home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



X

– Тая, привет, – поздоровавшись еще издали, Алексей подошел к прилавку, за которым стояла Таисия и, оглянувшись по сторонам, быстро спросил: – Когда у тебя обеденный перерыв?

– А что случилось?

– Ничего… – поспешно проговорил Алексей. Выглядел он немного смущенным и даже растерянным, что было очень на него не похоже. – Ничего не случилось, Тая, просто мне надо с тобой поговорить. По делу. Я проезжал мимо твоего магазина и решил зайти. Мы могли бы пообедать вместе – тут, неподалеку, в ресторане. Когда ты освободишься?

– Да хоть счас… Погоди, я только заведующей скажу да кого-нибудь из девчонок попрошу подменить меня, – засуетилась Таисия и, оставив Алексея ждать ее возле прилавка, куда-то отошла.

Появилась она минуты через три, уже без рабочего халатика, с сумочкой в руках.

– Минут тридцать-сорок у меня есть. Хватит?

– Хватит, – обрадовался Алексей. Свои дела он привык решать и за гораздо меньшее количество времени.


Инга уже второй час сидела на скамеечке возле могил своих родных. Она пришла сюда, как просила во сне бабушка. Из-за бессонной ночи Инга пришла на кладбище не ранним утром, а ближе к обеду, и сейчас, отрешенно глядя на покосившиеся памятники, машинально, без эмоций, думала о том, что уже пора идти за Лизой, девочка ее ждет… И не могла встать и уйти, словно ее что-то удерживало здесь: особая умиротворенная тишина, мысли, воспоминания, невысказанные слова, не полученные на вопросы ответы…

Упершись в колени локтями, она уткнулась подбородком в кулаки и, находясь в состоянии, близком к трансу, мыслями перенеслась в прошлое. Ее воспоминания были настолько яркими, что, глядя перед собой, она видела не территорию кладбища, а обстановку дома, в котором выросла, и своих родных, словно те были сейчас с ней рядом. Она даже видела своего отца, хотя знала его лишь по фотографиям. И мама, одетая в свое любимое выходное платье, с улыбкой протягивала к ней руки.

Она думала о бабушке. О том, что бабуля говорила ей во сне. И сейчас, размышляя над ее словами, вспоминала уютные вечера на маленькой кухне…

– Ну-ка, милая, пока наш пострел носится по улице, мы с тобой займемся важным делом. – Бабушка с ласковой улыбкой наливала Инге большую чашку сладкого чая и приносила на кухню книги и тетради со своими записями. Это была их с бабушкой тайна: пока Вадим гулял на улице с соседскими ребятишками, Инга изучала бабушкины премудрости.

– Это, Инночка, дорогой клад, сокровище. – Бабушка, надев очки, с благоговением переворачивала страницы старинной, уже изрядно потрепанной книги. – Если ты овладеешь этими знаниями… А в том, что ты ими овладеешь, я не сомневаюсь: в тебе сила огромная заложена. Только, родная, не применяй эти знания во вред другим. Все зло к тебе вернется в многократном размере – это истина. А защитить себя и близких ты сможешь. В мире много зла, и бороться с ним надо не ответным злом, а добром.

Вечер за вечером бабушка вкладывала в нее по крупицам свои знания, с удовлетворением отмечая, что внучка оказалась способной ученицей.

– Ну, теперь мне и умереть не страшно! – то ли в шутку, то ли всерьез приговаривала бабушка, а Инга недовольно хмурилась – зачем она говорит о смерти?

– Все, что знала и умела, тебе передала. Не уйдут в землю мои знания и знания моей прабабки! Это клад, Инночка, поколениями накопленный, не растеряй его.

«Не растеряй…»

Инга, сморгнув, подняла глаза на фотографию бабушки на могильном памятнике. Что ей теперь от всех этих знаний, если у нее нет Силы? Если она всю ее отдала на то, чтобы разрушить проклятие, которое убило бы ее брата… Если она теперь – пуста, как перевернутая чашка. Одних знаний недостаточно, чтобы провести необходимый ритуал. Но, может, бабушка правильно ругала ее во сне за то, что она опустила руки, слишком сжилась со своей «опустошенностью», носится теперь с ней, как с драгоценностью? «И засохшую розу можно возродить». Инга вздохнула и, мысленно попрощавшись с родными, поднялась со скамеечки и вышла за оградку.


Алексей, вопреки своим привычкам быстро решать вопросы, приступил к разговору лишь тогда, когда им принесли заказанные блюда, и Тая, измучавшись молчанием, не выдержала и напомнила:

– О чем ты хотел поговорить со мной? Надеюсь, с Лизой все…

– С ней все в порядке, – поспешно заверил Алексей и добавил: – Ну, в относительном порядке, как ты понимаешь… Я хотел поговорить с тобой о другом. Только пообещай, что после того, что я тебе расскажу, ты не отправишь меня к психиатру.

– О чем ты, Чернов? – мягко засмеялась Тая. – Обещаю, не отправлю. Что случилось?

– Скажи, Тайка, ты веришь в потусторонние вещи? Ну, например, в полтергейст, привидения и прочую херню? Или все же с такими вопросами – к психиатру?

