home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Край света

Королю было несложно ускользнуть с собственного бала. Он провел Фэрис через примыкающую к бальному залу комнату, где на столах, накрытых льняными скатертями, стояли серебряные подносы с пирожками. Потом они пошли по прилегающему коридору и без помех добрались до верхних этажей замка, до руин, охраняемых львами.

Для нервов Фэрис это путешествие стало большим испытанием. Она хорошо изучила поэтажный план и понимала, куда они двигаются, но никак не могла определить, где находится Джейн и что она делает.

Тириан, разумеется, тоже где-то недалеко, готовый отреагировать на малейшую опасность. Но что насчет Рида? Он все еще танцует с Коломбиной? Или вышел вслед за ней из зала? Можно ли положиться на то, что он будет ждать приказа Фэрис, а не выскочит из-за какого-нибудь гобелена и не вмешается? И как лучше поступить с королем? Позволить Джейн прибегнуть к магии, если у нее еще остались на то силы после львов? Или позволить Тириану разобраться с ним? А может, взять его с собой к разлому?

В дополнение к этим заботам Фэрис отвлекал маршрут, которым они шли. Король вел ее по лестницам и коридорам, которые напоминали ей мучившие ее сны. Запутанные переходы казались бесконечными.

— Далеко еще?

— О, совсем близко. Вы ведь не устали?

— Конечно нет.

— И не боитесь?

— Конечно нет.

— Советую все же быть настороже. Как бы хорошо их ни кормили, они все-таки львы. Рабы своей природы, как и люди.

Фэрис сомневалась в том, что кто-то мог быть полным рабом своей природы, если не считать Бринкера. Но решила, что лучше не обсуждать это с королем. Вместо этого она спросила:

— Зачем львы?

— Вы хотите сказать, зачем держать львов? Исключительно для того, чтобы уберечь от беды посетителей развалин, уверяю вас. После пожара в тронном зале в тысяча восемьсот сорок восьмом году верхние этажи замка остались разрушенными. Там можно нечаянно пострадать. Львы не дают людям свободно бродить по руинам. — Король понизил голос до гнусавого шепота. — Нас никто не потревожит.

Фэрис ответила с нарочито веселым, хоть и сдержанным интересом в голосе:

— Почему бы вместо этого просто не отремонтировать помещения?

— Вы видите, где раньше были окна? Арки сделаны из нового кирпича. Мы восстановили большую часть разрушенной верхней части замка.

— Но почему бы не отремонтировать сам тронный зал?

— Простите за откровенность, ваша бабушка произвела плохое впечатление на тех, кто ее знал. Мысль о возможности пользоваться залом, где она встретила свой печальный конец, наполняет нас отвращением. И даже если бы мы этого захотели, а мы не хотим, вряд ли можно найти людей, согласившихся бы заняться ремонтом.

— Очаровательно. Вы мне покажете это место, правда?

— Мы не можем. Вспомните о львах.

Фэрис не пришлось изображать разочарование.

— О, конечно. — Она прошла вместе с королем вверх по крутой лестнице в узкий коридор. Освещенный лампами, он продувался струей свежего воздуха, очень приятной после долгого пути. — Кто-то оставил дверь открытой?

Удивленный король пристально посмотрел на нее.

— Мы стараемся держать двери запертыми в этой части замка.

— Конечно. Как это глупо с моей стороны.

После резкого поворота коридор закончился у массивной двери. Когда король нагнулся, чтобы ее отпереть, Фэрис рассмотрела кирпичную кладку. Вокруг двери сохранились остатки гораздо более крупной арки, теперь тщательно заложенной. Герцогиня с трудом сглотнула.

Король обернулся.

— Странно, она не заперта. Кто-то проявил небрежность.

Фэрис подумала о том, пришлось ли Джейн повозиться с этим замком. Или его открыл для нее Тириан?

Король распахнул дверь. За ней царила темнота. Струя холодного воздуха превратилась в ветер. Фэрис почувствовала, как зашевелилась вуаль и затрепетали рукава. Король перешагнул через порог.

— Света нет? — спросила Фэрис, следуя за ним.

— Нам он ни к чему.

За дверью небо было черным, а земля белой. Над головой висел лунный серп, затмевая почти все звезды. Под ногами груды битого кирпича отбрасывали тени в лунном свете.

— Ох, — произнесла Фэрис так тихо, что дыхание даже не шевельнуло вуаль.

