home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 7

Сожрав обильный жирный обед, Лже-Офигильда решила оторвать пару часов сна и заперлась в своей спальне. Почти все время теперь уходило на административно-управленческую работу.

Проблемы сыпались словно из дырявого мешка, и все до единой требовали неотложного решения. Честно говоря, колдунья никогда не представляла себя, как трудно быть владыкой. Она-то грезила об удовольствиях, о блаженстве, неограниченной власти и нездоровом удовлетворении, которое она дает ее обладателю. А тут что? Сплошная рутина. Присесть некогда. Докладчики идут сплошным потоком, разведчики заваливают донесениями, за всем следи, на все давай ответ… Кошмар, одним словом. Несколько раз за эти часы колдунья хотела все бросить и сбежать, чтобы вернуться к своей прежней злобно-незаметной жизни, однако самолюбие не позволяло. Для чего тогда было затевать всю эту катавасию? Добиться таких впечатляющих успехов, а потом в кусты? Нет уж, дудки! Хотя годы уже не те, а идти, или, в крайнем случае, ползти, к своей цели Дрянелла была еще в состоянии.

Так или иначе, а назрела необходимость создания административного органа, который решал бы текущие задачи. Освободившись от мелкой и средней рутины, колдунья тогда может посвятить себя крупной, от которой непосредственно зависит судьба Революции (мысль о ней стала для старухи родной, она уже сама верила в свою Великую Миссию построить в Диккарии царство свободы, равенства и братства).

И таких больших дело было много. Очевидно, что назревала война. Отщепенцы, контра недобитая, собираются неподалеку от Рыгус-Крока, стекаются целыми кланами, натачивают клинки и забывают прошлые обиды. И подумать только – где! На земле Топорища. Встают под знамена Ворчлюна! С другой стороны, ничего удивительного: Офигильда сумела сбежать, и логично, что первым делом она пойдет домой. Там ее, как ни странно, приняли и… Догадаться несложно, что было дальше. Чокнутая девица решила бороться против Революции и теперь собирает войска, пользуясь своим статусом супруги короля. Да, что и говорить, в этой части Дрянелла допустила серьезный просчет. Что у нее есть? Несколько кланов, верных Революции, Корпус Стражей, трудовая армия, которую в случае чего можно вооружить. Но ведь варваров в Диккарии еще много – и большая их часть уже на стороне контры, проклятых мятежников. Что будет, когда они двинутся на Рыгус-Крок? Будет свалка, и неизвестно, кто победит. Революция еще так слаба.

Погрузившись в дрему, Лже-Офигильда крутилась штопором, сбивая простыни. Мысли в ее черепушке крутились сами собой, и, казалось, в голове собрался весьма шумный парламент, яростно обсуждающий повестку дня.

Колдунья рычала сквозь забытье и щелкала зубами. Революция, бюрократизм, государственные заботы – все это меркло по сравнению с главной проблемой.

Грендель. Ее главный козырь, гарантия, что все и всегда будут падать перед королевой ниц. Что всякая контра кровью умоется, если только осмелится поднять голову.

Все попытки наладить связь с чудовищем провалились. Намереваясь разбудить монстра ото сна и направить его на Пнилла и его компанию, Дрянелла только зря потратила силу. Грендель нажрался и намерен был проваляться в пещере так долго, как только того потребует его организм.

«Пропади он пропадом! – думала Лже-Офигильда, переворачиваясь против часовой стрелки. – Лентяй, тупица! И надо было столько жрать!»

В отчаянии, так и не просыпаясь, колдунья грызла подушку.

Если бы прямо сейчас Грендель расправился с дружиной Пнилла и с ним самим, то колдунья направила бы его сюда, как планировала с самого начала. С помощью монстра она собиралась устанавливать в Диккарии свою власть. Остальное полагалось как довесок к его силе и мощи. А теперь, когда пора приступать к самым активным действиям, Грендель дрыхнет, и толку от мерзавца меньше, чем от дырявого башмака.

Не выдержав, едва не лопаясь от ярости, Лже-Офигильда вскочила с кровати и забегала по комнате. После третьего круга она остановилась, вся бордовая, мечущая огонь и искры из глаз.

Столько веков – и долгая дружба псу под хвост, значит?

«Ну, погоди!» – проскрипела мыслями колдунья, вытаскивая кинжал из-за пояса.

Сделав надрез на руке, Дрянелла прошептала заклинание и свалилась на пол. В ее рукаве сохранилась пара тузов – другое дело, сыграют или нет, но попытка не пытка. Во всяком случае, не большая. Ко всякого рода неприятностям в работе и побочным эффектам «товарищ Офигильда» привыкла.

Конвульсии скрутили, так что волей-неволей пришлось несколько минут пускать слюну и биться затылком об пол. Потом наступило прояснение. Опасные чары это, опасные и на крови замешанные. Применяя их, колдун лишается нескольких лет жизни, но на них способен купить некую толику необходимой энергии. По расчетам Дрянеллы, чтобы направить в паршивые Гренделевы мозги импульс, достаточно совсем немного. Такого количества крови хватит.

