home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



XIX

Сквозь сон Инга слышала обрывки чьего-то телефонного разговора. Беседовали двое мужчин, один из них был сердит и не на шутку встревожен, другой отвечал односложно, с интонациями провинившегося человека.

– Дура… Я убью ее, тварь такую!.. Что с девочкой?.. – разгневанный мужчина не скупился на нелестные эпитеты, стрелами летящие в неизвестно чей адрес.

– Спасла ее эта… Она, оказывается, тоже… – виновато, словно не обрадованный чьим-то спасением, бубнил второй голос.

– Тоже! Ты мне об этом не говорил, хоть тебе было велено следить за обеими! Впрочем, можно было догадаться сразу, раз она внучка…

– Что?

– Неважно! Вот что, милый, задание ты понял. И чтобы без осечек! Хватит с меня сюрпризов. Машина готова?

– Да.

– И проследи, чтобы наша вездесущая девушка не помешала. Одна уже сидит под замком в ожидании наказания…

В угасающий, словно удаляющийся разговор неожиданно вклинился шелест бумаги, и Инга, поморщившись, открыла глаза.

Она не сразу поняла, что лежит на кровати в незнакомой комнате, освещенной лишь тусклым светом уличного фонаря. Рядом с ней сидел Алексей и потихоньку переворачивал страницы книги. И не темно ему читать?

– Лежи, лежи, – Алексей, едва она пошевелилась, отложил книгу и ласково тронул девушку за плечо. Инга, однако, не послушалась и села, натягивая до подбородка плед, которым была укутана. Ее бил легкий озноб.

– Где мы?

– В моей комнате.

– Здесь люди какие-то разговаривали, мужчины, я их слышала…

– Тебе приснилось. Здесь никого, кроме нас, нет. Как себя чувствуешь? Я сделаю тебе чай. Или кофе? – забота в его голосе была искренней. Инга даже зажмурилась от удовольствия: когда еще мужчины так о ней тревожились и с таким вниманием ухаживали?

– Лучше чай.

– Сейчас принесу, – поднялся он.

Когда уже выходил из комнаты, Инга запоздало спросила:

– Как Лиза?

Алексей оглянулся, и в полумраке девушка различила его усталую, но счастливую улыбку:

– Нормально, только слабенькая. Она очнулась, выпила чаю с медом, теперь спит, как маленький медвежонок. Я недавно проверял ее.

– Хорошо, – с облегчением выдохнула Инга и прижалась затылком к прохладной стене. В голове шумело подобно помехам на радиостанции.

Алексей принес ей огромную кружку дымящегося ароматного чая и печенье.

– Ого! – по достоинству оценила Инга размеры кружки. – Сиротский тазик…

– Это моя любимая чашка, – пробормотал он, смешно морща лоб, и Инга улыбнулась. Ей было сейчас так хорошо и уютно, что ни шум в голове, ни слабость не могли испортить этих ощущений. Она готова была просидеть на кровати Алексея, закутавшись в плед и прихлебывая горячий чай из огромной кружки, вечность. Лишь бы как можно дольше длились эти скрадывающие очертания сумерки и Алексей не сводил бы с нее встревоженного и одновременно восхищенного взгляда. И чтобы ничто не нарушало дремлющего молчания…

– Инга, ты можешь мне объяснить…

– Тс-с-с, – она приложила палец к губам и тихо рассмеялась. – Ты все испортил.

– Что испортил?

– Тишину. Ладно, неважно… – нехотя сдалась она. – Что ты хочешь узнать?

– Все. Все, что произошло. Я должен получить хоть какие-то объяснения.

– Представляю, какой ты пережил шок.

– Шок – это слабо сказано. Кто ты? Куда пропадала Лиза? Откуда вы так… появились? Ты что-то знаешь, о чем не хочешь мне говорить. Но я должен знать.

Он вскочил со стула и заходил по комнате, энергично жестикулируя. Инга впервые видела, чтобы Алексей так отчаянно жестикулировал: видимо, он еще не отошел от пережитого волнения.

Она снова откинулась, прижимаясь затылком к стене, и без улыбки, серьезно, спросила:

– Ты меня боишься?

– С чего мне тебя бояться?

– То, что ты увидел… Это был ритуал. Непосвященного человека такие вещи могут серьезно напугать. Или… оттолкнуть – в лучшем случае.

– Ты спасла мою дочь! Неважно, каким способом. Но ты обещала все объяснить.