За обширным пространством битого кирпича и камня она увидела белые стены, поднимающиеся из середины развалин, — безупречно прекрасную башню, идеальную, как рог единорога. На глазах у Фэрис блеск башни померк, словно луна зашла за гряду облаков. Через мгновение перед ними не осталось ничего, кроме ровного пространства футов сорока-пятидесяти в поперечнике, усыпанного обломками кирпича и камня, которое заканчивалось пропастью, обрывающейся на тысячу футов вниз, к путанице городских улиц. За пропастью виднелась россыпь огоньков на совершенно темном фоне, напоминающая росу на паутине.

— Ох, — снова произнесла она и вышла вперед, на лунный свет.

— Помните о львах, — сказал у нее за спиной король.

Фэрис быстро оглянулась, но ничего не увидела.

— Где?

— Они где-то здесь. — Он взял ее под локоть, словно для того, чтобы поддержать. — Здесь сегодня ночью красиво, правда?

— Очень красиво. — Фэрис подошла к краю пропасти и остановилась, любуясь зрелищем. Россыпь огней горела на городских улицах внизу, можно было различить сияние газовых фонарей вдоль эспланады, отблеск костров Двенадцатой ночи на крутых, извилистых улицах бедняцкого квартала.

— Слишком красиво. — Король потянул Фэрис от края пропасти и заключил в объятия. — Мы привели вас сюда в том числе и затем, чтобы показать все это. И заверить вас в том, что с нами вы в полной безопасности.

— Разве в этом были какие-то сомнения?

— Мы хотим извиниться перед вами за те неудобства, которые причинила вам наша младшая дочь. Менари относится к вам с некоторой враждебностью.

— Вы говорите о вашем письме к декану?

Сначала король казался озадаченным.

— О нашем письме? Ах, это! Разумеется, и за это тоже. Когда мы получили от Менари сообщение, что ей нужно больше денег, так как она стала жертвой шантажа, нам следовало помнить о ее живом воображении.

Любопытство удержало Фэрис от замечания по поводу такого определения поведения Менари.

— За это тоже? А за что еще?

— Менари потратила довольно много времени, отрывая его от учебы, на то, чтобы нанять некую парижскую фирму, которая должна была выполнить ее поручение, — начал король, его величественный голос далеко разносился среди руин.

«Поручение прикончить меня», — сообразила Фэрис.

Король продолжал:

— Когда мы об этом узнали, то воспротивились. Поручение было отменено. Мы начали юридические процедуры, чтобы вернуть назад деньги. Мы серьезно поговорили с Менари. Она будет слишком занята своей учебой в Сорбонне и больше вас не побеспокоит. Мы решили извиниться перед вами. Надеемся, вы считаете нас своим другом. Своим преданным другом.

Сердце Фэрис упало. Король еще крепче сжал ее плечи. Она резко вздрогнула.

— Это был лев?

Король лишь теснее прижал ее к себе.

— Пусть только посмеют нас побеспокоить. Мы бросим вызов чему угодно, когда вы рядом с нами. Нет, не надо дрожать. Мы вас защитим. Только дайте нам это право.

Фэрис не дрожала. Ее всю трясло от смеха и ярости. Она отстранилась.

— Кто-то идет.

Она выдавала желаемое за действительное.

— Мы совершенно одни. — Король легонько погладил ее по плечу. — Мы уже обсудили все с вашим дядей, разумеется. Тем не менее мы не настолько еще стары, чтобы не понимать, как вы можете посмотреть на это. Вы молоды. Мы знаем, каково это — быть молодым. Вы заставили нас вспомнить…

Джулиан замолчал и зевнул. Затем совершенно внезапно, без предупреждения, сел на пол, уткнулся головой в колени и замер в таком положении.

Фэрис склонилась над ним. Его глаза были закрыты. Он дышал глубоко и спокойно. У нее чуть голова не закружилась от облегчения.

— Ты не представляешь себе, как трудно колдовать в таком месте. — Джейн наклонилась к королю рядом с Фэрис. — С ним все в порядке. Извини, что опоздала.

Фэрис выпрямилась и начала снимать вуаль.

— Слава богу, что ты его остановила. Хотя жаль, что ты не явилась до того, как он сделал мне предложение.

— Я тогда еще не закончила со львами, — Джейн сняла свою алую пелерину и отложила ее в сторону, затем начала снимать шляпку. — Погрузить их в сон нетрудно. Проблема в том, чтобы они оставались спящими. Как раз тогда, когда я овладела ситуацией, еще что-то вылетело ко мне из разлома, и все пришлось начинать сначала.

Фэрис отколола свою вуаль и отдала ее Джейн. Джейн накинула ее на себя и начала приспосабливать на место.

— Пользоваться магией так близко от разлома — все равно что закуривать сигарету, стоя в ведре с керосином.

— Звучит неприятно, — заметил Рид. Тириан нетерпеливо протиснулся мимо него и встал рядом с Джейн и Фэрис. Он снял свою волчью голову и положил ее рядом со шляпой Джейн. Рид нехотя подошел ближе, опасливо косясь на край пропасти.

