home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



XVIII

На следующий день Инга снова приняла приглашение Максима прогуляться вечером. Парень просто зашел за ней как ни в чем не бывало и предложил недолгую прогулку по набережной.

– А ты – упорный, – то ли похвалила, то ли осудила Инга и, с некоторым сожалением отложив недочитанную книгу, согласилась пройтись.

Гуляли они недолго. Инге, чьи мысли все время были заняты Черновым, общество Максима надоело быстро, и она даже пожалела, что приняла его приглашение. Лучше бы провела вечер дома с книгой или просто лежала бы на кровати, уткнувшись лицом в подушку: зато не пришлось бы изображать заинтересованность, слушая рассказы Максима, улыбаться и придумывать ответы на вопросы, которые Макс ей периодически задавал, надеясь наладить оживленную беседу. Вскоре она сослалась на усталость и попросила Максима проводить ее домой.

Парень проводил ее до калитки и, когда Инга, попрощавшись с ним, собралась войти во двор, схватил ее за локоть и развернул к себе:

– Неужели мы даже не поцелуемся на прощание?

– Макс…

– Да хватит ломаться! Сколько я уже тебя обхаживаю, а ты все недотрогу из себя строишь, – разозлился он и, притянув девушку к себе, насильно ее поцеловал.

– Ты… слишком много себе позволяешь! – Инга отпрянула и демонстративно вытерла губы. – Пусти меня!

Она попыталась вырваться из крепких объятий парня, но тот с такой силой удерживал ее, что она почти не могла пошевелиться.

– Послушай, девочка… – приблизившись к Инге, интимно зашептал ей на ухо Макс. – Ты слишком заигралась в недотрогу. А я привык получать то, что мне нравится. В том числе и красивых женщин.

– Пусти, ты мне неприятен. – Инга предприняла еще одну попытку вырваться, но Максим только крепче сжал ее локти.

– Неприятен? – тихо засмеялся он и, почти касаясь губами ее уха, вкрадчиво проговорил: – Однополая любовь тебя прельщает куда больше, чем любовь мужчин? Знаю, ты намекала на это. Да и журнальчики раструбили на весь свет о любовных предпочтениях богатенькой племянницы известного банкира. Читал, читал, знаю… Только я не настолько доверяю желтой прессе, как, например, полюбившийся тебе Чернов. Удивлена? Я и об этом знаю. Только, в отличие от него, я не верю тем байкам, что о тебе написали. А верю своим наблюдениям.

– Пусти меня! – Инга снова дернулась и с силой наступила Максу на ногу. Он поморщился, однако не разжал рук.

– Я вчера достаточно долго за тобой наблюдал и знаю: тебе далеко не безразличен Чернов. И ты была очень расстроена тем, что небольшая статейка разрушила твои намечающиеся амуры…

– Это ты подложил Алексею журнал!

– Да зачем мне этим заниматься? – Макс с безразличием пожал плечами. – Интриги – это женский удел. Я и другими способами могу добиться своего. А вот сестренке моей ты очень здорово перешла дорогу. Говорю же, этот Чернов – феномен какой-то. И почему он так нравится женщинам? Наверное, состоянием своим привлекает, да только вот тебе-то, далеко не бедной девочке, зачем он нужен? В общем, милая, надо было тебе сразу открытым текстом сказать, что ты здесь лишняя, да мы всё надеялись, что ты поймешь тонкие намеки и сама уберешься из города. Не лезь, куда тебя не просят! Поняла? Сколько тебе еще тут осталось? Три дня? Два? Так вот, советую быть тише воды ниже травы, если не хочешь заработать крупных неприятностей на свою голову. Сестренка моя гадость тебе сделает, как пить дать, это не журналом перед носом Чернова помахать. Она на тебя очень сердится! Очень. Не нарывайся, мой тебе совет.

– Она и Кристину убила, да? Потому что хотела к Алексею подобраться! Машка?

Спохватившись, Инга прикусила язык, да было уже поздно. Максим так сжал ее локти, что она охнула от боли, и с силой встряхнул ее, как тряпичную куклу.

– А вот это тебя совершенно не касается. Один неверный шаг и… пойдешь вслед за супругой Чернова. Моя сестра тебе это обеспечит и сделает все так, что не подкопаешься! Не уголовное дело, не убийство. Просто был человек – здоровый, бодрый, да вот незадача – заболел и умер. Очень, очень быстро. Пожалей себя, мой тебе совет. И чтобы духу твоего рядом с Черновым не было!

