home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 11

– Ну и как? Поздравить с почином? – Мэгги захихикала. Она постучала по порогу, сбивая с ботинок снег, уселась в машину рядом со Страйдом и, скрестив руки на груди, выжидающе посмотрела на него.

– С каким? – спросил он, невольно улыбаясь.

– Ты кого хочешь обмануть? – воскликнула Мэгги. – Да у тебя на физиономии все написано. Так улыбается мужчина, который не зря провел ночь. Ну что? Права я оказалась?

– Мэгги, перестань.

– Да ладно тебе, шеф. Лучше расскажи, как там у вас все происходило, – не унималась Мэгги.

Страйд сдался:

– Да нормально происходило. Поехали ко мне, засиделись до утра, напились и закончили в постели. Все было великолепно. Теперь ты довольна?

– Я – нет, а ты, похоже, очень.

Страйд бросил на нее недовольный взгляд, вывел джип со стоянки, расположенной неподалеку от дома Мэгги. Шины скользили по свежевыпавшему снегу. За ночь его нападало дюйма два – тяжелые хлопья валили до самого утра. Прежде чем выехать из дома, Страйду понадобилось вытаскивать из гаража скребок и расчищать дорогу до шоссе. Он заморгал красными от бессонницы глазами.

– Ну и как чувствуешь себя? – спросила Мэгги.

Перед светофором Страйд крепче сжал руль, осторожно, несколько раз нажал на тормоз, останавливая автомобиль.

– Чувствую себя виноватым, если ты это хочешь услышать.

– Перестань, шеф. Никакого предательства по отношению к Синди нет. Знай она, что ты столько времени оставался один, она бы удивилась.

– Точно. Так я себе и говорю. Но только сердце мне не особо верит.

Синди приснилась ему под утро. Он раскрыл глаза, впервые после года одиночества нащупал рядом с собой теплое женское тело, и на мгновение ему показалось, что это она. В полусне он вдруг поверил, что сон – это пережитая им трагедия, а жизнь на самом деле прекрасна и приятна. Затем, раскрыв глаза, он увидел лицо Андреа, и первым его чувством стало разочарование. Какой обман! Он разглядывал Андреа, такую теплую и нежную, ее волнующее тело, наполовину высунувшееся из-под одеяла, а на глаза наворачивались слезы.

– В любом случае поздравляю, – сказала Мэгги. – Ты снова вышел на игровую площадку, и это уже хорошо. Дальше будет лучше. Чем чаще станешь встречаться, тем быстрее придешь в себя.

– Возможно, – согласился Страйд. – Завтра вечером мы с ней увидимся.

Мэгги лукаво усмехнулась.

– Даже так? Хотя что я говорю – вытащив пистолет из кобуры, засунуть его обратно нелегко. Это нам еще в полицейской школе говорили.

– Откуда в тебе столько пошлости, Мэг? Кто тебя этому научил?

– Ты, – отозвалась она.

– Ну да, конечно, – рассмеялся Страйд. – Как же я мог забыть?

– Надеюсь, в любовном угаре ты работу не забросишь? – задумчиво спросила Мэгги. – А то ведь всякое случается. Вы оба тяжело и долго переживали, ты – смерть Синди, она – свой развод. Сейчас возвращаетесь к жизни. Весна у вас.

– Так ты еще и специалист по межличностным отношениям? – спросил Страйд с кислой миной и сразу осекся, сожалея, что задал вопрос, да еще таким тоном.

– Я на собственном опыте знаю, что такое осень, – проговорила Мэгги.

Дальше ехали молча.

Они направлялись на окраину города, в его южную часть – миновали с правой стороны гавань, пересекли паутину железнодорожных путей, ведущих к докам. Это был полузаброшенный район, безлюдный, с редкими зданиями – автозаправочными станциями и полуподвальными барами без окон, опустелыми оптовыми винными магазинами. Спустя милю они оказались уже в пригороде, где к границе штата жались с десяток старых домов. Основная их часть была построена еще в сороковых годах прошлого века, и тогда они считались хоть и скромными, но вполне комфортабельными, где обитали преимущественно портовые рабочие. Сейчас дома обветшали, а некоторые превратились в развалины. Место давно превратилось в магнит для наркодилеров, чувствующих себя в Дулуте как дома.