— Мне остаться здесь и охранять короля?

— О, я оставлю его при себе, — ответила Джейн. Ее голос стал немного ниже, чем обычно, яснее и мягче. Она казалась выше ростом, гораздо выше, чем прежде, и этот рост сделал ее грациозную фигурку неуклюжей. Под вуалью алое ее платье стало черным и покрылось черными вышитыми узорами. В лунном свете вся вышивка казалась серебряной, а из-за вуали все серебро выглядело тусклым. — Но мне придется вскоре разбудить и его, и львов. Я не могу одновременно держать их крепко спящими и управлять вуалью. По крайней мере здесь.

— Обещай мне, что бы ни случилось, ты не будешь танцевать с дядюшкой Бринкером.

— Нам надо идти. — Тириан наблюдал за Фэрис. При лунном свете ей казалось, что он все еще в маске.

Рид тревожно огляделся кругом.

— Идти куда?

— К башне.

Фэрис достала ключ от лестницы хранительницы и сняла его с шеи. При свете луны зеленоватое стекло в ее руке казалось темным. Она крепко сжала ключ и направилась к тому месту, где только что была башня. Если там есть дверь, то она должна найти ее.

— Если не смогу справиться со всей магией, то постараюсь подать тебе сигнал раньше, чем проснутся львы. — Джейн нагнулась и дотронулась до плеча короля. Он встал, не открывая глаз, и позволил ей увести себя. Дверь за ними закрылась почти бесшумно.

Лунный свет на неровном полу был таким ярким, что отбрасывал тени. Когда Фэрис шла к центру развалин, башня медленно возвращалась, и от этого тени вокруг нее двигались. И все же она не видела ни белых стен, ни окружающей темноты.

Ее внимание было приковано к участку пола перед ней, где свет и тень складывались в нечто такое, чего она никогда раньше не видела. Черно-серебряный узор завораживал ее, иногда он был похож на шелковистую игру света на воде, иногда — на вышивку ее платья, иногда — на звезды над Гринло в ночь ее дежурства.

Фэрис не могла понять сути происходящего, но знала, что есть определенный смысл в этих скользящих контрастах. Они напоминали ей лабиринт в Севенфолде. Или игру цвета на перышке скворца. Или узор на ковре в библиотеке Галазон-Чейза. Она неуверенно шла по этому узору, выискивая некий центр, который не могла распознать.

Рисунок изменился. Фэрис почувствовала, как что-то вырвалось на свободу и проплыло мимо нее. Глядя на меркнущие контрастные блики, она поняла, что башня снова исчезла. А остатки узора в последний раз сдвинулись и превратились в сияние газовых фонарей и костров на темных улицах внизу. Она стояла на краю пропасти. С двух сторон от нее замерли Рид и Тириан, готовые оттащить ее назад. Фэрис заморгала, словно пробуждаясь ото сна, оглянулась на них и произнесла дрожащим голосом:

— Я не могу это сделать. Не могу даже найти дорогу к разлому.

— Хорошо, — сказал Рид. — Значит, мы можем ехать домой.

— Отойдите, — попросил Тириан. — Отойдите от края.

Когда они передвинулись в более безопасное место, шляпа Джейн взорвалась. Взрыв сбил их с ног, ненадолго оглушил, присыпал песком и камушками, но больше ничем не навредил. Фэрис выплюнула песок и потерла ушибленное колено.

— Мне кажется, я что-то вырвала из разлома.

— Джейн сказала, что подаст нам сигнал, — напомнил Рид. — Думаю, она перестаралась.

— Назад, к двери, — позвал Тириан.

Они добрались до дверей раньше, чем заметили какие-либо признаки присутствия львов, но, когда Рид закрыл дверь, Фэрис оглянулась назад в темноту и заметила сверкающие глаза. Потом троица бросилась бежать по коридору со всех ног.

На бегу они пытались быстро отряхнуться и почистить друг друга, чтобы убрать с волос и одежды хотя бы часть пыли. Извилистые переходы казались бесконечными. Узор из света и тени все еще стоял у Фэрис перед глазами. Она плохо определяла расстояние и задевала плечом за углы. Рид и Тириан сбавили темп, чтобы она не отставала от них.

Наконец, в комнате рядом с бальным залом, где на столах, накрытых белыми скатертями, стояли огромные подносы с пирожками, начиненными крабами и омарами, они остановились, чтобы прийти в себя.

— Я войду первым, — сказал Рид, поправляя кружево на манжетах. — Я один еще в маскарадном костюме.

