home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



VII

За последующие три дня взрослая девушка и восьмилетняя девочка успели странным образом сдружиться. Похоже, их скоропалительной дружбе не мешала существенная разница в возрасте. И то обстоятельство, что Лиза не разговаривала, а свои эмоции и желания высказывала жестами, тоже не служило препятствием.

Инга заходила за Лизой в послеобеденное время, и дальше они вдвоем шли на пляж. Время, которое они проводили у моря, пролетало очень быстро. Часто Инга читала Лизе книгу, либо рассказывала какие-нибудь истории – выдуманные или из собственной жизни. Иногда они, вновь воплощаясь в «охотниц за счастьем», собирали гладкие, обточенные морем камешки. Иногда «разговаривали»: Лиза писала для Инги короткие фразы в большом блокноте. Но такие «разговоры» девочке быстро надоедали, ей куда больше нравилось слушать рассказы своей старшей подруги. Когда рассказывать и слушать надоедало, они слушали успокаивающий шум прибоя, растянувшись на большом пляжном полотенце. Когда же время близилось к вечеру, шли в кафе-мороженое, прежде чем возвращаться домой.

В этот раз Инга с Лизой уходили с пляжа немного раньше, чем обычно. На вечер были запланированы другие важные дела, и «барышни», как бы выразился брат Инги, торопились все успеть. Во-первых, по сложившейся за эти дни традиции, нужно было зайти в кафе и съесть по порции фруктового и ванильного мороженого. Затем – найти магазин, торгующий канцелярскими товарами, и купить краски и кисточки. У юной «охотницы за счастьем» дома скопилось столько камешков, что с ними надо было срочно что-то делать. Расставаться со своими сокровищами Лиза категорически не желала, использовать их в качестве украшений в саду – тоже. А на предложение Инги разрисовать камешки, превратив их таким образом в кукол, откликнулась с большим интересом.

Когда они с покупками выходили из магазина, Ингу неожиданно окликнули по имени. Девушка оглянулась и увидела спешившую к ним Анну. Инга остановилась и с улыбкой поприветствовала приятельницу:

– Привет, Аня!

– Привет! Здравствуй, Лизонька! – улыбнулась девочке Анна и протянула руку для приветствия. Елизавета, однако, лишь хмуро кивнула и руки не подала.

Аня засмеялась, постаравшись сгладить секундную неловкость и, сунув руку в карман летней юбки, весело произнесла:

– Вот так встреча! А что вы вместе делаете?

– Прогуливаемся! Краски покупали, – охотно пояснила Инга и почувствовала, как девочка крепко сжала ее ладонь.

– А-а… – Анна не знала, что сказать, переводя взгляд с Инги на Лизу и обратно. – Я рада, что ты приняла предложение Алексея…

– Он здесь ни при чем. Мы с Лизой случайно познакомились и подружились, – с нажимом произнесла Инга. Простушка Анна, сама того не желая, могла бы ляпнуть что-нибудь, не предназначенное для ушей девочки, которая стояла рядом. Инга бросила на девочку короткий взгляд: черные брови нахмурены, губы поджаты… Лиза чем-то была очень недовольна.

– Инга, мы с девчатами сегодня в десять опять собираемся в ресторане. Там же, где и в прошлый раз. Мария хотела сегодня зайти за тобой. Придешь?

Инга, украдкой рассматривая простоватое лицо Анны с покорным взглядом невыразительных светло-карих глаз, думала, что той надлежало бы родиться в другой эпохе. Анне бы пошла роль жены средней руки помещика, которую бы гораздо больше занимало хозяйство, рукоделие и дети, чем шумные балы и роковые романы. А еще она хорошо смотрелась бы в роли сестры милосердия…

– Так ты придешь? – не дождавшись ответа, переспросила Анна, скрасив свою настойчивость улыбкой. Пожалуй, лишь улыбка была способна сделать ее лицо немного красивее…

Инга, спохватившись, смутилась и поспешно ответила:

– Не знаю, Аня… Не обещаю, но постараюсь! – И тут же почувствовала, как Лиза тихо, но настойчиво потянула ее за руку, напоминая о себе и давая понять, что хочет уйти. – Извини, Аня, мы торопимся. Я обещала привести Лизу домой к ужину.

Инга, потакая девочке, торопливо попрощалась. Приятельница понимающе кивнула и, когда Инга уже повернулась, чтобы идти, напомнила:

– Так ты приходи! Мы были бы рады тебя видеть!