– Замужество помогло Эмили подняться по социальной лестнице, – промолвила Мэгги. – Нужно отдать ей должное, она, наверное, проявила немалую сообразительность, чтобы зацапать Грэма. Интересно, как это ей удалось?

– Наш добрый пастырь утверждает, что в то время она выглядела как конфетка.

– Да? Так и говорит?

– Именно. Не такими словами, конечно. Мне показалось, они давно и хорошо знают друг друга. По крайней мере он единственный, кто мог бы многое рассказать о них.

– И он собирается рассказать?

– Он согласился с нами встретиться. Для начала неплохо.

Страйд провел машину по лабиринту узких заснеженных улочек тихого района, объезжая стоящие у обочин, засыпанные снегом автомобили, похожие на громадные сугробы. Двигаться приходилось осторожно, чтобы не увязнуть в кювете.

Церковь, где служил Дэйтон, выполняла роль плацдарма, с которого местные жители противостояли преступности и вандализму. Церковный двор был идеально вычищен и обсажен по периметру тщательно остриженным кустарником, там в теплое время года прятались снежношапочные колибри. Перед церковью открывалась большая лужайка, на ней располагались большой металлический вращающийся круг с перилами, примитивная карусель для малышей и спортивно-игровая площадка для детей постарше, сделанная из кедра. Сама церковь поблескивала новой краской, ее длинные узкие окна были обведены светло-красными полосами.

Их машина, судя по отсутствию других следов, появилась здесь первой. Страйд прижался к обочине и остановился. Как только они вышли из автомобиля, их сразу обдало крепким морозным воздухом. Они с Мэгги торопливо прошли по дорожке к главному входу в церковь. В большом притворе было прохладно, все тепло из него уходило вверх, к сводчатому потолку. Они постояли, оглядываясь вокруг и похлопывая себя по бокам. Страйд заметил доску объявлений с приколотыми записками – благодарственными, от излечившихся от наркомании и алкоголизма, просьбами дать совет разводящимся супругам. На самом видном месте, в центре, висел портрет Рейчел с сообщением об ее исчезновении.

– Есть кто-нибудь? – позвал Страйд.

В глубине церкви послышался шум, затем раздался приглушенный голос. Не прошло и минуты, как из переплетения теней длинного коридора возникла фигура Дэйтона. Он неторопливо приближался к ним.

Священник был в черных слаксах и сером шерстяном свитере с нашитыми на локти кожаными вставками. Он приветствовал их с нервной улыбкой, протянул Страйду, как и в первую встречу, влажную ладонь. Лоб его покрывали капельки пота. В руке он держал большой блокнот, открытый лист которого был испещрен мелким округлым почерком. За ухом у него торчала авторучка.

– Прошу прощения за то, что не вышел встретить вас, – смущенно произнес Дэйтон. – Отвлекся. Пишу текст завтрашней проповеди. Пройдемте в мою комнату, там теплее.

Он повел их по длинному коридору. В его небольшой квадратной комнате стояла хорошая мебель черного дерева, над камином, современным, с красивой витой решеткой, висела картина, изображающая сцену распятия Христа. В камине горел огонь, распространяя по комнате приятное тепло. Дэйтон уселся в стоящее у камина большое зеленое кресло, положил блокнот на изысканный столик с крышкой, украшенной резьбой. Своим гостям он предложил разместиться на старинном диване, по виду очень неудобном. Невысокая Мэгги устроилась на нем великолепно, Страйду же пришлось немало покрутиться и поерзать в поисках положения, когда колени не упирались бы ему в грудь.

– В нашу первую встречу, – начал Страйд, – вы заявили, что Рейчел могла убежать из дома. Вы и сейчас думаете, что она где-то скрывается?

Дэйтон сжал губы.

– Почти три недели прошло. Для шуток, даже в стиле Рейчел, это слишком большой срок. Я склонен полагать, что здесь уже не детская игра, а нечто иное. Разумеется, я ничего не скажу Стоунерам о своих подозрениях.

