home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



38

Татьяна Архангельская как личную трагедию восприняла неудачный штурм Даниным теоремы Ферма. Она знала, что муж увлечен этой проблемой, и надеялась на его успех. Честолюбивая молодая женщина уже поверила, что доказательство Великой теоремы у него в кармане, и мысленно примеряла на себя часть всемирной славы мужа. Но ее надежды потерпели крах! Муж постыдно отступил перед возникшей трудностью, позволил над собой посмеяться. Заторможенный инфантильный Данин не сумел доказать свою гениальность! Он обычный чокнутый математик, решила она. Один из тех, кто до старости с увлечением читает учебники из университетской библиотеки и не в силах заработать на приличный костюм.

После банкета, по случаю защиты диссертаций мужа и одноклассника, у нее произошла спонтанная безудержная близость с Феликсом Базилевичем. Тогда она списала супружескую измену на легкое опьянение и неутоленное половое влечение. Вторую попытку, предпринятую Феликсом через несколько дней, она пресекла.

Татьяна убеждала себя, что ее долг служить гению мужа. Она обязана терпеть его странности во имя неминуемой будущей славы и связанного с ней денежного благополучия. Но время шло, триумф не приближался, и вера женщины таяла.

Базилевич внешне отступил. Однако стал чаще подвозить на своей машине Татьяну и Константина домой, заходил к ним в гости и постепенно подружился с Таниной мамой. Опытная женщина разгадала его цель, в душе одобрила, и в лице Надежды Сергеевны Архангельской Феликс приобрел надежного союзника.

Стремительный штурм женского сердца сменился планомерной осадой с фронта и тыла. За чаем или бокалом конька Базилевич вел непринужденные беседы с родителями Татьяны, делился с ними своими планами, не забывая дарить женщинам цветы и небольшие подарки.

Ранней весной, возвращаясь с международной конференции в Германии, Феликс прямо из аэропорта заехал на квартиру Архангельских. В его руках была большая круглая коробка, похожая на те, в которую упаковывают праздничные торты.

– Это тебе, – Феликс протянул Татьяне внушительную коробку. – Прости, не удержался, купил.

– Столько сладкого! Это ужас, – добродушно всплеснула руками Татьяна и по-хозяйски распорядилась: – Раздевайся, проходи, вместе будем кушать. Мама, заваривай чай!

– Это не к чаю, – улыбнулся Базилевич. – Это к твоему пальто.

Он развязал пеструю ленточку и попросил Татьяну снять крышку. Заинтригованная женщина заглянула внутрь и преобразилась. На женском лице перемешались неподдельное удивление, детский восторг и легкая робость. В круглой коробке лежала бордовая шляпа с широкими волнистыми полями, украшенная бантами из атласной кремовой ленты.

– Это мне? – промолвила растерянная Татьяна.

– У тебя же бордовое пальто. К нему подойдет.

– Но шляпа… это так вызывающе.

– Это модно. В Европе все так ходят, – слукавил Феликс. – Не успеешь оглянуться, и у нас каждая вторая будет по Невскому в роскошных шляпах щеголять. Надень и посмотри. Только сначала – сапоги и пальто.

Завороженная необычным подарком молодая женщина послушно повиновалась уверенному мужчине. Черные сапожки обхватили стройные лодыжки, пальцы с маникюром затянули узлом ремень на пальто и расправили волосы над приподнятым воротником. Она повернулась к Феликсу, сияющие глаза ждали чуда. Базилевич мягко водрузил на нее шляпу.

Из кухни появилась Надежда Сергеевна и всплеснула руками:

– Батюшки! Какая прелесть!

Татьяна Архангельская смотрелась в большое зеркало и не узнавала в гордой вытянувшейся женщине затюканную научную сотрудницу. Она представила себя на грязной улице с тающим снегом, в тесном метро и смутилась:

– Куда же я пойду в ней? Разве что в театр.

– Нет. Ты будешь ходить так на работу, – твердо заявил Базилевич и обратился за поддержкой: – Надежда Сергеевна, попрошу проследить, чтобы Татьяна утром надела шляпу.

Старшая Архангельская поправила дочери шейный платок и задумчиво нахмурилась.