Инга с сожалением поставила на прикроватную тумбочку кружку с недопитым чаем. Краем глаза покосилась на книгу, которую до этого перелистывал Чернов. «Гарри Поттер и философский камень». Никак, Лизино просвещение папочки…

– Алексей, я скажу тебе одну очень серьезную вещь. Ты можешь воспринять ее как нечто…

– Короче, Инга, без долгих вступлений, – бесцеремонно перебил он ее.

– Хорошо. Твоя дочь – не обычная девочка, а… В общем, она обладает очень большой Силой. Но не той, под которой мы понимаем физические способности, а другой.

– Она кто-то вроде экстрасенса, да?

– Не совсем, но можешь считать так. Понимаешь, у нее есть такие способности, которые даются очень редко и лишь избранным. Как она воспользуется своей Силой – это будет уже ее выбор. Она может растратить ее напрасно, а может обратить на пользу людям. Но ее нужно направить. Лиза – уникальный человечек, она сама стремится к знаниям и ищет объяснения своим способностям.

– Поэтому она так много читает?

– Она ищет знания в книгах. Поступает не как маленькая девочка, а как взрослый пытливый человек.

Инга вздохнула и после долгой паузы произнесла:

– Твоя дочь каким-то образом сумела открыть коридор в другой мир. В другое измерение, если хочешь. Через зеркало в библиотеке. Я не знаю, как ей это удалось, откуда она вообще узнала о тайне, которую скрывает в себе то старинное зеркало. Для всех простых людей оно зеркало как зеркало, для обладающих Силой – «дверь» в иной мир.

– Ты увидела… эту «дверь»? – тихо спросил Алексей.

Инга кивнула.

– Значит, у тебя тоже есть эта… Сила?

Инга снова кивнула, а Алексей, не зная, что еще сказать или спросить, замолчал.

– Я не сразу поняла, куда пропадает Лиза. Если бы я сопоставила некоторые события и хорошенько подумала, догадалась бы раньше. Увы, поняла только сейчас.

– И… что там, за этой «дверью»?

– Зеркала! Одни зеркала! По крайней мере, я так увидела. Не знаю, что видела Лиза, когда туда приходила.

– Но зачем, зачем она туда совалась? Это ведь опасно! Почему она не поделилась со мной… своим открытием?..

– А ты бы поверил? – Она серьезно посмотрела на него, и Алексей, усмехнувшись, согласился с ней.

– Лиза ходила туда к Кристине. Для нее это была возможность видеться с мамой. Но сегодня «дверь» почему-то оказалась закрытой, когда Лиза была там. Она не смогла самостоятельно вернуться.

– Ты видела ее, Кристину? – сдавленным голосом спросил Алексей и словно случайно коснулся руки девушки.

– Нет. Я лишь слышала ее голос. Она просила сказать тебе, что любит тебя. И что она приходила сюда, чтобы ты не чувствовал себя таким одиноким…

Он встал и подошел к окну. Инга сквозь ресницы наблюдала за ним. Вот он взял со стола пачку сигарет. Сунул в рот сигарету, но, передумав, вытащил и смял в пальцах, растирая в табачную крошку.

– В это сложно поверить. В то, что ты мне рассказала.

– Если тебе будет так легче, считай, что это был лишь… сон.

– Однако я поверю… Поверю, потому что я чувствовал Кристину. Она ведь и в самом деле приходила сюда ко мне? Да? – Он резко повернулся и посмотрел на девушку с такой надеждой и болью во взгляде, что Инга ощутила неожиданный и неприятный укол ревности: не быть ей вместе с Алексеем. Не быть.

– Осмелюсь предположить, что да.

Алексей закинул руки за голову и, сцепив пальцы в «замок» на затылке, запрокинул лицо к потолку.

– Значит, мне не мерещилось. Это и в самом деле была она.

Инга тихонько спустила ноги с кровати и откинула плед. Алексей бросил на нее недоуменный взгляд:

– Куда ты?

– Проведать Лизу. И… у меня еще незаконченные дела остались.

– Какие еще дела? – спросил он, присаживаясь на кровать рядом с ней.

– Мне надо коридор закрыть, чтобы Лизавета туда больше не ходила. Это слишком опасно для маленькой девочки. Сегодня едва не случилось страшное. И хоть у меня сейчас мало сил, я попробую…

– Потом. Успеешь. – Он с ласковой улыбкой легонько потрепал девушку по затылку. – Ты нервничаешь…

– Еще бы мне не нервничать – после таких приключений! – ворчливо заметила Инга, стараясь скрыть, что ее нервозность вызвана его прикосновениями.