– А что именно, вы не догадываетесь? – спросила Мэгги.

– Нет, не догадываюсь. Вы считаете, ее похитили?

– Мы ничего не исключаем, – поправил его Страйд. – Мы выясняем круг друзей и знакомых Рейчел, знакомимся с ее прошлым. Нам необходим ее психологический портрет, без него мы мало что можем сказать определенно. Вы долгое время знаете Рейчел и ее семью, поэтому мы надеемся, вы не откажетесь побеседовать с нами.

– Да, – кивнул Дэйтон.

– Мне кажется, вы не очень хотите нам помочь.

Дэйтон сидел, положив руки на колени.

– Ошибаетесь, детектив. Я раздумываю, пытаюсь определить, что я могу сказать, а что – нет. Есть вещи, которые я, как духовный наставник и исповедник, не должен раскрывать. Уверен, вы меня понимаете.

– Вы исповедовали Рейчел?

– Недолго и очень давно. Эмили я знаю гораздо ближе. Многие годы я пытался помочь ей решить проблемы, связанные с дочерью. Правда, к стыду своему, безуспешно.

– Для нас ценно все, что вы расскажете нам, – заверила его Мэгги.

– Я говорил с Эмили о вашем предполагаемом визите ко мне, поскольку ожидал, что мы коснемся ее семейных проблем. Эмили разрешила мне говорить об этом свободно. Естественно, что разрешения Рейчел у меня нет, но, полагаю, в подобных обстоятельствах скрывать что-либо, вероятно, означает причинить ей вред. С ней я разговаривал нечасто, но даже и то немногое, что узнал от нее самой, прольет свет на ее внутренний мир.

– Давайте с самого начала, – предложил Страйд.

– Да, разумеется, – согласился Дэйтон. – Очень многие их семейные беды начались в ту пору, когда был жив первый муж Эмили, Томми Диз. Это он вбил клин между Эмили и Рейчел. После его смерти их отношения ухудшились. Конечно, о большинстве их проблем я узнал позднее, причем уже через призму их ощущений. Правда, в церковь они ходили и раньше, но ни разу ко мне не обращались ни с просьбой об исповеди, ни за советом.

– Они жили недалеко отсюда? – спросила Мэгги.

– Да. Почти рядом, в конце улицы.

– У Рейчел было много друзей? – поинтересовался Страйд.

Дэйтон забарабанил пальцами по крышке стола.

– Друзья у нее не задерживались. Если не считать Кевина. Он явно страдал по ней, но это было неразделенное чувство.

– Тот Кевин, который находился с ней в ту ночь в парке у канала? – уточнила Мэгги.

– Он самый. Кевин и его семья живут тут и сейчас. Очень настойчивый и целеустремленный юноша. Не удивлюсь, если когда-нибудь он станет вице-президентом крупной фирмы или известным адвокатом. Рейчел была его единственной слабостью. Он старался защитить ее, но она не только не нуждалась в его защите, но даже и не хотела, чтобы кто-нибудь ее защищал. Сознаю: то, что, я говорю, звучит кощунственно. У меня нет антипатии к Рейчел, но я обязан быть объективным – она была несправедлива к Кевину. И не составила бы его счастье.

Мэгги кивнула.

– Вы уверены, что Кевин не имеет отношения к исчезновению Рейчел?

Дэйтон изумленно посмотрел на нее:

– Кевин? Нет.

– Давайте поговорим об Эмили и Грэме, – предложил Страйд. – Как, по вашему мнению, Рейчел относилась к нему? Не любила? Или обижалась на Эмили за то, что та привела в дом нового мужа?

– Да, такое отношение было бы естественным, – согласился Дэйтон. – Однако на самом деле все обстояло иначе. Грэм и Рейчел неплохо ладили между собой, по крайней мере поначалу. Похоже, она намеревалась использовать его в своей войне с матерью. Хотела действовать тем же методом, что и ее отец когда-то, то есть вбить клин между Грэмом и Эмили. Не исключено, что ей удалось это сделать. Когда-то многие называли их брак удачным.

