home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 23

– Добрый день, лейтенант, – начал Гейл. Он порывисто встал, прошелся вдоль стола защиты, печально посмотрел на Страйда. – Мы с вами не встречались, наверное, год. Да, с тех пор как ваша жена умерла. Примите мои соболезнования.

Страйд молчал. Такое начало ему не в диковинку. Гейл не знал, что такое стыд. В его сочувственном замечании крылся подвох, он словно обращался к присяжным – смотрите, его сознание омрачено горем, значит, выводы могут быть ошибочными.

– Рейчел не первая девушка, исчезнувшая из того же района? – спросил он.

– Нет, – ответил Страйд.

Гейл снял очки, вставил дужку в рот, погрыз ее, покосился на Страйда.

– Примерно за год до исчезновения Рейчел пропала несовершеннолетняя Керри Макграт. Правильно?

– Да, – кивнул Страйд.

– Ей было столько же, сколько и Рейчел, – произнес Гейл.

– Да.

– Они с Рейчел вместе учились.

– Да.

– Жили меньше чем в двух милях друг от друга.

– Совершенно верно.

Гейл сделал удивленное лицо.

– Очень интересно. Не понимаю вас, лейтенант. Вы только обратите внимание, сколько тут совпадений. – Он в ужасе повернулся и оглядел присяжных. – И вы ему верите? Да он, наверное, просто ослеп.

– Мы не нашли никакой связи между этими двумя случаями, – промолвил Страйд.

– И тем не менее вы сочли совпадений между ними вполне достаточно, чтобы и первый случай, исчезновение Керри Макграт, приписать моему клиенту. Правильно?

Страйд пожал плечами:

– Мы сравнивали улики в двух делах, это стандартная процедура.

– И вы не нашли ничего, что могло бы указывать на причастность мистера Стоунера к пропаже Керри?

– Ничего.

– Ни крови?

– Нет.

– Ни волокон?

– Нет.

– Вы хотите сказать, что дело Керри еще не раскрыто?

– Именно так.

Гейл раскинул руки. В левой руке, между пальцами, болтались его очки.

– Две девушки одного возраста, из одного учебного заведения, живущие неподалеку, исчезают бесследно при одинаковых обстоятельствах. Лейтенант, вам не кажется, что это дело рук какого-нибудь одержимого, не местного, живущего где-нибудь на севере Миннесоты, одного из тех, что отбыли срок за преступления на сексуальной почве? Разве не могли обе девушки, и Рейчел Диз, и Керри Макграт, стать жертвами серийного убийцы? Согласитесь, это очень правдоподобная версия.

Страйд покачал головой:

– Нет. Собранные нами улики свидетельствуют об обратном.

– Ах да, мы совсем забыли про улики. Конечно же. – Гейл подмигнул присяжным. – Ничего, мы сейчас приглядимся к ним повнимательнее. Но только совсем с другой стороны, лейтенант. Но прежде ответьте мне: вы не знаете точно, мертва Керри Макграт или нет?

– Не знаю.

– В то же время вы уверены, что Рейчел Диз мертва.

Страйд кивнул.

– В этом деле у нас улик достаточно.

– Каких улик? Двух капель крови и клочка ткани?

– Это кровь Рейчел и ткань от ее водолазки.

Гейл, прищурившись, погладил бородку.

– То есть вы нашли достаточно крови, чтобы констатировать смерть от ее потери?

– Нет.

– Лейтенант, несколько капель крови недостаточно, чтобы вообще предполагать убийство.

Страйд спокойно посмотрел на Гейла.

– Я не думаю, чтобы Рейчел порезалась во время бритья.

– Но вы не знаете, как кровь попала туда, где вы ее обнаружили. Наверное, Рейчел полезла в ящик за инструментом и случайно порезалась о нож. Так же случайно пара капель крови попала и на пол машины. Разве такое не возможно?

– Если только вырвать улики из контекста. Мы нашли ее кровь и ткань от ее водолазки возле амбара.

– Но и этого тоже недостаточно, чтобы сделать однозначный вывод о совершении преступления, ведь так?

– Напротив, – возразил Страйд. – Я думаю, именно такой вывод и можно сделать на основе улик.

Гейл поднял кустистые брови:

– Вот как? Тогда скажите, лейтенант, вам известно, сколько несовершеннолетних ежегодно уходят из дома?

– Тысячи.

– Поправлю вас – десятки тысяч. Рейчел не была счастлива в своем доме, ведь так?

– Так.

– Фактически девушка представляет собой классический образец подростка, покинувшего дом. Правильно?

– Я бы так не сказал. Обычно подростки, уходя из дома, не оставляют улик вроде тех, что мы обнаружили. Капли крови, волокна, окровавленные куски одежды.