– Это чтобы твоего духу рядом с ней не было!

Неожиданно вынырнувший из темноты Чернов схватил Макса, как нагадившего котенка, за шкирку, и с легкостью оторвал его от Инги.

– Увижу тебя рядом с ней – убью.

Алексей, как всегда, был прост и лаконичен в выражении своих мыслей. Он пару раз хорошенько встряхнул невысокого Максима и отшвырнул его в сторону, затем брезгливо вытер руки о штаны и, не дав Инге опомниться, взял ее за локоть и без объяснений куда-то поволок.

– Чернов, ты куда меня?..

– Вопросы – потом.

– Да черт возьми, Чернов! – Инга попыталась вырвать руку из цепких пальцев Алексея, однако тот, дабы пресечь ее упирательства, с легкостью перекинул девушку через плечо. Инга, протестуя против такого обращения, замолотила кулаками по его спине, но он, не обращая на нее внимания, спокойно направился к своей машине.

Когда он бесцеремонно, словно куль с мукой, сгрузил ее на переднее сиденье машины и для надежности заботливо пристегнул ремнем безопасности, Инга обрушила на него поток своего негодования. Потирая локоть, который с силой сдавливал сначала Макс, потом – Чернов, она сердито зыркнула на Алексея, усевшегося за руль, и, не дождавшись от него объяснений, рассердилась по-настоящему:

– Чернов, да что за дела такие?! Ну?! Отвечать собираешься?

Алексей завел двигатель и рванул с места с такой скоростью, словно участвовал в «Формуле-1».

– Опять этот жиголо около тебя вьется? Свиданничаешь с кем попало, разборчивостью, видимо, не отличаешься.

– «С кем попало…» – это ведь и с тобой тоже, да? – Она насмешливо покосилась на Чернова, тот лишь крякнул от неудовольствия и после недолгой паузы спросил:

– Что это за странные обвинения в убийстве Кристины?..

– А подслушивать нехорошо, Чернов.

– Пришлось поневоле, ты ведь вопила на всю улицу. Ну? Я тебя слушаю?

Инга задохнулась от возмущения: он слушает! А сам-то собирается объяснить, зачем схватил ее и куда везет?

– Куда мы едем? – проигнорировала она его вопрос.

– Ко мне домой. Ты мне не ответила.

– Ты мне тоже мало что объяснил! – взорвалась девушка и, отвернувшись от Алексея, упрямо уткнулась в окно.

– Ладно, не хочешь отвечать сейчас, поговорим потом. Но к разговору о Кристине мы обязательно вернемся. Хочу знать, что за странные обвинения ты выдвинула своему кавалеру. Странно у тебя тут проходят свидания, – усмехнулся он и, не снижая скорости, повернул на центральную дорогу.

– Это было не свидание! У меня репутация для свиданий неподходящая, забыл разве? – Инга насмешливо покосилась на Алексея, и тот скептически хмыкнул.

– Об этом тоже потом поговорим. Сейчас мне нужна твоя помощь.

– А сразу об этом сказать нельзя было? Надо было хватать без всяких объяснений?

– Если начнешь с тобой вести долгие беседы, время уйдет. Да еще ты ведь такая гордая, могла бы и не согласиться ехать со мной!

Встревожившаяся Инга проигнорировала его колкость.

– Что случилось, Алексей?

– Лиза пропала. Так, как раньше, только не совсем так…

– А подробней? Без загадок?

– Без загадок не могу, потому что сам ничего не понимаю. – Он бросил на переменившуюся в лице девушку короткий взгляд и быстро добавил: – Я сам ни черта не понимаю, что происходит в моем доме! Либо я действительно схожу с ума, либо… Неважно. Для меня сейчас самое главное – найти Лизку. Чувствую, что случилось что-то плохое.

– Ты можешь мне все рассказать? Кратко, но подробно? Давай же, Алексей! Все, что даже покажется тебе ерундой или дикостью! Ну? С самого начала!

Он с удивлением покосился на нее, подобравшуюся, как охотничий пес, учуявший след добычи.