– А что случилось потом? Они ссорились? Из-за чего? Ревность, измена?

Дэйтон умоляюще поднял руки:

– Прошу прощения, но мне очень хочется пить. Пойду принесу стакан воды. Не хотелось бы охрипнуть накануне важной проповеди. Вам принести воды?

Страйд и Мэгги отказались. Дэйтон, улыбаясь, прошел в смежную комнату. Они слышали стук его шагов по каменному полу, потом засвистела труба и зашипела вода. Дэйтон скоро вернулся, держа в руках красный пластмассовый стакан с водой. Отхлебнув из него, он поставил стакан на столик.

– Извините, – проговорил Дэйтон.

Страйд заметил, что он выглядит гораздо спокойнее, чем несколько минут назад.

– Итак, на чем мы остановились?

– На отношениях Эмили и Грэма, – напомнила Мэгги.

– Ах да. Так вот. Склок или скандалов между ними не было, сцен ревности и измен – тоже. Почему? Потому что в их романе не было не то что страсти, но и любви.

– Тогда зачем же он на ней женился? – удивился Страйд.

Дэйтон нахмурился.

– Грэм – преуспевающий бизнесмен. Думаю, Эмили ослепил блеск его социального положения и толщина чековой книжки. И это вполне понятно. Всю жизнь ей приходилось едва сводить концы с концами, и вдруг появляется мужчина, способный воплотить в реальность ее самые радужные мечты. Уверен, Эмили приложила старания, чтобы заполучить его.

– Ну а сам Грэм? – задала вопрос Мэгги. – Вы меня простите, святой отец, но, между нами говоря, она совсем не подарок для банковского мачо.

Дэйтон посмотрел на Мэгги и широко улыбнулся, будто она задала очень смешной вопрос.

– Кто знает, что притягивает людей друг к другу? Эмили не красавица, но вполне приятная женщина. Рейчел могла бы получиться красавицей, если бы не гены Томми. К тому же мужчин нередко притягивает слабость женщины. Или, если хотите, потребность заботиться о ней. Наверное, именно это и двигало Грэмом.

Выводы Дэйтона показались Страйду натянутыми. Грэм не произвел на него впечатления человека, озабоченного жаждой опеки над небогатой вдовой с диковатым ребенком.

– Как они встретились?

– Как утверждает Эмили, это была довольно романтическая история. – Голос Дэйтона вдруг зазвучал громче и восторженнее. Правда, его ликование показалось Страйду и Мэгги вымученным. – Грэм работал в банке примерно год и считался среди женской части персонала завидной партией. Симпатичный, уверенный в себе, с высоким доходом, высоким социальным положением. Однако окружающих его женщин он будто не замечал. Эмили пару раз упоминала мне о нем, но не более. Думаю, она не мечтала конкурировать со своими молодыми и эффектными коллегами, была уверена, что Грэм и не взглянет в ее сторону. Иными словами, она не пыталась привлечь его внимание к себе. Очевидно, эта отстраненность и сыграла в ее пользу. Не исключено, что самолюбие Грэма было задето ее нечувствительностью к его чарам. Однажды Грэм подошел к ней после работы – случилось это на автомобильной стоянке возле банка – и спросил, не хочет ли она посидеть с ним в баре. По-моему, он давно заметил Эмили, и она ему приглянулась, но у него не хватало смелости заговорить с ней. Забавная ситуация, не правда ли? – Дэйтон мягко улыбнулся. – Да, чужая душа – потемки.

– Не всегда, – возразил Страйд и посмотрел на Мэгги.

Та нахмурилась.

– Вскоре после этой встречи они поженились, – продолжил Дэйтон. – Как видите, бурный, стремительный роман.

Мэгги покачала головой и усмехнулась:

– А через несколько лет от него не осталось и следа.

– Такое случается, – вздохнул Дэйтон и добавил: – И очень часто.

– Простите, святой отец, но все-таки я кое-чего не понимаю. Допустим, Грэм встречался с Эмили, но неужели вы не видите, что между ними нет ничего общего? Он не тот человек, чтобы сломя голову броситься куда-то. Я никогда не поверю, что Эмили просто не зацапала его. Расставила ловушку, в которую тот попал. Простите за откровенность.