– А если она просто не хотела, чтобы ее искали?

Выдержка изменила Страйду, на минуту он запнулся.

– Что? – удивленно спросил он.

– Ну если, как вы предполагаете, она взяла бы машину, ее семья сразу поняла бы, что она попросту убежала. В этом случае полиция пошла бы по ее следу. Вы искали бы ее по всей стране. Предположим, что Рейчел очень хотелось исчезнуть, но так, чтобы и любопытная полиция, и семья, которую она ненавидела, оставили ее в покое. Что бы она сделала? Скорее всего разбросала бы везде улики, доказывающие ее гибель. Почему вы этого не предполагаете?

Страйд покачал головой:

– Неразумно. Если бы Рейчел решила сымитировать свою смерть, она оставила бы явные улики. Но и тогда мы все равно искали бы ее по всей стране, мы бы и тогда провели исчерпывающее расследование. Откуда Рейчел могла знать, что мы удовлетворимся уликами, найденными в машине и возле амбара?

– Простите, но раз мы здесь, значит, вы ими удовлетворились. – Гейл выпрямился во весь свой гигантский рост, внимательно посмотрел на Страйда, затем перевел взгляд на присяжных. – Ну хорошо. Давайте, лейтенант, вернемся с вами к амбару. Как известно, там подростки занимаются тем, чем родители не дают им заниматься дома. Правильно я говорю?

– Правильно.

– Знаете ли вы, сколько подростков посещают это экзотическое местечко?

– Нет.

– Замечательно. А известно ли вам, сколько раз за последний год туда вызывали полицию?

Страйд пожал плечами:

– Нет.

– Вы, наверное, удивитесь, но тридцать семь раз.

– Не удивлюсь.

– И вы, разумеется, также не удивитесь, если я сообщу вам, что за последние пять лет восемь раз подростки обвинялись в изнасиловании возле амбара? – Обычно мягкий голос Гейла зазвенел сталью, глаза сузились и превратились в горящие голубые точки.

– Возможно, – ответил Страйд.

– Более чем, лейтенант. Это факт. Оказывается, амбар – местечко еще и опасное.

– Да, – признался Страйд.

– Подростки насилуют подростков, а полиция, оказывается, ничего об этом не знает.

– Возле амбара нет постоянного дежурства. Иногда туда наезжает патрульная машина, но потом подростки опять туда возвращаются, – заметил Страйд.

– Правильно, лейтенант. Именно подростки. Они совершают там преступления. И опять туда возвращаются. Вы не считаете данное обстоятельство свидетельством того, что и Рейчел могла стать жертвой преступления, совершенного подростками?

– Мы разрабатывали данную версию, но в конечном счете отвергли ее.

– Это первое, что вам пришло в голову, – поправил Гейл. – Вы отправили своих сотрудников в колледж, порасспрашивать студентов. После того как вам принесли браслет. Верно?

– Да, – отозвался Страйд.

Гейл кивнул. Он снова пожевал край дужки, подойдя к своему столу, отпил воды из стакана, промокнул губы платком, вытер лоб.

– Какой у вас размер обуви, лейтенант?

«Молодец, мерзавец, – подумал Страйд. – Интересно, откуда он это узнал?»

– Двенадцатый.

– Знаете, у меня тоже есть версия – а не могли ли вы оставить тот след от кроссовок у амбара?

– Протестую! – выкрикнул Дэн.

– Отклоняется, – вмешалась судья Кассель.

– У меня нет кроссовок той же марки. К тому же Грэм Стоунер купил новые кроссовки спустя всего четыре месяца после исчезновения Рейчел. А первые мы так и не нашли.

– Вы в курсе, сколько кроссовок «Адидас» двенадцатого размера продали в Миннесоте за последний год?

– Нет.

– Более двухсот пар. Разве никто из этих людей не мог оставить следы у амбара?

– Могли. Однако среди них нет отчимов Рейчел. И никто из них не является владельцем автомобиля, в котором мы обнаружили ее кровь.

– Я хочу сказать, что, кроме тех следов, которые могли оставить еще человек двести, у вас нет никаких доказательств того, что мой клиент находился у амбара в ту злополучную пятницу. Верно?

– Да.

– И вы фактически не знаете, в каком часу эти следы оставили?

– Нет.

Гейл выдержал паузу и многозначительно посмотрел на присяжных.

– Давайте перейдем к автомобилю, лейтенант. Я вижу, вы придаете большое значение отпечаткам пальцев моего клиента на ноже, который вы нашли в ящике для инструментов?

– Совершенно верно.

Гейл равнодушно пожал плечами:

– Но это же его машина и его нож. Что вы находите странного в том, что на ноже имеются его отпечатки пальцев? По-вашему, их там не должно быть?

