы, которых использовали в польском лагере, умышленно зажгли там сено. Увидев пожар, поляки закричали: «Стойте, возвращайтесь,— казаки нападают с тыла на обоз!» На этот крик кинулась польская конница назад, а татары, вернувшись за ними, начали их поражать стрелами и пулями. Одновременно выступили из-за горы Батог казацкие полки и, увидев в польском лагере пожар и замешательство, не поверили своим глазам, и как только поняли в чем дело, кинулись стрелой на поляков. Началась резня, какой давно не видели. Казаки и татары зажали поляков с двух сторон и совершенно разгромили их. Недобитые поляки разбегались во все стороны, но повсюду догоняли их хлопы и казаки, и, не слушая их просьб, рубили без милосердия, приговаривая: «Это вам за унию! За Берестечко! Это вам наши налоги!»

Тимош Хмельницкий женился на Розанде. Гетман писал королю Яну Казимиру: «Я предупредил пана Калиновского, чтобы он уступил дорогу моему сыну, но он не послушал. Мои казаки, естественно, как горячие люди, обошлись с паном Калиновским не очень вежливо». Это письмо восприняли как насмешку и начали собирать новое войско. Моровая язва, от которой, в частности, умер коронный гетман Н. Потоцкий, гуляла по Польше, во многих польских городах прошли пожары, наводнения заливали поля, начался голод. Летописцы записывали: «На одном стоге сена, плывущем по Висле, сидели волк и коза совершенно дружелюбно, так взаимная нужда их помирила».

Весной 1653 года на Украину вошло пятнадцатитысячное польское войско С. Чарнецкого, начавшее погромы городов и уничтожение украинского населения. Под Монастырщиной его встретили казаки Ивана Богуна, разгромили поляков, а сам тяжелораненый Чарнецкий еле ушел в Польшу. Лирники пели песни: «Налетел Чар нецкий на Украину словно хищный черный ворон, но как стоячий оказался перед Богуном-орлом и упорхнул словно ощипанный воробей».

В Молдавии при осаде Сучавы в начале 1653 года погиб любимый сын Хмельницкого Тимош, развеялись ди-

*

настические и политические планы Хмельницкого, касающиеся взаимоотношений с Турцией.

В сентябре 1653 года Ян Казимир собрал войско под Каменец-Подольском. В ноябре польское войско встретилось с Хмельницким и крымскими татарами под Жван-цем. Хан Ислам-Гирей снова предал Хмельницкого и опять принудил его заключить перемирие с поляками.

М. Грушевский отметил: «На этот раз Хмельницкий уже не захотел вступать в переговоры с поляками; он не заботился более о хане, так как имел известия, что в его борьбу с Польшей входит новый союзник, московский царь. После долгих колебаний московское правительство решило принять Украину под царскую руку и начать войну с Польшей».

В январе 1653 года в Чигирине прошла Рада старшин украинского казачества — было решено просить царя о присоединении Украины к России. О. Субтельный писал: «Популярнейшим кандидатом на роль покровителя Украины был православный московский царь. С начала восстания Хмельницкий предлагал и просил царя во имя общей для них православной веры прийти на помощь. Но Москва реагировала чрезвычайно осторожно. Понеся тяжелые потери в недавней войне с Польшей, московиты хотели подождать, пока казаки и поляки ослабят друг друга, и уже тогда начать действовать. Однако в 1653 году, когда украинцы стали угрожать тем, что отдадут предпочтение оттоманскому варианту, московиты не могли больше тянуть с решением. Царь Алексей Михайлович собрал Земский собор, который решил, что «ради православной веры и святой церкви Божьей, государь, следует принять их под свою высокую руку». Принимая это решение, московиты также надеялись отобрать некоторые захваченные Польшей земли, использовать Украину как буфер против Оттоманской империи и вообще увеличить свое влияние».

Москвичи пришли к убеждению, что союз с Украиной даст им дорогу на Балканы, на Черное море, на запад, а главное — в случае разгрома Хмельницкого начались бы опять постоянные набеги татар и нападения поляков на Московскую землю. К тому времени Украина имела десятки тысяч опытных, лучших на востоке Европы воинов. .Москва всегда платила военные долги, а долг Польши за вмешательство в Смуту начала XVII века был огромным. Пришло время возвратить его полякам.