– Нет… – улыбнулся он. – Ты не поэтому нервничаешь…

Его пальцы, соскользнув с ее затылка, бережно, еле касаясь, прошлись по позвонкам, перебирая их с такой нежностью и любовью, словно то были певучие струны антикварной скрипки. И каждый ее позвонок, вобрав в себя легкое тепло прикосновений, отозвался ответным желанием. «Пусть еще… еще…» – Инга опустила ресницы, отдаваясь во власть волнующих ощущений. Но Алексей неожиданно убрал руку, и девушка, открыв глаза, обиженно, чувствуя себя чуть ли не обманутой, посмотрела на него. Он понял ее взгляд и с тихим смешком пояснил:

– Лизка – любопытный ребенок… Может сунуть свой носик туда, куда не следует.

С этими словами он встал и повернул ключ в дверном замке.

– Вот так! – И он вернулся к девушке.

Они неторопливо, миллиметр за миллиметром исследовали тела друг друга, знакомые в мечтах и скрытых желаниях, но не знакомые в прикосновениях. Переплетенные руки, одно дыхание на двоих – дань за те дни и часы, что они были не вместе. Времени мало, его слишком мало для того, чтобы выплеснуть всю накопившуюся страсть. Она подобна сизому океану, который, разволновавшись, обрушивает на берег все новые и новые волны.

– Ты даже представить себе не можешь, как ты мне нравишься, как ты мне нужна… – Его горячее дыхание обжигает ямку над ключицами. И Инга, в знак того, что верит ему, целует его в сгиб локтя.

– Даже представить не можешь…

«Ты тоже…»

Она не говорит ему о своей любви вслух, она делится ею, вливая в него любовь вместе с частью своей Силы. Нет охраны крепче, сделанной любовью. Его будет хранить ее любовь – безразмерная, неиссякаемая. Вечная.

Инга уснула раньше Алексея. Он еще нежно перебирал пальцами ее длинные волосы, шептал ей на ухо ласковые слова, а она уже погружалась в уютный обволакивающий сон, счастливая и спокойная – за него.


Утром Ингу разбудил легкий шорох. Она открыла сонные глаза и увидела, что Алексей уже встал, надел брюки и застегивает пуговицы на рубашке.

– Ты куда-то уходишь?..

– Работа, солнце, – с сожалением ответил он и, наклонившись, поцеловал девушку в теплую со сна щеку. – Доброе утро!

– Доброе… – Инга повернулась на бок и подперла голову рукой, наблюдая за Алексеем.

– Я не буду задерживаться. Только туда и обратно.

– Да ну, Чернов? А как же работа?.. – удивилась она, и он, присев на край постели, еще сильнее растрепал пальцами ее взъерошенные со сна волосы.

– Смешная какая ты. Совсем другая, когда сонная! И куда твоя надменность и гордость деваются? Такая ты мне тоже очень нравишься, даже больше… Красивая моя.

– Чернов, я со сна страшная, как атомная война, что ты сейчас красивого во мне нашел?

– Глупая, – засмеялся он.

– Ты мне про работу не ответил…

– Работа иногда может и подождать. Я еду отдать кое-какие распоряжения и тут же вернусь обратно. В конце концов, меня дома ждут две любимые девочки.

– Как Лиза? Ты заходил к ней? – Инга села на кровати и закуталась до подбородка в покрывало.

– Спит. Обнимает во сне своего медведя Тэдди и трогательно посапывает. Напереживалась, маленькая… Скоро придет домработница и накормит вас обеих завтраком. И чтобы обе слушались Нину Павловну! И никуда без меня из дома не уходите! Я вернусь, и мы втроем пойдем на пляж.

– Чернов, ты ли это глаголишь? Не ве-рю! – засмеялась Инга и, закутанная в покрывало, поднялась с кровати.

Алексей удивленно на нее покосился и нахмурился:

– А ты куда собралась?

– Тебя провожать. До машины.

– В таком виде? Как античная скульптура? – он с сомнением покосился на ее «одеяние», а Инга бросила на него через плечо насмешливый взгляд и подняла с полу свою майку и брючки. – Отвернись, Чернов. Или лучше выйди. Мне одеться надо.