– Постараюсь, – оглянувшись, с улыбкой ответила Инга.

Лиза какое-то время была насупленная. Она выдернула свою ладошку из ладони Инги и, недовольно поджав губы, шла рядом, но в то же время будто независимо.

– Лиза, ты сердишься? На меня?

Лиза помотала головой, однако недовольное выражение не исчезло с ее мордашки.

– Ты подумала, что я сейчас отведу тебя домой и отправлюсь на вечеринку к приятельницам вместо того, чтобы раскрашивать с тобой камешки? – догадалась Инга.

Девочка, немного поколебавшись, утвердительно кивнула.

– Да нет же, смешная! Раз я тебе пообещала, я не буду менять свои планы. Мы с тобой, как и хотели, будем разрисовывать камешки! Тем более что мне и самой не терпится проверить, что за краски мы с тобой купили. Я так давно не рисовала! Ты даже представить себе не можешь, как давно!

Лиза, похоже, поверила ей и с облегчением улыбнулась. И снова сунула свою маленькую ладошку в ее ладонь.


Алексей вернулся домой раньше обычного. Поставив машину в гараж, он вошел во двор и с удивлением услышал звонкий смех, доносившийся из небольшой беседки в саду.

– Нет, Лиза! Собачку лучше сделать не фиолетового цвета, а более подходящего. Хотя бы желтого. Лизка, ты вся в краске! Похожа на разноцветного индейца! Нина Павловна придет в ужас, когда тебя увидит!

Смеющийся женский голос удивил. И Алексей, заинтригованный, вместо крыльца направился к беседке.

Он застал просто идеальную картину: на застеленном газетой раскладном переносном столе сохли раскрашенные во все цвета радуги камни, которые Лизка натаскала с пляжа. Дочка, поджав под себя ноги по-турецки, сидела на лавочке и, высунув от усердия кончик языка, кисточкой размалевывала очередной камень. Ее лицо, колени и руки почти до самых локтей были в разноцветных кляксах и полосах, и она, как правильно заметила сидящая рядом с ней Инга, очень напоминала индейца в боевой раскраске. Сама Инга была не намного чище Лизы, по крайней мере, пальцы и ладони у нее тоже были в краске.

– Добрый вечер, Алексей! – девушка, первая заметившая вошедшего в беседку мужчину, весело поздоровалась. Отложив кисточку, она убрала тыльной стороной ладони прядь волос, упавшую на лицо. И случайно оставила на лбу зеленую полосу.

– Добрый! – поздоровался мужчина и, смеясь, зашикал на Лизавету, тут же кинувшуюся к нему с объятиями: – Лиза, дочка! Ты меня сейчас всего испачкаешь!

– Краска легко отстирывается, – торопливо пояснила Инга и, оглядев созданный ею с Лизой беспорядок, повинилась: – Мы тут немного напачкали и намусорили…

– Уберем! Потом, – добродушно отозвался Алексей и, присев рядом с дочерью на лавочку, поинтересовался: – Чем вы тут заняты?

Лизавета с готовностью сунула папе почти под нос камешек в разноцветных, еще не высохших разводах, и Инга пояснила:

– Это – принцесса. Лиза нарисовала. Мы пытаемся превратить эти камни в королевскую семью… Знаете, злая колдунья превратила жителей целого королевства в обыкновенные камни, а мы с Лизой, как две добрые волшебницы, их расколдовываем.

Алексей, с удовольствием отметив про себя ее красивый грудной голос, подумал, что Кристина тоже постоянно придумывала для дочки новые сказки и игры. Они чем-то похожи – Кристина и эта Инга… Неуловимое сходство, не столько внешнее, сколько на уровне внутренних ощущений. Спохватившись, что он слишком пристально рассматривает лицо девушки, Алексей сморгнул и, обращаясь к дочке, излишне весело спросил:

– Значит, вы – две волшебницы? И ваши кисточки – это волшебные палочки?

Лиза с улыбкой кивнула, обрадованная тем, что папочка так быстро разобрался в их с Ингой игре.

– Хотите попробовать? – Инга протянула Алексею свою кисточку, но тот, покачав головой, отказался:

– Позже. Инга, можно вас на минуточку?

Когда они вдвоем вышли в сад и немного отошли от беседки, Алексей достал из кармана смятую пачку сигарет и протянул Инге:

– Угощайтесь.

– Спасибо.