– Я вечером отправил Лизу спать, проследил еще сам, чтобы она легла в постель. А потом спустился во двор, потому что пришла Анна – Кристинина дальняя родственница. Ты ведь ее знаешь, Анну… Это было что-то вроде деловой встречи, как вчера с Марией. Девчонки обе неожиданно выразили желание устроиться ко мне на работу: Машка – помощником бухгалтера, Анька – гувернанткой к Лизе. Ничего в этом странного нет, мне как раз нужны люди на эти должности, но это к делу не относится. В общем, я встретил Анну и проводил ее к себе в кабинет. Мы немного побеседовали, ни к чему определенному пока не пришли. Потом я попросил одного из своих охранников отвезти девушку домой, так как уже было поздно. У охранников как раз смена менялась, и один из парней уезжал домой на собственной машине. С Аней мы беседовали не так уж долго, проводы тоже не заняли много времени, поэтому я, в полной уверенности, что Лизавета моя спит, отправился к себе в комнату и лег в кровать. Я заснул довольно быстро, но спал тревожно. Мне приснился странный сон, такой четкий, будто все происходило наяву. Во сне меня будто бы будит встревоженная Кристина. Она будит меня очень долго, а я все не желаю просыпаться. Кристи нервничает и кричит, что случилась беда, Лизу надо спасать и чтобы я немедленно отправлялся за девушкой, с которой дочь в последнее время подружилась. Мол, без помощи этой девушки не обойтись… Я проснулся, Кристины в комнате, естественно, не было, только я все равно ощущал ее прикосновения к своему плечу, будто она на самом деле будила меня. Не знаю, как тебе это объяснить…

– Не надо объяснять, я и так верю. Значит, ты проснулся…

– …и первым делом помчался в детскую. Лизы там не было. Я обегал весь дом, выскочил во двор, искал дочку и там. Ее нигде нет.

– Сколько времени ты ее так искал?

– Минут двадцать где-то… Лизка раньше примерно на такое время и пряталась.

– Но в этот раз ты встревожился гораздо сильнее. Даже отправился за мной, поверив сну! – Инга недоверчиво покачала головой, а Алексей, метнув на нее быстрый, подобный выстрелу взгляд, вытащил из кармана мятый обрывок тетрадного листа и протянул его девушке:

– А ты бы не встревожилась, обнаружив это? Небось тоже забегала бы!

Инга развернула листок и увидела крупно написанное слово «ЗЕРКАЛО». Недоумевая, она повернулась к Алексею, и тот, пожав плечами, пояснил:

– Это – почерк Кристины. Только она писала букву «р» с таким росчерком… Ну и что ты на это скажешь? Что-нибудь понимаешь?

– Кое-что… Кое-что становится мне понятно. Алексей, прибавь скорости. Быстрее!

Он молча на нее покосился и, ничего не ответив, безропотно подчинился. Машина на скорости влетела в переулок и остановилась перед воротами.

– Не понял… Это же машина Пашки – моего охранника. – Алексей недоуменным взглядом проводил машину, которая как раз въезжала во двор, и громко посигналил, чтобы ворота не закрывали. – У Пашки же смена еще не закончилась, кто дал ему право отлучаться?

– Алексей, с охранниками потом разберешься, это сейчас не столь важно.

Инга нетерпеливо заерзала на сиденье и, едва машина Алексея остановилась, распахнула дверцу и выскочила на улицу. Перед крыльцом их поджидал смущенный Павел, который уже понял, что самовольная отлучка грозит ему крупными неприятностями:

– Алексей Юрьевич…

– Павел, потом поговорим, – резко оборвав виноватый бубнеж охранника, Алексей кивнул на свою машину: – Поставь в гараж и возвращайся на рабочее место.

Павел коротко кивнул и нырнул в салон хозяйской машины.

– Ты мне объяснишь, какие догадки пришли тебе в голову? Где может быть Лиза? И что это за записка?

– Позже, Алексей, позже… Времени мало. Я тебе потом все объясню, когда девочку найдем. Объяснений слишком много потребуется.

– Думаю, следует проверить, может, Лиза уже нашлась, сидит себе спокойно в своей комнате…

– Посмотри, Алексей. Посмотри во всех комнатах. А я сразу побегу в библиотеку. Господи, ну почему я сразу не догадалась?! Ведь столько уже подсказок мне было… – причитая на ходу, она впереди Алексея пулей взлетела по лестнице на второй этаж и почти бегом направилась в библиотеку. Алексей бросился в противоположную сторону – к Лизиной комнате.