Вопрос о принятии Украины в состав Московского царства был решен положительно на заседании Боярской думы. Было принято решение о созыве Земского собора. В послании к польскому королю и сейму Москва потребовала вернуть украинским казакам права, полученные ими по Зборовскому миру. Поляки отказались, и 1 октября 1653 года Земский собор вынес решение о присоединении Украины к Русскому государству.

«На знак царя думный дьяк стал читать царское письмо, в котором было сказано, что поляки не соблюдают условий мира, заключенного перед этим с Великой

Русью, оскорбляют царский титул, что гетман Хмельниц кий уже несколько раз доносил государю об утеснениях, которые терпит русский народ и Православная церковь от поляков, и он же просил, чтобы царь принял все казачество под свою руку. Дальше было заявлено, что послы царя заступались у польского короля за украинцев и православную веру, но безуспешно; что султан турецкий призывает Украину в свое подданство, а Хмельницкий и народ его желают присоединиться только к Великой Руси и «пусть Земский собор рассудит, как тут поступить?».

После долгого совета началось голосование, и Земская дума решила единогласно: принять гетмана Хмельницкого со всем войском запорожским, со всеми их городами и землями под царскую руку, а Польше объявить войну за «оскорбление царской чести и православной веры».

Войны казацкие, а вслед за ними отделение Украины были смертельным ударом для Польши, которая все больше подвергалась все худшим неурядицам и неустройст-вам и приближалась к своему падению».

Через месяц московские послы были уже на границе Украины. Эта торопливость, несвойственная царской дипломатии, говорит о заинтересованности Москвы в украинских делах. Посольство возглавляли боярин Василий Бутурлин, окольничий Иван Олферьев, дьяк Ларион Лопухин. Послы и Хмельницкий со старшиной встретились в Переяславле 6 января 1654 года.

8 января 1654 года в Переяславле была созвана Рада, которая и вынесла решение о присоединении Украины к России. На Раде был гетман Б. Хмельницкий со всей старшиной, почти все полковники, около 100 сотников, казаки.

М. Грушевский писал: «К сожалению, об этой раде и сопровождавших ее переговорах мы не имеем никаких более точных известий, кроме реляции, предложенной московскому правительству своим послом боярином Бутурлиным. Он рассказывает, что войско на вопрос Хмельницкого заявило свою волю отдаться под власть царя. Затем прочитана была царская грамота, где царь обещал украинцам быть к ним милостивым и защищать от врагов. После этого послы предложили собравшимся идти в церковь, чтобы принести присягу на верность царю. Но здесь вышло недоразумение. Хмельницкий потребовал, чтобы сперва от царского имени присягнули послы в том, что царь не выдаст Украину Польше, будет защищать ее от врагов и права и вольности украинские будет соблюдать — подобно тому как польские короли присягали при избрании на pacta conventa. Но бояре заявили, что присягнуть не могут, так как царь московский самодержец, правит по своей воле и не присягает своим подданным. Это очень озадачило старшин, они долго настаивали на своем и, только чтобы не дать повода к разрыву, в конце концов присягнули. После этого московские послы разослали по городам и местечкам своих людей приводить к присяге Украину, бывшую во власти казацкой».

В марте посольство от Хмельницкого, в составе П. Тетери и С. Зарудного, договорилось об условиях, которые определяли внутренний строй Украины и ее отношения к московскому царю — «мартовские Статьи Хмельницкого устанавливали автономию Украины в следующих делах: право избрания гетмана; реестр казаков был установлен в 60 тысяч; гетман сохранял право дипломатических отношений со всеми государствами, кроме Турции и Польши, но с обязательством уведомлять царя, если послы от других правительств придут с «противным делом». Подтверждались права митрополита и духовенства. Особыми грамотами подтверждались сословные привилегии шляхты и права отдельных городов.

О. Субтельный писал: «Несмотря на сии разногласия, подписание Переяславского договора стало поворотным пунктом в истории Украины, России и всей Восточной Европы. Изолированная и отсталая Московия сделала гигантский шаг вперед на пути превращения в великую державу. А судьба Украины стала во всем — добром и плохом — неразрывно связана с судьбой России.