Закурив, она вскинула на мужчину смеющиеся глаза и прямо спросила:

– О ком будем говорить? О Лизе?

– О ком же еще, – развел он руками, будто удивляясь тому, что можно еще говорить о чем-то или ком-то, не касающемся его дочери. – Как прошел ваш с Лизой день?

– Обычно, – пожала плечами Инга. – Ходили на пляж, читали книгу, ели в кафе мороженое. Теперь вот камни разрисовываем. Алексей, девочка занята, ей не скучно, радуйтесь этому.

Ей почему-то показалось, что он вызвал ее для того, чтобы высказать какие-то свои претензии. Она не знала, почему так подумала. Но когда Чернов неожиданно вошел в беседку, почему-то решила, что он будет высказывать неудовольствие.

– Я радуюсь, – ответил Алексей и удивленно наморщил лоб, не понимая, почему вдруг тон девушки сделался сухим. – Я не против того, чтобы вы занимались с Лизой. Если помните нашу первую встречу, я как раз для этого и приезжал.

– Помню, – усмехнулась она и, оглядевшись, заметила: – У вас очень красивый сад, Алексей.

– Это заслуга моего садовника. Инга, я с вами хотел поговорить не о своем саде…

– Простите. – Она перевела взгляд на него.

Алексей неожиданно смутился. Помнится, в первый раз ее серые глаза показались ему холодными, а взгляд – слишком высокомерным. Ошибся?

– Я хочу вернуться к вопросу об оплате ваших услуг.

– Алексей, мы уже возвращались к этому вопросу! – категорично перебила она его. – Я не хочу разговаривать на эту тему. Вы меня не нанимали на работу, как, например, вашего садовника, я сама предложила погулять с Лизой. Вопрос о деньгах закрыт, и к тому же я не хочу, чтобы Лиза случайно услышала, как мы тут сейчас торгуемся. Не думаю, что ей пойдет на пользу новость, что все ее прогулки со мной оплачены папочкой. Почему бы вам не поверить в то, что не все отношения могут быть основаны на купле-продаже?

– Как хотите, – сдался Алексей, признавая ее правоту. И почему он уже не в первый раз соглашается с тем, что говорит эта девица? Снова пасует перед ней, словно подросток, допустивший оплошность. Ее вызывающая уверенность возмущает и в то же время служит своеобразным магнитом. Это не уверенность глупой красивой «куклы», уверенной лишь в собственной неотразимости, пока есть молодость и дорогие салоны красоты. Это – зрелая уверенность умной и опытной женщины. Которая к тому же привыкла рассчитывать только на себя. Но ведь Инга по возрасту вряд ли тянет на зрелую мудрую женщину.

– Инга, сколько вам лет? – Вопрос вырвался неожиданно и нетактично, и Алексей тут же смущенно извинился: – Простите… Не знаю, почему спросил.

– Двадцать девять, – ответила она с прощающей улыбкой, и на ее щеках обозначились ямочки. На ее щеках каждый раз появлялись трогательные ямочки, когда она улыбалась или усмехалась, но Алексей почему-то только сейчас обратил на это внимание. Все же она красивая… Очень. Красивая не той броской красотой, которая сразу приковывает к себе внимание, а утонченной, правильной, благородной. Ее красоту открываешь для себя постепенно, как аромат коллекционного вина многолетней выдержки – букет за букетом.

– Алексей, ваша дочь может задуматься, о чем мы с вами так долго здесь беседуем, – вернул его в реальность ее голос.

– Да, конечно… – машинально согласился он, подумав про себя, что хоть разговор и вышел длительным по времени, но вот содержательным назвать его было никак нельзя. О Лизе толком так и не поговорили. Инга тем временем уже собралась возвращаться в беседку.

– Инга, еще минуточку! Я подумал, что нам, наверное, надо бы поговорить о моей дочери более подробно. Есть некоторые вещи, о которых я бы хотел вам сказать, но не сегодня.

– Хорошо, в другой раз! – с легкой улыбкой согласилась она и вновь убрала со лба прядь волос.

– У вас лоб в краске…

– Если позволите, я, перед тем как идти домой, умоюсь.

– Конечно. Может, останетесь на ужин?

– Мы с Лизой уже поужинали, – ответила она немного смущенно. – Нина Павловна категорически воспротивилась тому, чтобы мы расколдовывали окаменелое царство голодными. Я скоро пойду домой, Алексей. У меня есть на сегодняшний день еще планы.