Перед дверью библиотеки Инга приостановилась и, приложив ладонь к груди, постаралась унять волнение и тревогу. В таком взвинченном состоянии нечего и думать о магии. Она перевела дыхание и толкнула дверь.

На столе горела лампа, и в желтых неровных бликах света обстановка библиотеки в этот раз показалась Инге зловещей.

– Лиза?

Она услышала за спиной шорох, будто в легком движении колыхнулась с тихим шелестом юбка, и быстро оглянулась. Никого. Возможно, просто разыгралось воображение, щедро питаемое нервозностью, вызванной и переживаниями за девочку, и страхом перед неясными событиями, которые еще могут произойти.

– Лиза, ребенок, ты здесь? – Инга в призрачной надежде, что Лиза все же прячется где-то между шкафами, обошла помещение, настороженно озираясь по сторонам. Ее не покидало стойкое ощущение, будто она находится в библиотеке не одна: тихий шелест повторился, будто кто-то невидимый следовал за ней по пятам. Инга еще раз настороженно оглянулась и остановилась перед большим старинным зеркалом. Она робко потрогала ладонями прохладную зеркальную гладь, и ее отражение сделало то же самое.

– Как же ты, ребенок, это делаешь?..

Испуганно оглянувшись на шум приоткрывающейся двери, она с облегчением перевела дыхание, увидев Алексея.

– Не нашел Лизу. – В ее голосе не было вопросительной интонации, она произнесла свой «вопрос» как уже готовый ответ, с горьким сожалением.

– Нет. Ее нигде нет, – Алексей перешел на шепот. В его севшем от переживаний голосе послышалась обреченность пополам со смирением.

Инге очень не понравились эти интонации в его голосе, она бросила на Чернова тревожный взгляд и нахмурилась.

– А ты?.. Ты знаешь, где ее искать?

Инга медленно кивнула, словно все еще колеблясь.

– Я позову сейчас охранников, они нам помогут, ты только скажи, где надо ее искать, – заметно оживился мужчина и развернулся к двери.

– Не надо охранников, Алексей. – Тихий голос Инги застал его уже почти на выходе из библиотеки. – Иди сюда.

Перейдя на приглушенный шепот, она поманила его рукой. Мужчина послушно приблизился и остановился с ней рядом перед большим зеркалом.

– Это – дверь, Алексей… – Инга коснулась ладонью зеркальной поверхности.

Мужчина покосился на нее с недоумением: какая дверь? В зеркале он видел лишь отражения Инги и свое.

– Ты имеешь в виду, что за этим зеркалом скрыта дверь? Что зеркало надо снять и…

– Нет. Зеркало и есть дверь. Лиза – там.

Инга перехватила недоуменный взгляд Чернова и, опережая его вопросы, торопливо произнесла:

– Алексей, ты должен мне довериться. Я знаю, что делаю. Но те вещи, которым ты станешь сейчас свидетелем, покажутся тебе слишком… – Она пощелкала пальцами, подбирая нужное слово. – Слишком необычными. Они могут тебя шокировать. Обещаю, что потом объясню тебе все, а сейчас просто доверься мне и… не мешай.

– Не буду. Ты найдешь Лизу?

Вместо ответа она молча кивнула и вновь коснулась зеркала ладонями. Она трогала его поверхность с таким вниманием, с такой любовной бережностью и в то же время нарастающим нетерпением, словно зондировала почву на наличие клада.

– Это – дверь… Ну почему я сразу об этом не догадалась? Почему? Господи, как же ее открыть? Как же попасть туда?.. Лизка, ребенок, и как ты это делаешь? – с тихим отчаянием пробормотала она себе под нос.

Алексей, не вытерпев, высказал предположение:

– Может быть, тут есть какой-то встроенный рычаг, кнопка, на которую нужно надавить, чтобы потайная дверь открылась…

– Алексей, это – другой механизм. Это – не механика. Это – нечто другое. Это – магия, и рычаги здесь действуют совсем другие… Господи, мне же ведь дали такую подсказку, совсем недавно… Ну вспомни, вспомни… – Совершенно не обращая внимания на ошарашенного ее откровениями Алексея, Инга обхватила ладонями виски и закрыла глаза. – Мне же ведь во сне… Бабушка меня учила, как попасть туда. Это не было ни стихотворением, ни считалочкой. Ну вспомни же, вспомни…

Только сейчас она поняла смысл недавнего сна про Королевство Кривых Зеркал. Это было прямой подсказкой: «считалочка», которую она разучила во сне, не была набором бессмысленных шипящих звуков, это было заклинание.