Дэйтон пожевал губу, бросил на Страйда неловкий взгляд.

– Что вы имеете в виду?

– Он имеет в виду обычные женские трюки, – вмешалась Мэгги. – Мы вертим мужчинами, как хотим, при помощи маленьких хитростей. Это своего рода искусство. Вот я, к примеру, могу заставить Страйда сделать все, что мне нужно.

Дэйтон нервно усмехнулся:

– Не думаю, чтобы Эмили разрабатывала план по захвату Грэма. Она была ошеломлена открывающейся перспективой, ничего вокруг себя не замечала. Возможно, в ней и не было большой страсти, она ее вообразила под влиянием ослепительного блеска денег. Но я никогда не поверю, чтобы Эмили намеренно обвела его вокруг пальца.

– Святой отец, нам нужна правда, – настойчиво произнес Страйд. – Здесь явно есть что-то еще.

Дэйтон согласно кивнул:

– Да, но зачем ворошить чье-то грязное белье, тем более что никакого отношения к пропаже Рейчел оно не имеет?

– Мы не сложим общую картину, если не будем видеть всех ее частей, – возразила Мэгги.

– Вы правы. – Дэйтон вытер намокшее лицо. – Ну… они встречались месяца полтора, после чего Эмили обнаружила, что беременна. Собственно, это и привело к свадьбе.

– Грэм был в полном восторге, – пробормотал Страйд.

– Нет, – ответил Дэйтон. – Он настаивал на аборте, но она отказалась. Занимай он положение помельче, он бы отделался отступными. Но для заместителя директора банка иметь за спиной громкий скандал да еще в таком небольшом городке, как Дулут, равносильно потере репутации. И он предпочел жениться.

– А где же ребенок?

– Погиб. Выкидыш в шесть месяцев. Эмили сама едва выжила.

– Грэм не пытался полюбовно развестись с ней после этого? – поинтересовался Страйд.

– Нет, даже не думал. По-моему, он смирился с браком. Кроме того, развод обошелся бы ему в крупную сумму. Он остался с Эмили, но вел себя по-своему честно – не притворялся, что очень любит ее. Этот брак устраивает их обоих – Грэм фактически свободен, а Эмили обеспечила себе безбедное существование. Ей слишком долго приходилось бедствовать, чтобы она стала обращать внимание на что-то.

– На что?

– На одиночество. Деньги помогают ей забыть о нем.

– Но разве можно так жить? Их не давит прошлое? – спросил Страйд.

– Вам лучше поговорить на эту тему с ними самими, детектив.

– И Рейчел, как я понимаю, находилась в эпицентре их семейного счастья? – спросила Мэгги.

Дэйтон вздохнул.

– Увы. Все проходило перед ее глазами. Счастья там нет, вообще-то картина довольно страшная. Именно поэтому я и подумал вначале, что Рейчел убежала из дома. Там есть от чего бежать.

– А она никогда не упоминала, что хотела бы уйти из дома? – поинтересовался Страйд.

– Мне, во всяком случае, никогда не признавалась в этом, ведь я для нее был врагом, поскольку заступался за Эмили.

– Вы могли бы как-нибудь объяснить ее исчезновение? Например, что-то случайно заметили или слышали?

– Боюсь, что нет, – покачал головой Дэйтон. – Ничем больше не могу быть вам полезным.

Они встали и обменялись неловкими рукопожатиями. Страйд чувствовал, что священник хочет скорее расстаться с ними. Он проводил их по коридору к выходу, торопливо закрыл за ними дверь. На крыльце Страйд и Мэгги потуже обмотались шарфами, надвинули на головы капюшоны курток и направились к машине. Сильный ветер быстро заметал их следы.

– Ну, что скажешь? – спросила Мэгги.

Страйд, прищурившись, поглядел на холодное, затянутое серой туманной дымкой солнце.

– Скажу, что пора сделать перерыв на обед.


Глава 10 | Вне морали | Глава 12