– Да, конечно, – понимающе развел он руками.


Инга немного опоздала на встречу с приятельницами. Она пришла в ресторан, когда подружки, покончив с салатами и закусками, за неторопливыми разговорами ожидали официанта с горячим.

– Молодец, что пришла! – Мария, заметив подошедшую Ингу, прервала разговор и приветливо улыбнулась. – Мы думали, уже не придешь. Прочитала мою записку? Я заходила за тобой, но тебя не оказалось дома.

– Да, прочитала, – сказала Инга, присаживаясь за стол. – С вашей стороны было очень любезно пригласить меня.

– Не стоит благодарности, – ответила Тая ей в тон – с церемониальной учтивостью, вызвав общий дружный смех. – Во-первых, зачем тебе одной дома по вечерам сидеть, ты же отдыхать и развлекаться приехала. А во-вторых, нам тоже интерес – свежее вливание в нашу застарелую компанию.

Таисия сегодня была немного другая: она изменила прическу и осветлила волосы.

– Тебе очень идет, – отметила Инга ее «новшества» и углубилась в карту меню.

– Спасибо! – Тая, красуясь, кокетливо поправила волосы рукой.

– А я, а я? – Мария, дурачась, привстала из-за стола и, подбоченясь, продемонстрировала свой наряд – короткую юбку, соблазнительно обтягивающую крутые бедра, и откровенный топ.

– Высший класс! – Инга, засмеявшись, показала большой палец.

– Машка вышла на охоту, – прокомментировала Таисия наряд подруги.

– А то! – Та жеманно повела плечом и вновь рассмеялась. – Теперь надо еще что-то с Анной сделать.

– А зачем со мной что-то делать? – Анечка обиженно поджала бесцветные губы. Она даже ради вечера в ресторане не изменила своему скромному имиджу, облачившись в строгую блузку и завязав волосы все в тот же унылый пучок. – Тут и помимо меня темы найдутся.

И она кивнула в сторону Инги, желая отвести внимание подруг от собственной персоны.

– Да, Инга, кстати! – с энтузиазмом ухватилась Тая за подкинутую тему. – Аня нам рассказала, что встретила тебя с Лизой. А Мария поведала, что ты – психолог. Ты занимаешься с девочкой?

Инга неопределенно пожала плечами и отвлеклась на подошедшую к столику официантку. Когда официантка, приняв заказ, ушла, она сказала:

– Ну, не то чтобы я стала заниматься с Лизой… Меня не нанимал Чернов. Скажем так, у меня появилась юная подруга, с которой мы вместе ходим на пляж и в кафе-мороженое.

Все три подруги недоверчиво на нее уставились, не понимая, как восьмилетняя девочка может быть подругой двадцатидевятилетней молодой женщине.

– А что тут такого? – Инга, как недавно – Мария, дернула плечом и рассмеялась. – Может, я еще сама не повзрослела и мне интересно читать сказки, собирать камешки, а потом разрисовывать их тушью. Почему у меня не может быть дружбы, просто дружбы с умненькой девочкой?

Она лукаво подмигнула приятельницам, и те сделали вид, что приняли ее доводы. Больше этим вечером они не касались в разговорах темы дружбы Инги с Лизой. Зато набросились на московскую приятельницу с вопросами о жизни в столице. Марию интересовали московские мужчины и их способы ухаживания. Тая с жадным интересом расспрашивала, что носят столичные модницы и в каких магазинах Инга предпочитает покупать себе наряды. Анна тихо спросила о книжных новинках. Время за разговорами летело очень быстро, и подруги разошлись по домам далеко за полночь.


Молодая женщина безостановочно быстрым шагом ходила по комнате – взад-вперед, взад-вперед. Она была рассержена, расстроена и возмущена.

– Сядь, не мельтеши, – раздраженно поморщился мужчина, лениво развалившийся в кресле и оттуда наблюдающий за ее метаниями.

Девушка, послушавшись, села было в другое кресло, но тут же вскочила и вновь принялась нервно расхаживать по комнате.

– Успокойся!

– Я не могу успокоиться, как ты не понимаешь! Как хорошо, что ты оказался дома.

– А где ж мне еще быть – в полтретьего ночи? Приятно, конечно, что родная сестра помнит обо мне и в столь поздний час, – лениво протянул он и предложил: – Коньяку налить?

– Я не пью эту гадость, ты же знаешь! И хватит надо мной смеяться!