Алексей с удивлением и некоторым страхом наблюдал за Ингой. Закрыв глаза и чуть запрокинув голову, она еле слышно шептала себе под нос непонятные слова, иногда перемежая неразборчивое шептание вполне явственным чертыханьем в свой адрес… Но, однако же, он одновременно был и очарован открывшимся ему зрелищем. Инга в своем непонятном трансе была немыслимо прекрасна, загадочна и опасна. Опасна своей красотой, опасна неизвестными явлениями, происходившими сейчас с ней, той тайной, которая так неожиданно открылась Алексею. Немного отодвинувшись от девушки, он наблюдал за ней со стороны, не в силах оторвать взгляд от ее правильного профиля, от закрытых век с длинными, отбрасывающими тень, ресницами, от волнительно чувственных губ, шепчущих непонятные слова, от изящного изгиба шеи, от тонкой, словно выписанной остро заточенным карандашом линии ее подбородка.

– Вспомнила, вспомнила… – Инга открыла глаза так неожиданно, что Алексей, не успевший отвести от нее восхищенного взгляда, смутился. Но девушка, к его облегчению, не обратила внимания на его растерянность. Ее вниманием всецело завладело зеркало. Она все громче, по нарастающей, забормотала слова, по звучанию напоминающие шелест листвы.

В какой-то момент у Алексея в голове промелькнула вполне здравая мысль прервать Ингино шептание и резонно напомнить, что они здесь собрались не считалочки говорить, а искать Лизу…

«Доверься мне. Доверься…» Похоже, Инга действительно владела какой-то магией, потому что ее слова, всплывшие в памяти, оказали на него странное воздействие. По его рукам и ногам разлилась уютная тяжесть, он не мог двинуться с места.

В первый раз Инга проговорила «стишок» торопливо, чтобы лучше запомнить его, опробовать на язык каждый звук. Во второй раз она произносила заклинание медленно, наполняя каждое слово Силой, впечатывая его в зеркальную поверхность. Постепенно зеркало медленно, словно нехотя, стало подергиваться дымкой, отражение Инги в нем делалось все более расплывчатым. И вот оно уже перестало быть зеркалом, за рассеивающейся дымкой все явственнее и явственнее начали проглядывать очертания двери. Инга протянула руки и коснулась пальцами холодной и гладкой поверхности. С виду дверь казалась деревянной, на ощупь оказалась стеклянной…

– Закрыто, – в отчаянии простонала она и налегла плечом на закрытую дверь. Бесполезно.

Она снова забормотала заклинание и, когда дымка окончательно рассеялась, увидела, что дверь закрыта неплотно. Сквозь небольшую, толщиной в палец, щель просачивался голубоватый свет. Инга вновь навалилась на дверь плечом, однако та не подалась, не приоткрылась ни на сантиметр.

– Как же ее открыть… – пробормотала Инга. И еле сдержалась, чтобы не рассмеяться от собственной глупости: не тем способом она пытается открыть проход. Увидев дверь, она приложила физические усилия, чтобы отворить ее, тогда как нужно задействовать совершенно другую силу.

…Ох и тяжелая же эта «дверь»… Инга затратила половину своей Силы лишь на то, чтобы увеличить проем настолько, чтобы суметь протиснуться в него. Как же хрупкой маленькой девочке удавалось каждый раз открывать этот проход?

Подивившись про себя, Инга скользнула в проем и очутилась в своеобразном зале, напоминающем круглую комнату со стенами из плотно примыкающих друг к другу зеркал. Оглянувшись назад, девушка с беспокойством оглянулась на «дверь», через которую вошла сюда: как бы та не закрылась.

И куда же идти? Инга растерянно осмотрелась. Одни зеркала были пустыми, в других мелькали расплывчатые тени. Девушка по кругу обошла помещение, внимательно вглядываясь в каждое зеркало. Вспомнив, что в своем сне она каждому отражению читала «стишок»-заклинание, снова забормотала уже выученные слова. Ничего не изменилось. Ровным счетом ничего.