– Боже, какие мы стеснительные! Одевайся, я не смотрю.

Они вместе спустились во двор. Инга вышла за ворота, дожидаясь, когда Алексей выведет из гаража машину.

– Я ненадолго, только туда и обратно.

– Чернов, ты даже не позавтракал…

– Заботливая ты моя! – засмеялся он и поцеловал девушку в губы. – Постараюсь приехать так, чтобы застать вас с Лизой еще за завтраком, и присоединюсь к вам. Ну все, пока! Не люблю проводы-прощания.

Он еще раз поцеловал ее и сел в машину. Инга помахала Алексею рукой и пошла к дому.

Когда она вошла во двор, за ее спиной раздался шум отъезжающей машины… и внезапно Ингу словно обожгло от пришедшей в голову страшной догадки. Ей вспомнился отрывок из приснившегося телефонного разговора. Инга круто развернулась и бросилась следом за машиной.

– Стой! Алексей, стой!

Машина на скорости вывернула из переулка и, пролетев поворот, сшибла ограждение и кувыркнулась вниз по склону.

– Папа! – раздался сзади детский голосок, и неизвестно откуда взявшаяся Лиза, опередив Ингу, бросилась к месту аварии.

– Лизка, стой! Лизка, вернись!

Ингу обуял ужас только от одной мысли, что ребенок сейчас увидит то… То, что она сама боялась увидеть. Ее даже не удивило, что Лиза закричала, она вообще не обратила на это внимания.

– Лиза, подожди! – Инга ринулась следом за девочкой, которая, спотыкаясь и рискуя подвернуть ногу, уже неслась по крутому склону к разбитой машине.

– Папа! – Ее пронзительный голос, переполненный недетским горем и отчаянием, услышали даже охранники, которые в тревоге выскочили во двор. – Папа! Папочка!!!

– Там… Там авария. – Инга указала выскочившим на крики охранникам рукой на подножие склона и заорала: – Вызовите «Скорую»! Кто-нибудь! В «Скорую» позвоните!

Один из охранников торопливо вытащил из кармана телефон и затыкал в кнопки, двое других, опередив девушку, побежали к машине.

Те несколько метров, что Инга бежала по склону вниз, показались ей долгими километрами.

– Лиза! Назад! Машина может взорваться! Назад, неумный ребенок! – Алексей самостоятельно выбрался из машины и тут же чуть не был сбит с ног подлетевшей к нему дочерью.

Охранники тоже подбежали к нему и наперебой забасили встревоженными голосами:

– Алексей Юрьевич, как вы?

– Алексей Юрьевич, самостоятельно идти можете?

Инга, увидев, что с Алексеем все в относительном порядке, в изнеможении села прямо на траву и разревелась. Сработала ее охранка… Сработала. Иначе не ходил бы Алексей сейчас, живой и невредимый, возле разбитой машины.

– Да нормально. От машины, скорей! Может взорваться. Дочь заберите!

– Папочка! – Лиза, когда один из охранников попытался увести ее от отца, громко запротестовала, так что Алексею пришлось прикрикнуть на нее:

– Иди во двор! Иван, отведи Лизку и придержи ее там! Не дай бог, к машине сунется!

Чернов бодро, по-деловому, принялся отдавать распоряжения, словно ничего и не случилось, будто авария – это так, детская шалость, аттракцион в парке.

Один из охранников увел упирающуюся девочку, второй, взбежав по склону, принялся куда-то звонить по мобильнику.

– Ну, а ты чего? – Алексей, поднявшись наверх, присел на корточки перед Ингой и заглянул ей в лицо. – Неужели так расстроилась из-за меня?

– Д-дурак… – сердито буркнула Инга, пряча глаза.

– Ну жив я, жив! Что со мной станется, если ты рядом, мой ангел-хранитель?

– Ты прямо… как мой брат… меня ангелом-хранителем назвал, – Инга улыбнулась сквозь слезы.

– Ты слышала, Лиза заговорила? – Алексей счастливо улыбнулся. – Пойдем в дом.

Он поднялся на ноги и, поморщившись, непроизвольно погладил себя по плечу.

Его жест не ускользнул от внимания Инги:

– С рукой что?

– Да ничего. Плечо ушиб только.

