home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 5

Рыгус-Крок не тянул на звание полноценного города. Скорее, на большую разросшуюся деревню с непомерными амбициями. Амбиции же заключались в том, что варвары вопреки традиционной архитектуре (земляночной) стали отдавать предпочтение крепким деревянным домам с покатой крышей.

Качество строительства даже для неискушенного взгляда Талиесина оставляло желать лучшего, но варваров, по крайней мере, можно было похвалить за упорство. Именно такое качество в народе помогает ему выбраться из бездны дикости и стать на путь прогресса.

Но прогресс пока с неохотой заглядывал на улицы столицы Диккарии. Деревянные мостовые встречались не везде, к тому же имели неприятную привычку обрываться внезапно, гостеприимно приглашая ротозея нырнуть в очередную роскошную лужу, как правило, уже занятую спящими свиньями.

Тиндарийцы настилами пользоваться не стали и заставили лошадей шлепать прямо по жиже. Эшвах, взяв на себя роль проводника, делал то же самое, не стесняясь того факта, что его башмаки и штаны до самых бедер забрызгало толстым слоем грязи.

– Вам нравится Рыгус-Крок? – спросил помощник бургомистра. – Наш город значительно вырос за последнее время.

– Нравится, – ответил Талиесин из-под надушенного платка, который прижимал к лицу. Вонь в столице стояла невообразимая. Глаза ело от дыма.

– А будет еще лучше и красивее, – с гордостью добавил Эшвах.

Виконт все гадал, где этот деятель научился так складно выражаться. Ушастый не вписывался в общую картину и заставлял подозревать у варваров наличие самых настоящих школ.

Отсутствие цивилизации в общепринятом смысле слова бросалось в глаза повсюду. Помои выливали из окон прямо на улицу, и они гнили на «тротуарах», издавая сногсшибательное амбре. Тут и там валялись дохлые кошки и собаки, а один раз посол заметил в проулке, неподалеку от чудища, справляющего большую нужду, дохлого пони. Мухи тучами носились над всем этим, дожидаясь, видимо, времен, когда столица станет лучше и красивее.

Встретилось виконту и несколько таверн. Из каждой доносились звуки побоища. То и дело, не забыв снести по пути часть стены или окно вместе с рамой, наружу вылетал кто-нибудь из бойцов. Один из них, совершенный в математическом смысле квадрат, пронесся по воздуху перед мордой виконтовой лошади. Та шарахнулась, чуть не скинув седока в грязь. Варвар врезался в дом напротив и очутился внутри него. Вскоре через проделанную им же дыру он выскочил наружу, придерживая штаны, а за ним неслась, как разъяренная фурия, дама с громадным половником.

Талиесин нервно сглатывал, боясь даже смотреть по сторонам. Но смотрел, нутром чуя, что занятие это не бесполезное. Придется, видимо, научиться держать ухо востро. Того и гляди размажут по стенке очередным отправленным в полет гулякой.

Пьяные аборигены валялись повсюду. Заметив, что виконт таращится на них, Эшвах пояснил, что Рыгус-Крок имеет давние демократические традиции, поэтому такие безобразия в общественных местах не считаются нарушением закона. Хотя бы по причине, что такого закона нет, ха-ха…

Дорога в Посольскую Слободу лежала через самый старый район города. Тут дома стояли кривые и, видимо, страдали кривизной от рождения. Заросли они по самые крыши мхом и поганками, что их обитателей нисколько не смущало.

– Есть обходная дорога, – сказал Разумник, – но там лучше вечером и ночью не ходить.

– Почему? – спросил виконт.

– В Очумелой Лощине околачиваются всякие отщепенцы, изгнанники из кланов и просто придурки недоделанные, которых объявили вне закона. Слышал, у вас там есть «злачные местечки». Так это оно, злачное. Прирежут вас там как пить дать, не посмотрят, что вы посол или не посол.

«Только этого мне и не хватало», – подумал Талиесин, борясь с тошнотой.

Это, впрочем, не значило, что он мечтал ездить взад-вперед исключительно через Очумелую Лощину, просто сама мысль о том, что под боком шастают жаждущие твоей крови негодяи, сильно угнетала его разум.

Виконт почувствовал, что смертельно устал. Даже безобразие Старого Города его уже не поражало и не удивляло. Он мечтал только уже куда-нибудь приехать и принять горизонтальное положение.

Черныш, судя по его застывшему лицу и остекленевшему взгляду, разделял стремление господина.

Старый Город не порадовал ничем, кроме вонищи и заляпанных навозом стен. Из окон, затянутых бычьими пузырями, лыбились какие-то рожи.