В отчаянии Инга остановилась и оперлась ладонью о первое попавшееся зеркало… и чуть не упала, потому что зеркальная поверхность неожиданно подалась и ладонь мягко погрузилась в стекло, как в вату. Не раздумывая, девушка шагнула в это зеркало, принявшее ее в себя с радушной благосклонностью, и… очутилась в следующей «комнате», точь-в-точь похожей на предыдущую.

– Здесь же заблудиться можно! И остаться навсегда.

Она в панике заметалась, не зная, в какое зеркало шагнуть. Как же найти Лизу?

– Лиза?.. – тихо позвала она. Зеркала отозвались звенящим стеклянным эхом: «Лиза… Лиза… иза…а…». Королевство Зеркал, заманившее в свою ловушку очередную жертву.

– Лизка! – в отчаянии выкрикнула Инга. Без девочки она не может вернуться.

Инга шагнула в очередное зеркало. Круглое помещение, подернутые дымкой зеркальные поверхности с мелькающими в них неясными тенями. Этот «зал» в точности копировал два предыдущих, только тени в зеркалах стали немного ясней и уже напоминали силуэты людей.

– Девочка, ну где же ты?..

Почувствовав сильную слабость, Инга села прямо на «пол» возле зеркала, через которое сюда вошла, и часто задышала. От изнеможения на лбу выступили капельки пота. Она подняла руку, чтобы вытереть влажное лицо, и ощутила, что ее рука сделалась такой тяжелой, будто к кисти подвесили груз. С трудом вытерев пот, Инга уронила руку и кое-как поднялась на ноги. Дышать становилось так тяжело, будто воздух превращался в вязкую субстанцию. Зеркала высасывали из нее энергию, и Инга чувствовала, как силы уходят из нее, словно воздух из дырявого шарика. Если она в скором времени не выберется отсюда, то, обессиленная, останется здесь навсегда. И девочка тоже.

– Лиза?

Это зеркальное «королевство» – мир, в котором Лизавета встречается со своей мамой. Девочке каким-то образом удалось открыть «дверь» в другую параллель. Но как же она здесь не теряется, в этом лабиринте одинаковых зеркальных «комнат»? Как находит нужную дорогу? Инга в отчаянии огляделась. Она уже не была уверена в том, что сумеет найти обратный путь – к тому зеркалу, которое висит на стене библиотеки.

«Инга… Инга», – тихо позвал ее кто-то. Голос, показавшийся знакомым, будто раздавался у нее в голове. Инга робко оглянулась и в одном из зеркал увидела расплывчатое, но хорошо знакомое отражение.

– Дядя?..

Она в волнении коснулась пальцами прохладной зеркальной глади и снова «услышала» голос: «Инга, иди за мной. У тебя мало времени. Тебе нельзя здесь задерживаться».

Отражение дяди пропало, и девушка, поколебавшись мгновение, шагнула в то зеркало, в котором только что видела его. Зеркало, словно дыра, «энергетический вампир» высосало из нее еще порцию Силы, и девушка с трудом переборола желание сесть и уснуть. Но увидела мелькнувшее в следующем зеркале дядино отражение.

«Инга, иди за мной».

– Спасибо, дядя. Ты ведешь меня к Лизе?

«Я не знаю, как зовут ту маленькую девочку. Но знаю, что ты пришла за ней. Ни тебе, ни ей здесь не место. Это наш мир – мир душ».

– Что случилось с этой девочкой, ты знаешь? – спросила Инга, неотрывно следуя за отражением дяди. Дядя вел ее – из зеркала в зеркало, – и это придавало сил.

«Она часто сюда приходит к своей матери. Не знаю, как девочке удалось открыть проход в наш мир. Но сегодня „дверь“ оказалась закрытой, и девочка не смогла вернуться. Ей требуется помощь. Ее мать сумела выйти в ваш мир и попросить помощи. Она успела, пока проход не оказался закрытым окончательно…»

– Кристина – мама девочки – сейчас в нашем мире?

«Нет, она вернулась сюда следом за тобой».

– Дядя, почему меня ведешь к Лизе ты, а не Кристина?

«Кристина в своем коридоре. Ты бы не увидела ее. Ты можешь видеть только родную душу… Лиза приходила сюда к матери – к определенной душе, поэтому не терялась здесь, как ты. Для нее открывался лишь один коридор. Ты же пришла, не зная, встречи с кем желаешь, и тебе открылись все существующие проходы. Ты рисковала заблудиться и остаться здесь навсегда. Я поспешил тебе на помощь».