– Ты уверен, что только ушиб? Мой брат так в аварии руку сломал…

– Да нет у меня никакого перелома. Пойдем к Лизке, успокоим ее. И послушаем, как наша принцесса разговаривает. О-па! А эти-то откуда взялись? – присвистнул Алексей, взглянув на дорогу. В переулок друг за другом с торжественным воем сирен влетели «Скорая» и милицейский «газик». Завершала парад мигалок пожарная машина.

– Это… Это охранники твои постарались. – Инга скромно умолчала о собственной роли в вызове «Скорой».

– Ай, маладца… – усмехнулся Алексей и покрутил головой. – Оперативно сработали – и охранники, и эти службы… Спасибо, что катафалк не вызвали. Ладно, пошли. Придется теперь с этими товарищами беседовать. Ты побудь с Лизой, пока я тут разберусь.


Нина Павловна, едва пришла в дом, сразу оказалась в курсе всех недавних событий и отреагировала на них очень эмоционально. Накладывая Инге и Лизе молочную кашу, она тихо причитала из-за аварии, тут же, без всякого перехода, громко ликовала по поводу того, что Лиза наконец заговорила, и снова, утирая слезы, начинала причитать.

– Нина Павловна, вы почему плачете? Это слезы радости или скорби? – не выдержала Инга. А Лиза, чувствуя себя героиней дня, по-взрослому усмехнулась и важно пошлепала ложкой по каше.

– Девочки мои, да я даже не знаю, – улыбнулась сквозь слезы женщина. – Представила себе, что могло бы с Алексеем Юрьевичем случиться… Разволновалась!

– Нина Павловна, обошлось ведь! – Инга снова улыбнулась и подмигнула Лизе. Так странно, что сейчас она пытается приободрить домработницу, а сама всего лишь полчаса назад истерила.

– Лизочка, тебе нравится кашка? – Нина Павловна уже переключилась на девочку.

Та, по своей старой привычке, пожала плечами и кивнула.

Однако Нина Павловна добивалась от нее иного:

– А ты скажи!

– Ну, вкусно, – ответила Лиза, словно сделала великое одолжение.

Инга рассмеялась.

– Нина Павловна, не приставайте к ребенку!

«Это кто тут ребенок?» – насмешливо покосилась на нее Лиза и громко хмыкнула.

Позже, после завтрака, Инга поднялась вместе с девочкой в детскую. Алексей еще не освободился, из холла доносился его громкий голос и чужие голоса: охранников и милиционеров. Врачей со «Скорой» Алексей быстро отправил восвояси, категорично заявив, что в медицинской помощи не нуждается. Как он распрощался с пожарными, Инга не знала, поскольку с ними Алексей разбирался на улице.

– Папа скоро освободится и придет к нам. – Инга присела на краешек кровати и обняла севшую рядом с ней Лизавету.

Девочка доверчиво прижалась к ней щекой и громко вздохнула.

– Напереживалась? Я тоже. Испугалась и за твоего отца, и за тебя. Лиза, ты можешь рассказать мне о том, как ты… ходила к маме? И что случилось вчера, почему ты не смогла вернуться обратно?

Лиза промолчала. Обняв Ингу за талию, она крепче прижалась к ней и вновь вздохнула.

– Ты можешь мне доверять, Лиза. Я ведь тоже была там. Как ты узнала, что зеркало в библиотеке – необычное?

– Ты потом расскажешь папе? – настороженно спросила Лиза.

Инга доверительно ответила:

– Лиза, папа обо всем знает! Он не будет тебя ругать. Папа понял, что ты попала в беду, и попросил меня помочь тебе. Он очень переживал, но ругаться не будет.

– Я хотела, чтобы мы с папой вместе навестили маму… – тихо произнесла Лиза и, неожиданно выскользнув из-под руки Инги, выбежала из комнаты. Дверь она, однако, не закрыла, и Инга, выглянув в коридор, увидела, что Лиза скрылась в спальне отца.

С первого этажа все еще доносились приглушенные голоса: Алексей что-то кому-то возмущенно выговаривал, а этот невидимый кто-то виновато и неразборчиво бубнил в ответ.

Лиза пробыла в комнате отца недолго, она выскочила оттуда с книгой в руках и, вернувшись в детскую, сунула книгу в руки Инги. «Гарри Поттер».

– Я хотела, чтобы папа прочитал мою книжку и нашел вот это… – опережая Ингу, Лиза торопливо листала страницы. – Я положила сюда один листочек… Я думала, что папа его найдет, прочитает и мы вместе с ним пойдем в гости к маме. Ну где же он, листочек? Неужели папа его потерял?