В сточных канавах нашлось немало тех, кто не просто свалился туда, а, кажется, жил там. Эшвах выдал послу справку. Оказывается, эти варвары приехали в Рыгус-Крок из провинции в поисках лучшей жизни, но не нашли ее. В том их ошибка. По словам Разумника, лучшая жизнь давно поделена между самыми удачливыми кланами, так что простому хмырю из какого-нибудь захолустья можно было рассчитывать только на службу в дружине. И то – конкурс туда немаленький. Особенно если идет набор в морские набеги. Бульклинги не любят слабаков и растяп.

– Бульклинги? Простите, а кто это? – спросил виконт, подстегивая впавшую в депрессию лошадь. Несчастная животина, придавленная отрицательными эмоциями, еле волокла ноги.

– Хм… посол, а не знаете особенностей страны пребывания… – сказал Эшвах, ловко отскакивая от дождя обмылков, пролившегося откуда-то со второго этажа.

Виконт моргнул.

– В Диккарии две основные фракции, если выражаться по-научному. Кланы поделены на морские и сухопутные. Морские называются бульклинги, а сухопутные чморлинги. Отличить первых от вторых очень легко – вы, верно, уже заметили: морские носят штаны, а сухопутные – юбки, иначе килты. Объясняется это тем, что в море условия всегда гораздо суровее и дуют бешеные ветры. Раньше килт был повсеместно распространен и являлся предметом гордости моего народа. Но однажды морскому хрюрлу Обжираю Весомому надоело, что под килт ему задувают штормы и ураганы и морозят его мужское достоинство, и он придумал штаны. С той поры кланы еще более разделились, а бульклинги избавились от хронической простуды.

Черныш, внимательно слушая речь Эшваха, что-то записывал на бумажке при помощи свинцовой палочки.

– Потрясающе, – пробормотал Талиесин. – Все просто и доходчиво.

– А то! – засветился гордостью Разумник. – О! Мы пришли…

Позади остался Старый Город, и процессия въехала в Посольскую Слободу.

Виконт широко раскрыл глаза.

Район, выделенный варварами для дипломатических миссий из разных стран, немало удивил виконта. Во-первых, тут было чисто (хотя в некоторых местах относительно – это касалось территории, закрепленной за орками из Головорезии); во-вторых, посол и понятия не имел раньше, что дикари поддерживают такие обширные связи с внешним миром.

Продолжающий с честью выполнять обязанности проводника и экскурсовода Разумник вел гостей вдоль огороженных высоким забором зданий и сыпал ценнейшими сведениями:

– Головорезия, с ней у нас давние партнерские отношения… Правда, это не мешает им резать наши головы, а нам расплющивать их черепа дубинами. Орки – они ж дикари…

Виконт покосился на Черныша. Тот едва успевал заносить данные в свою рукопись. Видимо, всерьез загорелся идеей создать «Физиологические очерки».

Посольство Головорезии – здание, построенное из больших камней и больших бревен, похожее на спящего толстого дракона – осталось позади.

– Патангирри держит у нас своих послов уже пятьсот лет. Кобольды в чем-то похожи на нас. Отличные собутыльники, – сказал Эшвах. – Идем дальше.

Виконт отметил, что архитектурные традиции кобольдов (их посол никогда не видел) мало отличаются от варварских.

– Гномы из Эйвыроя. Веселые ребята, – сказал Разумник. – Вам нужно с ними познакомиться. Любят цивилизованных личностей.

– В каком виде? – спросил Талиесин на всякий случай.

– В любом, – ответил варвар.

Пнув закрытые ворота посольства Эйвыроя, Эшвах повел гостей дальше.

Дома стояли шеренгой вдоль той части города, которая упиралась в гору Погибель с северной стороны. Можно сказать, это была самая что ни на есть окраина, даже окраиннее трущоб, что виконту показалось странным. Но, похоже, никто не возражал. Либо всем было все равно, либо варвары однажды поставили смутьянов на место, задавив в зародыше любые протесты.

Так или иначе, а посольство Тиндарии оказалось втиснуто в самый угол и совершенно терялось за большим зданием, которое занимало почти половину Слободы.

– А это что? – спросил Талиесин.

– Дом Советов. Нейтральная территория. Тут послы собираются для обсуждения разных важных дел, а также чтобы что-нибудь отметить. Здесь бывает очень весело.

Виконт в этом нисколько не сомневался. Варвары любили веселиться не меньше всех других народов, но, как подозревал посол, делали это слишком шумно и… брутально.

Талиесина потряхивала нервная дрожь. Он уже видел себя в компании разнообразных пугающих существ, требующих выпить с ними на брудершафт. Собственно, против хорошей пирушки виконт никогда не возражал, однако в компании варваров, орков, кобольдов и гномов?.. Какое же это общество, помилуйте? Просто кабацкая пьянка, позор для личности столь высокого происхождения…

Виконт чувствовал, как в воздухе витают призраки морального падения.