— У тебя три минуты, чтобы ее найти, — предупредил Тириан. — Не больше. Если не вернешься, уйдем без тебя.

Рид усмехнулся, низко поклонился Фэрис и исчез за дверью.

В буфетной было тихо и на удивление пустынно, учитывая отличное качество выставленной еды. Фэрис не слышала оркестра, но ей показалось, что из бального зала доносятся голоса. Она не могла разобрать слов, что приводило ее в бешенство. С Джейн или без нее, Рид вернется через три минуты.

Фэрис пыталась не обращать внимания на усиливающееся чувство страха. Джейн обещала подать сигнал. Но ее любимая шляпа? Джейн прекрасно знала, что Фэрис и остальные могли стоять прямо рядом с ней в тот момент, когда эта штука взорвалась. И перед самым взрывом возникло это тошнотворно медленное смещение узора, когда что-то промелькнуло мимо Фэрис. Мимо нее, но не мимо Джейн? Наверняка три минуты не могут длиться так долго. Где Рид? Фэрис заметалась по комнате.

Тириан, заметила она краем глаза, развернул белую салфетку и аккуратно перекинул ее через руку. За его спокойным выражением лица угадывалось то яростное веселье, которое охватило его на бульваре Сен-Жермен. На глазах у Фэрис он слегка передвигал на столе серебряные подносы с таким видом, словно всю жизнь посвятил изучению того, как правильно подавать пирожки с крабами. В конце концов он выбрал поднос и легко поднял его. И вежливо кивнул Фэрис.

— Прошло три минуты. Я отправляюсь на разведку. Если не вернусь еще через минуту, уходите без нас.

Фэрис пыталась что-то сказать, но он поднял руку и остановил ее.

— Считайте до шестидесяти. Потом уходите. — Тириан резко повернулся и ловко двинулся к бальному залу, высоко подняв поднос с пирожками.

Фэрис снова заметалась по комнате.

Не успела она досчитать до двадцати, как Тириан вернулся с нетронутыми закусками.

— Нам надо уходить. — Только его широко раскрытые голубые глаза выдавали волнение. — К Джейн вернулся ее обычный облик. Я думаю, король хочет узнать, только ли она морочила ему голову, выдавая себя за тебя, или виноваты вы обе… — Он умолк.

Высоко подняв голову, расправив присыпанные пылью плечи, Фэрис прошла мимо него в бальный зал. Тириан вздохнул с отчаянием и бросился бежать в противоположном направлении так быстро, как позволял ему поднос с крабовыми пирожками.

В бальном зале гости столпились перед оркестром и смотрели во все глаза, но не музыканты вызвали их интерес. На небольшом пятачке в центре толпы стоял король и кричал кому-то, глядя себе под ноги:

— Мы спрашиваем еще раз. Где Фэрис Налланин?

Если ответ и прозвучал, его не было слышно из-за толпы зрителей в маскарадных костюмах.

Фэрис успела преодолеть большую часть шахматной доски, пока кто-то заметил ее присутствие. Подойдя к толпе, она заколебалась, жалея, что при ней нет шпаги Рида. Она протискивалась сквозь толпу, работая локтями и непрерывно повторяя:

— Прошу прощения. Извините. Мне очень жаль.

Кольцо зрителей расступилось, поднялся ропот. Фэрис невольно уловила несколько слов. Одно было «ведьма», другое — «незаконнорожденная». Она поморщилась. Шепот превратился в гул, и толпа перед ней растаяла. Девушка очутилась внутри небольшого свободного пространства.

Король был багровым от ярости. Выпрямившись во весь рост, он представлял собой внушительную фигуру, несмотря на будничный костюм. Фэрис заметила, что на его плече уже нет чучела жаворонка, и невольно обрадовалась.

Джейн лежала у ног короля, крепко прижав ладони к вискам, ее юное лицо выглядело пепельно-серым под смятой вуалью, которая теперь стала обычной тканью. Рид, опустившись рядом с ней на колени, прислонил ее голову к своему плечу. Он походил бы на живое воплощение галантности восемнадцатого века, но его внимание было приковано не к Джейн, а к королю. Вид у него был встревоженный.

Рядом с ними стояли два стражника, увенчанные пышным гребнем-шваброй. Гости, которых они растолкали, чтобы подойти к королю, до сих пор ворчали. По другую сторону этого пространства вышли вперед посол Британии и ее супруг, словно собираясь протестовать. Рядом с ними виднелся Бринкер, обнимавший за плечи Агнес.

Фэрис вышла на середину круга и почувствовала у себя за спиной кольцо зрителей. Она собралась с духом и оглянулась. Тириана нигде не было видно. Фэрис опустилась на колени рядом с Джейн и спросила как можно спокойнее:

— Что с тобой?