Озабоченно хмурясь, Лиза в нетерпении перевернула книжку корешком вверх и энергично ее потрясла. На пол упал исписанный листок бумаги. Инга подняла его и приблизила к глазам.

«Попасть в иной мир можно, открыв „дверь“ в зеркале Душ. Это под силу лишь магу с невиданными способностями», – было написано крупным разборчивым почерком. Далее следовало заклинание, которое Инга уже знала. Лист был пожелтевший от времени, с неровным краем, словно его вырвали из тетради.

– Где ты это нашла? – Инга посмотрела на замершую в ожидании ее реакции девочку.

– В библиотеке. В одной книжке. Не помню в какой.

– И решила попробовать прочитать этот… стишок.

– Это не стишок! Не видишь, что ли, что это заклинание? – важно произнесла Лиза.

– Ребенок, я знаю, что это заклинание. И оно у тебя получилось.

– Я – волшебница? Как Гарри Поттер? – Глаза девочки оживленно заблестели, и Инга, не зная, что сказать, покачала головой.

– М-м-м, понимаешь… Гарри Поттер – это сказка. Волшебники и волшебницы живут в сказках.

– Но у меня же получилось… колдовать! Я ходила в зеркало, я видела маму!

– Да, Лиза, я знаю, – вздохнула Инга и нервно взъерошила волосы пальцами. Как объяснить восьмилетней девочке про Силу, про ее особые способности? Сложно. И почему именно ей, Инге, выпала эта нелегкая миссия? – У тебя есть способности… Сейчас мне сложно тебе это объяснить, но немного позже ты все поймешь.

– Я знаю! Я умею колдовать и…

– Лиза, скажем так, у тебя есть способности, чтобы научиться, как ты говоришь, колдовать. Но чтобы колдовать, надо учиться. Ведь твой Гарри Поттер тоже обладал способностями волшебника, но колдовать его учили в специальной школе, так ведь?

– А я тоже пойду в такую школу? – Лиза перешла на шепот, настолько важной и таинственной была тема разговора.

– Лизка, Лизка… Не хочется мне тебя разочаровывать, но, боюсь, в школе волшебников учиться тебе не придется, она ведь существует только в сказке… А учить тебя магии будет какой-нибудь человек, у которого много знаний и опыта.

– Я хочу, чтобы меня учила ты!

– Вот так категорично? – с грустной улыбкой покачала головой Инга. – Почему ты решила, что я смогу тебя научить?

– Ты ведь умеешь… колдовать, да? Папа попросил тебя, чтобы ты пошла за мной в зеркало…

– Ну, наверное, «колдовать», как ты себе это представляешь, я не умею. Но папа действительно попросил меня… Лиза, скажи, что случилось, почему ты не смогла в этот раз вернуться?

– Я не знаю, – насупилась девочка. – Зеркало почему-то не выпустило меня обратно.

– Понятно. Лиза, мне нужно тебе сказать, что ты больше не сможешь ходить туда.

– Почему? – с возмущением посмотрела на нее Лиза.

– А разве ты не понимаешь? Ты ведь знаешь уже, чем может закончиться такое путешествие. «Дверь» в зеркале придется закрыть. Ты даже представить себе не можешь, насколько это опасно – то, что ты делала.

– Я больше не увижу маму?

– Мама всегда будет с тобой. Понимаешь, меня не папа твой попросил закрыть «дверь», и не я приняла решение. Меня попросила твоя мама. Она очень переживает из-за тебя. Ты же ведь не хочешь, чтобы твоя мамочка переживала из-за твоей безопасности, плакала от беспокойства?

Лиза покачала головой, однако было видно, что она категорически против того, чтобы запирать «дверь».

– Я хотела, чтобы папа тоже смог увидеть маму…

– Он знает, что мама бывала здесь. Он это знает…

– Ты любишь моего папу? – неожиданно спросила Лиза.

Инга, растерявшись, уставилась на нее с приоткрытым ртом.

– Ты любишь моего папу? – настойчиво переспросила девочка.

– Ну… Да. Да, я люблю твоего папу, – ответила Инга и покраснела.

– А меня?

– Ну конечно! Как же можно тебя не любить!

– Тогда ты останешься с нами? Ты будешь учить меня колдовать. А папе не будет так грустно. И он не будет много работать…

– Лиза, понимаешь, все не так просто… Я живу в другом городе, в Москве…

– А ты сюда приезжай!