– Я не смеюсь. – Мужчина удивленно вскинул брови. – Просто мне не понятна твоя тревога. Ведь ничего не произошло.

– Пока не произошло. Но произойдет! Я знаю. Я смотрела в картах. Все пойдет по тому пути, как и должно! Это судьба, крест – понимаешь?!

Девушка наконец-то перестала метаться и остановилась посреди комнаты.

– Прости, но мне не очень верится в твои… предсказания. Карты – это всего лишь… карты, картон с картинками. Они могу указать какой-то один возможный путь, а в жизни все пойдет по-другому.

– Ты мне не веришь. Ты смеешься надо мной! – истерично завизжала девушка, и мужчина, со вздохом поднявшись из кресла, подошел к ней и взял ее за руки.

– Послушай меня, не стоит так нервничать! Объясни толком, что случилось. Не то, что ты увидела в картах, а то, что уже случилось или что тебя так встревожило. И мы что-нибудь придумаем.

– Надеюсь! Надеюсь, что ты мне поможешь, поэтому я и у тебя, – горячо зашептала девушка. – Ты же знаешь, что я никого не люблю так, как тебя, что ты мне – единственный близкий человек. Помоги мне, придумай что-нибудь!

– «Я никого не люблю так, как тебя…» – с ироничной улыбкой повторил мужчина и, усмехнувшись, коварно спросил: – А его? Как же он? Разве его ты не любишь?

– Это – другая любовь. Ты знаешь. Ты – мой старший брат, а он для меня – желанный мужчина. Я столько сил вложила в то, чтобы быть с ним. У меня стало получаться, но случилось непредвиденное… Я сама виновата, не надо было мне рассказывать Мастеру о своем открытии, – скороговоркой проговорила она, и ее тонкие пальцы подрагивали от возбуждения в широких ладонях брата. Тот успокаивающе поглаживал ее пальчики, но девушка, не обращая внимания на ласку, продолжала возбужденно тараторить:

– Мастер меня отстранил, ты же знаешь. Я не могу ничего сделать, потому что нахожусь под его контролем. Я не могу применять магию на «запретной территории», потому что Мастер это тут же обнаружит. Я приняла его, Мастера, условия, согласилась выждать. Но тут появилась она! Я чувствую исходящую от нее опасность, угрозу. И карты подтвердили мои опасения! Я не могу спокойно стоять в стороне и видеть, как другие хищницы покушаются на мой кусок! Сделай что-нибудь! Придумай! Это ведь и в твоих интересах! Что делать?

– Во-первых, успокоиться. Еще ничего не произошло из того, что наобещали тебе карты. В конце концов, это просто картинки. Остынь, сестренка. Устранить твою новую соперницу, думаю, возможно… – ухмыльнулся он. – Бывают же несчастные случаи на производстве…

– Нет, не так категорично! – испуганно вскрикнула девушка. – Оставим этот… способ на потом. Если другим… устранить не получится.

– Я пошутил, – сказал он и неодобрительно покачал головой: – Что-то ты стала слишком пугливая и совестливая. А ведь не так давно сама…

– Я не хочу об этом вспоминать! Не хочу об этом думать! Не сейчас! – Она убрала ладони из его рук и снова заходила по комнате.

– Да успокойся же! Если я правильно понял, ты расстроена появлением помехи…

Девушка остановилась, почувствовав, что брат уже придумал какое-то решение, и с надеждой спросила:

– У тебя есть идея?

– А почему бы и нет? Обижаешь, сестренка! Скажи, эта твоя «помеха» хоть ничего? Ну, ты меня понимаешь. – Он плотоядно улыбнулся, и девушка, поняв его, засмеялась:

– Если я тебя правильно понимаю, ты хочешь…

– А почему бы и нет? Скажи, это выход?

– Выход! – обрадовалась девушка и, расчувствовавшись, бросилась брату на шею. – Я знала, что ты что-нибудь придумаешь! Справишься?

– Сомневаешься во мне?

– Нет. – Она критическим взглядом оглядела его и засмеялась: – Нет никаких сомнений.

– Ну вот, и тебе хорошо, и мне – приятно. – Мужчина вытянул вверх руки, потягиваясь, и добавил: – Главное, чтобы эта твоя «помеха» не слишком меня разочаровала.

– Не разочарует! – весело сказала девушка.

– Вот и отлично. Тебе лишь требуется рассказать мне кое-что…


предыдущая глава | Девушка, прядущая судьбу | cледующая глава