– Этот не подходит. Надо ярче. Подожди, я принесу свой. – Она скрылась в комнате, а когда вернулась, в ее руках шуршал вскрываемый целлофан. – Примерь-ка. Он новый, я его берегла зачем-то.

Платок был заменен. Женщины вертелись перед зеркалом.

– Так лучше, – одобрил Феликс, обходя коробку. Он встал за спиной Татьяны, сжал ее плечи и, глядя в ее зеркальное отражение, прошептал: – Если ты не будешь в ней ходить, я серьезно обижусь.

На минуту их глаза сцепились в зеркале, по-новому изучая друг друга.

– Даже не знаю… – промямлила Татьяна.

– Никаких сомнений! – заявил Базилевич и обернулся к Надежде Сергеевне. – Представляете, коробка никуда не помещалась. Пришлось весь полет держать ее на коленях. Зато сколько внимания со стороны стюардесс…

В прихожей появился Константин.

– Как тебе? – кокетливо спросила его Татьяна.

Данин задумчиво провел кончиком пальца по тулье и волнообразным полям шляпы.

– Интересная эллиптическая поверхность, – пробубнил он под нос, рывком взъерошил волосы на лбу и быстро удалился в комнату.

– Гений! – издевательски передразнила зятя тёща и деликатно взяла под руку Базилевича. – А ты проходи, Феликс, проходи. Чай мы все равно попьем. Если бы ты знал, как приятно посидеть с нормальным человеком.

Татьяна, обычно одергивающая в таких случаях маму, на этот раз промолчала.

Большая дерзкая шляпа чудодейственным образом преобразила Татьяну Архангельскую. Элегантный головной убор вынудил ее изменить походку, осанку и даже выражение лица. Она распрямила плечи, подняла голову и смотрела на жизнь с уверенностью победительницы. Порой она ощущала себя "Незнакомкой" с картины Крамского, возвышавшейся над толпой. Ложные страхи и скованность остались в прошлом, она впервые почувствовала себя полноценной женщиной, Женщиной с большой буквы. Шляпа невольно заставила ее тщательно подходить к макияжу, приобрести соответствующие туфли и перчатки. Мужчины теперь заинтересованно глядели ей вслед, а женщины саркастически шушукались, но в душе откровенно завидовали ее смелости и независимому виду.

Татьяна раскрепостилась и теперь смотрела на возможную связь с Феликсом Базилевичем совсем по-другому. Она увидела в нем умного, сильного, ответственного мужчину, хорошо знающего, чего он хочет от жизни, и вдобавок, умеющего ухаживать. Он тоже разбирался в математике, но разительно отличался от вечно поглощенного своими мыслями Данина.

И она не устояла. Ее встречи с Феликсом происходили всё чаще. Она, не таясь, садилась одна в его машину.

К доказательству теоремы Ферма уже вплотную подошли на Западе, и Татьяну ничто не удерживало рядом с неудачником Даниным. Она переехала к Базилевичу.

Надежда Сергеевна, всецело одобряющая решение дочери, сама вызвалась сообщить об этом Константину. Вечером при входе в квартиру его ждал чемодан с вещами и огромная сумка с книгами. После короткого сообщения, больше похожего на зачитывание приговора, теща любезно заказала такси, и Константин Данин вернулся в однокомнатную квартиру матери.

Формальности с разводом решили быстро, и вскоре Татьяна Архангельская стала официальной женой Феликса Базилевича.

Для Константина, между тем, мало что изменилось. Он только сидел теперь за другим столом, по ночам лежал с открытыми глазами на другом диване, да порой стал опаздывать на работу. Феликс по-дружески его прикрывал, но гораздо меньше прежнего интересовался трудами Данина.

В некогда великой стране наступили совсем другая эпоха, и Базилевич нацелился на научно-административную работу на уровне отделения академии наук. И в этом ему помог новый тесть. Наступили времена приватизации и коммерческих отношений. Сдача в аренду помещений академии приносила несравнимо больше денег, чем фонды, выделяемые министерством. Бесхозная загородная собственность академии требовала смелых решений и чиновничьей ловкости. Расчетливый практичный Базилевич блеснул на этом поприще своими талантами.

А роль оформителя научных изысканий Константина Данина взял на себя влюбленный в математику Михаил Фищук. Его регулярно стали видеть рядом с Даниным.


предыдущая глава | Тайна точной красоты | cледующая глава