– Погоди, Леш, – нахмурившись, оборвала его Таисия. – Конкретней, конкретней.

Мужчина с шумом выдохнул, наклонился к приятельнице через стол и, понизив голос, заговорил:

– Тайка, мне нужно с кем-то поговорить о том, что со мной происходит. Я надеюсь, что ты с пониманием отнесешься к моим откровениям и не поднимешь на смех. Хотя я предполагаю, что любой другой человек, услышав от меня подобное, скажет, что Чернов заработался и у него с головой не все в порядке. Ты, я знаю, веришь в какие-то аномальные вещи, с бабками-ворожейками знакомства имеешь, церковь посещаешь. Я слышал, как вы с Кристиной о таких вещах когда-то шушукались. Я еще над вами посмеялся, помнишь? А вы обе на меня обиделись…

– Помню, – нахмурилась Таисия. Вопреки опасениям Алексея, слушала она его чрезвычайно внимательно и с серьезным видом.

И он воодушевился:

– Тая, могут ли такие вещи на самом деле происходить или мне и правда стоит обратиться к специалисту по поводу моих… галлюцинаций? Я, понимаешь, чувствую Кристинку! Будто она приходит, касается меня, смотрит на меня. Я слышу какие-то вздохи, шелест платья. И в комнате после этого остается запах ее духов. Я ни с каким другим не могу его спутать! А иногда я нахожу… Кристинины вещи. Мелкие вещи вроде заколок и платков, которые оказываются в неожиданных местах. Я предполагаю, что это могут быть Лизины проказы. Но если так, то… зачем?

Алексей растерянно посмотрел Тае прямо в глаза и та, не зная, что на это ответить, покачала головой.

– Но и это еще не все. Моя дочка все время куда-то пропадает. Я собственными глазами вижу, как она заходит в комнату, но когда я вхожу за ней следом – ее там уже нет! Черт знает что творится в моем доме! А еще во сне я стал слышать голоса. Недавно было: я спал и проснулся оттого, что кто-то слишком отчетливо произнес над моим ухом: «Не продавай дом!» Мне показалось, будто это сказала Лиза. Открыл глаза – в комнате никого. Естественно. Сегодня ночью опять случилось нечто подобное. Только это уже был не Лизкин голос, а… Кристинин. Она сказала, что «скоро все откроется». Я проснулся, комната пустая, а пахнет Кристиниными духами. Тайка, я схожу с ума?

– Вряд ли, – медленно покачала головой Таисия и, протянув руку, накрыла ладонью ладонь Алексея. – Я плохо разбираюсь в таких вещах, но все же посоветовала бы тебе сходить в церковь и поставить свечку за упокой Кристининой души. И еще хорошо было бы пригласить батюшку – освятить дом.

Алексей скептически усмехнулся, и девушка рассердилась:

– Зря смеешься! Если не хочешь приглашать батюшку, сам окропи дом святой водой. Окропи, окропи! И свечку сходи поставь. Я бы посоветовала тебе сходить к одной женщине, которая в таких делах хорошо разбирается, но ее сейчас нет в городе. Когда она вернется, я дам тебе ее адресочек. А пока окропи дом святой водой. Я принесу тебе ее?

– Валяй, – сдался Алексей и, наморщив лоб, с надеждой уточнил: – Значит, ты и правда считаешь, что это не галлюцинации?

– Да, так и считаю.

– Спасибо, любезная… – Алексей с облегчением перевел дух и улыбнулся. – А то я уж подумал, что совсем у меня с головой плохо стало, заработался.

– Если бы это были галлюцинации, вызванные работой, то вряд ли бы тебе виделись те вещи, о которых ты мне рассказал. В качестве «рабочих глюков» по твоему дому рыбки бы с зонтиками прогуливались и шхуны проплывали.

Алексей громко засмеялся, признавая шутку Таисии удачной и, подозвав официантку, попросил счет за обед.

«Неужели то, что мне сказали, правда? Нехорошие дела получаются… Что ж делать-то, что ж делать…» Таисия, сев в машину Алексея, отвернулась к окну. За всю дорогу от ресторана к магазину она не проронила ни слова, встревоженно размышляя над тем, что рассказал ей Алексей.


Возле выхода с кладбища Инга встретилась с дядей Сашей – соседом хозяйки, у которой снимала домик. Он окликнул ее, девушка подождала догоняющего ее пожилого мужчину и поздоровалась:

– Добрый день, дядя Саша!

– Здравствуй, здравствуй, – пожилой мужчина с улыбкой подошел к ней и заметил: – Необычные для курортницы места ты посещаешь.

– Навещала, – коротко ответила Инга и пошла немного медленнее, подстраиваясь под неторопливый шаг дяди Саши. – А вы тоже навещали кого-то?

– У меня тут друг старый покоится. А у тебя кто?

– Родители. И бабуля, – грустно улыбнулась Инга. – Я ведь в этом городе родилась, дядь Саш. В Москву уже потом уехала, когда школу окончила.