В связи с конфликтами, которые позднее возникали между россиянами и украинцами, оценка соглашения, которое объединило их страны, была предметом частых споров ученых. Дело усложнялось тем, что оригинальные документы были утрачены, сохранились лишь неточные копии и пересказы. Российский археограф Петр Шафранов говорил, что даже эти копии сфальсифицированы или сфабрикованы царскими переписчиками».

Выдающиеся историки присоединение Украины к России называют по-разному — унией, союзом, конфедерацией, автономией, вассальными отношениями, протекторатом. Украина все же осталась отдельным государством под верховным протекторатом царя. Но Москва старалась расширить свою власть на Украине.

Украинский народ был связан с русским народом единством религии. С 1654 года прекратились религиозные гонения, а вместе с тем и покушения на полное подавление национальной самобытности украинского народа, который предохранил себя от политической и национальной гибели. Недаром, спасаясь от польской оккупации, украинцы шли в пределы Московского царства, и Богдан Хмельницкий пошел за народом, который в итоге понял и принял этот политический акт гетмана. В тех исторических условиях присоединение Украины к России было для Украины «наименьшим злом». Господство султанской Турции или шляхетской Польши над Украиной стало бы гибелью для украинского народа. Украина получила союзника в борьбе с Польшей. Россия была теперь гарантирована от польско-литовской интервенции образца начала XVII века. Огромное значение имело и сближение двух народов для их культурного развития.

Биограф Богдана Хмельницкого И. Каманин писал в 1888 году: «Присоединение Хмельницкого к Московскому государству изменяет международные отношения на юге Руси. Хан, враждуя из-за этого к запорожцам, соединяется с поляками; зато московские войска выступают на защиту Хмельницкого; теперь собственно начинается борьба московского государя в защиту Малороссии; она ведется на северо- и юго-западе; Хмельницкий необходимо принимает участие в ней; вместе с войсками государя он выдерживает кровопролитный Дрожипольский бой под Ахматовом в 1655 году, совершает поход далее к Ка-менцу-Подольскому, Львову, Замостью и Люблину. Польша была вконец ослаблена этими войнами; на нее поднимаются теперь мелкие соседи, а князь семиградский, король шведский и гетман запорожский ведут переговоры в 1656 году о разделе Польши; последняя ищет защиты в Москве, обещая избрать Алексея Михайловича в короли. Москва останавливает раздел и тем дает другой исход всем сложившимся тогда обстоятельствам, отдалив на столетие окончательно падение Речи Посполитой и создав для себя на все это время непрерывные столкновения с Польшей и дальнейшие смуты на Украине».

В первый период после Переяславской Рады Украина была для Московского царства отдельной державой. Даже в единственном сохранившемся историческом источнике — «Статейном списке» боярина-посла В. Бутурлина говорилось: «Московское государство и Войска Запорожского Украина». Н. Полонская-Василенко писала: «Нужно иметь в виду, что слово «подданный» в XVII веке не означало «подданного» в современном понимании: так называли царей, владетелей государств, которые вступали в договорные отношения с Москвой, ища у нее протектората. Подданные в современном значении слова в XVII веке назывались «холопами» до бояр и князей включительно. С Петра I слово «холоп» заменено словом «раб», и только Екатерина II в 1786 году заменила его термином «верноподданный».

Московское правительство считало, что договор с Украиной действовал только на время жизни Богдана Хмельницкого, и возобновляло его с каждым новым украинским гетманом, каждый раз внося изменения в свою пользу.

Хмельницкому мешало и то, что присягать Москве отказались несколько полковников, во главе с Иваном Богуном. С другой стороны, некоторые полковники, родственники Выговского и Мазепы, просили В. Бутурлина утвердить их на своих должностях, минуя гетмана. Бутурлин отказался это делать, но донесение послал. Потом все это активно было использовано московским правительством для достижения своих целей на Украине.

Весной 1654 года польские войска вошли на Подолье, устроив на украинских землях страшную резню. Пришедшие казацкие полки отбросили поляков. Объединенное русско-украинское войско успешно воевало в белорусских землях — у поляков отбили Смоленск, Оршу, Минск, Могилев, жители которых сами открывали ворота освободителям. В это время польское войско вновь напало на Подолье — у Умани их опять остановили казаки Ивана Богуна, на помощь которому вышли войска гетмана и царское войско В. Бутурлина.