Кто строил Дом Советов, осталось загадкой, но анонимный архитектор, видимо, чтобы угодить разным фракциям, попытался совместить в нем черты культур разных народов. Получилось неказисто (мягко говоря), но с чувством. Искренность намерений создателя сквозила через каждую щель в кривой кладке.

Талиесин, чтобы не травмировать еще больше свою психику, отвернулся.

– А вот и ваше посольство, – сказал орк, когда процессия обогнула Дом Советов.

Здание изрядно обветшало – со времен Силлона Кирана, что ни говори, прошло достаточно много веков. Строили посольство в виде изящной усадебки, со всеми элементами, что полагаются в таких случаях. Тут была и ажурность, и стройность, и нереальная дымчатость. Башенки, стены, балкончики – все высший класс. Самый настоящий кусок Родины.

Едва взглянув на здание, виконт почувствовал, как в горле скапливается напряжение, а в носу щиплет.

До чего же мило!

Задули в голове посла родимые тиндарийские ветра, пахнущие цветами и молодым игристым вином. Зашумели сады, заструились водопадики…

Варвар поинтересовался у виконта, не плохо ли ему.

Тот ответил, что как раз наоборот.

Подъехали к воротам, открытым. Посольство ограждал высокий кирпичный забор, за которым угадывался небольшой уютный садик. Талиесин увидел дорожку из желтого камня, идущую от ворот к крыльцу.

– Ну, устраивайтесь, – сказал Разумник, приветствуя типа, выплывающего из недр тиндарийской территории. – Я пришлю вам послание от короля. А, здорово, Фиенс! – Варвар махнул тиндарийцу и, посвистывая, отправился в обратный путь.

Грязь громко чавкала под его ногами. К сожалению, и в Посолькой Слободе проблему эту никто решать не собирался.

– Черныш, кажется, я сплю, – сказал виконт.

– Акклиматизация непростая вещь, господин, – ответил дроу, убирая записки в сумку на поясе. – Обилие новых впечатлений, стресс…

– Замолчи, умоляю! – простонал посол.

Эльф, названный Фиенсом, с вежливой улыбкой ожидал у ворот.

– Приветствую вас… Добро пожаловать, – сказал он, видя, что приезжие нерешительно топчутся на месте.

Взмах руки – и откуда-то из недр посольства выскочили три слуги и набросились на лошадей. Вместе с всадниками они завели их на территорию посольства и закрыли ворота.

– Меня зовут Фиенс Тудан, – сказал эльф. – Я – помощник посла. В отсутствие оного слежу за хозяйством и поддерживаю посольство в рабочем состоянии. То есть я и есть посол. Работы немного, но она ответственная…

Виконт спешился. Черныш и кучер уже помогали слугам разобраться с багажом. Дроу убеждал посольских, чтобы они были аккуратнее. Из-за этого возникла небольшая перепалка.

Талиесин представился, чувствуя себя неловко. Он понятия не имел о том, должны ли в этом случае соблюдаться какие-нибудь церемонии или можно по-простому.

Точно угадав, о чем он думает, Фиенс заметил:

– Отбросим формальности. Я рад, что вы приехали. Родина, наконец-то, обратила внимание на такой важный аспект своей внешней политики, как добрососедские отношения с Диккарией…

– Да, это точно, – ответил виконт, вспоминая свою беседу с королем.

«Небось сидит сейчас Дэндал и ручки потирает… гаденыш. И как там моя Ойла?»

– Как вы доехали? Не было ли каких-нибудь инцидентов? – спросил Фиенс. Его сладкая улыбка и красноватое лицо Талиесину нравились не слишком. Краснота эта могла говорить о пристрастии Тудана к выпивке.

– Я удивлен, что мы доехали вообще, – поделился наболевшим посол и вылил на помощника все свое недовольство, в подробностях. Не смог удержаться.

– Что поделать, – развел руками Фиенс. – Мы в стране дикарей.

– Лучше не скажешь, – отозвался виконт, оглядывая фасад здания. – А у вас тут хорошо. Насмотрелся я на Рыгус-Крок.

– Стараемся, – скромно потупился Фиенс. – Не желаете ли отобедать с дороги?

Аристократ вытаращил глаза:

– Еще бы не желаю! Да я быка сожру, хотя это и противоречит нашим обычаям!

– Хорошо. Очень хорошо, – поклонился помощник. – Идемте.

«А может, все не так уж плохо… – подумал виконт, шагая к украшенным резьбой дверям. – Эльф ведь ко всему привыкает, а если посмотреть на проблему позитивно…»


Глава 4 | Чрезвычайный и полномочный | Глава 6