Все смотрели на нее. На секунду в огромном зале исчезли все звуки, не слышалось ни шепота, ни шороха ткани.

Фэрис говорила нарочито небрежным тоном:

— Джейн, ты себя хорошо чувствуешь?

Джейн прищурилась, глядя на подругу так, словно у нее болели глаза от света. Она не отнимала пальцев ото лба. Костяшки пальцев побелели. Она ответила почти шепотом:

— Все мои сигареты погасли одновременно. Извини.

Раздался громкий и холодный голос короля:

— Итак, вы признаетесь, что знаете друг друга?

Фэрис посмотрела на него.

— Вы меня искали?

— Стража, арестуйте этих женщин.

— И в чем же нас обвиняют?

— В государственной измене, — просто-таки выплюнул Джулиан, глядя на Джейн. — Она использовала против нас магию. Несомненно, вы бы и сами это сделали, если бы имели способности. Вместо этого вы натравили ее на меня. Вы вступили в заговор против нашей личности.

Фэрис окинула короля ледяным взглядом.

— Возможно, — тихо произнесла она, — вы приняли меня за одну из своих подданных. Но я — посол Галазона. И пользуюсь дипломатической неприкосновенностью. Как и мои спутники.

Губы короля скривились.

— Вы никакой не посол. Ваш дядя не смог придумать лучшей приманки, чтобы выманить вас из Галазона. С таким же основанием вы могли бы назвать себя послом от фермы. По крайней мере, это звучит правдоподобно.

Шепот вокруг них перерос в ропот.

Голос Фэрис оставался спокойным.

— Вы думаете, я приехала в Аравис, не посмотрев на свои верительные грамоты? Какими бы ни были ваши намерения, моя миссия посла имеет законную силу. — Она бросила взгляд на Бринкера, который отвел глаза.

Король вдруг рассмеялся.

— Чего вы не можете сказать о себе.

Фэрис охватило раздражение. Это чувство было ей знакомо. Она обрадовалась ему, как освобождению от других забот.

— Старая шутка старого человека. Признаюсь, мне она нравится больше, чем ваши пошлые ухаживания.

Король с грозным спокойствием посмотрел на Фэрис, потом на стражников.

— Мы отдали вам приказ. Почему вы его не выполняете?

— Возможно, из-за протокола, — произнесла посол Британии с ледяной учтивостью. — Венский конгресс установил определенные принципы дипломатических отношений. Вы не можете все их нарушить ради мимолетного каприза.

— Очень хорошо, если мы должны продолжать этот фарс, то отзываем верительные грамоты этого посла. Стража, выполняйте приказ.

Стражники двинулись вперед, Фэрис встала и повернулась к послу Британии. Повысив голос, чтобы перекрыть нарастающий шум толпы, она сказала:

— Леди Брейлсфорд — подданная Британии. Ваше превосходительство, я надеюсь, вы проследите, чтобы ей не причинили вреда.

В противоположной двери зала появились новые стражники. При их приближении толпа зрителей начала таять.

Посол Британии коротко кивнула Фэрис. Ближайшие стражники заколебались при виде неодобрения на ее лице.

— Я приму меры, — пообещала она.

Суровое выражение ее лица почему-то успокоило Фэрис.

— Рид, оставайся с ней. — Рид кивнул и помог Джейн подняться. Королю Фэрис крикнула: — Где вы держите арестованных вами послов? В лабиринте Севенфолда, вместе с Менари?

Все в зале замерли. Во внезапно наступившей тишине король подошел ближе к Фэрис, дрожа от еле сдерживаемых чувств. Он протянул руку и очень нежно провел кончиками пальцев по ее губам. Когда он заговорил, его голос донесся до самых дальних уголков бального зала.

— У вас красивый ротик, когда он закрыт. Если бы вы держали его на замке, мы могли бы очень хорошо поладить. Но в данном случае даже ваше приданое не может вас извинить.

Несколько мгновений Фэрис смотрела ему в лицо. Потом взглянула мимо короля на Бринкера. Ее рот приоткрылся, но она не сразу нашла слова.

— Значит, вот для чего повысили налоги.

На этот раз Бринкер не отвел глаза.

— Тебе требовалось большое приданое, чтобы компенсировать твою репутацию. Ты сама виновата, а не я. Я только выполнял свой долг.

— Ты ограбил Галазон, чтобы продать меня. — Ее глаза сверкнули. — Жаль, что я не убила тебя, когда была возможность.

Бринкер улыбнулся.

— Ради родственных чувств приходится рисковать. Это роскошь, которую я редко себе позволяю.