В январе 1655 года недалеко от города Ахматова на Дрожиполье произошло кровопролитнейшее сражение, начавшееся ночью в лютый мороз. Ненависть сражавшихся была так велика, что дрались даже оглоблями и пленных не брали.

Бой начался с нападения поляков Станислава Потоцкого и татар Ислам-Гирея на казаков и стрельцов и сразу превратился в ожесточеннейшую резню. Д. Бантыш-Ка-менский писал: «Целые два дня продолжалась жестокая сеча, прекращаемая только на время ночью. Кровь человеческая текла ручьями. Летописцы украинские повествуют, что убитые с обеих сторон составляли высокий вал около всего казацкого стана». Потери убитыми составили около 15 ООО человек. Сражение окончилось ничем — Хмельницкий отошел к Белой Церкви, а поляки покинули Украину. Их больше не поддерживал Ислам-Гирей, который вернулся в Крым и скоро умер.

15 сентября объединенное русско-украинское войско Хмельницкого, Бутурлина и Ромодановского при Слоне-городке разгромило польскую армию Станислава Поня-товского. Галичина была занята Хмельницким, до Люблина. Львов, два месяца бывший в осаде, откупился — гетман, извещенный о нападении на Приднепровье нового крымского хана Мухаммед-Гирея, вернулся, и близ урочища Озерная Стрелка русские и украинцы остановили татар. Некоторые историки пишут о разговоре крымско-

4 Запорожская сечь 07

го хана и гетмана после боя. Хан угрожал Хмельницкому объединенным татарским нашествием. Богдан Хмельницкий отвечал: «Ужели ты думаешь, хан, устрашить меня подобно малоумному хлопцу. Война подобна обоюдоострому мечу, снисканное Батыем, потеряно Мамаем».

В части белорусских земель было введено гетманское правление, образован Гомельский полк, во главе которого после гибели наказного атамана Ивана Золотаренко встал Иван Нечай. В это время на Польшу напали войска шведского короля Карла-Густава. Этот трагический период истории Польши сами поляки назвали Потопом.

Шведские войска взяли Варшаву и Краков, Ян Казимир убежал в Силезию. Но шведы напали и на Московское царство, что позднее привело к русско-польскому перемирию.

В начале 1656 было подписано в Вильно польско-московское соглашение, без участия Украины. Хмельницкий вел переговоры со Швецией, Бранденбургом, Трансильва-нией, Молдавией, Валахией — о разделе Польши. Однако на Швецию напала Дания, и шведские войска ушли из Варшавы и Кракова. Отряд трансильванского князя Юрия Ракоци, поддерживаемый казаками Ждановича, был разбит и покинул Польшу. Казаки вернулись домой.

Богдан Хмельницкий умер 27 июля 1657 года в Чигирине и был похоронен в Субботове. «То не ветры осенние бушевали в дубраве, то плакали неутешно и рыдали казаки, погребая батька своего старого Хмельницкого». Гетман был женат трижды, после его смерти остались жена Анна, сын Юрий, дочь Елена, замужем за братом войско-мм|о пт арн Данилой Выговским, и дочь Степанида, жена 11*ьим 11ечая.

О Ьогдане Хмельницком много писали историки.

Михаил Грушевский: «Великое народное движение,

...........ос Хмельницким, сообщило новый строй всей Вос-

(очной Украине— Гетманщине. Казацкая военная орга-мп ицпи уже в первых десятилетиях XVII века постепенно о. сдала и прикреплялась к земле, по мере того как все поммпее число осед7юго и хозяйственного крестьянско-||| н мещанского населения отдавалось под казачий при-| уд п записывалось в войско. Разделение казачьего вой-. ка па полки переходило в разделение оказаченной территории на полковые округи.