– Спасибо, дядя, – поблагодарила девушка и почувствовала, что на глаза навернулись слезы.

«Инга, я всегда был против слез, ты это знаешь. Я воспитывал вас с Вадимом так, чтобы вы не показывали свою слабость. Ты винишь себя в том, что не смогла помочь мне. Инга, ты не помогла бы, так должно было произойти. Мой уход из того мира был уже предрешен. Я все успел сделать, выполнил свою главную задачу: вырастил вас и поставил на ноги. И мне пора было уйти. Не надо винить себя, моя девочка… Обещай».

– Обещаю, – тихо прошептала Инга и, выйдя из очередного зеркала, увидела лежащую на «полу» без движения девочку.

– Лиза! – Инга бросилась к девочке и опустилась перед ней на колени.

«Забирай ее скорее и возвращайся в ваш мир. Я вас выведу», – поторопил дядин голос.

«Спасибо», – поблагодарил другой голос – женский.

– Кристина? – растерянно огляделась Инга. Она видела в зеркале лишь дядю, Кристина оставалась для нее невидимой.

«Спасибо тебе за Лизу».

Инга не без труда сумела взять девочку на руки. Путь обратно дался ей еще тяжелее. Инга переставляла ноги рывками, словно выдергивая их из засасывающей болотной трясины. Руки ее, удерживающие Лизу, онемели, и Инга испугалась: как бы не выронить девочку. В какой-то момент, почувствовав, что силы ее на исходе, она громко с отчаянием застонала и, закусив губу, ощутила на языке солоноватый привкус крови.

«Уже пришли», – услышала она ласковый шепот дяди и, подняв голову, увидела «дверь», через которую попала сюда.

Вместо благодарности она вымученно улыбнулась и в последний раз оглянулась на отражение дяди в зеркале.

«Прощай, девочка моя! Не забудь потом закрыть коридор. Лизе не следует больше приходить сюда».

– Хорошо, дядя, – послушно пробормотала Инга и шагнула к «двери».

«Скажи Леше, что я люблю его. Я бывала с ним, чтобы он не чувствовал себя одиноким. Сохрани его», – робко попросила Кристина на прощание.

С Лизой на руках Инга с трудом протиснулась в узкий проем и, очутившись в библиотеке, обессиленно осела на пол. Алексей при виде открывшегося ему необъяснимого зрелища остолбенел. Не в силах сказать ни слова, он перевел взгляд с зеркала на Ингу, которая, тяжело дыша, машинально гладила бесчувственную Лизу по голове. И только когда Инга севшим, незнакомым голосом попросила о помощи, он встрепенулся и присел перед ними на корточки.

– Она… жива? – Алексей испуганно дотронулся до холодной щеки дочери.

– Жива… Без чувств. Все равно что спит. Отнеси ее в комнату, положи на кровать.

– А ты? Как ты?..

– Потом, потом… – Инга сделала рукой слабый протестующий жест и, когда Алексей бережно принял у нее Лизу, завалилась набок и коснулась щекой прохладного пола.

– Инга?.. – Алексей с Лизой на руках замер над ней.

– Потом, потом… – Губы еле послушались. Ей хотелось лишь одного: чтобы ее оставили в покое.

Алексей, прежде чем покинуть библиотеку, с тревогой оглянулся на нее и с горячностью пообещал:

– Я сейчас вернусь!

Он действительно вернулся очень скоро, склонился над ней и робко коснулся ее лба, как совсем недавно касался лба дочери.

– Инга, что с тобой?

– Ничего. Я в норме. Почти, – вымолвила она и пошевелилась, пытаясь сесть. От слабости книжные шкафы заплясали у нее перед глазами в бешеном хороводе, и Инга опустила тяжелые, словно налитые свинцом веки.

– Подняться можешь?

Она кивнула, но, однако, не предприняла попытки встать. Алексей без вопросов поднял ее на руки и осторожно, как хрупкое сокровище, куда-то понес. Проваливаясь в ватную пропасть, Инга еще успела подумать о пахнущем морем поцелуе. Это были ее последние мысли, перед тем как она безропотно отдалась во власть форматирующего сознание забытья.


предыдущая глава | Девушка, прядущая судьбу | cледующая глава