Стоящая рядом с Бринкером Агнес закричала и вытянула руку. Это был прекрасный, пронзительный, оперный вопль, который завершился словом «Лев!» Все невольно посмотрели в указанную сторону. И тишина в комнате взорвалась криками.

На мгновение толпа расступилась, и Фэрис смогла бросить взгляд в буфетную. На покрытом скатертью столе среди разгромленных серебряных подносов стояла львица. Она была целиком поглощена пирожками с крабами и омарами.

Агнес продолжала вопить. Кто-то оттолкнул Фэрис в сторону. Она удержалась на ногах и увидела, что Рид и Джейн почти добрались до двери. Король, не обращая внимания на панику, поспешно шел к ним. Посол Британии быстро перехватила его.

Толпа снова сомкнулась вокруг Фэрис, она обернулась и оказалась лицом к лицу с Бринкером. Она прыгнула на него и схватила за левый наручник доспехов.

— Ты!

Бринкер отпрянул, вырвал руку и повернулся, чтобы удрать.

Фэрис не успела погнаться за ним, как кто-то сзади схватил ее за локоть. Она почувствовала на щеке теплое дыхание Тириана.

— Сюда. — Он снова потащил ее в толпу.

С сожалением Фэрис позволила дядюшке скрыться. Ей потребовалось все проворство, чтобы не отставать от Тириана, который прокладывал путь сквозь толпу испуганных гостей. Они добрались до ближайшей черной лестницы, и телохранитель открыл дверь. Прошмыгнув мимо него, а потом вниз по лестнице, Фэрис почувствовала, как ее охватила странная беспечность.

Несмотря на то что ей не удалось найти способ подобраться к разлому, несмотря на предательство дяди и сложное положение, в которое попали ее друзья, Фэрис была рада покончить с маскарадом. Чувства вины и страха померкли перед восторгом свободы. Высоко подняв юбки, забыв обо всех приличиях, герцогиня бежала за Тирианом по коридору к следующей из четырнадцати неназванных лестниц.

Они подбежали к запертой двери. Тириан достал отмычку и воспользовался ею с легкостью, говорившей о длительной практике.

— Как вам удалось уговорить львов прийти к нам на выручку?

Тириан поднял глаза от замка.

— Я всего лишь раздавил ногой несколько крабовых пирожков на полу на каждом повороте — и оставил дверь открытой. — Замок тихо щелкнул, и дверь распахнулась. — Вот так. — Он улыбнулся.

Фэрис улыбнулась в ответ. Маленький пузырек радостного возбуждения притаился в ее горле. Из-за него ей стало трудно дышать.

— Производит впечатление.

Тириан, казалось, был очень доволен ею, самим собой и миром в целом. Он смотрел ей прямо в глаза, и Фэрис осмелела.

— Спасибо, что спасли меня.

— Рад услужить. Можно требовать награду?

Фэрис почувствовала, что задыхается.

— Конечно.

Тириан наклонился ближе и прошептал:

— Скажите мне, куда мы идем.

Фэрис заморгала.

— Прочь отсюда.

— Да, а потом?

Фэрис почувствовала, что пузырек восторга растет, она едва могла справиться со своим голосом.

— Не имею ни малейшего представления.

Тириан рассмеялся.

— Удачно. Пока не будем смотреть вперед, с нами все будет в порядке. — Он протянул руку. — Могу я пригласить вас на этот танец?

— Конечно. — Фэрис вложила руку в его ладонь. — Но я думаю, пусть лучше это будет галоп.

Весь остаток ночи шел дождь. Фэрис и Тириан едва успели выйти на улицу, как начался ливень.

Через несколько секунд расшитый шелк платья Фэрис прилип к ее телу и стал таким же красивым, как джутовый мешок, но гораздо менее удобным. Прядки волос, все еще заплетенных в косу и уложенных в корону, выбились и падали на глаза и на шею сзади. Когда она смогла уделить внимание коленям и локтям, то почувствовала, что на них расцветают синяки. Этим украшением она была обязана падению после взрыва шляпы Джейн.

Она подозревала, что Тириану ничуть не лучше. Его вечерний костюм промок насквозь, пропитанные водой туфли хлюпали на ходу. Неприятная ночь для прогулок под открытым небом.

В первый час после того, как Фэрис с Тирианом удрали из замка, они пытались добраться до Британского посольства. Имело смысл поискать там Джейн и Рида, а также убежища. Но король слишком быстро выслал отряды на их поиски. Беглецы обнаружили, что улицы вокруг посольства кишат стражниками короля, и не захотели рисковать. На обратном пути Тириан повел Фэрис в беднейший квартал города, где улочки были крутыми и узкими, а иногда соединялись переходами не шире обычной лестницы.