Восстание Хмельницкого надолго устранило из обширных пространств Восточной Украины всякую иную име ть — остались только выборные городские магистраты, остались монастырские поместья, вне этого было одно только свободное, в значительной степени оказа-ченное население. Те, кто не присоединялся к казака :, записывались в мещане, безразлично, жили они в городах или в селениях, и с них собирались различные дох* ,ы в казачью войсковую казну. Казачье население подач л не платило и только отбывало военную службу

Полковник был начальником своего полкового круга; полковая старшина, постепенно слагавшаяся по с раз-цу генеральной — полковой обозный, судья, есау писарь — составляла совет при полковнике по всем . лам своего полка; сотник управлял своим сотенным окр ом; казачьими общинами заведовали атаманы. Собо шо говоря, с этими военными должностями была се ана власть только над казачьим населением, но в деlb ви-тельности к ним перешла общая власть над всем селением.

Гетман сделался повелителем всей страны, главой украинского правительства, и все, что было на Украине, должно было ему повиноваться. Но гетман был главой военной казацкой организации, значит, и областные ее представители — полковники — должны были получить значение власти всеобщей, всесословной. Военный штаб гетмана занимает место кабинета министров, украинского правительства. Генеральная старшина: обозный, судья, есаул, писарь — становятся советом министров при гетмане и решают все дела общегосударственного характера. «Рада» старшин — Генеральной старшины и полковников и общая «войсковая рада» всего казачества собираются для важнейших дел и вершат судьбу страны.

Не сразу можно было искоренить старые взгляды, созданные всей предыдущей историей казачества, что центр казацкой жизни и строя — это Запорожье, Сечь и что оттуда должны исходить и выбор гетмана, и общее направление всей украинской политики. В новых условиях центром украинской жизни делается гетманская резиденция, где сосредотачивается высшая казачья старшина, где решаются всякого рода дела в войсковом суде и в генеральной войсковой канцелярии.

Казачья старшина, имея в своих руках власть и управление и заняв в этом смысле место шляхты, была расположена идти по следам последней и в общественно-эко-номической сфере: владеть землями, основывать села и заводить подданных».

Орест Субтельный: «Трудно переоценить то влияние, которое оказал на течение украинской истории Богдан Хмельницкий. Украинские, российские и польские историки связывают его достижения с достижениями таких гигантов XVII столетия, как Оливер Кромвель в Англии и Нллеиштайн в Богемии. В исследованиях, посвященных

11 I ману и его эпохе, часто пишут о его умении достигать очень многого, имея так мало.

11езависимо от научных оценок украинский народ т г! да проявлял любовь к «батьке Богдану». У огромно-м1 оолыиинства украинцев, начиная с того периода до сегодняшнего дня, Хмельницкий остается великим освободителем, героем, который силой своей личности и ума поднял их из многовекового паралича бездеятельности и иг (надежности и вывел на дорогу национального и соци-I м.мо-экономического освобождения».

Сохранилось описание гетмана Богдана Хмельниц-м>го, сделанное венецианским послом в Чигирине в 1650 году: «Роста скорее высокого, широкий в кости, величественный. Его правление, показывает зрелый и тонкий ум. Хотя и случается ему погулять, но дела он не бросает. Кажется, что в нем живут две натуры — одна щ-ятельная, твердая, решительная, другая — сонная, утомленная, мечтательная. В поведении ласковый, простой и гем привлекает любовь воинов, которых он держит в пони новении железной дисциплиной».

Гетманство Хмельницкого открыло новую эпоху в истории Украины, одну из важнейших. Однако впереди ныло еще много лет борьбы и войн, прежде чем пришел период относительного покоя, и столетия до образования уверенного государства.

Н. Березин писал: «Хотя войны, последовавшие за вмешательством Москвы в украинские дела, и внутренние смуты в самой Украине не прекращались, как не прекращались нашествия татар и турок и борьба с Польшей, гем не менее, в это время украинский народ, избавившись от тяжкого ига панов, быстро оправился от перенесенного разорения. Вскоре по договорам с Польшей Левобережная Украина, в которую народ не переставал валить на «вольные земли» с правой стороны Днепра, вошла в состав Московского государства, в то время как Правобережная явилась предметом раздора между Польшей, Турцией и собственными гетманами. Эти смуты и явились причиной того, что земля пустела».

Переселение на Левобережье, на будущие Сумщину и Харьковщину, проходило следующим образом.