– Землячка, значит? Ты про это не рассказывала, когда мы чай вместе пили, – мужчина с ласковой улыбкой пожурил девушку, и она, смущенно улыбнувшись, развела руками:

– Да как-то не сказалось… Теперь знайте, что я – бывшая местная! Мы с братом рано остались без родителей, жили с бабушкой – до семнадцати лет. А потом уехали в Москву к дяде. Там теперь и живем.

– На какой улице вы жили? – с живым любопытством поинтересовался дядя Саша.

Инга охотно ответила:

– На Советской.

– Наверное, как приехала, так сразу же туда и побежала. – Дядя Саша хитро подмигнул девушке, но она покачала головой:

– Не поверите, но так и не дошла до этой улицы. В первый вечер подруга предложила было прогуляться там, только я отказалась. А потом как-то и некогда стало.

– Да прям уж «некогда»! Ты же ведь отдыхать приехала, – недоверчиво рассмеялся мужчина и, подхватив девушку под локоть, заговорщицким тоном произнес: – А мы вот сейчас с тобой через эту улицу и вернемся к себе! Сделаем небольшой крючочек. Иначе ты уедешь, так и не побывав там.

– Я, дядь Саш, тороплюсь. Меня одна маленькая девочка ждет, которой я пообещала прогулку! Да и нечего мне уже делать на той улице. Был там дом – бабушкин. А когда бабушка умерла, дом продали. Так что там уже давно другие хозяева – в моем доме… А впрочем… Вы правы, дядя Саша, если я сегодня не пройдусь по этой улице, то уже, наверное, не заверну на нее. Идемте!

Они свернули на улицу Советскую, и Инга, пройдя первых три двора, остановилась.

– Вот здесь мы и жили! – указала она рукой на видневшуюся за садовыми деревьями черепичную крышу дома. – В этом дворе. А вон у тех соседей черешню таскали… У нас своя росла, но чужая всегда вкусней кажется.

– Запретный плод сладок, – проговорил мужчина и с любопытством посмотрел на калитку, ведущую во двор, в котором раньше жила девушка. – А ты случайно не Надежды Савёловой внучка?

Инга с удивлением посмотрела на дядю Сашу.

– Да. А вы ее знали, мою бабушку?

– Да как не знать! – засмеялся дядя Саша и, взяв Ингу под руку, неторопливо повел ее дальше по улице. – Городок-то у нас маленький, многих, кто живет здесь давно, знаем. Да и Надежду Васильевну, думаю, знали многие. Царство ей небесное… Великой души человек была. И она ведь, знаешь, не просто хорошим человеком была, а… особенным.

Дядя Саша ненадолго замолчал, и Инга, затаив дыхание, ждала, когда он продолжит. Город продолжал подкладывать ей потерянные фишки для восстановления мозаики ее детства: сосед хозяйки оказался знаком с ее бабушкой.

– Не знаю, известно ли тебе, что Надежда Васильевна была довольно известной в городе… как бы тебе объяснить… ведуньей. Большими знаниями обладала, помогала в ситуациях, казалось бы, безнадежных. Люди к ней за помощью обращались. И она редко отказывала.

– Надо же… – удивленно выдохнула Инга. Она не знала, что ее бабушка была так широко известна своими способностями.

Дядя Саша понял ее удивление по-своему, решив, что девушка не слышала о таланте своей бабушки.

– Да, ты тогда совсем маленькая была, поэтому вряд ли помнишь это. К тому же потом бабушка твоя прекратила свою деятельность, говорила, что потеряла дар. Я в подобных вещах ничего не смыслю, да только слышал где-то, что не может такая сильная ведунья, какой была твоя бабушка, просто так неожиданно потерять свою силу. Она могла лишь передать ее кому-то, – подняв вверх указательный палец, нравоучительно произнес дядя Саша и с хитринкой в глазах посмотрел на девушку: – А может, она тебе передала свои знания, а?

Инга вздрогнула от неожиданного вопроса и испуганно посмотрела на мужчину. Всерьез он спрашивает или просто поддерживает разговор? Но дядя Саша улыбался, словно был доволен тем, что рассказал девушке забавную историю, в правдивость которой сам не верил.

– Да нет, вряд ли, – натянуто улыбнулась Инга. – Я вот даже не знала, что моя бабушка обладала такими способностями, о которых вы мне сейчас рассказали.

– Удивил тебя, наверное, очень. Не бери в свою хорошенькую головку мои сказки! Считай, что потешил я тебя лишь забавной историей.

Они вышли на небольшой перекресток, и Инга, остановившись, с улыбкой извинилась:

– Мне – в другую сторону. Я не домой иду, а в гости.

– Ну да, ты же говорила, – понимающе улыбнулся сосед и, шутливо поклонившись девушке, весело произнес: – Рад был встрече с вами, сеньорита. Не возражаете, если я снова угощу вас черешней? Передам мисочку с твоей хозяйкой.

– Не возражаю. У вас очень вкусная черешня.

По дороге к Лизе она почему-то подумала о Максе – о том, что вчера была не совсем справедлива по отношению к нему. И что, пожалуй, стоит снова принять его приглашение на прогулку: это лучше, чем сидеть дома в обществе книги.


предыдущая глава | Девушка, прядущая судьбу | cледующая глава