Отдышавшись, колдунья начертила своей кровью на полу сложный символ и продолжила мистическое бормотание. Последовал новый приступ. На этот раз Дрянелла ударилась носом о доски пола, и слезы брызнули у нее из глаз. Хрящ удержался на своем месте с трудом, и старуха грязно выругалась. Ну, вот теперь, кажется, то, что нужно. Она чуяла запах Гренделя, точно стояла у входа в его пещеру.

«Все, теперь-то кое-кому не поздоровится», – подумала старуха, щерясь, как старый мерзкий упырь.

Личина королевской жены периодически спадала с нее, открывая истинный облик. Магическая вуаль истончалась, грозя в скором времени оборваться совсем, однако об этом самозванка не думала.

Сев у стены и скрестив ноги, Лже-Офигильда закрыла глаза и принялась медитировать. Очистив с грехом пополам свой разум, на поверку весьма захламленный безумными идеями, старуха собрала в кулак мощный энергетический импульс и послала его в направлении чудовища. Сейчас было важно разбудить Гренделя. Если повезет и охотники окажутся поблизости, проблема с королем и его верными псами отпадет сама собой. Таким образом, тыл Дрянеллы будет прикрыт, и уже не надо будет ждать, когда Пнилл свалится ей на голову и все окончательно испортит. С Бычьим Сердцем-то ей точно не тягаться.

У Дрянеллы получилось. Невидимая стрела, отделившись от колдовской макушки, взмыла в астральные просторы и понеслась, подобно падающей звезде. В несколько мгновений она достигла пещеры, где спал Грендель, и звезданула спящего монстра прямо в череп. Тут бы проснулся и сам сотворитель мира великан Мимир, не то что какой-то людоед, и так оно и случилось.

Монстр, взбодренный таким приветствием от хозяйки, мигом сбросил с себя сон и пришел в свою самую лучшую яростную форму. Еще даже не сориентировавшись, где он и кто он, Грендель инстинктивно зарычал и дернулся на своем каменном ложе.

Он, конечно, ничего не мог знать о после Тиндарии, что стоял в возле его затылка и готовился к убийству, терзаемый муками совести, а потому даже не искал нарушителя спокойствия.

Помимо взбадривающего эффекта, импульс колдуньи нес в себе явный отпечаток тревоги. Существо, получившее такое послание, просто не могло не врубить на всю катушку инстинкт самосохранения. Грендель так и поступил.

Буквально через секунду, сотрясая стены пещеры ревом и топая ножищами, монстр помчался к выходу…

– Уф… Надо выпить чего-нибудь, – сказала Лже-Офигильда, на карачках ввиду очевидной слабости в ногах добираясь до столика.

Там стоял кувшин с вином, к которому колдунья и присосалась. Пока не выпила все до капли, не оторвалась.

– Теперь будем ждать. Грендель спал, а это значит, что Бычье Сердце еще не нашел его. Или нашел, но только готовился к бою. Хе… Ну, теперь-то он начнется. Уже через пять минут живые позавидуют мертвым. – Она посмотрела на свою левую руку, измазанную подсыхающей кровью. – А и ладно! Что такое три года жизни? Переживу.

Довольная, колдунья широко улыбнулась.

События развивались слишком быстро, пугающе и непредсказуемо для героя, наделенного провидческим даром.

Дар, собственно говоря, махнул ручкой и удалился неизвестно куда, оставив хозяина расхлебывать всю эту кашу.

В один миг Талиесин превратился в обыкновенного эльфа без ясновидения, который только и мог, что холодеть от ужаса и разевать рот.

Что именно случилось в тот момент, когда монстр открыл глаза и взревел во всю глотку, виконт помнил очень смутно. Еще более смутное он имел представление о событиях, что имели место после .

Реальность то приходила, то уходила, и сознание Талиесина фиксировало лишь обрывки ощущений и образов. Но одно было ясно – он на чем-то висит и болтается в воздухе. Ноги, во всяком случае, посылали именно такой сигнал. Руки же – при внимательном рассмотрении! – держались за какие-то тонкие черные веревки, причем так крепко, что оторвать их оттуда виконт не мог при всем желании. Мало того, в правой по-прежнему была фамильная шпага.

Но это было не самое страшное. Грендель был близко, он рычал и ревел, оглушая героя не хуже боевого горна, которым дунули в ухо без предупреждения.

Монстр был рядом, но вот где?

Талиесин не знал. Болтаясь, точно обрывок тряпки на сильном ветру, виконт визжал, как свинья недорезанная, но его голос, конечно, никто услышать не мог.

Мир снова ухнул в яму, а потом вернулся. Солнечный свет ослепил посла, и он зажмурился.

Ну, во всяком случае, стало легче дышать. Свежий горный воздух забрался в ноздри, и там начало свербеть, однако сейчас виконт не мог оценить всей его прелести. Предстояло еще выяснить, куда он попал.


Глава 6 | Чрезвычайный и полномочный | Глава 8