В период Освободительной войны сотник Иван Фоменко Винницкого полка привел в Сумскую область свою сотню и с разрешения московского правительства поселился на древнем городище, в 50 километрах от нынешних Сум. Местечко назвали Белоиолье — так же, как называлось казацкое селение в Винницкой области. Позже «боярин и воевода князь Григорий Ромодановский в Путивльском уезде на реке Вир построил город Белопо-лье на старом Вирском городище, и в том городе поселились из-за Днепра сотник с черкасами». Казаки на Левобережье жили по своим обычным казачьим законам. Белопольская сотня подчинялась полковнику Сумского казачьего полка.

Белопольская крепость была окружена рвом и земляным валом с деревянным острогом с башнями и с пятью воротами. Высота стен доходила до 10 метров, их длина — более двух километров. В крепости было около десяти пушек. Гарнизон составлял около тысячи казаков. В случае необходимости в Белопольской крепости могли укрыться.жители окружающих сел. В период правления Ивана Выговского и его последователей казаков Ле-побережья призывали к участию в войне против Моск-111.1, по безуспешно.

I I. Березин писал: «На левой стороне население со-« пито сплошь из переселившихся сюда в разное время мачорусов, лично свободных, не делившихся на сословия, 11. евших на вольных землях, управляющихся собственными властями под высшим надзором московского прави-м льства. И тем не менее здесь медленно и постепенно в новом, конечно, виде повторяется то же самое, что народ пережил в предшествовавшие столетия. Понемногу вся масса малорусского народа стала расслаиваться; из сре-|,ы поспольства, т.е. крестьян, занятых обработкой земли, и из среды казаков стали выделяться более богатые землевладельцы, которые разными путями очутились собствен никами крупных имений. Хотя они не пользовались особыми правами и не составляли сословия, но по богатству, по образованию и положению в обществе есте-I твенно выделялись в высший слой, образуя как бы дворянство. Из среды этих влиятельных семей неизбежно пополнялась войсковая старшина, т.е. разные должностные лица гетманского управления. Сплошь и рядом этот верхний, господствующий строй населения соглашался пожертвовать в угоду Москве политическими правами, если это не мешало, а помогало его дальнейшему обогащению. В то же время в этой части украинского народа постепенно исчезал старый казацкий дух. От внешних врагов Левобережная Украина пользовалась защитой могущественной Москвы, народу ее не было более надобности отстаивать свою веру, иноверных и нерусских панов не было в ее среде. Естественно, что казачество, которое питалось духом борьбы за народ против этих враждебных ему сил, становилось ненужным. Оно превращалось

юз

как бы в сословие, казаки являлись в это время чем-то вроде мелкопоместных или средней руки помещиков.

Гетманщина, то есть эпоха, протекающая от разделения Украины и до упразднения гетманов и закрепощения народа при Екатерине II, могла бы посчитаться самым лучшим временем в исторической жизни Украины, особенно в первое время.

Украинский народ по сю сторону Днепра не только пользовался личной свободой, но каждый, даже последний бедняк, был полновластным хозяином земли, которую он обрабатывал. Налоги и общественные повинности также не угнетали его, потому что управление было чрезвычайно просто — крестьянин не кормил панов, не содержал ни королевского двора с его пышной обстановкой, ни многочисленного войска, ни разных учреждений со множеством должностных лиц. Повинности он покрывал натурой, т.е. уделял на это скромную часть своего урожая или исполнял необходимые работы в свободное время.

Плодородная страна оживляется деятельной торговлей и промышленностью. Рядом со старыми селами возникают новые поселки, которые выдвигаются все дальше в степь на юг и на восток по мере того, как эти места делаются безопасными от татар».

После смерти Богдана Хмельницкого Польша активизировала свои действия по новому порабощению Украины, и только война с Москвой остановила осуществление замыслов шляхты; московское и украинское войско совместными действиями боролось с польской армией. Но так продолжалось недолго. В стране постоянно менялись гетманы, одновременно их бывало несколько. На Украине начиналась Руина.


УКРАИНСКИЙ КАЗАК. СТРУКТУРА УКРАИНСКОГО КАЗАЧЬЕГО ВОЙСКА. РЕГАЛИИ. СТАРШИНА | Запорожская Сечь. Тайный орден Днепра | Время после Богдана Хмельницкого