– Если бы кто-нибудь воспользовался этим ножом и после вытер его, там не было бы никаких отпечатков, – заметил Страйд.

– А если бы этот кто-нибудь действовал в перчатках? – парировал Гейл.

– Тогда – да, – вынужден был признать Страйд. – Лишь в этом случае имеющиеся на ноже отпечатки были бы смазаны. В данном случае они четкие.

– Разве Рейчел не могла оставить вам эти отпечатки, зная, что и отпечатки пальцев Грэма там тоже есть?

– У нас нет доказательств, что она так поступила, – возразил Страйд.

– Нет доказательств? – повторил Гейл. – Тогда еще несколько вопросов по автомобилю. У вас нет свидетелей, которые подтвердили бы, что в ту пятницу Грэм выезжал на своем автомобиле, так?

– Так.

– Иначе говоря, вы не знаете, выезжала ли машина из гаража вечером того дня или нет?

– Я не согласен с вами. Волокна, найденные в машине Грэма совпадают с теми, что мы нашли у амбара. У амбара же обнаружили и браслет Рейчел. В пятницу вечером на ней были и браслет, и белая водолазка. Свяжите эти факты, мистер Гейл.

Гейл улыбнулся. Страйд заметил, как тот едва заметно подмигнул ему, одобрительно, словно говоря: «Молодец, не зря мы на тебя налоги платим». Но сокрушить его было не так-то легко.

– Вы утверждаете, что Рейчел находилась в машине. Но откуда вы знаете, что ее туда посадил именно Грэм Стоунер?

– Это его машина была закрыта.

– Ах, закрыта. Понятно. И никто другой, кроме мистера Стоунера, не мог ею воспользоваться?

Страйд молча кивнул.

– Разве что ему пришлось бы заводить двигатель напрямую, без ключа зажигания. Если предположить, что кто-нибудь брал автомобиль мистера Стоунера, то ему прежде нужно было доехать до его дома. Смешно думать, будто убийца припаркуется неподалеку, похитит девушку, украдет машину ее отчима, доедет на ней до амбара, затем вернется, поставит машину и пересядет в свою.

– Убийца мог и прийти пешком, – промолвил Гейл.

– А может, он прилетел? – усмехнулся Страйд.

Присяжные засмеялись. Судья Кассель нахмурилась и сурово посмотрела на Страйда. Гейл подождал когда шум стихнет, и продолжил:

– Вы фотографировали дом Стоунеров во время обыска?

– Разумеется, это обычная процедура, – ответил Страйд, размышляя над тем, к чему клонит адвокат.

Тот подошел к своему столу, достал какую-то фотографию, приблизился к Страйду и поставил ее перед ним.

– Это увеличенная часть одного из ваших снимков, сделанных в доме Стоунеров во время обыска в тот пятничный вечер. Вы узнаете его?

– Узнаю.

– Здесь показана часть столика, находящегося в прихожей в доме Стоунеров, рядом с входной дверью. Правильно?

– Да.

Гейл вынул из внутреннего кармана пиджака ручку «Эрроу» с золотым пером и обвел фрагмент стола.

– Скажите, лейтенант, что это?

Страйд все понял.

– Хрустальная пепельница.

– А что лежит в ней?

– Связка ключей.

– Совершенно верно. Это ключи мистера Стоунера от дома и от машины?

– Думаю, да.

– Иначе говоря, любой, кто проходил мимо двери, мог прихватить эти ключи, а затем машину и Рейчел.

– Нет, – возразил Страйд. – Судя по доказательствам, подобное невозможно. Согласно вашему сценарию, преступник должен был знать, что Рейчел находится дома, войти в дом в перчатках, он должен был знать, где лежат ключи да еще носить обувь одного размера с Грэмом Стоунером. По-моему, вы начинаете фантазировать, мистер Гейл.

– Ничего подобного, лейтенант.

Судья Кассель хлопнула ладонью по столу.

Страйд кивнул и извинился. Но ему удалось хотя бы на секунду пошатнуть теории Гейла. Он надеялся, что присяжные не пойдут на поводу у хитроумного адвоката и не дадут себя запутать в паутине его экстравагантных измышлений. А раскидывать сети возможностей Гейл был мастер.

Гейл повернулся к судье и лучезарно улыбнулся. Затем, поглаживая остатки седых волос на затылке, обратился к Страйду:

– Хорошо, лейтенант. Давайте теперь перейдем к так называемым сексуальным отношениям со своей падчерицей. У вас нет ни единого фактического доказательства, подтверждающего эту дикую мысль. Ни семенной, ни вагинальной жидкостей.

– Я уверен, что они пользовались ванной.

– А как насчет свидетелей? Их тоже нет?