Фэрис следовала за Тирианом по улицам, где уже давно догорели костры Двенадцатой ночи, а из сточных канав смылись следы пепла. Несмотря на странно выглядящие, бесформенные наряды герцогини и ее телохранителя, немногие обитатели этого лабиринта обратили внимание на их появление. Никто их не трогал.

Несмотря на все неудобства, Фэрис по-прежнему ощущала эту странную беззаботность, которая охватила ее в начале бегства. Она была свободна. Это почему-то успокаивало. Тириан с полной уверенностью двигался по лабиринту улиц, словно руководствовался каким-то внутренним компасом.

Дождь прекратился. Даже в запутанном квартале ниже эспланады ночь уступала место рассвету. Окна открывались, хозяйки уже развесили белье, и оно слабо раскачивалось на веревках, натянутых над скользкими булыжниками мостовой. Пока что народу на улицах было мало. Город никогда не замолкал, но этим утром в Арависе было так тихо, как только могло быть.

Фэрис чувствовала себя почти в безопасности, пока за углом впереди не послышался топот марширующих ног. Не замедляя шага, Тириан оглянулся на спутницу. Света было уже достаточно, чтобы Фэрис увидела мрачное выражение его лица. Оба понимали, что преследователи уже недалеко. Они оказались между двух поисковых отрядов.

Пустившись бегом вслед за Тирианом, Фэрис окинула взглядом пустую улицу. Двери, ворота, окна — все закрыто, спрятаться некуда.

Потом она увидела запертые железные ворота у входа в один из узких проулков, соединяющих две улицы. В тот же момент их увидел и Тириан. Не обменявшись ни единым словом, они вместе кинулись в ту сторону. Ожидая, когда телохранитель откроет замок, Фэрис заметила название улицы на стене рядом с воротами: тупик Край света.

Фэрис тронула Тириана за рукав.

— Вы мне когда-то говорили, что последуете за мной на край света, — прошептала она. — Вот ваш шанс.

Тириан прочел табличку и мягко улыбнулся.

— Вперед. Я часто гадал, на что он похож.

В рассветный час тупик Край света казался слишком темным. Он пропах сыростью, старостью и грязью. В нем было так же холодно, как и на улицах, но хотя бы не чувствовалось ветра. Ноги скользили по истертым, скользким камням дороги, которая сначала полого поднималась вверх, потом круто спускалась вниз с холма.

Спуск продолжался, становясь все круче; наконец проулок перешел в кривые ступеньки. Фэрис крепко держалась за рукав Тириана. Он уверенно вел ее вниз по лестнице. Один раз она споткнулась, и он обхватил ее рукой за талию. У нее перехватило дыхание, и она обрадовалась темноте, почувствовав, как вспыхнули щеки.

Пройдя еще немного, они остановились, напрягая зрение в поисках хотя бы лучика света, который бы убедил их, что они двигаются не к центру земли. Фэрис поймала себя на том, что думает о Хиларионе, обитающем в одиночестве в темноте под своим домом.

— Надеюсь, спускаться нам недолго, — прошептала она. — Наверное, мы уже совсем близко от трехголового пса.

— Слушайте.

В отдалении Фэрис уловила звук, который напомнил ей шелест ветра в верхушках деревьев Галазон-Чейза или звук текущей воды.

— Водопад?

— Нет. Шаги. Кто-то идет за нами.

— Да, армия королевских стражников. — Фэрис напряженно прислушалась. Тириан был прав. Кто-то медленно приближался к ним сзади и был уже недалеко.

Оказавшись футах в десяти от них, невидимый преследователь остановился. Мужской голос спросил:

— Вы собираетесь остановиться там?

Фэрис очень хотелось зажечь свет. Словно в ответ на ее мысль подошедший отодвинул заслонку на фонаре, и она увидела мужчину, который его держал. Он был низеньким и лысоватым, но с неопрятной щетиной на подбородке и щеках. Темные, близко посаженные глаза горели любопытством. Одежда его выглядела поношенной, но довольно чистой. Он держал пистолет дулом вниз и рассматривал Фэрис и Тириана так же пристально, как они его. Если он и заметил пистолет в руке Тириана, то не подал виду.

После долгого молчаливого разглядывания этот человек снова заговорил.

— Вы глухие?

Фэрис посмотрела на Тириана. Он бесстрастно рассматривал незнакомца.

— Мы совершенно промокли, — в конце концов произнес он. — А вы почему нет?

— Я привратник, вот почему. А кто вы такие, что ухитрились проскользнуть мимо меня и вторглись сюда, закапали весь пол и еще задаете мне вопросы?

— Мы не хотели быть невежливыми. Я вас не видела, когда мы вошли. Где вы были?