– У-у-у, ребенок, какой ты стала разговорчивой! – рассмеявшись, пошутила Инга, чтобы немного отвлечь девочку от щекотливой темы, но с Лизиной настойчивостью оказалось не так просто справиться.

– Нет, ты переезжай сюда! Будешь жить с нами. Или мы к тебе приедем.

Инга хотела сказать, что ей очень бы понравилось, если бы Лиза и ее папа приехали к ней в Москву, но ее отвлекли громкие крики на этаже. Кричала женщина и какой-то мужчина, похоже, один из охранников.

Мужской голос звал Чернова:

– Алексей Юрьевич, Алексей Юрьевич!

– Да пусти ты меня! – громко визжала женщина. – Алексей! Леша!.. Да пусти ты меня! Я хочу только знать, что с ним все в порядке! Где он?

– Что случилось, Иван? – Третий голос Инга сразу узнала, он принадлежал Чернову.

Охваченная любопытством, Инга шагнула к двери, попросив Лизу:

– Побудь здесь, я сейчас вернусь.

– Я с тобой! – Лиза рванулась за ней следом.

– Лиза, я туда и обратно. Побудь здесь.

Инга осторожно высунулась в коридор, откуда доносились голоса, и увидела, что Алексей, хмурясь, стоит в дверях библиотеки, а поблизости охранник удерживает за руку девушку. Это была Анна.

– Отпусти ее, Иван. Ты можешь идти. Аня, что случилось?

– Тебя убить хотели! Я это знаю, знаю! – истерично прокричала Анна и неожиданно бросилась Алексею на грудь и разрыдалась. Вид у нее был такой, будто она прибежала откуда-то в большой спешке: волосы, обычно затянутые в хвост, растрепались и болтались спутанными неопрятными прядями, а блузка выбилась из-под юбки.

– Аня, успокойся. Успокойся! Что случилось? Ты можешь мне сказать? – Алексей кое-как отодрал девушку от себя и легонько встряхнул ее за плечи.

Инга замерла в коридоре, шокированная и одновременно заинтригованная этой некрасивой сценой. Да простит ей Чернов ее любопытство. Она быстро оглянулась на дверь комнаты – не вышла ли в коридор и Лиза. Но нет, девочка послушно осталась сидеть в комнате. Удивительно!

– Тебя… тебя убить хотели… Я подслушала. Мастер, это он… Приказал. Чтобы твою машину испортили… Я подслушала. Он меня запер… А я сбежала. Я боялась, что… не успею… Они… страшные люди… Тебя приказал… – Аня размазывала по лицу слезы, всхлипывая и икая, в ее бессвязном бормотании трудно было разобрать смысл.

Алексей, нахмурившись, произнес:

– Ничего не понимаю. Пойдем в библиотеку, Анна, ты мне все там расскажешь.

– Нет! Я больше ничего не знаю! – она вновь перешла на крик и попыталась вырваться, но Алексей обнял девушку за плечи и повел в библиотеку.

Заметив в коридоре Ингу, он тихо попросил:

– Принеси Анне воды.

Инга коротко кивнула и побежала на кухню.

Когда она со стаканом воды снова поднялась на этаж, из библиотеки доносились перемежающиеся рыданиями выкрики Анны и рассерженные, полные гнева, реплики Алексея.

– Ты же ведь был со мной… Тебе ведь понравилось, почему мы не можем быть вместе…

– Аня, это была ошибка! Прекрати истерику. Ты очень некрасиво себя ведешь!

– А ты – красиво? Красиво?! – Голос Анны вновь сорвался на высокий, режущий слух истеричный визг.

Инга остановилась перед приоткрытой дверью библиотеки, сомневаясь, стоит ли входить. Но, решив, что Анне необходимо выпить воды, чтобы успокоиться, толкнула дверь.

– Аня, вот, выпей воды, пожалуйста… – Она подошла к девушке и протянула ей стакан.

– И ты здесь?! – Анна резким движением выбила стакан из рук Инги.

Инга вздрогнула и растерянно уставилась на осколки и разлившуюся по паркету лужицу.

– Анька, что ты себе позволяешь?! Я сейчас вызову охрану! – Алексей схватил Анну за плечи, но та, ужом выскользнув из его рук, кинулась к Инге.

– Дрянь, ты мне все испортила! Я столько сил вложила! – Она размахнулась и залепила Инге весьма ощутимую пощечину.