– Такие вещи не происходят при скоплении народа, – ответил Страйд и усмехнулся.

Гейл оставался серьезным.

– Итак, свидетелей у вас нет, лейтенант. Вы провели большую работу, исследуя частную жизнь мистера Стоунера. Выяснили, что он увлекается всякой порнографической безвкусицей. – Гейл вздохнул. – Что делать? Таков человек. Только дело-то в другом. Из всех журналов, что вы обнаружили в его кабинете, ни один не является противозаконным. Ведь так?

– Так, – согласился Страйд.

– И продаются они не в закоулках, а на главных улицах Дулута, верно?

– Да.

Гейл взял перечень телефонных переговоров и поднял его над головой.

– А что касается вот этого, то я хотел бы вас спросить – станет человек тратить по пять долларов в минуту на фальшивый секс с престарелыми актерками, изображающими несовершеннолетних, если он, как вы утверждаете, имеет его ежедневно якобы со своей падчерицей? Зачем ему эти секс-услуги нужны в таком случае?

– Переговоры доказывают его склонность к сексу с несовершеннолетними, – произнес Страйд.

– А вам известно, лейтенант, сколько мужчин в Дулуте пользуются указанными секс-услугами по телефону? Знаете, сколько этим фирмам поступило звонков хотя бы за последние полгода? – Гейл хитро улыбнулся.

– Нет.

– А я – знаю. Почти двести. Причем среди, простите, потребителей есть два ваших коллеги, сотрудника полиции. Вы не проверяли их на причастность к нашему делу?

– Нет.

– Разумеется, нет, – согласился Гейл, – Потому что они не вписываются в вашу версию. Потому что и вы, и я знаем: эти звонки и различные фантазии не имеют никакого отношения к тому, как человек ведет себя в реальной жизни. Правильно?

– Все зависит от контекста. И от конкретного человека.

– Но вы же не знаете контекста своих коллег, лейтенант.

– Нет.

– И контекст отношений между моим клиентом и его падчерицей вам тоже неизвестен. Фактически ваша идея об их сожительстве подтверждается лишь одной фотографией, обнаруженной вами в его компьютере.

– Это очень многозначительная фотография.

– Согласен. Она на многое намекает. Но не более, – парировал Гейл. – Она ничего не доказывает. Потому что вы не знаете даже, видел ли мистер Стоунер эту фотографию вообще.

– Она была в его компьютере.

– Ну и что? Рейчел имела доступ к его компьютеру. Она могла в любое время записать на жесткий диск сколько угодно фотографий.

– У нас нет доказательств, что она это делала.

Гейл поморщился и махнул рукой, отметая его замечание.

– Но вы не можете и опровергнуть заявление о том, что она могла это сделать. Кто знает, что там на уме у девушек ее возраста? Например, она хотела просто смутить его, поставить в неловкое положение. Или вызвать ссору между ним и своей матерью. Вы же этого не знаете, лейтенант.

– Нет.

– Скажите, когда фотографию загрузили в компьютер?

– Судя по статистике файла, в субботу, за неделю до исчезновения Рейчел.

– А когда снимок смотрели на компьютере в последний раз? – жестко произнес Гейл.

– В тот же день.

Гейл недоверчиво посмотрел на Страйда. Постепенно выражение на его лице сменилось изумлением. Уж кому-кому, а Гейлу было хорошо известно, когда фотографию смотрели, он знакомился с делом и уликами. Но он хотел произвести впечатление на присяжных и преуспел. Те подумали, что сообщение Страйда оказалось новостью.

– Простите, я не понял вас. – Гейл засуетился, поднял фотографию и показал присяжным, давая им возможность увидеть всю сексуальную мощь Рейчел. – В тот же день, вы сказали? Постойте, постойте. Вы говорите, что мой клиент сгорает от жажды вступить в недозволенную связь со своей падчерицей, загружает на свой компьютер вот этот снимок, хранит его почти целую неделю и ни разу не смотрит на него? – Он театрально закрыл лицо ладонью и зажмурился. – Побойтесь Бога, лейтенант. Появись такая фотография на моем компьютере, я бы неделю работать не смог.

Дэн Эриксон подскочил, выкрикивая:

– Протестую!

Гейл отложил снимок, поднял руки вверх.

– Отзываю, отзывая, – произнес он, озорно подмигивая Страйду.

– Лейтенант, давайте будем реалистами. Что мы имеем? На компьютер мистера Стоунера записывается совершенно захватывающая фотография, которую он ни разу не смотрит. Конечно, вы можете заявить, что он обладает колоссальной силой воли, но у меня есть более логичное объяснение: он понятия не имел, что у него в компьютере есть этот снимок.


Глава 22 | Вне морали | Глава 24