— Но я вас видел, юная леди. И я видел, как вы обошлись с замком, молодой сэр. Вы открыли его так быстро, что я подумал, что у вас есть ключ. Но если у вас есть ключ и вы знаете дорогу, то почему у вас нет фонаря? Зачем вы крадетесь на цыпочках и шепчетесь? И вот я здесь, по-прежнему в недоумении. — Он направил пистолет на Фэрис. — Вы должны объясниться. А вы, молодой сэр, не должны целиться в меня из своего пистолета.

— Целиться в человека невежливо, — мягко сказала Фэрис Тириану. Он опустил оружие, но не стал убирать его. Фэрис улыбнулась привратнику. — Мне очень жаль, что мы вас напугали. Мы заблудились. Вы можете нам сказать, где мы?

— Вы прочли табличку. Я слышал. — Привратник нехотя улыбнулся ей в ответ, опуская свой пистолет. — Наверное, веселая была у вас вечеринка.

— Действительно, — грустно пробормотала Фэрис. — По-своему она была веселой.

— Скажите мне, кто вы, иначе я отошлю вас обратно. Я думаю, вам это не понравится.

Тириан пожал плечами.

— Эта дама — инкогнито, кто я — и вовсе не имеет значения.

Улыбка привратника стала шире. Он начал тихо напевать что-то, потом запел громче:

— «На бой я иду с темным рыцарем призраков зла и порока…»

Под влиянием порыва Фэрис, не задумываясь, подхватила:

— «Десять лиг за край белого света, не так уж это далеко».

Привратник расплылся в улыбке.

— Вы мне нравитесь, юная леди. Я позволю вам выбрать, хотя редко это делаю. Хотите вернуться назад? Или зайдете к нам в гости?

— Как я могу выбрать, куда мне хочется идти, если я не знаю, где я?

— Ну, вы кажетесь такой умной юной леди, я думал, вы догадались. Вы в десяти лигах за краем белого света. — При свете затененного фонаря привратник двинулся дальше по переулку. — Пойдемте. С нами вы будете в безопасности.

На мгновение Фэрис заколебалась. Тириан стоял рядом с ней неподвижно, охваченный подозрением.

— Вы не думаете, что они перестали нас искать?

Тириан сделал долгий выдох.

— Нет.

— Считаете, нам следует вернуться?

После долгой паузы телохранитель неохотно ответил:

— Нет.

— Значит, мы можем здесь остаться?

Тириан вздохнул.

— Этому вас научили в вашем колледже?

Фэрис взяла его под руку, и они двинулись вслед за прыгающим фонарем привратника.

— Отчасти.

Привратник вел их по разветвляющимся переходам. Фэрис надеялась, что им не придется шагать еще десять лиг. Они с Тирианом были голодны, у них болели ноги. Ее мокрые юбки стали тяжелыми, и она никак не могла унять дрожь.

Пока они шли, звук падающей воды становился все громче, пока их переулок не пересекся под прямым углом с другим. Здесь привратник остановился на мгновение, глядя на бегущую мимо воду, но это был не водопад, вода стекала вниз по лестнице. Фэрис заметила перила в дальнем конце потока. Хотя они потеряли цвет и были покрыты пятнами, все же показались ей очень похожими на резную балюстраду мраморной лестницы замка.

Привратник с одобрением заметил ее интерес.

Он заговорил громко, чтобы перекрыть шум бегущей воды.

— Воды слишком много. Дожди не прекращаются все последние недели. Пришлось открыть люки одного из резервуаров над нами. — Высоко подняв фонарь, он вошел в поток. — Ступайте осторожнее.

Фэрис с ужасом смотрела на него. Тириан вошел в воду и протянул ей руку.

— Есть только одно утешение: больше промокнуть мы уже не можем.

Осторожно шагнув вслед за ним в стремительно несущуюся воду, Фэрис ахнула и вздрогнула от холода.

— Зато можем замерзнуть. Мы всегда можем замерзнуть еще больше.

Ушедший далеко вперед привратник остановился, чтобы подбодрить их. Он махал фонарем и звал, но шум воды заглушал его слова.

Ступеньки были крутыми и очень скользкими. Ледяная вода била по ногам, и они уже начали неметь. Фэрис знала, что Тириан по-прежнему ведет ее, но уже не ощущала его руку, сжимающую ее ладонь. Хотелось дойти до каменной балюстрады и ухватиться за нее.

Следующая ступенька оказалась расколотой. Нога девушки встретила пустоту, и она потеряла равновесие. Запутавшись в мокрых шелковых юбках, Фэрис упала и увлекла за собой Тириана.

Когда она полностью скрылась под водой, ее последней связной мыслью была мысль о Хиларионе.


Двенадцатая ночь | Академия магии | Мечты безумные сердца