Алексей, изловчившись, схватил Анну под мышки и оттащил ее от Инги.

– Инга, зови охрану!

– Он спал со мной! Как и с тобой! Но у тебя ничего не получится, я все равно разлучу вас! – Аня замолотила в воздухе кулаками, стараясь дотянуться до Инги, и одновременно пыталась лягнуть ногой удерживающего ее Чернова. – Он был моим первым мужчиной! И единственным! Я изведу тебя, дрянь!

– Ну что ты стоишь!!! Позови охрану! – рявкнул Чернов на замершую в растерянности Ингу.

– Зачем ты заперла Лизу в «коридоре»? – не слушая Алексея, тихо спросила Инга.

Анна, огорошенная ее вопросом, временно перестала извиваться и замерла.

– Я спрашиваю, зачем ты заперла Лизу? Чем тебе помешал ребенок?

– Я отомстила Мастеру! Он решил за меня, что я не имею права на свою любовь! Ему не угодно, чтобы я была с Алексеем – это противоречит его планам! И я отомстила ему. Чтобы он тоже не получил то, что желает! Ему нужна Лиза – эта маленькая ведьмочка, эта дрянь!

– Не смей так называть мою дочь! – взревел Чернов и с силой тряхнул Анну.

– А как мне еще называть ее?! Это я ее открыла! Я! Я увидела однажды, как она входит в «коридор» – в ту ночь, когда была с тобой, когда ты меня ласкал… Зачем я рассказала о ней Мастеру? Зачем? Наивная, думала, он меня наградит…

– Инга, позови же охрану, сколько можно повторять!

– Пока Анна не расскажет все, что знает, не позову!

– Ты разве не видишь, что она – буйная сумасшедшая?

Алексей с трудом удерживал Анну, удивляясь, откуда в этой маленькой и хрупкой девушке столько сил. Ее сопротивление было подобно агонии загнанного в угол зверя, который чует свой конец, однако сражается до последнего.

– Черт, почему охрана до сих пор не здесь? Ведь в библиотеке – видеонаблюдение…

– Твои видеокамеры испорчены, Чернов! Твои охранники видят лишь пустое помещение. Ты об этом не знал? – засмеялась Анна сквозь слезы и, изловчившись, вновь ощутимо лягнула Алексея в ногу. Мужчина тихо охнул и ослабил хватку. Этого оказалось достаточно, чтобы девушка вырвалась. Выставив перед собой руки, пятясь от Алексея и Инги к стене, она завизжала:

– Не подходите ко мне!!! Не трогайте меня! Или я прокляну вас так, что мало не покажется!

– Сумасшедшая. Ведьма, – наступая на нее, процедил сквозь зубы Алексей.

– А что ты об этой скажешь? – Анна, пятясь, нервно кивнула на Ингу. – Она – не ведьма? А дочь твоя?

– Заткнись!

– Кто такой Мастер? – встряла Инга.

– Ничего я тебе не скажу! Ни тебе, ни ему! – выкрикнула Анна и нервно оглянулась назад: еще чуть-чуть, и она окажется прижатой к стене.

– Это мы еще посмотрим, скажешь или нет, – Алексей протянул руку, чтобы ухватить Анну за плечо.

– Не трогай меня!!! – Анна резко дернулась назад, чтобы уклониться от его руки. Оступившись, она нелепо взмахнула руками и упала прямо в открытый «зеркальный коридор». Но прежде чем Инга и Алексей успели опомниться и что-либо предпринять, в библиотеку вихрем ворвалась Лизавета. Схватив со стола настольную лампу, девочка подскочила к зеркалу и изо всех сил ударила по нему лампой. За долю секунды до того, как зеркало взорвалось градом сверкающих осколков, Алексей успел оттолкнуть дочь в сторону и заслонить собой Ингу.

– Она убила мою мамочку. – Голос Лизаветы рассек, как нож, наступившую тишину.

И в этой вязкой, глубокой, сиропообразной тишине ее голос прозвучал подобно взрыву – во сто крат громче, чем звон разлетевшихся зеркальных осколков.

– Она убила мою маму, – тихо и внятно повторила Лиза, указывая дрожащей рукой на так страшно опустевшую зеркальную раму, в которую упала Анна. И, присев на корточки, закрыла ладошками лицо.


XVIII | Девушка, прядущая судьбу | cледующая глава